Владислав Столяров.

Философия спорта и телесности человека. Книга I. Введение в мир философии спорта и телесности человека



скачать книгу бесплатно

Посвящается моей любимой жене Валентине, детям и внукам


© Столяров В.И., 2011

* * *

Введение

В данной книге обсуждаются проблемы философской дисциплины, которую автор называет «философией спорта и телесности человека».

Хотя это относительно молодая философская дисциплина, но она приобретает все более важное значение в системе философии и «спортивной науки» (научных дисциплин, делающих предметом своего исследования сферу спорта и телесности человека).

Повышение значимости философии спорта и телесности человека определяется прежде всего сложным и противоречивым характером развития спорта, его неразрывной связью со всеми сторонами общественной жизни (экономикой, политикой, культурой и др.), интенсивным развитием научных исследований в области спорта и необходимостью существенного повышения их эффективности. На важное значение осмысления философских проблем спорта еще в 1927 г. обращал внимание известный философ Макс Шелер: «Вряд ли какой другой феномен в мире заслуживает сегодня в такой же степени глубокого социально-философского и психологического изучения, как спорт» [цит. по: Guttman, 1978, р. VII]. Когда на собрании, посвященном 25-летию Немецкого спортивного союза, тогдашний федеральный канцлер в начале своего доклада заявил: «О спорте всегда слишком много философствовали, а лучше им нужно просто больше заниматься», известный немецкий философ и олимпийский чемпион Ганс Ленк, возражая ему, сказал: «Напротив, в последние годы о спорте слишком мало философствовали» [цит. по: Court, 1988, s. 230]. Некоторые исследователи [см., например: Approaches… 1973, р. 523] указывают на то, что спорт представляет собой для философов интерес не только сам по себе, но и как идеальный феномен, на основе изучения которого можно проверить основные философские концепции.

Все большее внимание философов привлекают и проблемы телесности человека. Во многом это связано с тем, что в последнее время в общественном сознании формируется настоящий культ тела, что служит основанием для вывода о кардинальных изменениях (и даже «революции») в отношении современного человека к своей телесности.

Специфика предмета (проблематики, исследовательских проблем и задач) философии спорта и телесности человека, как видно из самого ее названия, связана с тем, что она при анализе спорта и телесности человека ориентируется на цели и задачи философского исследования, использует соответствующий понятийный аппарат и методы. В ряде случаев автор уточняет свое понимание философии, тех или иных философских понятий и методов, но не ставит задачей дать их детальную характеристику, предполагая, что читатель уже имеет достаточно полное и глубокое представление о философии.

Основной акцент в данной книге делается на анализ проблем философии спорта и телесности человека. При этом автор не претендует на ее систематическое и полное изложение.

Главная цель книги – ввести читателя в мир данной философской дисциплины. Этот мир имеет свой специфический и сложный язык, свою систему понятий, множество разнообразных подходов к решению тех или иных проблем и т. д.

В связи с этим решаются три основные задачи.

Первая задача – помочь читателю в осмыслении основных аспектов философии спорта и телесности человека:

> обосновать применимость и целесообразность философского подхода к исследованию спорта и телесности человека;

> на основе этого определить проблематику философского исследования спорта и телесности человека, познакомить читателя с теми наиболее важными, а вместе с тем сложными проблемами той философской дисциплины, в рамках которой проводится это исследование;

> уточнить место философии спорта и телесности человека в системе философии и «спортивной науки»;

> показать ее теоретическое и практическое значение.

Вторая задача – как можно более полно представить взгляды различных философов, чтобы читатели могли получить информацию об огромной палитре разнообразных мнений, подходов, концепций по обсуждаемым сложным и дискуссионным философским проблемам спорта и телесности человека.

В данной работе, пожалуй, впервые сделана попытка изложить подходы к разработке этих проблем, а также соответствующей философской дисциплины, исследователей различных стран (прежде всего стран Западной и Восточной Европы, Канады и Америки). В ранее опубликованных работах по философским проблемам спорта и телесности человека, как правило, отсутствует (или почти отсутствует) анализ (и даже упоминание) публикаций по этим проблемам либо в странах Западной Европы, Канады и Америки, либо в России и других странах Восточной Европы.

Этим стремлением автора объясняются многочисленные ссылки в тексте на публикации отечественных и зарубежных авторов по философским проблемам спорта и телесности человека. Для удобства читателей список упоминаемых в тексте публикаций приводится после каждой главы книги. Каждый такой список – библиография работ по теме соответствующего раздела книги, а в своей совокупности эти списки – общая библиография публикаций по философским проблемам спорта и телесности человека.

Такой библиографии до сих пор не было не только в отечественной, но и в зарубежной философии. В отечественной философии ранее вообще не предпринимались попытки разработать библиографию публикаций по проблемам философии спорта и телесности человека, а в зарубежных публикациях [см., например: Osterhoudt, 1998; Osterhoudt, Simon, Volkwein, 2000; Philosophic inquiry… 1995], как правило, полностью отсутствуют ссылки на работы отечественных философов и других стран Восточной Европы.

Библиография, представленная в данной книге, поможет читателям войти в мир философии спорта и телесности человека, познакомиться с проблемами этой философской дисциплины и решениями данных проблем. Кроме того, библиографические ссылки позволяют автору не анализировать все аспекты этих философских проблем. При желании читатель может обратиться к рекомендуемым публикациям. Тем самым книга предоставляет ему возможность оценить различные аргументы и сформировать собственную позицию по обсуждаемым философским проблемам.

Книга снабжена именным указателем. Он дает представление о том, что философские проблемы спорта и телесности человека привлекали и привлекают внимание многих философов различных стран, а кроме того позволяет читателю найти те страницы книги, на которых речь идет о том или ином философе.

Третья задача, которую ставит перед собой автор книги, – представить на суд читателей свое собственное представление о философии спорта и телесности человека, о тех проблемах, которые она ставит и пытается решить. В основе данной книги – многолетняя разработка автором логико-методологических и других проблем общей философии (в период работы с 1959 по 1972 г. в Институте философии АН СССР), а также философских проблем спорта и телесности человека (в период работы с 1972 г. по настоящее время в ГЦОЛИФК). Результаты этой исследовательской философской деятельности отражены более чем в 700 научных публикациях (монографиях, статьях и т. д.) автора, а также в публикациях и диссертациях его многочисленных учеников. В данной работе предпринимается попытка обобщить, систематизировать, а также конкретизировать и дополнить полученные ранее автором и его учениками результаты разработки философии спорта и телесности человека. Эти результаты автор, естественно, рассматривает не как единственно возможные, окончательные, а как подлежащие дальнейшему обсуждению.

Текст работы разбит на две книги. В первой книге представлен теоретический анализ философских проблем спорта и телесности человека. Вторая книга будет посвящена прикладным аспектам философии спорта и телесности человека.

Книга ориентирована не только на философов-профессионалов, но и на всех, кто интересуется философией и пытается понять смысл и значение философских проблем спорта и телесности человека. Этим во многом определяется ее стиль и язык изложения.

И несколько слов относительно терминологии. Как отмечено выше, обсуждаемую в данной книге философскую дисциплину автор называет «философией спорта и телесности человека». Для ее обозначения часто используются другие термины. Поэтому сделаем некоторые пояснения, почему автор выбрал именно такое название.

Прежде всего укажем на то, что, как будет обосновано ниже, более точным названием обсуждаемой философской дисциплины было бы «философия физкультурно-спортивной деятельности и телесности человека». Но термин «спорт» часто применяется в широком смысле, при котором он заменяет термин «физкультурно-спортивная деятельность».

Такой терминологический вариант характерен для зарубежных публикаций. Например, С. Кретчмар в книге «Практическая философия спорта» пишет: «Под спортом будут пониматься и соревнования по отдельным видам спорта наподобие баскетбола или волейбола, однако понятие ?спорт чаще будет использоваться в широком смысле, включая многие виды двигательных действий» [Kretchmar, 1994, р. XVIII]. Поэтому для обсуждаемой философской дисциплины вместо длинного названия «философия физкультурно-спортивной деятельности и телесности человека» используется более короткое название «философия спорта и телесности человека».

В отечественных публикациях вместо этого названия чаще всего применяется другое – «философия спорта и физической культуры». Автор отказался от использования термина «физическая культура», заменив его на термин «телесность человека», по следующим причинам: понятие «физическая культура» относится к числу наиболее неопределенных и дискуссионных понятий; оно практически не употребляется в зарубежных публикациях; понятие «телесность человека» как более широкое понятие характеризует и те социальные явления, о которых идет речь в понятии «физическая культура».

И еще одно соображение терминологического плана. В последующем тексте иногда – опять-таки для краткости – вместо длинного термина «философия спорта и телесности человека» будет использоваться (разумеется, лишь в том случае, если это не препятствует правильному пониманию текста) более короткий термин «философия спорта», что часто практикуется в зарубежных публикациях.

Раздел I
Метафилософия спорта и телесности человека

Раздел посвящен метафилософии спорта и телесности человека.

Понятие «метафилософия» вводится автором и используется в данной работе по аналогии с принятыми в логике и методологии науки понятиями «метаязык» и «метатеория». Метаязык (греч. meta – после, за, позади) – это язык, средствами которого описываются и исследуются свойства некоторого другого языка. Метатеория – это теория, делающая предметом своего изучения другую теорию. Например, метатеория спорта – теория, изучающая теорию спорта – ее особенности, методы и т. д.

В соответствии с этим «метафилософия» — это философский (теоретический) анализ какой-то другой философской дисциплины. Предметом изучения метафилософии спорта и телесности человека является философия спорта и телесности человека.

Значит, цель данного раздела – дать характеристику философии спорта и телесности человека, т. е. ответить на вопросы, что представляет собой эта философская дисциплина, что она изучает, какие проблемы ставит и решает, какое значение имеет, какое место занимает в системе философских дисциплин, а также «спортивных наук» и т. д.

Глава 1. Философия и философские проблемы

О философии спорта и телесности человека прежде всего можно сказать, что это философская дисциплина, которая изучает данные социальные явления с позиций философии, стремится выявить и подвергнуть анализу связанные с ними философские проблемы. Поэтому для конкретизации представления о философии спорта и телесности человека в первую очередь важно уточнить, что такое философия и философские проблемы вообще.

1.1. Что такое философия

Вопрос о том, что такое философия, что она изучает, является сложным и дискуссионным. Как отмечают авторы опубликованного в 2011 г. «Философского энциклопедического словаря» [Философский энц. словарь, 2011], «вопрос о том, что такое философия и в чем заключена ее ценность, является спорным». Разъясняя данное положение, они ссылаются на то, что одни люди «ожидают чрезвычайных откровений» от философии, тогда как другие «позволяют равнодушно игнорировать ее как беспредметное мышление». В подтверждение упомянутого положения приводятся и различные мнения о философии самих философов: «Согласно Платону, философия – познание сущего, или вечного, непреходящего; по Аристотелю, философия – исследование причин и принципов вещей. Стоики определяют философию как стремление к теоретической и практической обстоятельности, эпикурейцы – как путь для достижения счастья посредством разума… Фрэнсис Бэкон и Декарт понимают под философией целостную, единую науку, облеченную в понятийную форму. Христиан Вольф называет философию наукой о всех возможных вещах – как и почему они возможны. Кант отличает философию в ее школьном понимании – как систему всех философских знаний – от философии, рассматриваемой с точки зрения понимания ею мира, как науку об отношении всего познания к существенным целям человеческого разума… Гегель называет философией мысленное рассмотрение предметов, науку о разуме, постигающем самого себя. Согласно Шопенгауэру, перед философией стоит задача повторить всю сущность мира в понятиях – в абстрактной, всеобщей и отчетливой форме. Г?те признает себя философом, поскольку философия возвышает, упрочивает и превращает в глубокое, спокойное созерцание наше первоначальное ощущение того, что мы составляем с природой единое целое. Согласно Н. Гартману, философия является мировым сознанием, в котором человек, находящийся в мире, пытается уяснить себе и при и самого себя» [Философский энц. словарь, 2011, с. 481–483].

В этом обширном списке различных подходов к пониманию философии перечислены, конечно, не все, на что и не претендовали авторы указанной работы.

При обсуждении вопроса о предмете философии часто он не выделяется четко и однозначно. Так, иногда к философским причисляются те или иные проблемы, изучаемые другими науками. Например, в начальный период дифференциации наук под философией нередко понимались наиболее важные, фундаментальные положения той или иной науки.

Такая трактовка философии лежит в основе работы «Философия ботаники» (1751) шведского естествоиспытателя, создателя системы растительного и животного мира Карла Линнея (1707–1778) и работы «Философия зоологии» (1809) французского естествоиспытателя, предшественника Ч. Дарвина Жана Батиста Ламарка (1744–1829).

Проявления «расширительного» подхода к пониманию предмета философии имеют место и в настоящее время. Вот две иллюстрации такого понимания ее предмета. Анжела Лампкин, проф. университета Северной Каролины (США), так определяет предмет философии: «Философию можно определить как любовь к мудрости или более широко как поиск истины» [Lumpkin, 1990, р. 22]. Таким же образом философию характеризуют и авторы упомянутого выше «Философского энциклопедического словаря». Они пишут: «Философия (от греч. phileo – люблю, sophia – мудрость) – любовь к истине» и отмечают, что «в этом смысле слово ?философия употреблялось впервые в сократической школе» [Философский энц. словарь, 2011, с. 481]. Бывший президент международного Философского общества по исследованию спорта Р. Остерхаудт, считает, что «философия – это наиболее общая форма человеческого знания» [Osterhoudt, 1998, Р. 39].

Вместе с тем иногда предмет философского исследования сводится к очень узкому кругу проблем. Так, представители марксистской философии чаще всего сводили ее к науке о наиболее общих законах природы, общества и мышления. Но некоторые из них понимали философию лишь как науку о познании (гносеологию). В 20-х гг. XX в. возник логический позитивизм – философское направление, представители которого (Р. Карнап, О. Нейрат, Х. Рейхенбах и др.) считали, что подлинно научная философия возможна только как логический анализ языка науки. В. Виндельбанд отстаивал точку зрения, согласно которой под философией следует понимать «только критическую науку об общеобязательных ценностях: это определяет предмет философии, критическую науку, это определяет ее метод» [Виндельбанд, 1904, С. 23].

В современной философии (прежде всего в философской антропологии) наиболее широко представлена точка зрения, согласно которой ее основной предмет – человек и его отношение (познавательное, ценностное, практическое и т. д.) к миру. Высказываются и другие мнения о предмете философии. Например, первый вице-президент Российского философского общества А.Н. Чумаков так характеризует философию: «Философия – историческая форма общественного сознания, особый тип мировоззрения, формирующийся на основе личностного, преимущественно рационального, критически осмысливаемого постижения объективной и субъективной реальности» [Чумаков, 2005, с. 103].

Следует отметить, однако, что такого рода острые дискуссии относительно предмета изучения той или иной дисциплины характерны не только для философии, но и для большинства современных наук. Пирс говорил, например, что он может указать по меньшей мере сотню определений логики. Звегинцев приводил несколько десятков определений языкознания, Мервик в конце своей монографии дает длинный список определений истории, а Сойер в популярной книжке «Прелюдия к математике» не без иронии замечает, что дать определение математике, самой точной из всех существующих наук, практически невозможно, а на вопрос, что же такое математика, он предлагает такой ответ: «Все то, чем занимаются математики» [см.: Ракитов, 1983, с. 60].

Важным является вопрос об отношении философии и науки. При его обсуждении важно учитывать существенное изменение понимания философии в ходе развития общества, культуры, науки.

На первых этапах (например, в античный период развития) философия не выступала как нечто отличное от возникавшей в то время науки, фактически отождествлялась с ней, понималась (наравне с наукой вообще) как «любовь к мудрости» (об этом свидетельствует и само ее название – «философия», от греч. phil?? – любовь, sophia – мудрость).

Процесс дифференциации наук, отпочкования из рамок единой ранее науки различных дисциплин – физики, химии, биологии и др. – выдвинул на повестку дня вопрос о взаимоотношении философии с другими науками и наукой вообще. Особенно дискуссионным этот вопрос является в настоящее время.

Можно выделить два противоположных подхода к пониманию философии в ее отношении к науке.

При первом подходе философия рассматривается как особая наука, отличающаяся от так называемых частных наук. Такое понимание философии широко представлено в истории философии. Именно таким образом она понималась, например, в марксистской философии.

При втором подходе философия не относится к сфере науки, рассматривается как нечто отличное от нее.

Такое представление о философии в первую очередь характерно для людей, которые специально не занимались ее изучением и потому имеют о ней крайне поверхностное представление. На этой основе под философией нередко ошибочно понимают туманные, неопределенные, расплывчатые рассуждения на любую (особенно отвлеченную) тему. При этом полагают, что для такого (философски окрашенного) способа рассуждений не требуется какой-то специальной подготовки: нужен лишь хорошо «подвешенный язык». Наиболее образно эту мысль выразил Гегель в предисловии к «Феноменологии духа»: «Относительно всех наук, изящных и прикладных искусств, ремесел распространено убеждение, что для овладения ими необходимо затратить большие усилия на их изучение и на упражнение в них. Относительно же философии, напротив, в настоящее время, видимо, господствует предрассудок, что, – хотя из того, что у каждого есть глаза и руки, не следует, что он сумеет сшить сапоги, если ему дадут кожу и инструменты, – тем не менее каждый непосредственно умеет философствовать и рассуждать о философии, потому что обладает для этого меркой в виде своего природного разума, как будто он не обладает точно такой же меркой для сапога в виде своей ноги» [Гегель, 1959, с. 36–37].

Поводом для такого понимания философии в некоторой степени являются особенности философских проблем. Человеку, который впервые знакомится с ними, они представляются очень странными, необычными. Вот что писал М.А. Антонович (соратник Н.Г. Чернышевского) по поводу состояния человека, начинающего изучать философию: «Философский туман охватывает его со всех сторон и придает окружающим предметам какой-то странный колорит, так что они представляются ему совершенно в неестественном виде и положении… Конечно, и в храмах других наук непосвященные и профаны чувствуют себя в первый раз тоже очень неловко; в математике, например, так же очень странно и дико звучат для них разные гиперболы да параболы, тангенсы да котангенсы, и тут они точно в лесу. Но первое знакомство с философией заключает в себе еще больше странных особенностей и оригинальных положений. Профан в математике воспринимает одни только звуки математических терминов, а смысл их для него закрыт и недоступен; он слышит слова и фразы, но не понимает, что именно и какое реальное содержание в них заключается, а потому ему остается только пожалеть о своем неведении и проникнуться благоговением к математическому языку, который, как он уверен, должен выражать собою очень здравый и даже глубокий смысл. Так иногда случается и с профанами в философии, но иногда выходят истории позабавней.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146