Виктория Хелен Стоун.

Джейн Доу. Без сожалений



скачать книгу бесплатно

Глава 6

– Значит, ты выросла здесь? – спрашивает меня Стивен.

Он ест сэндвич с рубленым мясом. Для него допустим либо такой, либо с фрикадельками. Ни тунца, ни брюссельскую капусту этот парень не употребляет.

Прожевываю свой салат.

– Я пару лет училась здесь в старших классах. Мы часто переезжали.

– Семья военного?

– Нет, нас всего двое, я и мама.

– Похоже, вам тяжело пришлось.

– Ох, не знаю… Все шло нормально, пока нас было двое. Но у нее периодически то начинались, то заканчивались отношения. Вот тогда было туго. Большинство этих мужиков были подонками.

– Печально слышать, сочувствую, – говорит Стивен. Возможно, он и в самом деле сочувствует.

– А у тебя? – спрашиваю я. – У тебя семья в Миннеаполисе?

– Естественно. Здесь живет мой отец со своей женой, а мама в Рочестере. Моя сестра переехала в Милуоки, а младший брат пока здесь. Мы нередко собираемся вместе.

– Здорово. А у меня больше родственников нет.

– А твой отец?

– О, нет. – Я мотаю головой и опускаю взгляд в салат. – Я не знаю его.

– Наверное, тебе тяжело.

– Не знаю. Я слышала, что он был мерзким типом. А какой твой отец?

– Мой отец – лучший. Он действительно отличный дядька. Вообще-то он священник. У него своя церковь.

Салат вызывает у меня изжогу. Или она от Стивена? Но я все равно выпрямляюсь и заставляю свое лицо просиять.

– Ты христианин?

– Конечно. А ты?

– Я тоже, но немного отдалилась от всего этого. Мой бывший был неверующим. Я уже много лет не бывала в церкви.

– Тебе обязательно нужно вернуться!

– Может, и нужно. В последнее время я чувствую себя немного потерянной. В том смысле… ну, ты понимаешь? Думаю, ты прав. Вот… я только подумала об этом, и мне сразу стало лучше. Ты знаешь хорошую церковь здесь поблизости?

– Нет, наша на окраине. Хотя там здорово. Ты должна обязательно зайти.

– У меня нет машины. Но я обязательно найду что-нибудь хорошее здесь.

Я множество раз была в церкви. Когда живешь в аграрной Оклахоме, этого не избежать. Мои родители периодически на несколько недель обретали Господа, и мы в течение месяца-двух посещали все службы, но потом утро воскресенья становилось неудобным для похода в церковь. Субботы в трейлерном парке… или в казино, или в баре заканчивались поздно.

Как бы то ни было, я по опыту знаю, что окраинные церкви наиболее скучные и наименее щедрые. Мы постоянно искали щедрость. От того христианства, что проповедовало всего добиваться самому, пользы нам не было. Если после службы не выставляют угощение, какой смысл туда идти? Мама всегда задерживалась якобы для того, чтобы помочь убрать. Эта часть мне нравилась. Оставалось много еды, и она обычно тайком прихватывала парочку мисок.

– Спасибо тебе за обед, – в третий раз говорю я.

– Не за что. Мне больно смотреть, как ты ешь все эти полуфабрикаты из микроволновки.

Это еще один повод заставить меня почувствовать себя полным дерьмом.

Я играю досаду. Морщусь и слишком долго прожевываю кусок, прежде чем ответить.

– Стивен, я… я на этой работе всего ничего. Есть ли какие-нибудь правила насчет свиданий с подчиненными?

Он небрежно отмахивается.

– Они не узнают.

– Но нас могут увидеть.

– Тогда приходи ко мне, я что-нибудь приготовлю.

– Я не могу прийти к тебе! В первое же свидание? Я не… Я не такая!

– Черт. – Он тянется к моей руке, чтобы остановить взмах. – Прости. Конечно, ты не такая. Я ничего не имел в виду. Совсем. Лады?

Я киваю, но все же показываю ему, как сильно меня потрясла сама идея. У женщины не должно быть собственных сексуальных потребностей. Моя роль – сопротивление. Я строю из себя хорошую девочку.

– Джейн, я серьезно. Я думал совсем о другом. Я просто пытался защитить тебя от любопытных глаз.

– Знаю.

– А что если я поведу тебя в какой-нибудь маленький бар? Туда, где нас никто не увидит… Тогда ты согласишься поужинать со мной? – Он слегка наклоняет голову, стараясь поймать мой взгляд. Затем изгибает брови, как щенок-попрошайка. – Ну пожалуйста.

Я хихикаю.

– Мне нельзя так быстро соглашаться на новое свидание.

– Тогда мы не станем называть это свиданием. Просто коллеги решили вместе поужинать.

– Ты начальник, а я простая служащая. Едва ли нас можно назвать коллегами.

– Тогда я буду твоим наставником.

Рассмеявшись, я качаю головой.

– Ты – просто ужас.

– Формально ты мне неподотчетна. Так что никакого конфликта интересов.

Забавно, конечно. Ведь он мог бы меня уволить. Я продолжаю жеманно упираться.

– А вообще, зачем тебе встречаться со мной? Ты же почти не знаешь меня.

– Ладно тебе. Ты же потрясающе красива.

Я некрасивая. Я ранимая и ношу кружевные бюстгальтеры. Но все равно. Даже социопату нравится, когда его считают красивым.

– Ничего подобного, – тихо возражаю я, однако при этом улыбаюсь.

– Как насчет завтра? – не унимается он.

– Хорошо. Но только если ты пообещаешь, что будешь давать мне наставления.

Стивен усмехается и становится похожим на зубастого кота.

– Я буду учить тебя всему, что тебе нужно знать.

Ха. Не всему, что знает он, а всему, что нужно знать мне. Мило.

После обеда он провожает меня до здания и вместе со мной поднимается на лифте, так что у меня нет возможности сбегать в газетный ларек и купить протеиновый батончик. Надеюсь, сегодня кто-нибудь на нашем этаже будет праздновать день рождения, иначе я умру от голода.

Глава 7

Кусок праздничного торта так никто и не приносит. К концу рабочего дня меня мучает такой дикий голод, что я спешу домой и там переодеваюсь в более удобную одежду. Обтягивающие джинсы, ботильоны, черный свитер. Смываю яркие тени для глаз и заменяю их скромной черной подводкой, затем собираю волосы в тугой пучок. Я высветлила свои волосы, и такой стиль меня ужасно раздражает. Выгляжу уж больно мягкотелой. Мне нравится, когда волосы темные и прямые, без мелирования.

Я хочу есть, а еще выпить. Но больше, чем о еде и об алкоголе, я мечтаю избавиться от скуки, поэтому иду через несколько кварталов к центру, направляясь к высококлассному бизнес-отелю. Сажусь в баре и заказываю стейк с картошкой и джин с тоником. И то, и другое идеально.

За барной стойкой вместе со мной сидят несколько бизнесменов, все по отдельности, разделены как минимум одним пустым стулом. Часть из них наблюдает за мной в зеркало за стойкой. Я смотрю новости по телевизору над головой бармена.

Расслабленный моей новой легкой работой, мой мозг начинает стремиться к деятельности. В ползущей строке всякие истории из делового мира, и эти новости для меня внове. В Куала-Лумпуре со мной такого не случалось. Я узнавала все новости международной торговли до того, как о них сообщали деловые каналы.

Допиваю свой первый коктейль, но, прежде чем ставлю стакан на стойку, ко мне подходит мужчина в костюме.

– Заказать вам еще один? – спрашивает он.

Я поворачиваюсь и смотрю ему прямо в лицо. Ему здорово за пятьдесят, нос и щеки уже покраснели от выпитого. Костюм дорогой, непривлекательным его не назовешь, но я представляю, как его лицо становится пунцовым, когда он ритмично раскачивается надо мной.

Я не изображаю из себя оскорбленную невинность и не показываю, будто польщена его вниманием. Он подкатил ко мне не потому, что я какая-то особенная. На моем месте могла бы быть любая. Для него я женщина с дыркой, которую он может заполнить. Вдруг у него появится шанс трахнуть меня, так что не грех попробовать. Все просто. Он даже не заморачивается тем, чтобы снять обручальное кольцо.

– Нет. – Поворачиваюсь обратно к телевизору и жестом подзываю бармена.

– Еще один? – спрашивает тот.

Я киваю. Мужчина в костюме отходит.

– Приехали в город в поисках работы? – спрашивает бармен, смешивая мне коктейль.

Это очень мило с его стороны – затеять светскую беседу с женщиной, которую в его баре донимают мужики. Вид у него измученный, словно он долго, без остановки, готовил напитки; однако он молод. Двадцать девять, наверное, хотя под бородой может скрываться и детское лицо.

– Между прочим, я здесь живу.

Его темные брови взлетают на лоб.

– Серьезно? Местные к нам редко заходят.

– Я не хотела идти в какое-нибудь романтическое заведение и сидеть там в одиночестве. – На самом деле я имею в виду другое, и по тому, как он смеется, становится ясно, что мой сухой тон сказал ему о многом.

Бармен наполняет новую мисочку крендельками и подвигает ее ко мне. Он получит хорошие чаевые, если будет присматривать за мной.

Хотя я не нуждаюсь в защите.

После того как один из мужиков в баре получил отлуп, остальные уже не изучают меня с таким вниманием. Вероятнее всего, они приняли меня за проститутку. Те часто ошиваются в барах вроде этого, а еще чаще – в бизнес-отелях за океаном. У этих женщин такой же деловой вид, как и у их клиентов, только вместо расслабленного галстука – блузки с расстегнутым воротом. Едва ли мужики возражали бы, если б их проститутки были одеты так же, как уличные, однако администрация отелей не может допустить, чтобы все было так очевидно.

Теперь за мужчинами наблюдаю я. Их взгляды переместились на второй телевизор, где то и дело мелькают бело-зеленые цвета футбольного матча. Двое из них, в том числе и тот, который ко мне подкатывал, среднего возраста, и их костюмы сидят чуть свободно и помяты после долгой дороги.

Третий моложе, на нем костюмные брюки обтягивающего покроя, а расстегнутый ворот рубашки кажется ослепительно белым на фоне синего пиджака. Он красив, и большой нос не портит его. Великолепное тело. Но мне он не нравится. Я представляю, как он любуется собой в зеркале во время секса, восхищаясь тем, как напрягается его задница, когда он рывком входит во влагалище.

Я непроизвольно морщусь от этой мысли. Готова спорить, он считает, что его член – это все, что нужно для счастья женщине, и искренне верит в это, сколько бы женщин ни говорили ему обратное. Раньше я верила мужчинам на слово, но после стольких лет никаких сомнений у меня не остается. Они легко просчитываются.

У четвертого, однако… у четвертого есть потенциал, и слава богу. Сегодня мне так скучно и неспокойно, что я могла бы дать шанс и красивой заднице.

Но в этом нет надобности. Четвертый темнокож и по-мальчишески красив. Чуть за тридцать, наверное. Вьющиеся волосы коротко подстрижены. На руке нет ни обручального кольца, ни огромного «Ролекса». Он одет в простую рубашку с закатанными рукавами, и белая ткань великолепно контрастирует с его коричневой кожей. Он длинными пальцами держит стакан с местным пивом: ему не нужны дорогие марки. Мужчина, не стремящийся покрасоваться. По моим оценкам, это говорит о том, что он хорош в постели. Гм, удачный день.

Его взгляд отрывается от экрана и скользит по зеркалу, пока я не ловлю его. Правый уголок его рта слегка приподнимается вверх, и я усмехаюсь тому, что меня поймали на «месте преступления». Так как я не отвожу глаз, его губы растягиваются в улыбку. Я салютую ему стаканом. Он отвечает мне тем же.

Я не стесняюсь подкатывать к мужчинам, когда того требует ситуация, но сейчас в этом нет надобности. Худший сценарий будет, если мы не поладим и он свалит после нескольких минут разговора. Но я позабочусь о том, чтобы мы поладили.

Чтобы дать ему поле для маневра, проверяю свою почту. У моей новой личности нет электронного адреса, потому что этой Джейн он не нужен. Кто будет писать «чистому листу»? На телефон приходит почта из настоящей реальной жизни. Деловые новости, приглашения от «ЛинкдИн», спам на малайском, очень соблазнительные предложения познакомиться с горячими азиатками. Плюс одно действительно личное сообщение от отправителя, чье имя заставляет меня охнуть.

Черил Питерсон. Это мать Мег.

Она несчастная женщина, и я всегда сожалела о тех решениях, что она принимала во времена детства Мег, но даже я не могу отрицать, что Черил любила свою дочь. Она любила свою дочь почти с той же истовостью, с какой хотела иметь мужчину в своей жизни. Почти. Очень типичная история.

После смерти Мег у меня нет поводов снова вступать в контакт с Черил; у нас с ней нет ничего общего: ни реального, ни логического. Она заурядная парикмахерша, которая обожает детей, позволяет мужикам вытирать об нее ноги и никак не может, кажется, взять в толк, почему у нее все не клеится.

Но ведь эмоции нелогичны, не так ли? Эмоции липки, как вар, и их трудно оттереть, поэтому я всю свою жизнь стараюсь держаться от них подальше, чтобы не заляпаться. Однако с Мег я была голенькой, как младенец, и сейчас часть меня прилипает к Черил. Мне это не нравится. Надо освободиться как можно скорее.

Уступая нервному напряжению и меланхолии, я кликаю на сообщение Черил. Оно короткое, предельно ясное и все же сумбурное.

Джейн, от тебя давно не было вестей, и я решила связаться с тобой. В своем последнем письме Мег просила позаботиться о тебе. У тебя все хорошо?

Господи, Мег… Почему же ты была такой доброй? Если б ты так меня не любила, я бы так сильно не скучала по тебе.

«В своем последнем письме…» Я не хочу думать об этом. Мне она тоже прислала письмо. Я достаю его и перечитываю, когда мне нужен удар острой боли, чтобы продраться сквозь унылую пульсацию скорби.

– Привет. – Его голос прерывает мою печаль, и я испытываю небывалое облегчение. Поворачиваюсь к нему с ослепительной улыбкой.

– И тебе привет.

– Следует ли мне выступить с предложением купить тебе еще один коктейль или это вызовет у тебя раздражение?

Собираюсь ответить какой-нибудь шуткой на тему «зачем мне новый коктейль, когда я только начала этот», но взгляд на мой стакан говорит мне о том, что он пуст, а на языке я чувствую привкус джина. Сунув телефон в сумку, с ног до головы оглядываю незнакомца.

Он чуть ниже ростом, чем я думала. Подтянутое тело бегуна. Еще более приятно, чем его красивое тело, то, что он стоит на учтивом расстоянии, ожидая сигнала, который позволит ему приблизиться. Он отлично понимает женщин, чего не дано многим мужчинам. Он знает, что при взрослении нас окружает опасность. Он воспринимает наше уважение как дар. Наверное, у него есть сестры. Он мне нравится.

– Буду рада еще одному, – в конечном счете отвечаю я, кивая на пустой стул рядом.

Он учтивым взмахом руки подзывает бармена, затем садится на стул.

– Я Энтони. – Протягивает руку. Его пожатие быстрое и уверенное.

– Джейн, – представляюсь я. – Ты приехал сюда по работе?

– Да. Запускаем новую кампанию. Работаю в рекламе в Чикаго. А ты?

– Живу поблизости. Просто захотелось выбраться из дома ненадолго.

– Ты экстраверт?

– Что-то вроде того. Мне нравится небольшой шум на заднем фоне, и я могу смотреть только круглосуточные новостные каналы.

– Ясно. Вообще-то я не очень люблю спорт, но почему-то все время оказываюсь в спортбарах.

– Ты часто ездишь в командировки?

– Несколько раз в месяц. Ничего такого.

Я не спрашиваю его о семейном статусе. Он не спрашивает меня. Приносят наши напитки, и мы чокаемся.

– Спасибо, – говорю я.

– На здоровье.

Мы болтаем с час. Вы можете подумать, что разговоры меня раздражают, но это не так. Я наслаждаюсь легкой беседой так же, как интересной книгой. То, как люди живут, любят и думают, остается для меня не поддающейся разгадке тайной, хотя все эти истории из жизни такие же плоские, как и слова на странице. Я не понимаю идиотских реакций людей. Я не понимаю их нелогичность. А вот легкая беседа – это приятное развлечение.

Обычно мне достаточно упомянуть о Малайзии, и собеседник уже на крючке. Но сейчас я соблюдаю осторожность. Мое пребывание в Миннеаполисе хорошо не закончится. Сколько вопросов будет задано и кто их будет задавать? Я не имею об этом представления, поэтому держу Малайзию при себе.

И все же мне есть о чем рассказать, и я рассказываю. Энтони весел и умен. Он немного смущается, когда предлагает, чтобы мы с напитками перебрались в его номер.

Зря он смущается. Я не смущаюсь. Плачу? по счету и оставляю бармену щедрые чаевые, прежде чем помахать ему на прощание. Красномордый бизнесмен – судя по мутному взгляду, он уже хорошо набрался – мрачно косится на меня, когда я прохожу мимо вместе с Энтони, и я преодолеваю искушение сказать ему, что пора бы повзрослеть. Сколько бы лет ему ни исполнилось, он всегда будет желать женщин моего возраста и возмущаться, что мы его не хотим. Понимает ли он, что это дерьмовое лицемерие? Нет. Я – эгоистичная стерва. Это всегда будет моим недостатком.

Но кому до него дело? Мы с Энтони заходим в лифт. Когда остаемся одни, он не начинает тут же меня лапать, но его взгляд теплеет и медленно скользит вдоль моего тела. Я кончиком пальца провожу по его запястью.

– Мне нравятся твои руки, – говорю я.

– Руки? – Он не ходит в качалку, поэтому удивлен.

– Сильные, но без показной рельефности.

Он улыбается и придвигается поближе.

– Странная ты…

Да неужели?

Он касается губами моих губ, когда дверь лифта отъезжает в сторону. После секундной заминки целует меня еще раз.

– Пошли, – шепчу я и выталкиваю его в коридор.

На мгновение я становлюсь настоящей. Я возбуждена, счастлива, мною владеет сладостное предвкушение, рядом со мной живой человек. Он целует меня, прежде чем открыть дверь в номер, и я стараюсь ни о чем не думать, не строить планы и не анализировать. Мы не неистовствуем, но все равно не теряем времени зря и принимаемся раздевать и исследовать друг друга, одновременно целуясь и обнимаясь.

Сейчас я могла бы быть обычной женщиной, которая решила попытать счастья с привлекательным мужчиной. Это могло бы перерасти в нечто более глубокое. Мы полюбили бы друг друга, поженились бы и воплотили в жизнь извечную мечту людей. Мне нравятся такие мимолетные фантазии в той же степени, что и сам секс, но после того как я кончу, все эти фантазии испарятся вместе с моим потом. Я по опыту это знаю.

Самое забавное, что многие люди становятся социопатами, когда дело касается секса, не так ли? Так что разве я странная? Я, во всяком случае, последовательна.

Моя интуиция оказалась права, Энтони меня не подвел. Он доводит меня до оргазма вначале, а потом еще раз, в конце. Мне нравится его тело, упругое и скользкое от пота. Он сам надел презерватив, мне не пришлось просить его об этом. Если б он не улетал утром, я, возможно, вернулась бы завтрашним вечером. Когда он спрашивает, хочу ли я поддерживать с ним связь, я с неохотой качаю головой. По его словам, он приезжает в город раз или два в год, а я не задержусь здесь так надолго.

– Уверена? – спрашивает Энтони. – Мне показалось, нам было хорошо.

– Нам действительно было хорошо, – заверяю я его, благодарно гладя по руке, потом по груди, потом по животу. Мое заверение настолько эффективно, что он снова готов, и мы снова занимаемся сексом, на этот раз более жестким, и получаем еще больше удовольствия.

Я ухожу от него с улыбкой и продолжаю улыбаться всю дорогу домой. Какой потрясающий вечер… Воспоминания о нем помогут мне выдержать ближайшие несколько дней игры со Стивеном.

Глава 8

Я радуюсь тому, что большую часть дня Стивен меня избегает. Сегодня у нас свидание, и он, по всей видимости, соблюдает осторожность, чтобы ни у кого в офисе не возбудить подозрений. Однако его стремление дистанцироваться от меня мне только на руку. Мое тело все еще пребывает в сытой истоме, и я не могу ему это показывать.

Но скажу честно: Стивен этого не распознал бы и не догадался бы о причине.

Как бы то ни было, вчерашнее приключение оказалось хорошей идеей. Играть покорную мышку значительно проще, когда тебя не сковывает напряжение и не мучает желание прямым текстом высказать Стивену все, что я о нем думаю.

Если бы была хоть малейшая вероятность того, что я буду регулярно находить партнеров калибра Энтони, я ходила бы по барам каждый вечер, но Энтони – это редкая удача. Обычно все такие связи на одну ночь – такое же ненадежное мероприятие, как игра в кости. Я хорошо распознаю выродков, поэтому редко подвергаю себя опасности, но ни одна женщина не защищена от риска нарваться на действительно плохого любовника. Такое впечатление, что мужики намеренно пытаются показать себя ужасными в постели.

А все эти шутки о том, как трудно отыскать клитор?.. Ладно вам. Он всегда на месте, рядом с влагалищем. Зона поисков всего один квадратный дюйм, а у них все равно ничего не получается. Их полная некомпетентность поражает меня.

Конечно, очень многие мужчины даже и пытаться не станут, и после многих лет практики таких все легче и легче узнавать. Я уверена, что Стивен как раз из таких, поэтому всячески оттягиваю момент, когда придется лечь с ним в постель. К счастью, сопротивление отлично вписывается в мою легенду.

Мне хочется провести час своего обеденного перерыва за чтением, но я совершаю глупость и открываю электронную почту. Там меня все еще ждет сообщение от Черил. Можно просто стереть его. Мне плевать на Черил. Но мне не плевать на Мег, а Черил – единственное, что связывает меня с ней. Мы могли бы поддерживать контакт. Периодически пить кофе. Говорить о Мег.

Мег была самым близким моему сердцу человеком. Она ворвалась в мою жизнь, как ураган. Штамп, да? Да, штамп, но суть в том, что ураган разрушителен, а Мег – нет. В общем… она взорвала мой холодный, спокойный мир красивейшим фейерверком.

В колледже на втором курсе Мег оказалась моей соседкой по комнате. Соседку на первом курсе можно не принимать во внимание. У нас не было ничего общего, но и не было ничего, что делало бы нас врагами. Год прошел спокойно. И не остался в памяти.

Но Мег… Мег была вселенной. Мы не могли не подружиться, потому что она дружила со всеми. В первый день знакомства я не захотела идти с ней на танцы, но она решила, что мы пойдем, – и мы пошли. Было ужасно весело.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5

сообщить о нарушении