Владимир Рыжков.

Сияющий Алтай. Горы, люди, приключения



скачать книгу бесплатно

Долина Сарасы безлесая – лес вырубили еще в XIX в. Только оставив за спиной крайнюю деревушку Комар, за которой перед нами круто встал горный хребет, мы въехали наконец в густой лиственничный лес с высокой пожухлой травой, уже побитой первыми ночными заморозками. Последовал резкий короткий подъем на лесистый гребень несложного Комарского перевала, около 820 м высотой. Этот перевал – водораздел рек Каменка и Сема и одновременно административная граница между Алтайским краем и Республикой Алтай. За узким седлом перевала, с которого нет никакого вида (вокруг один только лес), мы быстро скатились вниз до другой дорожной развилки, все время лесом. На развилке направо уходила сравнительно новая, но тоже очень плохая дорога от Черги на Усть-Кан. Мы же повернули налево и скоро выехали в широкую долину реки Сема, к поселку Черта (мель, перекаты). Переехали бетонный мост через Сему и оказались на гладком асфальте нового, шишковского, Чуйского тракта. Весь проделанный нами путь от Белокурихи через Алтайское и ущелье Сарасы – это и был старый исторический участок Чуйского тракта, который до 1930-х гг. проходил от Бийска на село Смоленское, дальше на Старобелокуриху, Алтайское и следом на юг, через Комарский перевал – в Черту. В 1920–1930 гг. советские власти построили новый участок от Бийска до Черги (через Сростки, Суртайку, Майму, Усть-Сему), т. е. правым берегом Катуни. Этот новый участок и стал основным.

В утренней Черте не было заметно никакого запустения. Село оживленно просыпалось, пуская из труб белые печные дымки. Мимо нас по Чуйскому тракту один за другим проносились шумные автомобили. Новый тракт полностью вытеснил собой старый, оставив ему лишь унылый упадок, почетное место на старинных картах и сладкую, как дым яблочного кальяна, ностальгию о славном купеческом прошлом.

* * *

Итак, повернув за Бийским мостом направо на старый Чуйский тракт, мы сначала проехали левобережной частью города, состоящей в основном из частных домов. Слева от нас проносился крепкий сосновый бор, справа блестела Бия, на противоположном берегу которой виднелись современные многоэтажные районы города и высокие заводские трубы. Дальше за лесом слева к дороге подступили ближние дачи бийчан.

Через десяток километров дорога приводит к длинному и узкому двухполосному мосту через Катунь, которая здесь близ устья широко разливается по зеленой равнине. Вода в Катуни такая же быстрая и холодная, как и в Бие, но мутная, непрозрачная, кажущаяся грязноватой. Это вызвано тем, что Катунь берет свое начало в ледниках Катунского хребта, а не в прозрачном озере, как Бия. Катунь становится прозрачной только осенью, когда ледники перестают таять и когда все речки и ручьи, все бесчисленные притоки Катуни входят в свои каменистые русла и высветляются. После того как Катунь и Бия сливаются, образуя Обь чуть ниже Бийска, они еще долго текут рядом, не смешиваясь: широкая полоса темно-бирюзовой прозрачной бийской воды и слева от нее матовая, плотная, со стальным отливом, катунская вода.

Миновав большое село Смоленское (старинное русское село, основанное еще в 1759 г.), лежащее в 35 км от Бийска, дорога уходит дальше на юг в сторону Белокурихи.

На запад из Смоленского есть еще одна дорога – в село Быстрый Исток, расположенное на берегу Оби, родное село известного актера Московского театра на Таганке Валерия Золотухина.


Предгорья Алтая у Белокурихи (В. Рыжков, 2008 г.)


По мере продвижения путников к югу горы приближаются, их дымчатая голубизна незаметно переходит в глубокую синеву, на плоскостях и объемах гор проступает все больше деталей. Равнина преображается в плавные увалы и холмы, справа возникает живописная речка Песчаная с золотыми песками по извилистым берегам.

Вдалеке и впереди нам уже видны белые домики и разноцветные крыши города-курорта Белокуриха, над ними – острая вершина горы Церковки, любимой горы местных отдыхающих. Вся гора покрыта густым лесом, в нем хорошо просматриваются идущие от вершины до самого низа светлые просеки – горнолыжные трассы. Слева от Церковки мы видим саму курортную долину – глубокую лесистую складку в горном массиве.

За десяток километров до Белокурихи главная дорога уходит вправо, на юго-запад, по направлению на Солонешное, до которого, согласно дорожному указателю, ехать от своротка еще 100 км.

Этот поворот – еще одна важная алтайская развилка. Дорога на Белокуриху, точнее, на Старобелокуриху, как я ранее описал, это старый Чуйский тракт, древний путь из Бийска на Чергу и в Кош-Агач. Дорога же на юго-запад, в сторону сел Солонешное и Петропавловское, это другое направление, вдоль северного края Алтайских гор, ведущее в Рудный Алтай (сейчас северо-восточная часть Казахстана), к старинным русским городам Усть-Каменогорск и Семипалатинск (теперь Семей), расположенным на берегах Иртыша. От Бийска до границы с Казахстаном, если брать по прямой – 210 км.

Мы поворачиваем направо, оставляя Белокуриху в стороне, и едем на юго-запад параллельно горам. Дорога проходит вдоль реки Песчаная, мы проезжаем старинные русские деревни Ново-тырышкино, Сычевку, Солоновку. Здешние места – это богатые сельскохозяйственные угодья. Предгорья Алтая имеют особый, благоприятный для аграрных занятий микроклимат. Благодаря близости гор, подпирающих равнину с юга и востока, зима здесь мягче, а лето более влажное, чем в Барнауле, выдающее много теплых и обильных дождей. Почвы алтайских предгорий богатые, настоящие черноземы, питающие отличные урожаи зерновых, сахарной свеклы и кормовых трав. Здесь русские поселенцы со всей России веками выращивают пшеницу, овес, гречиху. Вся земля в округе распахана и засеяна, до самых гор. Прозрачные длинные лесополосы из серебристых тополей, золотые поля пшеницы, синие вершины гор, высокое небо с бегущими по нему белоснежными облаками, осенью рыже-красные стога, разбросанные по черно-золотистому жнивью, летом зеленые поля свеклы с жирными толстыми листьями – все это алтайское предгорье очень живописно, богато, относительно густо заселено людьми и хорошо ими освоено.

За Солоновкой дорога резко поворачивает прямо к горам. Горы здесь безлесые, гладкие, поросшие высокой степной травой. Наискосок вправо горным склоном поднимается лесополоса из высоких тополей, растущих вдоль дороги, покрытой разбитым сухим асфальтом. По ней мы и начинаем подъем на первый от степи перевал. Справа на севере распахивается широкая панорама алтайской равнины. С разноцветными просторными полями и темной лентой петляющей реки. Вид из окна машины как из иллюминатора самолета. Равнина уходит далеко на север, сливаясь там в дымке с высоким выцветшим небом.

Пологий подъем на Третью Ромкину гору, названную так в честь братьев-купцов Ромкиных, имевших неподалеку мельницу, идет горной степью. За перевалом, на вершине которого установлен знак Солонешенского района, следует крутой спуск в водный бассейн другой крупной горной реки – Ануя, левого притока Оби. Здесь и дальше дорога бежит горными долинами и ущельями, вдоль ручьев и речек, одна из которых – река Солоновка. По горным склонам появляются леса, мы проезжаем глухие таежные деревушки: Березово, Лютаево, Первомайский, Медведевку, названия которых говорят сами за себя. В деревушках по сочной траве свободно ходят утки и куры, бегают собаки, вдоль дороги попадаются небольшие стада коров. Повыше, в горной степи, летом в сухие жаркие дни дорогу перебегают в обе стороны маленькие хвостатые суслики.

Наконец, миновав автозаправочную станцию, мы въезжаем в райцентр Солонешное – один из старинных горных поселков Алтая. Село лежит в красивой широкой долине реки Ануй, окруженной невысокими горами, как раз здесь в Ануй впадают его притоки – Солоновка и Язевка. Первые русские поселенцы появились тут в середине XVIII в. Это были староверы (кержаки), бежавшие от преследования властей и официальной церкви. Позже приехали сюда и обычные крестьяне – поселенцы из европейской части России. Само Солонешное основано в 1828 г. И по сей день здесь живут рядом православные и старообрядцы, как и в окрестных деревнях, например в крупном селе Топольном.

Места вокруг Солонешного красивые и обильные. Есть пахотные поля, много прекрасных пастбищ, в изобилии растет строевой лес. В Солонешном есть маслосырозавод, на котором делают отличный твердый сыр из местного молока. Коровы пасутся круглое лето на горных склонах с их сочной травой и выдают отменное, жирное и ароматное молоко, первоклассное сырье для сыра и сливочного масла. Горы вокруг Солонешного лесистые, и в них устроены маральники, т. е. обширные фермы по разведению маралов (сибирская разновидность благородного оленя). Маралов держат ради вкусного мяса и ценных рогов, которые срезаются молодыми каждую весну.

Алтайский маральник – это всегда обширная, огороженная со всех сторон часть лесистых гор, обнесенная высоким забором из стальной сетки, натянутой на вкопанные в землю деревянные столбы, чтобы олени не разбежались. Зимой маралов подкармливают сеном. Тогда можно увидеть, как они выходят из леса близко к дороге, где для них устраиваются кормушки. Однажды летом я побывал в одном из местных маральников, где нас досыта накормили вкусным и рассыпчатым отварным маральим мясом. Еще для желающих подкрепить жизненные силы и тонус устраивают лечебное купание в деревянных бочках, пантовые ванны с экстрактом из вываренных рогов (пантов) марала, богатых гормонами и ценными микроэлементами.

Дорога из Бийска через Солонешное – еще один древний караванный путь, удобный проход сквозь Алтайские горы. Его называют Ануйским трактом, так как большая часть пути проходит долиной левого притока Оби крупной реки Ануй, уходящей с равнины далеко в глубину гор. От Солонешного дорога проложена берегами Ануя вверх по течению к старинной деревне Черный Ануй, оттуда к деревням Усть-Мута и Келей. За Келеем следует подъем на Келейский перевал, и с него – спуск к алтайскому селу Яконур в Усть-Канскую степь – это уже бассейн другой крупной реки, Чарыша. За селом Усть-Кан можно уйти или в Рудный Алтай, на городок Риддер (теперь это Казахстан), или же в сторону Усть-Коксы, еще дальше на юг. Именно этим, Ануйским трактом, и воспользовалась экспедиция Николая Рериха в 1926 г., добираясь в село Верхний Уймон, в котором Рерих остановился для изучения окрестностей горы Белухи и сбора местных старинных легенд и поверий.

Алтайцы в Усть-Кане любят рассказывать, что этой же дорогой проходил когда-то и Чингисхан со своей непобедимой армией, которой требовались просторные и богатые травой пастбища. И про то повествуют, как великий хан стоял несколько дней лагерем в обширной Усть-Канской степи. Как тучами ходил по рыжей степи его несчетный скот. Как снегом усыпали зеленую долину белоснежные юрты его многотысячного становища. Правдиво ли это предание? А почему бы и нет!

Ануй

Сорок километров вверх от Солонешного по Аную, до Денисовой пещеры, сначала гравийная, а после вовсе грунтовая дорога становится все хуже, перебегая с берега на берег через деревянные, сбитые из толстых бревен мосты. Долина постепенно сужается, горы по ее сторонам становятся выше и круче. Справа и слева Ануй окружен отрогами двух горных хребтов – Бащелакского на западе и Ануйского на востоке. С обеих сторон дороги громоздятся скалы и растет густой лес.

Порой сильные паводки сносят деревянные ануйские мосты, и мужики отстраивают их заново. Делается это зимой, по низкой воде. Сначала выставляют опоры будущего моста – квадратные деревянные срубы, которые водружают прямо на галечное дно реки, предварительно вырубив, коли надо, нужного размера полыньи во льду. Затем наглухо заполняют внутренний объем срубов-опор тяжелыми камнями. И наконец кладут поверх опор прочный мостовой настил из толстых сосновых лаг. Поверх них набивают плотно пригнанные одна к другой толстые доски. Тяжелые камни крепко придавливают опоры, бурная горная река вынуждена расступаться перед ними, огибая прочные столбы кипящей водой. Таких мостов на Ануе с десяток, не меньше.

По дороге от Солонешного к Денисовой пещере есть еще три населенных пункта: Искра, Топольное и крохотный, всего в несколько дворов, хутор Тог-Алтай. Топольное известно как один из центров проживания алтайских староверов-кержаков.

Немного не доезжая Денисовой пещеры на дороге есть заметное место, где справа в Ануй впадает чистый ручей. Через него перекинут низкий деревянный мостик. Мы всегда выходим здесь из машины и умываемся в холодной воде ручья, черпая воду ладонями. Умываемся мы не просто так, а со смыслом, на удачу. С этого момента мы вступаем в горы по-настоящему. Для алтайцев речка Шинок и этот ручей – одно из священных, духовных, или «приметных», мест. В таких местах надо остановиться, перевести дух, подумать, помолиться, помолчать. Тогда и на всем последующем пути будет сопутствовать удача. Если же нестись вперед сломя голову, суетясь и не обращая внимания на окружающий мир, удача отвернется. Наверняка. Это нами проверено, и не раз.

Над ручьем склонились деревья, густо повязанные разноцветными лентами, и стоят деревянные идолы, вырезанные местными умельцами.

«Приметных мест» в горах у алтайцев великое множество. Все важные горы, реки, родники, водопады, перевалы, отдельно стоящие деревья – все это приметные места. И всем им алтайцы оказывают подобающие почести. Потому движутся алтайцы неспешно, соблюдая свои обряды, но при этом всегда добираются до нужного места вовремя.

Прямо перед Денисовой пещерой грунтовая дорога сбегает на зеленую поляну, которая выглядит радостной и цветущей, но на самом деле это неприятная топучая полуболотйна. Студенты-археологи, что работают каждое лето на Денисовой пещере, прозвали поляну Полем чудес. Под густой высокой травой прячется с метр глубиной жирного влажного чернозема, в котором тонут колеса, а машины садятся на траву по самое брюхо и только напрасно потом завывают моторами. Водители стараются объехать старые и глубокие жирные колеи по чистой траве, отчего вся поляна измята и порезана кривыми хаотичными полосами. И все равно многие тонут и мучаются на этой заболоченной поляне. Водители порой отказываются ехать Ануйским трактом, который почти на сто километров короче Чуйского, только из-за этого проклятого заболоченного участка, всего-то в триста метров длиной!

За Полем чудес дорога оказывается на изрытом ямами узком каменистом проезде, зажатом слева скалами, а справа – рекой. Район Денисовой пещеры – самое тесное место всей долины Ануя, настоящее горное ущелье. Горы сходятся здесь совсем близко, сжимая реку и дорогу в скалистые клещи.

В том месте, где на высоте двадцати метров над рекой в крутом склоне чернеет большой зев Денисовой пещеры, река немного отступает вправо, чтобы дать место скромной базе археологов. База расположена на узкой длинной поляне на правом берегу Ануя и отгорожена от дороги старым деревянным штакетником. Главное здание базы – деревянный одноэтажный барак, в котором расположены контора и лаборатория, а также сортируются и хранятся находки. Рядом с конторой – несколько примитивных щитовых домиков, в которых живут и спят студенты-археологи. Деревянный сортир над выгребной ямой, пара хозяйственных сараев, волейбольная площадка. Натянуты веревки, на которых сушится белье и одежда. Вот и вся база.

Слева на бугре, над дорогой, поставлена еще пара домов, более основательных. Здесь живут в летний сезон руководители раскопок, а также круглый год обретается сторож, приглядывающий за сохранностью казенного имущества базы.

Сразу за главным бараком с конторой река делает резкий поворот влево, и здесь же через нее устроен железный мост. Мост узкий, в одну машину шириной, с железными перилами, очень крепкий. Он ведет на левый берег, на котором расположена вторая часть базы новосибирских археологов. Это небольшой туркомплекс, выстроенный когда-то под проведение международной научной конференции. Теперь этот комплекс круглое лето занят или учеными, или туристами, которые очень любят это место.

За мостом правее, в густой тени деревьев, стоит большой деревянный дом директора Института археологии и этнографии в Новосибирском Академгородке академика Анатолия Деревянко. Здесь он живет и работает каждое лето, пишет свои статьи и книги, радушно принимает гостей. Дом почернел от дождей и ветров, но внутри тепло, просторно и сухо. Широкий рабочий стол академика придвинут к большому окну, глядящему прямо на Ануй. За столом отменно работается, особенно если широко раскрыть створки окна наружу, к реке, и впустить в комнату шум Ануя и дать нахлынуть в просторный дом свежему горному воздуху.

Левее от директорского стоит первый из гостевых домов, тоже деревянный, как и все постройки базы. Все гостевые дома построены по одному проекту и когда-то считались едва ли не самыми комфортабельными во всем Горном Алтае: в них есть свет, вода, канализация и даже горячий душ! В каждом домике два гостевых номера с отдельными входами, по две комнаты в каждом. Одна комната – рабочий кабинет со столом и креслом, вторая – спальня. Сразу у входа – туалет, совмещенный с душем, горячая вода подается от электрического тена. Все сделано просто, крепко, добротно. Дома стоят уже лет двадцать, и все с ними в полном порядке. Зимой они не используются, консервируются, рабочий сезон на базе – с весны по осень.

От нижнего дома и моста тропинка выводит немного выше, на широкую поляну, покато поднимающуюся от Ануя. На ней полукругом стоит еще дюжина домиков. В центре полукруга, выше по поляне, располагается большая столовая – деревянное, в форме алтайского аила, строение, с большими окнами и высокой железной крышей. В столовой просторный общий зал, где могут покормить сразу всех обитателей базы, два туалета с рукомойниками, большая кухня.

Поляна в высшей степени удобна и живописна. Ануй опоясывает ее снизу широкой и плавной дугой. Она начинается от рабочей части базы археологов и заканчивается выше по течению у каменистого бугра, на котором у дороги стоит знак границы между Алтайским краем и Республикой Алтай. От знака еще с километр до старинного алтайского села Черный Ануй, хорошо видного выше по долине, которая сильно расширяется у деревни влево. Железный знак-транспарант весь в ржавчине и вмятинах от дроби – местные жители любят развлекаться, стреляя по нему из дробовиков.

Вдоль Ануя по обоим берегам растут деревья, скрывая речку в густой тени. Ануй – быстрая горная река, чистая и прозрачная, но после нередких дождей притоки наносят в нее изрядно мути и мусора. Вода в Ануе теплая, сравнительно с другими алтайскими речками, и в нем приятно бывает искупаться. Ниже гостевых домов, ближе к реке, выстроена русская баня, от которой к реке бежит тропинка. Напарившись в парилке и исхлеставшись березовым веником, выскакиваешь наружу голышом, красный и курящийся белым паром, и мчишься по траве к реке, где бросаешься в неглубокую воду меж больших гладких камней. Дух захватывает от удовольствия!

Высота поляны над уровнем моря около 700 м, это уже уровень альпийских лугов. По всей поляне растет чистая и душистая трава, вся она снизу доверху усыпана цветами, белыми, розовыми, желтыми. В воздухе плавает аромат меда. Поляна опоясана со всех сторон лесом, внизу лиственным, сверху смешанным. Жаркими летними днями солнце стоит в зените, воздух недвижен, над цветами и луговой травой кружатся пчелы и шмели. Все замерло. Туристы загорают у своих домиков на расстеленных на траве покрывалах, прикрыв глаза и носы раскрытыми книжками. Изредка по дороге за рекой проедет машина, поднимая искристую пыль. Воздух звенит от стрекота кузнечиков. Мы с приятелем сидим на крыльце столовой в тени от козырька и любуемся прекрасным видом на реку и на горы. Мой приятель – сладкоежка. Он разворачивает и уплетает одну за другой привезенные с собой из Москвы конфеты. Конфеты тают в его пальцах, мажутся щоколадом – на улице знойно. Его майка задрана вверх, открывая впалый волосатый живот, который он лениво почесывает, то и дело восклицая:

– Да, Вовка, это рай!


Вечером, когда солнце скрывается за горой, воздух быстро остывает – сказывается высота среднегорья. В синих сумерках все мы натягиваем теплые кофты и пьем на крыльце столовой крепкий горячий чай. Вечер – самое время попариться в баньке! Окунаешься, разгоряченный и окруженный паром, в темную воду реки, а над твоей головой мерцает Млечный Путь и все ночное небо, от края до края, усыпано яркими звездами!

За рекой, напротив поляны, высоко вверх уходят рыжие скалы горы Сосновая, которую студенты-археологи прозвали Бабкой. Гора большая и крутая, вся покрытая сосновым лесом. Сосны тянутся в небо, цепляясь крепкими корнями за скалы.

С противоположной стороны от базы в небо уходит еще более высокая и массивная гора, поименованная Дедкой. Поляна выше столовой переходит в густой лес и дальше он вздымается до самой далекой вершины, синеющей высоко в небе. Бабка поменьше, Дедка побольше, между ними и расположена база археологов.

За завтраком мой друг из Москвы, большой любитель пеших прогулок, Сергей К., интересуется:

– А есть тут тропы, по которым можно побегать, налегке?

– Должны быть, а как же, – отвечаю я. – Бегай на здоровье!

После завтрака Сергей обувается в кроссовки, надевает песчаного цвета шорты и зеленую майку. Теперь он похож на старину Хэма, рыскающего по Африке в поисках подходящего для охоты льва. Сергей отправляется через мост в направлении Бабки, намереваясь там побегать. Спустя четыре часа он возвращается аккурат к обеду, весь побитый и измученный. Вот что выясняется из его рассказа:



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

Поделиться ссылкой на выделенное