Висенте Бласко-Ибаньес.

Испанский с В. Бласко Ибаньесом. Стена / Vicente Blasco Ib??ez. La pared



скачать книгу бесплатно

© О. Абелла Кастро, 2018

© И. Франк, 2018

© ООО «Издательство ВКН», 2018

* * *

Как читать эту книгу

Уважаемые читатели!

Перед вами – НЕ очередное учебное пособие на основе исковерканного (сокращенного, упрощенного и т. п.) авторского текста.

Перед вами прежде всего – интересная книга на иностранном языке, причем на настоящем, «живом» языке, в оригинальном, авторском варианте.

От вас вовсе не требуется «сесть за стол и приступить к занятиям». Эту книгу можно читать где угодно, например, в метро или лежа на диване, отдыхая после работы. Потому что уникальность метода как раз и заключается в том, что запоминание иностранных слов и выражений происходит подспудно, за счет их повторяемости, без СПЕЦИАЛЬНОГО заучивания и необходимости использовать словарь.

Существует множество предрассудков на тему изучения иностранных языков. Что их могут учить только люди с определенным складом ума (особенно второй, третий язык и т. д.), что делать это нужно чуть ли не с пеленок и, самое главное, что в целом это сложное и довольно-таки нудное занятие.

Но ведь это не так! И успешное применение Метода чтения Ильи Франка в течение многих лет доказывает: начать читать интересные книги на иностранном языке может каждый!

Причем

на любом языке,

в любом возрасте,

а также с любым уровнем подготовки (начиная с «нулевого»)!

Сегодня наш Метод обучающего чтения – это почти триста книг на пятидесяти языках мира. И более миллиона читателей, поверивших в свои силы!

Итак, «как это работает»?

Откройте, пожалуйста, любую страницу этой книги. Вы видите, что текст разбит на отрывки. Сначала идет адаптированный отрывок – текст с вкрапленным в него дословным русским переводом и небольшим лексико-грамматическим комментарием. Затем следует тот же текст, но уже неадаптированный, без подсказок.

Если вы только начали осваивать испанский язык, то вам сначала нужно читать текст с подсказками, затем – тот же текст без подсказок. Если при этом вы забыли значение какого-либо слова, но в целом все понятно, то не обязательно искать это слово в отрывке с подсказками. Оно вам еще встретится. Смысл неадаптированного текста как раз в том, что какое-то время – пусть короткое – вы «плывете без доски». После того как вы прочитаете неадаптированный текст, нужно читать следующий, адаптированный. И так далее. Возвращаться назад – с целью повторения – НЕ НУЖНО! Просто продолжайте читать ДАЛЬШЕ.

Сначала на вас хлынет поток неизвестных слов и форм. Не бойтесь: вас же никто по ним не экзаменует! По мере чтения (пусть это произойдет хоть в середине или даже в конце книги) все «утрясется», и вы будете, пожалуй, удивляться: «Ну зачем опять дается перевод, зачем опять приводится исходная форма слова, все ведь и так понятно!» Когда наступает такой момент, «когда и так понятно», вы можете поступить наоборот: сначала читать неадаптированную часть, а потом заглядывать в адаптированную.

Этот же способ чтения можно рекомендовать и тем, кто осваивает язык не «с нуля».


Язык по своей природе – средство, а не цель, поэтому он лучше всего усваивается не тогда, когда его специально учат, а когда им естественно пользуются – либо в живом общении, либо погрузившись в занимательное чтение. Тогда он учится сам собой, подспудно.

Для запоминания нужны не сонная, механическая зубрежка или вырабатывание каких-то навыков, а новизна впечатлений. Чем несколько раз повторять слово, лучше повстречать его в разных сочетаниях и в разных смысловых контекстах. Основная масса общеупотребительной лексики при том чтении, которое вам предлагается, запоминается без зубрежки, естественно – за счет повторяемости слов. Поэтому, прочитав текст, не нужно стараться заучить слова из него. «Пока не усвою, не пойду дальше» – этот принцип здесь не подходит. Чем интенсивнее вы будете читать, чем быстрее бежать вперед, тем лучше для вас. В данном случае, как ни странно, чем поверхностнее, чем расслабленнее, тем лучше. И тогда объем материала сделает свое дело, количество перейдет в качество. Таким образом, все, что требуется от вас, – это просто почитывать, думая не об иностранном языке, который по каким-либо причинам приходится учить, а о содержании книги!

Главная беда всех изучающих долгие годы какой-либо один язык в том, что они занимаются им понемножку, а не погружаются с головой. Язык – не математика, его надо не учить, к нему надо привыкать. Здесь дело не в логике и не в памяти, а в навыке. Он скорее похож в этом смысле на спорт, которым нужно заниматься в определенном режиме, так как в противном случае не будет результата. Если сразу и много читать, то свободное чтение по-испански – вопрос трех-четырех месяцев (начиная «с нуля»). А если учить помаленьку, то это только себя мучить и буксовать на месте. Язык в этом смысле похож на ледяную горку – на нее надо быстро взбежать! Пока не взбежите – будете скатываться. Если вы достигли такого момента, когда свободно читаете, то вы уже не потеряете этот навык и не забудете лексику, даже если возобновите чтение на этом языке лишь через несколько лет. А если не доучили – тогда все выветрится.

А что делать с грамматикой? Собственно, для понимания текста, снабженного такими подсказками, знание грамматики уже не нужно – и так все будет понятно. А затем происходит привыкание к определенным формам – и грамматика усваивается тоже подспудно. Ведь осваивают же язык люди, которые никогда не учили его грамматику, а просто попали в соответствующую языковую среду. Это говорится не к тому, чтобы вы держались подальше от грамматики (грамматика – очень интересная вещь, занимайтесь ею тоже), а к тому, что приступать к чтению данной книги можно и без грамматических познаний.

Эта книга поможет вам преодолеть важный барьер: вы наберете лексику и привыкнете к логике языка, сэкономив много времени и сил. Но, прочитав ее, не нужно останавливаться, продолжайте читать на иностранном языке (теперь уже действительно просто поглядывая в словарь)!


Отзывы и замечания присылайте, пожалуйста, по электронному адресу frank@franklang.ru

Vicente Blasco Ib??ez. La pared

Primavera triste (Печальная весна)

El viejo T?fol y la chicuela (старик/старый Тофоль и девчушка; chica, f – девочка) viv?an esclavos de su huerto (жили = были рабами своего сада; huerto, m – сад, огород), fatigados por una incesante producci?n (утомленные непрекращающимся производством = беспрерывной работой; cesar – прекращать). Eran dos ?rboles m?s (/они/ были «еще» двумя деревьями), dos plantas de aquel pedazo de tierra (двумя растениями этого клочка: «того куска» земли) – no mayor que un pa?uelo (не больше, чем платок = носового платка), seg?n dec?an los vecinos (как говорили соседи; seg?n – согласно, по словам), – y del cual sacaban su pan (и из которого они доставали = на котором они добывали свой хлеб; sacar – вынимать, извлекать) a costa de fatigas (ценой мучений; fatiga, f – усталость, мучение).

 El viejo T?fol y la chicuela viv?an esclavos de su huerto, fatigados por una incesante producci?n.

Eran dos ?rboles m?s, dos plantas de aquel pedazo de tierra – no mayor que un pa?uelo, seg?n dec?an los vecinos–, y del cual sacaban su pan a costa de fatigas.

Viv?an como lombrices de tierra (/они/ жили, как земляные черви: «черви земли»), siempre pegados al surco (всегда среди грядок: «приклеенные к борозде»; pegar – приклеивать, прикреплять); y la chica, a pesar de su desmedrada figura (и девочка, несмотря на свою тщедушную фигурку; desmedrar – разрушать, уменьшаться), trabajaba como un pe?n (работала как батрак; pe?n, m – подсобный рабочий). La apodaban la Borda (ее прозвали Бордой; apodo, m – прозвище, кличка), porque la difunta mujer del t?o T?fol (потому что покойная жена дядюшки Тофоля), en su af?n de tener hijos (в своем страстном желании иметь детей; af?n, m – страстное желание, стремление) que alegrasen su esterilidad (которые принесли бы радость в ее бездетную жизнь: «обрадовали бы ее бездетность»; est?ril – стерильный, бесплодный), la hab?a sacado de la Inclusa (взяла ее из приюта; sacar – вынимать, извлекать).

Viv?an como lombrices de tierra, siempre pegados al surco; y la chica, a pesar de su desmedrada figura, trabajaba como un pe?n.

La apodaban la Borda, porque la difunta mujer del t?o T?fol, en su af?n de tener hijos que alegrasen su esterilidad, la hab?a sacado de la Inclusa.

En aquel huertecillo hab?a llegado a los diecisiete a?os (в том садике /она/ дожила: «дошла» до семнадцати лет), que parec?an once (которые казались одиннадцатью), a juzgar por lo enclenque de su cuerpo (судя по ее хилому тельцу: «по хилости ее тела»; juzgar – судить), afeado a?n m?s (еще более обезображенному = некрасивому; feo – уродливый) por la estrechez de unos hombros puntiagudos (из-за узости /ее/ угловатых плеч; estrecho – узкий; puntiagudo, agudo – острый; punta, m – остриё), que se curvaban hacia afuera (которые торчали вперед: «кривились наружу»; curva, f – кривая линия, изгиб; hacia – по направлению к), hundiendo el pecho (вдавливая грудь; hundir – погружать, топить) e hinchando la espalda (и сутуля: «выпячивая» спину, hinchar – надувать, выпячивать).

Era fea (/она/ была некрасива); angustiaba a sus vecinas y compa?eras de mercado (/и/ беспокоила: «тревожила» своих соседок и товарок на рынке; compa?ero, m – компаньон, приятель) con su tosecilla continua y molesta (своим постоянным и раздражающим покашливанием; tos, f – кашель); pero todas la quer?an (но все ее любили). ?Criatura m?s trabajadora (такое: «более» работящее создание; criar – создавать, взращивать)!..

En aquel huertecillo hab?a llegado a los diecisiete a?os, que parec?an once, a juzgar por lo enclenque de su cuerpo, afeado a?n m?s por la estrechez de unos hombros puntiagudos, que se curvaban hacia afuera, hundiendo el pecho e hinchando la espalda.

Era fea; angustiaba a sus vecinas y compa?eras de mercado con su tosecilla continua y molesta; pero todas la quer?an. ?Criatura m?s trabajadora!..

Horas antes de amanecer (за /несколько/ часов до рассвета), ya temblaba de fr?o en el huerto (она уже дрожала от холода в саду) cogiendo fresas (собирая клубнику) o cortando flores (или срезая цветы); era la primera que entraba en Valencia (она была первой, кто входил в Валенсию) para ocupar su puesto en el mercado (чтобы занять свое место на рынке); en las noches que correspond?a regar (в /те/ ночи, когда нужно было: «полагалось» поливать), agarraba valientemente el azad?n (/она/ отважно хватала мотыгу; valiente – смелый) y, con las faldas arremangadas (и, подоткнув юбки: «с подоткнутыми юбками»; arremangar – засучить, завернуть), ayudaba al t?o T?fol (помогала дядюшке Тофолю) a abrir bocas en los ribazos (открывать = прорывать устья в насыпях; boca, f – рот, устье) por donde se derramaba el agua roja de la acequia (по которым разливалась красная = ржавая оросительная вода: «вода орошения»), que la tierra, sedienta, y requemada (которую измученная жаждой и обожженная земля; sed, f – жажда; sediento – жаждущий, измученный жаждой; quemar – обжигать), engull?a con un glu-glu de satisfacci?n (поглощала с довольным бульканьем: «с буль-буль удовлетворения»; engullir – глотать не прожевывая; satisfacer – удовлетворять); y los d?as que hab?a remesa para Madrid (а в дни, когда была отправка = отправляли обозы в Мадрид), corr?a como loca por el huerto (/она/ бегала как сумасшедшая по саду), saqueando los bancales (опустошая грядки), trayendo a brazados los claveles y rosas (принося охапками гвоздики и розы; brazo, m – рука), que los embaladores iban colocando en cestos (которые упаковщики складывали: «шли складывая» в большие корзины; embalar – паковать; cesta, f – корзина; cesto, m – короб, большая корзина).

Horas antes de amanecer, ya temblaba de fr?o en el huerto cogiendo fresas o cortando flores; era la primera que entraba en Valencia para ocupar su puesto en el mercado; en las noches que correspond?a regar, agarraba valientemente el azad?n y, con las faldas arremangadas, ayudaba al t?o T?fol a abrir bocas en los ribazos por donde se derramaba el agua roja de la acequia, que la tierra, sedienta, y requemada, engull?a con un glu-glu de satisfacci?n; y los d?as que hab?a remesa para Madrid, corr?a como loca por el huerto, saqueando los bancales, trayendo a brazados los claveles y rosas, que los embaladores iban colocando en cestos.

Todo se necesitaba (нужно было: «нуждалось» /использовать/ все) para vivir con tan poca tierra (чтобы прокормиться с такого маленького участка: «жить с так мало земли»). Hab?a que estar siempre sobre ella (нужно было всегда = все время контролировать ее: «быть над ней»), trat?ndola como bestia reacia (обращаясь с ней, как с упрямой скотиной; bestia, f – животное, тварь, скотина) que necesita del l?tigo para marchar (которой нужен кнут, чтобы идти). Era una parcela de un vasto jard?n (/это/ был участок огромного сада; vasto – обширный, огромный), en otro tiempo de los frailes (в другое время = в прежние времена монашеского), que la desamortizaci?n revolucionaria hab?a subdividido (который поделила революционная конфискация = который был поделен во время революции; desamortizar – отвобождать от амортизации, конфисковывать).

Todo se necesitaba para vivir con tan poca tierra. Hab?a que estar siempre sobre ella, trat?ndola como bestia reacia que necesita del l?tigo para marchar. Era una parcela de un vasto jard?n, en otro tiempo de los frailes, que la desamortizaci?n revolucionaria hab?a subdividido.

La ciudad, ensanch?ndose amenazaba tragarse el huerto (город, разрастаясь, угрожал поглотить сад; tragar – глотать) en su desbordamiento de casas (в своем разливе домов = своей застройкой; desbordar – выходить из берегов, переливаться через край; borde, m – край), y el t?o T?fol (и дядюшка Тофоль), a pesar de hablar mal de sus terru?os (хотя и ругался: «несмотря на говорить плохо» на свой клочок земли), temblaba ante la idea (дрожал перед мыслью) de que la codicia tentase al due?o (что жадность соблазнит хозяина) y los vendiese como solares (и он продаст его: «их» как участки под застройку; solar, m – участок /под застройку/).

La ciudad, ensanch?ndose amenazaba tragarse el huerto en su desbordamiento de casas, y el t?o T?fol, a pesar de hablar mal de sus terru?os, temblaba ante la idea de que la codicia tentase al due?o y los vendiese como solares.

All? estaba su sangre (там = в нем была его кровь): sesenta a?os de trabajo (шестьдесят лет труда). No hab?a un pedazo de tierra inactiva (не было /ни одного/ клочка неиспользованной: «неактивной» земли), y aunque el huerto era peque?o (и, хотя сад был маленький), desde el centro no se ve?an las tapias (из центра не было видно изгороди): tal era la mara?a de ?rboles y plantas (такими /густыми/ были заросли деревьев и растений); n?speros y magnolieros (кизил и магнолии), bancales de claveles (грядки гвоздик), bosquecillos de rosales (рощицы розовых кустов; bosque, m – лес; rosa, f – роза), tupidas enredaderas de pasionarias y jazmines (густые переплетения страстоцвета и жасмина; enredar – спутывать, red, f – сеть): todas cosas ?tiles (все нужные вещи), que daban dinero (которые давали = приносили деньги) y eran apreciadas por los tontos de la ciudad (и ценились: «были цененными» дураками из города; apreciar – ценить; precio, m – цена).

All? estaba su sangre: sesenta a?os de trabajo. No hab?a un pedazo de tierra inactiva, y aunque el huerto era peque?o, desde el centro no se ve?an las tapias: tal era la mara?a de ?rboles y plantas; n?speros y magnolieros, bancales de claveles, bosquecillos de rosales, tupidas enredaderas de pasionarias y jazmines: todas cosas ?tiles, que daban dinero y eran apreciadas por los tontos de la ciudad.

El viejo, insensible a las bellezas de su huerto (старик, бесчувственный = равнодушный к красотам своего сада), s?lo ansiaba la cantidad (жаждал только количества). Quer?a segar las flores en gavillas (/он/ хотел /бы/ косить цветы снопами), como si fuesen hierba (как траву: «как если бы они были травой»); cargar carros enteros (грузить целые телеги) de frutas delicadas (нежных плодов); y este anhelo de viejo avaro e insaciable (и эта одержимость жадного и ненасытного старика; anhelo, m – страстное желание, стремление; saciar – насыщать) martirizaba a la pobre Borda (терзало бедную Борду; martirio, m – мука, истязание), que apenas descansaba un momento (которая лишь только останавливалась на: «отдыхала» минутку), vencida por la tos (закашлявшись: «побежденная кашлем»), o?a amenazas (/как тут же/ слышала угрозы) o recib?a como brutal advertencia (или получала как грубое предупреждение; advertir – предупреждать) un terronazo en los hombros (удар комком земли по плечам; tierra, f – земля; terronazo, m – удар комком земли).

El viejo, insensible a las bellezas de su huerto, s?lo ansiaba la cantidad. Quer?a segar las flores en gavillas, como si fuesen hierba; cargar carros enteros de frutas delicadas; y este anhelo de viejo avaro e insaciable martirizaba a la pobre Borda, que apenas descansaba un momento, vencida por la tos, o?a amenazas o recib?a como brutal advertencia un terronazo en los hombros.

Las vecinas de los inmediatos huertos protestaban (cоседки с ближайших участков возмущались; protestar – протестовать). Estaban matando a la chica (девочку убивали); cada vez tos?a m?s (с каждым днем: «разом» они /все/ больше кашляла). Pero el viejo contestaba siempre lo mismo (но старик всегда отвечал одно и то же): hab?a que trabajar mucho (нужно было много работать); el amo no atend?a razones (хозяин не принимал оправданий: «доводов», raz?n, f – причина, довод) en San Juan y en Navidad (в /день/ святого Хуана: «в Иванов день» и на рождество), cuando correspond?a entregarle (когда полагалось отдавать ему) las pagas de arrendamiento (оплату за аренду; pagar – платить; arrendar – арендовать).

Las vecinas de los inmediatos huertos protestaban. Estaban matando a la chica; cada vez tos?a m?s. Pero el viejo contestaba siempre lo mismo: hab?a que trabajar mucho; el amo no atend?a razones en San Juan y en Navidad, cuando correspond?a entregarle las pagas de arrendamiento.

Si la chica tos?a (если девочка кашляла) era por vicio (это было от рождения: «из-за порока»; vicio, m – порок, изъян), pues no le faltaban su libra de pan (потому что свой фунт хлеба она получала: «у нее не отсутствовал ее фунт хлеба»; faltar – не хватать, отсутствовать) y su rinconcito en la cazuela de arroz (и ее уголок = горстка в кастрюле риса; rinc?n, m – угол); algunos d?as hasta com?a golosinas (иногда: «в некоторые дни» /она/ даже ела лакомства): morcilla de cebolla y sangre, por ejemplo (кровяную колбасу с луком: «колбасу из лука и крови», например); los domingos la dejaba divertirse (по воскресеньям /он/ разрешал ей развлекаться), envi?ndola a misa como una se?ora (отправляя ее на /церковную/ службу как /какую-нибудь/ сеньору), y a?n no hac?a un a?o (и еще и года не прошло: «не делало года»; hacer – делать) que le dio tres pesetas para una falda (как он дал ей три песеты на юбку).

Si la chica tos?a era por vicio, pues no le faltaban su libra de pan y su rinconcito en la cazuela de arroz; algunos d?as hasta com?a golosinas: morcilla de cebolla y sangre, por ejemplo; los domingos la dejaba divertirse, envi?ndola a misa como una se?ora, y a?n no hac?a un a?o que le dio tres pesetas para una falda.

Adem?s, era su padre (кроме этого, /он/ был ее отцом), y el t?o T?fol (а дядюшка Тофоль), como todos los labriegos de raza latina (как все крестьяне латинской расы), entend?a la paternidad cual los antiguos romanos (понимал отцовство, как древние римляне; padre, m – отец): con derecho de vida y muerte sobre los hijos (с правом на детей, даже на их жизнь и смерть: «с правом жизни и смерти над детьми»), sintiendo cari?o en lo m?s hondo de su voluntad (чувствуя нежность в глубине души: «в самом глубоком /месте/ своей воли = своего духа»; voluntad, f – воля); pero demostr?ndolo con las cejas fruncidas (но выражая это нахмуренными бровями) y alguno que otro palo (и время от времени пинками: «/то/ некоторым, то другим ударом»; palo, m – палка, удар палкой).

Adem?s, era su padre, y el t?o T?fol, como todos los labriegos de raza latina, entend?a la paternidad cual los antiguos romanos: con derecho de vida y muerte sobre los hijos, sintiendo cari?o en lo m?s hondo de su voluntad; pero demostr?ndolo con las cejas fruncidas y alguno que otro palo.

La pobre Borda no se quejaba (бедная Борда не жаловалась). Ella tambi?n quer?a trabajar mucho (она тоже хотела много работать), para que nunca le quitasen (чтобы у нее никогда не забрали) el pedazo de tierra (кусок земли), en cuyos senderos a?n cre?a ver (на чьих тропинках ей все еще мерещилась: «/она/ верила видеть») el zagalejo remendado de aquella vieja hortelana (заплатанная юбка той старой огородницы; remendar – чинить, штопать), a la que llamaba madre (которую она звала матерью) cuando sent?a la caricia de sus manos callosas (когда чувствовала ласку ее мозолистых рук; callo, m – мозоль).

La pobre Borda no se quejaba. Ella tambi?n quer?a trabajar mucho, para que nunca le quitasen el pedazo de tierra, en cuyos senderos a?n cre?a ver el zagalejo remendado de aquella vieja hortelana, a la que llamaba madre cuando sent?a la caricia de sus manos callosas.

All? estaba cuanto quer?a en el mundo (там было все то, что: «сколько» /она/ любила в мире = в жизни): los ?rboles que la conocieron de peque?a (деревья, которые знали ее маленькой) y las flores, que en su pensamiento inocente (и цветы, которые в ее невинных мыслях) hac?an surgir una vaga idea de maternidad (заставляли возникать = пробуждали смутную идею материнства; hacer – делать, заставлять; vago – свободный; неотчетливый).



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3

Поделиться ссылкой на выделенное