Владимир Жариков.

Амулет Золотого Льва



скачать книгу бесплатно

Я решил расспросить Лешека, что это за Алмазная Долина, куда мы держим путь, и кто тот человек, который по правилам навязанной мне игры должен вызывать в душах идолопоклоннический страх или даже суеверный панический ужас.

– А скажи-ка, Лешек, кто такой этот Бэдбэар?

– Великий Волшебник, Маг и Чародей, Властелин ночи, Повелитель Алмазной долины, – как хорошо заученный урок протараторил Лешек.

– Это я уже слышал. А поконкретнее?

– Он, типа, прилетел на огненном шаре. Он, как бы, всемогущ, посланник бога. И теперь стал ета, повелителем.

– А что за Алмазная Долина? Там что, алмазы добывают.

– Не, не добывают, их там как бы хранят. В подвалах.

– Народ хранит?

– Не, не народ. Великий Волшебник, Маг и Чародей… (и так далее).

Из путаных объяснений Лешека я понял, что Бэдбэар – это большой мудрец, вокруг которого околачиваются ученые мужи, колдуны и звездочеты. Он основал университет магов и чародеев, и теперь только дипломированные выпускники имеют право получить престижную практику. А так, без диплома, сгниешь в глухомани, вроде той, из которой мы вышли пару часов назад.

– Чего ж ты бабке-то противился, идти не хотел?

– А чего она! Не люблю, когда понукают, типа, дураком обзывают. И как с малолеткой какой! Гордость-то надо иметь, вы как думаете, Иван Андреевич?

– Я думаю, Лешек, называй-ка меня просто Ваня. И давай на «ты».

– О'кей. Только я буду звать тебя Андреич.

– Ну и прекрасно. Не люблю церемоний, тем более что я не на много старше тебя. Кстати, сколько тебе лет?

– Двести два,– он посмотрел на меня открытым ангельским взглядом и, заметив мое недоумение, быстро добавил: – Скоро будет двести три! А что?

– Гхым-м! – вырвалось у меня при виде его, прямо так скажем, юношеского лица. – Да нет, ничего… На вид я бы дал тебе двести один.

Так что, это я должен был с уважением относиться к такому почтенному долгожителю. Мне в тот год было всего двадцать восемь.

– А Баба-яга, она как, на службе или уже на пенсии? – продолжал я расспрашивать Лешека. – Или натуральным хозяйством живет?

– Да она, как бы, сама по себе…

Из долгого и путаного рассказа я выяснил, что прошлое Бабы-яги было темным и, прямо скажем, криминальным. Она спекулировала самопальным приворотным зельем и живой водой, привозимой контрабандой из Заморского Королевства, занималась также киднеппингом, для чего держала стадо дрессированных гусей. Опаивала дурманом заезжих путников, обчищала их до нитки и отвозила на избе в глухомань, там и бросала волкам на съедение, а то и съедала сама. Промышляла ворожбой и гаданием, это вроде как считалось ее основной легальной деятельностью.

Однажды царь, за вельми серьезную услугу, отвалил ей полмешка золота и освободил от уплаты налогов на триста лет. И долгие годы текли спокойно и безмятежно, пока правителем не стал этот Бэдбэар. Он обложил непомерной данью всех колдунов и магов, ведьм и гадалок, леших и домовых, землевладельцев, крестьян и простолюдинов.

Пустил в обращение новую монету, веля платить дань только ею. Близлежащие города и деревни очень быстро обнищали, киднеппинг перестал быть привлекательным бизнесом, ибо перевелись богатые родители, готовые отвалить за свое чадо солидный выкуп. За предсказаниями мало кто стал обращаться, все и так знали, что всё очень плохо, а будет еще хуже, да и путники стали обходить их лес стороной. Подаренное царем золото тоже не нескончаемо (за триста лет-то!), а тут снова налоги. Тогда бабка заколдовала лес, и вот уже много лет они живут в затворничестве и уединении. Только им двоим известно, как войти и выйти из заколдованного круга. А ежели кто чужой захочет к ним попасть, будет кружить и возвращаться снова на одно и то же место.

– А Змей Горыныч как пролетел?

– Так он же по воздуху! Да и Кощей его послал. А Кощей, он в магии как бы разбирается.

– А изба? Гуляет где хочет, на нее колдовство не действует? Я имею в виду, мы с моими друзьями как сюда-то попали?

– Без понятия. Кто знает, где они, врата эти. Может, она как бы за круг-то и не выходила…

– Ты знаешь, Лешек, а еще у меня такое чувство, что не так он и хорош, этот ваш Бэдбэар. Власть узурпировал, налоги поднял, да еще и валюту новую выдумал…

– Тс-ч-щ! – зашипел Лешек, – Ты чё, Андреич! Беду накликаешь. Он Великий Волшебник, Маг и Чародей, Повелитель Ночи, Властелин Алмазной долины! Все, что он делает – как бы на благо людей и нелюдей, для свободы и народовластия.

Тем временем дорога сужалась, лес подступал все ближе, кое-где маленькие деревца росли прямо посреди едва различимой колеи, по обочинам в зарослях крапивы и лопухов виднелись кости, некоторые очень напоминали человеческие. Мы перестали разговаривать, становилось жутко, и возникало огромное желание повернуть обратно. Когда это желание стало совсем нестерпимым, из чащи прямо на нас вышел огромный волчара.

Признаться честно, никогда в жизни не встречался нос к носу с диким зверем. Особенно с таким – волчище был размером с крупного сенбернара. Оружия у меня при себе не было, ни ружья, ни пистолета, ни ножа. Даже консервный ножик и стропорез покоились где-то на дне рюкзака. Так что вся надежда на Лешека. Он, как лесной человек, может, сумеет с ним договориться.

Волк шумно втянул ноздрями воздух, пристально поглядел на нас, вздыбил холку и стал медленно приближаться, издавая тихое, но грозное утробное рычание.

– Не… не надо, волчек, фу, не надо… – залепетал Лешек, прячась за мою спину.

– Прекрасно! Чудесно! – заговорил вдруг волк на чистейшем русском языке. – Молодец на обед, а… другой молодец – на ужин. Раз уж коней вы где-то спрятали!

– М-мы к-коней не не п-рятали… у -у нас их нет! – заверил я серого хищника, раз уж представилась возможность вести диалог.

– Все так говорят! Хотя это совершенно не меняет дело – вас-то я все равно съем!

Ну и дурак же я! Надо было ему наврать, что кони спрятаны в лесу, километрах в пяти отсюда. Пусть идет искать, а мы сами, тем временем, успеем дать деру. Впрочем, он мог не поддаться на провокацию и все равно начать трапезу с нас.

– Вы наверно голодны, – как можно участливее произнес я, решив несколько по-иному повлиять на тоскливую ситуацию. – Может не надо нас есть, пообедаем вместе, чем Бог послал?

Я поспешно скинул рюкзак, непослушными пальцами с трудом развязал узел и первое, что я нащупал, оказался батон копченой колбасы из нашей походной раскладки. Колбаса мгновенно исчезла в волчьей пасти, проглотил он ее, кажется, не жуя.

– Вкусно! А еще есть?

– Паштет есть, – ответил я.

– Давай!

Я открыл банку паштета и вывалил в миску. Волчара слизнул его в один миг. Потом он съел две банки говяжьей тушенки и, кажется, немного насытился. Таким образом, я облегчил свою поклажу и нашу участь, отсрочив момент съедения нас самих.

– Так у вас и вправду нет коней? – спросил волк уже немного дружелюбнее.

Мы с Лешеком покрутили головами.

– Жаль. А тогда какого рожна вы сюда поперлись?

– Мы ищем дорогу в Алмазную Долину.

– Зря вы сюда пошли. Там, впереди, тупик. То есть дремучий лес до самого Синя моря. Это дорога для дураков. Почему-то на перекрестке все всадники выбирают именно эту дорогу. Ну не жаль им своих коней, вот и едут под знак. Вы знак-то видели?

– Ага!

Действительно, сразу за перекрестком висел дорожный знак, круглый, с красным ободком и черным силуэтом всадника, перечеркнутым костью.

– А моя задача – отбирать коней и отправлять их в штрафной табун. Если владелец не заплатит штраф и не предъявит права на своего скакуна, лошадь переходит в собственность государства. Пока еще прав никто не предъявлял.

– Почему?

– Потому, что всадников я съедаю!!!

Похоже, мы с Лешеком были близки к состоянию обморока. По крайней мере, я очнулся от того, что кто-то хлопал меня по щекам. Это был седеющий крупный мужчина, лет тридцати пяти, одетый в форму французских кирасир времен Наполеона.

– До чего же нервный народ пошел! – возмущался мужик. – Да пошутил я. Не питаюсь я человечиной, я вообще почти вегетарианец! Поняли, нет?

Вдвоем с кирасиром мы привели в чувство Лешека. У меня в походной аптечке был нашатырь, а мужик старательно лупил его по щекам своими волосатыми ручищами.

– Разрешите представиться, – сказал мужик, когда мы с Лешеком обрели способность обмениваться информацией. – Оборотнев Вольфганг Вульфович, старший инспектор. Для друзей – просто Вольф.

Он протянул нам по очереди волосатую ручищу.

– Итак, что же занесло двух благородных донов в мою глухомань?

– Мы ищем дорогу в Алмазную Долину.

– Ах, ну да, это я уже спрашивал. А зачем?

– Повидаться с Бэдбэаром. Я хочу просить его устроить мне рандеву с Кощеем.

– А я – поступить в университет, набраться, как бы, ума, получить, типа, диплом, короче, зашибить клевую практику, – добавил Лешек.

– А зачем вам, сударь, Кощей? – обратился ко мне кирасир.

– Этот подонок похитил моих друзей. Я должен их выручить. Но добраться до Кощея, как выяснилось, можно только при участии этого самого Бэдбэара.

– Знаете что, ребята, а ведь я давно мечтал побывать в Алмазной Долине…

– И составите нам компанию, – закончил я его фразу.

Внутренне я усмехнулся. Все-таки сценарист этого шоу, хоть и мастер своего дела, но несколько обделен фантазией. Я постоянно угадываю ход его мыслей.

– А почему бы нет? – Вольф обвел нас веселым взглядом.

– А служба? А начальство?

– Да ну его к лешему!

– Это уж на фиг! – возмутился Лешек. – Мне и без вашего начальства не дует!

– Простите, сударь. Я фигурально.

– И какова же будет цель вашего вояжа? – поинтересовался я.

– Понимаете, по жизни я жесток, алчен, вспыльчив, бессердечен и ни разу в жизни меня не тронул огонь любви. Я знал немало женщин и волчиц, имел много секса, но любовь… К сожалению, меня обошла чаша сия. Я бы хотел закончить свой жизненный путь в какой-нибудь одной ипостаси, обзавестись семьей, детишками, нежно любить их мать, спокойно встретить старость и без угрызений совести предстать перед Господом. Мне может помочь в этом только хороший волшебник, маг или чародей – исправить мой характер. Я стану добрым, терпимым и любвеобильным…

– Для семьянина любвеобильность – не такое уж и положительное качество, – заметил я.

Да, пьеска становится всё забавнее. И человек, придумавший этакое захватывающее приключение для экскурсантов, – мастер своего дела, хотя и плагиатор. Мог бы придумать что-нибудь пооригинальнее волшебника Изумрудного города и дороги из желтого кирпича…

Итак, моими попутчиками стали простоватый леший, мечтающий о мозгах (то есть об образовании) и бессердечный злой оборотень. Мне достается роль девочки Элли. В нашей компании не хватает только трусливого льва. И еще у меня нет собачки, но это, может, не имеет особого значения. Жаль, что я случайный участник этого реалити-шоу. Чувствуешь себя все равно как безбилетным пассажиром. Или человеком, присвоившим чужое имя. Интересно, моим друзьям тоже достались роли со словами, или они томятся в каком-нибудь холодном сыром подземелье? И как там Катька, не обижают ли?

Мои размышления прервал путеводный камень. Мы снова дошли до перекрестка. Почесав репу, мы пришли к единодушному мнению (правда, инициатива принадлежала вашему покорному слуге), что другие направления, кроме как «назад», нам не подходят. Напомню, что надпись на камне гласила: «Назад пойдешь – молодость вернешь». Вольф был в восторге оттого, что сможет стать моложе, а мы с Лешеком рассудили, что особой выгоды это направление нам не принесет, но и большой опасности тоже.

Мы бодро зашагали по хорошо утоптанной дороге, вели неторопливую беседу, наслаждались прекрасной погодой, лесными запахами и звуками. Немного досаждали комары, да оводы, но тут уж ничего не поделаешь…

Одно мне казалось странным. По некоторым приметам, например, отпечаткам следов, верстовым столбам, дорожным указателям, заломанным или пригнутым веткам и так далее, у меня складывалось впечатление, что мы идем по дороге с односторонним движением, причем в обратную сторону. Мы шли уже больше часа. Взглянув на Лешека повнимательнее, я обнаружил, что его и так довольно юное лицо стало словно еще моложе, на нем даже появились подростковые прыщи. Он тоже с удивлением посмотрел на меня. Я машинально ощупал свой подбородок. Оказывается, на моей физиономии пропала трехнедельная небритость. А Вольф, обернувшись волком, носился из стороны в сторону, обнюхивая все уголки, как восьмимесячный щенок-подросток. Забегал вперед, снова возвращался и поторапливал нас возгласами:

– Ну, что же вы! Айда! Айда!

– Стоп! – крикнул я.

Пожалуй, мы слишком быстро молодеем. Скоро для передвижения нам потребуется детская коляска. Только вот беда – катить ее будет некому.

– Полный назад! – я повернулся и зашагал обратно.

– Ты куда? Ведь там так здорово! – попытались остановить меня мои спутники.

– Не забывайте о цели нашей экспедиции. Боюсь, эта дорога нам тоже не подходит. Взгляните на себя, на кого вы похожи! Зеркало дать?

Зеркало-зеркало. Черт! Зеркало, зеркалка, камера-зеркалка… По ассоциации, я вдруг вспомнил про видеокамеру. А ведь во всей этой суете, нервотрепке и неразберихе я совершенно про нее позабыл. Но абсолютно точно помнил, что сунул ее в рюкзак, когда укладывал вещи в бабкиной избе. Думается, надо продолжить съемку видеофильма, тем более, что со мной произошло такое вот нештатное приключение, да и ребятам будет интересно на все это взглянуть.

– Что за аппарат? – спросил Лешек.

Я протянул ему камеру. Он осмотрел ее со всех сторон, даже понюхал, и, возвращая мне, тоном эксперта-профессионала произнес:

– Понятно. Типа яблочко по блюдечку.

И вот мы снова на злополучном перекрестке. Должен признаться, он уже начинал меня раздражать.

– Господа, мне вас жаль! – заявил Вольф. – Вот же, русским по белому, то есть, черным по серому написано: «Богатым станешь». А богатство, это что? Это не только золото. Разыскать пропавших друзей, это разве не то же, что и найти богатство? В фигуральном смысле. А диплом получить? Тоже богатство. И доброту, желание любить обрести в себе – и это богатство. Душевное. И вообще, даже не в переносном, а в прямом смысле, в Алмазной долине все живут в роскоши и богатстве. Нам туда!

– Не уверен… – возразил Лешек.

– Кажется этот Бэдбэар… – начал я.

– Великий Волшебник, Маг и Чародей, Властелин ночи, Повелитель Алмазной долины, – хором подхватили мои спутники.

– …не так давно в ваших краях?

– Лет, наверно… Да кто его знает, в общем, сравнительно недавно.

– А камню невесть сколько веков! Тысяча лет, не меньше. Может эта Алмазная Долина и появилась там, где раньше ничего не было, а теперь там всё, и богатство тоже, – это рассуждение мне и самому показалось логичным и убедительным. – Потому и надпись переделана.

Мы отправились исследовать третье направление. Буквально через пятьсот метров лес стал практически непроходимым, и мы услышали свист.

– Ну что, за богатством пожаловали?! – раздался грубоватый и слегка шепелявый голос человека, у которого во рту было явно не тридцать два зуба, а гораздо меньше, может, на порядок.

Я почувствовал, что мне в грудь уперлось что-то твердое, а передо мной, словно из-под земли, вырос огромный детина бомжеватой внешности и явно уголовной принадлежности. В руке он держал здоровенный антикварный пистолет с раструбом, дуло которого и упиралось мне в грудь.

– Только богаче-то не вы станете, а мы! – произнес детина. – А ну, вываливай все, что есть, коли жить охота!

Ну конечно, как же я сразу не догадался! Без нападения разбойников разве хоть один приключенческий сюжет обходится? И сценарист, конечно, об этом знал и обставил сей акт изысканно и утонченно. А если… Если все это не по сценарию, а на самом деле? На всякий случай надо оценить обстановку. Расклад сил, прямо скажем, не в нашу пользу. Шагах в десяти позади главаря стояли еще шесть головорезов. Они сверлили нас недобрыми глазами и поигрывали дубинками (бейсбольные биты отдыхают) и огромными кривыми тесаками. Лешек юркнул за мою спину, Вольф вообще куда-то пропал. Может, он с ними, с разбойниками, на лапу играет и специально затащил нас сюда? Во всяком случае, чтобы иметь возможность что-либо предпринять, я решил потянуть время.

– Так это что же, – спросил я, – грабеж?

– Да, грабеж! Разбойное нападение! А ну выкладывай долбоны, ендрики, чего есть. Рубли тоже годятся, – главарь сильнее надавил мне на грудь пистолетом.

Что ж, против грубой силы не попрешь. В заветном кармане у меня была припрятана стодолларовая банкнота, на черный день, так сказать. Может, этот черный день уже наступил? Я достал сто баксов и протянул разбойнику. Зеленая купюра подействовала на него как на быка красная тряпка, злодей рассвирепел:

– Что это за бумажка, черт тебя дери! Издеваешься, да? Русским языком было сказано – бабло гони!

Значит в этой глухомани американская валюта не в почете. А как насчет нашей? Я достал тысячерублевую банкноту и протянул злодею.

– Опять бумажка! Что это?

– Деньги. Тысяча рублей. Наших, российских…

– Тысяча рублей?! – разбойник расхохотался. – Ну, насмешил! Бумажка! Ха-ха! Тысяча рублей! Да целковые, они только червонного золота бывают! Да на тыщу целковых целое царство купить можно, да Сине-море в придачу!

– Может, он чужестранец? – сердобольно предположил кто-то из свиты. – Может, он нашего рубля никогда не видел? Или придуривается?

– Во! Смотри! – сказал главарь.

Он полез в карман, для чего ему потребовалось переложить пистолет из руки в руку. В момент перекладывания он, очевидно, случайно нажал на курок, грянул выстрел. Пуля вонзилась в землю в сантиметре от моей левой ступни. Я не проявил никаких эмоций, однако в душе моей испуг сменила радость. Ведь теперь пистолет разряжен. Насколько я разбираюсь в древнем оружии, заряжается эта машина через дуло: насыпается порох, заталкивается пыж, потом пуля. Всего один выстрел, на перезарядку требуется время. И это время работает на меня.

Главарь изрыгнул проклятие, но все-таки достал из кармана золотую монету:

– Во, гляди! Вот это рупь! Вот такой вот он бывает, рупь-то! А ну гони деньги, живо!

Разбойник был взбешен моим тугоумием и расстроен попусту истраченной пулей. Он решил выместить злобу на мне, дополнив словесное повеление крепкой оплеухой. И, надо сказать, сделал это напрасно. Я мужичок, вообще-то, тихий, можно даже сказать, незлобивый, но всякие там вольности, тем более рукоприкладство, никому не спускаю. На мне были добротные берцы с крепкой и очень твердой подошвой. И ежели носком этого ботинка да со всей дури – по голени противника, получается очень больно. Главарь ощутил на себе, насколько это больно. Он скорчился, выронив пистолет и монету, и схватился за ушибленную ногу. Я распрямил его ударом вышеупомянутого ботинка в челюсть. Разбойник охнул, сел на траву, некоторое время сидел, держась обеими руками за челюсть, потом обиженно произнес:

– Чё дересси-то? Да иссё ногами!..

Дикция его стала еще немого хуже. Дальнейшее происходило словно в замедленной киносъемке. Двое одношайников (а как еще назвать сотрудников по шайке?) бросились на помощь атаману. Лешек в это время делал какие-то пассы руками. Он поднял руки вверх, растопырил пальцы, согнул руки в локтях, соединил пальцы, словно хватая каждой рукой по щепотке соли и резко выпрямил руки вверх. То, что я увидел дальше просто отдавало сюрреализмом. Две осины нагнули свои кроны, сомкнули ветви, схватили этими ветвями как пальцами за шивороты ринувшихся в атаку разбойников и, распрямившись, подняли их вверх.

– Й-ес! – изрек Лешек, резко дернув согнутой в локте и сжатой в кулак рукой.

Одна из осин повторила это движение. Разбойник, висевший на ветках, судя по ругательствам и воплям, пережил непередаваемые ощущения. И тут появился волчище. Очень эффектный выход, ну просто собака Баскервилей. Грозный оскал, слюна из пасти, вздыбленная холка и инфразвуковое рычание, от которого задрожали осины с подвешенными на них разбойниками. Разорвав одежды, они шлепнулись на землю, и вся шайка, включая главаря, побросав оружие и котомки, со скоростью лучших спринтеров мира исчезла в чаще.

– Где ты был?! – укоризненно спросил я Вольфа, потирая саднившую скулу.

– Да понимаешь… – замялся волк, – поспешность, нужна только при ловле блох. Я так торопился обратиться волком, что забыл заклинание.

Однако у самого, в полном смысле слова, рыльце было в пуху. Видимо, став волком, он успел полакомиться только что пойманной куропаткой. Когда я попытался указать ему на это, волк опустил глаза и, стряхивая лапой пух с морды, сказал:

– Да что вы, сударь, я вообще почти вегетарианец.

Мы решили забрать с собой трофеи. Мне очень понравился древний пистолет с раструбом. За него любой антиквар отвалил бы весьма приличную сумму, но я лучше, как только вернусь домой, повешу его в изголовье над кроватью, как сувенир. Дубинки мы подбирать не стали – этого добра в лесу хватает. Взяли разбойничьи котомки, тесаки и покинули место инцидента.

И опять этот распроклятый перекресток. Солнце клонится к закату, целый день потерян в бессмысленном шатании – мы ни на шаг не приблизились к искомой цели. Нам осталась только одна дорога. К смерти!

– Мужики, а чего мы боимся? – меня вдруг осенила совершенно бредовая (а может гениальная) идея. – Ведь все мы когда-нибудь помрем. Это же продолжение той дороги, которая вывела нас из детства. Это – дорога жизни, а жизнь, как известно, заканчивается смертью!

– Верно, друзья мои, – поддержал меня Вольф. – Вперед!

Лешек промолчал и, тяжко вздохнув, нехотя последовал за нами.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11