Виталий Федоров.

Terra Nova. Строго на юг



скачать книгу бесплатно

– …больше всего несправедливости, там и больше всего людей, готовых с ней сражаться. А где на Севере больше несправедливости, чем здесь?

О как. Уела, ничего не скажешь.

– Да черт его знает. Я, кроме как тут и в Порто-Франко, нигде на Севере и не бывал. Но, судя по рассказам, в том же Латинском Союзе народ живет куда как беднее, чем здесь, разве нет?

Помнится, она рассказывала, что у латиносов бывала.

Ичасо нерешительно пожевала губу. Как-то непривычно применять к ней слово «нерешительно», хе-хе.

– Да, но… там меньше именно несправедливости. Она же не от абсолютных показателей зависит, а от сравнительных. Здесь все построено вокруг денег и власти, это прямо напоказ выставляется, этим гордятся. В Латинском Союзе живут намного беднее, да, но там правительство думает о народе, о бедных, о тех, кто не может сам о себе позаботиться.

Ага. Правительство думает о народе, поэтому народ живет куда беднее, чем другой народ, который думает о себе сам. Классика.

– …в курсе, что в Нью-Рино нет ни пенсий, ни пособий, ни бесплатной медицины – ничего такого? Если у тебя нет денег и ты заболел – можешь сдохнуть на обочине, властям наплевать.

– А я вроде как видел благотворительную клинику какую-то – она же бесплатная, наверное?

Фурия революции пренебрежительно отмахнулась:

– Это кто-то по своей инициативе организовал. Те, кто награбил миллионы, бросают жалкие подачки, чтобы успокоить свою «совесть». В любом случае погоды они не делают.

«Награбил», видите ли. Награбил – идите в суд. Или сами его организуйте, если сможете. Опять же – всегда можно уехать, если что-то не нравится. Вот только по какой-то странной причине никто из «несправедливого» Нью-Рино в «справедливый» Латинский Союз не рвется. Наоборот, Баррьо-Бронсе растет, как на дрожжах, скоро Чайнатаун обгонит, как мне говорили. Да и миграционный баланс между Фримонтом и Социалистической Республикой Новороссия совсем не в пользу последней, хе-хе.

Немного задумавшись и подобрав слова, рассказываю анекдот о внучке декабристов в 1917 году. Ну, знаете, заканчивается на: «…хотят, чтоб не было богатых. Странно, а дедушка хотел, чтоб не было бедных». Увы, впечатления анекдот не произвел: Ичасо лишь хмыкнула и вновь уставилась на дорогу. Куда это мы едем, кстати? На юго-восток куда-то, полгорода уже проскочили.

Ладно, что толку обсуждать. Никто никого не переубедит, только разругаемся вконец. А я еще не совсем утратил надежду на эротическое продолжение знакомства…

– Слушай, вот ты Латинский Союз хвалишь. Не, я в курсе, что там левые в гражданской войне победили, но мне казалось, они для вас недостаточно левые. «Буржуазные перерожденцы» типа, не?

Что? Да нет, конечно, черт его знает, как там по-испански правильно сказать «буржуазные перерожденцы». Приходится импровизировать: «Se han convertido en la burgues?a», и все в таком духе. Еще несколько «подкатов» к Ичасо, и смогу на языке Сервантеса политические диспуты вести.

Не то чтоб оно мне было сильно надо, правда.

– Да, они отошли от идеалов революции. Но все-таки они лучше, чем те, кто заправляет здесь.

М-дя… «Отошли от идеалов революции», понимаешь. Вот если политики не касаться – замечательная девушка, веселая и остроумная. Чуть коснись – и куда только все уходит? Китайский болванчик какой-то остается.

– Понятно. Куда едем-то? Почти весь город уже проехали.

Снаружи мелькают живописные улочки зажиточной части Баррьо-Бронсе.

– Почти приехали. Тут отличный мексиканский ресторанчик, мне очень нравится.

– Хм…

– Что такое? Не любишь мексиканскую кухню?

– Мексиканскую кухню я люблю. Не пойму просто, как ты, с такими кулинарными пристрастиями, умудряешься себя в форме держать.

Улыбаясь, пожимает плечами:

– Спорт и секс; как же еще?

– Это ты хорошо придумала, горячо одобряю…

– Ага, горячо одобряет он. Косоглазие не заработай, когда на мою задницу таращишься.

– Ничего страшного. Заработаю – буду в Чайнатауне за своего. А там и аренда дешевле, и от игровых автоматов местных за уши не оттащишь.


Свободная территория Невада и Аризона, Нью-Рино, Фримонт, Аракчеев-стрит

Пена рванулась вверх, к краям медной турки, но я начеку – хватаюсь за деревянную ручку и быстро разливаю кофе по кружкам. Теперь ложку сахара, молоко и немного коньяку…

– Кабальеро решил сварить сеньорите кофе?

Ичасо, одетая в мою футболку, появилась в дверях кухни, заспанно щурясь и с демонстративным интересом втягивая носом воздух.

– Ага. Даже планировал подать его в постель, но сеньорита прибежала на запах. Тебе без молока и три сахара?

– Наблюдательный…

– А то… Ай! Че кусаешься?!

– Чтобы не расслаблялся!

– С тобой расслабишься… всего вон разодрала. – Демонстрирую укусы и царапины, обильно покрывающие… э-э… да всего меня целиком в общем-то.

– Вот и не расслабляйся. И вообще, это я игриво. Кабальеро не знает слова «романтика»?

– Это уже не романтика, а БДСМ какой-то… Ай! Сейчас-то за что? Я же хороший! Кофе сварил!

– Чтоб не ворчал. А, кроме коньяка, у тебя ничего нет?

– Чего сеньорита желает?

– Сеньорита желает каплю виски в кофе…

– Это можно.

– …завтрак…

– Уже в процессе, – киваю в сторону накрытой крышкой сковородки на плите.

– …и бурного утреннего секса вот на этом столе! В любом удобном кабальеро порядке, но чтобы секс был прямо сейчас, а завтрак – потом.

В фоновом режиме проскальзывает мысль, что несчастная кухонная мебель на такое не рассчитана и может не выдержать, но руки уже сами по себе подтягивают девушку поближе, мягко обхватывают ее за плечи, разворачивают и подталкивают к столу…

– Ой, а что это?

Ичасо, до сих пор взлохмаченная и раскрасневшаяся после первого пункта программы, отхлебнула еще глоток кофе и с интересом уставилась на тарелку.

– Это… мм…

Блин, как «сырники» на испанском?

– Что за «мм» такой? Получил что хотел, теперь отравить меня хочешь?!

– Ай!!! Да что ж это такое-то?! То кусается, то царапается! И это в ответ на мои любовь, искренность и кофе с виски!

– Ты мне зубы не заговаривай! Чем травить собрался?

– Это блинчики из творога, с медом и изюмом. Ну или со сметаной можно, если хочешь.

Баскская революционерка с явным скепсисом потыкала пальчиком в один из сырников. Что именно она данным органолептическим методом пытается установить? На отравленность так точно не проверишь.

– А нормального завтрака у тебя нет?

Ну вот, начинаются капризы. Э-хе-хех, как там моя Элен в своем Кутаиси… или куда она там уехала? Китами… Кимати, точно! У нее таких взбрыков не было.

– А что для тебя «нормальный завтрак»? И чем этот не нормален? Ты ведь даже не попробовала. Это вкусно!

Ичасо недоверчиво хмыкнула:

– Нормальный завтрак – это тортилья[18]18
  Испанская тортилья – омлет на оливковом масле из куриных яиц с картофелем, кукурузой, помидорами, сладким перцем, зеленью, репчатым луком и чесноком.


[Закрыть]
, например. Или фруктовый салат и круассаны с джемом. Ладно, попробую твои сырные блинчики.

Это типа одолжение, что ли? Эх, старый добрый рабовладельческий строй, когда же тебя восстановят…

Несмотря на первоначальную настороженность, басконка в темпе умяла три своих сырника и еще успела отобрать один у меня. Что, впрочем, не помешало ей пожелать: «В следующий раз лучше яичницу с беконом сделай, если готовить не умеешь».

– С какого это перепугу я вдруг «не умею готовить»? Вот привяжу тебя ночью к кровати и буду пороть по твоей красивой попе, пока не признаешь, что мои завтраки – самые вкусные на свете! Или сам кусаться начну!

– Тебе кусаться нельзя.

– Почему это? Ты же кусаешься!

– Мне можно. Ты толстокожий, на тебе все быстро пройдет. А у меня кожа нежная, буду потом месяц с твоими укусами ходить.

– Зато все будут видеть, что у сеньориты есть зубастый кабальеро. И ни фига я не толстокожий, а нежный и чуткий. В душе.

– Как бы этому зубастому зубы-то не выбили. А насчет души – в следующий раз вскрою тебя, посмотрю, какая она там у тебя. И есть ли вообще.

– Не согласный я так!

– Кто бы тебя спрашивал. И вообще, хватит тут рассиживаться. Мне через час нужно выходить, а я еще душ не принимала.

– Ну-у… принимай…

Ичасо снисходительно вздохнула:

– Витали, до чего ты глупый иногда. А сексом я в душе с кем буду заниматься? Сама с собой, что ли?

Вот как-то так. Сам офигеваю. Этак скоро надо будет устриц на завтрак и ужин есть. Ну или что у них тут за природный афродизиак?


Свободная территория Невада и Аризона, Нью-Рино, Фримонт, Лазарев-стрит

Мм… нет, все-таки этот район для игрового зала не подходит. Проходимость есть, но «не та». Ну, я уже на примере «Краснопресненской» и «Орехово» объяснял, помнится. Людей с деньгами тут хватает, но они не отдыхают, а работают. После восьми вечера даунтаун вымирает. Надо где-то в районе бульвара Александра Второго искать – народ отдыхает и развлекается там. Вот только нормальное помещение в тех краях найти – проблема, мягко говоря. Ладно, будем искать…

Что? Да нет, никаких окончательных решений пока не принимал. Может, здесь останусь, может, «на юга» подамся, да и другие варианты есть – хоть в Виго съездить, например, посмотреть, что там и как. Не решил еще, плыву по течению. Ну а в процессе раздумий почему бы не поискать место под зал? Вдруг надумаю осесть в Нью-Рино.

– Виталий Сергеевич?

Кому это я пона… ага. Какие люди – и на свободе. Полковник… э-э… Баскаков? Нет… Хреновая у меня на имена память. Булатов, точно. В легком светлом костюме и соломенной шляпе с широкими полями. Здесь многие так ходят, особенно из старшего поколения. И необходимая солидность соблюдена, и не слишком жарко.

– Здравствуйте, Марат Феликсович.

Товарищ полковник широко улыбнулся, демонстрируя радость от встречи. А вот у меня, честно говоря, как-то особой радости и нет. Да и вообще никакой нет, если уж совсем откровенно. Я из-за шпионских игр этих уродов лишился бизнеса и места в обществе. Вполне меня устраивающем обществе, между прочим.

– Вы не сильно спешите? Как насчет чашечки кофе?

Ну не убегать же от него, оглашая криками окрестности. Раз уж целого полковника прислали, значит, сильно хотят побеседовать.

– Да особо не спешу. Пойдемте на бульвар, я там хорошее место знаю.

– С удовольствием!

Э-хе-хех… Сказал бы я тебе… Ладно, посмотрим, что им надо.

В молчании доходим до французской кофейни-пекарни на Александра Второго. Интересно, а как вообще они на меня вышли? Либо кто-то из местной агентуры сообщил (но для этого надо было ориентировку разослать, или как уж там это правильно называется), либо через банк. Кредиткой я здесь пользовался, а предполагать, что у одного из самых мощных местных государств нет своих людей в Банке Ордена, было бы несколько наивно, пожалуй.

Располагаемся на улице, за маленьким круглым столиком под зонтиком веселенькой желтой расцветки. Я заказываю большую кружку капучино и пару булочек, Булатов ограничивается двойным эспрессо.

– Зря выпечку не взяли, она тут очень вкусная.

Чекист с легким огорчением разводит руками:

– Да я бы с радостью, но сладкое мне совсем не полезно. Врачи уже лет пять как запрещают категорически.

– Бывает…

– Увы. Как вы тут устроились, пока что?

– Нормально, спасибо.

Хотел поговорить – говори, а я тебе помогать не собираюсь. И вообще, так и подмывает послать на три буквы. Почему удерживаюсь? Ну а смысл? Это все равно что бить кулаком по каменному углу, о который головой ударился. Голове легче не станет, а вот кулак заболит. Здесь результат получится примерно тот же.

– Виталий Сергеевич, прежде всего от лица командования хочу выразить вам благодарность за проведенную операцию. Поверьте, вы сделали важное и правильное дело.

Официантка принесла поднос с кофе и выпечкой, избавив меня от необходимости отвечать. Ум… божественно пахнет! Жадно вгрызаюсь в еще теплую «улитку» с корицей. Надо еще заказать, что-то я проголодался. Или что-нибудь посущественнее взять?

– Девушка, принесите меню, пожалуйста.

Чекист, проводив взглядом официантку, возвращается к теме:

– За большой вклад в дело защиты Отечества, обеспечение государственной безопасности закрытым постановлением Центрального исполнительного комитета вы награждаетесь медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» второй степени с мечами.

Ну надо же. Будет вторая медаль, вдобавок к «За оборону Славянска». До чего же я героический – аж самому страшно. Главное, в родезийской полиции ее не засветить, а то не поймут, хе-хе. Хотя пошли они, жлобы… «За оборону Дурбана» так и не дали.

Булатов тем временем уже протягивает мне извлеченную из внутреннего кармана пиджака коробочку с прозрачным верхом. Что хоть за медаль-то… ага, серебряная, похоже, с красным крестом и гербом Новороссии, сверху мечи и красная лента… ну-ну.

– Спасибо.

Убираю в сумку. А? Да, так вот с сумкой для айпада и хожу до сих пор. Удобнейшая штука – хоть пистолет в нее прячь, хоть книгу, хоть медаль.

– Девушка! Мне два куска пирога с ветчиной, грибами и сыром, пожалуйста.

На лице товарища чекиста проскальзывает некая смесь разочарования с неодобрением. Ну а ты что ожидал, дядя? Что я встану и «Служу Отечеству!» закричу?

– Мы видели сигнал опасности для вашего связного. Вы не могли бы уточнить, что произошло?

Это такой вежливый вопрос, не сдрейфил ли я и не поставил ли сигнал в качестве «отстаньте от меня все», видимо.

– Мне его фото показывали в Си-Ай-Ди[19]19
  Criminal Investigation Division – Отдел криминальных расследований (англ.).


[Закрыть]
Кейптауна и спрашивали, какие у меня дела с новороссийским шпионом Юрием Самариным.

– И что вы ответили?

– Что заходил ко мне в зал пару раз моряк с новороссийского корабля, с которым мы выпили пива и немного поболтали, а больше мне о нем ничего не известно.

Булатов одобрительно кивнул:

– Правильно.

Спасибо, блин, за одобрение. Как бы я без него жил, даже и не знаю.

– …не могли бы подробно рассказать, что именно произошло после операции?

– Зачем? Что было, то прошло.

– Поверьте, самые малозначительные на первый взгляд подробности могут оказаться весьма важными. Я все-таки больше тридцати лет в этом деле.

Послать его все-таки, может? Ладно, это всегда успеется. Рассказываю. Чекист внимательно слушает, иногда задавая уточняющие вопросы. Наконец, заканчиваю. Булатов молча сидит пару минут с задумчивым выражением лица. Я, пользуясь моментом, приканчиваю остатки пирога. Очень вкусно, кстати. Зря я тут сладкой выпечкой ограничивался.

– А за сколько зал продали, если не секрет?

Не спеша прожевываю, допиваю кофе и только после этого отвечаю:

– Секрет.

Собеседник чуть разочарованно морщится:

– Виталий Сергеевич, я понимаю, что вы огорчены тем, как все прошло…

Молча смотрю на него.

– …но это неизбежные в нашем деле случайности. Да и финансово вы никак не пострадали, скорее наоборот – продали бизнес на пике, за максимальную цену…

Мое раздражение прорвалось наружу:

– Зачем задавать вопросы, на которые у вас есть ответы? Может, мне вас еще поблагодарить за эту подставу?

Булатов вновь напустил на себя тот самый вид доброго дедушки, взирающего на непутевого внука, что бесил меня еще в нашу первую встречу.

– О какой «подставе» идет речь?

– А вы не знаете?

– Нет.

– Тогда не вижу смысла в дальнейшем разговоре.

«Добрый дедушка» укоризненно нахмурился:

– Нет уж, сказали «а» – говорите и «б». Вы обвинили нас в некой «подставе». Объяснитесь, пожалуйста.

Пару секунд раздумываю, не стоит ли просто подняться и уйти, но в итоге решаю ответить. Наелся, лень вставать.

– Когда я соглашался вам помочь, то ставил условие – моя деятельность не должна быть направлена против интересов страны проживания. Вы с ним согласились. Когда Юра сказал, что нужно сделать, я уточнил – сотрудничает ли Умар с Родезией. Мне было сказано, что нет, а в итоге оказалось, что да. Значит, либо вы меня обманули, либо вы некомпетентны.

– Не совсем так. Я читал рапорт Самарина. Он ответил, что у него нет такой информации. И у него ее действительно не было, откуда? Человек работает на строго определенном участке.

– Но у вас была.

– У меня лично – нет, разумеется. Я вообще в Порто-Франко работаю, совсем по другим задачам, и ничего о вашей операции не слышал до недавнего времени.

– У вашей конторы.

– Конечно, Разведуправление было в курсе контактов Набтаба. Он давно находился в нашем поле зрения. Но такого рода информацию до исполнителей доводят только в том случае, если это необходимо для успеха операции. В данном случае необходимости не было.

– Вы нарушили наш договор.

Булатов поморщился:

– Виталий Сергеевич, разведка – это не бизнес и уж тем более – не детский сад. Единственное, что имеет значение – выполнение задачи. Ничьи чувства и «обидки» в расчет не принимаются. Задача выполнена, уничтожен опасный враг нашей страны и нашего народа. Вашего народа. И теперь делать губы бантиком – как-то по-детски, вам так не кажется?

– Нет.

Полковник с разочарованием развел руками:

– Ну, потом поймете, что я прав. Предлагаю перейти от дел минувших к текущим.

Ну понятно, не просто же так он приехал из Порто-Франко. Ладно, послушаем, авось что интересное услышим. Впрочем, кое-какие догадки насчет того, о чем пойдет речь, у меня есть.

– Какие у вас планы на будущее?

– Неопределенные.

– Ну варианты-то есть какие-нибудь?

– Конечно. В процессе рассмотрения.

Спрашивать: «Не поделитесь ли?» – Булатов не стал, видимо предчувствуя (и совершенно правильно), что ответом будет «нет».

– Интересуетесь этой затеей с колонией на Дальнем Юге, как я слышал?

Ага. Слышал он. Блин, сначала троцкисты, теперь эти… что им там всем, медом намазано, что ли?

– Интересуюсь.

– Собираетесь стать пайщиком.

– Один из вариантов.

Чекист удовлетворенно кивнул:

– Нам бы хотелось, чтобы вы это сделали.

– Вам-то зачем? За тридевять земель же…

Вообще, конечно, очень даже понятно зачем. Новороссы как бы не больше всех крупных игроков в местной песочнице заинтересованы в том, чтобы проект либо провалился, либо перешел под их контроль. Иначе, если там возникнет сколь-нибудь рабочая альтернатива их социализму, это сразу переключит часть переселенческого потока из-за ленточки на Дальний Юг. Да и из само?й Новороссии недовольные потянутся…

Булатов не стал вилять и рассказывать сказки в духе: «Да так, из общего интереса».

– Потому что политическое разделение русского народа стало бы величайшей трагедией, которой надо избежать любыми средствами.

Ишь, какой. «Любыми средствами». Потроллить его немного, что ли?

– Хм… почему? Кому нравится социализм – едут к вам, кому капитализм – на юг. Оппозиции нет, все довольны. Страны далеко, пересечения интересов тоже нет. Идеальный выход, по-моему.

Новоросс печально вздохнул:

– Все несколько сложнее, чем вам представляется. Проект реализуется при поддержке Ордена. Негласной, да, но поддержке. Без этого Больших даже суда не смог бы найти. Вы в курсе, что единственная страховая компания, которая согласилась, – это американская «Эф-Эл-Ай-Си»? Основным ее акционером является Орден. Через подставных лиц, конечно. А без страховки ни один капитан в море не выйдет, особенно к черту на рога. И это только страховка. А еще сам факт опубликования результатов экспедиции в столь короткий срок. Выдача разрешения на закупку и провоз тяжелого вооружения. Само по себе оружие не столь важно, но это ведь знак, что Орден воспринимает всю затею всерьез. Ни одна из прошлых «панам» до этой стадии не дошла, орденцы «изучали вопрос» до тех пор, пока организаторы аферы не скрывались с деньгами. Да, все это косвенные улики, но вместе они складываются в картинку…

Пожимаю плечами:

– Так какая разница-то? Ну помогли, допустим, орденские Глебу из каких-то там своих соображений. Как это отменяет аргументы «за», которые я уже приводил?

Собеседник цокнул языком:

– Вот то-то и оно, «из соображений». Не из любви же к русскому народу, с учетом того, кто там в Ордене заправляет. Согласны?

– Допустим. И?

– И то, что отношения у нас с Орденом довольно напряженные, мягко скажем. Только у англичан такие же, больше ни у кого. Причем если англичане поругались сравнительно недавно, года четыре назад, то с нами контры были всегда. И будут дальше. Англичане-то помирятся, вот увидите. Для Ордена они свои, просто сбившиеся с пути. А мы – чужие. И если Орден помогает в основании русской колонии на Дальнем Юге – значит, у них уже есть план, как нас между собой стравить. В чем в чем, а в этом они мастера. Нельзя этого допускать!

Он чуть подался вперед, взволнованно схватившись за край столешницы. Ну или делая вид, что взволнованно.

– …нельзя допустить, чтобы русские враждовали с русскими! А для этого нам нужны свои люди в колонии! И не просто источники информации, но и те, кто принимает решения! Хотя бы как канал связи!

Ну да. Как в солдатской поговорке: «Свежо питание, но… с трудом», ага. Нет, я вполне верю, что у Ордена есть какие-то идеи насчет колонии. Даже странно было бы обратное, прямо скажем. А «с трудом» – это я о чистоте помыслов товарищей чекистов. Знаю я эту породу – им везде нужны «свои кадры, с подписочкой». По-иному они просто не могут, физически не способны. Никакой свободы воли, только контроль и отчетность, хе-хе.

– Ну так в чем проблема? Дали своему агенту четверть ляма, он пришел к Глебу – тот его с распростертыми объятиями примет.

Булатов помотал головой:

– Нет, это не вариант. Дело даже не столько в деньгах, хотя и это важно, сколько в правдоподобии легенды. Больших не дурак, будет проверять прошлое желающих. У человека должна быть история, и из этой истории должно быть четко понятно – откуда деньги и почему их хозяину на месте не сидится. Вы в этом плане идеальный кандидат.

Хм… ну, пожалуй. Уж до истории с Набтабом Глеб точно вряд ли доберется. Если только ему кто-то из того же Ордена не подскажет. Хотя – маловероятно. И далеко не факт, что они вообще в курсе, и сама по себе история весьма мутная.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6