Вирхиния Вальехо.

Любить Пабло, ненавидеть Эскобара



скачать книгу бесплатно

Virginia Vallejo

AMANDO A PABLO, ODIANDO A ESCOBAR


Copyright © 2007 by Virginia Vallejo.

First published by Random House Mondadori, 2007.


© Темир-Гончаренко Л., Львова Е., перевод на русский язык, 2017

© Издание, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2018

* * *

Моим умершим,

героям и злодеям.


Мы все едины,

мы одна нация.


Мы – атомы,

в ряду нескончаемых перерождений, длящихся вечно.



Предисловие

18 июля 2006 года. Шесть часов утра. Три бронированных автомобиля из американского посольства увозят меня из квартиры моей матери в Боготе в аэропорт, где на взлетной полосе уже ждет самолет, на котором меня отправят в Соединенные Штаты Америки.

Мы едем очень быстро, в сопровождении автомобилей вооруженной охраны. Накануне вечером глава службы безопасности посольства сообщил, что в парке, куда выходят окна моей квартиры, были замечены подозрительные люди и что, возможно, есть угроза моей жизни. Мне было приказано не приближаться к окнам и никого не впускать в квартиру.

Часом ранее от моего дома отъехал другой автомобиль, увозя дорогие для меня вещи. Автомобиль принадлежит Антонио Галану Сармьенто, председателю Совета Боготы и брату кандитата в президенты Луиса Карлоса Галана[1]1
  Луис Карлос Галан Сармьенто (29 сентября 1943 г. – 18 августа 1989 г.) – колумбийский журналист и либеральный политик, бывший дважды кандидатом в президенты Колумбии. Галан провозгласил себя врагом опасных и влиятельных колумбийских наркокартелей, главным из которых был Медельинский во главе с Пабло Эскобаром. После нескольких угроз Галан был застрелен убийцами, нанятыми наркокартелями, 18 августа 1989 года.


[Закрыть]
, убитого в августе 1989 по приказу Пабло Эскобара Гавирии, главы Медельинского наркокартеля.

Пабло Эскобар, мой бывший любовник, был застрелен 2 декабря 1993 года. На его обнаружение и ликвидацию ушло полтора года и двадцать пять миллионов долларов. Специально для его поимки была создана группа спецназа, куда вошли колумбийские полицейские и еще восемь тысяч человек – служащие органов государственной безопасности, представители конкурирующих наркокартелей и вооруженных группировок, десятки сотрудников Управления по борьбе с наркотиками, ФБР и ЦРУ, «морские котики» ВМС США, бойцы группы «Дельта». Не обошлось и без напичканной всевозможным спецоборудованием правительственной авиации США и финансовой помощи самых богатых людей Колумбии.

Двумя днями ранее на первой полосе воскресного номера газеты «Miami Herald» появилось мое интервью, в котором я обвинила бывшего министра юстиции и бывшего кандидата в президенты Альберто Сантофимио Ботеро в пособничестве убийцам Луиса Карлоса Галана, а также в том, что синьор Сантофимио обеспечивал бесперебойный обмен информацией и деньгами между главами наркокартелей и президентами Колумбии.

На 7 августа назначена церемония вступления в должность нового президента Колумбии, Альваро Урибе Велеса[2]2
  Альваро Урибе Велес – колумбийский политик, президент Колумбии с 2002 по 2010 г.

В 1978–1982 гг. – генеральный директор Управления гражданской аэронавигации при Министерстве транспорта.


[Закрыть], переизбранного семьюдесятью процентами голосов. Я обратилась к Генеральному прокурору страны с предложением подтвердить свои обвинения против Сантофимио на процессе, который, как предполагалось, продлится еще два месяца. Вслед за этим последовало внезапное прекращение дела и неожиданные кадровые перестановки: в качестве протеста экс-президент Колумбии сложил с себя полномочия посла в США. Урибе вынужден был отменить назначение другого экс-президента послом во Францию и освободить от должности прежнего министра иностранных дел, чтобы тот отправился послом в Вашингтон.

Правительство Соединенных Штатов прекрасно понимает, что, если оно перестанет меня защищать, со мной расправятся так же быстро, как и с другим свидетелем против Сантофимио. А вместе со мной канет в небытие ключевая информация по одному из самых страшных преступлений недавней истории Колумбии, а также доказательства причастности к наркотрафику людей из аппарата президента, видных политиков, представителей судебной власти, армии и СМИ.

Служащие американского посольства стоят перед трапом самолета. Они помогают поднять в салон чемоданы и коробки, которые удалось упаковать буквально за несколько часов с помощью двух моих друзей. Во взглядах американцев читается любопытство. Они никак не могут понять, почему эта не слишком молодая и сильно изможденная женщина вызывает такой живой интерес у журналистов, а тем более у правительства США. Двухметровый красавец в гавайской рубахе представляется Дэвидом К., специальным агентом из Управления по борьбе с наркотиками, которому поручено сопровождать меня на территорию США. Он сообщает, что наш двухмоторный самолет прибудет на кубинскую военную базу в Гуантанамо через шесть часов. Час уйдет на дозаправку, а потом еще два часа – на перелет до Майами.

Я убеждаюсь, что все идет по плану, только когда вижу в дальнем конце салона коробки, в которых содержатся доказательства виновности Томаса и Ди Моуэров, владельцев компании Neways International, зарегистрированной в Спрингвилле, штат Юта. Я подала иск на 30 миллионов долларов (на момент 1998 года) против этой международной корпорации. Всего за восемь дней американский судья признал Моуэров виновными по той части их преступлений, решения по которым я не могла добиться в колумбийском суде в течение восьми лет. Предложения о сотрудничестве, которые я направляла Эйлин о’Коннор в Департамент юстиции, а также в Налоговое управления США через американское посольство в Боготе, вызвали бурную реакцию пресс-офиса Neways International. Узнав о моих звонках в Министерство юстиции США, Налоговое управление и ФБР, они пообещали блокировать любую мою попытку связаться с правительственными структурами их страны.

На самом деле все происходящее не имеет никакого отношения к Моуэрам.

За всем этим стоит личность Пабло Эскобара.

В Департаменте по правам человека при посольстве работает бывший приближенный Франсиско Сантоса, вице-президента Колумбии, чья семья владеет издательским домом «El Tiempo». Ему принадлежит двадцать пять процентов голосов в кабинете министров президента Альваро Урибе, что открывает ему доступ к гигантскому пирогу рекламных кампаний правительства – самого главного рекламодателя Колумбии – накануне продажи «El Tiempo» одному из самых крупных испаноязычных издательских домов.

Еще одному члену семьи, Хуану Мануэлю Сантосу, незадолго до этого назначенному министром обороны, поручено полное обновление парка ВВС Колумбии. Такая щедрость со стороны правительства по отношению к одной семье медиамагнатов имеет под собой нечто большее, чем простое желание обеспечить безусловную поддержку главного печатного органа страны правительству Урибе: она гарантирует абсолютное молчание о небезупречном прошлом господина президента. Однако это прошлое прекрасно известно правительству США, а также моей скромной персоне.

* * *

Через девять часов мы приземляемся в Майами. Меня все больше беспокоит сильная боль в животе. Она длится уже месяц и усиливается с каждым часом. Вот уже шесть лет как я не посещала врачей, потому что Томас Моуэр приложил все усилия, чтобы лишить меня как моего собственного скромного состояния, так и всех доходов от страховых и прочих выплат, причитающихся мне как человеку, возглавлявшему его операции в Южной Америке.

Номер сетевого отеля несуразно большой и уныло-безликий. Через несколько минут после нашего прибытия появляются шесть офицеров Управления по борьбе с наркотиками. Они внимательно наблюдают за мной все то время, пока изучают содержимое моих семи чемоданов от Гуччи и Луи Витона, набитых старыми платьями от Валентино, Шанель, Армани и Сен-Лорана. Среди вещей также находится небольшая коллекция гравюр, которую я собирала почти тридцать лет. Мне сообщают, что в ближайшие дни я увижусь с руководством Управления, а также с Ричардом Грегори, прокурором, который вел процесс над генералом Мануэлем Антонио Норьегой[3]3
  Мануэль Антонио Норьега Морено (Manuel Antonio Noriega) – панамский военный и государственный деятель, главнокомандующий Национальной гвардией Панамы, де-факто руководитель Панамы в 1983–1989 гг. Свергнут в 1989 г. в результате военной операции США в Панаме.


[Закрыть]
. От меня ожидают сведений о Хильберто и Мигеле Родригесах Орэхуэла, главах картеля Кали. Процесс по делу главных врагов Пабло Эскобара, возглавляемый тем же прокурором, который вынес приговор панамскому диктатору, начнется через несколько недель в одном из судов штата Флорида. Если главы наркокартелей будут признаны виновными, американское правительство получит возможность не только добиться для них пожизненного заключения или его эквивалента, но также сможет претендовать на их состояние. А это, ни много ни мало, два миллиарда сто миллионов долларов. В самой вежливой форме я прошу офицеров раздобыть для меня обезболивающее и зубную щетку, но мне объясняют, что я должна купить их сама. Когда же я отвечаю, что все, что у меня есть – это две монеты по двадцать пять центов, они все же находят для меня маленькую зубную щеточку, из тех, что бесплатно выдают в самолетах.

– По всему видно, что вы давно не останавливались в американских сетевых отелях.

– Точнее, никогда. В сьютах нью-йоркского «The Pierre» и в бунгало отеля «Bel-Air» в Беверли-Хиллз не было недостатка в аспирине и зубных щетках. А также в цветах и розовом шампанском! – вздыхаю я. Сейчас же, по вине этих бандитов из Юты, я так обнищала, что аспирин стал для меня роскошью.

– В этой стране в отелях уже не найти аспирина. Это же лекарство, и его может выписать только врач. А врачи стоят денег. Если у вас болит голова, потерпите и постарайтесь заснуть. Вот увидите, завтра все само пройдет. И не забывайте, что мы спасли вам жизнь. По соображениям безопасности вам не разрешается выходить из комнаты или вступать в контакт с кем-либо, особенно с прессой, включая журналистов из «Майями Херальд». Правительство США пока не может вам ничего обещать, и, начиная с сегодняшнего дня, все будет зависеть только от вас.

Я благодарю их и говорю, что им не о чем беспокоиться, потому что идти-то мне некуда. Я напоминаю, что это именно я предложила правительству США свою кандидатуру в качестве свидетеля по нескольким крупным судебным процессам в Колумбии и США.

Дэвид и остальные агенты Управления выходят, чтобы обсудить план действий на следующий день.

– Не успели прибыть и уже докучаете просьбами американскому правительству, – ворчит оставшийся в номере шеф полиции по имени Нгуен.

– Во-первых, меня действительно измучила боль в животе, а во-вторых, я прекрасно понимаю, что представляю для вашего правительства, так сказать, двойной интерес. Вон в тех двух коробках доказательства со стороны Колумбии и Мексики о мошеннических схемах по уходу от налогов на сотни миллионов долларов. После смерти всех свидетелей и выплаты двадцати трех миллионов долларов отступных коллективный иск русских жертв Neways International[4]4
  Neways International – компания сетевого маркетинга, занимавшаяся распространением БАДов (аналог «Гербалайфа»). В России – с 1994 г. Ее деятельность сопровождалась многочисленными скандалами и разбирательствами, связанными с обнаружением вредных и опасных веществ в ее продукции.


[Закрыть]
был отозван. А теперь представьте размеры аферы в трех десятках стран против дистрибьюторов и против прокуратуры.

– Нарушения финансового законодательства, тем более за границей, нас не касаются. Мы занимаемся только наркотиками.

– Возможно, информация о местоположении десяти килограммов кокаина смягчит ваше сердце, и вы добудете аспирин?

– Вы, как я вижу, не отдаете себе отчета в том, что имеете дело не с Налоговым управлением США и не с Федеральным Разведывательным управлением штата Юта. Я представляю Управление по борьбе с наркотиками штата Флорида. А Управление по борьбе с наркотиками – это не аптека, Вирхиния! Мы изымаем «химию», а не выдаем ее.

– Зато я отдаю себе отчет в том, что процесс «Соединенные Штаты Америки против Хильберто Родригеса Орехуелы» в двести раз гораздо более значим, чем процесс над Моуэрами.


Возвращаются офицеры Управления и сообщают, что все средства массовой информации только и говорят о моем отъезде из Колумбии. Я отвечаю, что за прошедшие четыре дня отказалась от почти двух сотен интервью журналистам всего мира и что меня мало интересует то, что обо мне говорят. Я прошу выключить телевизор. Одиннадцать суток я не спала и двое суток ничего не ела. Я измотана, и единственное мое желание – поспать несколько часов, чтобы наутро быть в состоянии давать показания.

Когда наконец меня оставляют одну, с грудой чемоданов и изматывающей болью в животе, я мысленно готовлюсь к тому, что подозрение на аппендицит – еще не самое худшее, что меня может ждать в этой ситуации. Не раз и не два я спрашиваю себя в эту ночь, действительно ли правительство США собирается спасти мне жизнь, или же чиновники из Управления планируют выжать из меня всю информацию, а затем вернут на родину, оправдываясь тем, что полученные сведения о Родригесе Орехуэле оказались бесполезными, так как относятся к 1997 году и подлежат рассмотрению в другой стране. Я нисколько не сомневаюсь, что, едва ступлю на колумбийскую землю, те, у кого рыльце в пушку, не упустят возможности сделать из меня пример для устрашения всех, кто решит пойти по моим стопам, став информатором или свидетелем в суде. У трапа самолета будут ждать представители спецслужб с ордером на мой арест, выданным Министерством обороны или органами госбезопасности. Меня посадят в джип с тонированными стеклами, а потом, когда все будет кончено, президентские СМИ, повязанные с главами наркокартелей, возложат вину за мое убийство или исчезновение на Родригеса Орехуэлу, на «Лос Пепес»[5]5
  Los Pepes, акроним из испанской фразы «Perseguidos por Pablo Escobar» – «Преследуемые Пабло Эскобаром» – колумбийская вооруженная группировка, состоявшая из противников наркобарона Пабло Эскобара. Вела войну против Медельинского наркокартеля в начале 1990-х гг., уничтожив более 300 его сторонников и тем самым нанеся значительный урон картелю.


[Закрыть]
, или, а почему бы и нет, на жену Пабло Эскобара.

Никогда в жизни я не чувствовала себя настолько одинокой, больной и несчастной. Я прекрасно понимаю, что по возвращении в Колумбию я буду не первой и не последней в списке тех, кто расстался с жизнью, пойдя на сотрудничество с посольством США в Боготе. Но мое бегство из страны на самолете Управления по борьбе с наркотиками получило мировую огласку, а это значит, что со мной будет сложнее расправиться, чем с предпринимателем Цезарем Вильегасом по прозвищу Эль Банди или с политиком Педро Хуаном Морено. Эти двое поплатились за то, что были слишком хорошо осведомлены о прошлом президента. Я не хочу повторить судьбу помощника Пабло Эскобара Карлоса Агилары по кличке Эль Мугре, который был убит после того как дал показания против Сантофимио. Не привлекает меня и участь синьоры де Палломари, жены синьора де Палломари, счетовода братьев Родригесов Орехуэло, убитой после того, как ее муж отбыл в США самолетом, принадлежащим (какое совпадение!) Управлению по борьбе с наркотиками. И это несмотря на то, что несчастная женщина находилась под опекой колумбийской прокуратуры и проходила по программе защиты свидетелей. Ирония состоит в том, что, в отличие от этих людей, да покоятся они с миром, я не совершала никаких преступлений. Ради памяти тысяч убитых мне нужно выжить. И я говорю себе: еще не знаю как, но я не позволю себя убить и не позволю себе умереть.

Часть I
Дни невинности и грез

All love is tragedy.

True love suffers and is silent[6]6
  Англ.: «Любовь – всегда трагедия. Истинная любовь страдает безмолвно». Фразы взяты из разных произведений. Первая фраза в оригинале звучит как «Every great love has its tragedy».


[Закрыть]
.

Оскар Уайлд

Царство «белого золота»

В середине восьмидесятых в Колумбии существовало несколько вооруженных группировок. Исповедуя марксистскую или маоистскую идеологию, все они были яростными приверженцами кубинской модели и жили за счет помощи Советского Союза. Не брезговали похищением состоятельных граждан ради выкупа и воровством скота у местного населения. Самой крупной из них была FARC (Fuerzas Armadas Revolucionarias de Colombia) – Революционные вооруженные силы Колумбии – возникшая в пятидесятые годы прошлого столетия, времена беспримерной жестокости и таких зверств, что невозможно говорить о них, не устыдившись принадлежности к роду человеческому. Меньшими по численности были ELN (Ej?rcito de Liberaci?n Nacional) – Армия национального освобождения и EPL (Ej?rcito Popular de Liberaci?n) – Народная армия освобождения, которая впоследствии оставила вооруженную борьбу и превратилась в политическую партию. В 1984 году появляется также группировка «Quint?n Lame» – «Кинтин Ламе», носившая имя отважного борца за права коренного населения Америки.

Ну и, конечно же, «М-19»[7]7
  Движение «19 апреля» (El Movimiento 19 de abril). Название происходит от даты проведения президентских выборов 19 апреля 1970 г., на которых консерватор Мисаэль Пастрана Борреро одержал победу с небольшим перевесом над бывшим диктатором Густаво Рохасом Пинильей. Помимо действительно устрашающих акций, таких как захват посольства Доминиканской Республики или осада Дворца правосудия, они известны и довольно своеобразными выходками, такими, например, как кража шпаги из Дома-музея Симона Боливара и последовавшей вслед за этим политической акции под девизом «Боливар, твой меч снова в бою. За нами народ, с нами оружие, перед нами власть». Или кража оружия из военного гарнизона Кантон Норте в местечке Усакен на севере Боготы 31 декабря 1978 г. Прорыв 80-метровый туннель под улицей, они вынесли из военного гарнизона пять тысяч единиц оружия.


[Закрыть]
 – «Эль Эме», группа, прославившаяся экстравагантными и шокирующими выходками, взрывоопасная смесь студентов университетов и профессиональных бандитов, интеллектуалов и людей искусства, сынков буржуазии и военных, а также закаленных бойцов передовой, которые на жаргоне вооруженных группировок именуются «tropero» – погонщик скота. В отличие от прочих формирований, которые действовали преимущественно в сельской местности и сельве, покрывающей половину территории страны, «Эль Эме» была группировкой исключительно городской, причем среди руководителей организации фигурировали даже великосветские львицы, питающие слабость к саморекламе, впрочем, как и все их однопартийцы.

В годы, последовавшие за операцией «Кондор»[8]8
  Операция «Кондор» – кампания по преследованию и уничтожению политической оппозиции (главным образом, коммунистов и социалистов) в ряде стран Южной Америки в 1970–1980 гг. Проводилась диктаторскими режимами Чили, Аргентины, Уругвая, Бразилии, Парагвая, Боливии при активной поддержке спецслужб США.


[Закрыть]
, правила игры в Колумбии ужесточились. Когда представитель любой из этих группировок попадал в руки военных или госбезопасности, чаще всего его ждали тюрьма, пытки и казнь без суда и следствия. Соответственно, гражданин, оказавшийся в распоряжении повстанцев, имел шанс получить свободу только после того, как его семья платила выкуп, при этом порой стороны не могли договориться об окончательной сумме годами. Тот, кто отказывался платить, исчезал бесследно. Впрочем, за небольшими исключениями, лишь подтверждающими правило, все это мы можем наблюдать и в наши дни. Любой колумбиец, имеющий приличную работу, знает не менее дюжины случаев похищений среди своих друзей, родственников или сослуживцев. При этом одни жертвы возвращались в целости и сохранности, а другие сгинули навсегда. Эти последние делятся на тех, чьи семьи не смогли набрать необходимую сумму, на тех, кто исчез, несмотря на выплаченный за них большой куш, и на тех, за кого родственники предпочли не платить, чтобы не потерять накоплений всей жизни или нескольких поколений.

* * *

Я прикорнула на плече у Анибала, когда наш небольшой самолет дважды подпрыгнул, касаясь земли. Анибал ласково потрепал меня по щеке, но, когда я попыталась встать, жестом остановил меня и указал на иллюминатор. Я взглянула и оцепенела от ужаса: по обеим сторонам взлетной полосы дефилировали две дюжины молодчиков с автоматами наперевес. Одни, щурясь от полуденного солнца, другие, пряча глаза за темными очками, деловито окружали наш самолет. По выражению их лиц было ясно, что эти ребята привыкли сначала стрелять, а уж потом задавать вопросы. Чуть поодаль, под прикрытием кустарника, стояли еще несколько человек. Двое из них небрежно поигрывали автоматами «Узи»: так девушки кокетливо крутят на пальце ключи от дорогой машины. Мне сделалось дурно, когда я представила, что может произойти, если одна из этих штуковин грохнется на землю, выплевывая шестьсот пуль в минуту. Все парни были очень молоды, одеты в удобную и даже модную импортную одежду: разноцветные рубашки поло, джинсы и сникеры. Ни намека на униформу или камуфляж.

Пока самолет катился по взлетной полосе, я подсчитывала совокупную ценность всей нашей честной компании для боевиков.

Мой жених приходился племянником предыдущему президенту страны Хулио Цезарю Турбаю, который на протяжении всего срока пребывания у власти (1978–1982) беспощадно боролся с вооруженными группировками. Особенно досталось тогда М-19, б?льшая часть руководителей которой оказалась за решеткой. Правда, уже следующий глава правительства, Белисарио Бетанкур[9]9
  Белисарио Бетанкур Куартас (Belisario Betancur Cuartas; род. 4 февраля 1923 г., Амага, департамент Антьокия, Колумбия) – президент Колумбии с 7 августа 1982 г. по 7 августа 1986 г. Член Колумбийской консервативной партии.


[Закрыть]
, едва заняв президентское кресло, пообещал амнистировать и освободить тех из боевиков, кто решит сложить оружие.

Я перевела взгляд на детей Анибала от предыдущего брака и содрогнулась: приемным отцом одиннадцатилетнего Хуана Пабло и девятилетней Адрианы на тот момент был Карлос Ардила Лулла[10]10
  Карлос Артуро Ардила Лулле – колумбийский предприниматель, основатель и руководитель «Organizaci?n Ardila L?lle», крупнейшего колумбийского конгломерата, который контролирует такие компании, как RCN TV, «Postob?n, S.A.» и футбольный клуб «Atl?tico Nacional». Его личное состояние превышает миллиард долларов США.


[Закрыть]
, второй в списке самых богатых людей Колумбии, владелец крупнейших заводов страны по производству газированных напитков.

Что касается наших друзей, Ольгита Суарес была дочерью миллионера скотопромышленника с берегов Атлантики и невестой известного испанского барда Рафаэля Уррасы, который, к слову, и был организатором всей этой авантюры.

Сестра Ольги была помолвлена с Фелипе Эчеварриа Рочей, представителем одной из самых влиятельных промышленных династий Колумбии.

Нано и Этель занимались дизайном и продажей произведений искусства, Анхела работала топ-моделью, а я была одной из самых успешных телеведущих Колумбии.

Совершенно очевидно, что все мы для повстанцев были олигархами, а значит, secuestrables, – потенциальными заложниками – очень популярное в Колумбии словечко, так же как и narco, но об этом чуть позже.

Анибал был необычно бледен и молчалив. Не давая ему даже слова вставить, я засыпала его упреками: «С чего ты решил, что это наш самолет? Ты понимаешь, что нас похитили? Сколько месяцев нас здесь продержат, когда узнают, КТО мать твоих детей? Это серьезные ребята, посмотри, как они одеты и какие у них пушки! А вдруг они заставят меня идти через сельву? Прямо так, в итальянских босоножках! И соломенной шляпки у меня с собой нет! Почему ты не позволил мне спокойно собрать вещи? Я бы наверняка захватила что-нибудь подходящее! Почему ты принимаешь приглашения от малознакомых людей? Телохранители МОИХ друзей не наставляют на приглашенных автоматы. Нас же просто заманили в ловушку! И еще. Знаешь, ПОЧЕМУ мы здесь оказались? Потому что ты совсем одурел от кокаина и уже не разбираешь, где явь, а где твои чертовы фантазии! Если мы выберемся отсюда живыми, я клянусь, что не выйду за тебя! Потому что такими темпами ты очень скоро допрыгаешься до инфаркта и оставишь меня вдовой!»

Анибал Турбай был большим, красивым и великодушным человеком. Он не скупился на любовь и комплименты, щедро даря окружающим свое время и свои деньги, хотя и не был мультимиллионером, как все мои предыдущие возлюбленные. Он был объектом обожания многочисленной и весьма эклектичной коллекции друзей, таких, например, как искатель сокровищ Манолито де Арнаубе, а также сотен женщин, чьи жизни навсегда поделились на «до Анибала» и «после Анибала». Его единственным недостатком была неистребимая тяга к белому порошку. Я ненавижу эту страсть, а он был предан ей больше, чем своим детям, больше, чем мне, деньгам, да и всему на свете.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10