Роман Злотников.

Вечный: Шпаги над звездами. Восставший из пепла. И пришел многоликий… Последний рейд (сборник)



скачать книгу бесплатно

– Засечено восемнадцать целей. Идентифицировано семнадцать, семь скорпионов и десять жуков. Восемнадцатая цель прикрыта полем отражения седьмого класса, идентификация затруднительна. По идентифицированным кораблям соотношение боевой эффективности восемь к одному. – И совсем не по-военному он добавил: – Парни прут на сковородку.

Настороженные взгляды адмиралов королевского флота, устремленные к дальней стене зала, где над пультами так же склонились офицеры, пытаясь провести идентификацию, разом повернулись к экрану. Усатая Харя подался вперед, но Хромой Носорог невозмутимо произнес:

– Всем – приготовиться, вариант ухода «щелбан», маневры «ножницы» и «щелкунчик».

Флагман-капитан повернулась к стоявшему рядом Счастливчику и бросила, презрительно скривив губы:

– Мне кажется, они собираются драпать?

Ив молча смотрел на экран, буквально физически ощущая, как сгущается атмосфера в штабе. Флагман-капитан открыла рот, явно собираясь сказать что-то уничижительное, но в это мгновение голос офицера от дальней стены скороговоркой начал идентифицировать цели, повторяя то, что минуту назад они уже слышали из полевого штаба Усатой Хари. Эффект был испорчен, поэтому флагман-капитан повернулась в сторону консоли и раздраженно рявкнула:

– Заткнись!

Тэра, сидевшая у самой консоли, старательно делала вид, что не замечает ничего, кроме экрана. Не следовало накалять атмосферу, давая новую пищу упорно распространяемым недоброжелателями слухам, что королева растаяла перед вонючим мужиком, как кусок масла, и ради него готова вцепиться в глотку любой из своих приближенных. Кстати, она была не совсем уверена, что тот, о ком шла речь, сам об этом знал.

С экрана раздался по-прежнему спокойный голос Хромого Носорога:

– Двадцать пять минут до выброса зондов, минута до зоны огневого контакта. – И после паузы он отрывисто бросил: – Разведгруппе: двигатели на разгон, приготовиться к отражению абордажной атаки.

По залу пронесся удивленный вздох, и кто-то спросил:

– Они что, собираются идти на абордаж? При таком-то соотношении?

– Нам нужна информация, а это их задача, – ответил с экрана дон Крушинка.

К Счастливчику повернулась адмирал Жермен:

– Если я не ошиблась, то команда «двигатели на разгон» означает…

Ив кивнул, не дожидаясь окончания фразы. Тэра бросила на него быстрый взгляд и отвернулась к экрану. С экрана снова раздался голос Усатой Хари:

– Хромой, включи-ка бортовые и внутренние сенсоры, надо поглядеть, кого они на вас напустят, кроме троллей.

Обе картинки прыгнули на соседние экраны, а главный оказался разделен на три десятка квадратов; на одних возникло изображение какого-то отсека кораблей-разведчиков, на других – окружающее их пространство. Через мгновение все изображения дрогнули, а сдавленный голос Хромого Носорога прорычал:

– Есть огневой контакт, до выброса зондов семнадцать минут.

Изображения на крайних экранах вдруг заполнила будто нависшая над остальными разведчиками туша корабля Хромого Носорога.

Разведчики выполнили маневр «ножницы», заслонясь от вражеского огня передовым кораблем. От него сейчас разлетались куски обшивки, а сам корабль дрожал как в лихорадке: батареи семнадцати кораблей громили его массированным огнем. Последний, тот, который не смогли идентифицировать, держался поодаль, все еще скрываясь за полем отражения. Через несколько мгновений все было кончено. Дюжина экранов, показывающих помещения корабля Хромого Носорога и переключившихся, когда из-за повреждений погас свет, на режим инфракрасного изображения, мигнула, и все вновь увидели отсеки, освещенные тусклым аварийным освещением. Сенсоры, расположенные снаружи корабля, показывали фонтанчики водяного пара, вырывающиеся сквозь изувеченную обшивку. Отсеки корабля представляли собой не менее ужасное зрелище. Осколки плафонов, раздробленные панели обшивки коридоров, сорванные с места и разбитые консоли. Но над всем этим разгромом властвовал все такой же спокойно высокомерный голос Хромого Носорога:

– Степень повреждения – сорок восемь процентов, потери экипажа – семь человек, двигатели на ста семнадцати, противник выбросил абордажные команды, контакт через две минуты, приступаем к маневру «Щелкунчик». До выброса зондов двенадцать минут.

На экране, показывающем пространство позади корабля Хромого Носорога, вспыхнули светящиеся столбы. Это два разведчика, скрывавшихся за его кораблем, тормозили, покидая мертвую зону. В следующий миг все пространство перед разведчиками окрасилось радужными вспышками – взрывались устремившиеся к разведчикам абордажные боты, попавшие под огонь кораблей. И опять свистопляска, новые залпы кораблей врага, экраны, один за другим переходящие в инфракрасный режим… Когда все закончилось, три корабля напоминали декорации к фильмам ужасов. Несколько мгновений стояла тишина, потом на экране появилось изображение Хромого Носорога с залитым кровью забралом боевого скафандра, но голос его почти не изменился:

– Повреждения кораблей семьдесят три, шестьдесят семь и шестьдесят восемь процентов. Двигатели на ста сорока. Батареи выведены из строя. На подходе вторая волна. До выброса зондов семь минут. – Он перевел дух. – Эй, Усатая Харя, мне не нравится этот тихоня.

Всем было ясно, что речь идет о корабле, который не смогли идентифицировать. Усатая Харя согласился:

– Мне тоже. Не могу понять его роли. А ты что думаешь?

– Когда поджаривают зад, думается быстрее, – хрипло рассмеялся Хромой Носорог. – Мне кажется, он ждет, когда мы выбросим зонды и ретрансляторы, а потом как-то испортит нам обедню.

Усатая Харя кивнул:

– Очень похоже на то, но что ты предлагаешь?

– Покажу ему кукиш в кармане, – ухмыльнулся Хромой Носорог и пояснил: – Минут через десять тут станет жарко, как в чреве звезды, так вот, зонды выбросим со взрывом, а ретрансляторами поработают бортовые БиУСы ребят, они взорвутся на пару-тройку минут позже меня, ну и еще есть мысли. – Он замолчал, потом закончил с какой-то яростью в голосе: – Нам бы только прорваться через волну абордажа…

В это мгновение мелкие толчки стали сотрясать корабли. Это абордажные боты падали на изуродованную обшивку. По отсекам скороговоркой пронеслись координаты прорыва, но их было слишком много, и Хромой Носорог рявкнул:

– Отставить выдвижение к точкам прорыва, всем собраться на орудийной палубе и у двигательного отсека. – Он ухмыльнулся почти весело и добавил: – Капеллан, поставь на рекордер самую крутую молитву из тех, что у тебя есть, включи громкую связь и присоединяйся, послужим во славу Божию последний раз! Двигатели на ста семидесяти, у нас минут семь, пока, ребята, – кивнул он на экран, потом повернулся к сидевшим за полуразбитыми консолями донам и махнул рукой: – Долго вы собираетесь протирать зады? Бросайте эту рухлядь и пошли оттянемся напоследок на всю катушку.

В тусклом свете аварийных плафонов было видно, как доны поднимались из-за консолей, деловито поправляли портупеи и шли к двери. Корабль был мертв на три четверти, но люди были живы. Экраны показывали, как сквозь проломы, проделанные вышибными зарядами, внутрь хлынули тролли. Когда волна закованных в шипастую броню бестий ворвалась на орудийную палубу, доны в упор выпустили из арбалетов тяжелые железные стрелы с келимитовыми наконечниками и бросились навстречу. На несколько мгновений ярость обреченных будто оттолкнула волну нападавших, те попятились в коридоры, но их было слишком много, чуть не по дюжине на каждого дона, и схватка вновь откатилась сначала на орудийную палубу, а потом и к галерее, ведущей в рубку. Вторая схватка клубилась у арки входа в двигательный отсек. Тролли медленно теснили донов. Вдруг Усатая Харя вскрикнул и подался вперед. На экранах, которые показывали изображения отсеков, прилегавших к обшивке, вдруг возникло семь гибких тел. Они чем-то неуловимо напоминали Алых князей, только были крупнее и без крыльев.

– Хромой, на твоем корабле барлоги! – заорал Усатая Харя. – Они двигаются к отсекам зондов!

Хромой Носорог прорычал нечто дикое и непонятное, потом обернулся и жестами что-то показал донам. В следующее мгновение абордажная палуба исчезла в клубах гари. Это семь или восемь донов сиганули через всю палубу, используя прыжковые двигатели своих боевых скафандров. Они промчались по галерее, выставив вперед шпаги и разрубая попавшихся по пути троллей. Уже у самых отсеков трое наткнулись на их выставленные ятаганы, ибо ни о какой защите или хотя бы уходе на такой скорости и речи быть не могло. Остальные, чудом проскочив, вылетели к дверям отсеков с зондами и попытались затормозить, но это им не удалось; они шмякнулись на пол, покатились кубарем и со звоном врезались в стену. В следующее мгновение в арке появились барлоги. Все доны, кроме одного, умерли почти сразу, разодранные на куски вместе с боевыми скафандрами, но последний, которого барлог уже насадил на огромный коготь и как-то презрительно воздел вверх, будто демонстрируя, какая участь уготована людям, наблюдавшим за этим боем, вдруг дико ощерился и, дотянувшись до кобуры, нажал на спуск лучевого пистолета. От выстрела силовой каркас корабля мгновенно сместился, и все, что находилось в отсеке – куски трупов, обломки обшивки, барлогов, – буквально размазало по стенкам. Последний из барлогов, стоявший у самого входа, попытался выпрыгнуть из зоны возмущения. Человеку это не под силу, но ему почти удалось. Он пополз по коридору, волоча за собой сплющенную в рваную ленточку нижнюю часть тела и визжа в ультразвуковой части диапазона. Схватка на орудийной палубе еще продолжалась, а у входа в двигательный отсек уже толпились только тролли. Вдруг одно из изуродованных тел донов шевельнулось и медленно протянуло руку к плазмобою. Полумертвый дон успел только сжать кулак на рукояти – подскочивший тролль взмахнул ятаганом и отрубил руку по локоть. Если бы он этим ограничился, то, скорее всего, остался бы жив, но он довольно рыкнул что-то на своем языке и пинком отшвырнул плазмобой в угол отсека. Неразжавшаяся ладонь оставила выключенными предохранители, и плазмобой, зацепившись спуском за кусок искореженного металла, полыхнул выстрелом. Заряд сжег какого-то тролля у самого прохода, а в следующий миг все валявшееся на палубе всплыло вверх и тут же было раздавлено возмущением полей силового каркаса. Видимо, поставленные на разгон реакторы двигателей прожгли отъемные контуры, и прекратилась подача энергии в систему искусственной гравитации. Когда поля вернулись на место, объектив чудом уцелевшей камеры заполнил зеленый туман с красными разводами – взвесь перемешанной плоти и крови людей и троллей, раздавленных смещением полей силового каркаса. У двигательного отсека все было кончено, однако у рубки еще продолжалось какое-то шевеление. Среди копошившихся фигур, трудно различимых в свете аварийного освещения, покрытых слизью и красными сгустками, сложно было различить людей и троллей, только по звону скрещивающегося оружия было ясно, что еще не все доны погибли. Один вдруг прыгнул вперед, напоролся грудью на ятаган и выставленные тролличьи когти, но, уже корчась в предсмертной судороге, успел выбросить обе руки и вонзить зажатые в них шпагу и дагу в двух троллей, до которых смог дотянуться. Все трое рухнули на палубу. Схватка на миг замерла, будто огромное живое существо, ошарашенное подобной выходкой, но тут же тролли, ревя, кинулись вперед. Остатки корабля вздрогнули от рева баззеров. Раздался сухой механический голос:

– Опасность, опасность, неконтролируемая реакция, угроза взрыва ко…

Фраза осталась незаконченной. Треть экранов ярко вспыхнула и погасла. И тут раздался возглас Усатой Хари:

– Мой бог, вот это монстр!

Зонды, выпущенные одновременно всеми тремя кораблями, едва успели раскрыть сенсорные зонтики и устремиться в сторону Форпоста, как восемнадцатый корабль отключил поле отражения. Сказать, что он был огромен, – значит ничего не сказать. Он был раз в шесть больше линкора королевства, и даже линкоры Содружества Американской Конституции выглядели бы рядом с ним как таксы рядом с волком. В следующее мгновение его борта окрасились радужными вспышками, и вокруг разведчиков засверкали искорки взрывающихся зондов. Все потрясение молчали. Сейчас будет уничтожено то, ради чего погиб Хромой Носорог и вот-вот погибнут еще два корабля… Из-за обреза экрана аккомпанементом к картине катастрофы раздался знакомый голос оператора полевого штаба Усатой Хари:

– Потеряно сорок шесть процентов зондов и пятьдесят три процента ретрансляторов.

Сандра не выдержала и отвернулась. Многие офицеры сидели, закрыв лицо руками, и только флагман-капитан с жадным любопытством приникла к экрану. Со стороны экрана раздался какой-то хрип. Все замерли. В рубке одного из оставшихся разведчиков появился уцелевший дон. Хромая, он дотащился до капитанского кресла и повис на подлокотнике с консолью. Его забрало треснуло, боевой скафандр был разрублен в нескольких местах и густо покрыт изолирующей пеной и слизистой тролличьей кровью. Все напряженно всматривались в экран. Дон подтянулся на руке и несколько раз ткнул перчаткой по клавишам, что-то хрипло бормоча себе под нос. Изображение на экранах дернулось, потом в центр одного из тех, что показывали пространство перед разведчиками, медленно вплыл корабль-монстр. В следующее мгновение взревели баззеры, но голос БиУСа не успел закончить первого слова. Чудовищный корабль снова окрасился радужными вспышками, и второй разведчик взорвался. Спустя мгновение раздался возбужденный голос дона из полевого штаба:

– Есть информация!

Усатая Харя зарычал и хватанул кулаком по столу:

– Молодец! Он таки показал им кукиш!

Офицеры королевского флота недоумевающе переглянулись, потом все глаза устремились на Счастливчика. Тот пояснил:

– Они разнесли на куски разведчика, но сами находятся на траектории разлета обломков, а поскольку обломки не имеют поля стабилизации, маневр ухода невозможен – куда бы они ни прыгали, обломки притянут за собой. Им приходится уничтожать обломки, так что сейчас все их батареи задействованы только на защиту.

– Но почему еще работают зонды?

– Не знаю. Наверное, Хромой Носорог не активировал часть зондов и ретрансляторов, и сенсоры сочли их просто обломками, а сейчас они включились. – Он удивленно покачал головой: – Если их достаточно, чтобы развернуть сеть, то за полминуты успеем набрать информацию.

– Есть конфигурация сети, пошел отсчет, – зазвучал голос. – Падение численности зондов, – произнес он через мгновение.

В рубке управления последнего разведчика появилось несколько фигур. Одна, пошатываясь на подгибающихся ногах, побрела к командному креслу, остальные завозились на галерее у входной двери. Видимо, тролли тоже ввалились в рубку. Королева не выдержала и прошептала, стиснув кулаки:

– Что они делают?

– То же, что и предыдущие, – бросил Ив, не отрывая взгляда от экрана.

В следующую секунду взорвался последний разведчик. Счастливчик стиснул зубы. Корабль почти успел закончить маневр, и чудовищный монстр снова вынужден был заняться обломками. Через несколько мгновений из полевого штаба снова послышался голос дона:

– Сеть восстановлена, численность на пределе, продолжаю сбор информации.

Спустя минуту все было кончено. На несколько мгновений воцарилась тишина, потом Старый Пердун, так и простоявший у плеча Усатой Хари и за все время боя не проронивший ни слова, вздохнул и произнес своим скрипучим голосом:

– Хорошая смерть, Вечному бы понравилась. – Он покачал головой и повернулся к Усатой Харе: – А ты заметил одну странность, старина?

Флагман-капитан усмехнулась:

– Ну, эта странность была столь велика, что ее трудно было не заметить.

– Я говорю не о том дерьмовом корабле, – мотнул головой Старый Пердун.

Усатая Харя внимательно смотрел на него.

– Вспомни, что они сделали, когда взорвался первый корабль? – продолжил старый дон.

– Ничего, – настороженно ответил дон Крушинка, все еще не понимая, о чем идет речь.

– Вот именно, – подтвердил Старый Пердун, наставительно подняв палец. – А когда последний разведчик начал поворачивать на пересекающийся курс?

Дон Крушинка вздрогнул, будто кто-то врезал ему по темечку:

– Мой бог! Там же не было Алых князей!

Старый дон удовлетворенно кивнул:

– И вот это-то, пожалуй, самое важное, что мы узнали в этом рейде.

Счастливчик ошарашенно потер ладонью лицо. Невероятно! До сих пор Алые князья обязательно присутствовали как старшие командиры при любой схватке. Даже капитаном корабля, выполнявшего одиночный полет, непременно был Алый князь, а уж командовать целой эскадрой… Но иного объяснения нет. Ни один Алый князь не допустил бы столько ошибок и никогда бы не позволил дважды повторить удачный маневр. А исходя из прежнего опыта, можно было с уверенностью предположить, что если бы Алый князь был на Форпосте, то он обязательно возглавил бы бой, либо вылетев навстречу на том корабле-монстре, либо непосредственно с Форпоста. Все, что они знали об Алых князьях, прямо-таки кричало об этом. Значит, вероятнее всего, на Форпосте их нет. Ив аж зажмурился от такой перспективы. Как бы то ни было, несмотря ни на какие неприятные сюрпризы в виде корабля-монстра, у них появился шанс.

Часть IV
Битва

Глава 1

Казалось, в воздухе еще ощущаются отголоски величественной мелодии. То ли листва на деревьях, то ли сами стволы продолжали вибрировать в унисон, наполняя все вокруг неслышными звуками, которые ощущались кожей или, может, нутром. Усатая Харя поднялся с колена и надел шляпу. Всю жизнь органная музыка приводила его в трепет. Он до сих пор не смог принять сердцем, что такую мощь и великолепие создает не целый оркестр, а всего один человек… Подобная чувствительность, по его мнению, была не к лицу старому вояке и суровому адмиралу, но, в общем-то, за свою долгую жизнь дон Крушинка успел понять, что это не самый большой его недостаток. А окинув взглядом лица коленопреклоненных донов, он смог, не кривя душой, в очередной раз утешить себя тем, что не его одного прошибла слеза.

Над огромной лесной долиной, где доны собрались на заупокойную мессу, наконец-то повисла полная тишина. Листва замерла, а птицы, оглушенные мощными звуками органа, еще не возобновили свои заливистые трели. Дон Крушинка вздохнул и повернулся к походному алтарю. Падре Нгомо улыбнулся ему; ярко блеснули белые зубы на чернокожем лице. Рядом фра Смит неторопливо гасил толстые, витые свечи.

– Спасибо, падре, – кивнул адмирал, – это была славная месса. Брату Хромому Носорогу она бы понравилась. – Он вздохнул. – Конечно, если бы он мог присутствовать на собственном отпевании.

– Благодарю, адмирал. Мне самому понравилось, – святой отец снова растянул губы в улыбке и накинул капюшон рясы на слегка заросшую тонзуру. В отличие от монахов воинствующих орденов или официозного клира Ватикана, которые делали постоянную депиляцию тонзуры, он довольствовался обычной вибробритвой. – Знаете, я воспользовался наметками, которые составлял для отпевания Щербатого Лезвия, но я помню ту мессу не так хорошо, как хотелось бы, поэтому пришлось поволноваться. Однако я, кажется, еще ни разу не служил мессу перед такой толпой народу, так что в этот раз ощутил небывалый подъем. Вот все и получилось.

Усатая Харя добродушно махнул рукой. Доны уже поднимались с колен и, гомоня, расходились к своим кораблям или ботам. Судя по доносившимся возгласам, месса понравилась всем. Падре окинул их отеческим взглядом, потом кивнул и направился к «Большой неприятности». Он был не только духовной особой, но и канониром на этом фрегате, а фра Смит – старшим механиком на «Хромоножке».

Дон Крушинка повел плечами и почувствовал, как они вновь будто сами собой сгибаются под тяжестью невидимой ноши. Опять навалилось это странное ощущение безысходности, которое мучило его последнюю неделю. Вернее, по-видимому, все началось много раньше, просто до того он с головой ушел в работу и некогда было смотреть по сторонам и прислушиваться к собственным ощущениям, а как только стало чуть свободней… Он неторопливо зашагал в сторону дальней опушки, где возвышался огромный сруб в три этажа с крытой дранкой крышей. Это был полевой штаб, возведенный за четыре дня сотней собранных со всех кораблей донов, которым за время нелегкой военной судьбы пришлось, по тем или иным причинам, овладеть ремеслом плотника.

Поднявшись на второй этаж, в крохотную клетушку, которая считалась его кабинетом, Усатая Харя протиснулся вдоль стены к столу, пинком подвинул струганую лавку и включил мобильную консоль. На экране возникло лицо дежурного по штабу. Дон Крушинка вздохнул и буркнул:

– Где Старый Пердун?

– Пошел горло промочить.

Усатая Харя нахмурился. До старта, по его подсчетам, оставалось не более недели, столько еще надо сделать, а его исполняющий обязанности начальника штаба… Тут он тряхнул головой, разозлившись на себя: и чего брюзжит? В конце концов, Старого Пердуна не в чем упрекнуть. Все, что от него требовалось, он делал, а в последнее время, когда дона Крушинку одолела хандра, то и больше.

– Что нового?

Дежурный пожал плечами:

– Разве только последняя сводка?..

– Давай, – снова вздохнул Усатая Харя.

– В память или на экран?

– Давай на экран, только побыстрее.

Лицо дежурного исчезло, а по голубому полю быстро побежали строчки информации. Дон Крушинка не всматривался в них. Ему совсем не требовалась информация по каждому кораблю, достаточно было сводных данных уровня готовности по эскадрам и по флоту в целом. Когда сброс информации закончился, старый дон несколькими нажатиями свел суммарные данные в таблицу и сосредоточился на цифрах. По всем пяти эскадрам уровень готовности был приблизительно шестьдесят процентов. Опыт подсказывал ему, что к моменту старта она может достигнуть девяноста, но потом все затормозится. Даже если бы у них был еще месяц или два, да пусть хоть год – все равно ста процентов было бы не достичь. Так что все шло нормально. Он, в общем-то, не надеялся даже на такую цифру. Если говорить откровенно, Усатую Харю несколько удивила щедрость королевы. За месяц на временную базу флота донов доставили почти семьсот тысяч тонн оборудования и материалов, причем были выполнены заказы не только официально нанятых кораблей, но и тех, кто шел с ними, надеясь на закон «живого приза». Когда он обмолвился об этом своей «старушке», Сандра усмехнулась:



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32