Владислав Савин.

Алеет восток



скачать книгу бесплатно

И добавил, чуть подумав:

– Хотя, если теперь вместе в бой пойдем… А ведь ты прав, что мы, что Фольксармее, один черт! Так что считай, как у вас есть «северные» и «южные», то у нас мы, Россия, и «сильно западные», это которые фрицы.

С нами проводили «политработу» – русские офицеры, даже не сержанты, рассказывали, что в СССР нет помещиков. Государство предоставляет землю деревенской общине (русские называют это «колхоз») и за это требует даже не отдать, а продать заранее установленное количество продуктов по твёрдой цене («план»), остальной же частью урожая крестьяне вправе распорядиться самостоятельно, ну кроме совсем небольшого налога. Если же государство строит дамбы или каналы, то не сгоняет на это крестьян, а нанимает за деньги. А ещё русские крестьяне могут купить или взять в аренду трактор. Это как танк, только он тащит плуги, сразу несколько – как десять быков, и быстро – человеку не угнаться. Когда надо вспахать большое поле, это очень выгодно. Теперь колхозы создают и тут, на территории председателя Гао Гана, а вот на юге, что у Мао Цзе-дуна, что у Чан Кай Ши, земля остаётся у помещиков, которые берут за неё двойную плату – и для себя, и для правителя, и ещё любой воинский отряд может реквизировать то, что хочет для своих нужд. И кто будет с нами, тот после войны заживёт, как русские, сыто и справедливо! Это было настолько хорошо, что даже не верилось. И как я сказал, будущее после войны казалось нам слишком далеким, чтобы строить планы.

Но главное, нас учили искусству войны. Нам доверили оружие, и даже не винтовки, а автоматы ППС – до того, как стрелять из них, нас досконально учили их собирать и разбирать, чистить и смазывать. И сержант давал нам тумаки за нарушение правил – никогда не смей направлять оружие на товарища, не держи палец на спуске, если не собираешься стрелять (и даже не касайся его при сборке-разборке) и всегда относись к оружию как к заряженному. Зато у нас не было и несчастных случаев, какими изобиловала служба в армии любого «генерала» – погиб по своей или чужой глупости, тело закопали и забыли, виновнику (если жив) палки. Затем мы стреляли, сначала в спокойной обстановке, как в тире, затем в перебежке, в переползании, по внезапно появляющимся или движущимся мишеням. Стреляли настоящими патронами – я сбился со счета, сколько раз, но точно знаю, что больше, чем за все свои прошлые службы. Еще мы кидали настоящие гранаты – я подумал, что русские настолько богаты, что для них боеприпасы не имеют никакой цены, но сержант объяснил, к нам щедры потому, что хотят из нас сделать победителей. Нас учили закапываться в землю, как кроты, и ползать, как ящерицы, причём надо было пролезть под колючей проволокой, натянутой низко-низко, а над головой стрелял пулемёт, так что мы слышали жужжание пуль. Нас учили быстро, всем отделением или взводом, преодолевать препятствия – рвы, стены и, конечно, ту же колючку, причем условно «под током». Нас учили противотанковой обороне – как сидеть в окопе, на который наезжал танк, ревущий, как дракон, и сотрясающий землю, пропустить его над собой и бросить ему вслед деревянную гранату.

Нас учили танковому десанту – удержаться на танке, когда он нёсся по полю, раскачиваясь, как лодка на бурной реке, а по команде спрыгнуть. Причем сначала мы делали это налегке, а после в полной выкладке, надев поверх рубах «разгрузки» – специальные жилеты с карманами под магазины и гранаты. Командиры клали туда камни и железо, чтобы мы привыкали к тяжести.

– Запомните, салаги, патронов много не бывает, – говорил Товарищ Старшина Ковальчук, – их или просто мало, или «мало, но больше не поднять». Как в бой пойдешь, так сам туда железа наложишь и на себя прицепишь, кроме саперной лопатки и магазинов к АК. Самое лучшее, конечно, это пластины от «нумер пять», штурмового снаряжения, которое по уставу лишь «бронегрызам» положено, – и даже они надевают непосредственно перед атакой, чтоб себя не изнурять. Зато держит не только осколок, но и пулю из пистолета или шмайсера с пяти метров, винтовочную где-то с полусотни. Более легкий, доспех «номер четыре», он же «пехотный», в нем, как привыкнешь, можно и подолгу в обороне сидеть, или от своей траншеи до вражеской, особенно если тебя БТР доставит до рубежа атаки. А вам дадут «номер три», он же «десантный» – жилет из одной бронеткани без пластин, наплечников и набедренников тоже нет – зато в таком виде не тяжко и в дальний рейд, пехом по лесу, по горам. Но люди опытные стараются детали от «четверки» или даже «пятерки» еще навесить – лучше уж вспотеешь, чем санбат или похоронка!

СССР это очень богатая страна, раз не скупится даже на своих солдат? В войске какого-нибудь «генерала» мне бы выдали ржавую винтовку (или даже бамбуковую палку, если сочли бы «нестроевым») и потрепанный мундир, нередко с характерными дырками и следами крови. Если повезет, могли добавить и ботинки. Причем за все это имущество непременно удержали бы из жалованья. А у советских мне, помимо обмундирования и обуви (новых, неношеных!), выдали еще стальную каску, уже упомянутый и очень удобный жилет, вещмешок, саперную лопатку, флягу, аптечку, туалетные принадлежности, железную кружку и «неприкосновенный запас» продуктов: сухари и банка тушенки. Правда, съедать это без дозволения командира запрещалось. Ну и, помимо всего этого, за каждым из нас, кроме автомата ППС, числились противогаз, противоипритный резиновый плащ и бронежилет «номер три», но до времени хранились под замком.

– Кто на своей армии экономит, тот будет тратиться на армию чужую, когда его победят и захватят, – сказал Товарищ Старшина Ковальчук. – И запомни, что ничего лишнего у тебя в мешке нет! Эх, салага китайская, не знаешь ты, что такое в окружении, а я с сорок второго на фронте, и это пережить успел! Ты учись и запоминай – если хочешь домой вернуться. И вообще, наш Суворов говорил – «тяжело в ученье, легко в бою»!

– Это как наш Сунь-Цзы, господин сержант?

– Бери выше! Суворов за всю жизнь сражался с турками, шведами, поляками, французами – и не проиграл ни единого сражения, при том что в большинстве из них враг превосходил его армию числом! Его «Науку побеждать» у нас офицеры изучают. А ваш Сунь-вынь скольких победил?

Достойный человек не может быть солдатом? Русские смеялись над этим и говорили – кто так считает, пусть не жалуется, когда придут враги, сожгут твой дом, убьют твою семью – а ты не сможешь их защитить. А у советских другое правило – не тронь наших, или умрешь! И спрашивали, что нам нравится больше? Через три месяца, когда мы втянулись в службу, – возвращаясь с полигона, после занятий на полосе препятствий, со стрельбой боевыми патронами, мы уже свысока смотрели на бегавших вокруг казарм новичков, которым пока не доверено оружие! Нас уже не под окнами гоняли, а могли внезапно поднять ночью и вывезти далеко, в горы и лес. Мы вели учебные бои, отряд на отряд, иногда даже со стрельбой друг в друга безвредными красящими пулями – или должны были пройти мимо постов и патрулей. И что-то изменилось в нас самих, мы больше не ощущали себя «кули войны», обреченными рано или поздно быть убитыми – нас учили убивать и побеждать, и мы были уверены в своих силах. Наверное, это же испытывали воины-монахи после Посвящения, пройдя «лабиринт смерти» и получив татуировку бойца.

Мой отец говорил мне когда-то – у кого учиться, гораздо более важно, чем чему учиться. Потому, когда мне и еще нескольким, кто считался лучшим в нашей «учебке» – так называли русские отряд, где мы служили, что было для меня еще одним потрясением, выходит это всего лишь школа для новичков, а не отряд воинов? – предложили выбор, под чьим начальством продолжить службу, я выбрал тех, кто, как мне показалось, наиболее заботился о своих людях. Кто учил нас – «не смей погибнуть по дурости или неумению – и товарищей подведёшь, и приказ не выполнишь. Тебя Отечество учит и кормит, для того чтобы ты побеждал».

Значит, такой начальник, заботясь о своей жизни, будет беречь и наши. Может быть, моя жизнь стоит дешево. Но для меня она очень дорога.


Эрвин Роммель, командующий Фольксармее – газете «Берлинер Цайтунг», по поводу французского требования к ГДР наконец подписать Акт капитуляции перед Французской республикой, по итогам Второй мировой войны

Что, и эти когда-то успели нас победить? Да, не подскажете, с кем они воюют после уже шестой год – в Европе меньшего времени хватило, чтобы всю посуду переколотить? С Вьетнамом – не знаю такой великой державы! Но, наверное, это сильная держава, раз Франция, сама заявляющая о статусе таковой, уже получила оттуда гробов больше, чем за всю кампанию сорокового года, а конца не видно! Интересно, если бы Вьетнам граничил с Францией, лягушатники уже сдали бы Париж?

Что, мы якобы обещали это еще тогда? Так французы тоже многое обещали, например, провести референдум в Лотарингии и эльзасском Бельфоре! Как мы честно провели, в Австрии, Силезии, Судетах, в остальной части Эльзаса – кому-то страшно, что и лотарингцы точно так же выберут фатерлянд? Однако же пока что я вижу, что всех, кто заикнется, что «Бельфор это не Франция», французская жандармерия хватает и бросает в тюрьму без всякого суда.

В их Национальном Собрании опять говорят о «естественной границе по Рейну»? И что мы сами даем повод, поскольку формально между Францией и ГДР не подписан мирный договор, а лишь перемирие? Что ж, месье – Фольксармее к вашим услугам! Только пусть на этот раз президент и прочие дождутся нас в Париже, а не спешат удрать в Англию. А то выйдет невежливо, мы-то придем, дорогу еще не забыли – а хозяев дома нет!

Где это видано, чтобы одна из великих европейских держав, в число которых без сомнения входит и ГДР, капитулировала перед государством уровня Вьетнама? Или даже еще более слабым, раз не может его победить?


Где-то в США. 4 июля 1950 г.

День Независимости – самый великий американский праздник! Фейерверки, парады, карнавалы, шествия, концерты, ярмарки. Хотя в том далеком 1776 году, Джон Адамс написал, дословно: «Второй день июля 1776 года станет самым незабываемым в истории Америки». Ответ прост – 2 июля джентльмены приняли решение, на закрытом для посторонних заседании Конгресса, а через два дня объявили о том во всеуслышание. Ведь судьбоносные решения никогда не принимаются на публике! Серьезные люди свои серьезные дела предпочитают творить в тишине.

«Первый толстяк владел всем хлебом в стране, второй – углем, третий скупил все железо». Юрий Олеша в своей детской книжке был в принципе прав – ну в чем различие, что Больших Людей в такой стране, как США не трое, а побольше? И им вовсе не обязательно каждому владеть монополией на один товар – зачем, если есть пакеты акций на фондовой бирже? И, в отличие от карикатурных капиталистов с плакатов «Окон РОСТа», у них не было подвалов, набитых мешками с золотом – капитал должен быть в обороте, приносить прибыль!

Прибыль была Богом, в которого верили они, искренне называющие себя добрыми христианами. Но лишь в Средневековье воевали за распространение христианской веры. Сейчас же высшей целью было – получить наибольшую прибыль. И если для этого надо было разрушить целые страны, убить миллионы людей – вопрос был, насколько выгодно это будет нам?

– Китайский проект не продвигается, – сказал Первый, на вид лощеный джентльмен, представляющий финансистов Новой Англии, – но исправно поглощает деньги наших налогоплательщиков. И что еще хуже, времени нет и у нас. Выводы моих аналитиков однозначны: без новых рынков сбыта, нас ждет как минимум резкий экономический спад, как максимум новая Депрессия! А рынков нет: Латинская Америка себя уже исчерпала, Восточная Европа потеряна, африканские негры ленивы и бедны – расклад по миру в докладе, с которым вы, джентльмены, уже ознакомились. И все это следствие «недопобеды» в войне, итогом которой предполагалось не только прямая добыча, захват чужих активов, но и установка для всего мира наших правил игры, а доллара – единственной резервной валютой. Простите, что повторяю эти азбучные истины, – но вопрос сейчас стоит так: или мы резко сорвем банк, решив наши проблемы, или эти проблемы нас утопят! Маньчжурия и Корея кажутся наиболее легкой добычей: полагаю, там у Советов менее сильная позиция, чем в Европе? А кроме того, существует Договор с Китаем от 1922 года, пока не отмененный – согласно которому, державы (в списке которых СССР нет) имеют равные права с китайским правительством, на всей территории Китая, к коей по международному праву принадлежит и Маньчжурия! Надо всего лишь восстановить законный суверенитет генералиссимуса Чан Кай Ши над всей китайской территорией – и осваивать «China utile», «Китай полезный». Предполагалось, что это случится еще два года назад – если я не ошибаюсь, Чан Кай Ши, начиная войну в 1946 году, обещал, что разобьет коммунистов за год-два, и где это? Мне надоело слушать каждый раз – «осталось совсем немного, победа уже близка». Дьявол меня возьми, мы поставили этой макаке военного снаряжения на сумму, сопоставимую с ленд-лизом в Англию в ту войну! И где результаты наших вложений?

– Коммунисты фанатики, это общеизвестно, – заметил Второй, толстяк с сигарой, похожий на карикатурного буржуя, в изображении советских плакатов, промышленный барон Среднего Запада, военные заводы Детройта и Чикаго, – а у нашей макаки плохо с боевым духом. И кроме наличия оружия, важно еще и умение его применять. Кроме того, особенности местности не позволяют использовать техническое превосходство. Боеспособной авиации у макак фактически нет – как еще назвать аварийность шестьдесят процентов, в небоевых условиях? Нет танковых частей – в лучшем случае есть отдельные, обученные нами, экипажи. Артиллерия не умеет ни взаимодействовать со своей же пехотой, ни стрелять с закрытых позиций. Налицо лишь огромное количество пешего мяса, обученного на уровне, в лучшем случае расходного материала прошлой Великой войны. Мои люди побывали на фронте – согласно их донесениям, там невероятная комбинация из «странной войны» тридцать девятого года и верденских баталий за избушку лесника. Разница лишь в том, что во втором случае сторонам приходится пополнять истраченное пушечное мясо – которого в Китае пока еще много. Так воевать можно до конца века – пока не закончатся китайцы!

– О чем речь, – согласился Первый, – и сколько еще мы намерены это терпеть?

– Конкретные предложения? – вступил в беседу Третий, похожий на ковбоя, и в самом деле сколотивший состояние на техасской нефти и торговле скотом. – Наш Дуг бьет копытом и клянется, что если дать ему полную свободу, он выметет всех комми из Китая железной метлой! Мне кажется, он искренне обижен, что первым полководцем Америки считают «Айка» Эйзенхауэра, а не его. «Айк вымел гуннов из Франции, поскольку ему никто не мешал – как мне, так же вышвырнуть коммунистов и русских из Китая».

– С русскими пока рано, – сказал Второй, – далеко не факт, что мы останемся в прибыли после большой драки. Наше превосходство не столь велико, чтобы победа была не чересчур затратной. И это при условии, что у Советов нет туза в рукаве.

– А при чем тут это? – удивился Первый. – Джентльмены, а вам не кажется, что война между нами и Россией уже идет? Просто и мы и они воюем «по доверенности», если можно так сказать: от нас макака Чан, от них макака Мао. И в случае полной победы, наша макака Чан, усилившись до всего Китая, бьется уже с новой русской макакой, кто там в Маньчжурии сидит? А после и Корею можно так же, и Монголию, отчего нет? Мы ни при чем – мы лишь смотрим, запасшись попкорном.

– Было уже, – сказал Третий, – в тридцать девятом, желтомордые попробовали так с Монголией. И что вышло?

– А мы не япошки, – ответил Первый, – русские не посмеют! В конце концов, можно заключить договор – белые господа не вмешиваются в драку макак? И высокие принципы гуманизма привлечь, в обоснование. О нерасширении пространства конфликта и блокаде поставок оружия воюющим сторонам, как это в Испании было, хе-хе!

– Если я правильно понял, мы сейчас обсуждаем именно наше вмешательство, – произнес до того молчавший Четвертый, с военной выправкой, но не кадровый военный, а представитель деловых кругов Западного побережья. – И пока я не услышал, как вы это представляете? Китай огромен – японцам не хватило миллионной армии, чтобы его покорить. Вы собираетесь в Штатах объявлять мобилизацию? Чтоб воевать с китайскими красными – против которых мы уже пять лет слали помощь нашей макаке. Возникнут неудобные вопросы – куда все это делось и кто виноват?

– Поддерживаю, – заметил Второй, – и простите, вам французских шишек мало? Что ответили немцы на французское требование в ООН – вся Франция в истерике, однако колбасники абсолютно правы, цинично говоря. Увязнув во Вьетнаме, французы расписываются в собственной военной немощи, подрывают свои финансы и экономику, как на полноценной европейской войне – и что существенно, уже не могут из этого болота вылезти, это будет уже собственным признанием своего позора и бессилия. Кстати, я так понимаю, мы туда влезать пока не намерены?

– Не намерены, – подтвердил Третий, – довольно пока с французов нашей материально-технической помощи, за которую они платят, пока. А как не смогут, тогда…

– Но я вспомнил про Вьетнам по другому поводу, – сказал Второй, – вам не кажется, что для нас существует такая же угроза увязнуть в Китае? У макаки Мао, надо признать, очень хорошо выходило организовывать партизан, не хуже, чем у русских. А у макаки Чана отчего-то не получалось с повстанцами бороться – могу предположить, что даже заняв всю «красную» территорию, он столкнется с еще большей проблемой. Тараканов давить легче, когда они открыто собрались в кучу, чем когда расползлись и попрятались по углам. Ну и как вы видите нормальный рынок и работающую экономику – в стране, где за каждым углом повстанцы?

– Значит, надо накрыть всю кучу разом, – заявил Первый, – одним большим тапком, джентльмены. Вы знаете, каким!

Повисло молчание.

– Если я правильно понял, речь идет о «столице» Мао, Сиани? – наконец спросил Второй. – Положим, китайцев не жалко, их в тридцать первом году в наводнение утонуло четыре миллиона, в тридцать восьмом еще миллион. Но там ведь есть и советская миссия, черт побери, сколько – сто, двести человек? Вы Третью мировую войну хотите развязать?

– А сколько американских парней погибло на «Пэней» в тридцать седьмом? – рявкнул Первый. – Мы что, после объявили войну япошкам? Мы ведь тоже можем разозлиться – или Джо так хочется получить Бомбы еще и на Москву, на Ленинград? Дипломаты отпишутся, не впервой. Можно, в конце концов, что-то русским после и уступить за это.

– Если в игру не вступит «фактор Икс», – произнес Второй, – и тогда, если он действительно существует, нам останется лишь молиться. Гитлер ведь тоже, наверное, считал, что у него все козыри на руках?

– Если он существует, – задумчиво повторил Третий – за пять лет не удалось раскопать ничего определенного, ни одной прямой улики. А ведь такие люди работали, столько потратили… И улов – лишь что-то косвенное, только вероятность вроде бы логичной гипотезы – но остающейся лишь таковой. Может, все же мы имеем дело с грандиозным блефом Джо?

– Насчет «Икс» есть интересное предложение, – сказал Первый, – джентльмены, я тут имел беседу с мистером Даллесом-старшим. Он предлагает провести эксперимент, для добычи информации, так сказать, разведку боем. Поскольку предполагается, что «Икс», то есть потомки, пришельцы, кто там еще, вступают в игру лишь при значительной и реальной угрозе для русских. Они же не вмешались 22 июня? Значит, не ударят немедленно и здесь. Но будет какая-то активность по подготовке их вмешательства, особенно со стороны тех, кто их клиент на этой стороне. А мы проследим – может, что-то и заметим, и вытянем!

– Дергать тигра за усы? – спросил Второй. – Как знаете, но я против. Уж очень плохо кончил предыдущий экспериментатор!

– А я «за», – сказал Третий, – приведенные доводы, что «Икс» не вмешается, по крайней мере немедленно, мне кажутся очень весомы. В то же время неопределенность в таком вопросе сильно мешает разработке дальнейших стратегических планов. Думаю, что для Америки жизненно важно установить, что собой представляет этот фактор… экспериментально, если уж не остается другого столь же надежного пути. Придется, правда, смириться с некоторыми потерями в эпицентре вмешательства «Икс», если таковое произойдет. И внутриполитической реакцией на это здесь, в Штатах. В Сенате, Конгрессе, в прессе и на бирже.

– Все будет подано как инициатива генерала Макартура, злоупотребившего властью и доверием, – ответил Первый, – в крайнем случае придется пожертвовать мистером Джоном Ф. Что до президента, то полагаю, возможно его убедить, чтобы он хотя бы не мешал? В конце концов, что мы теряем? Дуг явно заигрался и грезит о триумфальном прибытии в Штаты, подобно Цезарю. И если он вместо этого окажется по уши в дерьме – кто-то против, джентльмены? Не хотелось бы прибегать к крайним мерам – дурака не жалко, но зачем создавать опасный прецедент?

– Русские? – заметил Второй. – Вы уверены, что сохраните ситуацию под контролем?

– Джо не решится, – заявил Первый, – это единогласное мнение моих аналитиков. Не самоубийца же он – при всем уважении к его армии, мы можем достать его с баз в Англии, а он нас нет! В воздухе он слабее нас в разы!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10