Виктор Семёнов.

Молитва для адмирала



скачать книгу бесплатно

– Ребят, вот если бабла совсем мало, куда здесь можно зайти водочки выпить?

Те непонимающе оглядели его, пялясь в основном на черную кожаную куртку, и потом один из них, лысоватый, в черной же косухе, будучи, видимо, посмекалистей, предложил:

– Давай мы тебя доведем, а ты нас угостишь?

– Давай! – с легкостью согласился Денис, и они направились обратно к метро, чтобы по бесконечным переходам выбраться на другую сторону улицы. Прошли метров пятьдесят по проспекту и очутились у входа в рюмочную, не озаглавленную почему-то даже скромной надписью «кафе» или что-то в этом роде. Столиков пять, занятых – три. Многие мужики, выпив рюмашку, выходили на улицу, курили и грелись на солнышке, чтобы через какое-то время вновь нырнуть внутрь, за еще одной порцией счастья.

Денис, купив выпивки и по бутербродику со шпротами на закуску, пригласил новых друзей за только что освободившийся столик у окна.

– Не… – пробасил в ответ на приглашение второй мужчина, крупный, седовласый и загорелый, как будто только с курорта. – Это Андреича место. Он сейчас перекурит и вернется. Давай лучше туда. – Он мотнул головой в сторону свободного места у противоположной стены.

Выпили. Закусили. И Дмитриевский решил сразу взять быка за рога:

– Мужики, буду с вами честен, у меня конкретная задача, и я пока не очень понял, как ее решить.

– Да мы уже поняли, что ты сюда не просто выпить зашел, – ответил лысоватый. – Чего случилось? Не держи в себе… Разорвет!

Денис улыбнулся и вкратце объяснил мужикам, что ему здесь нужно. А точнее – кто. Те, помялись немного, и за ответ опять принялся облысевший:

– Слушай, мы здесь каждую травинку не знаем… Мы не отсюда. С завода. С «Буревестника». У нас как смена заканчивается, мы по пивку с Серегой берем и, так сказать, ведем культурно-бытовое общение.

– Правильно, мужики! Правильно делаете! Но наверняка здесь-то есть кто-нибудь, кто всех и все знает. А вы, может быть, знаете его… Мы его угостим… Что скажете?

– Ну не знаю… – засомневался лысый. – Не знаю…

Загорелый же, Серега, оказался более сговорчивым:

– А как же Андреич? Он отсюда. Здесь, на Малой Охте, родился, вырос… И, по-моему, ее пределов никогда не покидал.

И потом добавил, чуть задумавшись:

– А нет, покидал… Один раз его в армию забрали, на границу с Норвегией. Родину охранять. А второй – когда сидел за кражу, под Воркутой. Охраняли от него родину.

Андреич тем временем вернулся на место дислокации, пройдя через барную стойку, и ребята, также обновив себе напитки, попросили разрешения присоединиться к нему. Тот, немного удивленный вниманием, согласился. Дмитриевский описал задачу. Андреич, все внимательно выслушав, выпил стопочку, выдохнул в рукав и предложил выйти на воздух.

– Душно здесь, у Гальки, – объяснил он. На улице заговорил: – Значит, смотри. Постоянных в районе двое. Один трется у библиотеки. Вон, напротив. – Он показал пальцем на противоположную сторону проспекта. – Там тетки его подкармливают, книжки дают читать.

А второй в основном по переходу болтается. А на ночь уходит в сторону моста, там в домах есть еще открытые подвалы. Пошли опросим их.

– Давайте еще по одной дернем, на дорожку… – взбунтовался Серега. – И пойдем…

– Тоже дело, – согласился Андреич, – Иди банкуй, мажор…

И Дмитриевский направился к затаившейся за прилавком Гале за новой порцией огненной воды. Выпили. Закусили. И направились к подземному переходу.

Компания нашла того, кого искала, достаточно быстро, спустившись и пройдя два пролета налево. Мужчина в полудреме сидел на коробке из-под книг, полученной, видимо, тут же (неподалеку расположился книжный ларек). Он спал или просто сидел с закрытыми глазами, крепко задумавшись о чем-то. Серега решил с силой растолкать незнакомца, не побоявшись притронуться к давно не знавшему стирки свитеру. Это оказалось ошибкой. Дядька отреагировал мгновенно: открыл глаза и заорал что есть мочи что-то неразборчивое. Чем и привлек внимание проходящих мимо полицейских. Двое молодых ребят, патрулирующих станцию, приблизились к их группе, и один из них – крепенький блондин небольшого росточка – предложил предъявить документы. Оценив диспозицию, бродяга сделал свою речь более разборчивой.

– Начальник, убивают! Грабят! – завопил он.

– Помолчите, любезнейший, – предложил ему второй полицейский, высокий, статный парень. – Сами разберемся. Так что с документами?

Он невозмутимо посмотрел на ребят. Мужчины вытащили паспорта, Дмитриевский – водительское удостоверение. Но это ровным счетом ничего не меняло. Высокий коп саккумулировал все документы у себя и, даже не открывая их, предложил компании проследовать за ним в местную комнату полиции. Работяги начали возмущаться, а Дмитриевский, немного расслабленный выпитой водкой, наоборот, наблюдал за происходящим с плохо скрываемым интересом. Последний раз такие приключения выпадали на его голову в далекие студенческие девяностые.

Проведя компанию в местный красный уголок – небольшую комнатку, содержащую в себе два письменных стола, стулья, лавку у стены и подобие камеры, называемой в народе «обезьянник», – высокий полицейский предложил им сразу последовать туда, в таинственный полумрак камеры. Закрыв друзей на ключ, полицейские сели за стол, и высокий предложил блондину:

– Административку сделай. Распитие спиртного в общественном месте.

– Они же вроде не пили? – блондин пытался отпираться, видимо, писать ему было лень. – Может, так для профилактики посидят?

– Нехорошо… Вдруг Саныч приедет. А у нас здесь такие красавцы так сидят…

– Там один мажористый какой-то… Видел? – Блондин взял водительское удостоверение Дмитриевского и начал его рассматривать.

– Нет перед Богом ни мажора, ни работяги – все одно… – тихо проговорил высокий коп, а его коллега фыркнул недовольно:

– Опять ты за свое…

И начал заполнять протоколы.

В обезьяннике обнаружился еще какой-то молодой парень, видимо, студент, который не доехал домой после пары. Возрадовался прибытию новых гостей:

– Мужики, есть у вас чего?

И подсел поближе, с интересом рассматривая Дмитриевского.

Серега достал из черной сумки начатую банку «Охоты».

– Спасибо! Хорошо, что у вас не изъяли вещи…

Студент после большого глотка вернул банку владельцу. Серега предложил выпить и Дмитриевскому. Тот не отказался. Глотнул, чуть поморщился. Поймал себя на мысли, что давно не пробовал подобного, и улыбнулся ей.

– А у тебя изъяли? – спросил Денис.

– Ну да. Зажигалку «Зиппо» и пачку «Петра I».

– Фигово, – резюмировал Серега.

– Да уж. Хорошего мало.

Студент с грустью посмотрел на стол, за которым блондинистый полицейский заполнял протоколы. Именно там и нашли временное пристанище зажигалка и пачка. Продолжал время от времени ворчать, то повышая голос, то скатываясь на шепот. Дмитриевского клонило в сон. Мужики рядышком переговаривались, тихонечко обсуждая политическую обстановку. Но тут новое обстоятельство мгновенно как рукой сняло сонливость Дениса. В комнате полиции появился Марат Забирохин. Дмитриевский вжался в стену, изображая хамелеона. Появление Марата не произвело фурора: блондин даже не поднял голову, продолжая старательно заполнять бумаги, а высокий выдавил из себя:

– О, товарищ майор… С чем вы сегодня к нам? Что принесли? Пшеничные краюшки? Тридцать серебряников?

Блондин фыркнул, а Марат спокойно сел на пустующий стул; видимо, давно знал ребят и их подколы.

– Сашок, – обратился он к длинному копу, – ты все не угомонишься?

– Я уже давно угомонился, Марат… Видел бы ты меня лет десять назад…

– Да видел, видел… – улыбнулся Забирохин.

– Ну да, точно.

– Саша, девицу одну ищем. – Марат положил перед Сашей распечатанную на простом принтере в формате А4 фотку новенькой. – Живет где-то рядом с метро, в хрущевке. Снимает. Пошукайте…

Марат вытащил из бумажника пару купюр. Блондин мельком взглянул на происходящее, и рука его автоматически забегала быстрее. Взялся за третий протокол. Забирохин исчез так же быстро, как и появился.

Компанию выпустили минут через пятнадцать. Каждому из подвыпившей тройки раздали по протоколу об административном правонарушении, заставив расписаться в нескольких местах. Потом высокий, Саша, предложил им удалиться:

– Извиняйте, если что не так. Есть жалобы или предложения?

У Дмитриевского было одно интересное свойство. Когда он выпивал (причем именно водку с пивом, неважно, в каких пропорциях), у него всегда рождались четверостишья, причем первые две строчки – одни и те же, а вот две завершающих менялись в зависимости от ситуации и собеседников. Поэтому вместо жалоб и предложений у него вырвалось:

– Из избы торчит труба. Век торчит. А может, два. Из трубы идет дымок. Помолился бы, Санек…

Саша покосился на него и сказал тихо, чтобы никто более не расслышал:

– Я молюсь, мажорик… Беспрестанно молюсь. Но молитва мертва без действия… Все. На выход.

На прощанье Серега показал Денису, как прийти к библиотеке, где, возможно, находился второй бездомный, который мог привести Дмитриевского к его цели. Пояснил:

– Мы не пойдем с тобой. А то так домой-то и не доедем. А надо… Чего ты там такое про Санька залепил? А еще можешь?

– Не вопрос, – улыбнулся Денис. – Из избы торчит труба. Век торчит. А может, два. На душе моей тревога: не бухал бы ты, Серега…

Серега протянул ему руку и снова направился вниз, в метро. Пошел за ним и его коллега. Денис же поплелся к библиотеке. И действительно, чуть левее входа, метрах в пятнадцати, на аккуратно расстеленной картонке примостился мужчина. Род занятий наложил отпечаток на его внешний вид, поэтому возраст можно было определить лишь примерно, где-то от сорока до семидесяти. Мужчина сидел, прислонившись к стене дома, и читал книгу, видимо, подсунутую в библиотеке. Рядышком стояла литровая пластиковая бутылка, наполовину заполненная какой-то желтой жидкостью.

– Отвлеку? – спросил Дмитриевский. Мужчина поднял на него воспаленные, красные глаза:

– Уже отвлек.

Денис разглядел название книги: «Молот судьбы». Улыбнулся и вкратце объяснил собеседнику ситуацию. Тот нисколько не удивился:

– Понимаю, о чем ты. Мариша. Был у нее. Разрешила помыться.

– Да ладно – Мариша? – не поверил Денис. – Марианна вроде…

– На русский манер. Какая там, на фиг, Марианна? Мариша.

– Проводи, а? Будь другом… А я тебе гардероб обновлю…

– Ты мне лучше бар и библиотеку обнови. А то что пью, что читаю – … какую-то.

Дмитриевский надолго задумался. Затем встрепенулся:

– Прошу прощения, а как я могу к тебе обращаться?

– Как хочешь, а зовут меня Василий Василич.

– Василий Васильевич, давай так: ты проводишь меня до квартиры. Если Мариша дома – тут же выделяю тебе финансирование. И на бар, и на библиотеку. Идет?

– Пару сотен вложи авансом, чтобы легче передвигалось…

Денис, поковырявшись в кошельке, вытащил необходимую сумму и, отдав ее Василию, отошел в сторонку, стараясь не мешать подъему. Спутник встал, отряхнулся для виду и потопал куда-то внутрь квартала, во дворы. Шел он бойко, Дмитриевский с трудом поспевал за ним. Пройдя по диагонали через детскую площадку мимо справляющего нужду бульдога и пары контейнеров, доверху набитых мусором, Василий Васильевич остановился у второй парадной старенькой, потрепанной хрущевской пятиэтажки. Обернувшись, посмотрел в глаза Денису, хитро прищурился:

– У тебя фамилия как?

– Дмитриевский.

– Поляк, что ли? Так и знал… Будешь смеяться, но я Сусанин. Василий Василич Сусанин. Хочешь, паспорт покажу…

– У тебя паспорт есть? – спросил Дмитриевский

– Нет, – ответил тот. – Не страшно, полячок?

– Мне последний раз страшно было, когда два комитета сливались. Земельный и имущественный. Страшно – жуть, аж зубы стучали… А это все детский сад… Веди давай.

Они зашли в парадную. Поднявшись на четвертый, Василий ткнул пальцем в паркетно-желтую дверь квартиры номер сорок три с беленьким дешевым звоночком.

– Финансируй – и я отступлю под натиском твоих легионов, – сказал Сусанин.

– Проверю, брат, – ответил Денис. – Не хочешь светиться – укройся за мусоркой… Я свое слово держу.

И он позвонил в дверь. Та открылась очень быстро: либо хозяйка передвигалась с невероятной скоростью, либо квартира была очень маленькой. Перед Дмитриевским образовалось знакомое лицо, очень красивое и грустное, бледное, без макияжа, со следами слез. Светлые волосы мягко стелились по черной ткани футболки с надписью «Питер – это навсегда, детка!» и Петропавловкой на заднем плане. Дмитриевский улыбнулся и сказал строго, как и положено начальнику:

– Подожди-ка.

И отошел вглубь лестничного пролета, куда выдвинулся его провожатый.

– Василий Васильевич, полякам бы такого проводника, – сказал Денис с улыбкой, – жили бы сейчас в Евросоюзе…

– Ну, тогда слава богу, что у поляков был другой проводник… Давай сотку… Я ведь твой немой вопрос слышу…

Дмитриевский протянул тысячу и, еще раз поблагодарив Сусанина, исчез за дверью своей сотрудницы. Квартира оказалась небольшой. Маленькая прихожая, почти сразу слева – дверь в совмещенный санузел, справа – на кухню, а прямо – в единственную комнату. Но как чисто, подумал, Дмитриевский, как везде чисто. И аккуратно.

Марианна кивком пригласила Дениса пройти на кухню и спросила, глядя куда-то поверх его головы:

– Чай будете?

– А водка есть? – спросил он.

– Нет, – ответила она. – Водки нет. Чай есть. Будете?

– Да, – ответил Денис и прошел на кухню. – Но лучше водку.

– Лучше чай, Денис Александрович, честное слово…

– Ну только не надо меня учить, что лучше, а что нет… А вообще… Чай так чай, – согласился он и сел за кухонный стол. Тихо спросил у спины Марианны:

– Деньги-то где?

– В конверте. В сумочке моей. Там, в прихожей. Принести?

– Нет. Потом отдашь. Буду уходить – заберу.

Марианна поставила перед Денисом большую темно-синюю чашку, почти до краев наполненную крепким ароматным напитком. Затем добавила сахарницу и небольшую плошку с сушками.

– Слушай… – Денис глотнул чая. – А что это было вообще? Деньги дяде Ване не отвезла, телефон вырубила – все на ушах стоят. Костя вон на валидоле. Чего ты устроила? Я бегаю, бомжей коррумпирую, чтобы к тебе привели. А ты правда его домой водила? Мыться?

– Правда.

– Весело. Назови мне хотя бы одну причину, по которой я не должен тебя увольнять.

– Денис Александрович, я просто не могу делать такие вещи. Физически не могу. И душевно – не могу. Врать не могу. Лицемерить. Хитрить. Закон нарушать. У нас это не принято. У нас по-другому учат.

– А как же ты думаешь работать-то с этим со всем, тем более в нашей сфере? Мы же с тобой в России, на дворе 2015-й. С голоду умрешь… И чего же ты тогда сразу не сказала: не повезу, мол, взятку? Это, мол, супротив моих принципов… А пропала?

– Думала, получится. Вы правильно говорите: Россия, 2015-й… Но нет. Не получилось. И пробовать больше не буду. Хотите – увольняйте.

– Ты говоришь, у вас по-другому учат. Где это – у вас? То, что ты не из Питера, я знаю теперь, а где вас таких делают? Солт-Лейк-Сити, штат Юта?

– Вы не поверите…

– Я не верю, что в однокомнатной хрущевке на Малой Охте водки нет… А больше ты меня ничем не удивишь.

– Я не с Земли, – тихо проговорила она.

– Не с Земли? – повторил Дмитриевский. – Этого мне еще не хватало… А откуда? С Луны? Назови адрес регистрации. Покажи форму девять…

– Я с Квард-Паркуса. Это двойная планета. Ваши астрономы недавно увидели нас в свои телескопы. И тем самым открыли канал. А у нас есть технологии, позволяющие перемещаться в пространстве таким образом. Я не технарь, тонкостей не знаю, знаю одно: как только нас замечают – мы получаем канал, возможность прилететь.

– Допустим, – спокойно отреагировал Денис. – Тогда почему отправили тебя?

Марианна грустно улыбнулась:

– Для меня это загадка. Первый отправляемый – что-то вроде разведчика-парламентера. Кандидата выбирает программа «Миранда». Компьютер. Она же определяет и время, которое первенец проведет в гостях. Вообще я школьная учительница там. Обучаю деток.

– Ну, ты неплохо знаешь нашу юриспруденцию для училки…

– Пришлось освоить. Я же там учительница. А здесь я чему учить буду? Самой сначала выучиться нужно. Юриспруденция – первое, что пришло в голову. В прямом смысле… У нас восприятие информации немного другое, чем у вас, у людей.

– А чего ты ко мне-то явилась? Почему не в Роскосмос? Или в Роснано? Или еще куда?

– Не знаю. Тоже загадка. Первым попались. А туда не пошла, потому что они меня в психушку бы сдали…

– А я тебя сейчас не в психушку сдам, а отправлю прямиком в СИЗО на Лебедева! – заорал Денис, а Марианна, вздрогнув от крика, вскочила, едва не опрокинув стул. – Если через три минуты ты мне не нальешь пятьдесят граммов водки, я позвоню Сергею Валентиновичу, и он тебя упакует безо всяких документов, поняла?!

Марианна пулей вылетела из квартиры, а Дмитриевский, посидев немного в тишине, вдруг начал смеяться, да так, что на клеенчатую старенькую скатерть закапали слезы.

Не прошло и двух минут, как на кухню вбежала запыхавшаяся Марианна с початой пол-литровой бутылкой водки. Брякнула на стол, убежала в комнату. Вернулась с маленькой рюмочкой и, поставив ее рядом с бутылкой, села на стул и посмотрела на шефа.

– А себе? – тихо спросил он, наливая водку.

– Денис Александрович, я не…

– Себе, я сказал!

Марианна снова умчалась в комнату и вернулась со второй рюмкой. Денис налил обоим, и они выпили – в полной тишине, не глядя друг на друга. Налил еще по одной и покосился на Марианну. Та вытащила из холодильника небольшой пластиковый контейнер с селедкой под шубой, достала пару вилок и несколько кусков хлеба. Выпили еще. Дмитриевский занюхал хлебушком и, наливая по третьей, сказал уже более спокойно:

– Давай еще раз, с самого начала, откуда ты и зачем…

– Из Сегежи. Карелия. Приехала месяц назад, – тихо проговорила Ро.

– А паспорт твой не согласен…

– Не мой. Я потеряла свой. Этот – подруги. Она тоже теряла. Потом восстановила. А потеряшку – нашла. И мне отдала. Я с ним и приехала в Питер.

– А диплом?

– Купила.

– А кто ты по образованию?

– Училка, говорю же. Работала в школе в Сегеже. В младших классах.

– И ты хочешь мне сказать, что за месяц без образования изучила юриспруденцию? – Дмитриевский подвинул ей третью рюмку.

– Денис Александрович, – поморщилась Марианна, – мне хватит, честно, я вообще не пью – меня сейчас вырвет…

– Может, и к лучшему, если вырвет… Так что с правом? Как ты его изучала?

– У меня память хорошая. Материал очень хорошо воспринимаю. Любой. Талант такой. Но я еще в Сегеже начала юриспруденцию изучать… Как учителям зарплату урезали…

– А что с конвертом? Почему не занесла?

– Не-мо-гу, – по слогам произнесла она. – Тошнит.

– Понятно, – резюмировал Денис и, выпив рюмку, встал и медленно направился в прихожую.

– Уволите?

Дмитриевский не ответил. Марианна поплелась за ним.

– А зачем ты всю эту чушь на меня вылила, про планеты какие-то? Фантастику любишь?

– Мне Орлова сказала: если хочешь Денису Александровичу понравиться – юмори, да лучше фантасмагорично. Тогда есть шансы…

Денис хмыкнул, надевая куртку.

– Деньги-то заберете? – Она протянула ему конверт. Тот молча сунул его во внутренний карман куртки и вывалился из квартиры.

* * *

Дело близилось к восьми. Аблокатов и приехавшие родственники закончили ужин и вышли на балкон выкурить по сигаретке. Ленинский проспект погружался в сумрак, его немного освещали только фары проезжающих машин.

Резко хлопнуло. Из дворов на противоположной стороне проспекта забил огромный фонтан. Видимо, прорвало трубу с горячей водой. Над землей поднимались клубы пара.

– Слышь, брательник, а ты плакался, что фонтаны в Петергофе закрыли… Вон – покруче любого Петергофа тебе фонтан!

– Да уж, – улыбнулся гость и начал звать жену, а Костя отправился звонить в аварийку.

Петербург погрузился в ночь.

Глава 2. Историческая

1

Дмитриевский не сразу отправился домой. От машины его отделяли пятьсот метров малоохтинского пространства и три кафешки. Из последнего кафе Денис вызвал водителя и, пока ждал, выпил еще немного. Он старался не фокусироваться на истории с Марианной, оставить ее на завтра, и позволил себе просто плыть по огненным волнам алкоголя, ожидая транспортировки домой. Через полчаса после звонка приехали ребята на «Шкоде», и один из них, пересев на «Порше» Дмитриевского, повез его на Петроградку. Лег в кровать Денис около часа под сонное ворчание Иры, которая не ожидала столь позднего возвращения супруга и уснула, так и не дождавшись его триумфального появления.

Утро вторника Денис провел в душе, а затем, немного освежившись и выпив крепкого черного чая, вернулся в постель. Ирка уже развезла детей по садикам и сама укатила в офис, так что Дмитриевский пребывал в одиночестве. Он отключил телефон и, закрыв глаза, попытался вернуться в сон. Но не тут-то было. Мысли его все время возвращались к вчерашнему разговору с Марианной. Позиция по ней у Дениса пока не сформировалась, и в основном именно поэтому он не хотел ехать в офис. Но и сон не шел. Взгляд упал на тумбочку и на старую светло-коричневую тетрадь деда, которую передал ему отец. Денис взял ее, немного повертев в руках, открыл и погрузился в чтение.

Я не знаю, почему именно сейчас я сел за эти воспоминания. Идет 1982-й год, прошло уже три года, как я окончательно попрощался с флотом и с военной службой. Может быть, свободного времени стало побольше, а может быть, именно сейчас этим воспоминаниям самое время обрести свою форму на бумаге. Для кого это? Я не знаю. Детки, уже взрослые и давно самостоятельные, мало интересуются моим военно-морским прошлым, находясь в кругу собственных интересов, и, конечно, я им не судья. Внуки еще слишком малы, чтобы интересоваться этим, а когда вырастут… я даже боюсь предположить, в какой области будут их интересы. Жене? Нет: она единственный человек, который знает про этот случай. Себе? Наверное. Наверное, себе, потому что именно сейчас пришло время окончательно переосмыслить случившееся тогда и поставить наконец жирную точку во всей этой истории.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18