Владислав Савин.

Белая субмарина: Белая субмарина. Днепровский вал. Северный гамбит (сборник)



скачать книгу бесплатно

И что теперь, всех приближающихся топить? Ну положим, пока не всех, трудно же будет объяснить кому-то, что делает в Северной Атлантике U-181, которая вообще-то шла в Индийский океан (а сейчас возвращается домой, согласно отправленной еще неделю назад радиограмме, для ремонта палубной артиллерии). Такое вот счастье выпало американцам, на нее натолкнуться. Может, все же было лучше «Айову» топить? Чтобы не довелось ей никогда стрелять по Корее, Вьетнаму, или что там будет в нашей версии истории?

Атака по рисунку была такой же, как мы наблюдали в Атлантике, только попав сюда, охота немецкой лодки на союзный конвой. Две торпеды, два попадания? Так это современный ГАК может показать, что торпед было по одной в каждом пуске (и то без стопроцентной гарантии), и это при том, что сигнал пишется и анализируется на комп, можно разложить на составляющие, прокрутить в замедленном, повторить. А в этом времени все на слух, сидит такой «моцарт» в наушниках, слушает шумы моря и крутит ручку, поворачивая антенну, – если сигнал сильнее, пеленг правильный. Если гидролокатор, добавляется еще «пик» на экране осциллографа, дающий дальность, привычные нам экраны кругового обзора появились лишь в пятидесятые. А чисто на слух уверенно сказать, что идет не одна торпеда, а две-три?

Сумеют что-то идентифицировать по обломкам торпед и следам взрывчатки? Так взрыв неконтактный, «водяным молотом» по корпусу, а не осколками ОФ-снаряда. И все это будет хорошо обмываться текущей водой при буксировке на несколько тысяч миль, так что о химическом анализе не стоит и говорить. И осколки не собрать, утопли на километровой глубине. Единственно, имитатор жалко, когда еще тут научатся делать такие?

А, что сделано, то сделано! Больше суток уже на ногах, «а вдруг завтра война, а я не выспавшись»? Если еще кого-то черт принесет… Так что можно сдать вахту Петровичу.

Интересно, если «Айова» ход потеряла или может лишь, как «Бисмарк», кругами ходить? Чем ее штатовцы буксировать будут? Особенно если на нашу радиограмму от лица U-181 немецкие подводники слетятся как мухи на мед? И авианосцу досталось – когда мы на связь выходили, вдали что-то здорово горело, дым на горизонте был виден хорошо.

А, к собачьим чертям все! Сначала выспаться, а там будет видно.

Отец-командир, оглядев все вокруг орлиным взором, непорядка не нашел и счел возможным покинуть ЦП.


Капитан Джон Мак-Кри, командир линкора «Айова».

Атлантика, 28 апреля 1943 года, координаты примерно те же, 36° северной широты, 25° западной долготы

Эти «волки Дёница» оказались намного более умелыми, чем мы могли ожидать. Эсминцы не заметили эту проклятую лодку до той самой минуты, как она выпустила торпеды. Восемь новейших эсминцев с самым лучшим оборудованием и вооружением! Но немец словно посмеялся над нами, после атаки даже не утруждая себя игрой в прятки, а уйдя в океан полным подводным ходом (если справочники приводят правильные сведения по немецким субмаринам).

Столь наглое поведение наталкивало на определенные мысли.

U-боты охотятся стаями, и так открыто подставляться под удар глупо. Имело смысл увести за собой наше прикрытие, чтобы другая лодка беспрепятственно добила поврежденные корабли, тем более что убегающий немец был мастером, с великим искусством уворачиваясь от всех сброшенных глубинных бомб. Атака субмарины эсминцем совсем не простое дело, даже притом что в момент стрельбы до цели несколько сот метров, смешная дистанция для современного морского боя. Но всем знакома ситуация, когда оказывается сложным достать палкой предмет на дне водоема из-за преломления лучей света в воде и искажения всей картины. Звук отклоняется еще больше, а глубинные бомбы погружаются отнюдь не со скоростью полета артиллерийских снарядов, ошибка же в определении глубины цели сводит на нет самый лучший прицел. Немецкий командир же был, бесспорно, опытным бойцом – как сообщил мне командир эсминца «Хадсон», субмарина шла под нашими бомбами, как на смотру, не снижая скорости, показывая величайшую храбрость и мастерство, скорее именно второе, так, как когда стало очевидным, что кроме одного эсминца все прочие наши корабли сохраняют место в ордере, подлодка перешла на малошумный режим и будто растворилась в море как призрак.

Повреждения «Айовы» оказались достаточно серьезными. Были выведены из строя оба руля и три вала из четырех, то ли утеряны одна или две лопасти винта, то ли поврежден кронштейн, то ли, самое худшее, погнут сам вал – но ужасная вибрация при вращении, с поступлением воды в отсеки, заставила остановить оба вала правого борта и снизить обороты на внутреннем левом, так что мы едва могли менять курс, работая машинами «враздрай». Гораздо хуже пришлось «Белью Вуд», получившему торпеду прямо в середину корпуса – одно машинное отделение было полностью затоплено, и главное, из-за сотрясения, разрыва кабелей и трубопроводов, разрушения цистерн с авиабензином возник сильнейший пожар, который так и не удавалось взять под контроль.

И что интересно, с авианосца сообщали, что будто бы видели, как торпеда меняла курс, пройдя за их кормой и попав в правый борт, противоположный направлению на атакующую субмарину! Если это правда, то выходит, наша разведка сообщала истину, что у немцев разработаны торпеды, идущие на шум винтов, да и повреждения «Айовы» наводили на эту же мысль. А это было страшно.

Мы вообще не готовились всерьез воевать, черт побери! Подняв флаг всего лишь два месяца назад, мы должны были завершить боевую подготовку в учебном походе вдоль восточного побережья, от Чесапика до Флориды и обратно. Но кое-кому из политиков пришло в голову совместить этот «выпускной» поход с выполнением реальной боевой задачи. Ну, Генри, выскажу я тебе все про твою «гениальную» идею, дай только добраться до базы! А тебе, Джон Мак-Клоу, искренне желаю сначала постоять на мостике корабля в бою, а уже после строить наполеоновские планы! И тебе я это тоже припомню, Джеймс Форрестол!..

Нам сказали, что плохой парень, испанский каудильо Франко, посматривает в сторону Гитлера и, чтобы его вразумить, надо забрать у него Канарские острова, оборудовав там наши военные базы, в конце концов, чем Канары хуже Исландии или Гренландии, которые мы так же заняли по военной необходимости, не спрашивая дозволения у их номинальных хозяев, датчан? Так как Испания не держит там никакой вооруженной силы, да и вся таковая, имеющаяся у нее, выглядит просто смешно по меркам этой войны, мы должны были всего лишь побыть большим громилой с длинным кольтом, одним видом отбивая всякое желание сопротивляться у этих глупых испанцев. Ну, может быть, придется пару раз выстрелить по берегу для большей убедительности. И олл райт, парни, вас ждет Тихий океан!

Тем же правилом руководствовались, подбирая остальных. «Белью Вуд», третий авианосец типа «Индепенденс», вступил в строй в марте, еще позже нас. Крейсер «Мобил» – аналогично. И пять эсминцев из восьми – что поделать, если Атлантический флот давно уже превратился в место кораблестроения и боевой подготовки новичков, а не поле боя? Атлантика большей частью была в зоне ответственности англичан. Пока у гуннов была сильная эскадра в Норвегии, мы тоже держали в Англии свой флот, но с тех пор, как «Тирпиц» был каким-то образом потоплен, не британцами, а русскими, что невероятно (как это новичок сумел взять приз, недоступный чемпиону высшей лиги!), наше командование сочло, что флот возле Гуадалканала гораздо полезнее, чем на якорях в Скапа-Флоу. В итоге, у меня в подавляющем большинстве корабли с зелеными новичками. А против играют беспощадные волки, подлинные мастера подводной войны. Если одна лодка сделала с нашей эскадрой такое, что будет, когда стянется вся волчья стая?

Сообщение с «Белью Вуд» – контр-адмирал Мак-Кейн получил тяжелые ожоги, не может исполнять обязанности флагмана. Командир авианосца и почти все офицеры, бывшие с ним на мостике, погибли при взрыве цистерн с бензином. Значит, я теперь веду эскадру? К дьяволу сомнения, бояться будем после! Мы все же отряд лучших кораблей мира, а не стадо беспомощных овечек! Надо действовать быстро и решительно, иначе нас всех съедят. И получат за нас свои железные кресты с мечами, бриллиантами и прочей лабудой.

Прежде всего, скорее убраться отсюда. Радиоконвою с войсками – немедленно поворачивать и уходить. Этот раунд испанский каудильо выиграл, острова останутся за ним, пока. Что до нас, то эсминцам барражировать вокруг, бросая бомбы на каждый подозрительный шум! «Айова» едва ковыляет, румпельный отсек затопило, господи, только бы не пришлось остановить машину на левый внутренний вал, потеряем управление полностью! Но все же мы можем идти и встретить залпами шестнадцатидюймовых любого врага… вот только не сунутся джерри над водой, не дураки, а их авиации здесь нет. А вот «Белью Вуд» ход дать не может, и пожар на нем никак не потушить.

Доклад от радистов – перехватили шифрованное сообщение, на волне, обычно используемой U-ботами. И судя по мощности сигнала, передатчик совсем недалеко от нас, а вот направление совершенно противоположное тому, куда ушла атаковавшая нас лодка. Она никак не могла оказаться там так быстро. Картина ясная – волки собираются в стаю. И это воет вожак, призывая остальных. Отчего не атакует сам? А зачем, если сейчас подойдут еще и навалятся всей сворой?

И если эсминцы не сумели отразить нападение одной субмарины, то что будет, когда на нас нападут несколько охотников, с таким же мастерством?

– Приказываю эсминцам: снять с «Белью Вуд» команду и добить авианосец торпедами, после чего отходить курсом норд-вест, триста пятнадцать и запросить немедленную помощь!

Может, не норд-вест, а норд-ост, в гости к англичанам? Нет, нас предупреждали, немецкие лодки выходят из Бискайского залива, одна их стая уже висит у нас на хвосте, вторая, более многочисленная, выйдет навстречу. И не факт, что британцы для нашего спасения будут очень стараться – эти прожженные эгоисты прежде всего думают лишь о себе. А вот наши, боясь за свои задницы и кресла, поспешат к нам на помощь. Может даже, снимут авианосную эскортную группу с конвоя. Если уж старались ради какого-то испанского корыта.

И помоги нам Господь, чтобы эти волки Дёница, которые уже, наверное, кружат рядом, не добрались до нас раньше!


В это же время в Северной Атлантике (45° северной широты, 45° западной долготы), 28 апреля 1943 года

Ей везло меньше, чем «сестре». И совершенно незаслуженно. Она была виновата лишь в том, что родилась позже, в совершенно неподходяще время. Сестра «Мэри» успела блеснуть в еще мирные, хотя и предгрозовые, тридцатые, на трансатлантических рейсах. И бизнесмены, и просто туристы, богатые американцы, среди которых путешествия по миру входили в моду (помните знаменитую «контору Кука, если вас одолеет скука, и вы захотите увидеть мир»?), охотно платили немалые деньги за билет: пять суток через океан, с точностью пассажирского поезда. А ведь были уже и авиарейсы, но те самолеты, четырехмоторные «клиперы» Сикорского, огромные гидропланы (на случай весьма вероятного отказа моторов и посадки на воду) еще не были серьезным конкурентом: что предпочло бы подавляющее большинство пассажиров, двадцать часов в кресле, под оглушительный рев моторов, или пять суток путешествия в гостиничных удобствах каюты-люкс?

Она, вслед за «сестрой», должна была стать торжеством Британии. После той Великой войны британский лев почил на лаврах, и большая часть рынка атлантических пассажирских перевозок, на которых раньше безусловно доминировали англичане, оказалась вдруг у континентальных конкурентов. Немецкие «Бремен» и «Европа», итальянский «Рекс», французская «Нормандия» – по сути, эти лайнеры делали ту работу, которую после взяли на себя многочисленные авиакомпании (оцените прибыль!). А вот бывшая «владычица морей» оказалась в стороне. Самым новым, большим и быстрым ее судном была «Мавритания», построенная еще перед той войной, одного типа с «Лузитанией», которую Черчилль сознательно подставил под торпеды немецкой подлодки, ради того, чтобы США вышли из состояния нейтралитета. Теперь же Англия не могла смотреть, как такие доходы уплывают мимо ее рук. И была построена сначала первая «сестра», «Куин Мэри», по последнему слову техники и науки, восемьдесят тысяч тонн (вдвое крупнее самого большого британского линкора), двенадцатипалубный плавучий дворец, где были бассейн, теннисный корт, площадки для игры в гольф и крикет, особое место для прогулок с животными, а также два кинотеатра, три библиотеки, три десятка салонов для бесед и танцевальных залов, где в каютах первого класса были не только ванна и душ, с горячей водой, но и персональные радиотелефоны для связи с берегом («межгород»!), и все это несется через океан со скоростью тридцать узлов. Постройка этого плавучего чуда света стоила колоссальных денег – однако уже через год цена проданных билетов окупила все затраты, дальше началась чистая прибыль.

«Элизабет» должна была стать еще лучше (ведь при ее строительстве использовался накопившийся опыт), быть чуть больше, чуть быстрее, чуть комфортабельнее, и на ней должны были быть те же двенадцать палуб, бассейн, корты, многочисленные общественные помещения и роскошное убранство кают. Она обещала затмить свою старшую сестру – но началась война. И «Элизабет», еще по сути недостроенная, совершила первый трансатлантический рейс, спасаясь от немецких бомбежек. В Нью-Йорке уже стояла ее «сестра» «Мэри», срочно переоборудуемая в военный транспорт, все элементы декорации, ненужная роскошь, демонтировались и сдавались на берег. А «Элизабет» нечего было и сдавать, всех этих внешний атрибутов «королевы» она так и не успела получить.

Первоначально, по проекту, обе «сестры» брали на борт по пять с половиной тысяч солдат вместо довоенных двух тысяч пассажиров. Это было сочтено расточительством, уже в конце 1941-го был отдан приказ довести штатную вместимость лайнеров до пятнадцати тысяч человек. Во всех свободных помещениях разместили многоярусные койки и гамаки, но мест все равно набралось лишь двенадцать с половиной тысяч, было разрешено принимать на борт еще три на палубу, сидя, так что невозможно было повернуться, спать приходилось по очереди. И это был еще не предел – в августе 1942-го был зафиксирован рекорд: «Куин Мэри» сделала рейс через Атлантику, взяв на борт шестнадцать тысяч шестьсот восемьдесят три пассажира и восемьсот шестьдесят три члена экипажа. «Черные королевы», названные так за окраску корпусов (хотя в войну сменили цвет на малозаметный серый), ходили не только в Атлантике, их видели и Сидней, и Сингапур (естественно, до захвата его японцами). Но главным делом их жизни стала перевозка в Англию американских солдат для будущего «Оверлорда», случившейся в нашей истории высадки в Нормандии. Это были пехотинцы, танкисты, артиллеристы, не говоря уже о всяких тыловых службах – личный состав отдельно от техники, плывшей в трюмах грузовых пароходов.

В нашей истории обе «королевы» отлично справились с этой работой, вдвоем перевезя больше трети всего личного состава экспедиционной американской армии. В оба конца – после войны они так же везли солдат обратно, домой. А затем было короткое торжество, когда младшая «сестра» получила наконец все ей положенное: и роскошную отделку, и славу, и деньги. Но Голубую ленту ей завоевать так и не удалось, а после жизнь снова оказалась к ней несправедливой. Уже в конце пятидесятых через океан полетели первые реактивные, и очень скоро большие лайнеры оказались не у дел. Но если «Мэри» была уготована почетная жизнь корабля-музея, пусть и не у себя дома, а в Калифорнии, в Лонг-Бич, то «Элизабет» была продана гонконгскому судовладельцу для переделки в плавучий то ли университет, то ли отель. Однако во время работ на борту вспыхнул пожар, и «Элизабет» сгорела дотла. А владелец честно получил страховку и продал металлолом.

Но история уже перевела стрелку. И судьба, по крайней мере, младшей «королевы» оказалась совсем иной.

Британский королевский флот, Роял Нэви, бесспорно, воевать умел. Но британские адмиралы никогда не встречались с противником, имеющим авианосцы, за исключением одного эпизода в апреле сорок второго, когда соединение Нагумо, то самое, «перл-харборское», вырвалось в Индийский океан и нанесло удар по Цейлону, попутно утопив в близлежащих водах авианосец «Гермес» и крейсера «Корнуолл» и «Дорсетшир». Британцы не имели тактических наработок против авиаударных групп. Впрочем, этим тогда грешили и американцы, новая тактика лишь зарождалась, проходила проверку опытом – чего стоит даже победоносный Мидуэй, когда два американских соединения, находясь рядом, так и не могли наладить взаимодействие, и победа пришла к ним скорее в результате невероятного везения, а не военно-морского искусства.

В данном же конкретном случае британцы сделали подряд три ошибки.

Первой ошибкой было то, что, получив сведения о выходе в море «Шарнхорста» и «Цеппелина», они приняли за цель немецкого удара очередной северный конвой. Очень удачно совпало по срокам, да и желание отыграться за прошлые разы выглядело со стороны немцев логичным. Ну что же, джерри, мы вас ждем – в охранении линкор, хоть и старый, «Ривендж», но с пятнадцатидюймовыми, и два авианосца, хоть и эскортники, типа «Арчер», но по десятку истребителей каждый выпустить может. И конечно, конвойная мелочь – но гуннам здесь сильно прищемили хвост, даже их субмарины боятся заходить далеко на север, бог знает как русским это удалось, но нам спокойнее, больше не надо бояться быть потопленными. Так что штаб уже связывался с командованием русского Северного Флота, готовясь делить славу в счет будущей победы. Головко улыбался, стараясь не показывать беспокойства. Это надо было немцам вылезти в море, когда К-25 ушла! Однако же и без потомков кое-что у нас есть – в море были развернуты подлодки с новыми торпедами, авиаполки на аэродромах Банак и Хебуктен подготовились к удару, к Ту-2 подвешивались торпеды, авиаразведчики просматривали заданные районы. Отобьемся – не сорок первый, чай!

Второй ошибкой британцев было, что они не обеспокоились, потеряв связь с патрульным «Сандерлендом». Летающая лодка, тихоходная и слабовооруженная, не имела никаких шансов против Ме-109, поднятых на перехват с палубы «Цеппелина». А адмирал Тиле, за последние полгода имевший кучу неприятностей от русской радиовойны, своевременно озаботился отдать приказ о глушении всех в диапазоне, используемом воздушными разведчиками. Лишь через шесть часов в эфир ушло распоряжение, патрульному самолету из соседнего района сместить свой маршрут и посмотреть, но германская эскадра уже успела выйти из зоны обнаружения, и к тому же наступила темнота.

Третьим обстоятельством, даже, пожалуй, не ошибкой, было то, что британцы полагали поведение противника обычным рейдом. В то время как немцы быстро шли на конкретную, определенную цель, зная график движения «королев» и рассчитав приблизительно место и время встречи. Никто в штабе не удосужился послать на «Элизабет» предупреждение. Оно и не потребовалось бы, будь в паре с «Шарнхорстом» его близнец «Гнейзенау» или даже хоть сам «Тирпиц». От надводного противника «Куин» легко уйдет, это правило казалось незыблемым. Что с того, что номинально ход «Шарнхорста» тридцать один узел (на приемных испытаниях, в процессе службы – меньше), равен или чуть больше, чем у «Мэри» или «Элизабет»? Дело в том, что военные корабли способны развивать такую скорость на ограниченное время (чтобы не остаться без топлива посреди океана), лайнер же держит тридцать узлов весь рейс, все пять суток через океан! Так что шансов сблизиться практически нет, а с предельной дальности обнаружения линкор может расстрелять по быстроходной цели весь боезапас, не добившись ни одного попадания. Вот только от самолетов кораблю не уйти никак…

Жаль, что не удалось совершить все это в день рождения фюрера! Катапульта «Шарнхорста» выплюнула три бортовых разведчика «Арадо», один за другим, для поиска по вееру, чтобы компенсировать возможную ошибку. На борту «Цеппелина» уже готовили авиагруппу. Адмирал Тиле знал про опыт японского союзника, когда именно катапультные самолеты крейсеров искали цель, чтобы не ослаблять ударные эскадрильи. К тому же оставался шанс, что гидросамолет в удаленном районе океана случайный наблюдатель примет за свой, британский или американский, – а хорошо узнаваемые силуэты палубных «Штук» сразу укажут: авианосец рядом.

Адмирал не сомневался, что по возвращении его на берегу встретит гестапо. Странным образом это делало его решительным, развязывало руки – не надо было бояться что-то потерять, так как он уже потерял все. И оставалось лишь погромче хлопнуть дверью на прощание. Если уж не удалось добраться до русского «змея», так пусть за все ответят британцы. И даже если вверенная ему эскадра повторит судьбу «Бисмарка», это будет лично для него все же лучше подвала на Принц-Альбертштрассе, допросов, пыток и пули в затылок (а еще ходили слухи, что арестованных заговорщиков там насмерть забивают сапогами – нет, лучше уж умереть на мостике, войти в анналы героем, а заодно и обезопасить семью, ведь тогда ее не посмеют тронуть). Сейчас адмиралу казалось, что он понимает русских, которые, по утверждению пропагандистов, в каждый свой поход идут именно так, чтобы не быть по возвращении казненными НКВД. Впрочем, и японцы говорили что-то похожее о пути самурая? О возвращении не думать, выполнять задачу. А повезет остаться живым – хорошо.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28