Виктор Мишин.

В игре. Партизан



скачать книгу бесплатно

– Вам было приказано собрать людей…

– Так, может, прямо к немцам? Вот они рады-то будут! – брякнул я. – Русские наступали-наступали, а потом взяли и ушли, потеряв кучу народа…

– Молчать, вас вообще за такие разговоры нужно под трибунал отдать!

– Вы сначала, товарищ старший лейтенант, документы покажите, а то командуете здесь, а вас тут и не знает никто, – вмешался сержант и встал так, чтобы я сам хорошо видел пришедшего.

– Сержант, вы забываетесь…

Мне надоел этот треп, и я поступил так, как подсказывало мне тогда сердце. Рядом с нами никого больше не было, так что никто и не увидит. Выбросив вперед ногу, черт, тело досталось совсем дубовое, аж между ног заныло, я вбил подошву сапога в живот старлею. Сержант не остался стоять столбом, а набросился сверху на сложившегося пополам незнакомца. Через мгновение тот уже лежал на земле, придавленный мощным сержантом, а я, достав документы из кармана старлея, принялся их изучать, освещая его же фонариком, немецким, кстати.

Мне повезло, да и сержанту тоже. Документы были подделкой, причем сработанной буквально на коленке, немцы нас вообще за людей не считают.

– Ну и кто ты такой, сокол ясный? – Сержант поднял за подбородок голову лжелейтехи, так как лежал тот на животе.

– Вас всех ждет трибунал! – прошипел тот.

– Но ты уже этого не увидишь! – Я достал нож из сапога, немецкий, от карабина, и, отодвинув сержанта в сторону, точнее грубо отпихнув, воткнул тесак под лопатку шпиону. Даже глазом не моргнул, хорошо я в реалии вписался.

– Ты чего, сдурел, что ли? А сведения? – ошарашенно глядя на меня, хлопал глазами командир.

– Какие тебе, в задницу, сведения? Диверсанты это, ты лучше думай о другом, сержант. Если они где-то рядом, то нам придется завтра ждать удара в спину.

– Черт, а куда у нас посыльный делся? – сержант растерянно обвел округу взглядом.

– Думаю, лежит где-нибудь, с перерезанным горлом. Остывает.

Быстрые поиски результата не принесли, боец как сквозь землю провалился.

– Что делать будем? – ругался как сапожник сержант.

– Надо наших искать, как хочешь. – Это и так было ясно, вопрос в другом. Если вокруг не только фрицы, а еще и долбаный «Бранденбург», то дело сложное.

– Я сам пойду, помню, где был штаб полка, надо туда идти, видимо, батальону уже хана…

– Ты единственный командир на всю нашу роту, пойду я. Где, говоришь, штаб полка?

– Хорошо, – чуть подумав, начал сержант, – деревня Зяблищи, километра четыре на юго-восток. Мимо рощи пойдешь, забери правее, там тропинка есть, выведет к ручью, он мелкий, перейдешь, а там уже сообразишь, путь один, не ошибешься, – все-таки согласился на мое предложение сержант.

– Я возьму один из фрицевских автоматов, с ним сподручнее будет, хорошо?

– Да бери что хочешь, если тебе нравится, чего-чего, а стволов у нас как грязи… – буркнул Черный и тихо добавил: – Перед атакой бы столько.

Выбрав один из двух автоматов, что пока оставались не востребованными, проверил, не забит ли грязью.

Снарядил четыре магазина патронами, еще россыпью добавил по карманам, взял несколько гранат и направился на поиски пресловутого штаба полка.

До рощи добрался быстро, благо вокруг стояла тишина, только сзади немцы «люстры» периодически подвешивают. Под деревьями наткнулся на несколько трупов, в темноте даже не понял, наши или немцы, прошел мимо. У ручья пришлось остановиться и ползти, впереди кто-то шуршал травой, явно люди, так как и голоса слышатся, только уж очень тихие. Берег у этого ручейка был довольно сильно заболочен, аккуратно не подойти, да и не перепрыгнуть воду. Ручей в ширину пару метров, но из-за берегов точно не смогу.

– Кто тут? – резкий окрик заставил вздрогнуть.

– А кого ты хотел увидеть? – отвечаю, смысла молчать не было, человек появился буквально в нескольких метрах от меня.

– Кто ты? – человек направился ко мне.

– Стой, где стоишь, сам-то кто такой?

Человек, дернувшись было, остановился. Рук его я не видел, но уловил движение справа. Меня явно обходили. Начав пятиться, я не отпускал автомат.

– Стой, куда собрался? – спросил незнакомец.

– Пойду своей дорогой, не надо мешать. – Замысел врагов, как чуть позже оказалось, именно врагов, выдало движение. Правее говорившего раздался звук взводимого затвора. Упав на колено, я дал очередь в незнакомца и быстро перенес огонь в сторону. Первый рухнул как подкошенный, зато справа раздалась очередь. Пули прошли выше, скорее всего, стреляли больше на звук и вспышки выстрелов. Дав в ту сторону пару коротких очередей, кувырнулся в камыши. Больше не стреляли, но выходить не хотелось. Черт, самое смешное, что это могли быть и наши, вот влип-то! Но надо все равно что-то делать. Так, а ну-ка…

Немецкая граната на длинной рукоятке, описав невысокую дугу, шлепнулась там, где я предполагал наличие врага. Последовал вскрик, какой-то непонятный, затем рвануло – и наступила уже полная тишина. Так, смотреть или сразу валить отсюда, вдруг еще набегут. Медленно, чуть ли не ползком направился в сторону берега. Сначала наткнулся на следы разорвавшейся гранаты, а чуть дальше лежало тело. Форма наша, но… ППД с расщепленным прикладом валялся рядом с телом погибшего. Охлопав карманы, с удовлетворением выдохнул, когда рассмотрел документы. Да уж, пресловутые скрепки из нержавейки никуда не делись, а книжка аж сорокового года. Как рассмотрел? Так фонарик у убитого взял, с синим стеклом, хорошая вещица, сунул в карман и продолжил.

Осмотр второго тела дал мне еще фонарь, а также документы. Где у фрицев метки для опознания своими, я не знал, поэтому искать не стал, просто направился к берегу. Каково же было мое удивление, когда в воде увидел тело еще одного человека. Вся тройка имела документы военнослужащих Красной Армии, но явно поддельные, даже мне, не специалисту, и то было ясно. Собрав нехитрые трофеи, автоматы брать не стал, перешел ручей и потопал по тропке дальше. Что-то хреновые у меня предчувствия насчет полкового штаба. Если фрицы так близко, то там, может, уже и не наши сидят.

Действительность оказалась еще хуже. Там были даже не диверсанты, а вполне себе нормальная часть вермахта, даже с танками. Дело было швах. Наблюдая из кустов, убедился в том, что к нашей роте, захватившей немецкие позиции, утром придет пушной зверек. Но хуже всего было то, что нам даже отойти-то некуда, кругом вражеские войска.

Возвращался тем же маршрутом, по пути дав небольшой крюк влево, пытаясь найти хоть какой-нибудь путь отхода.

– Что, совсем труба? – встретил меня сержант.

– Хуже, товарищ сержант. Жить нам остаток ночи, а дальше…

– Ну, уж на хрен, просто так парней положить я не дам, больше их у нас нет. Обойди всех, собираем с собой все, что можем тащить на себе, и валим отсюда.

– Я заминирую пути отхода, те, что смогу, в блиндаже парни мины нашли, – я указал в сторону ближайшего «блина».

– Давай, только вначале предупреди остальных справа, я пока влево сползаю. У нас двадцать восемь человек, мы еще сила!


Какая мы сила, еще посмотрим, а пока надо выбираться. Бойцы навьючились, как верблюды, грохоту было… Как нас не накрыли на отходе, вообще не понимаю. Я сделал то, что хотел, двадцать четыре немецкие противопехотные мины ждали своего часа, упарился так, как будто в баню сходил. Догонял наше воинство чуть не бегом, хорошо хоть пулемет тащить не пришлось, кто-то из бойцов его себе взял, шел с немецким МП. Винтовку тоже пришлось нести, сержант не разрешил бросить, сказал, что взгреют, и так отступаем, не хватало еще оружие врагу отдать.

Та тропа, что я разведал, вывела нас к небольшой речушке, которую переплыли вполне легко. Панику подняли пулеметчики, им было очень тяжело, но я показал, как надо вдвоем нести пулемет над водой, и все получилось. Выйдя на берег, сразу дальше не пошли, сержант дал час отдыха, заодно выжали одежку и вычистили оружие. Я, конечно, переборщил, сказав, что легко переплыли, просто повезло, что речушка была метров семь-восемь шириной, да и глубина у нее была в пару метров всего. Двое тонуть было собрались, но сообща не дали им это осуществить. Вообще, первое, что отметил про себя, мне категорически не понравилось настроение людей. Да все я понимаю, чудом уцелели в атаке, причем абсолютно бессмысленной, война идет, но паническое настроение одного сразу передавалось остальным. А еще вспомнилось самое начало. До вражеских позиций расстояние неизвестно, но те, у кого были гранаты, тупо кидали их из окопа вперед, вообще не понял, зачем?

– Так, бойцы! – беседу решил провести сержант Черный, я лишь намекнул. – Чего сопли на кулак наматываете? Думаете, кому-то сейчас легче? Хрен вам по всей морде, даже фрицам тяжело.

– Ага, вон у них и танки, и техника всякая, а у нас… – рыпнулся кто-то из бойцов, но грустно так, обреченно.

– Да и у нас это все есть, просто на данный момент мы тут, а техника немного в другом месте. Дойдем к своим – и у нас все будет! – ответил сержант.

– Когда еще это будет… – протянул тот же голос.

– Скоро, ребята, скоро. Не раскисать. Так, собираем манатки и топаем дальше, – свернул привал командир и подозвал меня жестом.

– Ты, Зверев, вроде парень с головой, контузия на тебя так повлияла, что ли? Давай вперед, дозором.

– Есть! – козырнул я, поправив пилотку.

А в спину донеслось едва уловимое:

– Вроде был телок телком, а посмотри, как вырос…

Вперед так вперед. Оторвался я метров на триста, хорошо, что лес попался довольно густой, идти хоть и тяжело, зарослей хватает, но все не по полю. Когда забрезжил рассвет, мы ушли километров на восемь, может десять. Сержант опять разрешил бойцам передохнуть, а мы с ним вдвоем рванули осмотреться. Мне ужасно хотелось курить, но когда заикнулся, выяснилось, что мое новое тело, оказывается, не курит. То-то, думаю, дыхалка не сбивается. Да и вообще прежний владелец, Зверев в смысле, был достаточно спортивным парнем, повезло мне с этим, только вот мышцы какие-то дубовые. Я и сам в прошлой жизни был хоть и курильщиком, но старался не запускать форму. Заметил, что все, что я знал и умел в той жизни, довольно легко удается воплощать в этой. Взять хоть ту же рукопашку, кулаки у «тела» набиты хорошо, с реакцией вообще отлично, немного беспокоит отсутствие пластичности, но это я и сам со временем подтяну.


– Немцы? – командир нашего «огромного» подразделения смотрел в трофейный бинокль на проезжающую невдалеке по проселочной дороге колонну.

– А фиг ли бы им на запад ехать? – Действительно, зачем? До колонны было километр-полтора, поэтому сразу разглядеть не могли, техникой нашей и фрицы пользуются. Но спустя минуту наблюдений увидели хвост идущей позади техники пехоты.

– Наши! – воскликнул радостный сержант.

– Точно, – кивнул я. Вряд ли бы фрицы шли на запад пешком, да еще и с нашим флагом.

– Дуй вперед, я подтяну остальных и постараюсь догнать, – приказал сержант.

Перечить не хотелось, поэтому побежал. Когда до колонны оставалось метров триста, меня наконец-то заметили. Техника продолжала двигаться, но пехтура остановилась и, развернувшись, выставила винтовки в мою сторону.

– Эй, не стреляйте, свои! – заорал я, размахивая руками. Из глубины строя вышли две фигуры и махнули мне.

– Красноармеец Зверев… – Дальше я протараторил все то, что было указано у меня в красноармейской книжке.

– Откуда ты, боец? Ваш полк вроде как должен прикрывать погранцов, что мост держат, километрах в двадцати отсюда на север? – задал мне первый вопрос командир со знаками различия пехотного капитана.

– Пограничников смяли еще вчера утром. Мост они уничтожили. Наша рота была на левом фланге батальона. Несколько раз посылали в атаку, а когда наконец-то захватили немецкие позиции, оказалось, что вокруг только немцы и диверсанты, такие же немцы, но в нашей форме. Взяли нескольких, какой-то «Бранденбург-800».

– Нет, не слыхал, – покачал головой капитан, – мы из Могилева идем. Приказ прибыть как раз в вашу дивизию. Из командиров кто-то остался?

– Нет, товарищ командир, только сержант Черный, он и принял командование ротой.

– Сколько вас осталось?

– Двадцать восемь штыков. Да вон и они! – я указал в сторону леса, откуда по полю быстрым шагом топали мои товарищи.

– Хорошо, боец, сейчас решим, что с вами делать. Кузьмин!

– Я, товарищ командир! – отчеканил стоявший за спиной командира боец со знаками различия младшего сержанта. Парень с виду молодой, но усищи как у таракана.

– Пошли кого-нибудь, чтобы догнали колонну.

– Да как их догонишь, они ведь на машинах? – удивился Кузьмин.

– Выполнять! – рявкнул капитан. – Что, думаешь, они совсем идиоты, не видят, что мы отстали?

– Виноват! – вытянулся Кузьмин и бросился к бойцам.

– Товарищ красноармеец, документы предъявите, а то вы нам тут про диверсантов рассказываете, а документы не показали, – тихим, даже каким-то вкрадчивым голосом вдруг произнес стоящий рядом с капитаном военный. Это был невысокого роста, гладко выбритый человек в круглых очках и с двумя кубарями в петлицах. Протягивая ему красноармейскую книжку, заметил шевроны на рукавах.

«Политработник», – промелькнуло у меня в голове. С этими зверями я еще не встречался.

– Пожалуйста. – Как будто вы мои документы отличите от вражеских, тут, по-моему, вообще об этом не догадываются. Я стоял вытянувшись перед командирами, а к нам уже подбегали наши бойцы во главе с сержантом.

Наш командир, сержант Черный, повторил все, что я уже сообщил капитану, и тоже протянул документы политруку. Нас не разоружали, никто ничего пока не предпринимал. Все наши бойцы, с кем мы сюда выбрались, один за другим подходили к политруку и протягивали свои книжки.

– Сержант, а почему у тебя бойцы с нештатным оружием? – спросил вдруг капитан.

– Так к нашему боеприпасы кончились, товарищ командир, – воевали тем, что добыли у врага.

– Молодцы, и свое, гляжу, сохранили? – капитан кивнул, одобряя ответ сержанта.

– Не все, к сожалению, – развел руками Черный, – у многих оружие пришло в негодность, чтобы не терять в эффективности, разрешил заменить свое на трофейное…

– Да все правильно, сержант, «молоток», я так спросил, – улыбнулся капитан.

В этот момент прибежал посыльный.

– Товарищ капитан, подполковник Семецкий приказал всем двигаться за основной группой. Они будут нас ждать возле рощи, в двух километрах отсюда, – выпалил посыльный и застыл.

– Спасибо, – ответил командир и зычно гаркнул: – Строиться!

Политрук молча отдал нам всем документы и указал в конец строя.

– Становитесь в конце колонны, идете с нами.

Жаль, что мы пришли с севера, а не с запада. Ни фига неизвестно, как там дела обстоят в том месте, куда двигается колонна. Вновь идем пешком, некоторые сильно устали, да и ели мы давненько, а мы с сержантом еще и не спали, от слова «совсем». Вообще, сейчас только и появилось время на то, чтобы наконец-то подумать о себе. Что мне-то делать? Воевать? Какой сейчас день, двадцать восьмое июня уже, и где я вообще??? Умирать не хочется, вроде последний шанс дали. Да и если меня опять закинут обратно, начинать вчерашний день заново… Это будет чересчур для меня, блин, в голове не укладывается. Черт, если мне дали «пять жизней», я что, так бездарно потратил четыре? Хотя, может, это и к лучшему. Представляю, что провоевал бы я, скажем, месяц или год, а потом раз и… Опять все заново?! Ну уж нафиг. Надо теперь осмотрительнее быть.

Как я попал сюда, в это время, вроде понятно, угодил в какую-то игру каких-то хакеров, что ли. Как такое возможно, почему я? Да, выживать, стрелять и воевать, в конце концов, я умею, причем вроде как неплохо. Много знаю, умею чуть меньше, но все же не полный ноль. Попробовать рвануть к Сталину? Да как-то очково это, шлепнут на хрен, и что, вот это все зря? Черт, как в книге о пришельцах, где главный герой, умирая, просыпается вновь днем ранее.

– Игорь, жрать хочешь? – раздавшийся справа голос Черного вывел меня из размышлений.

– А-а?

– Держи, говорю! – сержант передал мне кусок черного сухаря, хоть так, вода еще во фляге есть, нормально.

– Спасибо, куда идем-то, сержант?

– Идем, пока идется. Скажут – остановимся, – коротко, но емко ответил командир.

В этот момент из начала колонны крикнули нашего сержанта, и тот побежал туда. Спустя несколько минут он вернулся с задумчивым видом.

– Что случилось, товарищ сержант? – спросил я, стараясь придать голосу оттенок спокойствия.

– Через пять километров будет конечная цель маршрута этого полка. Пока вольемся в него, до тех пор, пока выяснят, куда нас девать. То есть, я думаю, там и помирать будем.

– Ну, не хорони заранее, может, выкрутимся.


Идти надоело конкретно! Пыли разве что в желудке нет, да и то уже не уверен. Ноги стоптал в кровь наверняка, болят, спасу нет. На последнем привале менял портянки, волдыри были уже приличными, а сейчас вообще ноги режет как ножом, стер в хлам. Вода тоже кончилась, а по пути как назло ни одного ручья.

Все же через несколько долгих часов марша колонна наконец-то остановилась. Где бы вы думали? У моста, конечно. Переправа была основательной, хоть и деревянной. Речка, а внизу, в овраге под мостом бежала именно речка, была маленькой и мелкой, но нам разрешили привести себя в порядок, и я был, наверное, первым, кто до нее добежал. Плюхнулся прямо в сапогах и форме, только оружие сбросил. Упав лицом вниз, просто задержал дыхание и лежал, наверное, секунд двадцать, пока меня не выдернули.

– Эй, боец, ты охренел, что ли? – Два красноармейца держали меня под руки и, тряся, пытались привести в чувство. Это, по их мнению, я-то был в норме, а вот что они подумали, не знаю.

– Чего пристали, видите, я по воде соскучился, даже жить не могу! – Я рассмеялся, видя их растерянные лица, и, вырвавшись, плюхнулся вновь в воду. Спустя несколько минут я уже вылез на берег и отжимал прополосканное только что белье, вокруг творилось то же самое.

Все стирались, мылись и приводили в порядок себя и амуницию. Жара стоит, наверняка за тридцать, одежка, развешанная на перилах моста, уже подсыхает, дурак был, что прямо в сапогах прыгнул, долго сохнуть будут. Так-то это трофейные сапоги, я ботинки с обмотками вчера сразу поменял, как немцев в траншее добили. Ботинки не выбросил, в сидоре лежат, поэтому все же неплохо, что я и сапоги простирнул.

Бриться опасной бритвой тот еще головняк. Сержант даже посмеялся, заметив при этом, что усы он носит в том числе и для того, чтобы не драть кожу лезвием. Посмеялись, и он сам меня побрил, а то я весь изрезался. Мужики вокруг смотрят настороженно, мы для них чужие, да еще я, блин, бриться не умею. Пояснил, когда последовал вопрос, что уметь-то я умею, но мне для этого надо пару часов, а сейчас их нет. Опять посмеялись, причем от души. Когда наконец-то был приготовлен обед, полевая кухня в полку была, то один, то другой красноармейцы начали задавать вопросы о немцах. Их интересовало буквально все, хотя пришлось одного заткнуть, кричал больше всех о желании поскорее добраться до немцев. Я-то ладно, один день и повоевал всего ничего, а ребята, что вышли с нами, с первого дня войны здесь. Ретивого заткнул сержант, просто кинув ему в руки гранату. Немецкая «колотуха» с навинченным колпачком не взорвется. Надо было видеть, как подпрыгнул боец, только что рвавшийся в бой.

– Подожди, вот бой начнется, такие подарки будут часто прилетать, только без колпачков, – добавил на словах сержант Черный.

– Что тут происходит? – тут же раздался голос, в котором явно слышались нотки недовольства.

– Обкатываем новобранцев, товарищ политрук, им ведь, возможно, уже сегодня в бой, а они и гранату в глаза не видели, вон как боятся. – Сержант своим спокойствием все больше мне нравился. Чуть позже этот видавший войну вживую боец расскажет, как участвовал в Финской кампании. С сержантом нам вообще повезло, мировой мужик оказался. Нашу компанию хотели было раскидать по взводам, но Черный уперся, доказывая, что мы уже сложившееся подразделение и толку от нас будет больше, если нас оставить вместе.


Окапываться никто не приказывал, что странно. Командир лишь приказал рассредоточиться и куда-то уехал на «полуторке». Оставшийся рулить начштаба полка был все-таки умнее. Приказав рыть ячейки и два блиндажа, ушел с разведчиками вперед, за мост. Почему не заминировали мост, я не понял. Ведь все равно не удержим, это же ясно как божий день. Нас сюда кинули просто для выигрыша времени, задержать немцев на столько, насколько получится. Но ведь конечный итог должен быть одним – подрыв моста, лишение фрицев переправы. Берега здесь высокие, а у самой воды довольно топкие, противнику будет с чем помучиться.

Копал вместе с сержантом. Вообще, наша сборная солянка, как и говорил, держалась вместе, поэтому и звездюлей получили вместе – за то, что выкопали траншею, а не ячейки. Неглубокую, конечно, времени-то не было.

– Кто разрешил? – орал политрук. – Что, трусы, боитесь по одному сидеть, в кучу собрались?

– Товарищ старший политрук, при чем тут трусость? – сержант был пока спокоен. – Ведь так мы дольше проживем и больше урона немцам нанесем…

– Вы не прятаться должны, а быть готовыми умереть за Родину, стоять насмерть! – Вот это приехали.

– Товарищ политрук, вы хоть сами-то поняли, что сказали, – это уже я. – Вы хоть больше так кому не скажите, а то бойцы подумают, что их не в армию призвали, а к расстрелу приговорили…

– Что ты сказал?!! – Ну вот, похоже, я допрыгался.

– Вы слышали меня! – зло бросил я, идти на попятную не собираюсь.

– Ну-ка вылезай сюда, ты арестован!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5