Виктор Пономаренко.

Практическая психология. Изучение индивидуальных различий



скачать книгу бесплатно

Поэтому, оригинальничая, он всё же остаётся в границах моды. Он следует моде, а не творит её. Он по сути своей не творец, а подражатель, имитатор. Для него самое важное событие – показ мод, главный источник информации – глянцевый «гламурный» журнал. Хорошо, если у него есть ко всему этому свободный доступ. Если нет, то он готов довольствоваться суррогатами в виде ксерокопий выкроек и даже чьих-то рассказов о модных тенденциях. (Берет книгу, читает) «Да, поздравляю вас: оборок более не носят… На место их фестончики… Пелеринка из фестончиков, на рукавах фестончики, эполетцы из фестончиков, внизу фестончики, везде фестончики… Вообразите, лифчики пошли ещё длиннее, впереди мыском, и передняя косточка совсем выходит из границ».

Это отрывок из «Мертвых душ» Гоголя. Да, уж, демонстративное начало существовало во все времена, у всех народов, у мужчин и у женщин!

Помимо прочего, его обладатели стремятся переодеваться в различные наряды, приобретая характерный внешний облик той социальной группы, к которой они хотели бы принадлежать. При этом, что удивительно, они не просто переодеваются, но и преображаются внутренне, психологически!

Человек, щедро наделённый демонстративностью, одинаково легко и комфортно чувствует себя и во фраке, на высочайшем приёме, и в телогрейке, сидя на деревенской завалинке, и в военном мундире, щеголевато прохаживаясь вдоль строя… При этом, будучи одет во фрак, он (специально не настраиваясь, не заставляя себя!) размышляет о преимуществах монархии перед демократией и об иных высоких материях; телогрейка настраивает его на «домотканно»-лирический лад. «Инда взопрели озимые», – думает он, благостно щурясь. – «Рассупонилось красно солнышко, растолдыкнуло свои лучи по белу светушку…». Мундир заставляет его беспрестанно чертыхаться, врать напропалую о былых боях и походах, бранить в голос подчинённых, сквозь зубы – начальство, и мечтать о прибавке к жалованью…

Подобное перевоплощение сопровождается соответствующей мимикой и пластикой. Для демонстративных людей характерны так называемые мимические маски: произвольно надеваемые ими на себя выражения лица. Маска величия, маска гнева, маска любопытства. Внешне эти маски очень похожи на реальные переживания, но не вызывают у окружающих доверия, отталкивают своей наигранностью. Жесты также отличаются манерностью, театральностью. Все это легко опознать и понять, что перед тобой – демонстративная натура.

Свойство вживаться в образ другой личности (вплоть до растворения в ней) проявляется не только при переодевании, но и при пользовании какими-то иными характерными предметами. Например, человек берет в руки музыкальный инструмент, на котором на самом деле играть не умеет, но воображает в эту минуту себя музыкантом. Или демонстрирует окружающим обложку книги с умным названием, которую якобы штудирует.

Однажды мне дали почитать (явно переоценив мои возможности) серьезную статью в экономическом журнале. Открыв нужную страницу, я бодро прочёл: «Допустим, что в сформированной случайным образом выборке объемом l найдено k элементов, содержащих ошибки.

Требуется проверить гипотезу: q больше S, где q – число ошибочных элементов во всей проверяемой совокупности, S – допустимое число ошибочных элементов во всей проверяемой совокупности (уровень существенности). Поскольку l обычно значительно меньше N, то есть возможность принять противоположную гипотезу (q меньше S), хотя верна исходная». Стоя в метро, я честно пытался прочесть статью до конца и хоть что-нибудь в ней понять. Но, кроме отдельных слов («допустим», «требуется», «поскольку»), не понимал практически ничего. Однако я с удовольствием чувствовал, что рядом стоящие пассажиры – в метро было многолюдно – невольно заглядывают в журнал. «Интересно, за кого они меня принимают?» – Думал я, стараясь хотя бы для вида не отрываться от текста. – «Возможно, в их глазах я кто-то вроде Григория Перельмана – чудаковатого гения математики». Это было очень приятно. Глупая, по сути, иллюзия тешила меня, как ребенка. Когда же голова совсем отказалась продолжать работу над постижением сложного текста, и я поднял уставшие от напряжения глаза кверху, то увидел следующий рекламный текст: «Люк Бессон. Артур и минипуты. Читайте книги. Смотрите фильм». «Вот это ваш интеллектуальный уровень, господин «минипут». А то надуваетесь важностью, пыжитесь изобразить из себя знатока математической статистики и теории рисков. Стыдно!» – Подумал я, смеясь над своей демонстративностью.

Как же склонность подражать кому-то сочетается у демонстративного человека со стремлением выделяться из толпы, быть непохожим на других, оригинальным? – Интересный вопрос. Подражая значимым для него людям, он демонстрирует лояльность к ним, напрашивается на комплименты. А это для него не менее важная забота, чем привлечение внимания к собственной нестандартности, к недюжинности своей натуры. Ему нужно решить обе задачи: и стать центром внимания, и понравиться окружающим, даже если для этого придется выдавать себя за кого-то другого. И демонстративный человек со всем этим неплохо справляется.

В этом ему помогает, кроме яркости, стремления быть оригинальным и способности перевоплощаться в других персонажей, еще и изменчивость внешнего облика. Тоже весьма интересное свойство.

В его основе – стремление как можно дольше удерживать на себе внимание окружающих. Не дай Бог, они пресытятся созерцанием яркого, оригинального имиджа и потребуют реальных дел! Этого никак нельзя допустить. Демонстративное начало делает человека существом, предназначенным для парадов, а не для пахоты. Вот зачем нужна столь частая смена внешнего облика, посредством перемены причёски, макияжа, одежды и так далее. Бывает, что это происходит по несколько раз за день.

Разумеется, всё относительно, в том числе – количество носимых вещей. Во многом оно зависит от толщины кошелька. Но вот что важно: на пополнение гардероба новой вещицей демонстративный человек готов потратить и последние деньги. Гоголь в повести «Невский проспект» упоминает о том, что в Петербурге можно встретить людей, одетых на семьдесят тысяч, но эта баснословно дорогая одежда – всё, что у них есть.

Итак, если мы видим во внешнем облике нашего собеседника яркость, претензию на оригинальность, склонность узнаваемо имитировать признаки какой-то престижной социальной группы, изменчивость, то перед нами – обладатель демонстративного начала в характере. Какой же вывод мы должны из этого сделать? А вот какой.

Демонстративному человеку во всех случаях важно, чтобы его заметили и положительно оценили. Этим он руководствуется и когда оформляет свою внешность. Следовательно, чтобы приобрести в его лице доброжелательного и конструктивного партнера, надо предоставить ему то, к чему он стремится. Надо увидеть и оценить послание, которое он с помощью одежды, украшений, макияжа, аксессуаров направляет нам: «Подарите мне ваши комплименты. Я так нуждаюсь в них. Будьте ко мне добры и снисходительны. Пожалуйста». Вот о чем просит демонстративный человек.

Что он может дать взамен? – Все, на что только способен. Не следует забывать, что характер человека включает в себя и другие начала, помимо демонстративного. И тот, кого мы заметили и похвалили, вполне возможно, ответит нам не только похвалой в наш адрес, но и чем-то более реальным и осязаемым. Да, в конце концов, и похвала – не последнее дело. Сегодня вы выразили свое восхищение этим человеком, а завтра он, в присутствии значимых для вас людей, даст вам восторженную оценку. Разве же это плохо? Учитесь создавать людям психологически комфортную обстановку в вашем присутствии; давайте им не то, что хотите вы, а то, что просят они – и не будет отбоя от желающих с вами дружить и взаимодействовать.

Дракон и порядок

Не стану говорить, как я познакомился с этим человеком. Нет, он не обращался ко мне за консультацией. Он, похоже, и без психолога чувствовал себя вполне уверенно и в посторонней помощи не нуждался.

Однако когда я узнал, что он вытворяет в собственном доме, я вначале засомневался – не болен ли он? Но его соседом по подъезду оказался врач-психиатр, который охарактеризовал его, как вполне здорового, психически адекватного мужчину.

Несколько суровый на вид. Всегда собранный, подтянутый, деловитый. Любит возиться в гараже, чинить машину, что-то мастерить. На работе о нём хорошо отзываются. Надёжный профессионал. Умелый, опытный. Прямо, образец. Пример для подражания.

Только вот… этот опытный и умелый… «образец»… регулярно зверски избивает свою жену. Он заводится от любой её оплошности: не так слово сказала, не убрала квартиру вовремя, посмела сделать замечание. Злоба охватывает его, он набрасывается на бедную женщину с кулаками, валит её на пол и избивает лежачую.

«Я знаю, что у нее больной желудок, язва. И я стараюсь бить её ногами в живот», – как-то признался он. Но в этом признании не было сожаления.

Как это мерзко, отвратительно! Но это реальность и, увы, хорошо узнаваемая. Домашнее насилие – явление нередкое даже в так называемых цивилизованных обществах. Глубокое сочувствие охватывает любого нормального человека при виде жертвы этого насилия. Бывает, что избиениям и иным оскорблениям в семьях подвергаются мужчины, но чаще речь идёт о женщинах-жертвах. Хочется их спасти, чем-то помочь. Но что нередко слышишь в ответ на предложение помощи?

– Не надо. Благодарю. Я справлюсь сама.

– Как же вы справитесь, если не справлялись до сих пор?

– Всё равно, не надо. Идите своей дорогой.

Возникает закономерный вопрос. Вернее, два вопроса.

«Куда смотрели её глаза, когда она выходила замуж за такого?» и «Почему она всё это терпит?»

Многие пытаются ответить на эти вопросы: кто из сострадания, кто из любопытства. Обсуждают их на общей кухне и в телевизионных ток-шоу. Пробуют зайти то с одной, то с другой стороны. Но приходят всегда к одним и тем же выводам: замуж вышла, потому что любила. А любовь, как известно, зла и слепа. А терпит – значит, или боится, или… мазохистка. Может, она удовольствие получает от издевательств?

Легче всего махнуть рукой и предоставить эти ущербные семьи самим себе. Дескать, пусть разбираются между собой. А чтобы не мучила совесть, объявить этих людей не вполне нормальными. Он – садист, она – мазохистка. Мы-то тут причем?

Но если вот так отмахиваться, не понимая причины явления, то можно самим стать жертвой. Или дождаться, когда жертвами станут наши близкие.

От этого, кстати, никто не застрахован. Даже всемирно известную балерину Айседору Дункан, говорят, поколачивал Сергей Александрович Есенин. И это не были безобразные выходки пьяного человека. Отчётливо прослеживалась своеобразная «идеология» битья.

Попробуем разобраться в происхождении семейного насилия, используя знания психологии. Глядишь, не только поймём его природу, но и научимся бороться с этим злом. Заметьте, именно со злом, а не с людьми, втянутыми в его орбиту.

Итак, ответим на первый вопрос: «Понимала ли женщина, будущая супруга будущего злодея, за кого она выходит замуж? Что, собственно, она понимала? Кого видела перед собой и как ко всему этому относилась?»

Представим ряд бытовых картин. Мальчик приходит на день рождения к девочке, которая ему нравится, и дарит ей… шерстяные носки. «Бабушка связала», – говорит он отчетливо, внятно, с полным сознанием своей правоты, – «Зима на пороге. Ноги нужно держать в тепле. Смотри, не простудись». И девочка понимает, что он прав, вместе с его бабушкой, и ей приятна его забота. Она с любопытством пытается заглянуть ему за спину, куда он спрятал руку. Интересно, что там?

– Это цветы? – пробует догадаться она.

– Вот ещё! Буду я поощрять спекулянтов! Да и зачем – цветы завянут, только мусор в доме. Я тебе фруктов купил. Витамины! На-ка вот, возьми, – и он протягивает «новорожденной» увесистый пакет.

Что она должна подумать? – Что он скуповат, но заботлив. Что он домовитый, расчетливый, рациональный. И что, ухаживая за ней, он имеет серьёзные намерения. Разве же это плохо?

А вот мальчик идёт с девочкой по улице, плотно обхватив её за талию, как некую собственность. Он волком глядит по сторонам, предупреждая потенциальных обидчиков: «Только попробуй, тронь!» А на девочку смотрит приветливо, даже подобострастно. Разве ей это не приятно?

Ещё картина. Девочка расстроилась, расплакалась. У неё ничего не выходит, всё валится из рук. Нервы на пределе. Она готова впасть в истерику. Мальчик твёрдой рукой хватает её за плечо, встряхивает. Потом отвешивает ей пару коротких – не сильных, но чувствительных – затрещин. «А ну-ка, сейчас же возьми себя в руки», – говорит он тоном, не допускающим возражений. И она понимает, что он и в этой ситуации прав. Да, ей обидно, что он посмел её ударить. Но, в то же время, она благодарна ему за эту успокаивающую взбучку. А как же могло быть иначе, ведь рядом с ней мужчина. Похоже, настоящий мужчина.

К чему эти зарисовки? Какое отношение они имеют к семейному насилию? – Самое прямое. Такие и подобные им картины видит девушка, которой грозит в будущем стать жертвой собственного мужа. Она непосредственно в них участвует.

Мы спрашивали, каким она представляет себе его, будущего тирана, когда собирается замуж? – А вот таким и представляет: мужественным, домовитым, серьезным, рациональным, заботливым. Думает ли она о чём-либо плохом, что может между ними произойти? – Вряд ли.

Скажу больше: уже став его женой, и познав горечь унижения, она не спешит расстаться с мужем-насильником. Ведь она гораздо чаще видит его не разъяренным животным, а всё тем же – хозяйственным, заботливым и… справедливым. Да, да. Не удивляйтесь. Именно справедливым, ведь многие акты семейного насилия представляют собой наказание за реально совершённый проступок. К тому же, совершённый не единожды.

«Раз сказал – не понимает, два – не понимает. Так получай же!» – Таков ход злобной, звериной, но всё же мотивированной мысли домашнего деспота. И его жена это учитывает. И бывает, что становится на его сторону, когда её пытаются от него защитить. Это ответ на второй вопрос: почему не уходит. Потому, что, как ни парадоксально это звучит, видит в нём больше достоинств, чем недостатков.

Этот, по всем человеческим меркам, негодяй, как правило, имеет прочное положение в обществе. Не обязательно высокое, но всегда устойчивое. Он хорошо зарабатывает, не бросает ни слов, ни денег на ветер. Он прижимист в расходах, но зато стремится наполнить дом, как чашу, доверху. Он заботится о детях. Он не имеет намерения разрушить брак. Домашние тираны редко выступают инициаторами разводов. Они десятилетиями, всю жизнь, хранят верность одной семье.

Какова же природа этой странной и страшной двойственности – стремления к упорядоченной жизни, с одной стороны, и агрессии, с другой? Её корни – в особенностях темперамента человека. А темперамент – это, прежде всего, скорость психических процессов.

Есть люди, которым трудно следить сразу за несколькими потоками информации. У них, образно говоря, «медленные вязкие мозги».

Скажем, сидит такой человек, смотрит телевизор. Жена обращается к нему: «Вася, иди обедать». Он не реагирует. Жена зовёт ещё раз. И снова молчание в ответ. Это становится обидно. Жена подходит к мужу и трогает его за плечо. Он ошалело оборачивается: «Машенька?! Как же ты меня напугала! Ты что-то хотела?» Оказывается, он не слышал жену. И не потому, что глухой. Со слухом у этого человека всё в порядке. Он просто не в состоянии отслеживать информацию, исходящую от двух и более источников.

«Медленные мозги», не значит слабые, непродуктивные. Интеллект у таких людей может быть каким угодно – хоть высоким, хоть низким. У каждого – свой. Речь не о том, что они плохо соображают, не понимают чего-то. Нет. Мы говорим, что они соображают относительно медленно, и потому не успевают осмысливать одновременно несколько информационных потоков. Им гораздо комфортнее, когда информация приходит к ним в определенном порядке, не спеша.

К примеру, чиновник, работающий с документами, не справляется. Он проанализировал только две служебные бумаги, а за это время к нему на стол положили ещё десять. Образовалась гора. Хоть криком кричи. Что делать? – Очень просто. Повесить на дверь табличку: «Приём документов по понедельникам и четвергам. Строго с десяти до двенадцати. Посторонним вход воспрещен». Или ещё что-то в том же духе. И вот поток деловой корреспонденции уже ограничен, взят под контроль.

Люди с «медленными мозгами» сознательно или интуитивно стремятся взять под контроль все приходящие к ним потоки информации. А откуда они приходят, эти потоки? Что является их основными источниками? – События, предметы и люди. Вот почему наши «герои» делают всё, чтобы избежать незапланированных событий и упорядочить вокруг себя – «разложить по полочкам», «построить» – предметы и людей.

Порядок – это способ повысить эффективность работы за счет тщательной организации информационных потоков. И те, у кого от природы несколько замедлены психические процессы, уповают в жизни только на этот способ. И не напрасно.

«Люди порядка» – исключительно организованные, дотошные, склонные вникать во все детали поступающей к ним информации. Без этой склонности человеку не стать профессионалом, ни в чём. И, наоборот, при наличии этой психической особенности, всё, за что берётся человек – даже повседневные бытовые дела – он делает профессионально. Умело и ответственно.

Как же сюда вплетается агрессивность? – А вот как. Ответьте на вопрос: можно ли упорядочить всю информацию, которой наполнено окружающее пространство, особенно, если это пространство большого города? – Нет, конечно. Информации слишком много. Везде и всюду её источники – какой-то калейдоскоп событий, людей и предметов! И все они неуправляемые. Ну, членов семьи ещё можно как-то призвать к порядку. Подчинённых. А кого ещё? Все остальные живут и ведут себя, как им вздумается.

«Человек порядка» пытается сделать и в этих условиях хоть что-нибудь. Вот он входит в трамвай. Ему трудно оставаться спокойным. Везде бардак и неразбериха. «Молодой человек, что вы здесь встали? Вы загораживаете проход. Женщина, вы сядьте. А вы, мужчина, встаньте. Водитель, почему вы не объявляете остановки? Куда вы пошли? А вы куда?» Но эти попытки упорядочить среду обитания тщетны. Его никто не слушает. Его толкают, обзывают. Над ним потешаются. Домой он приходит злой, как чёрт. И смертельно уставший от информационного стресса.

Эта усталость накапливается, превращается в постоянное раздражение, направленное против всех. Формируется агрессивная, даже человеконенавистническая установка. Горе тому, кто попадёт под руку «человеку порядка», когда он зол! Тогда и незначительная провинность может породить необузданный, звериный гнев.

Склонность к порядку является врождённой, так как это производное от особого – «замедленного» – темперамента.

У «людей порядка» есть два пути, чтобы не стать жертвой губительных для них информационных перегрузок. Первый: они могут попробовать упорядочить хотя бы чьё-то поведение: близких, зависимых от них людей. И они добиваются этого, не считаясь со средствами. В их арсенале – угрозы, побои и иные варианты деморализации человека.

Помните, в замечательном фильме Георгия Данелия «Слезы капали» главный герой (типичный «человек порядка») приходит домой и видит, что его жена собирается на деловую встречу. Она в прихожей, у зеркала, подкрашивает помадой губы. Он критически оглядывает её и презрительно бросает: «Зачем ты красишься? Кого ты хочешь прельстить, кикимора?» Женщина роняет тюбик с помадой, заливается слезами и… никуда не идёт. Остаётся дома. А её мужу только того и надо. Он затевает с ней какой-то бытовой разговор, как ни в чем ни бывало. Что, он на самом деле считает свою жену кикиморой? – Нет, разумеется. Просто он разозлился: целый день ничего не клеится, а тут ещё жена уходит неизвестно куда – лишний информационный стресс. И нарочно оскорбил её, чтобы деморализовать, лишить воли к принятию решения.

Любое домашнее насилие имеет принципиально ту же природу: деморализовать близкого, превратить в безгласное, полностью послушное и зависимое существо. С таким тихоней «человеку порядка» легче жить – меньше забот и хлопот.

Однако бывает, что упорядочить поведение других не удается. Эти «другие» не желают, и всё тут. Тогда актуальным становится второй путь избавления от информационного стресса – отшельничество, одиночество. Отвергнутый «человек порядка» селится на отшибе. В прежние времена это были мельница, кузница, одинокий постоялый двор – места, недаром овеянные мрачными преданиями… К этому же типу людей относятся лесники, одинокие путешественники, охотники-промысловики. Все они, мягко говоря, не отличаются дружелюбием. Мудрый народ-языкотворец дал им точное имя: «бирюк». Это слово обозначает не только нелюдимого отшельника. На одном из российских диалектов так кличут волка.

Из сказанного можно сделать вывод: если мы хотим найти в «человеке порядка» спокойного и уравновешенного партнёра, а не агрессора, не следует… его пугать. Не нужно создавать ему дополнительных проблем своим непредсказуемым поведением. Наоборот, ему надо помочь упорядочить жизнь. Стать для него «инструментом порядка». И он будет это «инструмент» ценить и беречь больше всего на свете.

Но только нужно помнить: обмануть такого человека, прикинуться перед ним тем, кем на самом деле не являешься, не выйдет. Он внимателен, прозорлив, искушен в интригах. У него систематизированный, упорядоченный жизненный опыт. Его не проведёшь на мякине.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3

сообщить о нарушении