Виолетта Роман.

Kiss the rain



скачать книгу бесплатно

– Лукас, полная хрень творится. Ты мне нужен срочно! Ты понимаешь, что отборочный заезд уже через месяц, а у тебя болид не обкатан, не настроен под тебя!

– Марко, не переживай, успеем. Я никак не могу сейчас уехать. Сестру только через неделю выписывают, а документы будут готовы через месяц.

– Лукас, послушай меня, – перебивает меня Марко. – Это очень серьезно. У тебя есть еще неделя, не больше. Ты же не хочешь там на фиг разбиться? Или прийти после Гонсало?

– Гонсало – аутсайдер, я никогда не приду после него, – от одного только имени этого придурка завожусь не на шутку.

– Лукас, Карлос просил передать тебе, что, если ты не появишься в Барселоне в понедельник, он вычеркивает нас из списков.

– Черт, – вздыхаю, понимая, что выхода у меня, и правда, нет.

– Ладно, я понял, через неделю буду. – Кладу трубку и сжимаю мобильник до хруста пластмассы.

Повернув голову в сторону девчонок, вижу сестренку. Худенькая, с белыми волнистыми волосами. Полная противоположность мне. Моя маленькая Булочка… Чуть поодаль, в турецкой позе, сидит Тори и, слегка наклонив голову в бок, старательно рисует сестру. Красивая. Хочется ее, до одури. И не только ее тело. Хочется ее душу. Хочется постоянно быть в ее мыслях, в ее сердце. Не знаю, как она смогла это сделать, за такой короткий промежуток времени, но забралась глубоко под кожу. И теперь только с мясом вырывать.

– Лукас, ты говорил маме про мою выписку? – спрашивает Кира, когда я подхожу к ним.

– Да, милая, – присаживаюсь рядом с сестрой, убирая в карман телефон.

– Твои документы уже на оформлении. Виза должна быть готова через пару недель.

– Здорово, так хочется к морю, – мечтательно протягивает сестренка.

– К морю? – поднимает на нас удивленный взгляд Тори.

– Да, Лукас не говорил? – щебечет сестра. – Он везет меня в Испанию этим летом.

– Ух, ты, здорово, – в зеленых омутах Тори появляется немного тоски, но она пытается скрыть ее улыбкой.

– Всегда мечтала путешествовать. Гауди – один из моих любимых архитекторов.

– Гауди – это Барселона, – ухмыляюсь, не подавая виду. А внутри – словно пружина сжимается. Шесть дней… всего лишь шесть дней у меня. Оставшиеся пятнадцать минут девочки заняты разговорами о всяческих женских штучках. Я не вслушиваюсь, погружаюсь в свои мысли. Черт, я ведь прекрасно понимаю, что больше не вернусь сюда. Заберу, как и хотел, Киру. Отец уже несколько месяцев торопит меня. Держит для меня место исполнительного директора одного из своих филиалов в Барселоне. Даже квартиру мне купил.

Все идет по плану, только чувство, что с уездом я теряю что-то важное, никак не отпускает.

Проводив Киру до палаты, выхожу обратно. Тори уже успела прибраться и стоит в ожидании меня со свернутым одеялом в руках. Я забираю его и, взяв ее за руку, веду в сторону машины. Иду молча, опустив перед собой взгляд. Растерян, дезориентирован. Давно уже в душе не было столько смятения. Тори же – наоборот.

Как никогда весела и, кажется, начинает опускать свою броню.

Мы выезжаем на дорогу. Я смотрю строго перед собой, делая вид, что неотрывно слежу за движением.

– Слушай, давай к речке подъедем? – слышится ее взволнованный возглас. – Я помню, в детстве мы часто сюда на велосипедах ездили, – затягивая волосы в высокий хвост, она с таким нетерпением смотрит в сторону реки, чуть ли не подпрыгивая на сидении.

– Как скажешь, Neсa, – прочистив горло, ухмыляюсь.

– Тем более, до твоей смены у нас еще целый час в запасе, – посмотрев на часы, сворачиваю с дороги.

Подъехав к берегу, паркуюсь, и не успеваю выйти, чтобы открыть ей дверь, как Тори уже со все ног мчится к кромке воды. Присаживается на самом краю и опускает свою тоненькую ручку в воду. Наслаждаясь ее детской непосредственностью, не спеша подхожу и присаживаюсь рядом.

– Здесь все так же, как и десять лет назад. Словно цивилизация стороной обошла это место, – повернувшись ко мне вполоборота, улыбается она. А я глаз не могу оторвать от ее ямочек на щеках, от ее растрепанных от ветра волос.

– Это хорошо или плохо? – спрашиваю, а голос снова выдает волнение.

– Хорошо, – поворачивается она ко мне, и при виде ее задорной улыбки, радостного взгляда, в груди что-то сжимает. Странное и позабытое чувство.

– Искупаемся? – бросаю ей вызов, стягивая с головы кепку.

– Нет, давай лучше без экстрима посидим, поболтаем, – качает она головой, подходя ко мне.

– Так скучно? – надуваю губы, снова защищаясь маской.

– Лукас, ты мне нравишься такой, – присаживается она рядом и, проведя рукой по взлохмаченным волосам, смотрит в глаза.

– Какой?

– Такой, как сегодня. Без лишней шелухи, без твоей придурковатости неуместной. Ты сегодня открылся впервые за все наше общение, – пожимает она плечами и, открыв рюкзак, снова достает оттуда листки бумаги.

– Тебе показалось, Тори, придурковатость – мое второе имя, – смеюсь, отходя к стоящей у берега иве. Присаживаюсь у ствола дерева и подзываю ее.

– Вот, держи, – протягивает она мне несколько листков.

– Я сделала несколько вариантов, какой понравится больше, – поясняет Тори. Я опускаю взгляд и вижу несколько портретов Киры. Под разным ракурсом, но на каждом из них она именно такая, какой вижу ее я. Живая, жизнерадостная девочка. Мой маленький ангел.

– Круто как. Можно я их все заберу, покажу своему тату-мастеру?

– Конечно, это ведь твое, – смеется Тори и хитро прищуривается.

– Что? – уже понимаю, что девчонка что-то задумала.

– Можешь снять майку?

– Для тебя я могу снять все, – улыбаюсь, на что Тори прыскает и толкает меня в плечо.

– Нет, умник, я просто хотела рассмотреть твои тату, – так смешно глаза закатывает. Стягиваю майку, оголяя торс.

– Облокотись руками о колени, – говорит она и отсаживается немножко назад.

– Так? – спрашиваю я, принимая заданную позу.

– Отлично! – теперь в ее голосе нет и намека на смех.

– Можешь так посидеть немножко? Хочу нарисовать.

Я устремляю взор к горизонту, ничего не отвечая красотке. Несколько минут мы сидим в полной тишине. Вокруг только звуки природы и шорох карандаша о бумагу.

– Ты ее очень любишь. Это видно за версту, – внезапно нарушает молчание Тори, а я несколько первых секунд даже не могу понять, о чем речь.

– Она моя семья. А семья для меня – самое важное, – догадавшись, о чем говорит Тори, отвечаю ей практически с минутной задержкой.

– Что с ней случилось? Она такая хорошенькая. Совсем не похожа на наркоманку. Почему она там? – доносится тихий голос Тори со спины. Я не поворачиваюсь к ней. Вырываю горсть травинок и, взяв одну в рот, крепко сжимаю кулаки. Но, раз приоткрыл перед ней дверь в тайную комнату, глупо уходить от ответа.

– Моя мать повернута на моем отчиме, – прочистив горло, охрипшим голосом начинаю рассказ. Не знаю даже, с чего начать. Так много боли и разочарований за последнюю пару лет.

– У них всю жизнь – постоянные качели. Он без конца находит молоденьких любовниц, а она вытягивает его из чужих постелей и тащит обратно. На нас с сестрой у нее времени и желания совсем нет. Пока я был в России, присматривал за Кирой. Мы всегда были очень близки. А когда отец забрал меня в Валенсию, она осталась совсем одна. Я уехал на пять лет, бросив ее. Кира связалась с нехорошей компанией. Один хмырь, увидев, что девчонка из обеспеченной семьи, взял ее в оборот. Влюбил в себя дурочку. Ну, а что. Гонял на байке, весь такой брутал в кожаном жилете, – сплевываю в сторону, ощущая привкус горечи. Не могу спокойно говорить об этом.

– Подсадил на наркоту ее. Начал вытягивать деньги. Мать быстро лавочку прикрыла. С детьми-то она не привыкла церемониться. Тот понял, что с Кирой ловить особо нечего, недолго думая, бросил ее. Сестра наглоталась какой-то дряни наркотической, решила с собой покончить. Лежала в своей комнате целые сутки в таком состоянии. Мать даже не удосужилась заглянуть к ней. Я как раз вернулся в тот день в Россию. И застал ее такой. Это был самый страшный день в моей жизни, – перехожу на шепот. От Тори – ни одного звука. Слушает. Поражена. Конечно, я ведь совсем не тот, кем кажусь с первого взгляда.

– С тех пор я поклялся никогда не оставлять ее одну. Киру откачали. Положили в лечебницу. Мать к ней ни разу так и не ездила. Предложила оплатить лечение, но я послал ее к чертям. Сам оплатил все. А теперь ее наконец-то выписывают. Через два месяца документы будут готовы. И я заберу ее в Испанию.

– Ты уезжаешь обратно? – слышится ее тихий голос. Поворачиваю голову и встречаю полный грусти взгляд. Сглатываю ком, образовавшийся в горле. Черт, как же мне признаться ей, что уезжаю совсем скоро. Даже двух месяцев у нас нет.

– Уезжаю, жду тебя гости на каникулах, – улыбаюсь, ругая себя за малодушие.

– Смотри, я приеду, – улыбается Тори и, опустив взгляд, продолжает рисовать.

– Я тебя понимаю, ты молодец, что не оставляешь сестрёнку, – внезапно начинает говорить она. Я подсаживаюсь к ней, не сводя глаз с горизонта. И правда, место очень красивое.

– В моей семье тоже не все гладко, – хмурится она и, отложив в сторону листки, двигается еще ближе ко мне. Теперь наши ладони соприкасаются. Я накрываю ее руку своей, в ответ на что уголки ее губ приподнимаются в несмелой улыбке.

– У мамы странная способность выбирать отвратительных мужчин. Про своего отца я тебе рассказывала. Полиного папу мама встретила, когда мне было пять лет. Ухаживал красиво. Со мной был добр, с мамой – невероятно чуток и нежен. Одаривал подарками. Через полгода мама вышла за него замуж. Забеременела Полей. И тут началось. Помню, как в первый раз он пришел домой в такой состоянии. Пьяный, агрессивный, неадекватный. Измолотил беременную маму. Приревновал ее к соседу нашему. Вроде как мама с ним тайно встречается. Бред полнейший. А его не переубедить в обратном. Я бросилась на ее защиту. Меня, словно котенка, к стене отшвырнул. На следующий день, протрезвев, слезно ползал в ногах у мамы, умолял простить его. Что больше так не будет. Повез нас на море, – от ее рассказа трясучка накрывает. А она обо всем так спокойно рассказывает, неужели для Тори все это стало обыденностью?

– Случай повторился месяцев через восемь, – продолжает она рассказ, не замечая во мне изменений.

– Полька новорожденная была. Плакала ночи напролет. Мама – словно привидение, ходила. Отчим снова пьяный заявился. Снова избил маму. Я тогда, правда, от страха спряталась под кроватью за чемоданом старым. Он меня не нашел. Мама снова простила. Уходить-то особо некуда было. Боялась, что не сможет прокормить нас с сестренкой. Так продолжалось в течение пяти лет. Он превращался то в доброго заботливого мужа, то снова был агрессивным тираном. Но последним стал случай, когда он начал домогаться до меня. Мне тогда двенадцать исполнилось. Он сначала маму избил, а потом, как обычно, ко мне в комнату заявился. Называл меня ведьмой, говорил, что околдовала его. Стал с меня одежду стягивать, и набросился. Я от испуга сжалась в комок, не могу даже рукой пошевелить, не то, что отбиться. А в маму словно дьявол вселился. Она его так отметелила! Вызывала полицию. Его забрали. Посадили на несколько лет. Он угрожал, что выйдет, прибьет нас. За решеткой ему еще срок накинули. Кого-то убил в тюрьме. В общем, со дня на день он может выйти. И я даже думать не хочу, что будет, если он заявится к нам.

Я поднимаю на нее взгляд, а Тори, как ни в чем не бывало, с грустной улыбкой смотрит на тихую гладь воды. А у меня внутри дикая ярость клокочет. Черт возьми, бедная девчонка. И защитить-то ее некому от больного ублюдка. Вскакиваю с места и, подойдя к воде, чтобы успокоиться, умываю лицо и шею. Скулы сводит от напряжения. Не могу объяснить, почему, но ее боль – словно боль родного человека. Словно боль Киры. Попадись мне на пути этот ублюдок больной, порву его на лоскуты.

– Тори, – подхожу к ней близко-близко. Она сидит на том же месте, только испуганно смотрит на меня.

– Тори, пообещай одно, – присаживаюсь на колени возле ее ног, заключая в ладони ее лицо.

– Где бы я ни был. Как только тебе будет грозить опасность, ты звонишь мне. Поняла?

– Ты ведь улетаешь в другую страну, – улыбается она и пожимает плечами. – Да и не волнуйся, Лукас. Я привыкла заботиться о себе сама. И сейчас смогу. И сестру, и маму в обиду не дам.

Я отворачиваюсь, чертыхаясь про себя.

– Ты первы, кому я это рассказываю. Просто, услышав твою историю с Кирой, увидев тебя там, с сестрой, я поняла, что ты, как никто другой, поймешь меня. Не знаю, почему, но в тебе я вижу родственную душу, – от ее слов мне хочется удавится. Я продолжаю сидеть, отвернувшись от нее, опустив вниз голову.

– Эй, Лукас! – смеется она, слегка подталкивая меня.

– Не становись таким. Верни мне Лукаса придурка, – я поднимаю на нее удивлённый взгляд и вижу смятение в ее взгляде. Она боится, что оттолкнула меня. Преодолев себя, улыбаюсь и присаживаюсь с ней рядом. Видимо, девочка не привыкла видеть сочувствие в чужих глазах.

– Я помогу тебе, – говорю ей, словно ничего не произошло.

– С чем? – удивленно смотрит она на меня.

– С тем придурком из института, – хмыкаю и наступаю на нее, нависая сверху. Стараюсь своей близостью выкинуть все лишнее из ее головы.

– Мордобой тут не поможет. Он станет героем, а я – еще большим изгоем, – хмурится Тори, несмело касаясь моих ключиц.

– Нет, Neсa. Мордобой – не вариант. Есть идея получше,– улыбаюсь, оставляя легкий поцелуй на ее приоткрытых губах. Тори шумно вдыхает, а я, отстранившись, любуюсь ею. Достаю телефон из кармана и набираю номер.

– Ты куда звонишь? – смеется она, пребывая в полном изумлении. Игнорируя ее вопрос, жду ответа.

– Алло, привет, чувак, это Лукас. Помнишь, мы сегодня в коридоре института встретились? Ты меня звал на завтрашнюю тусу, – чересчур бодрым голосом говорю собеседнику.

– Да, конечно, буду рад тебя видеть, – восклицает радостный Илья.

– Скажи, а Дима… – поворачиваюсь к Тори.

– Как его фамилия? – шепотом спрашиваю ее.

– Игнатов, – отвечает она, продолжая удивленно на меня смотреть.

– Дима Игнатов будет? – спрашиваю Илью.

– Да, он ни одну вечеринку мою не пропускает, – хвастается он.

– Ок, только не говори никому, что я буду. Пусть сюрпризом будет. И еще, я со своей девушкой приду.

– Оу, конечно, чувак, круто! – вопит Илья, но я уже сбрасываю вызов.

Поворачиваюсь к Тори. Она смотрит на меня, как на умалишенного.

– Завтра мы идем на вечеринку к твоему одногруппнику. Оденься пороскошней, Neсa, мы утрем им носы. Наша пара будет самой яркой, – присаживаюсь рядом с ней и в ожидании заглядываю в глаза.

– С тобой точно не соскучишься, – улыбается Тори.

– Что значит вот эта твоя тату? – показывает она на надпись, сделанную в области сердца.

– Когда-нибудь я раскрою тебе эту тайну, – подмигиваю и притягиваю ее к себе. Тори доверчиво льнет ко мне.

– Ты необыкновенный, Лукас да Сильва. Не знаю, настоящий ли ты, или плод моего разгулявшегося воображения. Но ты способен любую тьму рассеять свои сиянием, – сколько нежности в ее глазах.

Пораженный ее словами, я приближаюсь к ее лицу, и не могу отвести глаз от ее губ приоткрытых. Не спрашивая разрешения, провожу по ним большим пальцем. Тори замерла в ожидании, даже не дышит. Снова удивляюсь тому, какой чистой она мне кажется. Накрываю ее губы поцелуем. До чего хочется ее. В висках стучит, внизу все каменное. Но уже через несколько секунд Тори отталкивает меня.

– Поехали, у меня смена через двадцать минут, – и улыбка виноватая на распухших губах. Черт, проще вовсе на нее не смотреть. А то сорвусь, ей Богу.

– Ты так и не сказала, для чего вкалываешь столько, – забираю все это время лежащую на траве майку и, натянув на себя, ухожу к машине. Тори, собрав сумки, спешит вслед за мной.

– Сестренка танцами занимается, нужны деньги на занятия и для поездки на турнир.

– У тебя большое доброе сердце, Виктория, – улыбаюсь, выезжая на дорогу.

– Ничуть не больше твоего, Лукас, – кладет она голову на мое плечо, а я и рад этому. Оставляю легкий поцелуй на ее макушке и полной грудью вдыхаю ее аромат. Черт, в паху буквально все трещит и сводит от напряжения. Невероятная девчонка.

Доставив ее до ресторана, обещаю забрать после смены. Тори отнекивается, говорит, что ее довозит Боря, парень, с которым мы столкнулись на гонке. Ага, как бы ни так. Теперь это буду делать я. По крайней мере, пока нахожусь здесь. Тори показывает мне язык на прощание и, скорчив смешную рожицу, уходит в здание. Устало откинувшись на сидение, смотрю на часы и думаю, где бы скоротать ближайший вечерок. Помнится, Граф что-то про вечеринку говорил…

У Графа все, как всегда. Полный хаос, куча незнакомого народа и выпивка рекой. Устало опускаюсь в кресло, открывая банку пива.

– Чего такой хмурый? – подсаживается рядом друг. А я невидящим взглядом осматриваю помещение. Музыка гремит вовсю, посреди комнаты танцуют полуголые девушки. Странно от мыслей, что мне когда-то все это нравилось. А сейчас взгляд ни за одну не цепляется. Башка только ею забита. Хм… удивительно то, что даже Булочку мою вытеснила. Neсa.

– Марко звонил. Нужно быть через неделю в Барселоне, иначе меня не допустят к соревнованиям, – сделав еще один глоток, отвечаю Графу.

– Хреново, чувак. И что делать?

– Хотел попросить тебя помощи. Киру выписывают через пару недель. Заберешь ее из больнички? Посадишь ко мне на самолет? Не хочу ее доверять матери, – поворачиваюсь к другу и, увидев в его глазах решимость и готовность помочь, немного расслабляюсь.

– Без проблем, чувак, – озвучивает мои мысли Граф.

– Ты чего такой потерянный? Ты ведь мечтал об этом: гонки, Испания, твоя семья. Наконец-то все получается, а на тебе лица нет, – спрашивает Граф, а я только пожимаю плечами. Поймет ли он, если скажу.

– Девчонка эта из головы не идет… художница.

– Эй, Лука, брат, заканчивай, а? – чуть ли не подскакивает он с места.

– Ты разве забыл, в каком дерьме после Аньки был?! Я тебя умоляю, баба – это последнее, о чем заморачиваться нужно. Смотри, вон, сколько их, – указывает на танцующих перед нами.

– Выбирай любую, сдалась тебе эта девчонка.

– В том то и дело, что ее только хочу. Ладно, я поехал, – поставив едва начатую банку с алкоголем на стол, решаю, что пора валить. Здесь точно мне сегодня не место.

– Куда? – Граф смотрит на меня ошарашенным взглядом. Похоже, и правда, со мной сегодня странные вещи творятся. Сам себя не узнаю.

– Тори с работы нужно забрать, – пожимаю ему руку.

– Эй, ты точно в ручного пса превратился. Чего вцепился в девчонку? Все равно ведь не судьба вам. Ты там, она здесь.

– Да знаю я, обещал ей в одном деле помочь. А обещания нужно выполнять, – хмыкаю и поворачиваюсь к выходу.

По пути к ресторану постоянно прокручиваю в голове ситуацию. Черт возьми, как бы ни было это паршиво, но Граф прав. Нужно хотя бы раз в жизни поступить правильно. Не заманивать, не сближаться. Вот помогу завтра разобраться с надоедливым бывшим, и исчезну из ее жизни.

Через пятнадцать минут после приезда, Тори наконец-таки выходит из здания. Я стою в ожидании ее, облокотившись о капот машины.

– Привет, красавчик, – на ее лице счастливая улыбка, а глаза буквально светятся. Подбежав ко мне, она заключает меня в объятия. Я утыкаюсь носом ей в волосы и зажмуриваюсь от охвативших эмоций. Черт возьми, это будет намного сложнее, чем мне казалось.

– Завтра мама уезжает в командировку, – отстранившись от меня, Тори усаживается в машину.

– После вечеринки приглашаю в гости. Хочу познакомить вас с Полей, – смеется она и хитро прищуривается. Кокетка. А я в секунды заряжаюсь ее позитивом.

– Буду рад, – улыбаюсь ей, вдавливая в пол педаль газа. Зачем соглашаюсь? Ведь время на исходе. Но с каждой секундой вязну в ней все больше и больше.

Глава 5

Тори

За сегодняшний день я, наверное, раза четыре перемерила свой гардероб. «Оденься погорячее», – улыбаюсь словам Лукаса, рассматривая себя в зеркало. Можно погорячее, только вот у меня одни джинсы да шорты длиной по колено. Пришлось вызывать подмогу в лице Машки и ее нарядов. Еще пару часов переодеваний в режиме нон-стоп, и образ горячей красотки готов: макияж смоки айс, распущенные волосы и коротенькое платье. Да, хорошо, что мама в командировке. Увидь она меня в таком виде, ее бы точно удар хватил. И все, вроде бы, как надо. Но за полчаса до назначенного Лукасом времени у меня началась трясучка. От нервов зуб на зуб не попадал. Машка и тут нашла лекарство. По бокалу вина – и нервы спокойны, и дамы довольны. Наказав сестренке вести себя хорошо в мое отсутствие, попрощавшись с подругой, я при полном параде спустилась вниз к ожидающей меня красной Феррари. Ох, и посворачивали себе шеи любопытные соседи. Сегодня прям день фурора намечается.

Лукас, ожидающий меня у машины, окинув голодным, смущающим взглядом и пробормотав что-то на испанском, притянул к себе для жаркого поцелуя. Надо ли говорить, что после его близости я еле нашла в себе силы добраться до машины?

И вот мы едем по вечернему городу в его супер-тачке. Лукас выглядит горячо: черная кожанка с воротником стойкой, белая обтягивающая футболка, темные джинсы, стильная бейсболка. Длинные смуглые пальцы крепко сжимают руль. А я никак не могу перестать представлять эти руки, ласкающие мои бедра.

– Nena, о чем думаешь? – хитро косится он на меня. Ох, уж эта улыбка его, всего лишь кривая линия, а сердце запускает похлеще адреналина.

– Думаю о том, насколько стильно ты выглядишь, у тебя свое направление в моде? – озвучиваю свои мысли, не спуская с него глаз. Лукас смеется и, не поворачиваясь ко мне, восклицает:



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12