Владимир Гомельский.

Легендарный финал 1972 года. СССР и США



скачать книгу бесплатно


Я бы хотел обратить ваше внимание и на еще одну составную часть работы тренера. Начиная с декабря 1970 года, когда тренером сборной был назначен великий Кондрашин, восстановилось то, что было до 1965 года: тренер одной из сильнейших клубных команд (в данном случае – ленинградского «Спартака») одновременно являлся тренером сборной. Таким образом, у тренера появлялось гораздо больше возможностей создать для себя представление, как выглядит в деле тот или иной кандидат в сборную СССР. Это очень важный момент в работе тренера сборной: знать, на что способен кандидат, какие у него сильнейшие стороны в игре, какие – слабейшие.


Попадание в сборную СССР Александра Болошева было основано именно на этих качествах: играя сначала за волгоградское, а потом за московское «Динамо», Александр в играх чемпионата СССР показывал невероятно высокий тактический уровень, пусть даже обе его команды не являлись претендентами на золотые медали. Болошев был лучшим высокорослым пасующим в советском баскетболе тех лет. Не взять его в сборную СССР было бы просто преступно! Он мог в определенные моменты продемонстрировать на площадке свои лучшие качества. Его умение отдать голевую передачу центровым – сам Болошев играл на позиции тяжелого форварда – очень сильно разнообразило игру команды. Именно поэтому он и был приглашен, хотя особой результативностью или активностью в борьбе за отскок на чужом щите никогда в жизни не выделялся.


Каждое индивидуальное задание для игрока сборной расписывалось очень подробно. Эти индивидуальные задания – например, поднять прыгучесть на 2–3 сантиметра или на метр увеличить полезный радиус броска – рассылались по клубам, причем ответственность за выполнение подобных заданий лежала не только на самом игроке, но и на клубном тренере.


Трехочковых тогда не было, однако игроки, обладавшие хорошим дальним броском, все равно очень ценились. Все-таки баскетбол тогда был несколько другой, команды начинали активно защищаться где-то в 5–5,5 метра от своего кольца. Так что если человек стабильно бросал с 6–6,5 метра, то у него имелось дополнительное время, чтобы подготовить такой бросок и забить. За это и ценились и Сергей Белов, и Владимир Арзамасков, и Александр Сальников: они били до того, как защита успевала к ним подходить.


Хочу похвастаться: один из этих индивидуальных планов у меня сохранился. После того как родители развелись, папа почему-то забрал не все бумаги, и у меня остался план подготовки на олимпийский цикл Зураба Саканделидзе. Я его наизусть выучил, ведь сам был разыгрывающим защитником, и мне очень хотелось соответствовать этому плану. Правда, никогда не получалось.


В 1975 году часть бумаг перекочевала уже в мой архив, и я им пользовался – особенно тогда, когда планировал свои тренерские действия, а тренером я работал с 1977-го по 1985 год. Наиболее интересно мне было сравнивать модельные показатели команд, которые тренировал я, и сборной СССР того периода. Уверяю вас, что по большинству показателей мои команды, несмотря на то, что прошло практически 10 лет, не могли достичь того уровня, который планировался в сборной СССР.


Например, по ОФП.

Я уже говорил, что 20 метров с ходу надо было пробежать за 2,2 секунды. У меня таких защитников в команде было всего двое. А если мы берем «тест Купера» (гладкий 12-минутный бег по 400-метровому легкоатлетическому кругу), то для «пятерки» за него нужно было пробежать 2800–3000 метров. Откровенно скажу, что баскетболисты ростом два метра и больше практически никогда на «пятерку» не бежали – тут бы на «четверку» выступить, пробежав 2500–2800 метров. Многие защитники, особенно с переизбытком мышечной массы, и в такой норматив укладывались крайне редко.


Или возьмем технико-тактические действия для разыгрывающего защитника. За 20 минут закладывалось 5–6 результативных передач – для такого действительно нужно было быть Едешко или Саканделидзе! В 20-минутный период времени влезает 40 атак, и за такое число атак отдать 5–6 передач нелегко. Здесь нужно иметь не только великолепную технику, но и чутье на партнера: не просто видеть открытого игрока, а чувствовать, что сейчас он пойдет в нужную точку и не будет закрыт защитой, и отдать ему передачу. Это очень сложно!


За те же 20 минут разыгрывающий должен был совершать 7–8 бросков по кольцу. И ведь также был модельный показатель по реализации таких бросков! Тут нужно понимать, что разыгрывающий защитник находится на острие быстрого прорыва, а потому из этих 7–8 бросков как минимум три, а то и четыре – это броски из-под кольца, остальное – броски с дистанции. Раз половина из-под кольца – то есть тех, что игрок должен забивать с закрытыми глазами, – то планировался очень высокий показатель: 52–55 %. И вот до этого показателя, поверьте мне, и через 10 лет, и через 20, и даже сейчас добираются в каждой игре очень немногие разыгрывающие.


Также задавалась планка в 1–2 перехвата. Здесь я бы уже связал этот показатель с показателями по общей и специальной физической подготовке. Чем быстрее игрок и чем выше у него стартовая скорость и реакция, тем больше шансов, что он сумеет перехватить мяч, что передача, адресованная противнику, будет им перехвачена. Успех также зависит от того, насколько человек тактически грамотный, обладает ли он даром предвидения, чтобы оказаться именно в той области площадки, где эта передача пойдет и будет удобна для перехвата.


Не могу не вспомнить игрока сборной СССР, настоящего мастера перехвата Станислава Еремина. Он проявил себя ярче всех в этом компоненте за всю историю баскетбола в нашей стране. Кандидатом на участие в Олимпиаде в Мюнхене он не являлся, так как был 1951 года рождения: Еремин попал в сборную через цикл – после Олимпиады-76. Но то, как Станислав на тренировках готовил себя… Скорость – фантастическая от природы, но он продолжал над ней работать, реакция уникальная – лучше, чем у многих хоккейных вратарей. А тактическое мышление, умение предвидеть развитие ситуации… Когда разыгрывающий с мячом в руках руководит атакой – это один дар, когда защищается – совсем иной. При этом Бог не дал Еремину роста, при котором он чувствовал бы, что способен помешать броску высокого соперника, и поэтому было очень важно тактическое предвидение.


Многие игроки, в разные годы выступавшие за сборную СССР, обладали таким мышлением, и все-таки мне кажется, что Александр Белов и Станислав Еремин – самые яркие примеры того, как тактические грамотность и подготовленность позволяли им при игре в обороне думать не только за себя и опекаемого ими игрока, но и за своих партнеров, и за своих соперников.


Белов и Еремин предвидели, как будет развиваться атака соперника, и оказывались в нужное время в нужном месте раньше, чем туда приходил оппонент, чтобы завершить атаку. Это качество до сих пор вызывает у меня восхищение. Думаю, именно поэтому Александр Белов еще тогда, в самом раннем возрасте (за «Спартак» он дебютировал в 15 лет, а уже в 18 участвовал в играх за сборную и стал с ней чемпионом Европы 1969 года), выделялся нестандартным мышлением и даром предвидения. Его умение накрывать соперника – так же, как умение Станислава Еремина перехватывать передачи – шло не от того, что Белов был самым быстрым нападающим, а Еремин – самым быстрым разыгрывающим своего времени: просто они знали, где и когда занять позицию, когда именно выпрыгнуть, чтобы точно накрыть бросок.


Александр Белов ведь тоже был не единственным обладателем дара предвидения, но у него это проявлялось ярче, чем у остальных. Он очень много мячей подбирал на щите соперника за счет такого дара. Да и под своим щитом, даже когда Белов противостоял двум соперникам, то мячик забирал именно он. Невероятного таланта баскетболист!


Очень важный показатель, который впервые был включен в план подготовки сборной к Олимпиаде-72 – средняя продолжительность атаки. Напомню, по правилам баскетбола того времени ограничение на ведение атаки равнялось 30 секундам, а не нынешним 24. Для сборной СССР на цикл 1969–1972 средняя продолжительность атаки планировалась 17–19 секунд. По тем временам это был баскетбол очень высокого темпа. Игра в позиционном нападении проводилась на очень высокой скорости, что требовало от всех игроков команды очень хорошей технической подготовки: невозможно играть быстро, не владея скоростной техникой.


Забегая немножко вперед, скажу, что именно владение такой техникой практически всеми игроками, поехавшими в Мюнхен в 1972 году, позволило почти весь финальный матч и весь олимпийский турнир в целом играть в очень высоком темпе, что для соперников нашей сборной было крайне неудобно. Уставали, выдыхались! Единственная команда, которая сумела такой темп выдержать – наш соперник по финальному матчу, сборная США. Я еще расскажу далее в этой книге, как американцы готовились к этим Олимпийским играм под руководством Хэнка Айбы.


Кстати говоря, уменьшение средней продолжительности атаки означает еще одну вещь: у сборной СССР увеличивалось количество атак. То есть росла результативность в связи с тем, что сборная атаковала быстрее, чем соперник. Конечно, невозможно атаковать больше, чем соперник, ведь после забитого мяча или потери мяч переходит к противнику. Но заставляя играть его активнее, сборная СССР и чаще, и больше, чем прежде, атаковала кольцо соперника. Это очень важный момент, на который обратили внимание все специалисты-аналитики, оценивавшие Олимпийские игры 1972 года: они выделяли сборную СССР как игравшую быстрее и интереснее всех в атаке.


ДЛЯ СБОРНОЙ СССР НА ЦИКЛ 1969–1972 СРЕДНЯЯ ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТЬ АТАКИ ПЛАНИРОВАЛАСЬ 17–19 СЕКУНД


В то же время сборная США готовила себя к защите и гораздо интереснее и агрессивнее всех своих соперников играла в обороне. Это одна из ярких особенностей того олимпийского турнира, ведь обычно было наоборот: американцы быстрее, лучше и результативнее нападали, а советская сборная пыталась остановить команду США в очных матчах – и в 1960 году, и в 1964-м – агрессивной защитой и умелым сбиванием темпа. А тут команды поменялись местами, и в этом гениальная заслуга Владимира Петровича Кондрашина: он понял, что такое качество будет определять превосходство сборной СССР над своими основными оппонентами по каждому олимпийскому турниру, то есть над США.


Еще один момент, который я бы обязательно отметил в подготовке сборной СССР. Умный, талантливый тренер, хорошо представляющий силу своих игроков, не стал слишком многое менять в составе. С 1968-го по 1972 год на каждой из пяти позиций в сборной были попробованы многие игроки. Возьмем позицию разыгрывающего. На Олимпиаде-68 – Саканделидзе, Селихов, Крикун; на ЧМ-1970 – Саканделидзе, Застухов, Крикун. И вот здесь, будучи недовольным нестабильностью Анатолия Крикуна, его психологической неустойчивостью, Кондрашин волевым решением заменил его на Ивана Едешко. Может быть, Едешко действовал более авантюрно, но гораздо более неожиданно для соперника. И был намного устойчивее психологически. Таким образом, на позиции разыгрывающего на Олимпиаде был только один дебютант, и то уже к тому моменту обкатанный на чемпионате Европы 1971 года.


На позиции второго номера на Олимпиаде-68 играли Сергей Белов, Александр Травин, Прийт Томсон. В 1970-м на позиции атакующего защитника двое – Белов и Томсон. К Олимпиаде-72 Сергей Белов уже исполнял роль лидера – основного забивающего в сборной команде. И эту роль Кондрашин сохранил, понимая, что другого игрока с такой стабильностью и бойцовским характером в сборной просто нет.


Могу проводить сравнения и по позициям третьего, четвертого, пятого номеров, но хочу, однако, подчеркнуть мысль: смена поколений в сборной СССР по баскетболу того периода проводилась очень плавно и практически безболезненно. Хороший пример – позиция четвертых номеров, мощных форвардов. В 1968 году на ней играли Яак Липсо и Анатолий Поливода. В 1970-м – Липсо, Поливода, уже дебютировавший Александр Белов и Алжан Жармухамедов. И на Олимпиаде-72 тоже только один дебютант: поехал Александр Болошев.


Такой и должна быть преемственность. Не меняя костяка команды, вливая свежую кровь, причем предвидя возможность использования незнакомых для соперника игроков, Кондрашин проделал гениальную работу. Она не изменила настроя на победу, не отняла у команды характера победителя, но сделала ее гораздо более разнообразной, чем при Гомельском. И это была козырная карта на мюнхенских Играх.


Я еще буду подробно рассказывать о турнире, но пока отмечу, что помимо финального матча там были еще две непростые встречи, выигранные только после середины второго тайма. И в обоих этих матчах здорово сыграли дебютанты. То, на что рассчитывал Кондрашин, сыграло.


На чемпионате мира 1970 года в Любляне сборная СССР заняла третье место, уступив по ходу турнира и сборной Бразилии, и сборной США. И вот здесь уже Александра Яковлевича Гомельского освободили от обязанностей главного тренера сборной. Он и сам признавал свою ошибку в матче с Бразилией. Тренер был максимально уверен в победе, ведь с 1962 года наша сборная бразильцам не проигрывала. В Любляну Бразилия привезла команду, которую можно было охарактеризовать так: «В бой идут одни старики». Там была команда, хорошо известная с 1963 года, когда проводили чемпионат мира в Рио-де-Жанейро. Выдержать темп, в котором играла сборная СССР, бразильцы просто не могли. При этом через день нашей команде надо было играть с американцами, и Александр Яковлевич упорно наигрывал состав, который, с его точки зрения, был бы хорош именно во встрече против США. В итоге встреча с Бразилией была проиграна, и она стоила золотых медалей: было бы у СССР на одно поражение меньше, было бы и первое место.


Таким образом, произошли смена тренера и изменения в подготовке сборной СССР, которые привели к тому, что на Олимпиаде в Мюнхене наша команда впервые в истории стала олимпийским чемпионом.


Я много и часто разговаривал с папой по поводу допущенных ошибок. Он достаточно часто замыкался и не желал обсуждать свои ошибки по горячим следам – это особенность его характера. Однако уже после того, как самые болезненные ощущения прошли, он мог подробно жене и мне объяснить, в чем заблуждался и какие ошибки были допущены. И я с восхищением хочу сказать, что ошибки тренера Гомельского были учтены, хорошо проработаны и отлично исправлены тренером Кондрашиным. Абсолютно точно, что Владимир Петрович обратил внимание на эти ошибки и счастливо избежал их повторения во время олимпийского турнира 1972 года. Это еще раз подчеркивает Кондрашина как человека, занимающегося серьезным творческим анализом. Это не комплимент – это признание того, что была проделана титаническая и очень упорная работа, которая принесла результаты. Ведь единственный критерий, по которому можно судить, хороший тренер или плохой, это результат возглавляемой им команды. Результат команды Кондрашина с 1970-го по 1975 год – просто великолепный. Владимир Петрович выиграл большинство соревнований, в которых участвовала его команда.



В ЛЮБЛЯНУ БРАЗИЛИЯ ПРИВЕЗЛА КОМАНДУ, КОТОРУЮ МОЖНО БЫЛО ОХАРАКТЕРИЗОВАТЬ ТАК: «В БОЙ ИДУТ ОДНИ СТАРИКИ»


Итак, я повторяю. Кардинальных изменений в состав не вносил. Вернул Геннадия Вольнова в команду – причем не столько для улучшения игры, сколько для укрепления психологического климата. Два новичка – Едешко и Иван Дворный. Главное отличие – в тактике. С лета 1970 года до конца лета 1972 года она была перестроена – как в защите, так и в нападении. Во многом тактика определяется концепцией баскетбола, которую исповедует тренер, а взгляды на игру у Гомельского и Кондрашина кардинально отличались. Но внести изменения так эффективно…


Когда читаешь воспоминания игроков сборной СССР о победе в Мюнхене, то можно сделать вывод, что они сходятся в одном: игра в баскетбол советской сборной того периода практически всем доставляла удовольствие. Может, не все играли для тренера Кондрашина, кто-то играл для себя – но удовольствие получали абсолютно все. Не может не радовать, что никто не работал из-под палки. Игрокам нравилось играть в такой баскетбол, они рвались на площадку, чтобы проявить себя и завоевать победу. И они абсолютно доверяли тактическому чутью и умению своего тренера. Так что сборная СССР превзошла команду США в Мюнхене еще и мотивацией – настроем игроков на победу.


ВЕДЬ ЕДИНСТВЕННЫЙ КРИТЕРИЙ, ПО КОТОРОМУ МОЖНО СУДИТЬ, ХОРОШИЙ ТРЕНЕР ИЛИ ПЛОХОЙ, ЭТО РЕЗУЛЬТАТ ВОЗГЛАВЛЯЕМОЙ ИМ КОМАНДЫ


Кроме того, я хотел бы отметить такие чисто баскетбольные вещи. Защита – прессинг на три четверти площадки с ловушками у пересечения центральной и боковой линий – не новость в баскетболе, однако игроки сборной, особенно пара Едешко – Саканделидзе… Они редко вместе были на площадке, но когда нужно было усилить защиту на периметре, то Кондрашин использовал это сочетание – и они прекрасно действовали в отборе с помощью ловушек. А в углах площадки очень хорошо участвовали в ловушках Александр Белов и Александр Болошев.


Мне кажется, объем и качество работы, которую проделал Кондрашин при подготовке сборной к Олимпиаде-72, невозможно переоценить. Объем был огромный, но и качество – самое передовое.


СБОРНАЯ СССР ПРЕВЗОШЛА КОМАНДУ США В МЮНХЕНЕ ЕЩЕ И МОТИВАЦИЕЙ – НАСТРОЕМ ИГРОКОВ НА ПОБЕДУ


Говоря о тактических новинках, я бы хотел описать еще один момент. Основным центровым сборной СССР вплоть до первых чисел августа 1972 года являлся игрок ЦСКА Владимир Андреев – самый высокорослый центровой отечественного баскетбола тех лет и один из самых высокорослых игроков в мировом любительском баскетболе. Однако за две недели до отъезда в Мюнхен Андреев получил тяжелейшую травму, после которой практически перестал играть в баскетбол. Это ужасное стечение обстоятельств, просто кошмарное! Владимир получил травму в столкновении с Михаилом Коркия – одним из будущих героев финального матча. Все, кто видели момент нанесения травмы, подчеркивали: там не было злого умысла. Михаил, обладая невероятным атлетизмом, пытался накрыть соперника, который выше его на 22 сантиметра, а в результате упал на него сверху – от этого и произошла травма.


Пришлось за две недели перестраивать тактику игры в обороне, где роль главного страхующего много лет исполнял именно Андреев! Он дебютировал в сборной СССР в 1966 году и шесть лет был главным страхующим в обороне. А тут пришлось все перестраивать, менять позиции. Главным страхующим стал Александр Белов. Это же каким даром предвидения надо обладать, чтобы принять столь непростое и рискованное решение и успеть все наиграть! Да, сам Белов был готов к подобному, но его-то партнеры по команде должны были привыкнуть, что слышат другой голос, делают другие движения на площадке: если Андреев страховал строго в центре трехсекундной зоны, то Белов так же строго страховал по лицевой линии. Поменять систему, против чего ты борешься, когда опекаешь игрока с мячом, – очень сложная вещь. И получилось блестяще.


В общем, в Мюнхен отправлялась сборная СССР, которую подготовили, натренировали и смотивировали Владимир Кондрашин и его помощник Сергей Башкин. А тем временем из-за океана в Мюнхен отправлялась команда США, которую подготовил Хэнк Айба. Сравнивать двух тренеров мне придется по ходу всей этой книги. Единственное, что я хочу отметить уже сейчас: Кондрашин и по возрасту (на тот момент ему было 44 года), и по своей занятости (тренировал и сборную, и клуб) находился в пике своей физической и психологической формы, а пожилой 71-летний Айба уже четыре года никого не тренировал.


Его выбор на пост главного тренера – своего рода компромисс между теми организациями, которые входили в, скажем так, федерацию баскетбола США. На самом деле эта организация называлась Amateur Basket Association of United States of America – Любительская баскетбольная ассоциация США. Туда входило пять различных организаций, которые влияли на формирование состава. Первое, что они сделали, – в 1970 году нашли в лице Айбы компромиссную фигуру при выборе тренера. Это сильный тренер, очень опытный. Однако это один из немногих случаев, когда следует признать: диктаторские замашки Айбы оказались вредны для того поколения баскетбольной молодежи США, которая в 1972 году поехала защищать честь своей страны в Мюнхен. Обо всем остальном подробнее – в следующих главах.


Биографические очерки

Считаю, что для любителей баскетбола, особенно для молодежи, которая только начинает играть, необходимо знать имена героев, их жизненный путь и то, как они пришли к славной победе. Начинать собираюсь с биографии Сергея Белова.


Сергей Александрович Белов

Родился 23 января 1944 года в селе Нащеково Томской области. Ушел из жизни 3 октября 2013 года в Перми. Заслуженный мастер спорта, олимпийский чемпион 1972 года, двукратный чемпион мира – 1967-го и 1974 годов. Один из самых именитых игроков в истории советского и европейского баскетбола. Член Баскетбольного Зала славы в Спрингфилде (штат Массачусетс).


Сергей Белов родился в семье коренных ленинградцев, которые были эвакуированы в Нащеково во время войны. Начал заниматься спортом в Томске – сначала футболом, потом легкой атлетикой и лишь затем баскетболом. В 1956 году произошла историческая встреча: на школьных соревнованиях по легкой атлетике Сережу заметил выдающийся отечественный тренер Георгий Иосифович Реш. Он пригласил его заниматься баскетболом. Для себя Сергей решил, что попробует, но никакого окончательного решения насчет того, что посвятит всю свою жизнь баскетболу, тогда не принимал.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14