Роман Злотников.

Швейцарец. Возвращение



скачать книгу бесплатно

Так что директор с утра пребывал во вполне благодушном настроении. Ну до того момента, пока в его кабинет не влетела секретарша и, захлебываясь от испуга, не выпалила:

– Там менты… милиция… ОМОН то есть…

– Кто-о-о? – недоуменно протянул ректор.

– Ну, я же говорю, – нервно повторила секретарша, – ОМОН! Они уже… – но что там «они уже» ректору узнать было не суждено. Потому что дверь в кабинет распахнулась от мощного пинка, и внутрь нагло ввалились именно те, о ком ему сообщила секретарша…

И начался ад, затянувшийся на шесть часов. Полтора десятка дюжих парней в черной омоновской форме, профессионально «успокоивших» нанятых ректором больше для пущего спокойствия арендующих площади «коммерсов», чем для защиты студентов, охранников, рассредоточились по этажам, контролируя ситуацию. Четверо в штатском засели в бухгалтерии, принявшись активно рыть, поднимая договора и бухгалтерские документы и выворачивая наизнанку все счета-фактуры и накладные, вплоть до закупки туалетной бумаги для комнаты отдыха ректора. Ещё трое таких же по-хозяйски разместились в его собственном кабинете. После чего омоновцы принялись таскать к ним на допросы сотрудников института – от деканов до преподавателей и лаборантов, выдергивая некоторых прямо с лекций и семинаров.

Попытки ректора путем звонков «нужным людям» разузнать, чем вызван подобный беспредел, долго не приносили результата. А когда он сумел наконец-то докопаться до истины… то мысленно застонал… Черт, ну какого хрена он повелся на те испанские деньги?! Нет, всё на первый взгляд выглядело очень перспективно. Ректор прошёл хорошую школу «хозяйствования» и потому не полез наобум, а предварительно пробил тот испанский фонд по всем доступным ему каналам. И везде ему сообщили, что фонд – это некий «мусорник» какого-то богатого француза, захотевшего «поиграть в меценатство», за которым не стоит никого серьезного. Так что процесс естественного перехода дензнаков от иностранного лоха к умным и ловким людям, по всем расчетам, должен был пройти совершенно безболезненно. И вот на тебе! Как же это не вовремя…

То, что лицо, организовавшее этот наезд, настроено весьма серьезно, выяснилось довольно быстро. Потому что сумасшедший дом, частично даже сорвавший педагогический процесс, четвергом не закончился. И пятницей тоже. Только в понедельник измученному ректору, у которого напрочь сорвались все планы на выходные, положили на стол акты выемки документов, означавшие как минимум перерыв всего этого ада. Собственные показания он подписал ещё в субботу… После чего полиция наконец удалилась с территории вверенного ему учебного заведения. Зато уже через полчаса после их ухода в его кабинете нарисовалась не менее неприятная фигура…

– Мсье Ожеро! – ректор, осознавший, что перед ним сидит то самое лицо, которое и организовало ему все эти неприятности, рассыпался перед гостем буквально мелким бесом. А что вы хотите – с людьми, способными организовать нечто подобное тому, что ректор имел возможность наблюдать в последние четыре дня, ссориться ни в коем случае нельзя! А если это уже по каким-то причинам (например, по собственному скудоумию) случилось, умный человек приложит все усилия, чтобы как можно быстрее купировать подобную глупость.

Вот только чем и как? Ну не деньги же этому французскому мультимиллионеру и крупному испанскому благотворителю предлагать? – Прежде чем перейти к тому делу, которое привело вас ко мне, считаю своим долгом принести самые глубокие извинения за крайнюю нерасторопность, проявленную моими подчиненными. К сожалению, я был совершенно не в курсе…

– Не надо, – русский у француза был с небольшим акцентом, но вполне понятный. – Ваших извинений мне вполне достаточно. Перейдем сразу к делу. Когда я могу получить материалы заказанных и оплаченных мной исследований?

– О-о-о, не сомневайтесь, все наши обязательства будут непременно выполнены в самое ближайшее время. Я лично…

– Не надо, – снова негромко повторил француз, заставив ректора недоуменно уставиться на него.

– В самое ближайшее не надо. Должен вам сказать, что подобные же «маски-шоу» в самое ближайшее время пройдут в заведениях, схожих с вашим профилем, ещё в Санкт-Петербурге и Архангельске. Хотя они, в отличие от вас, и представили в мой фонд свои доклады, но вот их качество меня совершенно не устроило, – француз сделал короткую паузу и закончил как припечатал: – Я готов платить. И платить хорошо. Но только за качественную работу. А за некачественную наказывать. Серьезно наказывать. Даже если это потребует значительных финансовых затрат. Вы меня понимаете?

– Д-да… – хрипло протянул ректор. Черт! Вот почему менты были такими настойчивыми. Да их просто «зарядили». Блин-блин-блин… что делать-то, что делать?!

* * *

Здание Николаевского кораблестроительного института имени Степана Макарова Алекс покинул спустя час после того, как в него вошел. И во вполне хорошем настроении.

С ректором они договорились почти полюбовно. Ну, то есть он приостанавливает «наезд», а ректор прилагает все усилия для получения Алексом устраивающего его результата. Непосредственное исполнение ректор, перебрав все кандидатуры, предложил возложить на «старейшего преподавателя нашего института». Который был немедленно выдернут с одной из лекций для собеседования с будущим работодателем. После какового Алекс понял, что общения с дедком из питерского Военно-морского музея ему избежать не удастся. «Старейший преподаватель» оказался вполне в теме и с ходу выдал довольно длинный список вопросов, без ответов на которые требуемого Алексом результата получить не удастся. А когда парень спросил, где эти ответы искать, архив питерского музея был назван в первой пятерке адресов… Кроме того, ректор клятвенно пообещал, что все запросы согласованного «научного руководителя» будут удовлетворяться им немедленно и в самом полном объеме. Ну, абсолютно все! От немедленного выделения личного директорского автомобиля до привлечения к исследованиям любого требуемого количества студентов и аспирантов…

Приведение «в рабочее состояние» всех контрагентов фонда на территории бывшего СССР у Алекса заняло около полутора месяцев и почти три миллиона долларов. Причем даже не везде потребовалось задействовать ОМОН… Но зато после этого пошла вполне серьезная и, похоже, плодотворная работа. Потом он около недели занимался прикупленным им фондом, разбираясь с результатами заказанного перед отъездом аудита, а затем вылетел в США. Потому что благодаря материалам, которые сделала та парочка согласившихся сотрудничать ещё до первой попытки перехода американских университетов, у него появилось понимание, что задачи, которые он ставил американцам, были сформулированы не совсем правильно. Но обратного понимания, то есть как именно их нужно сформулировать, у него, увы, пока так и не появилось. Вследствие чего он решил сначала хотя бы немного повысить свой уровень образования в области экономики, ну и обсудить свои «хотелки» с умными людьми. Тем более что особенной организации это не требовало. Большинство американских «экономических гуру» вполне практиковало то, что именовалось «консультациями» или «приватными лекциями», беря за них вполне приемлемую почасовую оплату. Ну, для него приемлемую…

Из этого своего американского вояжа Алекс вернулся в середине лета. Слегка охреневшим. От сделанных им самых невероятных открытий. Он-то предполагал, что, поскольку экономическая наука развивается уже не одну сотню лет, у нее уже есть вполне корректные и наработанные правила. Ну как в химии. То есть типа подаешь в реактор одно вещество, нагреваешь его до определенной температуры, добавляешь к нему второе – и, хоть усрись, результат будет однозначным. Хрена! Одни и те же финансово-экономические действия, предпринятые в приблизительно одних и тех же экономических условиях, в разных странах давали совершенно разные результаты. Причем зачастую прямо противоположные! Да, возможно, при принятии решений на их осуществление были учтены не все исходные данные и переменные, но, черт возьми, если вы занимаетесь наукой – извольте проанализировать все полученные результаты и сформировать расширенный пул исходников и переменных, которые необходимо учитывать. Да черта с два! Подобные попытки либо просто не предпринимались, либо напрочь вязли в остервенелых спорах представителей различных экономических школ. Причем приверженцы тех из них, из постулатов которых и было выведено неудачное решение, как правило, настаивали на «эксцессе исполнителя», то есть, типа, выданные рекомендации были абсолютно верными, но воплощались в жизнь недостаточно настойчиво, без должной поддержки государства, либо слишком недолго, чтобы стал заметен благотворный эффект, вследствие «исчерпания политической воли к продолжению реформ»… ну и всё такое прочее. В ответ их оппоненты категорично заявляли, что ничего хорошего и ждать было нельзя. Потому что сама теория – полное фуфло… Вследствие чего Алекс решил по возвращении из путешествия дать себе хотя бы пару недель отпуска. Ну, чтобы его буквально вскипающие мозги за это время пришли хотя бы в какой-то порядок. А уж потом начать формулировать задания…

Но запланированного отпуска не получилось. Потому что уже через восемь дней его вызвонил тот дедок из Военно-морского музея, с которым он по возвращении из Николаева полностью восстановил сотрудничество (что стоило ему почти полутора часов весьма ехидной выволочки), связав его напрямую сначала со «старейшим преподавателем» из Николаевского кораблестроительного, а затем и с группами, сформированными в Питере и Архангельске. Дедок весьма категоричным тоном заявил, что у них «сложился некоторый консенсус» по трём вариантам возможного развития РККФ[17]17
  РККФ (Рабоче-Крестьянский Красный флот) – название Советского военно-морского флота до 1946 года.


[Закрыть]
в начале тридцатых годов, так что теперь «уважаемому заказчику» надо выбрать один из этих трех вариантов, чтобы они занялись более детальной проработкой именно его. Для чего просто необходимо его личное присутствие…

К удивлению Алекса, на этот раз дедок сильно ехидничать не стал. Только окинул его прищуренным взглядом и, хмыкнув, протянул:

– Значит, говоришь, писатель-фантаст…

Парень несколько смущенно улыбнулся. Да уж, с этим моментом он протупил. Ну откуда у неизвестного писателя-фантаста деньги на подобные исследования…

Разговор затянулся часа на три. Дедок явно получал удовольствие от того, что может в свое удовольствие, так сказать, «возить носом по столу» тупенького неумеху, который к тому же ещё за это и платит. Впрочем, делал он это вполне добродушно. К тому же Алекс ещё во время своего американского вояжа вполне себе освоился с ощущениями «ученика-первоклашки», параллельно практически восстановив все те навыки и приемы обучения, которыми пользовался ещё во время учебы в «Губке». Так что особенного дискомфорта не испытывал. Да и тупеньким неумехой тоже себя не сильно-то и ощущал. Поскольку с момента прошлой встречи успел немного посидеть на пока ещё редких флотофильских форумах и почитать кое-что. Так что был более-менее в теме. И оказался способным как минимум задавать не совсем глупые вопросы.

– Э-э… что-то я не понял, – прервал он очередной дедов спич. – Я тут читал, что американские легкие крейсера типа «Атланта» сами американцы считают неудачными проектами, показавшими себя в войне крайне слабо. Зачем же нам брать их в качестве образца легких крейсеров?

Дедок окинул его снисходительным взглядом и, ткнув локтем сидящего рядом с ним «старейшего преподавателя», ради этой встречи прилетевшего из Николаева, с которым они плотно «спелись», ухмыльнулся:

– Соображает!

– Дело в том, молодой человек, – вступил в разговор гость с Украины, – что как состав флота, так и характер боевых действий на море у нас и у американцев очень сильно отличались. И нашим действующим флотам категорически не хватало кораблей, которые, скажем, англичане квалифицировали как крейсера ПВО. В то же время Советский Союз просто и финансово, и физически не сможет построить к войне столь много крейсеров, чтобы какую-то существенную часть из них почти исключительно заточить под задачи ПВО. Так что нам нужен легкий крейсер, с одной стороны, в первую очередь нацеленный на задачи ПВО, а с другой – способный при этом с достаточной эффективностью закрыть и весь остальной спектр задач, возлагаемых на легкие крейсера – от рейдирования к вражеским берегам до поддержки десантов. И здесь тип «Атланта» с его шестнадцатью пятидюймовками главно-универсального калибра в качестве образца вполне неплох. При том, что подобный набор вооружения ещё позволит стандартизировать набор вооружения с остальными классами кораблей, без чего, увы, никакого более-менее приемлемого флота у СССР к войне не получится. Не хватит ни сил, ни технологических возможностей, ни финансов… Хотя, конечно, его требуется довольно значительно переделать и модернизировать. Особенно в области систем управления огнем…

К концу третьего часа обсуждения Алекс уже поплыл. Хотя и изо всех сил старался, так сказать, «держаться в теме». Время от времени «радуя» собеседников вопросами:

– Так – стоп! Я не понял – а почему вы предлагаете первыми строить именно тяжелые крейсера? Где тут принцип – «от простого к сложному»? Или: не вы вот полчаса тому как утверждали, что СССР к концу двадцатых утратил все компетенции в кораблестроении?

– Ну, во-первых, не все, иначе он и сторожевики типа «Ураган» не потянул бы, но многие. А во-вторых – в том-то и дело! Первыми будут строить те корабли, которые уже кем-то были построены. То есть технология их постройки уже отработана, а сами они успели наработать кое-какую историю эксплуатации. Типа «Атланта»-то к двадцать девятому году даже в проекте нет… Потому что большая часть компетенций в области кораблестроения, которыми обладала Российская империя, в СССР к концу двадцатых годов была практически утрачена. Сами посудите – все первые образцы советского кораблестроения – и сторожевые корабли типа «Ураган», и лидеры эскадренных миноносцев проекта один, – тут Алекс кивнул, поскольку по поводу последних дедок его просветил ещё в прошлый раз, – и подводные лодки типа «Декабрист» с их просто никакой остойчивостью в подводном положении оказались весьма неудачными. Да, они выполнили очень важную задачу, дав возможность РККФ подготовить личный состав, а советским конструкторам – пройти хорошую школу, но сами конструкции были откровенно слабыми и с массой врожденных недостатков. Поэтому, если перед нами ставится задача избежать подобных проблем, путь у нас один – копирование. Впрочем, как я уже говорил, не абсолютно идентичное. Упомянутый вами проект всё-таки существенно отличается от прототипа. Например, имеет абсолютно другую, так сказать, более традиционную главную энергетическую установку. Другой набор вспомогательного и зенитного вооружения. Совершенно другие системы управления и связи, которые, кстати, тоже ещё только предстоит создать… И по водоизмещению он у нас получился почти на две тысячи тонн тяжелее прототипа. Но в основе будет проект именно что уже созданных и к моменту закладки наших образцов уже активно эксплуатируемых кораблей, технологии постройки которых были отлично отработаны при строительстве целых трех единиц серии…

Когда Алекс наконец-то покинул обоих старичков, бывший капитан второго ранга несколько мгновений молча пялился на закрывшуюся за спиной парня дверь, а затем наклонился и привычным движением вытащил из стоящей в углу тумбочки бутылку водки с парой граненых стаканов. Молча разлив водку по стаканам, он взял свой в руку и задумчиво произнес:

– А скажи мне, Тарасик, ты веришь, что вот это вот всё наш юный друг делает именно по тем причинам, которые нам были озвучены?

Гость из Николаева несколько мгновений помолчал, потом наклонился и, вытянув руку, стукнул ободком своего граненого стакана о емкость хозяина, после чего залпом опрокинул водку себе в рот. Выдохнул. Крякнул. И негромко произнес:

– Нет.

– И-и-и? – поинтересовался бывший капитан второго ранга. – Есть какие-нибудь предположения?

– Есть. Только фантастические, – усмехнулся николаевец. – И я тебе так скажу – я молиться готов на то, чтобы они оказались правильными. И пахать как шахтер. Ночами не спать!

– Это-то – да, – задумчиво кивнул хозяин. – И, значит, что?

– Что?

– Значит, надо подумать, как и чем ему ещё помочь! Понял мысль?

– Так о то ж! – его собеседник расплылся в понимающей улыбке. А дедок между тем озабоченно насупился.

– Вот только неосторожный он. Если даже два таких старых пня, как мы с тобой, начали кое о чем догадываться, то и кто-то ещё может…

Глава 3

– Сеньор Ожеро! Сеньор Ожеро!.. – До Алекса как-то даже и не дошло, что зовут именно его. За шесть с лишним месяцев, прошедших с момента того неожиданного фиаско у портала, Алексу удалось довольно сильно расширить свой собственный кругозор. И не только в области экономики. Технологии производства стержневых ламп, виды оптического стекла и используемые для этого присадки и микродобавки, чем отличаются дизеля с вихревым и пленочным смесеобразованием, рабочие режимы крекинговых реакторов… его бедная голова постепенно заполнялась таким количеством разной информации, что ночами он частенько часами не мог заснуть. Потому что стоило ему прикрыть глаза, как перед его взором начинали вертеться всякие формулы, графики, таблицы, технологические карты и всё такое прочее… И вовсе не потому, что он занимался всем этим самостоятельно, нет. Да он бы от этого уже через месяц головой двинулся! Но вот читать или хотя бы бегло просматривать всё, что присылали ему специально нанятые для поиска всех этих вещей люди, парню приходилось. Ибо как иначе понять, что присланные ему материалы не полное фуфло, которым от него тогда пытались отделаться его бывшие сограждане (ну во время того трехмесячного периода лихорадочной подготовки к переходу), а действительно чего-то стоят… Так что днем Алекс иногда чувствовал себя этакой сомнамбулой. И потому на всякие внешние раздражители реагировал с большой задержкой.

– Сеньор Ожеро, подождите же! – в этот момент парень, наконец, осознал, что его зовут, и, остановившись, развернулся. Догнавшая его сеньорита Амайя была дамой… м-м-м… выдающихся достоинств. И его единственной сотрудницей. Не считая Жака, конечно. Но Жак – это же совсем другое дело… Когда он в прошлом году прикупил дышащий на ладан благотворительный фонд, то поначалу не стал заморачиваться никаким аудитом. Всё равно фонд нужен был ему только в качестве прикрытия. Да и в качестве него – всего лишь на три месяца… Так что когда в марте, то есть перед самой его поездкой в Швейцарию, к порталу на имя Алекса пришло грозное уведомление из испанской королевской налоговой службы, в котором в очередной раз был перечислен весь букет задолженностей и нарушений, допущенных прикупленным им фондом, а также содержалось грозное требование наконец-то навести во всем этом порядок, парень решил на него просто забить. До перехода оставалось всего чуть больше недели – так что хрен с ним! Перейдёт – и все подобные проблемы развеются как дым… Но когда переход не удался, стало очевидно, что что-то делать с фондом всё-таки придется. На простом игнорировании требований структур, подобных королевской налоговой службе, ещё год никак не протянуть. Уж они-то быстро сумеют заставить себя уважать. Налоговики в нормально организованном государстве – дело жутко мощное. Они вон когда-то самого Аль Капоне посадили, с которым всё ФБР во главе с легендарным Гувером годами справиться не могло… Но чтобы это «что-то» поправило, а не, наоборот, усугубило ситуацию, следовало сначала разобраться, какие у него действительно имеются проблемы и каковы пути их решения. Так что, ещё собираясь в Николаев, Алекс заказал аудит, по итогам которого поувольнял на хрен всю прежнюю верхушку фонда и большую часть технического персонала. А сеньориту Амайю оставил. Потому что она оказалась единственной не замешанной ни в чем предосудительном… Впрочем, довольно скоро до Алекса дошло – почему… И это знание его совершенно не обрадовало.

Дело в том, что, несмотря на то, что сеньорита Амайя внешне была жгучей брюнеткой, во всем остальном она представляла из себя классическую блондинку из анекдотов. Ну, прям один в один! Поэтому задействовать её в какой-либо из махинаций или коррупционных схем, на которые, как выяснилось по итогам аудита, прежнее руководство фонда оказалось мастерами, было бы весьма чревато в первую очередь именно для этих махинаций и схем. Потому-то её никто в них и не втягивал. Вследствие чего она и оказалась единственной сотрудницей фонда с, так сказать, незапятнанной репутацией… Но это же и послужило причиной определенных проблем. Потому что то, что Алекс не уволил ее, как всех остальных сотрудников фонда, включая и самого директора, было расценено сеньоритой Амайей как лучшее подтверждение собственной неотразимости, поразившей нового «главного спонсора» в самое сердце. А что у людей могут быть какие-то другие побудительные мотивы для каких-то поступков, нежели желание переспать с кем-то, просто не укладывалось в ее очаровательной головке… И всё бы ничего – ну мало у кого какие в голове тараканы, но это коренным образом изменило её поведение, которое до всех этих перипетий выглядело вполне адекватным…

– Как я рада, что увидела вас! Я пыталась вам дозвониться, но вы опять были недоступны.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6