Владимир Козлов.

Седьмое небо. Танго скорпионов. Остросюжетная современная библиотека



скачать книгу бесплатно

Не знала она, что повлиять на его личную судьбу и судьбу монтажного управления ему помогло вышестоящее начальство.

Компания по искусственному банкротству управления из Москвы гуляло по базе, как единоличные хозяева. Они совали свой нос повсюду, где нужно и где не нужно, планируя, где разместят, своё оборудование. Эта бесцеремонная наглость злила не только рабочих, но и в первую очередь начальника управления. Он сорвался на одном из таких не прошеных гостей. Как известно, что на крайние меры осмеливается сильная личность, которая знает своё дело. Одного из членов комиссии по банкротству за неправильную речь Виктор просто выкинул из своего кабинета, что привело к ускоренному краху его управления. Через день в помещение появились бойцы правоохранительных органов в бронежилетах и с автоматами наперевес. В то время шёл настоящий грабёж народного хозяйства страны, которое называли приватизацией. От неё простой народ ничего, в общем – то, не получил. Кроме сомнительных бумажек называемые ваучерами по цене одного литра водки. Хотя правительство обещало что на один ваучер можно купить, два автомобиля. Вскоре на базе монтажного управления было создано новое управления названое «Сталь Европы», где единоличным хозяином стал наглец из Москвы, которого Виктор выкинул из своего кабинета. Виктор с болью вспомнил эти жизненно нерадостные моменты, но говорить Анюте об них не стал. После небольшой паузы он почувствовал в воздухе её явственно горячее дыхание. И, опомнившись, что по его вине был прерван разговор, оживился и вернулся в тему:

– Наверное, вы правы, – завязал я со своим прошлым давно, хотя я и никогда не был опасным для общества. Был мальчишеский азарт и склонность к риску. А если есть риск по криминалу, значит вход в красно – каменную тюрьму неизбежен. Нашу тюрьму называли дачей Раевского или Краснота, – пояснил он, дотронувшись рукой до своих с проседью бровей, и посмотрел в заснеженное окно, где заставляя дребезжать стёкла, завывала пурга.

– Каждая тюрьма в любой стране имеет своё название, – произнесла Анюта, – и все эти названия дают тюрьмам сами арестанты за их значимость.

– А что же за чудовищная ошибка произошла с вами? – спросил Виктор.

Она опустила глаза в пол и недовольно сморщила нос, что сразу про себя отметил Виктор. – Но если вам неприятно воспоминать прошлое, то не говорите, я не обижусь, – попытался он исправить положение.

– Приятными эти воспоминания не назовёшь, но я вам охотно расскажу про мою незаконную каторгу, – сказала она. – Вы располагаете к откровенности, – доверчиво обвела Анюта его своим взглядом.

Она вытащила из кармана пачку сигарет и закурила:

– Это дело было в небольшом портовом городе Хибарке на Енисее шесть лет назад. Я считалась в то время уже опытным геологом. Меня на гидрографическом судне вместе с молодым геологом отправили за неделю до глобальных работ приводить в порядок наш сезонный летний лагерь. Но вначале был лагерь нашей геологической партии в сто пятьдесят километров от этого места, где мы сейчас находимся, – начала она свою исповедь.

Новичок

Он появился в экспедиции неожиданно с большой сумкой наперевес и с профессиональной видеокамерой.

Звали его Артур по фамилии Курышев. Артур стал себя вести так, будь – то всю жизнь проработал геологом. Он учил всех, и смело отдавал команды опытным геологам, которые относили в экспедициях более десятка штормовок и истоптали не одну пару сапог. Все знали, что этот парень появился не случайно в экспедиции, а по звонку своего влиятельного и важного папаши из Красноярска. Персонально парень был прикреплён к Анюте Полати, которую все звали Пушицей. К молодому геологу никто не прислушивался, но вид делали, что одобряют его слова. Зачем геологам было спорить с человеком, который не имел никаких видов на тундру. Он всем говорил, что родной папаша отправил его временную ссылку до августа, чтобы вес нагулять и запечатлеть на камеру редкие северные ландшафты.

Это был высокий и худосочный парень с бледным, как его зубы лицом. Несмотря на дистрофическую фигуру, Артура его, без всякого сомнения, можно было назвать красавцем. Он был белокурый и его причёска, как у Сергея Есенина всегда была ухожена. Чуть вздёрнутый к верху нос никогда даже при его проявленном недовольстве ни одной ноздрёй не менял своего очертания. Но как он только начинал улыбаться, то его привлекательность преображалась в отвратительную рожу. Это была отрыжка хамства и высокомерия молодого сноба.

По вечерам он покидал лагерь, не забыв захватить с собой камеру. Никто за ним никогда не следил, он приходил поздно, когда уже все спали. Экспедиция догадывалась, что он ходил в небольшой посёлок ненцев, но что он там делал, никто не знал. А, утром не выспавшись, Артур, поднимался под сильным напором геологов недовольным и раздражённым, поливая грязными словами тех, кто не дал ему в полной мере почивать, оборвав ему сладкие сновидения. Так – же порядком доставалось и тундре, которая не желала сбрасывать с себя белое снежное покрывало, несмотря, что по календарю шли последние дни весны.

– Ты приехал сюда трудиться Артур, а не отсыпаться как ежик. Будь добр соблюдать наш режим, – каждое утро назидательно повторяла ему Анюта.

– Ты мне, что мама родная или патриарх всея Руси? Проповеди читать мне не надо? – недовольно огрызался он, – я сам с усами, или ты втюрилась в меня по уши? Присосалась, как пиявка. Так знай, что я не люблю немытых женщин. От них дурно пахнет.

– Дурень сиволапый, – без злобы бросила ему Анюта, – в отличие от тебя я моюсь каждодневно, не смотря, что для женщин геологов не изобрели автономный восходящий душ.

– Ты парень давай осторожней разбрасывайся словами? Не надо упражняться в безумстве, – осёк его Гриша Буслаев, – геодезист и по совместительству моторист, – а не то мы тебя упакуем в однотонный контейнер и с началом ледохода отправим на льдине к своему высокому папаше.

– Да ну вас, – вихляя телом и помахивая полотенцем, подошёл к рукомойнику Артур. – Лучше в Чуйской долине на маковых плантациях работать, чем в вашей проклятой «хлопковой» тундре.

– Ну, вот и вали туда, – сказала Анюта, – и запомни тундра не любит разгильдяев, она уважает дисциплину. И ещё заруби себе на носу, если хоть раз пойдёшь в селение этносов, сама доложу начальнику экспедиции о твоих передвижениях. Он лично мне поручил приглядывать за тобой везде и всегда, чтобы ты ягелем не обкушался, как северный олень.

– Ах, так ты шпионка, – скривил он губы от нахлынувшей злобы. – Значит, Мата Хари, в нашем стане объявилась, – заголосил он. – Запомни пуговица, – за досуг мне зарплата не идёт и свободным временем я волен распоряжаться по своему усмотрению. А к этносам я ходил, и ходить буду. Мне надоела ваша гороховая каша с поддельным тушёным мясом и сухая картошка. А в посёлке я олешку кушаю и краля у меня там богатая. Зовут Ого, – она дочь почтенного человека. Почти ханша.

– Так ты же только сейчас говорил, что не любишь немытых женщин, – засмеялась Анюта, – а у них в посёлке двадцать дворов и баню, они топят в лучшем случае раз в месяц.

Артур повернулся к Анюте лицом и, заикаясь, произнёс:

– Ты, что не поняла она ханша и моется только в парном молоке или в родниковой воде.

К Артуру подошёл Алёша Маркин и, положив ему на плечо свою тяжёлую руку, так, что тот согнулся под её тяжестью и прямо в ухо пробасил:

– А я думаю не шпионка у нас появилась в стане, а великий придурок с гремящими костями и блудливыми глазами. Мы поголовно знаем всех жителей в посёлке. В том числе и Юргу, у которого в доме через щели пола лишайник пробивается. И если его безграмотная дочь Ого почти ханша, то я тогда господь бог. Умывайся, – повернул он Артура к рукомойнику. – И вперёд навстречу ветру. Как, только Енисей полностью освободится от льда, поменяешь дислокацию вместе с Анютой. Поедете ближе к югу в Хибарку, займётесь там покраской комнат. Позже к вам приедет Гриша, – дизель будет запускать. Так, что даю тебе мудрый совет. Не доставай Пушицу своим ядовитым гонором иначе она тебя бросит там комарам на съедение. Мы здесь тоже не задержимся. Следом за вами приедем, как только завершим все дела здесь.

Не знали тогда никто, что слова Маркина окажутся пророческими, Артур нарушит все заповеди суровой природы Крайнего Севера. И закончит в Хибарке свой короткий жизненный путь.

Не ешь бананы, Артурчик

Ледоход на Енисее, это удивительное зрелище, и за ним наблюдают не только те, кто живёт на берегах самой полноводной реки России, но и те, у кого дома стоят в глухих уголках Красноярского края, а также нагрянувшие на берега Енисея туристы. Этот процесс природы, напоминал сибирякам, что наступило лето и ждут его жители Восточной Сибири не меньше Северного сияния. Толстые льдины громадных размеров, которые были предварительно разрезаны острым носом ледокола, стремительно неслись по реке. Они прорывались, словно танки вперёд, взламывая и сокрушая на своём пути боле тонкие пласты льда. Если где – то создавались заторы то ненадолго. Мега – льдины с лёгкостью разрушали перед собой все препятствия и более тонкий ледяной покров. Тем самым, очищая для себя путь. В это время на реке стоит оглушительный треск, который наблюдавшие люди восхищённо воспринимали с оглушительным криком и свистом. Это зрелище неповторимое, такого ледохода не знает ни одна Российская река. Енисей могуч, – это Атлант среди всех рек России. Он знаменит не только благодаря своим судоходным притокам, как Ангара и Подкаменная Тунгуска, но и близким родством с самым холодным северным Карским морем, которое в октябре месяце, словно мороз – воевода при помощи бога Борея начинает дуть свои лютые морозы на низовья Енисея и планомерно сковывает реку толстыми льдами. Енисей очень сердит во время шторма и не сладко тому придётся, кто с пренебрежением относится к его нравам, выходя на лодке или катере в непогоду рыбачить в низовья реки. Зачастую эти беспечные люди на берег уже не возвращались. Их лодку или катер, может окутать гигантская волна, от которой нет спасения. Это не волна а мини – цунами, так называют её прибрежные жители и спасательный круг с жилетом перед этой волной бессильны. Эта волна не теплых морей, а сурового, не любящего шуток Енисея, где вода даже в летнее время редко бывает выше нуля градусов. За считанные минуты происходит переохлаждение организма, и человек бесследно исчезает в пучине этих хмурых вод. Как только ледоход пройдёт так на следующий день река сразу оживает. Начинают сновать юркие катера и буксиры. Это значит, что морские ворота в порт Хибарку открыты. Из Карского моря появляются труженики – сухогрузы, чтобы до отказа загрузится российским экспортным лесом.

Анюта вместе с Артуром сошли на берег порта Хибарка с гидрографического судна, где их ждал уже открытый вездеход с водителем – башкиром по имени Ильдар.

Он должен был отвезти их в базовый лагерь, где по соседству с геологами находилась метеорологическая станция. Артур нёс всё ту же большую сумку, с которой первый раз появился в экспедиции и мешок, сшитый из стеклоткани, перевязанный скотчем.

Хибарка их встретила ясной и солнечной погодой. От большого скопления новых людей на улицах города настроение их заметно улучшилось. И к тому же они приехали в цивилизованный, хоть и небольшой, но город.

Попросив водителя вездехода, чтобы он вначале завёз их на рынок, они удобно устроились на потёртых сидениях. Рынок находился недалеко от порта. Анюта купила там свежей телятины и ранних овощей с зеленью, которые торгаши с первым теплоходом завозили с материка. Цены кусались, но после провианта тундры, который изрядно опостылел за время нахождения в тех широтах, хотелось отведать чего – то экзотического. Артур сразу купил три вязанки бананов и килограмм клубники. Сложив все покупки в машину, и пройдя через дорогу мимо отделения милиции и почты, они оказались в гастрономе. Анюта подошла к хлебному отделу и когда стала рассчитываться за хлеб и баранки, то увидала, как Артур засовывает в карманы штормовки две бутылки водки. Под мышкой у него были зажаты три блока сигарет «Честерфильд».

– Артур мне почему – то думалось, что ты не употребляешь спиртное, – сказала она, когда они вышли из магазина.

– А я не для себя взял, а для угощения, – ответил он – тебя сегодня вечером угощу, а может ещё кого. Кто мне, конечно, понравится – добавил он и безобразно шмыгнул носом.

– Я пью Старку или калгановую настойку на спирту, – ответила Анюта, – и при мне всегда фляжка с этой целительной настойкой имеется.

Она взглянула на связку почерневших бананов, которую он как противотанковые гранаты держал в руке и спросила:

– Бананы тоже взял для угощения?

– Нет, бананы, я сам люблю, делиться не с кем не буду, разве, только тебе один выделю, но только не из уважения, а из – за деликатности.

– А не боишься? – спросила она.

– Не понял? – остановился он на дороге и с любопытством посмотрел на Анюту.

– А чего тут понимать, – бросила она ему на ходу, – бананы летом поглощать, значит притягивать к себе тучи комаров. Они любят приторные запахи этого плода.

– Сказки мне только не рассказывай, – с недоверием ухмыльнулся он, – эти насекомые, кроме крови и воды ни чего не чувствуют. С бананов они не потолстеют, – потому что эти кровососы не травоядные животные.

Он вдруг замялся и, протянув Анюте бананы, сказал:

– Подержи. Я ещё в аптеку сбегаю, витамины куплю и мази от комаров.

– Поступай, как хочешь, – отмахнулась она от него, – но все – таки поостерегись, их вечером есть.

Вездеход, напролом передвигался по лесной и неровной дороге не объезжая ухабы и кочки. И от такой езды геологов так подкидывало, что у Артура выскакивали бутылки из карманов.

– Ты куда спешишь? – крикнул он водителю.

– С метеостанции звонили в контору, просили мальчишку захватить с Кедрового озера. Он рыбачит там. Боюсь, уйдёт пешком, неудобно перед Симоновым будет. Тем более в лесу может и заплутать, а комарья в этом году, как никогда. Видимо, не видимо.

– Ильдар, а откуда у Симонова мальчишка взялся? – спросила Анюта у водителя.

– Племянник к нему из Минусинска приехал на каникулы. Рыбаком заядлым оказался. Я его туда и отвозил вчера.

– Он, что один там? – спросила Анюта.

– Один, да он уже самостоятельный. На повара учится, зовут Владом. Кого ему боятся. Там балок Симонова стоит. Он хоть и на полозьях, но добротнее любого дома. Есть, где схорониться от непогоды и комаров. А лихие люди в этих местах не появляются. Они до осетра и сига охочи, а эта порода рыб плавает только в Енисее. И не зима сейчас, чего бояться, и карабин при нём. А с ружьишком он обращается вполне грамотно. Видно сразу, что он человек таёжный.

– А чего озеро Кедровым назвали? – спросил Артур, – неужели здесь кедр растёт.

– Стлаником кедровым это озеро окружено, вот так и назвали, – объяснила Анюта, – а озер здесь много. Именно это озеро находится в двенадцати километрах от нашего лагеря. Оно хоть и не самое ближнее, но рыбы в нём больше чем в других озёрах. Там водится ленок, щука и разная – мелочь.

– Мне до фонаря, что там водится, – с безразличием ответил Артур, – я рыбу ловлю только в магазинах. Не рыбак я Анюта. Понимаешь?

– Ты Артур вообще для меня непонятная личность, – вначале думала слепой крот или снежный человек? Сразу не поймёшь. – иронизировала Анюта. – Сейчас могу точно сказать, что ты не рыбак, не студент и уж совсем не геолог. Так себе. Просто мальчик с видеокамерой. Под репортера косишь.

– Я студент, – обиженно сказал он, – только в настоящее время нахожусь в академическом отпуске. А репортёром я обязательно буду и наверняка известным. Ты ещё услышишь обо мне. За праздник будешь считать общение со мной! Но я у тебя интервью брать никогда не буду, потому что ты старая почтовая погашенная марка Советского Союза. А это сейчас не актуально, спросом не пользуется, не смотря, что ты и миленькая.

Артур с умилением покосился на Анюту но, встретившись с жёстким женским взглядом, сразу отвёл свои глаза в сторону.

– Хорошо, хоть эту черту во мне оценил, – промолвила она отвлечённо, и не убирая от него своего пристального взгляда, выразила своё возмущение:

– Сомневаюсь я, что из тебя, что – то путное может получиться. Я периодически ежедневно обращала на тебя внимание, и не было дня, чтобы ты хоть раз не уткнулся своёй высокомерной физиономией в снег. Ноги у тебя слабые, а про мозги я пока промолчу.

Её слова ему ужасно не понравились и он, выпучив глаза, от злости брызгая слюной, вдруг неожиданно не своим голосом истерически закричал:

– Ты сучка пегая совсем голову отморозила в тундре. Я больше твои подковырки терпеть, не буду. Ещё раз залезешь в мой адрес, утоплю в первом гнилом и тухлом озере, которое попадётся на нашем пути.

– Попридержи свой грязный язык заморыш или сегодня же улетишь к своему папаше. Я твой пошлый уличный сленг терпеть, тоже не намерена. И попробуй только хоть на минуту отлучится от меня. Я имею чёткие указания от руководства: в случае твоего неповиновения без разговоров звонить твоему папаше. И номер телефона его у меня вот здесь лежит, – показала она записную книжку, обернутую в целлофановый пакет.

Он сразу насупился и приумолк.

В это время Ильдар остановил машину и, покачивая головой, вышел из машины, не объяснив своим пассажирам, куда он направился.

– Вернулся он с рюкзаком за плечами. Следом за ним шёл низкорослый юноша. На вид пареньку было лет шестнадцать, не больше. Он нёс в одной руке охотничий карабин, а в другой руке рыболовецкие снасти. На голове у него была нахлобучена серая панама, а на ногах рыбацкие резиновые сапоги, называвшие у рыбаков броднями. Сапоги эти закрывали всю нижнюю часть его тела, и мешали нормально передвигаться. Когда они подошли ближе к машине Анюта, шутя, обратилась к мальчику:

– Зачем ты Влад свой улов в сапогах спрятал, неужели не хочешь с нами поделиться?

Влад поняв юмор девушки, добродушно улыбнулся и, поздоровавшись с незнакомыми людьми, помог снять Ильдару с плеч рюкзак. Затем за хвост вытащил из него крупную щуку и протянул её Анюте.

– Что ты Влад, – замахала она, смущенно руками, – вези всю рыбу на станцию. Я пошутила.

– А я не шучу, – продолжал улыбаться он.

– Бери дура, – толкнул Анюту в бок Артур, – пожарим на базе сейчас.

Она сделала вид, что не услышала обидных слов Артура. Открыв дверь вездехода и, выйдя из машины, двумя руками приняла щуку, и как бы оценивая вес рыбы, подняла её вверх несколько раз. В это время её руки незаметно подобрались к голове щуки. Когда она почувствовала, что крепко держит рыбу, изловчившись изо всей силы, ударила ей по лицу Артура, сидевшего в автомобиле, и бросила ему щуку на колени.

– Ты, что совсем ненормальная? – отпрянул он от Анюты, приложив ладонь, к покрасневшей половине лица. – Я тебе, что Чеховский Ванька Жуков или тёрка для ликвидации рыбьей чешуи.

Анюта с острасткой взглянула на Артура давая понять, что с ней связываться небезопасно для здоровья:

– Я тебя скоро уничтожу, если услышу в свой адрес непозволительную лексику, – сказала она и, отодвинув его рукой к противоположной дверке автомобиля села в салон. Потом вдруг на неё накатил неудержимый смех. Когда приступ смеха у неё прошёл, она добавила:

– Похвально Артурчик, что ты Чехова знаешь, а я уж подумала, что ты кроме Буратино ничего не прочитал за свою жизнь.

Артур сидел, насупившись, и на её колкую фразу ответа не дал. До конечного пункта они ехали молча, не проронив ни одного слова. Только Влад рассказывал Ильдару о своей удачной рыбалке.

Когда они приехали до места, Ильдар вначале завёз на станцию Влада, а затем геологов. Метеостанция от лагеря была разделена несколькими колючими струнами проволоки, и обзор с одного объекта на другой был превосходный. Разница была только одна, станцию тщательно охраняли, а в лагере геологов в штате даже сторожа не было, но за ним присматривал порой Ильдар.

Лагерь состоял из двух бревенчатых бараков, небольшой столовой и выложенной из красного кирпича моторной станции, где стоял дизель для подачи электроэнергии. Около узкой речки, которая протекала за колючкой, находилась баня, сколоченная из толстого бруса.

Ильдар помог донести им вещи и продукты до барака, не забыв прихватить брошенную на пол вездехода щуку.

– Держи эту барракуду, – торжественно он передал рыбу Артуру, – отомсти ей за своё лицо, поджарь её повкуснее, да не забудь Анюту угостить, это вас примирит.

– А я на неё не в обиде, – сказал Артур, насупившись, не смотря в сторону Анюты.

Анюта положила свою ношу на длинный стол, обитый клеёнкой, и прошлась по неуютной полупустой комнате. Затем ногой сковырнула от пола несколько пластов облупившейся краски и, посмотрев на Артура, сказала:

– Вот это нам нужно с тобой ободрать и валиком наложить свежую краску. И необходимо косметический ремонт сделать во всех жилых помещениях и столовой. Нам здесь три месяца придётся жить.

– А краска и валики есть? – спросил Артур.

– Всё здесь есть, – ответил Ильдар, – я два дня назад завёз. В столовой оставил ключи от всех дверей. Анюта знает, где они хранятся. А я завтра утром к вам приеду, помогу. За неделю думаю, управимся, – сказал он и покинул лагерь

– Я думал он с нами останется, – сказал Артур, – показав на выехавшую машину из ворот лагеря.

– Зачем ему здесь оставаться, – у него дом в городе и семья. А вообще – то он человек нашей экспедиции. Персональный водитель и присматривает за этой базой, когда она пустует, – уточнила она.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Поделиться ссылкой на выделенное