Владимир Владыкин.

Распутица. Роман в пяти частях



скачать книгу бесплатно

– Значит, ты не любишь меня? – спросил он.

– Какой же ты быстрый! – качнула она головой с пышными светло-русыми волосами. – Спать будем только после отметки в паспорте. Мне ты ради одной постели, запомни, не нужен.

Николай оценил её слова по достоинству, но остался неудовлетворён категоричным отказом. Ведь он привык, когда на его предложение девушки отвечали согласием…

И через месяц они поженились, Антонина жила в его холостяцкой комнате. Николаю через полтора года дали однокомнатную квартиру, а через пять лет, когда родился второй ребёнок, он получил двухкомнатную. За эти годы на погонах Николая прибавилась ещё одна звёздочка – он стал старшим прапорщиком, что служило для жены поводом над ним подтрунивать, дескать, не имеет профессионального самолюбия. На его месте она бы давно стала капитаном. Антонина уже доподлинно знала, что муж учиться не собирался, а значит, её мечта стать генеральшей рассыпалась как карточный домик. И тогда она положила глаз на командира части Журыкина, которому было сорок пять лет, вот-вот станет генералом. К тому же прошел слух, будто за связь с посторонней женщиной жена Алевтина Георгиевна развелась с ним. Оказывается, он был неисправимым женолюбом. Антонина попала в поле его зрения давно, работая в части парикмахером по его же протекции. Но тогда все её надежды были связаны исключительно с Николаем, и она шутливо отклоняла ухаживания полковника, а порой и откровенное домогательство, хотя прямо-таки горела желанием пофлиртовать. Но рассудок всё-таки в ней побеждал чувства…

Николай узнал об измене жены от одного офицера, которого Журыкин не повысил в звании из-за того, что тот приударял за его дочерью. А когда их гвардейская танковая часть отправилась на тактические учения на Северный Кавказ, полковник нарочно задержался. Это было ещё до рождения второго ребёнка; тогда Николай дежурил на КПП, в то время как Антонина забавлялась с командиром, который почему-то не отбыл на учения. Ему позвонил офицер, дежуривший в штабе, что его жена с Журыкиным сейчас уехала куда-то на машине. Между прочим, Николай с какого-то времени стал подозревать жену в охлаждении к нему, но о том, что за этим стояло, он тогда не догадывался, а потом на свет явилось и доказательство измены жены – не запланированная ими беременность, которую она объясняла тем, что будто бы врачи ей запретили делать аборт…

Второго ребёнка Николай не признавал. Хотя так мечтал о сыне. Он ходил в суд на развод, где Антонина решительно отрицала измену, но Николай твёрдо стоял на своём, так как уже не верил в её порядочность. Видя, что муж не желает примиряться, Антонина подала на раздел квартиры и вскоре этого добилась. Дети, естественно, остались с ней, а полковник Журыкин, знавший о семейной драме старшего прапорщика Боблакова, не спешил жениться на его бывшей жене. Сослуживцы, конечно, втайне думали, что скоро он это сделает, даже поговаривали, будто Антонина обещала ему помочь стать генералом, для чего якобы ездила в Северо-Кавказский военный округ… Но что она там добилась, для всёх осталось тайной…

В тот вечер ресторанного знакомства Юлия и Николай Боблаков понимали, что с этого мгновения начнётся отчёт их отношений.

Николаю сначала не понравилось, что Юлия отказалась перейти за его столик, так как считал, будто она манерничает – так же как в своё время его бывшая жена. Ему всёрьёз казалось, что Юлия такая же изощрённо-расчётливая, как и Антонина, всегда набивавшая себе цену дешёвыми рассуждениями. И потому в этот вечер он был настроен только на то, чтобы переспать с понравившейся женщиной. Конечно, его смутило её признание о том, что была замужем. Впрочем, он подумал, будто она пошутила, решила узнать его реакцию. Но разве он мог знать, что Юлия такими вещами вообще не способна была шутить. Николай в очередной с ней танец снова позвал её за свой столик.

– Почему же ты развёлся с женой? – поинтересовалась Юлия, желая доподлинно знать о нём хоть что-нибудь.

– Если посидим за моим столиком, тогда я расскажу всё, что тебя интересует. И буду слушать тебя хоть весь вечер. И продолжим в моей холостяцкой квартире.

Юлия сдержанно засмеялась. Конечно, она совершенно не знала, хорошо ли поступит, если примет его условия. Но и отказаться боялась, так как он может развернуться и уйти. Ведь в ресторане достаточно свободных женщин, которые, наверное, отчасти и приходят сюда с одной целью – с кем бы провести ночь. Николай, должно быть, легко найдёт сговорчивую. Разумеется, он далеко не красавец, но и недурён собой. Она внимательно посмотрела на него: даже очень приятное лицо, может быть, нос чуточку большой. Но в нём усматривается что-то благородное, а в серых глазах таится какой-то азартный блеск. Но особенно её волновала его покрытая растительностью грудь, при взгляде на курчавившиеся чёрные волосы она как-то млела и нервный холодок пробегал по спине. Он казался ей физически сильным, мужественным и достаточно умелым мужчиной…

– Хорошо, я посижу с тобой, но я должна предупредить своих.

– Кем же тебе доводится молодая парочка? – весело спросил он. – Ох как они завелись, словно параличные!

– Это моя племянница и её муж, – и она тут же, словно обидевшись на него, перестала вести этот странный, бесконечный танец и быстро пошла к своим. На её лице сияла улыбка, густой румянец разливался на эластичных щеках. Николай стал её поджидать. Такой восхитительно красивой её увидели Светка и Игорь, когда она со счастливой возбуждённой улыбкой подошла к ним; они азартно дёргались в тесной толпе танцующей публики, и сказала, что её пригласил мужчина за свой столик. Племянница тоже была разгорячена хмельным бурным вечером, быстро кивнула, послав тётке воздушный дружеский поцелуй…

В зале было уже изрядно накурено, к высокому потолку поднимался сигаретный дым и там, среди громадных люстр, плоско покачиваясь, плавал и сворачивался в жгуты. Стояла духота, пахло закусками, спиртным, неумолчно гремела музыка. Юлия села за столик, поздоровалась с мужчиной в сером строгом костюме, в синей рубашке с галстуком в яркую полоску. Он держал в руке бокал с красным вином, а в другой зажал между пальцами дымящуюся сигарету.

– Это мой лучший товарищ Миша, – представил того Николай. – А это Юля, лучшая из лучших девушек! – прибавил он весело.

– Верно, очень красивая барышня! – воскликнул Михаил, у которого глаза были навыкате и широкий нос.

– Вы тоже прапорщик? – спросила Юлия, еле сдерживая смех.

– Нет, Миша на фуре мотается по городам и весям. Всё у него схвачено… – непринуждённо пояснил Николай.

– Мой бывший свёкор тоже был дальнобойщик, – сказала она, уважительно глядя на Михаила.

– Да чего там, лучше давайте выпьем за знакомство, – предложил Михаил, глядя на Юлию.

Николай предложил ей водку и вино на выбор. Юлия попросила вина, так как водка вызывала у неё почему-то панический страх. Но и вино она пила довольно редко. А если приходилось когда-либо, то оно приводило её в весёлое настроение, и жизнь виделась столь заманчивой, что хотелось плыть по её зыбким волнам к острову любви, где ожидал принц, как в детской сказке. Но она не стремилась бездумно предаваться пустым мечтаниям, поскольку уже немного знала мужчин. Правда, ей казалось, что нельзя по одному негодяю судить обо всех. Они тоже разные, у каждого за плечами годы жизни с жёнами, любовницами, которые не устраивают их своим непостоянством. Николай, однако, не производил впечатления бесшабашного бабника, и он развёлся с женой вовсе не из-за того, что много гулял. Просто это только её наивное представление. Хотя и не надо его идеализировать, но и заведомо делать из него монстра тоже не нужно.

Когда Николай и Михаил выпили по стопке водки, Юлия медлила, потому как боялась, что именно с этого фужера для неё может начаться другая жизнь. Но разве не об этом она порой думала бессонными ночами, разве не одиночество приводило её в отчаяние, а жизнь казалась однообразной и скучной.

– Что же ты отстаёшь от компании? – спросил Николай. – Смотри, как вокруг посветлело при твоём появлении.

– Не может быть! – воскликнула весело она. – Просто я давно не пила вина и боюсь, что окосею.

– А что в этом плохого? Сразу жизнь преобразится! – приподнято сказал Михаил, нажимая на закуску.

– Одной пить девушке скучно. Давай, приятель, поддержим красавицу.

– Вы всё шутите! А мне страшно. Я в ресторане первый раз в этом городе…

– Откуда же тебя занесло к нам? – спросил Николай, наливая себе и другу водки.

Юлия держала фужер не столь умело, и это её несколько смущало. Она очень пожалела, что выставляла себя в злачном месте слишком наивной и неопытной. Но такая шумная жизнь ей стала даже нравиться – до этого она слишком долго пребывала с детьми в одиночестве и от монотонности будней и работы немного подустала. И вот попала в компанию настоящих мужчин, с которыми она чувствовала себя от счастья на седьмом небе. На этот раз, когда они пили, Юлия сделала всего несколько глотков; вино ей показалось очень ароматным и терпким, так что ей хотелось выпить весь фужер, но, боясь прослыть в их глазах выпивохой, она, не допив вино, поставила фужер на столик. Николай в свободную чистую тарелочку положил для неё салат оливье и шашлык. Юлия признательно поблагодарила, ощущая, как вино стало приятно припекать в желудке. И вскоре хмель ударил весело в голову, её круглые милые щёчки раскраснелись, как два пурпурных яблока. «Ах, что я делаю!» – мелькнуло в сознании, и чтобы скрыть свой страх, она невольно улыбнулась, пытаясь этой улыбкой забыть то, что говорил ей внутренний голос.

Мужчины ещё раз выпили, и она тоже вслед за ними допила остаток вина, а потом принялась снимать с палочки кусочки жареного мяса и аккуратно есть. Николай тут же пытался наполнить из графинчика её фужер, но Юлия резко закрыла его ладошкой, мило улыбнулась, дав понять, что она уже пить не желает.

– Пока достаточно, а то я уже пьяная, – засмеялась молодая женщина, её иссиня-голубые глаза блестели лучисто и вместе с тем зазывно, хотя она производила впечатление милого невинного существа. Николай смотрел на неё, не веря, что она – такая красивая, с чудесной фигурой – сидела за их столиком и уже запала в его сердце, кажется, навсегда. И все его прежние увлечения после развода с женой ничего уже для него не значили; в его сознании мгновенно померкли все женщины, которые у него были до неё, и те, которые сидят в ресторане, как бы тоже перестали существовать. Она всех затмила! От Юлии на него пахнуло сердечным теплом, душевной мягкостью, утончённой женственностью, которая кружила голову и сводила с ума. И всё это делала с ним её обольстительная красота, так что бывшая жена Антонина теперь казалась ничтожным существом со всеми своими амбициями; думалось, что он в своё время с ней встретился совершенно случайно, по ошибке приняв её за самую лучшую из женщин. И как ловко она тогда сумела ввести его в заблуждение своими фальшивыми чувствами, пронизанными меркантильностью.

Николай пригласил Юлию танцевать, так как Михаил буквально поедал её глазами, и друг, с которым ещё недавно они обсуждали разные проблемы, превращался чуть ли не во врага. И чтобы не испытывать этого гадкого чувства он и повёл молодую женщину танцевать, для приличия на ходу бросив другу что-то весёлое и подмигнув: дескать, я первый увёл её из той компании, так что извини.

И только сейчас, купаясь в лучах его внимания, она вспомнила о Светке и Игоре. Они смотрели на неё, и она помахала им ручкой и пошла за Николаем. И пока подходили к танцевальной площадке, подумала, что готова идти за ним всегда. Вот только бы и на этот раз не обмануться в своих ожиданиях того, кто бы смог заменить ей покойного мужа…

Глава пятая

Юлия проснулась с ощущением тупой головной боли и сначала не понимала, где же она находится? Она лежала в чистой постели под ватным одеялом в белом пододеяльнике, и обнаружила себя совершенно нагой, и это открытие её сильно удивило и отчасти даже напугало, так как до этого случая ещё ни разу не оказывалась в подобной ситуации. На разложенном диван-кровати лежала чья-то вторая подушка, значит, спала с тем, кто её сюда привёл. Чья же это квартира? Наконец она вспомнила, что вчера была в ресторане с Игорем и Светкой. Но далеё, Юлия с трудом припоминала, как она прощалась с ними. А рядом, кажется, был плотный выше среднего роста, мужчина, который и посадил её с собой в такси. Его приятель Михаил сидел с какой-то молодой симпатичной упитанной женщиной, у которой были чересчур пухлые губы, толстые щёки и сама она была несколько полноватой.

Затем Михаил с ней вышел из машины, тогда как они проехали ещё квартала два по Черёмушкам почти в конец микрорайона. Здесь пахло железисто-серным газом, видимо, от какого-то предприятия. Когда поднимались на пятый этаж в однокомнатную квартиру, её поддерживал Николай и что-то безумолчно шептал на ухо. А что же было в ресторане? Она помнила, как мужчина обжёг её признанием в любви, что показалось тогда Юлии несерьёзным. Неужели он рассчитывал, что от его слов она сейчас же растает и кинется ему на шею… Но зачем она так напилась, ведь раньше пила совсем мало, и всегда это считала ниже своего достоинства?..

– Не нужно так бездумно разбрасываться словами, – ответила она ему, – ведь у меня трое детей, а у тебя двое, и ты, может статься, вернёшься к жене ради них…

– Да уж нет, отрубил раз и навсегда! Конечно, детей жалко, но так жить, как мы жили, – не хочу. Да к тому же, когда нет абсолютной уверенности, что сын – твой, тогда лучше разрубить узел, к чёртовой матери! – нервно проговорил он.

– Что, она от тебя действительно гуляла?

– Неприятно в этом признаваться, но факт есть факт. Я видел её с ним… Она думала, что я стану генералом, но такой чин не всём служивым по плечу. В этом вся её мерзкая внутренняя сущность. Я всего лишь старший прапорщик. Она постоянно меня пилила: почему, дескать, тебе не сделать генеральскую карьеру, ей это вынь да положи! Но я не карьерист, а честный прапор…

– А вот мой первый муж захотел и стал капитаном речного флота: был стармехом, старпомом…

– Значит, ты гордилась им? Ты хотела, чтобы он стал обязательно капитаном, он был военный моряк?

– Я никуда его не толкала, он служил в морском флоте. Если бы он остался штурманом, я бы никогда его не пилила. Он сам решил и стал капитаном речного флота, – с чувством достоинства проговорила она, при этом в её голосе слышались нотки недовольства, так как он заставил её вспомнить покойного мужа. И понимая, что этот человек, наверное, думает о ней так же дурно, как о своей бывшей жене, ей хотелось одернуть его. Ведь наверняка он уже мысленно сравнивал её со своей Тонькой, к которой испытывала сейчас скрытую неприязнь и удивлялась, что из-за своих глупых амбиций та потеряла славного мужа, которого уже вряд ли кто достойно заменит, а у детей не будет отца. К тому же его дочери уже десять лет, и Юлии было донельзя обидно, что он столько времени терпел безумные капризы жены.

– Очень хорошо, что ты так рассуждаешь! Наверное, в тебе я не ошибся, мне как раз нужна верная подруга…

– Как ты быстро сделал свой выбор! – поразилась искренне Юлия.

– Да ничего не быстро, просто мне достаточно того, что я услышал от тебя, мне довольно твоего честного отношения к моей службе, и ты совершенно не похожа на бывшую супругу. И давай больше не будем к этому возвращаться никогда.

Николай вспомнил, как делал Антонине предложение с какой-то безоглядностью, вскруженный её неотразимой внешней красотой, совершенно не задумавшись над тем, почему в нём появилось ощущение, что Антонина чем-то неуловимым отталкивала его. Но этому тогда он почему-то не придавал большого значения, полагая, что просто сильно придирается к себе, нечего мелочно смотреть на девушку. Ведь в целом она очень нравилась ему… Правда, погнавшись за призрачными, несбыточными надеждами, своими неразумными амбициями год от года разрушала их отношения, превратив их в тягостное исполнение супружеского долга.

Юлия с интересом всматривалась в выразительное лицо Николая и видела, как он недовольно хмурил брови.

– Твоя жена нашла генерала?

– Какого генерала? Не видать ей генерала как собственных ушей. Полковник и тот усёк, что она помешалась на своей идее фикс. Лучше пойдём выпьем за нас с тобой, – вполне серьёзно предложил он.

– Ты так говоришь, будто с этого вечера мы будем жить вместе. Так несерьёзно, Коля! – возбуждённо произнесла она, чувствуя, что в этот вечер в её жизни произойдёт чрезвычайно важное событие. Но она не хотела с головой уходить в это увлечение, потому что Николай поступал сейчас слишком поспешно. Ему надо переспать с первой попавшейся женщиной, которой в данный момент оказалась она. К тому же Юлия не была уверена в своих к нему чувствах, ведь недостаточно того, чтобы человек только нравился, она должна полюбить его всей душой. Но как раз этого она не испытывала, поскольку для неё всё ещё оставался образцовым семьянином покойный муж, обладавший к тому же романтической внешностью. Николай на него не похож ни внешне, ни внутренне. С виду он грубоватый, нетерпеливый, что-то было в нём дерзкое, или он просто такой уродился нервный. Когда она просила его рассказать о жене, желваки на скулах почему-то почти постоянно беспокойно вспухали. Николай повёл её к столику, придерживая одной рукой за талию. В этот момент Михаил привёл полноватую, с энергичным деловым лицом, довольно симпатичную, в дорогом ярком костюме женщину. В её карих глазах сверкала искра легкомыслия и хитрости. Наверняка хваткая бабёнка, впрочем, Михаил как-то гармонировал с ней; кажется, он называл её Ларой или Лерой. Но Юлия осталась безучастной к ней, так как при этой женщине, вовсе не страдавшей никакой стеснительностью, громко хохотавшей от каждого солоноватого слова Михаила, она, Юлия, воспринимала себя почему-то женщиной лёгкого поведения. Когда они сидели втроём, ей нравилось ощущать себя обласканной вниманием мужчин. Михаил даже тщился безоглядно понравиться ей, долго смотрел на неё, желая встретиться с её взглядом. Но Юлия как-то смущённо переводила глаза на Николая, чтобы не вызывать у того ревность некорректным поведением друга. Правда, он сделал вид, будто не обратил внимания на поползновения своего приятеля, даже когда Михаил пригласил её на танец.

Юлия помнила вечера у Ефима: как тогда его дружки с его разрешения приглашали её танцевать, и она охотно откликалась, а потом, оставаясь с Ефимом, выслушивала его ревнивые упреки, что, мол, она вешалась чуть ли не на каждого, хотя это была неправда. И сейчас Юлия, наученная горьким опытом, вежливо отказала Михаилу, прибавив, что она не из тех женщин, которые любят ходить по рукам. Эта её фраза взбодрила Николая, и он предложил выпить за женскую верность, в которую, правда, не верил, в чём, однако, не хотел себе признаваться. Собственно, как и каждый мужчина, Николай достаточно умело скрывал свои недостатки, которые видны в каждом человеке. Он считал, что женщины это умеют делать значительно искусней, чем мужчины. Однако сейчас он был готов поклясться, что Юлия весьма непосредственная девушка, которая ведёт себя вполне искренне, презирает надутую манерность, фальшивое изящество…

После каждого нового глотка вина Юлия замечала, как неудержимо пьянела, чего с ней, пожалуй, ещё никогда не бывало. Она всегда на какие-либо праздники или дни рождения строго придерживалась рамок приличия и выдерживала их до конца застолья. Кажется, только недавно она сказала себе, что ни ему, ни себе не позволит скатываться до пошлости и фривольности. И вот какая-то неведомая сила увлекала её от себя прежней и вводила в образ распущенной женщины. Удивительно, что она отдавала отчёт в том, что сейчас с ней происходило, но никак не могла обуздать вкравшегося в душу беса, толкавшего её к необдуманным поступкам. Причём чужой голос нашептывал ей: «Ничего страшного не произошло, ты отдыхаешь после долгих дней одиночества, тебе всё простительно, он увлечён тобой как лучшей женщиной, будь с ним смелей». И Юлия ему непроизвольно улыбнулась (показалось, что опять двусмысленно), чувствуя, как в груди что-то дрожало, словно томительная сила вырывалась из неё, и вот уже будто никакие условности её не сковывали, она была готова на всё…

Они выходили танцевать и потом снова усаживались, чтобы выпить и закусить под весёлые пустые разговоры. Иногда она пила вино и к закускам даже не прикасалась, поскольку думала, будто хмель больше её не разбирает. Потом вели беседы на разные темы, в чём задавала тон – после уточнения имени – всё-таки не Лара, а Лера, которая Юлии стала чем-то даже нравиться. Она приглашала её в туалет, где курила и расспрашивала о жизни, предлагала той закурить. И та, сроду не бравшая в рот сигареты, вдруг закурила. Но от одного ароматизированного дыма табака закашлялась и отчаянно бросила сигарету в урну. В туалете стояло густое облако дыма и возбуждённо звенели женские голоса. Похоже, кто-то чересчур громко выяснял отношения из-за одного и того же мужчины, обзывая друг друга шлюхами. Юлии было унизительно всё это выслушивать, словно оскорбляли её саму, и она торопила Леру скорей уйти отсюда. Её товарка поражалась, что Юлька вела себя как ребёнок, сбежавший в ресторан от суровой опеки родителей, где никак не ожидала столкнуться с мерзкими выходками женщин лёгкого поведения (что они ни больше ни меньше такие, уже не вызывало никаких сомнений). Разве можно ссориться из-за мужчины? Так поступают только молодые парни, когда увлечены одной и той же хорошенькой девушкой, что в своё время она сполна испытала в речном училище. Но об этом периоде своей жизни она очень редко воспоминала – только при случае, вот как сейчас.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14