Власов Анатолий.

Адвокат как субъект обязанности доказывания в административном, гражданском, арбитражном судопроизводстве



скачать книгу бесплатно

Несмотря на то, что пределы самостоятельности адвоката в доказывании в целом ограничены указаниями лица, интересы которого он представляет, вместе с тем это не освобождает адвоката от самостоятельного поиска путей и способов доказывания, не дает права игнорировать требования закона и практики в осуществлении доказывания по делу.

В связи с этим хочется коротко остановиться на положении адвоката представителя в гражданском, арбитражном и административном судопроизводстве с адвокатом защитником в уголовном судопроизводстве.

Так, некоторые ученые считают, что защитник помощник суда и правозаступник обвиняемого[58]58
  Чельцов М. А. Уголовный процесс. М, 1969. С. 76–81.


[Закрыть]
. В свое время С. И. Викторовский отмечал, что защитник «прежде всего должен сознавать себя, как общественный деятель, обязанный помогать правосудию своей юридической опытностью и знанием дела… и стремиться наравне с другими участвующими в процессе лицами к раскрытию уголовно-судебной истины: все свои действия он должен сообразовывать с этим высоким положением»[59]59
  Викторовский С. И. Русский уголовный процесс. М., 1997. С. 276–277. Похожее мнение высказывалось и другими русскими процессуалистами конца XIX начала XX в. в.: «Защитник в уголовном процессе… самостоятельный процессуальный субъект, не орган своего клиента, а орган правосудия» (Полянский П. П. Правда и ложь в уголовной защите. М, 1927. С. 34); «Адвокат выступает в процессе не в качестве заместителя своего клиента… а в качестве уполномоченного общества…» (Васьковский Е. В. Основные вопросы адвокатской этики. СПб. 1895. С. 2).


[Закрыть]
.

Большинство современных процессуалистов считают адвоката самостоятельным участником уголовного судопроизводства[60]60
  См., например: Перлов И. Д. Право на защиту. М, 1969. С. 27–30; Некрасова М. П. Правовые и нравственно-психологические аспекты судебной защиты. Калининград. 1984. С. 29; Аврах Я. С. Психологические проблемы защиты по уголовным делам. Казань. 1972. С. 44; Бойков А. Д. Роль защитника в предупреждении преступлений. М.,1971. С. 48; Лубшев Ю. Ф. Адвокат в уголовном деле. М, 1997. С. 115.


[Закрыть]
.

Их позиция основана на том, что обязанность защищать возложена на защитника законом, а не обвиняемым. Поэтому, сторонники данной точки зрения признают «адвоката самостоятельным участником процесса, действующим наряду с подзащитным, отстаивающим его права и законные интересы и в этих целях активно выполняющим определенные законом функции защиты, отвечающие задачам уголовного судопроизводства»[61]61
  Алексеев П. С., Даев В. Г., Кокорев Л. Д. Очерк развития науки советского уголовного процесса. Воронеж. 1980. С. 135.


[Закрыть]
.

Основным недостатком признания адвоката самостоятельным участником или помощником суда, по мнению его оппонентов, "является то, что они как бы отодвигают на второй план взаимоотношения защитника с обвиняемым, не подчеркивают, что защитник прежде всего помощник обвиняемого, тогда как именно в этом особенность его процессуального положения, основа его правовых и нравственных отношений с обвиняемым"[62]62
  Кокорев Л. Д., Котов Д. П. Этика уголовного процесса. Воронеж. 1993. С. 167.


[Закрыть]
.

Другие авторы пытались примирить данные точки зрения. Они полагают, что защитник воплощает в себе все три вышеуказанных характеристики: он и представитель обвиняемого, и помощник суда, и самостоятельная сторона в процессе[63]63
  Анашкин Г. 3. Адвокат: права и проблемы. Литературная газета. 7 января 1970 г.


[Закрыть]
.

Нам представляется предпочтительней более правильная и убедительная точка зрения известного ученого-процессуалиста А. Д. Бойкова, который правильно считал, что адвокат-защитник сочетает полномочия самостоятельного участника процесса (выбор средств, методики и тактики защиты) с полномочиями представителя обвиняемого, мнением которого он связан при совершении наиболее ответственных процессуальных действий и выборе конечной позиции по делу[64]64
  Бойков А. Д. Этика профессиональной защиты по уголовным делам. М., 1978. С. 69. На попытки примирить указанные точки зрения. А. Д. Бойков справедливо замечает, что «такой вывод может показаться всего лишь попыткой примирить крайние точки и потому не принципиальным. Но если „принципиальная линия“ противоречит нравственному долгу и способна повлечь отрицательные последствия, значит ее принципиальность кажущаяся.»


[Закрыть]
. Данная разумная точка зрения авторитетного ученого безусловно заслуживает внимания и признания также в гражданском, арбитражном и административном судопроизводстве.

Необходимо также учитывать и то, что процессуальная природа представительства, как функции, осуществляемой в интересах только одного участника процесса либо истца, либо ответчика, либо третьего лица, предопределяет одностороннюю направленность производимого адвокатом доказывания.

Мы разделяем мнение А. Т. Боннера о том, что в настоящее время российский гражданский процесс имеет состязательную форму, который обуславливает установление судом такого принципа, как объективной (судебной) истины[65]65
  Похожий термин «принцип судебной (объективной) истины» впервые был введен в гражданско-процессуальную литературу О. П. Чистяковой. См.: Чистякова О. П. Проблемы активности суда в гражданском процессе РФ. Автореф. дисс… канд. юрид. наук. М., 1997. С. 2–21; См. также: Гражданское процессуальное право. Учебник. Под ред. Шакарян М. С. (автор гл. 2 Боннер А. Т.) М, 2004.


[Закрыть]
по делу, что является конечной целью гражданского судопроизводства[66]66
  Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по гражданским делам. М, 1996. С.266.


[Закрыть]
.

Адвокат является участником состязания и все его действия по отстаиванию собственной правоты и опровержению доводов оппонента подчинены в итоге законным интересам своего доверителя. Нельзя не согласиться с В. М. Шерстюком в том, что состязательность проявляется прежде всего в осуществлении прав сторон по доказыванию[67]67
  Шерстюк В. М. Указ. соч. С. 82.


[Закрыть]
. Однако, построение адвокатом своей доказательственной позиции во многом зависит от процессуального статуса доверителя, а не его абстрактного желания. Поэтому, несоблюдение этого принципа, как правило, всегда приводит к негативным последствиям.

Такая зависимость выражается, например, в том, что ответчик по иску о защите чести, достоинства и деловой репутации может защищаться против иска и пассивно, поскольку обязанность доказывания только одного факта распространения порочащих сведений, возложено в соответствии со ст. 152 ГК на истца, который оспаривает несоответствие действительности и порочность сведений, распространенных ответчиком и обязан активно доказывать обоснованность своих исковых требований.

Так, по одному из гражданских дел о защите чести, достоинства и деловой репутации, проведенных адвокатом Адвокатской палаты Московской области В., являясь представителем ответчика, аргументировал свою позицию тем, что возражения его доверителя истцом не опровергнуты. Однако это противоречило не только ст. 55 ГПК, где говорится о том, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, а не ссылаться на то, что они не опровергнуты. Кроме того, согласно ст. 152 ГК обязанность доказывания соответствия действительности сведений прямо возложена на распространителя этих сведений, то есть, ответчика. В результате иск был удовлетворен[68]68
  Архив Адвокатской палаты Московской области за 2013 год.


[Закрыть]
.

Таким образом, направленность доказывания, осуществляемого адвокатом в гражданском, арбитражном и административном процессе, зависит не только от воли доверителя, но и от его активной позиции. Данное обстоятельство необходимо учитывать при избрании метода доказывания.

Характеристика полномочий адвоката по доказыванию должна включать в себя также рассмотрение вопроса об их прекращении. На наш взгляд, здесь возможны два варианта. Первый когда адвокат приходит к выводу, что в его распоряжении имеется достаточно доказательств и продолжать доказывание нет необходимости. Вместе с тем, может возникнуть ситуация, когда возможности для продолжения доказывания исчерпаны раньше, чем в нем отпала необходимость. Должен ли представитель отказываться от доказывания, если получение дополнительных доказательств окажется невозможным?

Мы не считаем возможным подробно исследовать эту сложную этическую проблему, однако отметим, что по общему признанию ученых-процессуалистов и видных практиков, свобода договора в отношениях между доверителем и адвокатом-представителем несколько ограничена, что вытекает из Закона "Об адвокатской деятельности…" и Кодекса профессиональной этики адвоката, а ссылка на ст. 977 ГК, в данном случае будет неуместной.

Вместе с тем, за адвокатом необходимо признать право прекращать в одностороннем порядке поручение, а следовательно, и доказывание, если он абсолютно убежден, что другого решения в конкретной ситуации быть не может в силу неустранимых противоречий или нравственно недопустимой. При этом, полагаться на достижение согласия доверителя на такое решение, по нашему мнению, было бы неправильно. Ведь в большинстве случаев доверитель будет настаивать на продолжении процесса вне зависимости от степени обоснованности своих требований и редко отказывается от дальнейшей борьбы.

Это обусловлено нередко тем, что участвуя в гражданско-правовом конфликте, граждане порой ставят задачу не только защищать свои нарушенные права, но и поднять свой престиж, нанести своему процессуальному противнику, с которым они находятся в неприязненных отношениях, моральную травму и пр.

В связи с этим неверно было бы оставлять право решения за доверителем. Вопрос должен решаться самим адвокатом-представителем исходя из его правосознания и чувства долга[69]69
  Бойков А. Д. Проблемы эффективности судебной защиты. Автореф. дисс… докт. юрид. наук. М, 1974. С. 17.


[Закрыть]
.

К сожалению, Закон "Об адвокатской деятельности…" не регулирует вопросы прекращения соглашения о судебном представительстве в одностороннем порядке по инициативе адвоката-представителя, хотя перечень подобных случаев в указанном Законе помог бы предотвратить многие конфликтные ситуации между адвокатами и их доверителями, что, на наш взгляд, в целом способствовало бы повышению эффективности в деятельности адвокатов.

2.3. Логико-процессуальные особенности участия адвоката доказывании в административном, гражданском, арбитражном судопроизводстве

Участие адвоката-представителя в доказывании имеет свои организационно-правовые и процессуальные особенности, наличие которых обусловлено спецификой его роли в гражданском, арбитражном и административном процессе, правовым статусом и характером полномочий. Своеобразный отпечаток на доказательственную позицию адвоката накладывает односторонность его позиции, а также доверительный характер отношений между адвокатом и клиентом.

Говоря о нравственных принципах взаимоотношений адвоката и подзащитного, Л. Д. Кокорев, Д. П. Котов правильно отмечают, что "Основой нравственных отношений между ними должно быть доверие обвиняемого к защитнику, который не вправе своими действиями и заявлениями подрывать его. Доверять защитнику это значит поручить ему защищать свои права, свои законные интересы, а действовать по поручению обвиняемого это и означает быть его представителем"[70]70
  Кокорев Л. Д., Котов Д. П. Этика уголовного процесса. Воронеж. 1993. С. 167.


[Закрыть]
. То же самое можно сказать и о взаимоотношениях доверителя и его адвоката-представителя в гражданском, арбитражном и административном судопроизводстве.

В юридической литературе, посвященной адвокатуре, вопрос об участии адвоката в доказывании по гражданским делам остается недостаточно изученным. Имеются лишь общие работы, в которых практика участия адвоката в доказывании рассматривается в рамках представительских полномочий[71]71
  См., напр.: Ватман Д. П., Елизаров В. А. Адвокат в гражданском процессе. М., 1969. С. 32–43; Антимонов Б. С, Герзон С. Л. Адвокат в советском гражданском процессе. М., 1954. С. 35–56; Калитеин В. В. Адвокат в гражданском судопроизводстве. Воронеж. 1989. С. 51–64.


[Закрыть]
, однако ее конкретные процессуальные особенности не выделяются. По нашему мнению, доказательственная деятельность адвоката в гражданском, арбитражном и административном процессе нуждается в самостоятельном глубоком изучении, поскольку обладает большим своеобразием.

В данной главе автор преследует цель выявить основные черты доказывания, осуществляемого адвокатом при рассмотрении и разрешении цивилистического спора. Это, на наш взгляд, позволит установить специфику его доказательственной деятельности и в дальнейшем проследить весь ход доказывания с позиций представителя, а также наметить круг важнейших вопросов как теоретического, так и практического характера, с которыми сталкивается адвокат в гражданском, арбитражном и административном процессе.

То, что подлежит доказыванию, в логическом доказательстве называют тезисом. Тезис есть суждение, истинность или ложность которого выясняется при помощи других суждений, называемых аргументами. Способ доказывания, то есть, переход от аргументов к доказанности тезиса называется демонстрацией. В логике в качестве доказательств выступают суждения, известные мысли, доказанные ранее положения. Логическое доказывание есть оперирование мыслями, суждениями.

В судебной деятельности доказывается существование или отсутствие фактов реальности (действий или бездействия людей, событий), с которыми закон связывает возникновение, изменение или прекращение правоотношений. Следовательно, в отличие от логического доказательства (доказывания), к которому люди обращаются в обычной жизненной обстановке или в научном познавательном процессе, доказывание при отправлении правосудия и его предмет специфичны[72]72
  Треушников М. К. Судебные доказательства. 2-е изд. М, 1999. С. 79.


[Закрыть]
.

Доказательства в гражданском, арбитражном и административном процессе рассматриваются как средства получения судом верного знания о фактах, имеющих значение для дела. В этой связи К. И. Малышев верно, на наш взгляд, отмечал: "Истина столько же необходима для суда, как и справедливость. Если бы суд стал ошибочно или ложно признавать действительные факты несуществующими, а факты вымышленные действительными, и применять к ним затем правила закона со всей точностью, такая "комедия правосудия" указывала бы на порчу его и была бы страшным бедствием для народа"[73]73
  Малышев К. И. Указ. соч. (Цит. по: Христоматия по гражданскому процессу. С. 92–93).


[Закрыть]
.

Прежде чем рассматривать конкретные особенности участия адвоката в доказывании, на наш взгляд, следует установить, какие задачи он ставит перед собой, работая с доказательствами. В юридической литературе некоторым из этих задач уделялось достаточное внимание[74]74
  См., напр.: Ватман Д. П. Роль адвоката в установлении истины в гражданском судопроизводстве. Советская юстиция. 1970. № 2. С. 16–17; Розенберг Я. А. Представительство в советском гражданском процессе… С. 43.


[Закрыть]
, другие остались вне поле зрения исследователей, и надо признать, что отсутствует также и их надлежащая систематизация. Вместе с тем, она, в данном случае, необходима, так как поможет нам расположить решение задач в определенном логическом порядке и тем самым облегчить их практическое решение.

Мы предлагаем адвокату не игнорировать, а активно следовать такому порядку, в котором эти задачи возникают и разрешаются на практике. Данное построение целесообразно еще и потому, что решение каждой из задач предопределяет ответ на следующие и отражается на всем процессе доказывания.

Адвокат с началом процесса доказывания должен стремится выяснить, имеется ли нарушение субъективных прав и законных интересов обратившегося к нему лица, а также устранимы ли эти нарушения в судебном или ином порядке?

Нельзя также не учитывать, что в некоторых случаях, предусмотрена обязательная досудебная процедура.

Претензионный или иной досудебный порядок урегулирования спора является обязательным в случаях, предусмотренных законом или договором (ч. 5 ст. 4 АПК, абз. 7 ст. 132 ГПК, ч. 3 ст. 4 КАС).

Досудебный порядок соблюдать не требуется, если рассматриваются дела:

об установлении фактов, имеющих юридическое значение (гл. 27 АПК);

присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок (гл. 27.1 АПК);

несостоятельности (банкротстве) (гл. 28 АПК);

защите прав и законных интересов группы лиц (гл. 28.2 АПК);

досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования;

оспаривании решений третейских судов (гл. 30 АПК);

по корпоративным спорам (гл. 28.1 АПК).

При несоблюдении претензионного (досудебного) порядка исковое заявление подлежит возвращению судом (п. 5 ч. 1 ст. 129 АПК, п. 1 ч. 1 ст. 135 ГПК, п. 1 ч. 1 ст. 129 КАС), а в случае принятия к производству оставлению без рассмотрения (п. 2 ч. 1 ст. 148 АПК, п. 1 ч. 1 ст. 222 ГПК, п. 1 ч. 1 ст. 196 КАС).

Кроме того, многие отношения вообще не признаются государством в качестве правовых, то есть, для них в природе не имеется юридической модели. Поэтому, до тех пор, пока не установлено, имеются ли основания для спора и какова его подведомственность, нет смысла адвокату и обосновывать свою позицию. В связи с ответом на этот вопрос находится и постановка другой задачи, которая может быть охарактеризована как выявление возможностей устранения нарушений с учетом реальной обстановки. Ответ на поставленный вопрос зависит в итоге от многих факторов характеристики дела, состава его участников и т. д.

Поэтому, разрешение вопросов о том, имеются ли достаточные основания для защиты интересов клиента с учетом требований закона и конкретной обстановки, позволяет адвокату поставить перед собой ключевой вопрос: возможно ли оказание юридической помощи обратившемуся за ней гражданину или организации, и если да, то в какой форме она может быть оказана?

Задача адвокатуры, как об этом говорится в ст. 48 Конституции РФ, оказание каждому, кто в ней нуждается, квалифицированной юридической помощи. Поэтому очевидно, что постановка такой задачи и ее решение важнейший момент в деятельности адвоката по гражданским делам.

В отличие от уголовного процесса (за исключением дел частного обвинения) доказательственный материал в основном собирается и представляется в суд органами следствия, в гражданском, арбитражном и административном процессах доказательства иска и доказательства возражений сторон разрабатываются и представляются в суд в основном сторонами и другими лицами, участвующими в деле, а также их представителями. Тем более, что обязанность представления сторонами доказательств отчетливо выражена в ст. 56 ГПК, ст. 65 АПК, ст. 62 КАС). Применительно к проблеме доказывания вопрос заключается в том, следует ли адвокату осуществлять последнее и каков должен быть его вид?

Как уже нами ранее отмечалось, ответ на первую часть вопроса зависит от законности и, частично, обоснованности требований лица, обратившегося за юридической помощью. Избрание же вида юридической помощи и способа ее оказания зависит от целого ряда условий. Определенную сложность представляет выяснение того, какова связь между характеристикой доказательств и решением вопроса о принятии адвокатом поручения на ведение гражданского дела. На наш взгляд, по данной проблеме имеются три позиции.

Так, по мнению Д. П. Ватмана, Б. С. Антимонова, С. Л. Герзона, адвокат вправе заключить договор поручения лишь при несомненности доказательственной базы и ясности юридической перспективы дела[75]75
  Ватман Д. П. Адвокатская этика… С. 17; Антимонов Б. С, Герзон С. Л. Адвокат в советском гражданском процессе. М, 1954. С. 17.


[Закрыть]
. Они полагают, что адвокат обязан совершить доказательственные действия еще до принятия поручения, а решение вопроса о помощи находится в прямой зависимости от результатов этого предварительного доказывания.

Другие ученые придерживаются иного мнения и считают, что адвокат всегда должен принимать поручение, поскольку он не является экспертом в оценке требований доверителя, а также с учетом возможного заключения в суде мирового соглашения и других изменений ситуации[76]76
  Наука и практика в разрешении гражданско-правовых споров. Л… 1970. С. 8.


[Закрыть]
.

Нам представляется, что та и другая позиции страдают односторонностью в подходе к данной проблеме. Бесспорно, что нельзя принимать участие в процессе, если требование клиента противоречит закону или не имеет под собой оснований. На наш взгляд, таким безусловным основанием для заключения соглашения и принятия поручения на оказание юридической помощи является наличие правовой позиции, которая включает в себя две составные части законность требования и их доказуемость. В связи с этим приведем характерный пример.

Адвокат К. принял поручение на стороне истца на ведение дела в арбитражном суде г. Москвы по иску коммерческого банка «ВПБ» к коммерческому банку «РКБ» о взыскании 10 млн. руб., в том числе 5 млн. руб. основного долга по результатам взаимозачета по конверсионным сделкам и 2 млн. руб. пени за просрочку исполнения обязательств. Однако, решением арбитражного суда в удовлетворении иска было отказано, так как сделки, заключенные между сторонами, подпадали под понятие «пари» и, следовательно, в силу ст. 1062 ГК требования истца не подлежали судебной защите[77]77
  Архив арбитражного суда г. Москвы. Дело № 2–154/2012.


[Закрыть]
. Адвокат К. зная это, должен был убедить своего клиента отказаться от предъявления заранее бесперспективного иска и не принимать поручения на ведение дела, что не повлекло бы бесполезной траты материальных средств на оплату госпошлины, моральных и физических сил в связи с подготовкой и участием в рассмотрении данного иска в суде.

Поэтому важный принцип законности в деятельности адвоката, который он не вправе нарушать, означает безусловное соблюдение адвокатом существующих законоположений, определяющих условия и порядок его деятельности, в каких бы формах она не выражалась (дача консультаций, и советов, участие в процессуальном производстве и т. д.).

Наличие доказательств, подтверждающих законные требования (возражения), являются вторым необходимым элементом правовой позиции. Исходя из этих основных моментов адвокату при принятии поручения и следует решать: принимать или не принимать поручение на ведение дела.

В связи с этим нельзя, на наш взгляд, согласиться с категоричным мнением Д. П. Ватмана, который рекомендует адвокатам участвовать в деле только тогда, когда обеспеченность позиции не вызывает сомнения. Нам представляется, что при таких обстоятельствах фактически отпадает необходимость в помощи адвоката. Как раз, напротив, юридическая помощь, на наш взгляд, необходима и в тех случаях, когда нарушение прав физического или юридического лица существенно, а защищать их в суде нелегко.

Таким образом, именно в подобных случаях, когда исход дела весьма проблематичен, вмешательство профессионального юриста в лице адвоката представляется наиболее целесообразным. Как правило, не всегда в момент принятия поручения известно, какие имеются доказательства и каким образом они могут быть получены (или не получены), так как довольно часто это выясняется уже в процессе подготовки к судебному разбирательству.

Мало того, работа адвоката над доказательствами приобретает смысл именно тогда, когда необходимо их собрать, оценить с учетом требования относимости, допустимости, достаточности и пр., привести в систему, особенно тогда, когда возникают неясные и спорные вопросы. Например, изучение опубликованных судебных речей известных адвокатов показывает, что зачастую истинность позиции их доверителей не была очевидной с самого начала. Так, известный адвокат-цивилист Склярский И. И. отмечал в речи по делу Чернова, что он участвует в деле потому, что недопустим отказ в помощи при возможной различной правовой оценки ситуации[78]78
  Речи советских адвокатов по гражданским делам. М., 1976. С. 89.


[Закрыть]
.

Адвокаты часто в качестве аргументов приводят противоречивые доказательства, абсолютно несовпадающие примеры из практики и научной литературы по одному и тому же вопросу[79]79
  Слово адвокату. (Речи советских адвокатов по гражданским и уголовным делам). М, 1981. С. 56.


[Закрыть]
.

В работе адвоката могут возникнуть и другие непредвиденные ситуации, как, например, заключение мирового соглашения на приемлемых для обеих сторон условиях или неожиданный отказ одной из сторон от своих требований или возражений при наличии оснований для их удовлетворения и т. д. Подобные случаи завершения спора часто имеют место в судебной практике.

Нам представляется обоснованной точка зрения тех ученых-процессуалистов, которые полагают, что отказывать в приеме поручения адвокат может только тогда, когда из имеющихся материалов (в том числе те, которые могут быть получены в перспективе) однозначно усматривается, что права обратившегося за помощью гражданина или организации не нарушены, либо их защита исключена.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6