Владимир Лошаченко.

Герцог оперативного назначения



скачать книгу бесплатно

– Вот сюда мы и ложим ребеночков, – севшим голосом доложила горожанка. – Обычно дракон прилетает в обед.

– Угу, спасибо, милая, за информацию. А теперь, девочки, отъезжайте на километр и ждите на краю луга. И не возражать, – бросил он Дате.

– Как скажешь, Великий Отец. – Амазонка развернула лошадь и устремилась за проводницей.

Пашка удалился от плит метров за двадцать, спрыгнул с коня и принялся за инвентаризацию арсенала. Появилась у него одна мысль, как уничтожить злодея крылатого без применения Силы, но сначала нужно увидеть противника, так сказать, в натуре, потому как словесное описание полной картины не давало. Пашка посмотрел по сторонам и, приметив вдали одиноко стоящее дерево, удовлетворенно хмыкнул. Подъехав, вогнал бронзовый костыль в землю, затем привязал длинный повод к верхнему кольцу. Лошадка в тени кроны оказалась малозаметна. Со стороны горы послышалось мощное хлопанье.

– Ага, летающая тварь пожаловала, ну пойдем встретим. – И опер не спеша двинулся вперед.

Над плитами завис дракон, махнув пару раз крыльями, приземлился, царапая камень когтями.

– Здоровенная зверюга, мать его ети, – восхитился Чернота. – Навскидку поболее двадцати пяти метров в длину вместе с хвостом.

Темно-бурая туша опиралась на две мощные короткие лапы с весьма внушительными когтями, голову украшал костяной гребень. Сама башка размером с мини-грузовичок сидела на толстой недлинной шее, зеленые глаза с вертикальным зрачком зло осматривали местность.

Чернота, дойдя до определенной отметки, встал и выдал супостату пару матерных фраз. Затем отстегнул от пояса гранату, выдернул чеку и, мысленно произнеся цифру двадцать один, с криком: «Лови подарок, гость незваный!» – швырнул ее, метясь в нос дракону. Как и рассчитывал опер, тот рефлекторно открыл пасть, усеянную нехилыми зубами, и сцапал гостинец, звучно захлопнув челюсти. Спустя секунду граната рванула, один глаз дракона вылетел напрочь, из глазницы потекла голубая кровь. Туша зашаталась, а затем с громким гулом ухнула в траву. Пашка, издав клич команчей, заспешил к поверженному врагу за трофеями. Отрубив несколько когтей с лап, принялся за клыки. Тут-то его и накрыло чувство опасности, он поднял голову и увидел, что со стороны гор пикирует второй дракон. Эта зараза еще в воздухе стала плеваться факелами огня.

– Не, нам такой хоккей не нужен.

Опер, сорвав с плеча карабин, стал с упреждением стрелять в низко летящую цель.

«Слабоватое ружьишко, жаль, гранатомета нет», – подумалось Пашке, порскнувшему в портал. Очутившись за полкилометра от атакующей твари, сосредоточился, пропуская Силу через себя, и на выдохе запустил навстречу дракону плоско свернувшуюся часть пространства. Невидимый срез рассек летящую тушу пополам. Останки упали на луг, паря внутренностями. Пашка устало опустился на землю, положив рядом карабин. По вбитому правилу машинально заменил пустой магазин на полный. Вскоре прискакали Дата с проводницей. Началось восторженное девичье щебетание, охи-ахи, пока опер не пресек это дело.

– Хватит трещать, сороки.

Дата, доставай снедь, обедать будем. Восстановим калории.

Во время трапезы его посетила вполне здравая мысль – если это были самец с самкой, то могут быть драконята. Значит, нужно доводить дело до конца.

– Объявляю приказ по гарнизону – бдить и ждать меня. – Великий Отец благодушно похлопал себя по животу и исчез.

Чернота с высадкой на седловину Драконьей горы промахнулся самую малость – при выходе из портала ступил не на тот камень. Обломок скалы под ним, когда он вышел из портала, внезапно стал съезжать вниз, пришлось срочно включать левитацию. Один камушек спровоцировал горный обвал. Пашка поежился, наблюдая с высоты неуправляемый процесс камнепада.

– Ненавижу горы, не мое это.

Поозиравшись вокруг, принялся нарезать круги и спустя короткое время заметил с северной стороны подходящую площадку и черную дыру пещеры. На площадке смердело и валялись непонятно чьи кости. Сняв с предохранителя карабин, опер включил истинное зрение – темнота в пещере отступила. Пройдя широким лазом, очутился в большой пещере, в дальнем углу которой посверкивали чьи-то желтые глаза. Приблизившись, опер обнаружил дракона-подростка, зло щелкавшего челюстями. Если кто-то из сердобольной публики пустил бы слюну от умиления: «уй, какие мы маленькие, суси-пуси» – и сделал бы козу, то наш герой не таковский. Тут не до сантиментов. Младенцев жрал? Жрал. Тогда не обессудь. Пашка с чистой совестью засадил в дракошу четыре картечных выстрела, превращая того в кучу перемолотого мяса. После чего контролька, пятый выстрел, который разнес остаток головы напрочь. Отрезав на сувенир небольшую лапку, выбрался наружу. Методом левитации спустился вниз к амазонкам.

– Все, девушки, дело сделано. Вы, – ткнул он пальцем в сторону горожанки, – отправляетесь в город. Ну а мы с тобой – в столицу.

Загрузив трофеи в рюкзак, разъехались в разные стороны. Из портала вышли в предместьях Тронхайма. Дата, ехавшая позади Великого Отца, завороженно смотрела ему в спину.

– Воистину святой человек. Ведь что сотворил – завалил целую драконью семью, а держится – вроде ничего особенного не сделал. Другой на его месте надулся бы, как индюк, да через губу разговаривал, причем не за победу над драконами, об этом речь не идет, а просто за участие в драке. – До Даты стало доходить, что она и ее подруги войдут в историю Северного царства как особы, приближенные к Великому Отцу, имевшие честь лично с ним общаться. У девушки от полноты чувств защипало в глазах, пришлось сделать несколько глубоких вдохов-выдохов для приведения себя в порядок. По случаю избавления от драконов-людоедов царица Альвхейд закатила пир, вот на нем Пашка и обрадовал властительницу – завтра, дескать, ухожу, но скоро буду. Северные народы скупы на эмоции, только здесь без слез не обошлось. Чернота, успокаивая царицу, гладил ее по голове, по спине и даже по попе – ничего не помогало. Хлюпанье носом не прекращалось. Пришлось принять радикальные меры – утащить в спальню на руках и заняться с Альвхейд ураганным сексом. Слезы вмиг высохли, не до них. Жизнь девушки вновь наполнилась смыслом. Утром Пашка не стал ее будить – исчез по-английски, не прощаясь. На столике у ложа остались лежать два драконьих когтя, а на полу – здоровенный страшенный клык. Прежде чем достичь межмирового портала, Пашке пришлось прыгать два раза – отчего-то сбивалась настройка. Вздохнул облегченно, когда увидел знакомое ущелье, куда и направился неспешной рысцой. Возле знакомой скалы спешился, несколько минут пялился на спокойную лошадку: «Балбес, на кой хрен животину сюда пер? Придется с собой брать, иначе сожрет зверье».

Активировав на всякий случай артефакт, шагнул в открывшийся портал, таща за собой слабо упирающуюся лошадь. Шаг, другой – и здравствуй, родная База. Что характерно, ни встречающих, ни провожающих, ни цветов, ни оркестра, так и чапали на пару по пустынному широкому коридору. Выйдя из здания, Пашка вздохнул полной грудью.

– До чего хорош воздух родины, ну почти родины.

Боковым зрением уловил изменение ландшафта.

– Ого, исчезла башня умников-ученых, неужели подорвали?

Вот уж кто отмороженный на всю голову, опасался и не любил Чернота ученую братию. Пока тащился к своему коттеджу, заметил некоторые перемены – появились новые здания да народу прибавилось.

– Интересно. Сколько здесь прошло времени?

Глава третья

По кабинету плыл одурманивающий запах кофе – Пашку принимал старый Мозес, Архангелов находился в командировке.

– Пять лет… – прошептал ошарашенный опер.

– Пять лет и три месяца, Пашенька, – подтвердил Мозес.

– Нет, я знал, конечно, что на Цебусе время течет медленнее, но не до такой же степени, – возмущался Пашка.

– А чем ты, собственно недоволен? Боевые тебе исправно капали на счет, отпуска накопилось полтора года.

– О чем вы судачите? – вскипел Пашка. – Мои родные не видели меня столько лет, сыновья отца забыли. В герцогстве, поди, разор?

Опер-мечник не выдержал и забегал по кабинету.

– Сядь, не дергайся, все у тебя дома в порядке, твои бабы уже надоели на Базе. В год по несколько раз являлись. Лариса, коньячку нам с лимончиком, – прокашлял в амулет связи Мозес.

Выпив по рюмке, замглавы Ордена Хранителей Равновесия углубился в рапорт, составленный Пашкой накануне. Похмыкал, почесал затылок и уставился невидящими глазами в потолок, непонятно о чем размышляя. Очнувшись, довольно осклабился:

– Можешь идти в отпуск, Пашенька, со спокойной душой, хорошо поработал.

Чернота, однако, не проявил бурной радости по поводу предстоящего долгого отдыха. Горестно вздохнув, поделился:

– Обратно мне надо, там еще Южное царство неокученное осталось.

– Павел, я не могу препятствовать продолжению операции, но мой тебе совет – отдохни пару месяцев. Своих навести, приведи дела в порядок, а потом двигай на Цебус.

Пашка согласно покивал головой и заметил:

– В этот раз возьму с собой молодых мужиков тыщи две-три, иначе операцию не вытянуть.

– Паша, делай, что считаешь нужным, Орден даже подъемные оплатит твоим людям.

Посидев с полчаса и обсудив кое-какие детали, стали прощаться. Уже у двери Пашка, обернувшись, посетовал:

– Извините, в этот раз без трофеев. Сейчас сувениры занесу, в приемной оставил.

Спустя минуту он с грохотом опустил на дубовый стол объемистый брезентовый сверток. Мозес озадаченно уставился на презент. Когда на свет божий появились четыре драконьих клыка и несколько когтей, у старого мага перехватило дыхание. Выпив из горла остатки коньяка, он просипел:

– Это то, что я думаю?

– Не знаю, о чем вы думаете, но перед вами драконьи зубки, – растерянно сказал Пашка.

– О, Единый Творец, – заорал вдруг Мозес во всю глотку. – Неуч, да твоему сувениру цены нет. Ты хоть знаешь, что драконьи зубы у магов-алхимиков идут по весу бриллиантов?

От неожиданности Чернота хлопнулся в кресло. Конечно, как он мог забыть о долбаной магии.

– Тьфу ты, совсем плохой стал, а все бабы. Амазонки кому хочешь голову задурят.

– К твоему сведению, за последнюю тысячу лет впервые такой трофей притаскивают. Лариса, срочно еще пару бутылок, надо обмыть такое дело. Надеюсь, ты не возражаешь?

Пашка со вздохом дунул в пустой коньячный бокал – видимо, сегодня он в герцогство не попадет.

* * *

Малая родина, планета Хана, встретила Пашку веселым весенним дождичком. Портал перенес за два километра от замка, на краю небольшой рощи. Пришпорив одра, понесся вперед. У главных ворот опера тормознули два незнакомых стражника расхристанного вида.

– Куды прешь, по какой такой надобности?

Чернота пребывал в благостном настроении, не стал устраивать скандал, попытался мирно разрулить намечающийся конфликт.

– Вы чего, мужики, охренели, хозяина в дом не пущаете?

– Хто хозяин? Т-т-ты? Га-га-га. – Стражники зашлись хохотом, уронив алебарды на брусчатку. – Иди отсель, бродяга. Наш герцог д’Лоредан – ого-го, ростом с башню, непобедимый воин.

– Молоньи мечет, – подхватил второй рыжий стражник.

Пашка обозлился не от того, что его не признали и не пропускают, а от вида самих стражников. От того, как плохо тащат службу. Вырубив обоих тычками в шею, для чего пришлось спешиться, вошел во двор замка. Навстречу уже неслись солдаты из караулки с обнаженными мечами. Не дожидаясь побоища, гаркнул:

– Вы на кого меч подняли, мудаки? Живо побежали за капитаном.

Среди стражников объявился капитан, и, как на грех, из новеньких. Облом-с.

– Капитан, пригласите сюда мою жену Беату. Быстро, время пошло.

Капитан Баруда оказался в нелегком положении. Если незнакомец действительно герцог д’Лоредан, то следовало бежать за герцогиней со скоростью поросячьего визга, а если самозванец…

Баруда, потерзав свою шевелюру под шлемом, наконец, принял решение:

– Ребята, стерегите его, а я пошел.

По прошествии короткого времени на крыльце образовалась беспорядочная толпа, из которой раздался крик:

– Паша!

Опер, он же герцог Паша Черный д’Лоредан, перепрыгнув через кольцо стражников, исчез и объявился среди челяди, которую грубо раскидал. Подхватив на руки Беату, поспешил с ней на второй этаж. От брызг холодной воды жена пришла в себя, распахнув чудные глаза.

– Любимый, наконец ты вернулся. Мы так долго тебя ждали. – И маленькая слезинка скатилась вниз по виску.

Беата выглядела столь беззащитной, что у Пашки сдавило горло. Молча расцеловав милое лицо, лег рядом, прижав к себе дорогое существо. Справившись с волнением, спросил:

– Где сынок, что с ним?

– Все хорошо, муж мой, он в школе, на Земле.

Герцогиня вдруг вскинулась:

– Да что же я лежу, – и принялась молниеносно раздевать мужа.

Из кровати они в тот день не выбрались – любили друг друга страстно и самозабвенно. Потом, конечно, было корыто горячей воды, обед и ужин подавали в спальню. Беата с непритворным рычанием набрасывалась на Пашку, стремясь компенсировать столь долгое плотское воздержание. Ночью, охрипнув от собственных стонов и чувствуя себя счастливой, наконец заснула. Пашка с некоторым изумлением поглядывал на любимую женушку, досель не проявлявшую столь дикого темперамента. А впереди предстоит свидание с Мелой – императрицей Тарагона, – та еще штучка. Хорошо, магический артефакт спасает. Опер рефлекторно прикоснулся к кольцу, надетому на основание мужской гордости.

– Все, спать, завтра навалится куча дел, но сначала разобраться с гарнизоном. – Тот факт, что от стражников на воротах несло свежим перегаром, его взбесил.

«Преподам вам урок армейской дисциплины, будете у меня сапоги через голову обувать», – с такими благостными мыслями герцог и уснул с легкой улыбкой на лице. Утром, не будя Беату, Пашка оделся и выскользнул из спальни. Удовлетворившись на кухне куском пирога с зайчатиной и запив бокалом белого вина, отправился в казарму. Увиденный бедлам привел его в крайнее раздражение. Грязь, прелая солома на полу – сплошная антисанитария. Часть солдат занималась сранья пьянством, черпая кружками из пузатого бочонка пиво, другие играли в кости, а некоторые спали, не обращая внимания на общий галдеж.

– Встать всем, построиться на плацу. Капитана ко мне, – гаркнул Пашка.

Немая картина – служивые замерли в нелепых позах. Чернота, выйдя на плац, демонстративно посматривал на часы. Через долгих десять минут гарнизон выстроился перед ним в шеренгу, но в каком виде! Полуодетые и расхристанные, с заспанными рожами, один боец вообще стоял босиком, поджимая поочередно стынущие ступни. Его опер выгнал в казарму обуться. Прибежал капитан Баруда, жующий на ходу.

– И это называется воинство? Да маму вашу через коромысло, сброд, а не солдаты!

Вызванный главный тюремщик, он же надзиратель, выдал двум нерадивым солдатам (первыми встретившими герцога) и капитану по десять плетей. Остальных воинов, предварительно обматерив, Пашка услал в казарму наводить порядок.

– Быть на плацу через час, – коротко бросил он и отправился в трапезную.

Беата, весело сверкая озорными глазами, принялась обихаживать мужа, подкладывая самые лакомые кусочки.

– Погодь, милая, объясни для начала, куда делся старый капитан? Почему стражники в таком непотребном виде?

Жена, резко опечалившись, поведала:

– Полтора года назад капитан и двадцать семь воинов погибли в случайной стычке с наемниками. Сцепились в трактире в нашем городке. Небольшая война приключилась – отряд наемников, остановившийся на постой, насчитывал семьдесят пять человек. Много наших солдат полегло, у наемников кроме луков и арбалеты были. Почти половина стражи полегла, – вздохнула Беата.

– Да, дела тут у вас творятся, – покачал головой Чернота. – А что мои друзья-товарищи? Живы, здоровы?

Беата, положив руки на скатерть, отрапортовала:

– Ливэн теперь первый министр, Орест – военный министр, да, ты знаешь, он ведь женился год назад. Жена – герцогиня Ирэна Кибела д’Радис. У Пако в семействе прибавление – второй мальчик родился. А Гидо удалился от дел в свой родовой замок, сущий затворник. Говорят, попивает сильно.

Спустя час наличные вооруженные силы (сто двенадцать бойцов), сопя и пыхтя, нарезали круги вокруг замка. Герцог с площадки донжона подбадривал спотыкающихся зольдатиков криками одобрения. Опер решил проверить заодно и состояние артиллерии, раз уж забрался на верхотуру. Увиденное безобразие расстроило. Дула в пушках заросли паутиной, механизмы неухоженные, кое-где пятна ржавчины. Герцог д’Лоредан с нехорошей улыбкой спустился с башни и направился в арсенал. Тридцать две пищали пребывали в столь запущенном состоянии, что создавалось впечатление, из них вообще не стреляли. Холодное оружие – мечи, копья и доспехи – лежало кучами, покрытое пылью.

Потное и изможденное воинство вновь выстроилось на плацу.

– Пищальники и канониры, два шага вперед, – скомандовал Пашка. – Войтек, – обратился он к тюремщику, – каждому по пять плетей. После наказания чистить пушки и оружие. Баруда, вы понижаетесь на одно звание, отныне вы лейтенант. В арсенале навести порядок, учения и тренировочные бои каждый день.

Напоследок Чернота гаркнул:

– Быстро разбежались и принялись за работу, сучьи дети.

Бойцы порскнули с плаца, что тараканы, почувствовав герцогскую руку. Дальнейшим обходом замковых укреплений остался доволен – ничего не сыпется.

– Пора на обед. – и Пашка через боковую дверь направился в трапезную.

За десять дней, проведенных в герцогстве, зашугал солдатиков до икоты, устроил три раза пушечные стрельбы, гоняя канониров, и пару раз довел Беату до обмороков при отдаче супружеского долга. В конце концов дорогая супруга намекнула, что пора, дескать, муженьку навестить старых друзей.

– Да и государыня, поди, заждалась, – фыркнула женушка.

Пашка с непроницаемым лицом согласился с ее доводами и через день покинул замок. До столицы добрался испытанным способом, через портал.

Город приятно удивил – разросся, похорошел, много новых красивых зданий. Все говорило о хорошем достатке. Его смирная лошадка степенно перебирала копытами, давая возможность седоку оглядеться. По широким улицам катили коляски и фаэтоны, рысачили конные гвардейцы, на рынок тащили свои тележки зеленщики. Народ с утра спешил по своим делам – лица в большинстве своем спокойные, уверенные. Обычная городская суета. Несмотря на медленную иноходь лошадки, вскоре Чернота очутился перед главными воротами императорского дворца. Здесь его пропустили без разговоров, тормознули непосредственно у самого центрального здания. Десятка гвардейцев во главе с капралом встала на пути. Капрал, здоровенный дядя в узковатом камзоле, вежливо поинтересовался личностью непрошеного посетителя. Пашка представился – капрал сделался еще вежливее, но остался непреклонным.

– Императрица принимает только по пятницам, запишитесь в канцелярии.

Герцог д’Лоредан попал в дурацкое положение.

– Где у вас конюшни? – поинтересовался он.

Ему показали.

Устроив кобылку на постой и кинув конюху пару серебряных монет, опер из какого-то закутка перенесся в сам дворец, а именно в рабочий кабинет императрицы. Удачно попал, Мела сидела за столом и просматривала бумаги, кои высокой стопкой высились у нее по правую руку.

Пашка бесшумно пересек кабинет и сел в кресло неподалеку. Некоторое время с удовольствием рассматривал красавицу. Она ничуть не изменилась, все так же ослепительно хороша, разве что добавилось немного суровости и усталости во взгляде. Ну так государство вести – не воробьям фигушки показывать. Вдоволь налюбовавшись, деликатно кашлянул. Государыня недовольно зыркнула затуманенными очами:

– Кто там смеет отрывать меня от важных государственных дел?

Минута непонимания, потом звонкий визг, миг – и Мела на его коленях.

– Пашенька, дорогой мой, наконец-то вернулся!

Молодая женщина, плача и смеясь, обнимала непутевого друга, бормоча нечто бессвязное. Потом чувствительно пхнула несколько раз в бок:

– Пошто пропал надолго, бросил нас бедных, детишки без отцовского пригляда.

Затем, сменив гнев на милость, потащила к потайной дверке, ведущей в спальню.

Упали шторки балдахина, укрывая сладострастную парочку полупрозрачной завесой голубоватого шелка. Не помог Пашке магический артефакт – волшебное кольцо. Мела высосала его досуха, очнулся он под утро, с дрожью вспоминая прошедшую ночь.

– Нет, надо мотать отсель побыстрей, иначе Орден потеряет опера-мечника, причем в молодом возрасте. – Тем не менее из рук Мелы удалось вырваться только через три дня. Позорно сбежал, оставив на подушке извинительную записку.

Направляясь к Оресту, пребывал в несколько растрепанных чувствах: «Какая муха укусила женщин, ну словно с цепи сорвались. Хоть и не виделись пять лет, но это не повод выжимать последние соки из любимого мужчины».

Он еще от Цебуса не отошел с его амазонками.

Ланса опер нашел в расположении одного из гвардейских полков, чьи казармы находились на окраине города. Военный министр скоренько закончил инспекцию, надавал звездюлей командованию и убыл с Чернотой в свое герцогство. Егоза Ира, превратившаяся в степенную даму, радушно встретила гостя, правда, не удержалась от подколки:

– Вы, наверное, императрицу проведывали, герцог, так с лица осунувшись. Будем откармливать.

Ланс коротко хохотнул.

Пашка, пребывающий в благодушном настроении, даже не стал огрызаться на двусмысленные шуточки. Во время торжественного обеда, данного в честь герцога Паши€ Черного д’Лоредана, ему представили трехлетнего наследника герцогства Офунато, вылитого Ланса. Видно, что Орест в сыне души не чает и им гордится. Спокойный малец с живыми черными глазенками понравился Пашке, о чем он не преминул сообщить довольным родителям. Отдав должное вкусным яствам, опер с хозяином замка удалился в кабинет для приватной беседы. Налив в высокие кубки выдержанного вина, прозорливый Орест поинтересовался:



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6