Виталий Шурыгин.

Жан Луи Третон по прозвищу Серебряная нога. Герои Шуанерии. За Бога и Короля. Выпуск 16



скачать книгу бесплатно

© Виталий Шурыгин, 2017


ISBN 978-5-4485-9298-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


На этот раз мой рассказ будет о не менее известном шуане, простом крестьянском парне, что был одним из вождей восстания 1793 года и прошел весь путь с Королевской и Католической Армией вплоть до её последней битвы под Савине 23 декабря 1793 года, и после возвращения в Бретань, наряду с Жаном Шуаном и Жаном Безье ставшим во главе шуанов Майена.

Будучи главой 25 приходов, начальником дивизии Нюилле-Сюр-Викуэн (названа в честь коммуны в департаменте Майен) в Королевской и Католической армии Бретани и кавалером ордена Святого Людовика, Жан пал в бою 27 октября 1795 года в возрасте всего лишь двадцати пяти лет.

Российскому читателю, он фактически не известен, может быть, тот, кто читал «Девяносто третий год» Виктора Гюго вспомнит «главаря банды», «мятежника» Жана Третона.

В отличии от ранних работ Гюго, написанных в 1818—1822 годах, таких как «Вандея», «Киберон», «Людовик XVII», «Ода на смерть герцога Беррийского» и других, где автор заявил себя как ярый роялист, впоследствии Гюго переходит в «республиканский лагерь» и «Девяносто третий год» вышедший в 1874 году принадлежит на этот раз уже перу ярого республиканца (потому и была переведена была эта книга на русский язык, а упомянутые мной «Вандея» и «Киберон» так и не вошли в крупнейшее собрание сочинений автора в пятнадцати томах вышедшее на русском языке в 1953—1956 годах).

Ну, и естественно, нет никакой статьи в русскоязычной Википедии, даже одного абзаца, посвященного Жану Луи Третону как и информации о нем в русскоязычном интернете.

Ситуация не удивительная и довольно характерная, для её преодоления мною и затеян цикл книг «Герои Вандеи и Шуанерии. За Бога и Короля».

Итак, я начинаю свой рассказ.

Глава первая

Жан Луи Третон


8 мая 1770 года, в семье простого землепашца арендатора Жака Третона и его супруги Жанны родился сын, названный при крещении Жаном Луи. В отличие от семьи Кадудалей, то же землепашцев, Жак Третон был арендатором, а не прямым собственником земли, что он обрабатывал.

Семья Третонов проживала в Малом Ольнэ в приходе Астийе, что расположен к югу от Лаваля. Маленький Жан Луи был вторым сыном, первый сын по бретонскому обычаю получал имя отца, а всего в семье было двенадцать детей!

О раннем детстве нашего героя ничего неизвестно, неизвестно, даже ходил ли он в школу, что были, тогда не только в городах, но и селах; но уже с одиннадцати лет Жан Луи работал пастухом, помогая семье, и именно на его работе произошел тот случай, что сделал его калекой на всю жизнь.


Как обычно пася скот на лугу, двенадцатилетний Жан Луи стал свидетелем драки двух хозяйских быков и не нашел ничего лучшего, как вмешаться и прекратить драку, быки то были под его ответственностью! Но тут и взрослый мужчина не всегда справится, попробуйте разнять разъяренных быков, а это был всего лишь двенадцатилетний, хоть и деревенский, мальчик.

В итоге, один из быков пропорол мальчику ногу.

Причем существует и другая история, по которой на стадо напали волки, дело было ранней весною, и Жан Луи, обороняя от них стадо, был покусан волком, пока не подбежала помощь.


Шесть долгих месяцев провалялся мальчик в больнице города Анже куда он был доставлен благодаря помощи двух помещиц де Кустар и де Сувре, проживавших в том же кантоне и активно занимавшихся благотворительностью, но безуспешно, врачи так и не могли вылечить мальчика. Де Сувре (владелица Малого Ольнэ, именно у неё семья Третона арендовала землю) полностью оплатила лечение и проживание Жана Луи в больнице эти полгода.

Во время лечения для фиксации кости к больной ноге была прикреплена металлическая пластина, от которой и пошло прозвище «Серебряная нога».

После больницы мальчик переехал жить к свой бабушке и дедушке по материнской линии, что носили фамилию Фуке, и проживали в другом селе. Жан Луи был больше не способен к тяжелому крестьянскому труду.


В селе Косе-ле-Вивьен, каждое воскресенье после мессы возле церкви некий торговец медикаментов продавал орвиетан, чудодейственное средство, состоящее из 27 компонентов, которое яко бы исцеляло от всех болезней (впоследствии, понятие «торговец орвиетана» стало синонимом шарлатана).


продавец орвиетана в деревне


И так этот торговец орвиетана обещал бесплатно вылечить мальчика, если он будет помогать ему, продавать его товар. Прошло несколько месяцев, но мальчика вылечить не удалось, шарлатан покинул село, где прямым укором ему служил Жан Луи, а мальчик пошел в услужение галантерейщику.


Есть и история, рассказывающая о том, что Жан Луи стал нищим и просил подаяние, но это мало вероятно при живых родителях и бабушке с дедушкой, что зарабатывали себе на жизнь честным трудом, но она существует.


Став старше Жан Луи становится коробейником и ходит по деревням с тем же галантерейным товаром и разными мелкими вещами необходимыми в крестьянском быту. Но у парня не было никакого «коммерческого духа», порою, он просто раздавал свой товар бедным крестьянам и всегда оказывался в убытке. Так что, в конце концов, Жан Луи становится лодочником в Анже, где его и застала революция и рекрутский набор марта 1793 года.


Анже сегодня


При этом Анна Берне, в своей «Генеральной истории шуанерии» сообщает, что Жан Луи Третон вступил в «Бретонскую ассоциацию» основанную маркизом де Ла Руэри еще в 1991 году! Среди членов ассоциации будущие герои шуанерии де Буасарди, де Буасги, де Ла Бурдонне, де Тинтеньяк по прозвищу «Белый Волк», братья Луи и Шарль Эдуард де Ла Хей де Силз и их дядя Себастьян, и, конечно же, Пьер Гиллемо и Жан Коттеро по прозвищу «Шуан», и это далеко не полный список. Подробно о «Бретонской ассоциации» и её основателе рассказано в моей книге посвященной Арману де Ла Руэри.


Арман де Ла Руэри


И тут важно отметить, что накануне революции Бретань была одной из самых богатых провинций Франции со своей конституцией и парламентом, пользовалась определенными правами автономии и большая часть налогов оставалась на месте, а не шла в центр.


И вот, 8 мая 1788 года Король издает эдикт по сути аннулирующий полномочия местных парламентов. Этот эдикт был подготовлен хранителем королевской печати Ламуаньоном. Хотя парламенты в принципе не ликвидировались, их деятельность приостанавливалась на неопределенное время, состав сокращался, а большая часть полномочий передавалась 47 новым окружным судам. Этот эдикт вызвал возмущение во многих провинциях французского королевства, в частности и в Бретани; Бретонский парламент отказывается его исполнять, как противоречащий «унии Бретани и Франции» 1532 года. Он собирается в Ренне и прогоняет королевских солдат, желающих навести порядок. Выбирается депутация из 12 человек, что отбывает в Версаль, что бы донести требования бретонцев до Короля.

Вот её состав: шевалье де Гуэ, маркиз де Тремарж, граф де Бэдэ, де Ла Фрюглай, де Нетюмьер, де Бедельевр, де Карне, де Ла Фероньер, де Сисе, де Монтлюк, де Шатильон и маркиз де Ла Руэри.

5 июля, делегация прибывает в Версаль, но Король отказывается принимать бретонских депутатов. В ожидании «благоволения Его Величества» депутаты останавливаются в Париже, при этом они проводят несколько званных вечеров и обедов, для своих земляков, пока в один знаменательный день, 14 июля 1788 года не были арестованы и препровождены в Бастилию. Справедливости ради надо сказать, что условия заключения были более чем комфортные, депутатам было предоставлено 240 бутылок лучшего бордо, не говоря о прочих деликатесах. Да и длилось оно не долго, 25 августа 1788 года, с уходом в отставку первого министра Этьенна Шарля де Ломени де Бриенн, узники были освобождены в тот же день! Они с триумфом возвращаются в Бретань, где их чествуют как героев.

А пока бретонские депутаты сидели в Бастилии, 8 августа 1788 года, Король выпустил указ о созыве 1 мая 1789 года, впервые после 1614 года (!) Генеральных Штатов. 29 декабря 1788 года в Рене собирается последний, перед революцией, парламент Бретани. Третье сословие составляет «наказы», требует равного для всех налогообложения, политических прав. Из числа депутатов, что заседали в парламенте Бретани, 965 составляли дворяне, 30 высшее духовенство и только 42 выходцы из третьего сословия. Причем стоит отметить, что третье сословие было представлено в основном городской буржуазией, а не крестьянством, что составляло большинство населения Бретани, и именно эта буржуазия объявила себя «выразительницей народных интересов». Ведь Бретань все еще имеет особый статус, она самая автономная провинция королевства, и её жители платят меньше налогов, чем жители остальных областей Франции.


заседание генеральных Штатов


24 января 1789 года вышел королевский указ о созыве Генеральных Штатов и регламенте выборов, первому и второму сословию предоставлялось право избрать по 300 депутатов из своей среды, третьему сословию-600. Дворянство Бретани собирается в Сан-Брие и клятвенно настаивает на своем отказе от любого изменения бретонской конституции, и не посылает свих депутатов в Версаль, развязывая тем самым руки буржуазии. Во время составления списков депутатов в Генеральные Штаты, аристократы исключены из списков, и интересы Бретани едут представлять представители третьего сословия.

В мае 1789 года в Париж прибудут бретонские депутаты от третьего сословия, проявившие себя как наиболее активные и радикальные деятели Генеральных Штатов и Конституционной Ассамблеи, в частности среди них был адвокат из Ренна, Иссак ле Шапилье основатель бретонского клуба, ставшего в последствие знаменитым клубом якобинцев.

5 мая 1789 года, в зале дворца «Малые забавы» в Версале, состоялось торжественное открытие Генеральных Штатов, а уже 14 июля 1789 года ознаменовалось «официальным» началом французской революции и взятием Бастилии, с восторгом встреченным «прогрессивной общественностью». И вот в ночь на 4 августа 1789 года депутат от Бретани, негоциант Ле Гуен де Керангаль, предлагает отменить все права и привилегии Бретани (напомню, Бретань пользовалась тогда большой финансовой и политической самостоятельностью, а так же различными судебными военными и религиозными льготами). Причем многочисленные наказы избирателей, как от приходов, так и от сенешальств, решительно настаивают на сохранении прав и льгот провинции! Никто не требует их отмены, в этом третье сословие полностью согласно с первыми двумя! Однако, в течение ночи 4 августа, бретонские депутаты с пафосом отказываются от «бретонских прав», в то время, когда ими был получен наказ от избирателей «употребить всё свое рвение для их (прав и льгот) поддержки и сохранения»!

И получается, что защиту прав и льгот Бретани берет на себя дворянство, буржуазия же в свою очередь идет до конца и постановляет уничтожить Парламент и Штаты Бретани эдиктами от 3 и 5 ноября.

Парламент пытается оспорить эту отмену, его представители прибывают в Париж в январе 1790 года и выступают на заседании Конституционной Ассамблеи, где их позиция была осуждена и освистана. Мирабо обвиняет их в попытке стать на пути «великой революции, которая собирается изменить лицо мира и судьбу человеческого сообщества»!

Бретонские льготы отныне осуждены безвозвратно, а попытка их защитить рассматривается как «контрреволюция»!

15 января 1790 года было принято новое административное деление Франции на департаменты, дистрикты, кантоны и коммуны. Провинция Бретань перестала существовать, а на её месте появилось пять департаментов: Кот дю Нор (современный Кот-д’Армор), Финистер, Иль и Вилен, Нижняя Луара (сейчас Атлантическая Луара), Кот дю Сюд (ныне Морбиан).

А 12 июля 1790 года Национальное Собрание принимает «гражданскую конституцию духовенства», что полностью реформировала французскую церковь и в значительной мере ущемляла права духовенства. Старое деление Франции на 18 архиепископств и 116 епископств заменялось делением на 83 диоцеза совпадавших с административным делением на департаменты. Епископы должны были выбираться теми же лицами, что и депутаты и департаментская администрация, а приходские священники, лицами, выбиравшими местную администрацию, причем закон не требовал, что бы избиратели были католиками. Ну и главное, гражданская присяга духовенства.

27 ноября 1790 года была выработана форма присяги, которую должны были приносить все духовные лица, присяги на верность и повиновение гражданской конституции.

Отсюда пошел раскол во французской католической церкви. По сути, произошла очередная «реформация». Из компетенции церкви были изъяты такие функции, как регистрации рождений, смертей и браков. Признавался только гражданский брак, заключенный в мэрии. Были упразднены все церковные саны, кроме епископа и кюре, причем, теперь это были выборные должности. Отменялось обязательное утверждение французских епископов Папой Римским. Было так же упразднено множество епархий и приходов, в Бретани упразднили 4 епархии из 9. Низшее духовенство, поначалу приветствовавшее революцию, отвернулось от неё.

Многие священники отказались присягать конституции. Тем самым поставив себя вне закона, в Бретани это от 70 до 90% клира. В Ванне, Ла Рош-Берне, Жосселине и Оре все 90%. Они были изгоняемы с приходов и лишались государственного жалования, которое им было положено по декрету от 29 ноября 1791 года.

Но при этом нашлось семь епископов, среди которых знаменитый Талейран, что подписали и одобрили присягу.

Закон от 27 ноября 1790 года говорить о необходимости преследования «как нарушителей общественного порядка» не присягнувших священников. Постановление же от 19 июня 1791 годы уже обязывало под страхом отставки и суда общественным обвинителям преследовать не присягнувших священников! И «не присягнувшие» служили мессу в лесу, тайком, как первые христиане. Население, как правило, привязанное к старым священникам, обращалось только к ним, ходило на тайные мессы и не признавало «обновленцев», священников принесших присягу.

И в конце 1790 года и в начале, 1791, начинаются волнения в Леоне, Ванне (где стоял колледж Сент-Ив) и других областях Бретани. В Жосселине, в августе 1790, местное население выражает солидарность священнику отказавшемуся читать декрет Конституционной Ассамблеи во время мессы. Организовываются многочисленные паломничества и моления с целью просить у Бога защиты от новых законов. В январе 1791 года, в Сен-Поле, аббат Бранелек провозглашает, что люди регистрирующие браки в мэрии, «не являются более христианами», его поддерживают местные жители, так что мэрия Сен-Поля просит воинское подкрепление из Бреста.


В феврале 1791 года, в Ванне, происходит первое столкновение между крестьянами и новой властью. Власть отправляет местного епископа Амело, что отказался давать гражданскую присягу в отставку, в ответ из окрестностей Ванна прибывают крестьяне и организуют марш в поддержку епископа. В нем принимают участие и ученики колледжа Сент-Ив, когда то поддерживающие новые преобразования и приветствующие революцию, теперь они стоят за «старый порядок». 9 февраля, для прекращения беспорядков, прибывают национальные гвардейцы из Лориента, уже с приказом арестовать епископа! В ночь с 12 на 13 февраля звонят колокола в Ванне. 3000 крестьян вооруженные палками и косами движутся к городу. В Лизье, в двух километрах от Ванна, они сталкиваются с национальными гвардейцами и драгунами из Лориента, последние открывают огонь по толпе, убито 4 и ранено 40 человек (по другим данным убито 13 и ранено 60 человек) остальные разбежались. А епископ Амело, все-таки был арестован!


город Ванн


К марту 1791 года все старые епископы в департаментах Бретани изгоняются, но население не признает «конституционных священников», они подвергаются насмешкам и оскорблениям, а порою просто прогоняются с прихода, что естественно приводит к новым конфликтам с властью.

Глава вторая

Бретонская ассоциация встает на защиту веры и выступает против «гражданской конституции духовенства» и в защиту не присягнувших священников, объявляя все принятые Национальным Собранием законы не законными, как противоречащие воле народа. Само собой она выступает и против увеличения налогов, что выросли в три раза по сравнению со «старым режимом», как и против всех нововведений, что приводят к обнищанию бретонцев, все они «не законны»!

Естественно ассоциация встречает поддержку у населения. Разработан далеко идущий план вооруженного восстания совместно с вооруженным выступлением эмигрантов. Разработан целый проект выступления на будущую весну армии принцев, укрепленной множеством прусских корпусов и одновременного восстания в Бретани, Мене и части Нормандии, так что революция окажется между двух огней.

Продолжается вербовка добровольцев, принимаются меры, что бы заручится поддержкой гарнизонов национальной гвардии. В сферу влияния ассоциации попадает и Анжу, в неё вступает семнадцатилетний Пьер Мерсье, сын хозяина гостиницы из Шато-Гонтье.

На полученные деньги закупается оружие и порох. На остров Джерси в начале 1792 года из Англии прибывает 3600 ружей, 3000 бочонков с порохом и 4 пушки. Кроме того из Англии приходит на нужды ассоциации 33 000 ливров, да из Остенда (Бельгия) прибывает 3000 ружей. Всё это будет доставлено в Бретань путями контрабандистов, что отлично функционировали еще и в 1811 году во время «континентальной блокады».


5 июля 1791 года, австрийский император Леопольд II обратился к европейским монархам с призывом защитить монархию во Франции, и, в конце концов, 7 февраля 1792 года, был заключен австро-прусский военный союз. Первой естественно объявила войну революционная Франция, 20 апреля 1792 года, Австрии, и тут же пошла в наступление в Бельгии и Фландрии, желая там разжечь «пожар революции» и рассчитывая, что неприятель вдохновится идеями свободы, равенства, братства, и обратит оружие против собственных господ. Это была армия генерала Рошамбо в количестве 35 000, у Валансьена, армия генерала Лафайета 30 000 у Меца и армия генерала Люкнера 20 000 человек, севернее Страсбурга. Генералы, стоявшие во главе армий, участвовали в семилетней и северо-американской войне. В конце апреля французы пошли широким фронтом в четыре колонны, на Намюр, Монс, Турне и Фюрн. Фактор внезапности и численное превосходство было на стороне французов.

Но всё пошло не так, как рассчитывали «пламенные революционеры» Один из отрядов французской армии численностью 4000 человек наступал через границу из Лилля, когда неожиданно путь ему преградил гораздо менее многочисленный австрийский гарнизон города Турне. Не было сделано ни одного выстрела, не дошло дело и до штыкового боя. Мгновенно охваченные паникой, французы с криками бросились назад, пока не добежали обратно до Лилля. Там поход закончился мятежом, во время которого был убит командир корпуса и несколько старших офицеров. В тот же день французская дивизия под командованием Бирона числом 10 000 встретилась с небольшим отрядом австрийских стрелков, который проводил рекогносцировку на местности. Противники едва успели обменяться выстрелами. Достаточно было нескольких точных выстрелов австрийцев по боевым порядкам французов, как два полка французских драгун бросились удирать с криками: «Нас предали!» Их примеру сразу же последовали и остальные французские солдаты. Подобные случаи панического бегства, почти всегда необъяснимого, происходили постоянно, как только первые революционные французские полководцы Рошамбо, Люкнер или Лафайет пытались бросить свои войска на врага.

Итак, встретившись с австрийскими частями, две средние колонны отступили в полном беспорядке, превратившемся в паническое бегство. Достаточно было просто австрийцам открыть огонь по французским позициям, как люди обращались в бегство. Французские солдаты кидали знамена, убивали офицеров, видели кругом предательство и измену. Это бегство вызвало отступление и двух фланговых колонн, к тому же население Бельгии без энтузиазма и скорее враждебно встретило революционные войска. В итоге генерал Рошамбо сложил с себя командование.


Восстание по плану должно было начаться, когда австро-прусские войска возьмут город Шалон-сюр-Марн на севере Франции. Две армии должны были встретиться под стенами Парижа, одна принцев, другая де Ла Руэри, а дальше освободить Короля и разогнать Национальное Собрание.


А пока Бретань празднует Пасху, причем службу проводят не присягнувшие священники, но из столицы приходит приказ в департаменты Запада, депортировать всех не присягнувших священников. И приказ этот приходит как раз в святую неделю! Приходы Шатра, Воже, Шамме, Сен-Леже, Сен-Кристофа, Сен-Жана-сюр-Евр и другие встают на защиту своих кюре. Организуются манифестации протеста и прямые выступления против политики властей. Арестованы аббат Риполь, кюре Жена, аббат Баррабе, кюре Шама, и его викарий аббат Даво.


кафедральный собор города Эврона


В воскресенье, 1 апреля в дистрикте Эврон, после мессы собралась толпа с оружием в руках и помешала аресту своего кюре, отбив его из рук национальных гвардейцев.

На другой день, 2 апреля, 800 человек пошли к зданию мэрии, но они были разогнаны национальными гвардейцами, открывшими стрельбу из пушек по толпе. В течении пяти дней мертвецы лежали на площади в назидание народу. Было арестовано 103 человека, большинству манифестантов удалось бежать.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное