Вольф Белов.

Волчицы



скачать книгу бесплатно

– Что тут у вас? – спросил Тихий.

– Смотрите сами, – сказал старший опергруппы, указав на развороченную стенку бытовки.

– М-да, – озадаченно промолвил Тихий, оглядевшись вокруг. – Крупный зверь здесь побывал.

Строев хмыкнул, проявив интонацией все свое неуважение к служителям закона.

– А вы кто такой? – спросил Тихий.

Грозно взглянув на милиционеров, он сказал:

– Я же велел убрать всех гражданских лиц.

– А ты не ори, мил человек, – спокойно произнес Строев. – Я здесь уже больше полувека живу и хожу, где хочу.

– Товарищ местный, – пояснил Михеев. – Из Огнево. Опытный охотник и кое в чем разбирается. Может оказаться полезным.

– Обойдемся без самородков-самоучек, – отрезал Тихий. – Вот приедут специалисты, сами во всем разберутся.

– Специалисты, – презрительно процедил Строев сквозь зубы. – Твои специалисты и не знают, с чем им придется встретиться. Да и вы, похоже, ни черта не понимаете, только туману напустили, корчите из себя серьезных да деловых.

– Ну хорошо, – подполковник заложил руки за спину и всем корпусом повернулся к Строеву. – Объясните же нам, бестолковым, свою точку зрения.

– Объяснить не трудно, – отозвался старый охотник. – Поймете ли? Вот ты говоришь, зверь крупный. Погляди-ка туда.

Строев указал на сторожевого пса, что жался к будке, поджав хвост.

– Любой, даже самый крупный волк, не крупнее этой вот псины. А теперь представь, под силу ли такому зверю пробить фанерину.

– Вряд ли, – усомнился Тихий.

– А теперь сюда посмотри.

Строев поманил подполковника в сторону и присел на корточки. Тихий последовал за ним.

– Видишь, след, – указал Строев. – Здоровый, будто медвежий.

– Так, может, медведь и был?

Строев усмехнулся.

– Вам, городским, конечно, все едино, что медведь, что заяц. Я же на зверя ходил, когда ты еще штаны мочил, и глаза свои я еще не пропил. След волчий. Но размером волк с медведя будет, а может и поболе. Видишь, как псину трясет. Она его видела. Да и Михеев его видал.

Оба посмотрели на участкового. Тот только махнул здоровой рукой.

– Там вчера такое творилось… Костер в суматохе затоптали, все в темноте было… Но зверь действительно здоровый.

– Я, конечно, городской, это верно, – произнес Тихий. – Однако точно знаю, что нет таких крупных волков.

Строев кивнул.

– Я тоже это знаю. Это и пугает. Странный зверь. И страшный. Ты посмотри, да тебе и сыщики твои подтвердят, сторож стрелял в зверя и попал, на земле и на стенке кровь. Но это его не остановило. Волк разворотил стену, вышиб дверь, а потом… Смотри сам. Сторож хотел уехать на «ЗИЛке», но волк достал его. Лобовуха вдребезги. А ведь это не оконное стекло, его просто так не расшибешь. Любая животина насмерть бы разбилась, а он сторожа разорвал, да потом еще на наших мужиков в лесу набросился.

Страшный зверь, сильный. Даже собаки его пугаются. А ведь это не городские шавки, они на медведя, на лося, на кабана, на тех же волков ходили. А его боятся. Вот и думай, какую зверюгу изловить собрался.

– Ладно, все это мы примем к сведению, – сказал Тихий, кивнув. – Спасибо, дед, за консультацию, а теперь ступай домой.

– Иди, Степан Васильевич, иди, – поддержал его Михеев. – Тут теперь без нас разберутся.

– Разбирайтесь, – хмуро произнес Строев. – Конечно, кто я для вас? Чудной дед, что под ногами мешается. Одно тебе скажу, начальник, не губи людей зазря. Днем вы его вряд ли отыщете. Его время – ночь. Он людоед и это не вы, а он будет охотиться на вас.


Вернувшись в село, Строев сразу направился в больницу. Поковский нервно метался по пустым кабинетам и говорил в пустоту:

– Уеду! Уеду, к чертовой матери!

– Чего мельтешишь, медицина?! – окликнул доктора Строев.

– А! Степан Васильевич! Здравствуйте.

– Здорово.

– Слыхали, что ночью-то случилось?

Строев кивнул.

– Даже видел.

– Ужас! – Поковский нервно сжал голову руками. – Кошмар! Как только все это закончится, сразу же уеду. Я бы и сейчас сбежал, да военные не выпускают. Мы тут как арестанты!

– Ладно, не суетись, – Строев хлопнул доктора по плечу, усаживая на кушетку. – Ты тут, я знаю, с кровью чего-то химичишь, исследуешь. Исследуй-ка для меня вот это.

Строев достал из-за пазухи тряпицу, бережно развернул и показал доктору бурые щепки.

– Что это? – спросил Поковский.

– Вот ты и проверь, что это такое. Если чего найдешь необычного, скажи мне. И только мне. Ты понял?

– Хорошо, – кивнул доктор. – Я займусь этим потом.

– Прямо сейчас, – потребовал Строев. – Это важно.

– Это как-то связано с людоедом?

– Ты поменьше спрашивай, делом займись.

– Хорошо.

– Вот и ладненько. Я к тебе потом загляну. Но если что, сразу разыщи меня.

Покинув больницу, Строев продолжил свои похождения. Весь день он мотался по округе из края в край, не жалея больную ногу. Старика начали терзать смутные подозрения, в которых он боялся признаться даже самому себе. Не очень-то доверяя милиции, военным и приезжим егерям из лесничества, старый охотник занялся собственным расследованием. Следы ночного хищника все более убеждали Строева, что его страшные догадки верны. Не хватало лишь какой-то малости, чтобы увязать все факты воедино и разгадать, наконец, все тайны волка-людоеда.

Ближе к вечеру старик зашел к Сиверцевым. Николай встретил его у калитки.

– Дядя Степа, ты куда пропал? Я уж два раза к тебе заходил.

– Все дела, – ответил Строев. – Ну, как? Отвез ребятишек?

– Да, посадил на поезд. В Москве пересядут, а в Симферополе мой отец их встретит.

– Не заблудятся?

– Настя уже не первый раз этим путем едет. Да и не одни они поедут. Мои знакомые в Запорожье собрались, так что до Москвы и дальше одним поездом с нашими едут. Вот и присмотрят за ними в дороге.

– Ладно, коли так. Лучше ребятам сейчас быть подальше отсюда. Тут черт-те что творится.

– И не говори, дядя Степан. На дорогах посты стоят, меня еле пропустили. Полчаса доказывал, что живу здесь. Солдат понагнали, патрули кругом, говорят, что учения у них начались. Неужели из-за волков вся суета?

– А ты как думал? Слыхал, что ночью-то случилось?

– Слышал уже, – Сиверцев хмуро кивнул. – А чего ж секретность такая?

– А кому ж охота свою задницу подставлять? – усмехнулся Строев. – Время протянули, теперь расхлебывают. Жинка-то у тебя как?

– Переживает, конечно. Настю к моим родителям отправили, теперь немного успокоилась.

– Да, у них в деревне такой страсти, поди, не было. Откуда, говоришь, она родом?

– С Рязанщины. Есть там у Скопина деревенька Перелюха.

Строев покачал головой.

– Далеко ее занесло.

– Не знаю, как и быть, дядя Степан. Мне сейчас на базу надо отправляться, начальство требует. Может, в рейс отправят. На кого Наташку оставить?

– Езжай, не бойся. Дом у тебя надежный, запоры крепкие, солдатиков, милиции да егерей в селе больше, чем жителей. Ничего не случится. Да и я пригляжу.

В этот момент из дома вышла сама Сиверцева.

– Мужчины! – окликнула она мужа и гостя. – Что ж вы на улице-то стоите? Заходите в дом.

– Спасибо, хозяйка, но я уже ухожу, – ответил Строев. – Есть дела.

Строев попрощался и пошел прочь. Он снова направился в больницу, но на полпути встретился с самим доктором.

– А я уж вас заждался, – сказал Поковский. – Решил сам поискать.

– Узнал что-нибудь? – спросил Строев.

– Даже не знаю, как и сказать.

– Говори, как есть. А что это за шум?

– Да там на площади народ собирается. И военные там. Наверное, новости какие-нибудь.

– Ну, пойдем послушаем. По дороге расскажешь.

Несмотря на хромоту, Строев резво зашагал вперед. Доктор едва поспевал за ним, рассказывая на ходу о результатах своего анализа. Услышанное настолько поразило старика, что он остановился, как вкопанный, и задумчиво пробормотал:

– Так-так.

Поразмышляв некоторое время, он, видимо, пришел к какому-то выводу и, кивнув, зашагал дальше.

– А для чего вам это нужно, Степан Васильевич? – спросил Поковский, снова пытаясь не отстать от старика.

– Надо, – коротко ответил Строев. – А ты пока помалкивай, никому ни слова. Мы с тобой еще поговорим.

Когда Строев и Поковский пришли на площадь перед правлением колхоза, там уже собралась изрядная толпа. В центре площади стоял трактор в окружении солдат и егерей.

– Что случилось? – спросил Строев.

– Рыжеухого прикончили, – ответили из толпы.

В кузов трактора взобрался подполковник Тихий.

– Внимание, товарищи! – крикнул он. – Прошу тишины.

Когда шум немного стих, Тихий объявил:

– Волк, так долго вас терроризировавший, уничтожен. Вот он, лежит здесь, можете убедиться сами. Это тот самый рыжеухий людоед. Опасность миновала. Успокойтесь, граждане, причин для паники больше нет.

– Что, и уехать можно будет? – спросили из толпы. – Мы с женой в город собирались. Детишкам надо одежу прикупить, а ваши все дороги перекрыли.

– Обещаю, в скором времени восстановится полная свобода передвижения. Пока же прошу пределов колхоза не покидать. Некоторое время войсковые наряды еще будут патрулировать местность, но, повторяю, причин для беспокойства больше нет.

Строев пробился сквозь толпу поближе к трактору. В кузове лежала туша крупного волка. Старый охотник никогда раньше его не видел, но, без сомнений, это был тот самый зверь, что так часто сталкивался с людьми и которому приписывали все ночные нападения. Строев сразу заметил характерные рыже-коричневые пятна за ушами, отличавшие хищника от всех прочих.

Строев взобрался наверх и внимательно осмотрел труп волка. Хищника буквально изрешетили, шкура волка была продырявлена многочисленными пулевыми отверстиями. Егеря уже успели вспороть ему брюхо, доски кузова потемнели от крови. Зверь действительно был очень крупный, таких охотнику встречать еще не доводилось. И все же…

Строев поднял глаза на Тихого.

– Молчи, дед, – тихо сказал подполковник. – После поговорим.

– Что скажешь, Василич? – спросили из толпы. – Он?

– Ночь покажет, – хмуро ответил Строев. – А пока не расхолаживайтесь.

Он слез с кузова. Тихий также спустился на землю. Оба отошли в сторонку, к ним присоединился старший егерь.

– Это не он, – сказал Строев.

– Возможно, – ответил Тихий.

– Не «возможно», а точно не он.

– Почему вы в этом так уверены?

– У него были огнестрельные раны до того, как вы его убили? – не ответив, спросил Строев.

– Трудно сказать, – офицер пожал плечами. – Ребята основательно его изрешетили, сами видели. Живучий оказался и злобный, сам на загонщиков бросался. А экспертизу мы не проводили.

– Это не он. Зверь крупный, даже слишком, это так. И молва о нем недобрая. Но это не он.

– Ему распороли брюхо и обнаружили в желудке и кишечнике куски материи, – сообщил егерь.

Строева этот аргумент не убедил:

– Волки хищники, но при случае могут отведать и свежей падали и окровавленную тряпицу заглотить. Рыжеухий вполне мог полакомиться тем, что осталось от людоеда. Следы людоеда я изучил слишком хорошо и точно могу сказать – это не тот волк.

– Даже если это так, людоед не скоро объявится, – сказал Тихий. – Ребята такого шороху в лесу навели. Двадцать семь волков в землю зарыли, только рыжеухого в село доставили.

– Волков вы, может быть, и напугали, но не людоеда, – возразил Строев. – Вы даже не там его ищете. Не в лесу его логово. Он приходит не оттуда.

Тихий внимательно посмотрел в глаза старику.

– Если что-то знаете, лучше сообщите, – с нажимом произнес подполковник.

– В том-то и дело, что ничего я не знаю, пока только догадываюсь. Как узнаю, скажу. До встречи.

Попрощавшись, Строев направился в другой конец села. Благо, что все толпились на площади перед правлением. Если бы кто-нибудь из односельчан увидел его в этот час, то был бы изрядно удивлен. Убежденный атеист, всегда высмеивавший попов и богомольцев, прямиком направился в церковь.

В божьем храме было пусто. Строев кашлянул и громко спросил:

– Есть кто дома?

Никто не ответил. Строев подождал немного, прошел дальше и крикнул:

– Есть кто живой?!

В этот раз ждать пришлось недолго, на зов старика появился священник.

– Добрый вечер, – поздоровался отец Василий.

– Добрый, – ответил Строев. – Поговорить бы надо.

Священник посмотрел на старика, не скрывая удивления.

– Хотите исповедаться?

– Еще чего, – проворчал Строев. – Есть дела посерьезнее. Только приземлиться бы куда-нибудь. Набегался я сегодня.

– Идемте, Степан Васильевич.

Поп провел старика в глубь церкви. В маленькой комнатушке он усадил старика на стул, сам сел на лавку.

– Я слушаю вас, Степан Васильевич.

Строев вытянул больную ногу и сказал:

– Ты, святой отец, человек умный. Вот спросить хочу, что ты обо всем этом думаешь? Я про волка-людоеда.

– Трудно сказать, – ответил священник. – А что конкретно вас интересует?

– Может ли быть такое, что волк охотится на людей и поймать его невозможно? Нет ли в этом чего-то такого?..

Старик запнулся, подыскивая нужное слово.

– Сверхъестественного? – спросил отец Василий.

– Вот-вот, – кивнул Строев. – Именно так.

– Знаете, Степан Васильевич, в истории уже был подобный случай. Это произошло во Франции, если мне не изменяет память, в восемнадцатом веке. Пожалуй, это был единственный случай, когда волк вошел в историю. Его знают под именем – Зверь из Жеводана. Так же знамениты только львы из Цаво, есть такая местность в Африке. Этот волк охотился исключительно на людей, уничтожил за два года несколько десятков человек, еще больше покалечил. И был неуловим. Сам король посылал в Жеводан войска, в облавах принимали участие тысячи человек, было истреблено множество волков. Однако все было бесполезно. Избавиться от людоеда помог лишь случай. В те времена считали, что в округе появился оборотень, даже обращались к церкви за помощью.

– Вот-вот, – Строев снова кивнул. – Оборотень. Это и хочу узнать. Как ты думаешь, святой отец, возможно ли такое, чтобы оборотни существовали на самом деле?

– Сложный вопрос, тем более для священника, – задумчиво ответил поп. – Вера в Бога подразумевает и веру в Его противоположность, в дьявольские силы. Теософы, конечно, склонны считать волка порождением преисподней. Но в наш просвещенный век было бы неосторожно и даже неумно утверждать, что существование оборотней возможно, по крайней мере, в прямом смысле. Подобные предрассудки порождает страх человеческий перед неизвестностью.

Строев откинулся на спинку стула, закрыл глаза и медленно, устало заговорил:

– Я шел по его следу. Я сразу понял, что он приходит не из леса. Он не живет среди волков, они сами его боятся. Они даже сбились в стаю, чего никогда не бывает летом. Волки отошли в глубь леса, уступив ему свою территорию. Но логово людоеда не в лесу. Сперва я думал, что он приходит из-за реки, но его следов нет ни на этом, ни на том берегу. Его след всегда появляется с одного и того же места и обрывается там же. Военные пристрелили рыжеухого. Они могут говорить, что угодно, но я-то знаю, людоед не рыжеухий.

Строев открыл глаза, посмотрел на священника и четко произнес:

– А еще мне кажется, что в селе появился оборотень. Сегодня ночью я узнаю наверняка, так ли это и кто он такой. Или она.


ГЛАВА ДЕСЯТАЯ


Несмотря на уверения военных, волк-людоед вновь вышел на охоту. Утром патруль обнаружил труп Строева. Он был убит на улице, неподалеку от церкви.

Когда Тихий прибыл на место происшествия, там уже собралась изрядная толпа. Труп старика лежал на земле, накрытый плащом. Рядом лежал карабин.

– Это его оружие? – спросил Тихий участкового, находившегося тут же.

Михеев кивнул.

– Дед оказался тут не случайно, – заметил он. – Он не имел привычки разгуливать с карабином. Брал его только на охоту.

Тихий поднял карабин, осмотрел его.

– Однако он ни разу не выстрелил, – сказал подполковник. – Интересно, почему? Он ведь наверняка видел людоеда. Но не выстрелил. Или на него напали сзади?

Михеев покачал головой.

– Нет, он встретил волка лицом к лицу. Людоед даже не разорвал его, старик, вероятно, умер от удара при падении.

Тихий опустился на одно колено, приподнял край плаща, взглянул в лицо погибшего и задумчиво произнес:

– Почему же ты не выстрелил, старик? Что ты увидел? Что узнал? О чем не успел рассказать?

К Тихому подошел прапорщик и, отозвав его в сторону, сообщил:

– В больнице обнаружен труп доктора. Зверь вломился туда прямо через окно.

Подполковник крепко выругался.

– Что же это такое?! – волновались люди в толпе. – А говорили, что все кончено. Значит, не рыжеухий лютовал? Сколько еще в страхе жить?

Тихий не стал успокаивать народ. Повернувшись к своим офицерам, он потребовал:

– Установите связь со штабом округа. Срочно.

Никто не знал, какой разговор состоялся у подполковника с командованием, но спустя некоторое время в Огнево прибыли еще несколько машин с солдатами. На правом берегу, в полях, раскинулся военный лагерь. В селе и окрестных деревнях срочно устанавливали прожектора, во всех населенных пунктах установили многочисленные посты, армейские наряды начали патрулировать местность с интервалом в десять минут. До особого разрешения населению было приказано прекратить все работы, не рекомендовалось покидать дома без особой надобности. Выезд из мест проживания также был временно запрещен. Исключение сделали лишь для отца Василия.

Сославшись на неотложные церковные дела, священник попросил разрешение на несколько дней покинуть село. Тихий снова связался с командованием и получил приказ попа не задерживать. Оседлав приходскую лошадку, священник отправился в город.

Время тянулось в тревожном ожидании. День за днем егеря при поддержке войсковых подразделений прочесывали леса. Пристрелили еще два десятка волков, но результатов это не принесло. Ночные нападения продолжались. Над Огнево и окрестными деревнями нависла тишина. Жители отсиживались по домам, боясь выходить даже днем. Ночами на улицах жгли костры, прожекторы превратили ночь в день. Не помогало ничего. Количество жертв неумолимо росло. Ночной хищник осмеливался нападать даже на войсковые патрули, а однажды его следы обнаружили возле лагеря за рекой.

Население нервничало. Начали вспоминаться старинные предания об упырях, оборотнях и прочей нечисти.

Через несколько дней вернулся отец Василий. Едва заглянув в церковь, он тут же направился к Сиверцевым.

Хозяин дома колол дрова во дворе. Он два дня назад вернулся из рейса и теперь, узнав последние страшные новости, пребывал в мрачном расположении духа. С ожесточением всаживая колун в чурки, он от души матерился про себя. Впрочем, иногда крепкие словечки срывались и на язык.

Обернувшись на скрип калитки, Сиверцев опустил колун и поздоровался. Ответив на приветствие, священник подошел ближе и сказал:

– Прошу простить за неожиданное вторжение, но я должен поговорить с вами.

– Что ж, пойдемте в дом.

– Ваша супруга, наверное, дома, а я предпочел бы поговорить без свидетелей.

– Хорошо, давайте поговорим здесь.

Сиверцев воткнул колун в колоду. Он усадил гостя за стол во дворе, сам сел напротив.

– Я вас слушаю.

– Я только что вернулся из поездки. Был в Рязанской области. Заезжал и в деревню Перелюха. Вам знакомо это название?

– Да, – Сиверцев кивнул, в его взгляде появилась настороженность. – Моя жена родом оттуда.

– Именно о вашей супруге я и хочу поговорить. Вы хорошо ее знаете?

Сиверцев усмехнулся.

– Думаю, что достаточно.

– А известно ли вам что-либо о прошлом ее семьи? – продолжал спрашивать священник.

– Как-то не интересовался, – ответил Сиверцев, пожав плечами. – Но вам-то, собственно, что до этого?

– Вам, конечно, может показаться, что я лезу не в свое дело, – смущенно произнес отец Василий. – Но при сложившихся обстоятельствах я просто обязан сообщить вам то, что узнал. Видите ли, я встречался с протоиереем Диомидом, в свое время он руководил приходом, в который входила и деревня Перелюха. А сам отец Диомид родом из тех же мест, что и предки вашей жены. От него я узнал нечто удивительное. Прошу вас очень внимательно меня выслушать. То, что я должен рассказать, очень необычно. У меня самого все это не укладывается в голове, но в свете последних событий сомневаться в словах отца Диомида трудно.

Сиверцев закурил, выпустил струю дыма и произнес:

– Подозреваю, мне не понравится то, что вы сейчас расскажете. Но я вас слушаю.

– От отца Диомида я услышал одно старинное предание, – начал рассказывать священник. – Якобы в древние времена некий лесной народ получил в дар от языческого бога возможность менять личину. Эти люди научились оборачиваться в волков. Но с течением веков эта возможность сохранилась лишь у женщин. Они могут иметь лишь одного ребенка и только девочку, так продолжается их род, сугубо по женской линии. И способность к превращению, ставшая проклятием, передается из поколения в поколение. Рано или поздно, в определенный момент своего развития эти женщины обязательно превращаются в волчиц. Но это лишь легенда. А теперь факты. В глухой сибирской тайге была деревня Лаковка. Несмотря на такое имя, там никогда не занимались лаковым промыслом. Такое название деревне дали при советской власти, прежнее властям не очень нравилось. В старые времена деревня называлась несколько иначе – Волкудлаково. Вам не нужно объяснять, кто такой волкудлак? Из этой деревни в свое время уехала прабабка вашей жены, судьба занесла ее на Рязанщину. Туда же много позже попал и отец Диомид. От него же я узнал, что все предки вашей жены по женской линии так или иначе погибали. Ее мать была убита собственным мужем, бабку односельчане сожгли в бане, прабабку столкнули в прорубь. Ибо всех их считали оборотнями.

– Что?!

Сиверцев уже начал смутно догадываться, к чему ведет священник, и тем не менее чуть не поперхнулся дымом от неожиданности.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33