Владимир Пестерев.

Страницы истории Земли Олонхо



скачать книгу бесплатно

Этногенез саха (якутов)

Этногенез (по-гречески ethnos – народ + genesis – происхождение) – происхождение народа.

Происхождение якутов всегда вызывало интерес ученых, и по данной проблеме сложилась своя историография.

Предположение о южном происхождении якутов выдвинули ученые и путешественники ХVIII в. (Ф. Страленберг, Г. Миллер, Э. Фишер, Я. Линденау). Оно подтвердилось в трудах исследователей ХIХ в. (Р.К. Маака, А.Ф. Миддендорфа, В.Л. Серошевского и других). В 1930-х гг. Г.В. Ксенофонтовым было предпринято первое серьезное изучение древней истории якутов.

Позже изучением происхождения якутов занимался А.П. Окладников. Основные идеи и материалы автора воплощены в виде отдельных глав в его фундаментальной работе по древней истории Якутии.

Специальные статьи посвятили этой проблеме И.В. Константинов и И.Е. Зыков в 19701990-е гг., когда на территории Центральной Якутии были обнаружены скотоводческие поселения, датируемые ХIII – ХVI вв.

В 1990 г. на основании анализа новых археологических материалов А.Н. Алексеев пришел к выводу о значительном участии автохтонного населения в сложении якутской народности и сохранении в ее культуре многих палеоазиатских элементов, отразившихся в облике материальной и духовной культуры и формирования народа саха (якутов).

Изучение происхождения народа является сложной проблемой, так как отсутствуют письменные источники. Отсутствие достоверных, бесспорных данных о предгосударственном периоде в истории народа является причиной многолетних дискуссий и различных спекуляций.

У наших предков отсутствовала письменность, и достоверных исторических сведений, зафиксированных в документах других народов, тоже нет, поэтому выявление происхождения народа саха представляется сложным. Остается надеяться на то, что в ХХI в. новые исследователи, овладев древней китайской грамотой и языком, получат доступ в китайские архивы, найдут там сведения и внесут ясность в происхождение народа саха. Как известно, древние китайские купцы, путешественники и чиновники Китайской империи писали очень подробные отчеты о своих соседях, о новых странах, об их нравах и обычаях.

В проходившей 23–26 октября 2012 г. Международной научно-практической конференции «Всадники Северной Азии и рождение этноса: этногенез и этническая история саха», посвященной 100-летию Л.Н. Гумилева и 125-летию Г.В. Ксенофонтова, по этногенезу народа саха, наряду с существующими научными гипотезами, был высказан ряд революционных теорий: В.Е. Чемезовым, что народ саха произошел от викингов; Ф.А. Платоновым, что праматерью якутов были женщины с тюркоязычных и монголоязычных стран, попадавшие в качестве «обменного товара» на север, и т. д.

Рассмотрим вкратце основные пять истоков формирования народа саха, выдвигаемые учеными.

Скифо-сибирские истоки

Истоки якутской этнокультуры уходят своими корнями в общую региональную культуру ранних кочевников Южной Сибири и Центральной Азии. Эта культура сыграла большую роль в становлении современных тюркоязычных народов Сибири, киргизов и казахов, «этногенетического пучка», под которым в отечественной этнологии понимается группа народов, связанных между собой общим генезисом.

Для указанного круга народов «этногенетическим моментом» или условной точкой отсчета этногенеза стала эпоха скифо-сибирского культурного единства, фактически продолжавшаяся и в последующее гунно-сарматское время.

Скифы – экзоэтноним древнегреческого происхождения, применявшийся к группе народов, обитавших в Восточной Европе в эпоху античности. Скифы сами себя называли «сколотами», по объяснению Геродота 25 веков назад. Началом общепризнанной истории скифов является VIII век до н. э. Они жили в Северном Причерноморье, которое древние греки называли Скифия, где до них, по Гомеру, жили киммерийцы. Основной территорией расселения скифов явились степи между нижним течением Дуная и Дона, включая степной Крым. Северная граница неясна. По сообщению Геродота, господствующими были царские скифы, западнее их жили скифы-кочевники, скифы-земледельцы, на севере – скифы-пахари, предки славян. Основными ветвями скифов явились европейские скифы, саки, сарматы. Саки – скифские племена, населявшие территорию современной Средней Азии, их называли азиатскими скифами.

Скифы были известны в античности как кочевой скотоводческий народ, живший в кибитках, питавшийся молоком и мясом скота, имевший жестокий воинственный нрав.

Скифская цивилизация, существовавшая более четырех столетий, во многом определила лицо Древней Европы и дальнейшую судьбу народов, обосновавшихся в этой части света. Цивилизации рождаются, расцветают и исчезают во мраке времен. Скифия прошла этот круг, и ее закат окружен тайной, как и ее рождение. Последние исследования показывают, что скифы были типичными европеоидами. Они не имели письменности. Все сведения о скифах ученые получают в результате раскопок «скифских курганов».

Археологическое исследование Каменского городища показало, что оно в эпоху расцвета Скифского царства являлось административным и торгово-экономическим центром степных скифов. Резкие изменения в социальном строе скифов к IV в. до н. э. отразились в появлении в Приднепровье грандиозных курганов скифской аристократии, т. н. «царских курганов», достигавших в высоту более 20 м. В них были погребены цари и их дружинники в глубоких и сложных по конструкции погребальных сооружениях. Погребения аристократии сопровождались захоронением умерщвленных жен или наложниц, слуг (рабов) и лошадей.

Воинов хоронили с оружием: короткие мечи-акинаки с золотыми обкладками ножен, масса стрел с бронзовыми наконечниками, колчаны и гориты, обложенные золотыми пластинами, копья и дротики с железными наконечниками. В богатых могилах часто встречались медная, золотая и серебряная посуда, греческая расписная керамика и амфоры с вином, разнообразные украшения, часто тонкой ювелирной работы скифских и греческих мастеров. Во время погребения рядовых скифских общинников совершался в основном тот же обряд, но погребальный инвентарь был беднее.

Большинство найденных в захоронениях Сибири и Средней Азии скифских скелетов содержат гаплогруппу Rlal.

Исследователи давно уже высказывали идею преемственности многих черт культуры древних тюрков от предшествующего скифо-сибирского этапа, что проявляется в хозяйстве, культуре древних тюрков и связанных с ними современных народов Сибири. Так, у скотоводов Лены эти черты сохранились до начала ХIХ в. в формах женских серег, гривны (серебряное или золотое украшение, надевавшееся на шею), своеобразном обычае их ношения, зафиксированных в якутских женских погребениях ХVIII в.

Из всех тюркоязычных родов гривны сохранились только у якутов. Якутские гривны соединялись на концах кожаными ремешками и считались атрибутами замужних женщин, знаком их зрелости и в какой-то степени знатности. Но в старину гривны носили также известные воины. В одном мужском погребении ХVII в., по преданиям, принадлежавшем богатырю Суор-Бугдук, обнаружена шейная гривна из бронзы. Напомним, что в скифских погребениях гривны обнаруживаются лишь в погребениях знати, так же, как и захоронения с конем.

А.П. Окладников полагал, что форма скифских котлов определенным образом повлияла на конфигурацию якутских чоронов. В дальнейшем исследователи подтвердили это положение и пришли к выводу, что своеобразная форма чорона на поддоне – результат слияния форм скифского котла и якутской посуды типа матарчах. Эти древнейшие истоки в культуре прослеживаются и в декоративно-прикладном искусстве якутов, испытавшем влияние звериного стиля – общего достояния скифо-сибирского времени. В его основу положено изображение реальных или мифических животных в определенной позе или в борьбе между собой.

Скифы занимали обширные степные пространства Северного и Северо-Западного Причерноморья. До сих пор точно неизвестно их происхождение. Ценные сведения о скифах имеются в работах великого греческого историка Геродота (Геродот «История», переизданная в 2006 г.). Он свидетельствует о том, что во II в. до нашей эры государство скифов было достаточно сильным. Скифы вели кочевой образ жизни и занимались скотоводством. Жилищем им служили крытые повозки. Они обожествляли землю, солнце, воду, ветер – все, что их окружало. Главным божеством была Табити – покровительница огня, тепла и света. Она же охраняла стада. Смелые воины-скифы особенно почитали бога войны, которого изображали в виде меча. Умершего скифа хоронили в могиле, обшитой деревом, а сверху насыпали холм. В могилах рядовых скифов находят части конской сбруи и скромную утварь, а в богатых – золотые, серебряные изделия, скелеты лошадей, наложниц, конюхов и других слуг. Скифы считали, что жизнь продолжается в загробном мире, похожем на бескрайнюю степь.

В Якутии захоронение лошадей рядом с могилой или вместе с хозяином найдено археологами в Чурапчинском улусе в 1938 г. и летом 2006 г. опять же на территории Чурапчинского улуса сотрудником отдела археологии Якутского государственного музея В. Поповым, ставшее сенсацией.

В своей работе «Новые данные по этногенезу якутов» И.В. Константинов подробно описывает этот печальный ритуал. Он ссылается на работу Я. Линденау, участника Академической Камчатской экспедиции 1741–1745 гг. По описанию Линденау, якуты уложенного в гроб покойника везли на санях, запряженных быком. За санями шли родственники со всеми вещами покойника и вели двух или трех коней, одного из них в самой лучшей сбруе. По прибытии к месту захоронения покойника опускали в могилу, рядом клали все его вещи. На восточной стороне могилы, в ногах покойника, в отдельную яму сбрасывали «засеченную до смерти лошадь вместе со сбруей». Других приведенных лошадей тоже закапывали, «но немного подальше». Затем закалывали еще несколько кобыл, а мясо съедали.

По некоторым данным, коней якуты хоронили не только как верховых животных, сопровождающих на тот свет умершего, но и как животных, чем-то заслуживших особого почитания. В народном фольклоре рассказывается о похоронах любимых лошадей князцов.

И.В. Константинов подробно описывает о раскопках погребения человека и захоронения оседланного коня, которое производил в 1938 г. в Чурапчинском районе: «…Оба ориентированы головами на запад. Захоронение лошади в 20 шагах от могилы человека…» В 1969 г. Центрально-Якутским отрядом Приленской экспедиции в местности Ынах Сысыыта, недалеко от с. Чаппанда Нюрбинского улуса, было раскопано погребение, где находился костяк мужчины пожилого возраста. Покойник лежал на спине головой на запад. Инвентарь погребения был богатым. У изголовья стояла разбитая четырехгранная стеклянная бутылка, на нее была положена деревянная чашечка неякутской работы.

Справа были положены пальма и колчан с семью стрелами, а слева – лук и еще одна пальма, деревянная трость и обломок ножа. У ног покойника лежали серебряная ложка и, как посчитали археологи, 50 шкурок белки и одна шкура красной лисицы. На крышке гроба лежало седло. Между гробом и стенкой ямы были найдены медные удила и медный чайник фабричной работы с датой 1732 г. В 24,5 м к западу от этого погребения было раскопано захоронение четырех коней, лежащих на боку по два ряда головами на запад. Два коня лежали на правом боку, два – на левом.

Археологи это погребение датировали ХVIII веком и отметили, что кони были умерщвлены каким-то иным способом, чем принято у якутов. В фольклоре и литературе имеются сведения, что забой жертвенных животных производился посредством вырывания их сердца.

Погребения с лошадью встречаются на территории Тувы, Северной Монголии, Тянь-Шана, Казахстана, Самарканда и датируются примерно от VI по ХIХ вв.

В 2006 г. археологами случайно найдено погребение на мысе речки Таралай около Чурапчинского села Хатылы. На глубине под деревянным настилом лежал скелет крупного рогатого скота. По мнению археологов, это был 7–8-летний бык, лежавший на правом боку, головой к юго-западу. Радиоуглеродным методом исследования в г. Иркутске была установлена дата погребения ХV веком. Погребение быка было аналогичным найденному погребению крупного рогатого скота у деревни Талька в Иркутской области.

Анализ находок позволил установить археологам дату прибытия на Лену скотоводов с Х века поэтапно. В китайских источниках VI в. упоминается о скотоводческих племенах на далеком Cевере.

В 2007 г. у с. Черкех Таттинского улуса на мысе речки Тейэ археологи случайно наткнулись на погребение рыси. Одной из догадок сенсационной находки является то, что если охотники убивали животное с какими-нибудь признаками мутации, то считали, что это не к добру, избавлялись от него путем погребения. Тем же летом в Таттинском улусе в местности Маайа Боччуотайа возле села Черкех археологи раскопали останки жилища круглой формы, где нашли остатки двух собак – самца и самки. Они лежали рядом на левом боку головой на север, лапы, как у всех ранее найденных животных, были согнуты, а задние вытянуты назад. На каждой собаке дном вверх лежала детская деревянная люлька. По мнению археологов, это было обрядовое погребение, совершенное шаманом, чтобы прекратить детские смерти.

Таковы вкратце, по мнению историков, скифо-сибирские истоки корня происхождения саха (якутов).

Хуннские истоки

В книге Л.Н. Гумилева «Хунны» сказано, что предки хуннов (сюнны, гунны) появились в степях на севере Китая в X в. до н. э. Существовали они до V века н. э. и были тюркоязычными. Предком хуннов в китайской исторической традиции считается Шун Вэй, ушедший с семейством и подданными в северные степи в Х в. до нашей эры, т. е. 3 тыс. лет тому назад. Во втором тысячелетии до нашей эры в Южной Сибири археологи различают две синхронные самостоятельные культуры: глазковскую на востоке и андроновскую на западе с 1700 по 1200 гг. до нашей эры. На основании найденных артефактов они сделали вывод, что на территории Прибайкалья обитала группа родственных друг другу племен, которые, предположительно, были предками современных эвенков, эвенов и юкагиров. Представители андроновской культуры – динлины принадлежали белой расе, являлись земледельцами и оседлыми скотоводами, имели бронзовые изделия. В могилах найдены орнаментированные глиняные сосуды. Около 1200 г. в Минусинских степях андроновскую культуру вытеснила новая культура, принесенная приселенцами из Северного Китая. В китайской истории описана жизнь племен ху, предков хуннов, смешавшихся с динлинами. Они были народом, который, по мнению Л.Н. Гумилева, открыл Сибирь в 1200 г. до нашей эры в поисках пастбищ, как их современники финикийцы открыли Европу. Археологическими исследованиями установлено, что в Южной Сибири в бронзовом веке существовал обычай соумирания жены или наложницы и захоронение ее в могиле мужа. Кроме того, обнаружены в могилах и мужчины, принесенные в жертву. Этот обычай «туом» существовал у нижнеленских племен, и память о нем сохранилась в фольклоре. Эти жертвы приносились не богу войны Илбису, а духам предков. Мнения Л.Н. Гумилева и А.П. Окладникова о возникновении шаманизма в Южной Сибири примерно в 1200 лет до нашей эры совпадают.

Ученые считают хуннов предками всех тюркских народов. Тюрки наводили ужас на всю Древнюю Евроазию. Они совершали опустошительные военные походы на своих соседей, начиная от китайцев и заканчивая древними европейцами. Для защиты от хуннов древние китайцы построили Великую стену. Если новый конный строй обеспечил сарматам победу над скифами, то хунны, в свою очередь, дважды одержали полную победу над сарматами и другими европейскими народами. Хунны не принимали рукопашной схватки, но и не покидали поле боя, осыпали противника стрелами или ловили его издали арканами. При этом они не прекращали войну ни на минуту, «разнося смерть на широкое пространство». Тяжеловооруженный всадник быстро уставал, не имея возможности достать противника копьем, попадал в петлю аркана.

В эпоху Великого переселения народов (VI–VII вв.) хунны, передвигаясь на запад, превратились в гуннов, создали огромную империю на завоеванных территориях, не желая возвращаться назад в Азию. В 443 г. вождь гуннов Аттила совершил поход в Восточную Римскую империю. В 452 г. гунны ворвались в Аппенинский полуостров, разорили Северную Италию, Рим штурмовать не стали, а взяли с императора огромный выкуп.

Многие исследователи считают народ саха прямыми потомками хуннов. Еще в 1930-х гг. Г.В. Ксенофонтов пытался перекинуть мостик родства между хуннами и якутами.

А.Н. Бернштам также выдвинул предположение о хуннском происхождении якутов. «Якуты являются потомками гуннов. Являясь частью гуннского объединения, якуты составляли его северную окраину, что отражено в самом названии якутов-саха – «край». Якутский язык они считали сохранившимся диалектом восточно-хуннского языка. Наличие в якутском языке элементов древнего хуннского языка признавалось учеными-тюркологами в 30-е гг. К словам хуннского происхождения он относил такие, как «тойон» и «сюнэ». Причем в слове «сюнэ», означавшем «грозный», «величественный», автор усматривал племенное название самих хуннов (сюнну). «Являясь частью гуннского объединения, – писал он, – якуты составили его северную окраину».

По мнению Л.Н. Гумилева, старорусское слово «саайдак», т. е. колчан со стрелами и луком, является хуннским. По-якутски «саадах» – колчан, в котором помещалось 30 стрел.

Е.С. Сидоров провел сравнительное изучение отдельных слов из языков хунну и тоба, сохранившихся в китайских источниках, и якутского языка и пришел к выводу о хуннском происхождении якутов.

Профессор судебной медицины А.Д. Григорьев показал сходство химического состава и формы волос хуннов из княжеских погребений в Ноин-Улы с волосами современных якутов.

О хуннском компоненте в орнаментике якутов высказывался С.В. Иванов. Действительно, в материалах из ноинулинского погребального комплекса встречается много орнаментальных мотивов, общих с пазырыкско-якутскими узорами. Кроме того, орнаментом, состоящим из сочетания длинных продольных и коротких перпендикулярных (Т-образных) валиков, европейские гунны раннего средневековья (наследники центральноазиатских хунну) украшали свои бронзовые котлы. Аналогичный узор встречается на курыканской и раннеякутской керамике.

Некоторые конструктивные приемы в якутских погребальных сооружениях, близкие к хуннским, отмечены Р.И. Бравиной и В.В. Поповым в работе «Погребально-поминальная обрядность якутов: памятники и традиции (ХV – ХIХ вв.)», выпущенной в издательстве «Наука» в 2008 г.

Из сопроводительного инвентаря ноинулинских курганов определенный интерес представляют круглый низкий стол из цельного дерева на трех ножках, традиция вышивать «тамбурным швом», веер-махалка из конского хвоста с деревянной или костяной ручкой (дэйбиир) и наконечники стрел со вставками-свистунками. Правда, некоторые из них встречаются и у других современных тюркоязычных народов, но в общем комплексе все они характерны для материальной культуры якутов ХVI – ХIХ вв. Часть «хуннского» комплекса составляет религиозные верования.

В хуннское время развивается культ неба. Всеобъемлющее почитание неба выражалось, в первую очередь, в общественных молениях. Сам шаньюй (царь) считался земным воплощением божественного неба и официально назывался «танри гуту» – сыном Неба или «чэнли гуту шаньюй» – «обширный, подобно небу шаньюй».

Главный праздник хуннов проводился в начале лета и напоминал якутский ысыах. В этой связи интересен хуннский термин «дун-тун». Слово это впервые встречалось в китайских источниках в 296 г. до н. э. в сочетании с выражением «молоко коров и кобылиц». В древнекитайском словаре «дун» определятся как «молочная жидкость». В комментариях, датируемых 104 г. до н. э., Э. Дж. Пуллиблэнком обнаружен следующий текст: «Он заведует молочными лошадьми… Он берет их молоко и приготавливает, тряся (тун) его. Вкус его кислый, но пить можно».

В других комментариях говорится о том, что кобылье молоко трясут (тун), поэтому таких лошадей и называют «лошади тун». А «Гуанюне» тун определяется как «кумыс». В якутском языке слово «тунах» (основа «тун») – «пир, брызгание кумысом во время ысыаха; обилие молочных продуктов; улуу тунах – название молочной пищи весной».

Таким образом, культура хуннского времени оказала существенное влияние на формирование древнейших «стартовых» основ якутской культуры. По мнению А.И. Гоголева, то, что гунны были тюрками – это только предположение, поэтому нельзя утверждать, что саха (якуты) являются их прямыми потомками. Прямыми предками саха он считает курыкан, а курыканы, в свою очередь, предположительно являются праправнуками гуннов.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10