Владимир Поселягин.

Варяг



скачать книгу бесплатно

На подходе я свернул к одной из трёх рыбачьих лодок, нечего заходить в неизвестное поселение, всё, что надо, я и тут узнаю. Ловко спустив парус, по инерции подошёл к борту небольшой шлюпки, старик рыбак и его молодой помощник моих лет, видимо внук, в четыре руки остановили мою лодку и, продолжая её удерживать, вопросительно посмотрели на меня.

По сравнению с ними я был одет качественно и дорого, поэтому они и внимали мне со всей возможностью простых людей бедного сословия. Поздоровавшись, я задал первый вопрос и с изрядной озадаченностью выслушал ответ и несколько вопросов от старого рыбака. Хм, их речь мне была в принципе понятна, но звучала как-то странно. Первым делом я спросил дату. Какое сейчас время. Мне назвали местную, но так как я её не знал, не смог оттолкнуться от неё и узнать точную дату. Пришлось выспрашивать о местной жизни, кто правит. Вот тут-то я и испытал шок. Кто правил сейчас, мне был совершенно неизвестен, но старик сказал, что недавно, пару лет назад, Дели было захвачено Великим Моголом. Почти все жители города были убиты, улицы были забиты трупами. Дело в том, что мне было известно, когда Тамерлан захватил Индию. Да одно имя Тамерлана даёт понимание, в каком веке я оказался. В начале пятнадцатого века. Какой сейчас точно год, не скажу, но примерное время узнал – уже хорошо.

Я не знал, радоваться или печалиться этим новостям. Всё же готовился к другому веку, собирал подробную информацию, чтобы быть в курсе всех местных дел, а меня в Средневековье закинуло. Весело. Теперь понятно, в другие времена с отсрочками меня закидывали прежнего, а тут омолодили, нужно было это учесть, когда видел глюк, но я этого не сделал и теперь пожинал плоды. В принципе, ничего страшного я не видел, но всё же осмысление и анализ полученной информации оставим на потом, а сейчас мне не нравилось, как пацан рассматривал мою лодку. Он и так на неё смотрел, как на старую знакомую, а тут начал что-то шептать старику. Кажется, тот тоже её сразу узнал. Если индусы, у которых я отбил своё плавсредство, из их поселения, не узнать рыбаки её просто не могли. Стало ясно по их виду и телодвижениям, что она действительно местная. Кстати, теперь и с языком было понятно – устаревшая форма языка, со старыми словами, которые в будущем будут изъяты или заменены другими. Представляю, что меня ждёт на Руси, похоже, русский придётся учить заново. К счастью, опыт у меня большой, изучу.

– Господин, – набрался смелости старик, – откуда у вас эта лодка? Она принадлежит торговцу Анупаму.

– Вполне может быть, – безразлично пожал я плечами, внимательно отслеживая все движения рыбаков. – Они напали на меня, эта лодка оплата за это.

– Они мертвы? – тихо спросил старик.

– Ушли в горы. Вроде один ранен.

Ладно, всё что хотел, я узнал. Мне нужно продать лодку и её груз. Заберу только своё и часть трофеев.

– Лодка хороша, – к моему удивлению оживился старик, но тут же погрустнел, видимо, денег на покупку не было.

– Могу отдать тебе её просто так, если ты продашь шёлк и опишешь мне, где находятся прибрежные деревни и города.

Почему-то я не вижу здесь большого судовождения.

– Господин, оно тут больше, но только что закончился сезон штормов, поэтому море и пустое, но скоро здесь будет много фелюк, джонок и других судов. Лодки уже ходят у берега.

– А-а-а, то-то я смотрю, с каждым днём всё сильнее припекает, это у вас только лето началось. Понятно. Ладно, так что, договорились?

– Договорились, господин, я знаю, кому можно продать шёлк. Но что делать, если старый хозяин вернётся?

– Скажешь, что купил её. Если захочет вернуть, пусть платит.

Мне не нравилось, как эти двое смотрели на меня. Да, по сравнению с ними, я как выходец из другого мира, белокожий и рыжий, а оба рыбака черны, чуть-чуть до негров не дотягивали. Прикинув, выискивая причину, почему они на меня смотрят не сказать, что по-доброму, я понял, что похож на воинов Тамерлана, где было много белокожих и рыжеволосых. То есть меня, видимо, приняли за его воина, отрока например, по возрасту подхожу. А с учётом того, что тот со своими людьми натворил не так давно, стало понятно, почему моё появление так восприняли. Разговаривают вежливо, но вот смотрят…

Старик замялся, похоже, торговец стоял выше по социальной лестнице и мог отобрать лодку у рыбака без оплаты, тем более всем известно, чья она. Поэтому я ему предложил отогнать её подальше и продать, всё какой-то барыш, там же можно приобрести более крупную лодку, чем их утлая скорлупка. Тот с охоткой согласился и после небольшого общения с внуком, тут я всё же не ошибся, пригласил следовать за ними. Рыбаки споро подняли сеть, не очень большую и откровенно ветхую, с несколькими рыбинами, застрявшими в крупных ячейках, побросали их на дно своей лодки и налегли на вёсла. Паруса и даже мачты у них не было. Лодка в простейшей комплектации, подогрева сидений нет. Шучу.

К моему удивлению, рыбаки направились сразу к поселению, к месту, где были видны вытащенные на берег лодки. У некоторых велись работы, наверное, готовили к использованию. Детишек хватало, так и носились у кромки воды. Некоторые, самые смелые, купались на мелководье.

– Они меня что, за идиота принимают? – вслух удивился я. – Ясно же, что сдать решили, иначе повели бы в укромное место.

Накинув на румпель верёвочную петлю, зафиксировав его, я добрался до носового ящика и, достав штуцер с мешком, вместе с ними вернулся на место рулевого, поглядывая за ходом лодки и как натянуты канаты паруса. Прихватил и посох. Мало ли, пригодится, а так в последнее время я вполне делал успехи в тренировках с ним. Мышцы болели, но я продолжал нагружать их частыми учебными боями.

Штуцер был разряжен, так что я занялся его зарядкой, внимательно отслеживая наше движение. Кстати, рыбаки шли даже немного быстрее на вёслах, чем я на парусе. Это уже ни в какие ворота. Помимо штуцера я перезарядил и револьверы. Снарядив пустые каморы под курками. Перед боем их можно держать заряженными, даже необходимо, мало ли, как раз этих двух выстрелов и не хватит. Два уже снаряжённых барабана положил в карманы шорт, чтобы быстро можно было достать и перезарядиться. Кинжал и так на поясе, а метательные ножи убрал в набедренные карманы, это уже оружие последнего шанса. Для активного боя есть револьверы и карабин.

Я успел закончить до того, как мы приблизились к берегу. Там лежали, уходя концами в воду, расщеплённые пополам брёвна, так называемые салазки, по которым лодки затаскивали на сушу, крупные лодки наверняка быками буксировали, и с которых их потом сталкивали.

Осмотрев небольшую коллекцию лодок на берегу, я только вздохнул. Весело. Как и мой трофей, а также уже изученная мной лодка рыбаков, все судёнышки были сооружены из цельных брёвен. Причём ни одного однотипного, каждый – неповторимый «шедевр». Похоже, из досок тут ничего не делают. Хм, если вспомнить, какой сейчас год, ничего удивительного: для местных корабелов выжечь в стволе дерева лодку, обстругав её снаружи, куда проще и дешевле, чем делать нормальные лёгкие мореходные лодки.

Думаю, доски идут как раз на более крупные суда. Я увидел дальше, у посёлка, два одномачтовых судна, и назвал бы их баркасами, а одна явно китайская джонка, уж больно обводы и вид такелажа знакомы. Пока я участвовал в войнах с японцами, то стал спецом по ним. Правда, насколько я вижу, джонка, по сравнению с собратьями из будущего, сделана довольно топорно. Напомню снова о том времени, в котором я оказался. Больше удивляет, что джонка была двухмачтовой, тонн на двести водоизмещением. Для индусов, наверное, гигант.

Рыбаки, которые заметно оторвались от меня, подошли к берегу и позволили своей лодке на приличной скорости если не вылететь, то хорошо затормозить о песок, пропахав борозду. Выскочив, они ухватили лодку за нос и вытащили её дальше на берег. Я тоже не стал медлить, дёрнул за канат, и парус опал, так что мой трофей по инерции дошёл до берега и ткнулся в него. Подскочившие рыбаки поднатужились и затащили лодку ещё на полметра, на большее их сил не хватило. Потом парнишка ухватил две самые крупные рыбины, побежал в поселение, оттуда уже шло несколько человек, кажется, среди них был мытарь. Внук рыбака остановился на миг около них и рванул дальше, а мытарь, надеюсь, я не ошибся, поспешил ко мне. Кстати, двое из его спутников были явно стражниками. Остальные же – непонятно кто, наверное, зеваки.

Повесив мешок на одно плечо, я выбрался на берег, опираясь о посох, чтобы не упасть, и спрыгнул на влажный песок. Быстро сделал пару шагов дальше, чтобы очередная волна не захлестнула мне сапожки. Мешок на правом плече, в левой руке посох, в правой – штуцер. Сундучок в лодке я решил прибрать себе, там много ценного было, и по моему приказу старик достал его и, покряхтывая от натуги, спустил на берег и отнёс подальше от кромки воды.

Тут как раз мытарь с помощниками приблизился, так что, положив аккуратно свой мешок рядом с сундучком, закинул на плечо штуцер, для него целей пока не было. Не стоит вблизи использовать дальнобойное оружие, для этого револьверы есть.

Как я и думал, старик сразу объявил, что я вор и убийца и украл лодку у их торговца. Судя по намёкам, он рассчитывал на премию и на часть моего имущества, видимо, по местным законам-правилам имел на них права. Пока рыбак под мою презрительную усмешку сдавал меня, я рассматривал мытаря и его охрану. Мытарь был одет в обычную тогу, на голове тюрбан с большим зелёным камнем в центре, похоже, изумрудом. Воины имели вполне неплохую защиту, стёганую одежду, на которой ремнями была закреплена лёгкая металлическая броня. Остроконечные металлические шлемы на голове, тоже на уровне. Вот щитов не было, видимо, оставили в казарме, или где они там были. Из оружия были на поясе в ножнах прямые длинные мечи со слегка изогнутыми на конце клинками. У меня в коллекции такие были. Работать ими умел. На поясе простенькие кинжалы-кутары. У мытаря на поясе висел явно дорогой украшенный кутар с защитой кисти руки.

У меня даже спрашивать не стали, правду ли им сообщил старик, доказательство – вот оно, рядом, о корму которой плещутся волны. Мытарь повелительно взмахнул рукой, и оба воина двинулись ко мне. Верёвка, заменяющая ремень у штуцера, скользнула с плеча, остановившись на локте, и я аккуратно прислонил карабин к мешку, после чего разогнулся с посохом, держа его горизонтально в руках. Оба стражника усмехнулись. Остановившись, они достали мечи и, играя ими, стали обходить меня с боков. Опытные, заразы, за ногами следили.

– Нет, я всё же недостаточно подготовлен, – сказал я сам себе вслух по-русски.

Ударом воткнув посох рядом в песок, я выхватил револьвер из правой кобуры, взвёл курок и выстрелил в того воина, что обходил слева, и моментально развернулся. Второй стражник уже был в броске с вытянутым в руке клинком. Сделав шаг в сторону, я ловко подставил ногу, и тот налетел на неё, с грохотом амуниции рухнув на песок. Сгруппироваться он не успел, разве что песок мог смягчить падение. Я же почти сразу выстрелил в мытаря. Его кинжал я уже считал своим трофеем, не хочу, чтобы тот, сбежав, унёс его. Сунув револьвер обратно кобуру и ухватив посох, я замахнулся им в голову стражника, который после падения закрутился, откатываясь в сторону и теряя шлем, давая мне отличную возможность нанести удар. Я, подпрыгнув и пропуская под собой блестевший серебром клинок меча, не промахнулся – конец посоха ударил ему в незащищённый висок, проломив тонкую кость.

Мытарь и оба стражника были готовы, дым после выстрела почти сразу снесло в сторону бризом с моря, позволяя мне контролировать место схватки и отслеживать действия остальных аборигенов. Что-что, а старик явно имел голову на плечах – его спина мелькала вдали у крайних домов, остальные зеваки, дети и взрослые, следовали за рыбаком. Шустрые, поняли, что со мной связываться опасно. Кстати, а выстрелы местных не испугали. Ну да, Китай рядом, а там подобные пороховые шутихи, я имею в виду фейерверки, вполне обыденное дело.

Прислоняя посох к мешку, я подхватил штуцер и, вскинув его к плечу, выстрелил. Стукачей я не любил, особо таких хитрожопых. Если договорились, нужно выполнять свою сторону обязательств. Старик, успевший убежать метров на двести, взмахнув руками, полетел кубарем. Тут и целиться не надо, камнем докинуть можно было, так что в своём выстреле я был уверен. Наповал.

Дальше медлить я не стал, развязал горловину мешка и занялся перезарядкой, зорко поглядывая в сторону окраины поселения, тут до неё метров двести пятьдесят было. Сначала штуцер зарядил, потом две стрелянных каморы револьвера. Потом мешок, посох и карабин отнёс обратно в свою лодку, сложив на корме. Высокий нос лодки был отличным местом для укрытия, больше вокруг таких укрытий не было. После этого, закинув штуцер за спину, отнёс сундучок – тяжёл, перегрузил я его, – и стал собирать трофеи. Это святое. Отстегнул пояс с кутаром у мытаря и, ворочая тело, вытащил его из-под туши. Кроме кинжала на поясе был мешочек, проверил – местные монеты. Тоже неплохо. К сожалению, это всё. Да и понятно, дом рядом, чего лишнюю тяжесть таскать. Кинжал – это статус, кошелёк – для дела. Хотя нет, была одна неожиданность: сняв тюрбан – белоснежный головной убор с украшением мне понравился, – я с удивлением обнаружил сверху него дополнительное метательное оружие. Это была чакра, индийское метательное кольцо, заточенное по наружной кромке и затупленное изнутри. У этого ещё и орнамент был. Я умел использовать подобное оружие, но не считал его чем-то особенным, однако всё равно прибрал вместе с тюрбаном. Трофей есть трофей.

Потом я занялся стражниками. Снял с них всю защиту и шлемы, мечи, вложенные в ножны, также прибрал, два простеньких кутара вместе с поясами. Фактически на песке эти два тела остались в одном исподнем.

Когда я уже сносил последние трофеи, то, заметив движение у крайнего строения, резко присел, закидывая трофеи в лодку, и укрылся за носом. Не зря – дрожа от злости, в борт воткнулись две стрелы. Третья, пролетев выше, зарылась в песок у кромки воды, её тут же захлестнуло очередной волной. Осторожно выглянув, я рассмотрел четырёх лучников, за спиной которых явно собирались воины. Странно, в таком не сказать чтобы большом селении – и столько воинов. Вроде Тамерлан тут косой смерти прошёлся, откуда их столько?

Вскинув штуцер к плечу, я сделал выстрел, сняв одного из лучников, судя по жестам, командира остальных. Именно его они слушались. Три оставшихся лучника – видимо, гибель командира на них никак не сказалась – стали одну за другой посылать в мою сторону стрелы, и под их прикрытием ко мне рвануло два десятка воинов. Что-то многовато, я на такое количество не рассчитывал. Причём воины явно были опытные и отлично вооружены. С круглыми щитами в руках, некоторые с саблями, мечами и булавами и в кольчугах. У троих были дротики, они их метнули, когда до меня осталось метров сорок. Серьёзно меня восприняли, столько народу на убой пригнали, не ожидал даже. Хм, а хорошо, что лодка у меня такая крупная, будет куда складывать трофеи.

После выстрела штуцер я прислонил к борту лодки, толку от него больше нет, остались револьверы и посох. Последний – на крайний случай, когда буду уже совсем безоружен. Даже жаль, через полгода я и с посохом вышел бы против этих двух десятков воинов и вполне мог бы рассчитывать, что положу хотя бы половину, а сейчас я и против одного воина бой не выдержу. Тело подведёт, слабая физическая подготовка. Время нужно для самосовершенствования. Но у меня есть огнестрельное оружие. Поможет протянуть.

Нельзя сказать, что я обрадовался подобной ситуации, хотя хорошие драки, особенно доходившие до рукопашной, любил. Однако у меня даже не мелькнула мысль с раздражением на себя, что нужно было шлёпнуть рыбаков в море и двинуть дальше, пропустив это поселение. В общем, что получилось, то получилось, и я, сжимая в обеих руках по метательному ножу, настраивался на бой, аж подпрыгивал от наполнявшего кровь адреналина. Наконец-то дошло до того, к чему я готовился последние годы. Ладно, физические параметры потерял, нужно их вновь нарабатывать, но морально я был уверен в себе на все сто. Психологическая подготовка при тренировках у разных мастеров тоже стояла не на последнем месте, так что я лишь криво усмехался, рассматривая первую тройку набегающих воинов. Посматривал так, чтобы не попасть под выстрелы лучников. Хотя те быстро прекратили огонь, когда их воины сблизились с лодкой, за которой я прятался, боялись зацепить своих.

Как только лучники перестали стрелять, я в прыжке с колен взметнулся, вставая на ноги, и одновременно броском с обеих рук метнул ножи. Есть попадание. Двое получили клинки в глазницы. Тут я тренировался в бросках мало, но наработанная методика их ещё в том мире не подвела, точно бросал. Да и при тренировках я замечал, что навык не потерял, рефлексы тоже на месте, разве что резко старался не бросать, чтобы не потянуть связки. Воины упали, третий, что бежал за ними, перепрыгнул через тела, но тут же упал. В этот раз в моей руке блеснул воронённой сталью один из «смит-вессенов», грохнув выстрелом.

Почти сразу револьвер выстрелил ещё шесть раз. Я не палил, не целясь по воинам, нет – на одного по одной пуле. Транжиром я не был и не хотел быть. Да и как иначе: пропустишь одного противника – и пишите письма… с небес. Сунув разряженное оружие в кобуру, я сразу достал второй и успел даже дважды грохнуть выстрелами, как вдруг разом все оставшиеся воины рванули обратно. Мне показалось, прозвучал свисток. Я его плохо слышал из-за очередного выстрела, а вот воины, видимо, расслышали хорошо.

Быстро присев, снова укрывшись за бортом лодки, я перезарядил, поменяв барабаны, сначала разряженный револьвер, а потом и тот, где потратил две пули, размышляя о том, что произошло. Предположу, что неизвестный командир, со стороны наблюдая за гибелью своих воинов, отдал приказ на отход, решив, что я могу перебить всех. Это вряд ли, зарядов не хватило бы, а перезарядиться я не успел бы. К счастью, противник вовремя отошёл, дав мне время.

Стрелы снова густо посыпались на лодку. Я даже выглянуть не мог, лучники чутко реагировали на каждое моё движение. А вдруг раз – и снова всё прекратилось. Выждав минуту, я выглянул и не обнаружил ни лучников, ни воинов. Кроме тех, что лежали на песке. Трое шевелились и стонали. Раненые. Выждав ещё немного времени, я броском перекатился к одному из раненых, до него было метров пять. Укрывшись за его телом, для опытного лучника это не препятствие, некоторые могут стрелять навесом, осмотрел раненого. Безнадёжен, десятимиллиметровая безоболочная пуля попала ему в живот, вмяв внутрь кольчугу, но не порвав её. Помимо контузии и множества повреждений внутренних органов, тяжёлая рана не давала тому шансов.

Воин был уже пожилым, лет тридцати пяти, срок хороший для этой эпохи. Скажу честно, мне было жаль этих воинов, ведь из-за пустяка всё началось, который раздули в большую проблему. Да и вообще, зачем их послали на убой? Если бы дали мне ещё минут десять, я сам ушёл бы. Передо мной лежал настоящий воин, судя по следам на открытых участках тела, мелким шрамам, – опытный воин, прошедший через множество схваток. Видеть гибель подобного воина тяжело и неприятно, особенно для меня. Да, это противник, но, примерив его судьбу на себя, я содрогнулся. Нет, что-то я не в ту степь забрёл. Достав нож, прервал мучение воина – вот это правильно, это достойно. Потом я добрался до двух других.

Одному тоже пришлось помочь отправиться в мир иной, не стоит оставлять его испытывать такие муки, пуля попала вниз живота, и воин истекал кровью. Другой ранен был серьёзно, но небезнадёжно. Я помог ему снять кольчугу и, пока перевязывал, опросил. Тот плавал на краю сознания от болевого шока и потери крови, но на вопросы отвечал. Теперь стало понятно, откуда здесь взялись воины. Один из сыновей махараджи, что уцелел после нашествия Тамерлана, отсиживался со своими приближёнными и немногочисленной охраной в этом посёлке. Естественно, обо мне быстро узнали и решили вмешаться. Что было дальше, воин не знал, но предположил. После приказа на отход, сын махараджи и все, кто уцелел, собрав манатки, рванули вглубь континента. Просто ушли. Терять своих людей сынок не хотел, он был хороший хозяин и людей берёг.

Сам я тоже описал воину своё виденье этой ситуации. Если бы пообщались, пригласили разделить трапезу, ничего этого не было бы, сами виноваты, налетели на меня. Ну, или дали бы уйти. Воин, когда я его напоил из своей фляги, тоже пояснил причину гнева сынка. Оказалось, мытарь был приближённым сынка, можно сказать, вырастил его. Когда сын махараджи устроился на этих землях, он назначил его ответственным за сбор налога, так как был стеснён в средствах. За несколько лет дела тот поправил, а тут я. Вот такая история.

Шансы выжить у воина имелись, так что, оставив его, я стал осматривать тела погибших и собирать трофеи. Было пять сабель, но не под мою руку, да и слишком изогнуты, я больше казацкие шашки уважал. Обязательно, чтобы одна чуть подлиннее, а другая покороче. Три сабли имели очень дорогую сталь клинков, их ещё называют дамасской, мол, изобрели её там. На самом деле это ложь, эту сталь изобрели в Индии, но секрет был выкраден, и клинки стали ковать в Дамаске, откуда и распространяли по окрестным странам. Но у меня в руках была настоящая индусская сталь, изготовленная здесь.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7