Владимир Лошаченко.

Герцог оперативного назначения



скачать книгу бесплатно

* * *

Кофры с баулом, лишенные веса, скрылись в портале, следом шагнул Павел. Выходя из перехода с легкой улыбкой искателя приключений, опер тут же получил мощный удар по затылку и рухнул, отключившись, на скалистую площадку. Пришел в сознание резко, словно вынырнул из черного омута. Ощущения самые поганые – обнаружил себя связанным ремнями под развесистым деревом. В наступивших сумерках над угольями жарилось несколько звериных туш, к запаху печеного мяса примешивался кислый аромат пива – напитка плебса. По большой поляне деловито сновали фигуры воительниц, возбужденно обсуждавших предстоящий пир. Переводчик – горошина телесного цвета, присобаченная в ухе, – стал переводить некоторые фразы. На слух говор амазонок представлял смесь древних языков северных славян – эдакий германо-скандинавский коктейль. Прислушавшись, понял, что именно он является причиной предстоящей гулянки. Его у перехода, оказывается, пасли два с половиной месяца, даже площадку на вершине скалы соорудили. Багаж парил неподалеку, видимо, девки не смогли разграбить его из-за защитных заклинаний. А вот оружие тю-тю. Положение неприятное, но не безнадежное. Для опера-мечника путы вроде ремней – тьфу. Могут удержать только магические оковы – единственное исключение – он сам. На него магия не действует. Хотя Чернота может магичить, но не в полном объеме, у него другой непобиваемый козырь – Сила мира, доставшаяся от очень далеких предков. Случай уникальный – подобных себе пока не встречал, Мела не в счет, она из другой оперы.

Внимание Павла привлекла парочка, направляющаяся в его сторону. Опер прикрыл глаза, прикидываясь бесчувственной тушкой. Молоденькую девчонку, одетую в кожаный доспех с бронзовыми дисками на грудях, тащила за руку мужеподобная бабища крупных размеров. Девушка упиралась, вскрикивая «нет, не надо!», на что насильница только довольно порыкивала.

Пашка моментом озлился – ненавидел насильников. Орясина бросила жертву на траву от него неподалеку и навалилась на девушку, сопя освобождаясь от портков. Опер резким рывком разорвал ремни и, сделав два шага, ударил насильницу в основание черепа. Та, икнув, откатилась в сторону. Вытащив кинжал, висевший на поясе у этой твари, хладнокровно перерезал ей глотку. Решив проверить догадку, приспустил штаны застывающего трупа. Точно – гермафродит. Им всем придется умереть, они лишние на этой планете. Юная воительница открыла рот в беззвучном крике. Пашка присел перед ней на корточки.

– Успокойся, я не причиню зла, – произнося фразу, он легким ментальным касанием воздействовал на девушку. –  Как звать, красавица?

– Дата, – еле слышно прошептала воительница.

– А меня зовут Великий Отец, я посланник Единого Творца – Господа Бога нашего.

Чернота соорудил простенькую иллюзию – светящийся нимб над головой. Девчонка ойкнула и упала на колени.

– Прости нас, Великий Отец, что обошлись с тобой неподобающе. Не знали мы, на кого руку подняли, – и зашмыгала носиком.

– Не плачь, Дата, ну что ты, право.

Хочешь полетать?

– Ты шутишь надо мной, Великий Отец?

Пашка не стал вдаваться в полемику, а сел на траву в позу лотоса.

– Садись ко мне на колени, сейчас полетим.

Дата, недоверчиво улыбаясь, села Пашке на ноги, обняв его за пояс. Магический фон, как и сила гравитации, немного ниже, чем на Земле, а потому оперу не составило труда подняться в воздух с симпатичным живым грузом. Сила-то никуда не делась. Дата от избытка чувств радостно пищала. Держась на высоте двух метров, тандем медленно проплыл между деревьев. Девушка, устраиваясь поудобнее, случайно рукой оперлась на нечто твердое и упругое одновременно.

– Великий Отец, неужели это твой жезл? – в большом волнении с надеждой спросила девушка.

– Ты угадала, девочка. Хочешь быть первой обращенной?

– Конечно, хочу.

– Тогда садимся, и ты познаешь истинного мужчину.

Дата оказалась девственницей неумелой, но страстной. От взрывов оргазма сорвала голос в диком крике. Лежа на подстеленной шкуре, юное создание гладило Черноту по груди и плакало слезами счастья. Пашка, не теряя времени, отсканировал ее память, узнав многие подробности о Северном царстве. Отдохнув и придя в себя, пешком отправились к месту стоянки сотни. По полученным сведениям получалось, что уродов-гермафродитов в сотне насчитывалось с десяток, да плюс командир – итого одиннадцать. Их появление на освещенной поляне вызвало оторопь у амазонок. Первой пришла в себя командирша – гориллообразное существо с сальными волосами. Она заревела:

– Кто сторожил чужеземца? Десять, нет, двадцать ударов плетей.

Пашка в один прыжок преодолел расстояние от гермафродита и ударил основанием ладони в челюсть. Горилла, отлетев метра на три, грохнулась оземь. Опер, окинув взглядом опешивших воительниц, ментально приказал всем сесть в круг. Сотня, перешептываясь, послушно исполнила указание. Пашка рублеными фразами представился, добавив:

– Я послан Единым Творцом на вашу планету, дабы научить вас правильной жизни и избавить от грехов. Я принес вам не только слово божье, но и новые знания.

Над головой опера опять возник сияющий белый нимб, затем он поднялся над утоптанной травой и облетел вокруг костра. Воинство преклонило колени.

– Чудо, чудо великое, – послышалось среди амазонок.

Самыми непрошибаемыми оказались двуполые уроды, которые плевались и выкрикивали явно не пожелания доброго вечера. Сидевшие в кругу девушки-воины в разноцветных рубахах с меховыми накидками представляли собой живописную картину. Типично скандинавский тип лица, множество натуральных блондинок, есть русоволосые, изредка попадались глазу рыженькие. Пашка, опустившись возле Даты, тихонько спросил:

– Та десятка недовольных и есть уроды?

– Да, Великий Отец, такие мерзкие гады.

Удовлетворенно хмыкнув, опер ткнул пальцем в сторону гермафродитов:

– Тихо всем! Поскольку вы последствия неудачного эксперимента и являетесь угрозой обществу, вызываю вас на бой, всю десятку. Убью вас голыми руками, да сбудется суд Божий. Вы можете биться любым оружием.

Толпа амазонок взорвалась восторженными криками. Гориллы довольно щерились. Где это видано, безоружному выстоять против воина, тем более мужчине – его место на скотном дворе.

– Господин Великий Отец, возьмите хотя бы мой меч, – взмолилась Дата. – Ведь погибнете. – Ее голос предательски задрожал.

– Успокойся, девочка. – И Чернота погладил амазонку по голове.

Хранитель вышел на середину круга, десятка мужеподобных баб начала обходить его с двух сторон, вытаскивая мечи.

Привычно загоняя себя в боевой транс, ринулся к ближайшей поединщице. Время послушно замедлило свой бег. Удар ребром ладони по кадыку, уход за спины скользящим шагом – пошла работа. Он сворачивал шеи гермафродитам без всякой жалости и сожаления – они балласт, мутанты, их время ушло. Амазонки, затаив дыхание, следили за схваткой, никто не понял, куда делся Великий Отец. Мелькнула размытая тень, послышался треск позвонков, и десятницы во главе с сотницей стали падать на утоптанную траву с неестественно вывернутыми головами. Весь бой длился не более шести ударов сердца. Рядом с трупами объявился Великий Отец, выглядевший слегка отрешенным.

– Девушки, закопайте эту падаль подальше да налейте мне воды – умыться хочу. – Он брезгливо посмотрел на свои ладони.

Умывшись, строго поинтересовался:

– Где мое оружие?

Две амазонки, метнувшись в темницу, притащили поясной ремень с прицепленными мечом и кинжалом. Рядом положили карабин.

– Так, девоньки, а теперь гуляем, где-то я у вас кабанчика зажаренного видел.

* * *

Две недели трудился Великий Отец, не покладая… нет, не рук, а кое-чего другого, над сотней амазонок. Надо отдать должное Хранителю, он не только исполнял секс-миссию, но и вкладывал в девичьи головы массу новых знаний, впрочем, не забывал и о законе Божьем. Не зря с собой прихватил несколько книг о православной вере и христианстве – Библию, молитвенники. Впрочем, особо с религией Пашка не пережимал – страна сплошь языческая и на все нужно время. Религия – дело тонкое, и к вопросу веры нужно подходить очень осторожно. К ментальному давлению на девушек почти не прибегал. Амазонки сами его признали за Божьего посланца, верили в него истово, да и, пожалуй, любили. Изредка прибегая к сканированию, убеждался в этом каждый раз. Он говорил с ними о будущем, каким должно быть процветающее государство, и, естественно, о семье, о чем воительницы понятия не имели, они не знали своих матерей, а отцов тем более. Все они воспитывались в детских домах в спартанских условиях. Им с юных лет внушали, что женщины превыше всего, а мужчины – глупые и грязные животные, способные лишь на примитивную работу. За примером далеко ходить не надо: вон они в рабских ошейниках метут дворы и улицы, выжигают уголь и пластаются на серебряных рудниках да в каменных карьерах. Из них никогда не сделать хороших воинов – слишком слабы и болезненны. Живут вдвое меньше женщин – вот лишнее доказательство их ущербности. Такое дикое мировоззрение возникло не одну тысячу лет назад – Чернота подозревал Создателей с их вывихнутой логикой. Очень трудная задача стояла перед Хранителем – переломить устои матриархата, изменить жизненные принципы амазонок. Пашка только сейчас понял, с чем он связался, какой неподъемный воз придется тащить.

– Ну погодите, господа начальнички, вернусь, все вам в глаза выскажу, все! Месть моя будет ужасной! Может, Мелу на них натравить? Нет, это уже перебор, она Архангелова с Мозесом в молекулы переработает. Ничего, время есть, что-нибудь придумаем особо пакостное.

На пятнадцатый день, оставив основную массу отряда дальше патрулировать границу, Пашка в сопровождении десяти амазонок отправился в столицу Северного царства, в город Тронхайм. Иерархия общества амазонок такова: во главе государства – царица Альвхейд, далее – совет жриц храма Светлой Матери и Военный совет. У царицы участь незавидная – жрицы избирали ее на двадцать лет. Подбиралась умненькая, красивая пятнадцатилетняя девчонка, и если Светлая Мать подавала знак, то кандидатку сажали на трон. После окончания срока она погибала на жертвенном алтаре – все делалось простенько, но со вкусом. Список цариц, с билетом в один конец, за тысячелетия составил очень много имен, затерявшихся в глубине веков. Аристократии в чистом виде не существовало – вояки да жрицы – все. Дальше по социальной лестнице располагалась дворцовая челядь, ниже – различные ремесленницы. Оружейницы, кузнецы и дальше – по нисходящей. Мужчины-рабы, они вне социума. Единственное отступление – тех, кто способен к детопроизводству, ну или хотя бы к сексу, брали в Дом матери, во дворец очередной царицы и в дома крупных военачальниц. Поговаривают, и жрицы, нарушая обеты, тоже приваживают мужиков покрепче да поздоровее. Древнее название Альвания кануло в Лету, и вот уже третье тысячелетие государство называют Северным. Местность и климат у границы напоминают Крым – чем дальше удаляется отряд к северу, тем прохладнее вокруг. Как пояснила Дата, у них сейчас осень. Зима здесь короткая, всего два месяца. Снег выпадает редко, короче, чистая Европа. Нет, на другом краю земли даже реки покрываются льдом, сама она, правда, не видела, рассказывали старшие подруги. После восьми дней пути, вдоволь налюбовавшись пейзажем, Пашке надоело трястись в седле с отбитой задницей.

– Все, девушки, прекращаем конный марафон, перемещаемся ближе к Тронхайму. Дата, представь себе его окрестности, определенное место. – Ага, зафиксировал.

Напрягшись, силой создал портал-переход и задал координаты выхода.

– Прошу за мной!

Десятка амазонок, отчаянно труся, последовала за Великим Отцом. Миг – и дорога опустела, остались лишь следы копыт лошадей, внезапно оборвавшихся посреди дороги – сплошная загадка для местных следопытов. Из портала выехали в двух километрах от города, мощные стены которого Пашку особо не впечатлили, видел покруче и повыше. Местное солнце подкатилось к горизонту через Южные ворота, куда направлялся отряд, сновали многочисленные повозки.

– Думаю, нет смысла на ночь глядя переться в гости, а посему устраиваемся на ночевку в ближайшем леске.

Вскоре амазонки, привычные к походной жизни, споро ставили шалаши, устилая пол ветками и набрасывая сверху шкуры. Из небольших котлов, висевших над кострами, потянуло вкусным запахом каши. После ужина девушки сгрудились возле опера, тот рассказывал им сказки – самые обыкновенные детские сказки, ну те, которые помнил. Реакция воительниц, что несмышленышей сопливого возраста, – круглые глаза, открытый рот от восхищения и просьба: «Ишо рассказывай!»

Смех, да и только.

Нынче ночью Великий Отец отдыхал – никаких плотских утех, завтра – трудный день. Отвергнутая Дата тихо сопела во сне под мышкой без всяких обид – слово Отца стало законом. Опер не без некоторого смущения вспомнил раздачу подарков амазонкам в начале прибытия. Детские игрушки, бижутерия, складные ножи, разноцветные стеклянные шарики и прочая ерунда в его мире здесь вызвала волну восторга. А несколько газовых зажигалок вообще приняты за волшебные артефакты. У аборигенок ни особых развлечений, ни пищи для ума – словом, жизнь на грани животных инстинктов. Цивилизация Цебуса, докарабкавшись до бронзового века пару тысячелетий назад, так и застыла в нем. Народы потихоньку вымирали, деградируя и скатываясь вниз, к пещерам. Вот и хваленый матриархат во всей красе.

«Сплошное убожище», – мысленно плюнул Пашка, повернулся на бок, обнял Дату и провалился в глубокий сон.

Пока наш герой спит, попытаемся объективно оценить глубину той дупы, в которую попала цивилизация амазонок. Автор ни в коей мере не женофоб, давайте смотреть правде в глаза. В истории Земли наблюдался такой печальный факт, как матриархат в отдельных анклавах, по утверждениям ученых – полный отстой. Никто не умаляет роли женщины в обществе, но не надо доходить до маразма и утверждать, что любая кухарка может управлять государством. И правильно наш герой дал матерное определение для местного сообщества. И какие бы завиральные версии и гипотезы ни выдвигали современные светила науки и доморощенные уфологи о, дескать, единственной праматери, ответственно можно заявить – чушь все это полнейшая. Внимательно читайте Библию, а особо упертым с деревянными мозгами совет обратиться к психиатру, ну или в Интернет – он для них дом родной. Вот где брешут, любой фантаст обзавидуется. В отношении милых дам нет здесь никакого мужского шовинизма. Да, по некоторым физическим параметрам они превосходят сильный пол, только одно большое «но». Женщина создана для продолжения рода человеческого, она хранительница домашнего очага, дарит любовь мужчине и вдохновляет его на добычу мамонта. В то же время разум и логику у наших обожаемых женщин заменяют, увы, эмоции. Ну мозги у них по-другому устроены, что поделаешь. Все величайшие изобретения, толкающие вперед прогресс, сделали мужчины, значимые открытия и произведения искусства тоже за ними. И здесь нет попытки доказать, что женщины глупее, просто мозги у них под другое заточены. Так распорядилась природа и сам Всевышний, и не нам, убогим, менять истинное положение вещей в этом мире. Мы не можем друг без друга – это аксиома, иначе вымрем быстрее динозавров.

Когда девушки честно и простодушно поведали Павлу о житье-бытье в родном Северном царстве, у него не оказалось приличных слов, одни маты. Какое, к хренам, царство-государство? Сборище полудиких самонадеянных баб, и больше ничего. Дорог почти нет, систем мер и весов, письменности тоже жок[1]1
  Жок – нет (тюркск.).


[Закрыть]
по причине отсутствия алфавита. Единственное достижение – монетарная система в действии. Основная единица – серебряный дальдер, равный ста медным монетам. Золото – большая редкость, его меняют на серебро у южных соседей. Самый сложный механизм в так называемом царстве – повозка на четырех колесах.

Вооружение – короткие мечи из бронзы, дротики, щиты, боевые топорики, пращи. Опровергая земные мифы – луки не в ходу, маловато силенок для натяжения тетивы. Лучницы только гермафродиты. Армии как таковой нет – есть вооруженная, мало управляемая толпа. Из столетия в столетие тактика военных действия одна – задавить неприятеля большей массой. Несмотря на то что восточная часть территории омывается морем – флота нет. Есть мелкие рыбачьи суденышки на веслах, и все. Бабы даже не додумались до такой простой вещи, как парус. Проще сказать что у них есть. Недаром опер озлобился на свое начальство – тут поле непаханое, а он один.

«Адын, савсем адын. Стоп, а почему, собственно, один, друзья-наемники с планеты Хана неужто не помогут? Пако отпадает, у него молодая жена и маленький ребенок. Ливэн – циферная душа, видимо, тоже. Мела вряд ли отпустит финансового гения. Остаются Ланс и Гидо. Вполне вероятно, что одного из них захомутала Ира, но второй-то свободен. Молодец, опер, – и Чернота погладил себя по голове. – Как только обустроюсь здесь немного, рвану на Базу и затем на Хану, тем более повод для отлучки весьма основательный – двух тысяч контейнеров с мужским семенем для этого мира явно недостаточно».

Правильно говорят, мудрые мысли приходят именно утром в дурную голову. Потому Пашка поднялся в приподнятом настроении и даже пытался насвистеть марш еврейской кавалерии.

Отрядик бодро гарцевал к воротам Тронхайма во главе с невидимым Чернотой – тот включил трофейный комбинезон «Хамелеон». Проехав через откидной мост, остановились перед небольшой очередью повозок – пейзанки везли свежую зелень и овощи на продажу. Въезд стоил один медяк, отряд проехал бесплатно – с воинов денег не брали. Сквозь капюшон опер внимательно осмотрел стену, ограждающую столицу. Вся в выбоинах и трещинах, каменные блоки слеплены кое-как – одним словом, мечта начинающего альпиниста, а для неприятеля-то какой подарок. Дурные предчувствия одолели Черноту. Въехав в город, понял – интуиция не подвела. Столица представляла собой копию трущоб Могадишо в Сомали – в свое время видел документальный фильм об этой стране.

– Мама дорогая, куда я попал? – вздохнул Великий Отец.

Немощеная дорога пролегала через нагромождения каких-то деревянных «курятников», перемежаемых мрачными коробками из плохо обработанных плит. Фантазии у местных горе-архитекторов-строителей явно не хватало.

– Если это столица, то я балерина в пуантах. – Такого убожества Пашка не ожидал.

Основная масса аборигенов, двигавшихся в попутном с отрядом направлении, сворачивала направо, вливаясь в широко распахнутые ворота.

– Торг, – вполголоса сообщила Дата.

Кавалькада рысила мимо рынка, не останавливаясь. Единственное, что радовало глаз, – относительная чистота. Видимо, у здешних правительниц хватило мозгов для недопущения антисанитарии. Подметальщики и уборщики мусора встречались довольно часто. Худые, низкорослые мужички, одетые в драную дерюгу, с медным кольцом раба на шее, не поднимавшие голов за работой, вызывали жалость и сострадание. Вот и сейчас на краю дороги показалась одна из фигур, аккуратно работавшая метлой. Ехавшей мимо всаднице показалось (а может, она была с утра в плохом настроении), что нерадивый раб запылил копыта ее коня. С руганью мужеподобная баба соскочила на землю и принялась избивать несчастного ногами. Пинала она его с каким-то садистским наслаждением. Собравшаяся небольшая толпа с удовольствием наблюдала за бесплатным зрелищем.

Происшедшее далее событие прочно вошло в историю не только Тронхайма, но и всего народа – первое явление Великого Отца. В то время когда несчастный раб готовился отдать Богу душу, в воздухе раздался шипящий треск, и длинная голубая молния, возникшая из ниоткуда, врезалась в грудь гермафродиту. Разряд прошиб садистку насквозь, оставив в груди горелую дыру величиной с детский кулак. Остолбеневший народ тупо пялился на труп, но чудеса на этом не закончились. Рядом с лежащим в крови рабом появилась некая огромная фигура, висящая в воздухе. Раздался громовой голос:

– Слушайте сюда, дети греха, с вами говорю я, Великий Отец, посланец Единого Творца. Никто больше не имеет права ударить мужчину, рабство в вашем царстве отменено. Тех, кто меня ослушается, ждет смерть.

Фигура озарилась яркой белой вспышкой и исчезла. Простенькая иллюзия, созданная опером, настолько впечатлила толпу, что все повалились на колени, скуля и моля о пощаде.

– Ну и кому стоим, поехали, царица, поди, заждалась, – прошипел невидимый Пашка.

Дата тронула лошадь, и амазонки потянулись вслед за ней. Трясясь верхом, опер все больше мрачнел, у него сложилось впечатление, что здешние аборигенки недавно выбрались из пещер. Он бросил взгляд на своих спутниц:

– И это у них называется воинский доспех? Тьфу.

Кусок плохо выделанной кожи с отверстием посередине, две половины стягиваются широким ремнем с пряжкой, на который навешиваются прямой кинжал и короткий меч в деревянных ножнах. На голове – невообразимый малахай, а на ногах – постолы – куски кожи, перетянутые ремнями. Все амазонки носили страхолюдные штаны из дерюги, для тепла на плечи накутывали отвратительно пахнущие шкуры. У многих на кожаном доспехе – прямоугольные бронзовые пластинки, груди прикрывали выпуклые диски. Простой народ по внешнему виду мало отличался от бомжей. Настоящая реальность ничего общего не имела с трудами историков, а тем более с голливудскими блокбастерами, снятыми о бесстрашных и красивых амазонках. Кстати, о красоте – симпатичные женщины здесь редкость, большинство напоминают финскую сборную по лыжам.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6