Владимир Поселягин.

Рейдер



скачать книгу бесплатно

© Поселягин В. Г., 2018

© Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2018

© «Центрполиграф», 2018

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав. Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя.

Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

Серия «Наши там» выпускается с 2010 года

Пролог

Стук в дверь раздался, когда я выходил из душевой, на ходу вытирая голову полотенцем. Дверные звонки меня откровенно бесили, с любой мелодией, оттого я всегда отключал их там, где жил. Предполагаю, что это была детская травма, полученная в юном возрасте. Сейчас уже и не скажу первопричины, возможно, мерзкий звонок в нашей квартире, где я жил до армии, а может, звонок, послуживший причиной взрыва у соседки бытового газа, когда вода из кастрюли залила плиту. С тех пор, где бы я ни жил, до меня можно было только достучаться. Никаких звонков. Вот и сейчас прозвучал требовательный быстрый стук. Это мог быть только сосед сверху, из пентхауса. Олигарх московский и всея Руси, как я его называл. Причём ничуть не шутя: в прошлом тот и попом несколько лет был, и байкером, но повезло на поприще предпринимательства, тут у него талант проявился, раз так серьёзно поднялся. Владелец газет, заводов, пароходов. Занимал он весь верхний этаж. Это я «ютился» на двухстах квадратных метрах своей трёхкомнатной квартирки с шикарным видом на море. А, да, проживали мы в Анапе, и если я это делал постоянно, всё же предпенсионный возраст, то сосед сверху редкими наездами. Иногда встречались, пиво там попить, поболтать. Видимо, и сейчас ему требовалось общение. Я был в курсе, что он вчера приехал: видел с балкона, как его охрана выгружала из машин чемоданы.

Подойдя к небольшому плоскому экрану видеокамеры, который был закреплён рядом с входной дверью, я включил его. Замаскированная у двери камера показала олигарха. Говорю же, он, не спутаешь. У людей стук – как отпечатки пальцев, у каждого свой. Открыв дверь, я махнул рукой, мол, заходи. Олигарх был не с пустыми руками, держал пакет с эмблемой алкомаркета, где продавали только элитный алкоголь.

– Здоров, – кивнул я и приглашающе мотнул головой, добавив: – Если опять свой дрянной виски принёс, сам будешь пить.

– Кто бы говорил о дрянном виски! Я только шотландский пью. Хотя, зная твоё отношение к виски и водке, взял твой любимый коньяк. Лимончик тоже имеется.

Накинув халат, я прошёл на кухню, где уже заканчивал сервировать стол мой сосед, и, устроившись напротив него, вопросительно поднял бровь, подхватив со столика бокал с коньяком. Хороший, армянский, по аромату заметно. А сосед налил себе таки виски, ну и пусть давится этой гадостью. Я кроме лучших сортов коньяка ещё мог пива выпить, да и то хорошего, качественного и под настроение. Бутылочного.

– Скажи тост, – предложил сосед.

– Тост, – согласился я.

Не дождавшись предложения, олигарх посмеялся и сам сказал:

– За соседство.

– Будем, – кивнул я, и мы выпили, после чего, особо ни чинясь, мы были одного возраста, поинтересовался: – Чего так рано прискакал? Ты же обычно неделю душой отходишь, пока на общение начинает тянуть, а тут на следующий же день постучался.

Говори, что надо.

– Вот за что я тебя уважаю, Боря, так это за прямоту. Сколько раз она тебя губила, да? Но тут ты прав, есть у меня к тебе дело. Откровенно скажу: из-за этого из Москвы и прилетел.

– Ну, выкладывай, – разливая по очереди напитки из разных бутылок, кивнул я. – Послушаем, поразмыслим.

– Знаешь, Боря, что-то я стал тратить много времени, спонсируя разные частные и государственные НИИ. Сам знаешь, если вбухать в учёных огромные деньги, они смогут что-нибудь выдать, не то, что заказываешь, что-то случайное, но могут. О сохранении молодости я стал задумываться после сорока, ну и взял на подкорм три медицинские шарашки. Так представляешь, сработало. Такие деньжищи вбухал, думал всё зря, ан нет. Не смотри на меня так, ни о какой молодости тут и речи не идёт, хотя все лаборатории или исследовательский центр работали с чем-то, связанным с медициной. Так вот один научный центр смог разработать аппарат – по виду капсула МРТ, оказавшийся машиной времени. Я сам в шоке, но это доказанный факт. Мы кучу вещей, включая живых существ, животных, отправили в прошлое. Всё подтвердилось, это наше прошлое. Так как часть вещей, отправленных нами в прошлое и отмеченных радиоактивными маркерами, мы находили. По коррозии удалось определить, куда их занесло, по ним и смогли юстировать настройку аппарата. Теперь мы сможем отправлять людей в прошлое с точностью до месяца. В будущее пробовали – пустота, не получается.

– Будущее пока не определено, – задумчиво пробормотал я, смакуя коньяк.

Однако слушал с огромным интересом, заинтересовать сосед меня смог и, похоже, не шутил.

– Ага. Профессор, который сконструировал этот аппарат, тоже так говорит. В общем, мы решили отправить в прошлое добровольца. Вызвался один из сотрудников лаборатории, но, увы, он погиб при эксперименте, возник пожар на объекте. Учёным удалось спасти машину, потушить пожар и выяснить, что случилось. Оказалось, там молодой аспирант постарался, диверсант. Он считал и, похоже, вполне обоснованно, что именно он придумал машину времени, а профессор присвоил все заслуги себе. Влез в управление, и – мы имеем, что имеем. В общем, его уже прикопали, нужен новый доброволец. Однако всё происходит в таком режиме секретности, что, задумавшись о добровольце, я вспомнил о тебе.

– О как? И чем же я тебе не угодил?

– А ты идеально подходишь на эту роль. Будто всю жизнь готовился. Пусть тебе пятьдесят четыре года, но с твоим опытом ты в прошлом будешь чувствовать себя, как рыба в воде. Хочешь, отправим тебя к началу Великой Отечественной войны? Ты ведь и на исторических форумах сидишь, изучаешь все сражения и битвы, и сам постоянно в обсуждениях участвуешь. Исполним твою мечту. Наверняка хотя бы подсознательно она у тебя есть. Ты, как я заметил по корешкам книг на полках, альтисторию о попаданцах почитываешь. Тебе психологически легче будет адаптироваться. Тем более после того, как мои спецы из службы безопасности холдинга собрали о тебе информацию, я понял, что ты – это то, что нам нужно, и мой аналитик говорит, что ты не откажешься, потому как авантюрист от мозга костей.

– До мозга костей, – поправил я его и поинтересовался, немного недобро нахмурившись: не люблю, когда лезут в мою жизнь: – И что же твоим людям удалось обо мне узнать?

– Надо сказать, немало. Читая их отчёт, я был впечатлён. Начнём с характера. Тебя нельзя назвать лёгким в общении и душой компании, бирюком ты не был, но и людей не очень-то любишь. Особенно когда их много. Есть за что. Предпочитаешь одиночество, но женат был шесть раз. Детей так и не нажил: получил травму из-за переохлаждения и стал бесплоден. Так вот, по характеру спокоен, даже иногда до равнодушия, осторожен, сметлив, авантюрен, храбр, упорен в достижении цели, мстителен, но без фанатизма, жёсткий, доходящий до жестокости, бываешь злой, но редко, и тебя до такого состояния нужно довести, что и случилось, когда тебе было двадцать семь лет, не так ли? Ты любопытен, если и азартен, то только в получении новых знаний, где можешь работать и трудиться, забывая об отдыхе и сне. Всё правильно описал?

– Вроде нигде не ошибся.

– Продолжим. Родился и жил ты до армии в небольшом посёлке где-то под Казанью. Алексеевское, кажется, называется. Детсад, школа, всё как у всех, ничего выдающегося. Потом срочная служба, да ещё на Севере, где бескрайняя тундра. Перед армией успел получить водительское удостоверение, поэтому попал в шофёры, стал личным водителем командира части связистов, у вас ведь вроде там радарная станция дальнего обнаружения была? Впрочем, действительно была, с сокращением армии после перестройки её расформировали. В армии благодаря начальнику части пристрастился к охоте и свою страсть пронёс через года. Это ведь он тебя всему обучил, сам являясь заядлым охотником? После армии ты где только не работал! Только за первый год сменил шесть работ, а вот на седьмой задержался на два года. Работал в мотоклубе, занимался ремонтом мотоциклов и участвовал в гонках по бездорожью. Даже какие-то призы брал, но места выше третьего не занимал. Деньги там так себе были, оттого и стало ясно, что подобная работа тебе полюбилась. На это намекает и то, что внизу на цокольном этаже на паркинге твой роскошный внедорожник стоит в пыли, а рядом два байка, на которых пыли нет. Кроссовый байк и дорожный… Потом ты ушёл из клуба и снова за пару лет сменил с десяток работ. Я поначалу думал, что ты искал себя, но мой аналитик решил, и я чуть позже с ним согласился, что ты, скорее, познавал таким образом мир, меняя города и области, ну и узнавая многое по разным направлениям сфер деятельности. К двадцати семи годам ты имел богатый жизненный опыт и даже кое-какие средства, так как последние два года работал на золотом прииске, после чего в Сочи купил родителям однокомнатную квартирку, не успев прописать их там. Именно там, в Сочи, и произошёл неприятный инцидент. Заметив, как трое подонков затаскивают в машину девушку, практически подростка, ты, естественно, вмешался. Причём вполне это мог, так как два года проработал в спортклубе помощником тренера по боксу. Никаких разрядов не имеешь, но, по словам тренера, который тебя учил, – он ещё жив, хотя и стар, – ты вполне мог претендовать на первый разряд, но тебе это было не надо. Три удара, два нокаута и один труп, смещение шейных позвонков. Свидетели были, да и девчонка с испугу не сбежала. Были все шансы избежать наказания, выйти за непреднамеренное убийство на условный срок, но оказалось, что родители подонков были крупными шишками в Сочи, богатые банкиры и предприниматели, а один полковник, тогда ещё милиции, был дядей убиенному. Тебе дали пятнадцать лет, причём, запугав свидетелей, переквалифицировали дело в разбойное нападение. Вроде как это ты напал на мирно отдыхавших парней, чтобы их ограбить, а когда те пытались храбро защитить свою собственность и жизнь, убил одного, чему было трое свидетелей. Ты стал подозреваемым, а подонки потерпевшими. Отсидел ты от звонка до звонка, причём сидел не просто так. Пусть был простым мужиком, но, как описали то время другие зэки, что сидели с тобой на зоне в разные периоды времени, ты активно и самозабвенно учился, тратя на это всё свободное время, что было у тебя за пятнадцать лет. А учителей на зонах всегда хватало. Когда ты вышел, то оставшиеся в живых уроды погибли, и следствие классифицировало всё как несчастные случаи. Но и это не всё, стали погибать все родственники всех троих, включая того полковника, который на момент твоего выхода был уже генералом. Более того, на все предприятия и имущество родственников трёх уродов были совершены рейдерские захваты. Следователи считают, что работала команда мошенников высшего класса. Вот тогда полиция и попыталась найти первопричину. Тебя тоже отрабатывали, но ты всё это время проживал в Алексеевске и никуда не уезжал, чему было множество свидетелей. Аналитик мой считает, что, может, и не уезжал, но сплёл такую паутину, управляя всем этим, что месть твоя полностью совершилась. Не объяснишь, почему так всё сделал? И почему из трёх свидетелей два исчезли – наверняка они или с грузом в реке, или прикопаны, – а третий жив? Точнее, третья, та самая девчонка-подросток.

– Родителей убили, – глухо отозвался я. – Эти уроды, использовав чёрных риелторов, ещё и отжали всё, что мне и родителям принадлежало. Выйдя из тюрьмы, я мог жить только в доме бабушки. Но она не дожила до моего освобождения, один я остался. Как же не вернуть должок было?

– Это понятно. Так всё же, почему свидетельнице, которая стала давать показания против тебя, не отомстил? Аналитик в недоумении, не твой стиль.

– У неё муж умер, и она осталась с тремя детьми на руках. Я же не урод какой, чтобы детей матери лишать… Жду, когда повзрослеют. Немного осталось, младшей дочке три года до совершеннолетия.

– Хм, а я в тебе ошибся, – задумался сосед. – Я думал, что в тебе есть жалость и ты простил ту запуганную девицу.

– Нет, не простил, – нахмурился я. – Я умею ждать.

– Хм, что ж, продолжим. После того как ты своих врагов, скажем так, закопал и изрядно обогатился за их счёт, то стал жить, как хотел. Купил пару цементных заводиков, исправно платишь налоги и живёшь за счёт доходов с них. Директора у тебя опытные, производство налажено, так что с этим проблем нет, но мой аналитик считает, что основные активы, те самые, полученные за счёт рейдерства, ты держишь на счетах в разных банках за границей. Имеешь роскошную квартиру в Анапе, в которой в основном и проживаешь, а также небольшую однокомнатную в Москве, где бываешь наездами. Много путешествуешь по загранице, но больше всего любишь мотопробеги. Только за это прошедшее лето ты намотал более сорока тысяч километров на своём дорожном байке. Неделя как вернулся из поездки во Владик. Всё верно?

– Хорошо у тебя люди работают, – медленно проговорил я.

– А то. Вот я и хочу тебе предложить отправиться в прошлое.

– Это я уже понял. Только зачем мне это? Смертельной болезни, которая меня вот-вот убьёт, у меня нет. Какая у меня может быть причина дать согласие? Не проще тебе найти какого-нибудь больного, которому жить осталось всего ничего? Да и зачем вам именно я?

– Мой аналитик говорит, что ты заскучал, бросаться в крайности ещё не начал, но скоро и до этого дойдёт. После того как уничтожил врагов, ты в основном отдыхал, и если и имел интерес, то самозабвенно занимался им. Захотел выучить пару языков – выучил, захотел научиться управлять самолётом – научился. Парусной яхтой? Да пожалуйста, даже сдал экзамен на навигатора. Дайвинг, парашютный спорт, лыжи – всё это твоё, много чем ты занимался. А почему интерес такой к тебе? Да есть причина. Ты и вживёшься в прошлом, и сможешь расплатиться со мной.

– Деньги?

– Конечно. Зная, в какое время можем тебя отправить, мы надеемся и даже рассчитываем на ответную услугу. Вкладывая средства в исследования, я немного не рассчитал и сейчас балансирую на крае банкротства. Так что для меня это единственный шанс, а ты, я знаю, слово держать умеешь. Сделаешь схрон, где поместишь разные ювелирные изделия или предметы, имеющие исторический интерес, а мы раскопаем. Это в прошлом они ничего не стоят, а сейчас – миллиарды. Ты понимаешь, о чём я?

– Догадался. И, как я подразумеваю, обратного возвращения не будет?

– Да, если только в прошлом ты такую же машину не построишь, но поверь, это невозможно.

– Надо думать… Хм, заинтересовал ты меня, если, конечно, это не развод и не шутка.

– У меня было несколько кандидатур, но я остановился на тебе. Ты действительно для этого идеально подходишь и находишься в отличной физической форме.

– Да понял я, понял.

Встав, я отошёл к панорамному окну с бокалом в руке и стоял так, задумчиво глядя на закат.

– Сколько у меня есть времени подумать?..

Очнулся я в воде

Очнулся я в воде. Причём, судя по её плотности, на достаточно приличной глубине. И резко открыл глаза. Несмотря на то что вода была очень мутной, видимо, из-за поднятых со дна моим падением ила и разных чешуек, затрудняющих обзор, осмотреться было вполне возможно благодаря яркому солнцу, лучи которого пробивали толщу воды. Как опытный пловец и дайвер, я смог определить глубину: примерно метров пять, ну, край – четыре. Вокруг мелькали какие-то тени, особенно сверху, длинные ленты, похожие на змей или, скорее, на угрей. Только пасти у них были, как у мурен. Две тени метнулись было ко мне, но от моего движения руками они прыснули в сторону. Похоже, хищные рыбы предпочитали питаться только мертвечиной, а не тем, что активно дёргается. Один угорь успел-таки прошуршать гибким телом по моему плечу. Неприятное ощущение. О меня в прошлом теле так же белая акула потёрлась боком, – чувства были, как в тот раз.

Я сразу заметил много странностей как вокруг, так и в себе, но разбираться в этом сейчас не было времени. Ситуация не та: мне катастрофически не хватало воздуха, видимо, упал я в воду, не набрав дыхания, то есть без сознания, что как раз возможно, если вспомнить, что случилось в лаборатории перед переносом, когда сработало оборудование и, как я подозреваю, в последний раз. Отгоняя непонятных хищных угрей, я попытался всплыть, да не получилось – меня что-то держало за ноги. Но самое важное: машинально проведя языком по зубам, я определил, что частокол не мой. Трёх зубов просто не было, а из дёсен лезли новые, не привычные мне. Что за хрень?! Уж о том, что и с телом что-то не так, и говорить не стоит. Но вода так давила, что определить было трудно, что с ним не так.

Быстро присев, я стал ощупывать ноги. Так и есть, к ним грубыми верёвками привязан большой камень. Ну вот ещё одна странность: практически теряя сознание от недостатка воздуха, развязывая довольно простенький узел, я определил, что ступни у меня маленькие. Какого чёрта?! Пока не вынырну и не выберусь на берег, даже одной мыслей ворочать сил не было, поэтому все оставшиеся ресурсы и те немногие силы, что ещё были, я пустил на то, чтобы выбраться. Наконец узел поддался, я выдернул одну ступню, потом вторую и, яростно загребая, уже наглотавшись воды по самое не хочу, на одной силе воли вынырнул. Жутко откашливаясь и отплёвываясь, пытаясь удержаться на поверхности, с хрипом задышал. Какой же воздух живительный, сразу сил мне придал, несмотря на начавшийся откат. А вокруг слышались крики. Причём, как мне показалось, шли они сверху и ясно выражали недовольство и даже обиду.

Осмотревшись, я обнаружил метрах в трёх поросшие мхом каменные стены, а подняв голову на шум, рассмотрел с три десятка зрителей, у большинства – ярко начищенные остроконечные шлемы на голове, на плечах видны кольца кольчуг. Мне что-то кричали, смеялись, потом в меня начали кидать разную фигню. Рядом упала недоеденная куриная нога, вызвав бурление от спин хищных угревидных рыб.

Напротив стены был земляной вал, поросший травой, к нему я и поплыл. Каких-то метров двадцать, а мне они показались бесконечными. Сил почти не было, но я смог добраться, не обращая внимания на мельтешение вокруг хищных рыб, кое-как выбрался на берег, отполз пару метров, вырубился.


Пришёл в себя от того, что мне кто-то положил мокрую холодную тряпочку на лоб. Я дёрнулся и открыл глаза. С ходу рассмотреть я смог только потолок, вроде глиняный, пошедший трещинами. Откуда-то из-за головы довольно яркий светильник неплохо освещал всё вокруг, но главное – сильно раскосую девочку лет шести, с длинными чёрными волосами, заплетёнными в косички, которая сидела рядом со мной у левого бока. Одета она была в когда-то белое платье, с вышивкой у открытого ворота.

Девочка, обнаружив моё пробуждение, тут же повернулась и куда-то крикнула. Сразу раздалось несколько других детских криков, явно передающих по цепочке информацию. Именно детских, ни одного взрослого я не уловил. А вообще странно всё. Будучи на Земле, где я только не бывал, в азиатских и восточных странах, но такого языка не слышал, певучего и очень красивого. Ничего схожего ранее мне слышать не доводилось. Чем-то тот был схож с итальянским, интонациями, некоторыми обертонами.

Подняв свою руку, чтобы снять тряпочку со лба, я с изумлением уставился на неё – это была детская рука. Но обдумать, что происходит, не успел – девочка поднесла к моему рту длинный тонкий носик глиняного кувшина, дав мне напиться по вкусу явно кумыса. И в это время в помещение вбежали трое подростков. Двое лет по четырнадцать, а третьему никак не меньше шестнадцати. Они мало чем отличались от девочки, такие же раскосые, восточного типа, чем-то на татар смахивали, только стрижены лучше и короче. Одеты в подвёрнутые до колен штаны, без обуви, в рубахах на выпуск. Вся одежда раньше, как и платье девочки, явно тоже была белой, но сейчас – неопределённого серовато-желтоватого цвета.

Подбежав ко мне и устроившись вокруг, мальчишки сразу стали требовательно что-то выспрашивать. Но что именно, понять я не мог и, несмотря на то что те быстро свирепели, ничего сказать не сумел. Однако мне удалось взмахом руки остановить крикунов, и, коснувшись своей груди, я спокойно сказал:

– Я вас не понимаю. Меня зовут Борис. Борис. Ты? – Спрашивая, я коснулся рукой старшего из парней.

Те озадаченно переглянулись. Пришлось повторить, я пытался узнать, как их зовут. Однако не узнал. Меня стали расспрашивать, но, так ничего и не добившись, стали сперва больно тыкать, а потом избивать. Без исступления, просто чтобы проучить. Пришлось крутиться под ногами, закрывая части тела. Как я успел заметить, из окон, то есть оконных проёмов без рам, и дверного проёма без двери за нами наблюдали. С десяток парней и девчат разного возраста. Почти час меня расспрашивали, примешивая избиение, но так ничего добиться и не удалось, лишь одно стало ясно: похоже, троица, что вела допрос, наконец убедилась, что я тупо их не понимаю. Отойдя в угол, они стали о чём-то совещаться под моим подозрительным и внимательным взглядом. Чего там они ещё придумают?

Видимо о чём-то договорившись, решение принял тот парень, что был постарше. Он ушёл, но быстро вернулся с какой-то непонятной хренью в руках, похожей на пряжку от ремня, с какой-то гравировкой. И она мне очень не понравилась. Я, лёжа на глиняном, чисто выметенном полу, старался не делать никаких движений, тем более вернуться на лежанку, чтобы снова не привлекать к себе внимания и не вызвать новых приступов ярости с избиением. Так что, когда старший вернулся и направился ко мне, я постарался отползти, но двое других, подскочив, зафиксировали меня, а старший что-то прижал к голове. Мгновенная вспышка боли – и меня снова вырубило. Ну сколько можно?!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7