Владимир Бровко.

Подлинная история жизни и смерти Емельяна Пугачева



скачать книгу бесплатно

Среди других мер исследователи отмечают указ, разрешавший заводить фабрики по производству парусного полотна в Сибири, а также указ, квалифицировавший убийство помещиками крестьян как «тиранское мучение» и предусматривавший за это пожизненную ссылку.

Он также прекратил преследование старообрядцев.

И самое страшное преступление!

Петру III также приписывают намерение осуществить реформу Русской православной церкви по протестантскому образцу

(В Манифесте Екатерины II по случаю восшествия на престол от 28 июня 1762 года Петру это ставилось в вину: «Церковь наша греческая крайне уже подвержена оставалась последней своей опасности переменою древнего в России православия и принятием иноверного закона»).

Законодательные акты, принятые за время короткого правления Петра III, во многом стали фундаментом для последующего царствования Екатерины II.

Важнейший документ царствования Петра Фёдоровича – «Манифест о вольности дворянства» (Манифест от 18 февраля 1762 года), благодаря которому дворянство стало исключительным привилегированным сословием Российской империи.

Дворянство, будучи принуждённым Петром I к обязательной и поголовной повинности служить всю жизнь государству, при Анне Иоанновне получившее право выходить в отставку после 25-летней службы, теперь получало право не служить вообще. А привилегии, поначалу положенные дворянству как служилому сословию, не только оставались, но и расширялись.

Помимо освобождения от службы, дворяне получили право практически беспрепятственного выезда из страны.

Одним из следствий Манифеста стало то, что дворяне могли теперь свободно распоряжаться своими земельными владениями вне зависимости от отношения к службе (Манифест обошёл молчанием права дворянства на свои имения; тогда как предыдущие законодательные акты Петра I, Анны Иоанновны и Елизаветы Петровны, касающиеся дворянской службы, увязывали служилые обязанности и землевладельческие права).

Дворянство становилось настолько свободным, насколько может быть свободно привилегированное сословие в феодальной стране.

Так же отмечают, что правление Петра III отмечено усилением крепостного права.

Помещики получили возможность своевольно переселять принадлежавших им крестьян из одного уезда в другой; возникли серьёзные бюрократические ограничения по переходу крепостных крестьян в купеческое сословие; за полгода правления Петра из государственных крестьян были роздано в крепостные около 13 тысяч человек (на самом деле их было больше: в ревизские списки в 1762 году включались только мужчины).

эти полгода несколько раз возникали крестьянские бунты, подвалившееся карательными отрядами.

Обращает на себя внимание Манифест Петра III от 19 июня по поводу бунтов в Тверском и Каннском уездах: «Намерены мы помещиков при их имениях и владениях ненарушимо сохранять, а крестьян в должном им повиновении содержать».

 Бунты были вызваны распространившимся слухом о даровании «вольности крестьянству», ответом на слухи и послужил законодательный акт, которому не случайно был придан статус манифеста.

Законодательная активность правительства Петра III была необычайной.

За время 186-дневного царствования, если судить по официальному «Полному собранию законов Российской империи», было принято 192 документа: манифесты, именные и сенатские указы, резолюции и т.

п.

(В их число не включены указы о награждениях и чинопроизводстве, денежных выплатах и по поводу конкретных частных вопросов)

Однако некоторые исследователи оговаривают, что полезные для страны меры принимались как бы «между прочим»; для самого императора они не были срочными или важными.

К тому же многие из этих указов и манифестов появились не вдруг: они готовились ещё при Елизавете «Комиссией по составлению нового Уложения», а принимались с подачи Романа Воронцова, Петра Шувалова, Дмитрия Волкова и других елизаветинских сановников, оставшихся у трона Петра Фёдоровича.

Петра III гораздо более внутренних дел интересовала война с Данией: из голштинского патриотизма император задумал в союзе с Пруссией выступить против Дании (вчерашней союзницы России), с целью вернуть отнятый ею у родного Гольштейна Шлезвиг, причём сам намеревался выступить в поход во главе гвардии.

Тотчас по восшествии на престол Пётр Фёдорович вернул ко двору большинство опальных вельмож предыдущего царствования, томившихся в ссылках (кроме ненавистного Бестужева-Рюмина).

Среди них был граф Бурхард Христофор Миних, ветеран дворцовых переворотов.

В Россию были вызваны голштинские родственники императора: принцы Георг Людвиг Гольштейн-Готторпский и Пётр Август Фридрих Гольштейн-Бекский.

Обоих произвели в генерал-фельдмаршалы в перспективе войны с Данией; Пётр Август Фридрих был также назначен столичным генерал-губернатором. Генерал-фельдцейхмейстером был назначен Александр Вильбоа.

Эти люди, а также бывший воспитатель Якоб Штелин, назначенный личным библиотекарем, составляли ближний круг императора.

Для ведения переговоров о сепаратном мире с Пруссией в Петербург прибыл Генрих Леопольд фон Гольц. Мнением прусского посланника Пётр III так дорожил, что вскоре тот стал «заправлять всей внешней политикой России».

Оказавшись у власти, Пётр III сразу же прекратил военные действия против Пруссии и заключил с Фридрихом II Петербургский мир на крайне невыгодных для России условиях, вернув завоёванную Восточную Пруссию (которая уже четыре года как являлась составной частью Российской империи); и отказавшись от всех приобретений в ходе фактически выигранной Семилетней войны.

Выход России из войны повторно спас Пруссию от полного поражения Пётр III с лёгкостью пожертвовал интересами России ради своего немецкого герцогства и дружбы с кумиром Фридрихом.

Заключённый 24 апреля мир вызвал в обществе недоумение и негодование, он закономерно расценивался как предательство и национальное унижение. Продолжительная и затратная война закончилась ничем, Россия не извлекала никаких выгод из своих побед.

Несмотря на прогрессивность многих законодательных мер, на небывалые привилегии дворянству, плохо продуманные внешнеполитические деяния Петра, а также его резкие действия в отношении церкви, введение прусских порядков в армии не только не прибавили ему авторитета, но лишили всякой социальной поддержки; в придворных кругах его политика порождала лишь неуверенность в завтрашнем дне.

Наконец, его намерение вывести гвардию из Петербурга и направить её в непонятный и непопулярный датский поход послужило мощнейшим катализатором для заговора, возникшего в гвардии в пользу Екатерины Алексеевны.

 На этом мы оставим Петра Третьего с миром покоится в Петропавловском соборе Санкт-Петербурга, а сами перейдем к другому затемненному историками вопросу о состоянии Яицкого казачества перед началом БУНТА Емельяна Пугачева.

 Кстати на вопросе «яицких казаков» у самого А. Пушкина с его современниками из числа критиков случался и первый громкий скандал!

Критики заявили, что ч.1 «Истории» «заимствована» Пушкиным у другого автора!  И вот что ответил в свое оправдание Пушкин в статье «РАЗБОР СТАТЬИ, НАПЕЧАТАННОЙ В «СЫНЕ ОТЕЧЕСТВА» В ЯНВАРЕ 1835 ГОДА»

«Несколько дней после выхода из печати «Истории Пугачевского бунта» явился в – «Сыне Отечества» разбор этой книги. Я почел за долг прочитать его со вниманием, надеясь воспользоваться замечаниями неизвестного критика. В самом деле, он указал мне на одну ошибку и на три важные опечатки.

Статья вообще показалась мне произведением человека, имеющего мало сведений о предмете, мною описанном. Я собирался при другом издании исправить замеченные погрешности, и оправдаться в несправедливых обвинениях, и принести изъявление искренней моей благодарности рецензенту, тем более, что его разбор написан со всевозможной умеренностию и благосклонностию.

Недавно в «Северной Пчеле» сказано было, что сей разбор составлен покойным Броневским, автором «Истории Донского войска».

Это заставило меня перечесть его критику и возразить на оную в моем журнале, тем более, что – «История Пугачевского бунта», не имев в публике никакого успеха, вероятно не будет иметь и нового издания.

В начале своей статьи, критик, изъявляя сожаление о том, что – «История Пугачевского бунта» писана вяло, холодно, сухо, а не пламенной кистию Байрона и проч., признает, что эта книга – «есть драгоценный материал, и что будущему историку, и без пособия нераспечатанного еще дела о Пугачеве, нетрудно будет исправить некоторые поэтические вымыслы, незначащие недосмотры, и дать сему мертвому материалу жизнь новую и блистательную».

За сим г. Броневский отмечает сии поэтические вымыслы и недосмотры «не в суд и осуждение автору, а единственно для пользы наук, для его и общей пользы».

Но все у А. Пушкина осталось в планах…

А мы, переходя к «яицким казакам» вначале попытаемся разобраться с историей их появления на исторической сцене!

Эпиграфом к поднятому вопросу может служить вот эта пословица, ходившая в среде яицкого казачества этого осколка последней на территории Российской империи «казачьей вольности» -«речных рыцарей».

"Живите, братцы, пока Москва не видит, Москва увидит, жить не даст".

Очень хорошая и крайне злободневная как для наших дней народная мудрость!

Сами же московские (российские) историки давно и много чего (хотя и неправдивого в силу присущего им   шовинизма) пишут об яицких (уральских) казаках.

Вот скажем тот же Н.М.Карамзин в своей работе «История государства Российского». Том 10. Глава 1. Царствование Феодора Иоанновича. Г. 1584-1587» первый зажал этот тон!

: "…Упомянем здесь также о начале нынешнего Уральска.

Около 1584 года шесть или семь сот Волжских Козаков выбрали себе жилище на берегах Яика, в местах привольных для рыбной ловли; окружили его земляными укреплениями, и сделались ужасом Ногаев, в особенности Князя Уруса, Измаилова сына, который непрестанно жаловался Царю на их разбои и коему Царь всегда ответствовал, что они беглецы, бродяги, и живут там самовольно; но Урус не верил и писал к нему: "Город столь значительный может ли существовать без твоего ведома?

Некоторые из сих грабителей, взятые нами в плен, именуют себя людьми Царскими".

По официальной версии, отражающей только один из истоков яицких казаков, в 1585 году последний "великий атаман" Сибири Матвей Мещеряк и атаман Барабоша, поняв, что более на Волге прежней вольной жизни не будет (из-за построенных на Волге [русско-московских] крепостей), решили увести своих казаков на восток.

На территории Большой Ногайской Орды, на реке Яик рядом с устьем реки Илек на острове Кош-Яик, около 700 человек в течение лета построили крепость.

         Ногайский князь Урус осадил крепость, но потерпел поражение.

Так образовалось Яицкое казацкое войско. Основными занятиями яицких казаков были рыболовство, добыча соли, охота.

Войско управлялось кругом, который собирался в Яицком городке. Правительство привлекало яицких казаков для охраны юго-восточных границ и военной колонизации, разрешая им приём беглых.

По другой версии, яицкое казачество вобрало в себя часть донского [приход на Яик после нашествия на Русь Тимура (конец XIV века) отряда казаков атамана Василия Гугни, затем приход казаков с атаманом Иваном кольцо, отделившимися от Ермака, который, к слову сказать, был не донским, а волжским казаком], но складывалось оно во многом из других народов, чем остальное казачество.

Что лично мне представляется наиболее правильным выводом и хорошо поясняет почему среди татаро-монгол российские е летописцы фиксирую тысячи лиц славянской внешности – это и были как раз ЯИЦКИК КАЗАКИ (КАЗАРА= как они себя сами называли и называют до сих пор)

Яицкая военная казачья община складывалась в составе вооруженных сил Белой Орды ["Казахстана"], как восточного улуса Золотоордынского ханства!!!

И тут тоже хочется привести современную историческую параллель.

«Белая Орда уважаемые россияне

Как любил говеть Ю. Ельцин, ведь от вас никуда не делась!!!

Теперь ее ханом теперь стал казахский Елбасы!  -«Лилдер нации»!

Он же диктатор Нурсултан Абишевич Назарбаев (род. 6 июля 1940, с. Чемолган, Каскеленский район, Алма-Атинская область) – первый и единственный президент Казахской ССР (с 24 апреля 1990 года

Но тогда в Средние века   еще до Назарбаева -Ханом Белой Орды был все же чистокровный монгол Шибан – брат Батыя.

В казачье сообщество (яицких казаков) входили русы, славяне, угры и частично половцы, т. е. народы, чьи племена, до нашествия татаро-монгол проживали в пойме Яика (даже русы и венгры).

Этот «коктейль» из кровей разных народов хорошо видно на фотографиях

Другая часть яицких казаков находилась в Персии, где участвовала в войне на стороне Тамерлана.

В вооруженных силах этого восточного владыки яицкие казаки считались лучшими воинами, лихими наездниками, атак которых в конном строю не выдерживал ни один противник. Яицких казаков, сражавшихся в войсках Тамерлана в Средней Азии, Персии и Индии, могущественный Тимур ставил в пример другим народам, служившим в его коннице.

В его записях о яицких казаках есть весьма лестные отзывы:

"Усвоивши манеру сражаться по казачьи, снарядил свои войска так, чтобы я мог как казак проникнуть в расположение врагов".

Идти на верную смерть было уральским казакам не привыкать. Из среды яицких казаков вышел не один

Идти на верную смерть было уральским казакам не привыкать. Из среды яицких казаков вышел не один герой, попавший в летописи русской истории. Это и был и Иван-Кольцо, правая рука и надёжа Ермака в походе на Сибирь против “чуди немшонной”.

Но раздроблюсь яицкого казачества) невосстановимые потери в войнах под чужими знаменами) привела к потере генофонда и резкому сокращении популяции этого особого племени «речных рыцарей»!

А вот еще информация от второго историка, дополняющая первую, по части древней истории «Яицких казаков»

«ЯИЦКИЕ КАЗАКИ– прежнее название Казаков Уральских. В русских актах Я– К. появляются в средине XVI ст., но имеется много данных предполагать в них Ордынских Казаков, кочевавших вдоль реки Яик уже во время господства Золотой Орды.

По Ригельману, примечания на родословную историю Татар Абулгази Баядур-хана указывают, что Я. К. проживали уже среди Кыпчаков Половцев, пользуясь в то время особым смешанным языком, на котором могли объясняться с Местными Татарами, а также, что они могли выставить до 30 тыс. вооруженных воинов, а русским царям стали служить после завоевания Астрахани.

Когда эти примечания писались, Главный Стан Я. Казаков находился на р. Яик в 50 клм. от Каспийского моря, на том месте, где теперь г. Гурьев.

В ХШ в. Половцев покорили Монголы Золотой Орды.

По преданию, хранящемуся у Я. Казаков, они вместе с Бродни нами участвовали в походе Монголов на Русь, вспоминается. также древний казачий Синь-город "в луке Замора" поя Илеком, поют песни и про Куликовскую битву.

Где-то, по мнению Казаков, затерялась благодарственная грамота "Вольному Яицкому Войску казачьему", присланная из Москвы кн. Василием III (1505-1533); участие их во взятии Казани (1552 г.) подтверждает "отписка" с Доиа в Москву от 2-го. мая 1632 г.

И вот тут уважаемый читатель внимание!

 Мы имеем впервые доказательство того, что из за предательства –бегства яицкой (казачьей) конницы с поля боя во время «Куликовской битвы» хан Мамай и потерпел если не поражении, но и не победу

Он в российской истории стал как бы предшественником императора Наполеона, победившего при Бородинском сражении, но растерявшем свое тактическое преимущество из-за неправильно выборной тактики веления дальнейшей войны!

«Если предания отражают историческую истину, то Я. Казаков следует считать б. Ордынскими Казаками (со всеми вытекающими последствиями! Как кстати, и Запорожские казаки были казаками Речи Посполитой и не более того!

И они первыми предав Речь Посполитую и «подавшись Москве» были за все заслуги пред московским троном, первыми уничтожены – Петром Первым!).

Яицкие же казаки были просто   пограничной стражей на реке Яик, после того как она стала границей между враждующими Синей и Белой ордами, но по всем данным, они как и Донцы, в эпоху вековой ордынской "замятни" покидали Яик и возвратились на него только через два-три поколения.

 Предание рассказывает, как во времена Тамерлана на Яик явился атаман Гугна с Казаками, побил живших там Татар и взял себе в жены вдову их убитого князя. Об этой «бабке Гугнихе» на Урале помнят до сих пор.

А. И. Ригельман (Повествование о Донских Казаках) указывает мерный главный их стан Кош Яик и 450 клм. от моря; потом ими его перенесли на много ниже по течению туда, где теперь Гурьев; одно из поселений находилось против Сарайчика, прежней столицы нагайских ханов, а от Гурьева 80 клм., при урочище Коловратном и на речке Порубежной, на 45 кям. выше нынешнего Уральска и, наконец, обосновали свой центр около устья реки Чаган в Яицком городке (нын. Уральск). Ригельман записал все это со слов самих Казаков.

Во всяком случае, в XV в. среди бушующего татарского мира уже существовала организованная казачья община с именем Я. К.

Русская официальная история связывает время появления Казаков на Яике с грамотой нагайского князя Уруса.

В 1591 г. Урус жаловался царю Федору: "В те поры, пришед на Яик, Казаков с шестьсот или с семьсот поставили город большой и с того города нам много лиха починили" (Дела Нагайские, связка 1, тетр. 8).

Но такая версия расходится и с казачьими преданиями, и с упомянутой выше "отпиской" Донских Казаков. В 1552 году эта община уже высылала своих воинов под Казань на помощь Ивану Грозному.

С Москвой Я. К. хорошо ознакомились во время долгих скитаний у ее граней.

Цари московские были сильными христианскими государями и, когда надо было бороться с общим врагом, Я. К. не отказывали им в доброжелательной поддержке.

Занятые самообороной, они не принимали участия в московской Смуте 1605-1613 гг., проявляли лояльность по отношению к новоизбранному царю Михаилу Федоровичу; по убеждению их потомков, где-то в московских архивах должна сохраняться грамота этого царя с договорными условиями о службах и о награде за них, которую Я. К. получили в оригинале на руки, но после затеряли во время восстаний.

В 1677-1678 гг. они добровольно участвовали в "Чигиринских исходах" против Турок; в 1683 году выступали на стороне Русских против Башкир, но при всем этом они ревниво оберегали свою независимость.

Когда император Петр I в 1720 г. потребовал от них безусловной покорности, повиновения и постоянной службы Я. К. увидели в этом нарушение обычной договорности отношений и возмутились.

Зная, что открытая борьба с северным колоссом им не под силу, они сожгли свои городки, с намерением переселиться в заяицкие степи к Казахам, но русские войска все же окружили их и усмирили петровскими способами. Была ироведена перепись населения, определены постоянные обязанности Казаков и назначена сумма "жалованья" всему Войску Яицкому; дела сношений с ним перенесены из Посольского Приказа в Военную Коллегию, атаман и учрежденная при нем Войсковая Канцелярия стали назначаться царем».

То есть мы тут видим ту же картину что и с истреблением Петром Первым украинского казачества, входившего в Войско Запорожское!

Казачье «Общество» потеряло право контролировать и смещать своих начальников, но не смирилось окончательно; последующие попытки преобразовать внутренний строй их жизни неоднократно вызывали открытые восстания, которые приходилось подавлять вооруженной силой.

Они усмирялись жестокостями, расстрелами Войсковых Кругов, виселицами, ссылками в Сибирь, в Солдатские полки и другими карательными мероприятиями.

В результате, Я. К. привыкли проявлять наружные знаки покорности, но втайне хранили чувства неприязни не только к новым порядкам, НО И КО ВСЕМУ РУССКОМУ!

Этому чувству способствовало и постоянное религиозное давление, бестактное отношение к особенностям казачьего старообрядчества, распространенно

го, но всему Яику.

Насилия иногда кончались трагически для самих усмирителей.

Но хватит нам читать мнения историков! Мы ведь с вами тоже имеем высшее образование и способны к анализу, дедукции и индукции!

И поэтому давайте посмотрим, а   что по этому поводу писали сами яицкие казаки императрице Екатерине Второй! 

 Документ № 1

1772 г. января 15. – Челобитная яицких казаков имп. Екатерине II в связи с восстанием казаков, направленным против старшинской группы.

Всепресветлейшая, державнейшая великая государыня имп. Екатерина Алексеевна, самодержица всероссийская, государыня всемилостивейшая, бьют челом всеподданейшии рабы, верныя слуги, яицкия атаманы и казаки и все войско яицкое.

В.и.в. довольно известно, сколь великия и несносные нам, нижайшим, от бывшего войскового атамана Бородина с старшинами причинены обиды и притеснения, в которых по прошению нашему, а по милостивейшим В.и.в. указам производилось следствие седьм лет, чрез которое все время мы.

В.и.в. всеподданейши рабы, до крайнего разорения приведены; и при том следствии как бывшей атаман Бородин, так и протчия старшины винными найдены, за которыми и причлось наших войсковых денег 10 162 руб. 46 1/2 коп., но Гос. воен. колл. написала с них ко взысканию точию третью часть, а достальныя две части по имянному В.и.в., состоявшемуся в 1762-м г. сентября 22-го дня всемилостивейшему указу с них сложила, но понеже по тому всемилостивейшему В.и.в. указу прощены неумышленныя начеты до пятисот рублев казенныя, а не наши войсковыя, общественныя, которыя должно все взыскать.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11