Виктор Мережко.

Найти мужа Дарье Климовой (сборник)



скачать книгу бесплатно

© Мережко В., 2017

© Кинокомпания «Фаворит-фильм», фотографии, 2017

© Оформление. ООО «Издательство» Э», 2017

* * *

Круглая дура Надя Круглова
Повесть

Надя Круглова вполне соответствовала своей фамилии: маленькая, кругленькая, пухленькая, как говорят, аппетитная, с распахнутыми от рождения удивленными глазищами. Сидела в этом роскошном ресторане, озиралась, с нескрываемым восторгом изучала белоснежные скатерти на столах, массивные хрустальные люстры под потолком, строгих, недоступных официантов.

Музыка играла тихо и расслабляюще.

Кирилл, расположившийся напротив, загорелый, ухоженный молодой человек с томным нежным взглядом, с интересом наблюдал за ней.

– Нравится? – спросил он с улыбкой.

– Очень, – прошептала Круглова. – Никогда в таком не бывала.

– Мой презент.

– Спасибо. – Надя дотянулась до его руки, прижала ладонь к щеке. – Если б знала, что в такое место пригласишь, по-другому бы оделась.

– Как?

– Понаряднее… А то сижу, как дура, в джинсе и футболке.

– Тебе идет… Тебе все идет.

– Спасибо, дорогой. Ты устроил мне праздник.

– Это ты сделала мне праздник. – Кирилл взял ладонь Кругловой, поцеловал все пальчики по очереди. – Ты чудо. Я счастлив, что встретил тебя.

– Говоришь, а я не верю… Клянусь. Неужели не врешь?

– Обижусь.

– Все-все. Молчу.

Подошел лощеный официант, положил перед каждым кожаные книжки меню, с достойным поклоном поинтересовался:

– Желаете что-нибудь на аперитив?

– Конечно! – Кирилл со знанием дела открыл винную карту, пробежал глазами перечень вин, ткнул пальцем. – Два бокала вина. – Взглянул на Надю: – Белое или красное?

– Не знаю… Наверно, красное.

– Два бокала красного. Французского.

– Могу предложить только что поступившее семьдесят пятого года, – предложил официант.

– Гони.

Официант понимающе кивнул и удалился.

– Ты чего, трёхнулся? – зашептала Круглова. – У нас же денег не хватит!

– Хватит… Ты что-нибудь прихватила?

– А то как же! – Надя полезла в сумку, достала перетянутую резинкой полиэтиленовую упаковку. – Вот, как просил.

– Сколько здесь?

– Сколько было… Кажется, сто сорок тысяч.

– У матери взяла?

– А у кого еще?.. Орала, чуть патлы не вырвала.

– Я ее понимаю.

– Я тоже… Но ты ведь вернешь?

– Ровно через неделю.

– Гляди, не подведи. Это ж все наши деньги.

– Мать, – Кирилл откинулся на спинку стула, – если не веришь, могу написать расписку.

– Ты обиделся? – испуганно спросила Надя.

– Ни грамма. Ты меня почти не знаешь, поэтому вправе не доверять.

– Как это, не знаю?.. Мы ж почти целую неделю вместе.

– Неделя – не срок. Люди годами живут, потом не могут поделить какое-то барахло. – Кирилл взял салфетку, из сумки вынул авторучку, взглянул на Надю. – Забыл… Как, говоришь, твоя фамилия?

– Кира, я прошу…

– Спокойно.

Доверяй, но проверяй. Фамилия?

– Круглова. Надежда.

– Та-ак… – Кирилл повернул салфетку поудобнее, стал не спеша и старательно выводить: – Я, Матвеев Кирилл Иванович, получил взаймы от Кругловой Надежды…

– Васильевны, – тихо подсказала Надежда, изо всех сил стараясь не расплакаться.

– Надежды Васильевны сто сорок тысяч рублей, которые обязуюсь вернуть ровно через пятнадцать дней после получения указанной суммы… Та-ак, число и дата.

– Мне кажется, мы больше не увидимся, – прошептала Надя, промокнув салфеткой полные слез глаза.

– Вот те на! – вскинул брови Кирилл. – Это почему же?

– Пишешь, как завещание.

– Ну что ты, глупенькая? Прекрати! Хочешь, порву?

– Хочу.

– Смотри… Вот-вот и вот. – Кирилл порвал в клочья салфетку с текстом. – Ничего нет!.. Все было как раньше. Теперь веришь?

– Теперь верю, – улыбнулась Надя.

Официант с подчеркнутой значимостью налил чуточку вина в бокал Кирилла, предложил: – Прошу продегустировать.

Кирилл сделал крохотный глоток, пожевал сочными красивыми губами, кивнул.

– Вполне, – и тут же распорядился: – Закуску на ваш вкус, сэр, и также на ваше усмотрение горячее. Лучше что-нибудь рыбное.

– У нас большой разброс в ценах.

– Выбери, любезный, серединочку. И не дешево, и не дорого.

– Как прикажете.

Когда официант ушел, Надя восторженно произнесла:

– Я балдею от тебя. Ты как настоящий аристократ.

– Такой факт в моей биографии просматривается. Прадед был купцом третьей гильдии.

– А папа?

– Папа?.. Папа был известным писателем.

– А мой дедушка всю жизнь подметал дворы… Мать тоже теперь метет.

– Уважаемая профессия!.. В наше время корни уже не имеют никакого значения. Все равны, все под одну гребенку.

– До сих пор удивляюсь, чем я тебе приглянулась.

– Просто ты не знаешь своей тайны. Тайну редкой красоты и женственности.

– Ой, какая там женственность?! – смутилась Круглова. – Сидела за кассой, дурела от чеков и товара, и поначалу на тебя даже не обратила внимания.

– Зато я обратил. Бродил по залу и все время зыркал в твою сторону. Присматривался, изучал.

– Ну и чего изучил?

– Тайну, дорогая… Тайну! Не каждому мужчине дано постичь непостижимое. В тебе есть то, что способно свести с ума.

– Тебя, что ли?

– Меня в том числе!

– Кирюш, я сейчас двинусь. Уже не хочется тут сидеть, поскорее домой.

– В койку?

– Дурачок. Чего так громко?

– От чувств.

– Какой ты глупый, Кирюша. Ей-богу. – Круглова сделал глоток, поморщилась. – Привет Кисловодску. И в нос отдает.

– К такому вину нужно привыкать. И пить не как бурду, а как янтарь… Крохотными глоточками, постигая аромат и глубину веков. – Он сделал небольшой глоток, подержал вино во рту, закатил глаза, прошептал: – Божественно.

– А маме ты не понравился, – вдруг заявила Надя.

– Знаю.

– Прозвала хлыщем.

– Догадываюсь. Но это пройдет. Месячишко-другой… притремся, обвыкнемся, и мамаша не будет чаять души в зяте.

– Она мечтает про внуков.

– Будет. Все будет!.. Главное, чтоб не сорвалась сделка. Рисуется такой куш, что сможешь бросить работу, нарожаешь потом деток, будешь вместе с мамкой нянчить.

– Сам видел, у нас малогабаритка.

– Таунхаус!.. Рядом с городом! Три этажа, квардатов на пятьсот.

– Гля, – показала ладони Надежда. – Мокрые… От волнения!

Кирилл поцеловал запястье руки, ласково прикрыл глаза.

– Все будет, любимая… Главное, я нашел тебя.

Он вдруг поднялся, протянул Наде руку.

– Что? – не поняла та.

– Тур танца!.. Прошу?

– Ты что?.. Прямо здесь?

– Почему нет?.. Мы платим, мы танцуем.

Надежда неловко поднялась, одернула футболку.

– Неудобно как-то.

– Неудобно прыгать со спущенными штанами через забор.

Кирилл элегантно поклонился, заставил Надю вытянуться, стать стройнее, и они стали танцевать.

– Ой, мама… Ненормальный какой-то. Скажи кому, не поверят.

Кирилл Матвеев изящно крутнул Надю вокруг себя, опустился на колено, поцеловал руку.

– Благодарю. Крайне польщен. – И усадил на место.

Сразу два официанта привезли на тележке уйму еды, стали расставлять все на стол.

– А зачем так много? – бросила взгляд на Кирилла Круглова. – Разве мы съедим?

– Что не съедим, заберем домой. Угостим маму. Будем считать, что сегодня у нас помолвка.

– Правда?

– Кто врет, тот повесится. Кто верит, тот святой. За нас!

Чокнулись, выпили. Кирилл поднялся, объяснил:

– Руки нужно помыть.

– Мне тоже.

– По очереди.

Он ушел, Надя в ожидании и волнении не знала, чем себя занять, потянулась было вилкой за какой-то едой, но тут же передумала, положила ладони на стол.

Кирилл не возвращался. Надя в нетерпеливом ожидании приподнялась, махнула официанту.

Тот подошел, вежливо склонился:

– Какие-нибудь проблемы?

– Кирилл… ну, мой парень, задерживается. Вы тут присмотрите, а я тоже помою руки.

– Не беспокойтесь, – улыбнулся официант. – Все будет в целости и сохранности.

Круглова, до неприличия цокая толстыми подбитыми каблуками, пересекла бесконечный зал, потыкалась в разные входы-выходы, пока подошедший молодой официантик не показал:

– Дамская комната там.

– А мужская?

– Простите, вам нужна женская комната или мужская?

– Женская.

– Прошу в эту дверь.

Круглова вошла в указанную комнату, где все сверкало и пахло тягучим парфюмом, капнула на ладонь жидкого мыла, тщательно вымыла руки, с такой же тщательностью вытерла их.

Вышла, увидела того же молоденького официанта.

– А из мужского никто не выходил?

– Народ выходил. Вам нужен кто-то конкретно?

– В общем, да… Но ладно. Наверное, он уже на месте.

– Кто?

– Человек.

Надя вернулась к столу, Кирилла не было. Она повертела головой. К ней уже спешил знакомый официант:

– Не нашли?

– Пока нет. Наверное, засиделся там. Может, чего-нибудь с животом. Ну, с желудком.

– Сейчас проверим.

Официант ушел в сторону туалетных комнат, Круглова присела было за стол, взяла кусочек нарезки, но перестала жевать, выплюнула в салфетку.

Официант вернулся, развел руками.

– Исчез.

– Куда исчез?

– Ребята видели, сказал, вышел покурить.

– Куда?

– На улицу. В зале у нас не курят.

– Может, поискать? – обреченно спросила Круглова.

– Я уже попросил. Сейчас вернутся с результатом.

Надя снова села за стол.

– Может, положить закуски? – поинтересовался официант.

– Смеетесь?.. Глотку надвое скрутило.

– Надеюсь, вернется.

– А как по-другому? Конечно, вернется. – Надя осмотрела заставленный стол едой, тихо спросила: – На сколько здесь?

– Сейчас скажу. – Официант открыл маленькую электронную книжку, пощелкал по клавишам. – Если брать только вино и закуску, то уже восемь тысяч пятьсот пятьдесят.

– Сколько?!

– Восемь пятьсот пятьдесят… Плюс к этому горячее… что мы имеем? Мы имеем почти пятнадцать тысяч.

Надя проглотила ком в горле:

– Но мы ничего еще не ели.

– Не имеет значения. Заказ сделан, компьютер зафиксировал, кухня уже старается.

– Ну и чего делать?

– Ждать, когда вернется друг сердечный. Ждать и надеяться.

– А деньги нужно сразу?

– У нас, мадемуазель, ресторан высшего класса. Шантрапу не пускаем. Вас приняли только потому, что спутник вызвал доверие… Я имею в виду кредитоспособность.

– У него нет денег. Все деньги я ему отдала. Взаймы.

– Взаймы?.. Судя по всему, они не скоро к вам вернутся. Если, конечно, вернутся.

Подошел другой официант, с усмешкой сообщил коллеге:

– Исчез… Судя по всему, дон Альфонсо! Алик!

– Я тоже так думаю, – кивнул напарник и повернулся к Наде: – Кинули вас, мадемуазель?

– Как?

– Элементарно!.. И на стол кинули, и на кредит. Сколько вы ему ссудили?

– Много. – Круглова схватила сумку, бросилась в сторону выхода: – Я найду… Я точно его найду! Догоню!

– Стоять! – придержал ее официант. – Сначала рассчитаетесь за стол, потом будете догонять.

– У меня нет денег. Вот. – Круглова достала из сумки бумажник. – Тридцать рублей. И мелочь еще!

– Значит, вызываем полицию. Там разберутся.

– Но я вернусь!.. Догоню его и вернусь. Или принесу деньги. На работе возьму! Одолжу до получки!

– Не-ет, дорогая. Такие вещи у нас не канают. Дружок смылся, потом вы следом, а сумма нарисовалась приличная. Так что ждите, когда прикатят господа полицейские.


Начальник следственного отдела капитан полиции Акулов, немолодой, жеваный, уставший, полистал бумаги, взглянул на сидевшую напротив Круглову:

– Говорите, парня зовут Кирилл?

– Кирилл.

– Фамилия?

– Сказал, Матвеев… Кирилл Иванович. Даже расписку написал. На сто сорок тысяч, которые принесла.

– Она при вас?

– Порвал… Я обиделась, он порвал.

– За что обиделась?

– Что вроде ему не доверяю.

– Давно с ним знакомы?

– Давно. Неделю.

– Близость была?

– Что?

– Ну, спали вдвоем?.. Секс был?

– А вам зачем знать?

– Для дела. Для протокола.

– Был… Мамке даже ночью мешали.

– В дом, значит, приводили?

– Приводила. А больше ему негде. Сказал, что не здешний. Ну, приехавший. Дело какое-то нашел, хотел заработать.

– Поэтому деньжат вы ему и отвалили?

– Конечно. Обещал квартиру купить. За городом… Эту, таун…

– Таунхаус?

– Да, таунхаус. И детей еще нарожать.

– Прям кудесник какой-то. Мать кем работает?

– Дворником.

– Знает о деньгах?

– Пока нет.

– Сообщите, что вы в полиции.

– А может, пока не надо?.. Поймаете Кирилла, тогда и скажу.

Акулов со вздохом потянулся к тумбочке, вынул большой альбом, развернул перед Надей.

– Посмотрите, нет ли тут вашего «кудесника»?

Надя стала листать альбом, вглядываясь в фотографии, дошла до конца, мотнула головой:

– Нет.

– А вот здесь? – Офицер достал еще один альбом.

Надя принялась изучать его, дошла почти до последней страницы и вдруг замерла, ткнула пальцем в одну из фотографий.

– Он!.. Точно он!.. Узнала! И еще родиночка над верхней губой! Когда он спал, я разглядела. И даже поцеловала в эту родиночку.

Капитан взял альбом, прочитал вслух:

– Он проходит у нас под кличкой Барин.

– Барин?

– Да, барин… Хорошо воспитан, с манерами, интеллигентен. Чаще всего работает с простушками.

– Как это?

– С такими, как вы.

– Мы даже танцевали в ресторане. Прямо возле стола.

– Все верно. Вам проще навешать вермишели на уши, чем какой-нибудь особе из хороших кругов.

– Я… из плохих?

– Из простых… А фамилии носит следующие: Антонов, Колмыков, Угрумов, Плетнев… Матвеевым пока еще не был.

– Вы его уже ловили?

– Пока не удавалось… Умная сволочь. Но рано или поздно встретимся. – Капитан вернул альбомы на место. – На квартире у него бывали?

– Сказала ж, нет у него квартиры! Иногородний! У меня все время жил. Почти не выходил. За вином, за сигаретами и то я бегала.

– Сколько он у вас провел?

– Неделю.

– Похоже, отлеживался.

– Когда отлеживался, а когда и не спал вовсе. Думал о чем-то.

– Надумал… На сто сорок тысяч. Да еще ресторан в придачу.

– А за ресторан когда отдавать?

– Видели, кто с вами приехал в полицию?

– Администратор.

– Вот он как раз и торчит за дверью, ждет результата.

– А если заплатить, кому будет заказанная еда?.. Там же на неделю нам с мамкой хватило бы.

– В протоколе все учтем. Звоните матери. – Акулов помолчал, поднял глаза на Надю: – Телефон любимого знаете?

– Кирюши?.. Конечно. – Она быстро нашла в мобильнике номер. – Вот!.. Звонила, недоступен.

– Ладно, будем тоже дозваниваться.


…Мать Кругловой, худенькая женщина за пятьдесят, с уставшим лицом, на котором с трудом просматривались следы былой симпатичности, смотрела на дочку печально и обреченно.

– Только не ори больше, ладно? – попросила Надя. – А то голосила так, вся полиция попадала в обморок.

– Так ведь денег жалко. Год копила.

– Мам, хватит.

– Не буду, – согласилась мать, кивнула на стол, уставленный ресторанными пакетами с едой: – А с этим что будем делать?

– Съедим, – коротко ответила Надя.

– Сразу не осилим. Пропадет.

– Что не осилим, запихаем в холодильник… Видишь, даже вино привезли. Почти четыре тысячи стоит.

– Покажи хоть, какое оно. Никогда не видала.

– Сейчас поищу.

Круглова на ощупь определила, в каком пакете находилась бутылка, извлекла ее, вопросительно посмотрела на мать.

– Может, по глоточку?

– Так ведь сразу захмелею.

– Захмелеешь, уснешь… Отметим помолвку.

– Какую помолвку? – не поняла мать.

– Кирюша так сказал. Празднуем, мол, нашу помолвку. Вот и отметим без него.

– А недорого?

– Что?

– Помолвка. Пригласи он гостей, еще на большее влетели бы.

– Слава богу, не пригласил. – Круглова достала из буфета два граненых бокала, наполнила их. – Не обижайся на меня, что я такая дура.

– Дура, – согласилась мать.

– Какую родила.

– Я такая же.

– Вот за это и выпьем.

Чокнулись, мать стала морщась пить, отставила недопитое.

– Кисляк.

– Потому что не умеешь пить, – со знанием дела произнесла Надя. – Нужно подержать во рту, потом вот такими глоточками.

– Вертожопый научил?

– Можно подумать, сама ни в чем не разбираюсь.

– Говорила тебе, не верь ему. Не послушалась. Теперь вот плати за вашу помолвку. Где такие деньги взять?

– Заработаю.

– Где?.. Как? В своем магазине, где на квартплату еле хватает?

– Ты тоже не без дела сидишь. Вместе накопим… Сказали, два месяца погашения.

– Ну да!.. Я – горбатиться, а ты будешь помолвки устраивать! Еще какого-нибудь алюрника приведешь!

– По-твоему, я должна сидеть и ждать, когда меня, такую принцессу, заметят и сразу в ЗАГС поведут?.. В девках так всю жизнь и прокукую.

– Лучше в девках, чем с прохиндеем!.. Вон я с твоим отцом сколько маялась? Пять лет, и что?!. Пропил все до копейки, чуть по миру не пустил. Слава богу, нашла силы, одумалась, выперла паразита, тебя на ноги поставила.

– Ага, на ватные! Не идти и не бегать. Только стоять.

– А чего не так? Образование получила, на работу устроилась. И не просто продавщицей, а кассиром. Сиди себе, щелкай по клавишам, считай денежки… Не то что ящики с утра до вечера таскать да метлой махать!

– Мам, хватит!.. В голову уже ударило, что ли?

– Ударило. Хоть и кислое, но крепкое. – Мать открыла один из пакетов, вытащила сыр и нарезку, положила на тарелку. – Закуси, а то тоже захмелеешь.

– Не хочу, не лезет. – Круглова все-таки отщипнула крохотку, пожевала. – Чего завтра на работе скажу? Девки засмеют.

– Не говори. Скажи, сама выгнала.

– Не поверят. Во-первых, деньги нужно взять авансом. Мы ж без копейки. А во-вторых, таких не гонят. Красивый, статный, воспитанный… Барин.

– Не пара. Не пара он тебе, дочка. Сразу сказала. Он ведь, гадость, всю квартиру своим одеколоном завонял!

– Разве не понравилось?

– Понравилось!.. Только где ты такой одеколон теперь купишь? Все время будет в носу об этом паразите напоминать.

– Ничего, мам… Главное, не падать духом. Я еще такого приведу, глазам не поверишь.

– Да не приведи Господи, – перекрестилась мать. – Второго такого точно не выдержим, – широко зевнула. – Пойду спать, завтра в половине шестого вставать.


Утром Круглова выбежала из подъезда, увидела мать, выгребающую мусор из бачков, направилась к ней.

– Все, мам, пошла.

– Голова болит, – пожаловалась мать. – Зря пила эту бурду.

– Вот цитрамон. – Дочка достала из сумки пластинку, выковыряла таблетку. – Сейчас пройдет. А лучше всего, поспи.

– Сама как?

– Нормально. Опаздываю.

К ним подошла высокая ухоженная дама, обратилась к матери:

– Клава, у меня в квартире две коробки из-под телевизора, вынеси их, пожалуйста. Я заплачу.

– Конечно, Вера Ивановна.

– Вот, держи. – Дама протянула дворничихе сто рублей.

– Спасибо.

Когда дама ушла, Надя прошипела:

– Не позорься!.. Какие-то копейки сует!

– Тебе как раз пригодятся. – Мать силой сунула ей купюру. – Не унижайся и не жалуйся. Будь гордой… Как-нибудь выкрутимся.

– Ты у меня лучшая. – Круглова чмокнула мать в лоб и поспешила со двора.


Подружки по работе, двадцатилетняя красотка Ксюшка и сорокалетняя унылая Ирина, смотрели на Надежду с плохо скрываемым удивлением, недоверием и завистью.

Стояли в подсобке, заставленной ящиками, коробками, мешками, Ксюшка все время поглядывала на себя в зеркало, висевшее на стене, Ирина втихаря курила.

– Ну и чего? – первой не выдержала Ксюшка. – Правда, что ли, отшила?

– С ходу!.. Пришли в ресторан, заказали по полной программе, выпили вина… Между прочим, бутылка четыре тысячи!

– Чего такое дорогое? – не поверила Ирина.

– Не я заказывала, Кирилл.

– А кто платил?

– Никто!.. Я психанула, он обиделся, тут же слинял.

– Счет, конечно, принесли тебе? – с усмешкой уточнила Ксюшка.

– Кому ж еще?.. Конечно, мне.

– Ну и кому платить? – мрачно спросила Ирина.

– Не решила еще!.. Написала заявление в полицию, пусть найдут урода, он заплатит.

– Ага, такой заплатит. На твоих похоронах.

– Все равно разыщу.

– Сколько насчитал официант?

– Какая разница?

– Сколько?

– Много. Почти пятнадцать тысяч.

– Ну Круглова, – присвистнула Ирина. – Влипла. Причем по полной!.. Больше половины зарплаты. Где деньги брать будешь?

– У матери!.. У нее есть заначка.

– А если не даст?

– Возьму аванс.

– Кто тебе его даст? Выручка вон совсем никакая. Народ перестал ходить в магазин. Одни пенсионеры за хлебом и молоком.

– Поговорю с Михалычем, объясню.

– Этот боров тем более откажет. Или заставит в две смены горбатить. Жлоб еще тот. Обратись лучше к Марине Евгеньевне. Хоть и стерва, но бывает душевной.

– Я ее боюсь. Ноги подкашиваются, когда вижу.

– У меня тоже подкашиваются. Но какой-то выход искать нужно?

– Не знаю, – тихо произнесла Надя.

– Темнишь, подруга, – со знанием дела крутнула головой Ксюша. – Наплела полный ящик. Ты че, не соображала, что этот козел заказывал?

– В тот момент не соображала.

– Потому что мозгов нет!.. В полиции была?

– Была. Привезли прямо из ресторана.

– И что сказали?

– Будут ловить.

– С разбега!.. Ладно, после работы поговорим.

В дверях показалась дама сорока с небольшим, голову ее венчала корона вытравленных белых волос, низким голосом поинтересовалась:

– Ну и как долго мы будем здесь языки чесать?

– Все, Марина Евгеньевна, – поспешно ответила за всех Ирина. – Все темы исчерпаны, готовы трудиться.

Девицы уже проскользнули было по очереди мимо начальницы, в последний момент она придержала Надю.

– А ты, Круглова, тормозни. Есть разговор.

Подруги растворились в темноте коридора, Марина Евгеньевна прошла к своему кабинету, впустила туда подчиненную.

Спросила с ходу, без вступления:

– В полиции была?

– Когда? – то ли растерялась, то ли сыграла под дурочку Надя.

– Вчера.

– Была.

– Что будем делать?

– Не знаю… Наверное, писать заявление.

– На увольнение?

– На аванс. В счет зарплаты.

– Во как!.. И кто ж тебе этот аванс даст?

– Наверное, вы, Марина Евгеньевна… Вы ведь добрая.

– Я?!

– Вы.

– Первый раз слышу такую глупость… Ну и сколько ты хочешь?

– Хотя бы тысяч десять. Потом еще.

– Что значит «потом»?

– В следующую получку. Я как раз рассчитаюсь за ресторан.

Марина Евгеньевна села за стол, какое-то время изучающе смотрела на Круглову, потом вдруг стала смеяться.

– Вобще-то, авансы я никому не выдаю. Но тебе дам… И знаешь, почему?

– Наверно, жалко меня?

– Жалко. Потому что месяц назад сама оказалась в такой же истории. Познакомилась с мужиком… на вид вроде приличный… пригласил в ресторан, заказали серьезный стол, поел, выпил, пошел в сортир, и больше я его не видала. Пришлось за все самой платить.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5