Владимир Буров.

Рай. Пионэрэн! Зайд Бэрайд!



скачать книгу бесплатно


Я связал ему руки и погнал вперед, как скотину. А иначе этот парень в женском платье не хотел идти. Он ухмылялся и пытался запутать меня идеологическими уловками. Тогда я срезал хорошую ветку, ободрал с нее листья и так пригрозил этому извращенцу, что он побежал, как коза, которая скорее бежит в хлев, зная, что там ее хорошенько подоят.

Впереди была желтоватая стена, похожая на марево.

– Мираж, – сказал Пи.

– Беги.

– Я бегу.

– Ты раньше выдел этот мираж?

– Когда я бежал сюда, то видел, что-то подобное.

Я тоже видел, что-то подобное. Но тогда не было этой желтизны. Тогда марево было почти невидимым.

Я вошел вслед за Пи. Опять начался подъем наверх. На этот раз мне казалось, что мы поднимаемся с затонувшей на небольшой глубине подводной лодки. Я чувствовал то тепло, то прохладу. Во мне не было беспокойства. Я знал, что так и должно быть. Что скоро воздух. Но его все не было и не было. Я начал захлебываться. Вода не уходила через подошвы, как это было тогда. Не может быть, не может быть. А ведь я уже поверил, что решение возможно. Я уже верил, я уже знал, что чашу Грааля нашел добрый человек. Теперь все решается. Нет. Оказывается, нет. Господи, Господи…

Тут кто-то схватил меня за руку и вытащил как будто из ямы. Я увидел великолепный мир с ровными зелеными берегами и фиолетовыми цветами. Пи лежал на берегу, и из него откачивали воду.


Далее страна кошек и собак. Кто в ролях? Ксения Серова, Маша Миронова, Машков-Пикассо, Онегин-Сид. Они уже собаки и имеют здесь свой ресторан. Через три года можно стать кошкой или собакой, сдав экзамен.


Нас привели в придорожный мотель. Он был, как новый.

– Пятизвездочный? – спросил я с улыбкой. Никто мне не ответил.

– Хочу Блэк Джек, – сказал Пи.

Страна Кошек и Собак

Мы сели за один столик. В зале сидели только еще двое, но спиной к нам.

После настойчивых просьб, к нам, наконец, подошла официантка. Она налила ему, после чего Пи свалился на пол.

– Мне этого не надо, – сказал я, и тут же, как Пи свалился на пол. Это был просто шок. Нас обслуживала собака.

– А в чем дело? – спросила официантка. – Вы думали, что мы не обслуживаем людей? Вы думали, что мы относимся к вам, как вы относились к собакам? Бросил на пол кусок мяса и вали? Нет, у нас равноправие. Может быть, вам нужны орешки, чипсы? Нет? Это хорошо. Потому что у нас только стейк. Т-образный стейк на кости. От местных быков, между прочим? Будете?

– У нас нет денег, – сказал Пи.

– За счет заведения.

– Это как? – спросил я.

– Отработаете.

– Я работать не буду, – сказал Пили. – Впрочем, я согласен, но только головой. Я человек умственного труда.

– Хорошо. А ты будешь колоть дрова для гриля.

Я наслаждался жизнью. Пилил водородной пилой дрова, колол и носил к грилю. Мне отдавали все остатки стейков. Я сначала не знал, чем питается Пили. Он приходил в дом только по выходным.

Собаку, которая нас обслужила в первый день, звали Ксения.

Обычно они вчетвером уходили на озеро, которое называли морем. Иногда она уходила вдвоем с тигровым догом по имени Сид-Карат. Они любили поплавать. Два раза я делал им барбекю на берегу. Кошки, которых звали Машка и Машка никогда не купались. Они только играли и трахались. Иногда, правда, они охотились. На меня. Однажды Машка и Машка загнали меня на дерево и начали между собой издевательский разговор.


– Это был бы очень вкусный обед. Как ты думаешь, дорогой? – спросила Машка и облизнулась. Она посмотрела вверх на меня и мило улыбнулась.

– Действительно, Маша, я очень хочу есть, – ответил Машка. И добавил: – К сожалению, я не умею лазить по деревьям. А ты?

– К счастью я умею. Но дама не должна выполнять всегда всю работу сама. Как ты считаешь? Думаю, ты должен наконец вспомнить, что ты настоящий тигр, Настоящий мачо. Ну, дорогой, принеси мне, пожалуйста, этого жирного цыпленочка. Он хорошо откормлен в Англии отбивными и лагерным пивом. – Она опять так аппетитно облизнулась, что у меня у самого потекли слюни.

– Мэм, вы ошибаетесь, – сказал я, – я давно не был в Англии. Честно.

– Может быть, он прав, – сказал Машка, – может быть, он шпион и более того, шпион на пенсии. Думаю, в последнее время он жил в Москве и питался только тем, что давал ему бильярд. Это просто тощий человечек и больше ничего.

– Ты просто не хочешь лезть на дерево, – упрямо твердила Машка. – А я его хочу. Пусть он тощий, это даже полезней для диеты.

– Я жесткий, – сказал я. – Съешьте лучше Пили. Он откормлен на икре и депутатских гамбургерах. Такой злобный сукин сын, вы только попробуйте.

– Нет, я боюсь отравиться, – сказала Машка.

– К тому же мы продали его на барщину. Пять дней в неделю Пи обслуживает Усатых. Тараканов.


– Что значит, обслуживает? – спросил я с дерева.

– Не то, что вы подумали, – сказала Машка.

– Готовит Усатым обеды?

– Убирает за ними дерьмо, – сказал Машка.

Однажды в свой выходной день я проследил за Пи. Оказалось, что он уже дерьмо не убирает. Лично обслуживает одного высокопоставленного рыжего таракана по имени Лолита. Красивая-я! По рассказам я уж думал, что это великаны. А они были максимум метр пятьдесят. В основном метровые. Без привычки, конечно, и это страшное дело. Я спросил Пили:

– Не страшно?

– Нет, – ответил он, – по барабану. Как один раз волосы встали дыбом, так уже всё по барабану.

– Она, эта, не пристает к тебе? – спросил я с улыбкой.

– Пока нет, Но думаю, всё равно надо бежать. У нее, между прочим, рост метр семьдесят пять и глаза голубые, голубые. Вес, наверное, килограммов восемьдесят. Это у таракана-то!

– Может быть, она в запое и фитнесом не занимается? – вставил я.

– Здесь есть серьезная идея, а ты все улыбаешься.

– Че, все так плохо?

– Да не очень вроде. Я бы даже остался здесь навсегда.

– Дерьмо убирать за тараканами?

– Почему, я уже дорос до садовника. И знаешь, у них здесь демократия. Через три года сдаешь экзамен, и сам становишься тараканом.

– Ни хрена мечта! Я бы не согласился.

– Ты чё, здесь хорошо.

– Чем хорошо? – спросил я.

– Это же академгородок. Ты не поверишь, как называется. Принстон. У каждого свой двухэтажный дом. И есть даже свой Эйнштейн, и математик Гамов. Оба бьют клинья к этой Лолите. Так что если я окажусь у них на пути…

– Думаешь, завалят?


– Нет, запустят в космос вместе с атомной бомбой. По их летоисчислению до этого уже немного осталось.

– Вот блин! До атомной бомбы додумались даже тараканы.

– Ты так не шути. Они умные. И злопамятные. Знаешь, какое испытание надо пройти на дипломном экзамене, перед выпускным балом?

– Догадываюсь.

– Ты опять о сексе, что ли? Нет. Тянешь билет…. А их всего два. В одном поджигают поле со всех сторон, а выпускника бросают в центр с вертолета. Если не выберется, значит, сгорел. Билет называется Котовский. А второй называется Старый дом. Человека заставляют вычистить от листьев и грязи старый бассейн. Дают ему гамбургер, бутылку кока-колы, он балдеет. Думает, что у него только две проблемы: это на время вычистить бассейн, а потом выбраться из него. Высота четыре метра. Человек не боится, если умеет плавать. Он знает, что как только он вычистит бассейн, так пустят воду.

– Не знает только, что вода будет, как кипяток.

– А ты откуда знаешь?

– Слышал. Так пытают в Ми-6. – И я добавил: – Я мог бы найти себе здесь работу. – Хорошо еще, что эти ребята не применяют против пришельцев газовые атаки.

– Понимаешь, они помнят, как обращались с ними люди. И делают также. Это ужасно. Нет, они же нарочно. Просто человек, прошедший этот экзамен, становится тараканом, А каждый таракан должен знать, что его может ожидать в этом мире.


– Да это ужасно. Надо бежать. Какой вариант, ты говоришь, есть?

– Дело в том, что один Станиславский изобрел крылья и подарил их Лолите.

– Зачем?

– Ну что-то надо делать, чтобы обойти Эйнштейна и Гамова. Вот он и изобрел крылья.

– Может быть, его зовут Сикорский, а не Станиславский?

– Скорее всего. Станиславский – это просто символ недостижимой правильности.

– Да, еще до открытия Там-Тама люди отвечали, когда им говорили, что они – производное от слова на букву х – порют, ну, что занимаются идолопоклонством:


– А я че вам, Станиславский?

– Теперь ясно, как ты стал депутатом, – сказал я.

– Ну так что, летим?

– Как? Тут нужно провести большую работу. Во-первых, надо как-то заинтересовать Лолиту. Думаю, в сексуальном плане она на тебя не позарится.

– На тебя тоже.

– Ну не знаю, я, между прочим, обладаю, некоторыми магическими способностями.

– Этого ей недостаточно.

– Допустим. Тогда, – продолжал я, – надо узнать… – У меня возникла интересная мысль.

Мысль о том, настоящая ли это Лолита. Надо узнать, есть ли у ней знакомый по имени Овидий. Знакома ли Лолита с Метаморфозами? Или выход должен быть через Набокова? Может быть, даже через плагиатора Лолиты. Это женщина. Имя? Рассказ или роман, где мать соревнуется с дочерью за мужчину. Это могут быть Ксения и Маша. А могут быть и другие актеры.


Далее надо писать по системе Квента Тара, т.е. фрагментами. – Пометка на полях рукописи.

3

– Послушай, дай ему по яйцам!

– За что?

– Как за что?!

– Я Буденный. Если я сказал, что надо дать по яйцам – надо дать!

– Простите, господин Буденный, но вы не Буденный. Обратного хода нет.

– Тогда Ворошилов. Только не Чапаев. Я не хочу тонуть в реке.

– Никакой ни Ворошилов и не Чапаев. Я же сказал вам. Обратного хода нет. У нас нет связи с Землей. Не будьте ребенком.

– Я не хочу быть Квентином Тар, – опять взялся за бутылку этот парень.

– Не Квентино, а Квентин, – поправил его Комиссар. – Заруби себе на носу, парень: ты Квент Тар! Многие только радовались бы такому началу. Тебе и делать-то ничего не надо будет. Все зависит от моего умения писать сценарии. Если хочешь я напишу тебе нового Аватара. Ты хочешь быть автором Аватара?!

– Мне больше ничего не остается, – жалобно сказал Квент. – Я так хотел стать простым честным Буденным. Без всяких Квентинов, хотел просто командовать Дивизией. И все.

– Ты и будешь командовать Дивизией Сарана Чи.

– Я танкист понимаешь!

– Это будет дивизия почище танковой.


Кто такой комиссар? Лолита? – Пометка на полях рукописи.

Глава четвертая

Шел второй день кровопролитных боев с Дивизией Сарана Чи. Бой догов и бой кошек. Абель каким-то образом оказывается предсказателем отряда Кошек и Собак.


Шел второй день кровопролитных боев. Сид убедил Ксению начать бой в атаке. Многие были против. Говорили, что в укреплениях можно сдержать впятеро больше противника. Это сказала Маша, а Пикассо ее поддержал.

– Я не вижу оснований так рисковать, – сказал Пикассо.

– Вы ничем не рискуете, – ответил Сид.

– Это почему? – не поняла Маша.

– Завтра в бой пойдут только доги, – сказала Ксения.

– Кто так решил?

– Я так решила.

– На каком основании? – спросил Пикассо. – Он взял четыре стакана, положил лед и хотел добавить водки.

– Мне не надо, – сказала Маша. – Я расстроена. Почему батальон Догов начинает эту битву. Без нас.

Воцарилось молчание.

– Кто хочет, чтобы мы кинули жребий? – спросила Серова.

– Я, – ответила Маша.

– Этого не будет.

– Почему?

– Потому что здесь приказываю я. Все просто.

– Зачем тогда было спрашивать.

– Мне, что, обязательно надо послать кого-нибудь на – слово на букву х? – чтобы вы поняли: я не шучу!

– Нет, ну действительно, если мы собрали этот совет перед боем, то надо все обсудить. Хотя бы понять, – сказал Пикассо.

– Что ты хочешь понять?


– Почему мы не выступаем все вместе? Если уж это необходимо.

Серова задумалась.

– Это секрет, – наконец сказала она.

– Что значит, секрет? – разозлилась Маша. – Ты подозреваешь, кого-нибудь из нас?

– Хорошо, я скажу. Во-первых, мне стало известно, что к противнику накануне прибыл Ре.

– Что это такое? – спросил Сид.

– Ты не знаешь?

– Я уже знаю. Но ты поясни им, – Сид вынул большую трубку и насыпал в нее табаку из синей пачки.

– Я могу только сказать, что Ре – это солнечный ретранслятор.

– Что значит, накануне? – спросил Пикассо.

И Ксения не успела даже ответить, как спросила Маша:


– Солнечный что? Разве тут может быть солнечный свет?!

– Света не будет. Ре примет с Земли солнечную энергию, чтобы в первой атаке сузить пространство. В результате фланги будут или отрезаны, или будет смят центр. В любом случае нельзя бросать в бой все силы сразу.

– Откуда такие сведения? – спросил Пик. Пикассо.

– Я не могу этого сказать, – ответила Сер. Серова.

– Как изволите вас понимать?! – рявкнул Пик, – Вы нам не доверяете?

– К сожалению, я сейчас больше ничего не могу сказать.

– Ничего себе!

– Невероятно! Вы, значит, считаете, что среди нас есть предатель. Ну, это же чушь!

– Повторяю, я больше ничего не могу сказать.

Тут слово взял Сид. Он сказал, что никто никого не хочет обижать. Но дело в том, что у нас недавно здесь появился колдун по имени Мерлин.

– И то есть он вам сказал, что у Дивизии Сарана Чи появился Ре? Я вас правильно поняла, – сказала Маша. И добавила: – Невероятно!

– Если мы все будем так думать, то сражение это мы обязательно проиграем, – сказал Пикассо. И добавил: – Покажите его нам. Кто это?

– Нет, – сказала Сер. И добавила: – Нет, ни за что. Так мы сами себя дешифруем.

До атаки оставался час, и ей все-таки пришлось показать Мерлина. Это был Абель.

Все ахнули. Некоторые схватились за головы.

– Да, действительно, – резюмировал Сид, – шпион на пенсии, считается у нас за Мерлина. – Ты уверена? – он посмотрел на любимую Ксению.

– Да он предаст нас при первой же возможности. Купит, а потом опять предаст. Но уже дороже, – сказала Маша.

– Если они пойдут на нас лавиной, то от вас, от догов, просто ничего не останется. Как от колбасы, после наезда на нее машины, остается только мокрое место, так будет и с нами, – сказал Пикассо.

– Вы за нас отомстите, – сказала Ксения. И добавила: Пусть победят коты и кошки. – У нас осталось мало времени. Сид строй батальон.


Все произошло так, как предсказал Мерлин. Дивизия Сарана Чи сначала шла лавиной. Сид и Ксения уже начали беспокоиться. Они летели вперед, как ветер, как Мэл Гиб в сражении за Шотландию. Только бы остались силы для боя. Доги были такие же, как Саранча. А Сид и Ксения были больше. Воины Сарана Чи были вооружены саранчами, очень опасным оружием. К тому же сами кусались, как голодные тигры. Головы их были украшены коронами и защищены броней. Некоторые из них имели огненное дыхание и запах, описанный еще в юности Ксенией Серовой во время загранпоездки по Северной Корее. Там не было мыла, а здесь?

– Изнутри уже не отмоешь, – крикнула Ксе.

– Прости, не понял, – ответил на скаку Сид.

– Как ты думаешь, они перестроятся? – крикнула Ксе. – Или этот ублюдок обманул нас?

– Думаю, он побоялся бы, – крикнул Сид.

– А что ему терять? Что вообще может потерять шпион?

– Он еще мечтает поиграть на бильярде и выпить пива с креветками и шашлыком.

– Я волнуюсь! – крикнула Ксе.

Сид уже не ответил. Он вонзил свои острые зубы в ногу первой Саран Че. Это был Ад. Он не ожидал этого секретного парализующего укуса за ляжку чуть повыше колена. Он рассчитывал, что Сид схватит его за шею, в то место, где вроде бы не было брони. Там были скрытые, как когти у молодого леопарда, острые и длинные шипы. Тогда Сид был бы выведен из строя.

Ксе увернулась от колебательного удара саранчи и вцепилась в заднюю ляжку Упи. Лейтенант понял, что глаза у него вылезают из орбит и мозг непривычно быстро туманится. А лавина все шла вперед и, кажется, начала загибать края.


– Нас окружают! – крикнул Сид. – Твой Мерлин не угадал, ишак. – Они нас сомнут за час.

– Действительно, кажется – производное от слова на п. Но подожди еще немного. – Она подмяла под себя сразу две Саран Чи и те покатились под ноги своих собратьев с переломанными хребтами.

– Если не сработает Ре, нам конец, – сказал Сид.

И все-таки они перебили уже очень многих из Дивизии Сарана Чи. Не ожидали. Даже двухголовый Пили не догадался, что против них выступят не люди в их привычном обличии, а собаки. Огромные, как арабские скакуны доги из племени Догов.

Двухголовый Пи несколько раз посылал гонцов, чтобы не запускали Ретранслятор. Он теперь понял, что надо окружать Догов.

– Если бы хоть один гонец смог добраться до Квента, – кричал двухголовый Пили, – мы бы сегодня же уничтожили всех этих – слово на е – Догов. Но Ре был включен, и лавина перестроилась в колонну. Преимущество Дивизии Сарана Чи в численности было утеряно. Поле превратилось в ущелье.


Далее, кто вторая голова? И какой это день? Первый или второй?


Появление Джека Лондона. Пленение Маши.

Сегодня бился батальон кошек. Думали, что между днями битвы будут перерывы, но их не было. В этом, как оказалось, и был смысл Ре. Перестроившись в колонну, Дивизия Сарана Чи атаковала и день, и ночь. Не было конца их воинам. Кошки начали гибнуть. Доги стали выбегать на поле боя вне своей очереди. Закрутилась карусель. Только резерв еще не показывался на поле боя. Нельзя было допустить, чтобы Квент даже подумал, что такой резерв существует. А он существовал под кодом Домовой.


Пикассо был ранен. Саранчи поняли, что ранен командир батальона, и не давали вынести его в безопасное место. Эти ребята были очень злы. Ведь Пик завалил не меньше дюжины членов Дивизии Сарана Чи. В первый же день боев были ранены. Ад и Уп. Только капитан Пи теперь выходил на бой. Его берегли по полдюжины воинов с каждой стороны.

В этот день Пик выпустил по всадникам Пили шесть, острых как бритва когтей, и убил четверых, а двоих ранил. Маш оттеснили от центра боя. Оставшиеся шесть оруженосцев набросились на Пикассо. Он скатился в овраг, пронзенный саранчей Пи. Шерсть его дымилась от множества ран. Отряд телохранителей Маш тщетно пыталась пробиться к оврагу. Саранчи стояли плотной стеной. Когда стало уже невмоготу, один из них, по имени Ди, закричал:

– Мы больше не можем их сдерживать! – Этот парень прибыл в Там-Там только вчера, как доброволец на поиски золота. Квент долго смеялся над ним:

– Какое золото?! Я в первый раз слышу о золоте на Там-Таме. Зря вы вообразили себя Марком Твеном. Нет, не Марком Твеном, а этим, как его? Ну, этим, помните? Он еще построил себе Шато на спекуляции о существовании золота на Клондайке.

– Джек Лондон?

– Точно! Вы новый Джек Лондон. Здесь ведь у всех прибывших новые имена. Вы не против?

– Нет, не против. Надеюсь, это приведет меня к чему-нибудь хорошему.

– Вы прибыли сюда за лучшей жизнью? – спросил Квент.

– Да, я доброволец.

– Это хорошо. Но у меня наступление. Я вынужден отправить вас в бой.

– Вы направляете меня в штрафбат? – спросил Джек.

– У нас здесь нет штрафбата.


– Говорят, что Дивизия Сарана Чи это и есть штрафбат.

– Я могу направить вас в центр, в ударную группу. Тогда вы за шесть дней сможете стать лейтенантом. Это большие преимущества.

– В центре больше шансов погибнуть.

– Вы будете оруженосцем нашей принцессы.

– Маша.

– Можно было не спрашивать. Всегда везде первая это Маша. Можно так и переводить: Маша – Первая.

– Первой была Ева.

– Не думаю.

– Значит, вы доброволец?

– Да.

– Жаль, мой сын не додумался до этого. Да нет, вы не обижайтесь. Кто додумался, тот прилетел сюда, а кто нет – тот нет. Диалектика. – Квент налил себе еще. – Вы будете?

– Не откажусь. Но лучше пива. Здесь такая жара. Кондиционер поставить нельзя?

– Недавно я тоже думал, как вы.

– А вы давно здесь?

– Да уже позавчера прибыл. Давно.

– Один день, разве это много? – удивился Ди.

– Один день может быть, как тысячу лет. За один день Бог… да зачем далеко ходить: за один день вы стали Джеком Лондоном. А он за один день не мог даже все слова выучить. Теория… Кстати, вы слышали историю о поваре, который заколол себя шпагой из-за того, что рыба, которая должна быть в тот день основным блюдом не прибыла вовремя?

– И повар по этой причине покончил с собой? Да, я слышал эту историю. Но это был повар короля. Шеф-повар.

– Все равно я не перестаю удивляться этим поварам. За лишнюю звезду Мишлен они готовы не спать ночи, жить в ресторане. И готовы даже умирать… Мой сын и моя первая жена покончили с собой, когда узнали, что не могут полететь сюда. Они хотели быть первыми рестораторами на этой… в этом забытом Там-Таме.


– Кто опередил их? Я здесь никого не вижу. Хотя ресторан есть.

– Это их ресторан. Я сам взял его для них. Попросил Криатора и смог выделить здесь помещение для ресторана на четвертом и пятом этажах.

– А они покончили с собой, – продолжал Квент. – Написали в посмертной записке, что ресторан может быть только на первом и на втором этажах. И как минимум на Большой Грузинской.

– Назвали бы здесь улицу Большой Грузинской, – сказал Лондон.

– Не вышло.

– Почему ресторан нельзя сделать на первом и втором этажах?

– Нельзя.

– Но вы же сами здесь являетесь резидентом. Неужели нельзя было переделать?

– Значит, нельзя. Да и не знал я тогда, что окажусь здесь.

– Я согласен, – сказал Лондон.


Пленение Маши. Ее и Машину часто называли одинаково:

– Маш. – Чтобы не ломать голову, кто из них перед ними. Ксе и физик-теоретик Адам.


Лондон уступил. Ему показалось, что он сделал это нарочно. Маш прорвалась к оврагу. Но никто не смог вынести оттуда Пикассо. Тогда Лондон подумал, что это шанс, что он не зря уступил этой Кошке. Джек сам вытащил из оврага Пикассо. Он понес его в сторону разрушенного университета. Саранчи опомнились и окружили Лондона с раненым Пикассо. Ряды Кошек начали мешаться. С риском для жизни Маш врубилась в кольцо врагов. Она легла на спину и стала заманивать саранчей, помахивая пушистой лапой. Многие не выдержали, и полезли на Машку, как кролики на удава, точнее, как быки на тигрицу. Лондон бежал вместе с Пикассо. А Маш попала в плен. Как ни бились кошки, Маш они не отбили. Сам Пи носился по полю и орал благим матом, чтобы Маш любой ценой тащили к Отелю. Все было кончено. Ее не смогли отбить. Только Пи получил много глубоких царапин на лицах.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12