Виксар.

Мечта обретённая



скачать книгу бесплатно

Для живущего настоящим прошлое – материал, из которого лепятся кирпичи непрерывного поступательного развития. Редко когда храм души возводится с полной осознанностью, ещё реже замысел строителя удаётся понять до окончания процесса. Каждый человек сам решает, когда ставить точку, – но последним кирпичом всегда ложится мечта обретённая.


Иллюстрация на обложке Элоис


© Виксар, 2018


ISBN 978-5-4490-2081-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

 
Воинский клич и победные крики,
Стаи волков рвут на части овец.
Сонный народ слишком поздно очнулся,
Чтобы увидеть свой скорбный конец.
 
 
Солнце застыло над павшей империей,
Ветер не дует, навеки затих.
Пламя пожаров – рубеж тех столетий,
Что помнили город по имени Рим.11
  Андем – «Готы идут на Рим»


[Закрыть]

 

Облака. Снежно-белые. Совсем лёгкие, без намёка на скорый дождь, они неровными дугами уносились в сторону, где несколько минут назад зашло солнце.

Всего несколько минут – а надежды, которую оно поддерживало своим присутствием, как ни бывало.


Из покоев донёсся звук открываемой двери, а через несколько секунд в проёме, ведущем на балкон, появился преторианец. Доспехи его были переведены в боевой режим; античная романтика это хорошо, но не здесь и не сейчас. Когда против тебя с равной вероятностью могут послать архимагов, рыцарей, закованных с ног до головы в железо, или пулемётную роту, защита должна быть соответствующей, универсальной.

– Докладывай, – тихо приказал Альден.

Гвардеец скользнул взглядом по гитаре, прижимаемой Правителем к груди заметно подрагивавшими руками. Сообщил:

– Двадцать минут назад стена выработала ресурс до конца, и бои переместились в дворцовый сектор. Противник взял паузу, копит силы на центральном направлении. Почти все имеющиеся в нашем распоряжении войска сосредоточены на ближних подступах, первом этаже дворца и у дворцовых орудий.

– Боеспособный процент гарнизона?

– Пятая часть легионеров и четверть преторианцев.

Всего несколько минут…

– Пусть снимаются и отправляются вслед за гражданскими.

Помолчав, посыльный рискнул уточнить:

– Весь гарнизон? Вы уверены, император?

Гитара исчезла в сером вихре энергии. Альден провёл рукой по глазам, затем рывком поднялся с балконного пола, растёр занывшую после лежания на холодном камне спину.

– Да, ты прав. Гвардия пусть останется во дворце. А вот легионеры нам тут ничем не помогут.

Они принесут гораздо больше пользы, если сопроводят беженцев.

Отсалютовав, преторианец ушел.


Даже отсюда был слышен гул чёрно-серой с багровыми вкраплениями массы, движущейся по направлению к дворцу.

Совсем недавно на главных проспектах возвышались прекрасные белоснежные особняки, поселиться в которых считалось достойной мечтой для гражданина любого класса. Всего несколько дней назад – но это была вечность, отделявшая одну реальность от другой; теперь многие здания превратилась в руины, а прочие покрылись гарью, пеплом и кровью. Создавалось впечатление, будто враги, ступив на священную землю столицы Империи, захотели осквернить её еще больше и стали красить город в свои цвета.

Отсюда, с Императорской башни, так и казалось. Но даже на это смотреть было легче, чем на окраины: непродолжительное, но ожесточённое сражение, пик которого пришёлся как раз на контрбатарейную борьбу, размололо дальние кварталы в мелкие щепки.

Альден взмахнул рукой – и соотношение багрового и чёрного цветов поменялось. Мостовая на несколько километров вперёд вздыбилась, а затем ощетинилась бесчисленным количеством метровых пик: там, где дорога не была разворочена, уцелевшие камни повернулись, давая им выдвинуться. Серый цвет дрогнул, но не остановился – скелетов, в отличие от демонов, таким не задержишь. Для них были задействованы каменные «тёрки», снова с помощью мостовой, и «катушки», имевшие шипы чуть больше метра, чтобы свободно катиться над дорогой.

Волна отражена. Раз, два, три, четыре…

На десятой секунде улицы накрыла пелена тумана, заставившая исчезнуть и механизмы, выполнившие свою задачу, и тела – в отношении которых можно было сказать так же. Император кивнул самому себе: выгода получилась двойной. Почти все оборонительные приспособления в черте города были «подвешены» заранее и требовали энергии только на активацию, в то время как нападающие потратились и на войска, и на прямое распыление препятствий.

В наступление отправили мобильные части. К дворцу понеслись огромные, высотой с уцелевшие двухэтажные дома, демоны, смахивающие на собак, и скелеты-рыцари. Чем они могли взять, кроме скорости, неизвестно, информации катастрофически не хватало.

Ещё одна связка-активатор сработала вхолостую. С одной стороны, хорошо: судя по всему, противник перекроил дороги полностью, а это дополнительные траты. С другой, «болото» именно сейчас очень пригодилось бы, а теперь придётся действовать наугад.

Новые «катушки» мало что дали: «собаки» перепрыгнули, конные скелеты проехали прямо сквозь них. Ладно, запомним.

А пока будем работать с деталями. Шкура у демонов наверняка прочная… Ну-ка, а ноги у них подламываются?

О да. Более того, нежить не успевает среагировать и падающие туши нередко сносят её. Ускоримся, пока не…

Поздно. Жертвы среди скелетов прекратились – они ушли в режим бесплотности окончательно.

Вариантов, что с ними делать, несколько, но волна подобралась слишком близко к дворцу. Значит, выбора не остаётся.

Дистанционная передача приказа гвардейцам, засевшим за стационарными орудиями. Выжидание момента. Мыслеобраз – рыцари возвращаются в реальный мир, где они восприимчивы к физическим повреждениям. И – всех уцелевших врагов срезает кинжальным огнём. Есть.

Раз, два, три…

Минута. Две. Тихо.

Многие считают, что самое тяжелое – успеть среагировать на видимую атаку. Не факт, бывают многоуровневые образы, в механизмах которых люди потом разбираются по много лет. В той же части, которая полностью зависит от психики, самое трудное – стоять и ждать. И думать, то ли битва закончена, то ли надо быстро что-то предпринимать, поскольку враг уже сделал незаметный тебе следующий ход…

Бах.

Вибрирующий звук ударил по ушам. Руки инстинктивно дернулись закрыть их, но в этот момент резануло глаза.

Дворцовое защитное поле, работавшее от собственных генераторов, выдержало удар. В воздухе у основания башни повисло, медленно угасая, ярко-розовое пятно, обозначившее место попадания.

Это что ещё такое? Чем они стреляют, чистой энергией?

Бах.

Следующий удар был направлен выше. Ближе к Альдену.

Бах.

Кажется, хотят снести защитное поле. Черт, а ведь при такой мощи может получиться… Если стреляют напрямую, тотальный блок вокруг башни поможет. Если нет…

Что же сделать?

БАХ.

Башня вздрогнула. А затем – начала медленно крениться…

Последний шанс?

Разбежавшись, Правитель прыгнул как можно дальше. Пугающе долгая секунда падения – и под ним из ниоткуда возник голубь. Поймав хозяина, он тут же устремился вверх.

– Хорошая птичка, – прошептал Альден, гладя белые перья. – Не зря в тебя столько энергии влито, работает…

Снизу раздался грохот; поверженная башня легла косой разделительной чертой, наполовину накрыв дворец, наполовину оказавшись на площади.

Пару секунд император бездумно смотрел на неё, потом огляделся. На окраине города бурлила тьма: нечисть, коей оставалась ещё целая армада, готовилась к новой атаке.

Что теперь?.. Он прислушался к себе – пусто. Ярость, помогавшая последние двое суток сражаться на поле перед городом и на его стенах, иссякла. Отчаянье, поднявшее его и бросившее на защиту дворца, также угасло. Остались две направляющие силы – страх и опустошённость. Первый звал нестись что есть мочи от места ужасающего разгрома, далеко, на край света, где кровожадные орды не смогут его достать. Вторая предлагала закрыть глаза и броситься вниз: зачем бежать, зачем вообще что-то делать, если всё, ради чего он жил и чем гордился, погибло по его вине? Он не оправдал ожиданий, ни своих собственных, ни народа. Он недостоин более своего титула.

Альден зажмурился. Да, хотелось бы прекратить всё это одним махом. Очень хотелось бы. Но – нельзя.

Приняв волевое решение, он активировал последние два мыслеобраза. Преторианцы получили приказ уходить, они ещё могли это сделать. А другой задействовал секретные механизмы Дворца: как только солдаты покинут его, сработает дублирование реальностей, завязанное на блоки, близкие к тотальным. Зашёл – и не вышел.

Сердце империи врагу не достанется.

Глава 1

Что дороже – чувства или воспоминания?

Любить. Верить. Желать. «О чём ты думаешь?» – «Не знаю…» – «Как так, не знаешь, о чём думаешь?» – «Вот так вот…» – «Не может быть. С таким выражением лица… Ты должен был думать о чём-то конкретном».

Верить – что можно верить. Желать – мочь чего-то желать. «Вы ведь столько прошли вместе…» – «Я знаю» – «Да нет, ты просто не хочешь об этом говорить» – «Нет, на самом деле знаю» – «И что тогда?» – «Ни-че-го. Просто знаю».

Когда висишь над пропастью, что предпочтительнее – крепкая веревка или надёжно вбитый крюк?


Звёзды не успокаивали. Совсем. Как и бескрайнее море верхушек деревьев. Ничто не успокаивало – но я продолжал ходить сюда, сам не зная, зачем.

Как-то раз возникла мысль, что меня привлекало сочетание ассоциаций с государствами и с Одиночками. Действительно, вышки вызывали массу воспоминаний: не такие изящные, как постройки эльфов, они были похожи на них и винтовыми лестницами, и отсутствием гвоздей, и даже немногочисленной графикой – не то иероглифы, не то пиктограммы, – которая, по словам мастеров, защищала деревья от преждевременной гибели. Что-то связанное с перекрестным влиянием стихий… Я честно попытался вникнуть, но не смог.

А с другой стороны, вышки были явным символом одиночества – уединения, как говорили местные. Небольшие площадки в паре десятков метров от общественной жизни, люксовые места в вагонах, катящихся по дороге к внутреннему миру. Никого и ничего вокруг, даже друг с друга они не просматривались. Только звёзды и, с самых высоких, верхушки деревьев.

Возможно, я любил их за то, что они отвлекали. Не давая покоя – но будоражили сильнее, чем я терзал сам себя, меняли меньшее скрытое зло на большее явное. И всё бы хорошо, однако регулярный «приём лекарства» напоминал о продолжении болезни. Что, впрочем, не мешало раздражаться, если все площадки вдруг оказывались заняты. Отчасти примирила меня с этим только случайная беседа со старшекурсником – столкнувшись однажды возле одной из вышек, мы разговорились на эту тему, и он поведал, что интерес к ним изменяется скачками. Приходящие в Общину новички, непривычные к таким высоким сооружениям, постепенно увлекаются новой забавой, а за ними тянутся и ребята постарше, которые, давно имея альтернативные места для уединений, хотят поностальгировать.

– Спускайся вниз, пора.

Я вздрогнул от неожиданности. Ну вот, опять задумался.

– Сейчас буду. Спасибо.

Мастер кивнул и пошёл обратно. Наконец-то, готово, можно начинать. Конечно, если бы перенесли ещё минут на двадцать, я совершенно не обиделся, но и так хорошо.

Новичков собирали не у главного костра, а возле небольшого относительно других лагерных, метров двух в диаметре костровища. Молодёжь стояла группками, тихо переговариваясь в ожидании возвращения нашего мастера. Вот ведь резвые, за каких-то полчаса успели перезнакомиться.

Найдя место в некотором отдалении от основной массы, я чуть склонил голову и под прикрытием темноты стал более пристально рассматривать сокурсников. Теперь можно было узнать лица тех, кто так же, как и я, посчитал себя достойным и ушёл, оставив семью, в бескрайние леса искать себе учителя магии. Огня, в данном случае. Ну, не рассказывать же им правду, тем более, если принцип набора учеников в Общину, не менявшийся с самого её основания, играет на руку. Хоть и непонятно, почему новички должны узнавать об одинаковом статусе друг друга только под конец подготовительного периода.

Вот эту девчонку видел несколько раз – носилась по всему лагерю как угорелая. Интересно, что за задание ей поручили? Этот парень помогал мне таскать дрова. Сам или прислали? Те двое – хихикали над сосновой шишкой, свалившейся мне на голову в дальнем конце лагеря. А вот ещё одного встреченного сегодня парня, которого я как раз рассчитывал здесь увидеть, не было.

Костровище вдруг засветилось рубиновым, и вверх рвануло пламя. В его свете мы увидели мастера, который то ли подошёл незаметно, сделав небольшой трюк для привлечения внимания, то ли действительно появился вместе с огнём. В любом случае, молодёжь восторженно ахнула и мгновенно прекратила разговоры.

Несмотря на двукратную разницу в возрасте, одеждой мастер практически не отличался от нас: по краю капюшона и на рукавах стандартного тёмно-красного балахона из грубой ткани поблескивали вышитые золотым узоры, и только. Впрочем, о его высоком ранге гораздо лучше свидетельствовали тускло-тускло, но взаправду светящиеся глаза.

На несколько секунд установилась тишина; тихо потрескивал костер, пламя которого вернулось к нормальному уровню, не выше колена. Затем мастер широко улыбнулся:

– Что ж, давайте приступим.

Коротко и ясно.

Вот будет весело, если окажется, что Правители не имеют необходимых магических способностей. Не в том плане, что – куда им ещё-то, а просто внутренние установки государства распространяются только на его жителей. Что делать в этом случае я не представлял. Но полагался на организационный опыт Общины; всё-таки никаких тестов мне с самого момента появления здесь проходить не предлагали.

– Протяните руку к огню. Осторожнее.

Два десятка будущих учеников кое-как разместились вокруг костра – некоторым впередистоящим пришлось сесть на корточки, чтобы не толкаться, – и вытянули вперёд ладони.

– А какую руку? – вдруг спросила одна девушка.

– Какую лучше чувствуете.

– А если я не знаю, какую лучше чувствую? – заволновалась другая.

– Тогда какую хотите, – мастер снова улыбнулся. – Все чувствуете тепло?

Несколько человек кивнули.

– Хорошо. А теперь – дайте огню почувствовать себя.

Вот и пошли загадки. Как бы этот фокус выполнить? Обжечься, чтобы огонь познал вкус моей плоти?.. Хотя нет, лучше придумать что-нибудь другое.

Хм. Как-то странно ладонь ощущается… Будто в неё упирается что-то невидимое. «Правительские» эффекты или так и должно быть?

Додумать мне не дали.

– Теперь встаньте в широкий круг.

Народ занервничал. Послышались тихие голоса.

– Кажется, у меня ничего не получилось, – один парень обратил на мастера встревоженный взгляд.

– Огонь говорит иное, – прищурился тот. – Рассаживайтесь. Свободнее, свободнее, здесь нельзя мешать друг другу.

Повинуясь пассу, костер взмыл в воздух и разделился на равные части, которые полетели каждая к своему ученику.

– Пусть многие из вас не успели познакомиться – вы сейчас чувствовали один общий огонь. Он вас и объединит. Пусть вы сомневаетесь в себе – огонь уже знаком с вашими мыслями. Вам нужно только договориться с ним. Пусть вы молоды и боитесь стихии – с каждым она говорит на его языке. Вам нужно лишь не путаться в словах.

Вздохнув, я постарался расслабиться и сосредоточился на созерцании лежащих передо мной углей. Так… Огонь. Одна из великих стихий. И как мне с ней договариваться? Если надо, могу сформировать образ – и со мной кто угодно на связь выйдет. Но в том и дело, что здесь надо действовать как-то иначе… Ох уж эта эзотерика.

Сидеть на остывающей земле было не слишком приятно, но я не отрывал взгляда. Единственное, что позволил себе, – переложил руки, чтобы ладони были обращены к огню и чувствовали его тепло.

Говорит с каждым на его языке… Интересно, а насколько высокий у меня слог? Говорят, по-настоящему мечтать могут только дети. Что же, получается, я остановился в развитии классе во втором-третьем? Хотя инферналы, если так подумать, очень даже смахивают на обиженных малышей.

А Нармиз, Ресд? Их мышление никак не назовешь детским. За поступки они, например, очень хорошо отвечают… Может, это и есть условие перехода – умение остаться на грани, не потеряв умение мечтать, но научившись смотреть на мир широко?

Или возраст лучше всего оценивается по восприятию? Альден, вот, за сорок лет чего только ни повидал, а всё такой же весёлый. Ничто его не берет. Хотя нет, не подходит, сорок лет прошли уже в этом мире…

В костерке что-то шевельнулось?..

Я заморгал – уйдя в мысли, автоматически перешёл на расфокусированное зрение. Чтобы присмотреться, надо…

Движение исчезло.

Что, всё-таки начал делать что-то правильное, но сбился?

Закрыться от всех мыслей. Только смотреть в огонь. Закрыться от мыслей…

В костре, прямо на углях, лежал котёнок. В первую секунду захотелось протереть глаза – но он и впрямь, был там.

Маленький рыжий котёнок. Самый настоящий. Словно почувствовав меня, он открыл один глаз. Приподнял мордочку, дёрнул хвостом. Неожиданно – чихнул, от чего из костра вылетел небольшой сноп искр.

Кажется, у меня получилось… Получилось!

Теперь, сконцентрировавшись на боковом зрении полностью, я расслышал, как он мурчит. Тихо, но очень отчётливо. Хотя… разве это котёнок? Вон одна полосочка, вон вторая. Прямо-таки тигрёнок…

– Тебе неприятно думать об этом? – неожиданно послышался голос на грани восприятия.

«Да. У меня был тигр», – мысленно ответил я.

– Ты хочешь, чтобы он вернулся?

«Думаю, нет. Не смогу воспринимать его как раньше»

Снова сконцентрировавшись на котёнке, я увидел, что он успел встать и смотрит мне в глаза.

– Я – это ты. Часть тебя. И он был частью тебя. Так что решай сам, как меня называть».

«То есть…»

– Всё хорошо, Маркус. Ты на верном пути. Живи здесь и учись у этих людей. У нас будет ещё много возможностей поговорить.

Котёнок махнул хвостом, лёг и… пропал.

Я потряс головой.

– Замечательно, Маркус, – на плечо легла рука мастера.

– У меня получилось?

– Да. Посвящение пройдено, ты пробудил в своей душе частицу огня.

* * * * *

Отыскав пологий край, Фауст забрался на вершину холма, подошёл к Ресду и встал рядом с ним.

Несколько минут ожидания, однако, прошли впустую: повелитель драконов продолжал молчать, а впереди, несмотря на все старания инфернала, не находилось ничего интересного. Ну, степь и степь…

– О чём думаешь? – спросил он наконец.

Ресд чуть насмешливо прищурился – о, сколько можно найти смысла в этом внешне безобидном вопросе на шестом десятке лет жизни. Предложил:

– Посмотри направо.

Инфернал повернул голову в указанную сторону и настороженно осмотрелся.

– Дальше, Фауст, много дальше.

– Закат? – сообразил тот.

– Закат. Приглядись к нему.

С не меньшей настороженностью, чем до этого, парень начал присматриваться к закату.

– Красиво.

Ресд не сдержал улыбки.

– Возможно. А теперь посмотри налево.

На этот раз молчание длилось дольше.

– Закат, – рискнул озвучить первую мысль Фауст.

– Верно. И вот это – точно красиво.

Инфернал ещё некоторое время вертел головой в поисках принципиальных различий между сторонами.

– Ну ладно, сдаюсь. Где настоящий?

– А что ты подразумеваешь под настоящим?

– То и подразумеваю.

Ресд повернулся к собеседнику.

– Первый шаг к организации сознания и проникновению в глубинные его слои – отслеживание смысла, который вкладываешь в свои слова. Так что?

– Часть света, где заходит солнце, – Фауст пожал плечами.

– По сути верно. А теперь – смотри. Я большую часть жизни наблюдал за страной, которая практически официально – по здешним меркам – считалась центром мира. Да и географическое положение её соответствовало. За время своего существования она выдержала нападения где-то десятка таких, как ты, даже пару мировых войн, и при этом сумела не просто сохраниться, а увеличить территорию. А сейчас я возглавляю коалицию, которая за две недели уничтожила этот символ… удивительно – неизменности, или даже вечности каких-то устоев, порядков… Таким образом, для тебя, Фауст, закат – справа, где уходит за горы безымянная звезда, многими называемая Солнцем, а для меня – слева, где за другой грядой догорает столица великого государства… Многими называемого величайшим.

Усмехнувшись, повелитель драконов неторопливо пошёл к спуску с холма.

Нет, философ из него всё-таки слабый – не слишком-то он настроен на познание. Но, по крайней мере, свою личную выгоду Ресд тоже получил.

* * * * *

Шестьсот сорок семь, шестьсот сорок восемь…

– Долго ещё? – возмущенно крикнул Тавис рыцарю, не прекращая мерить шагами Тронный зал.

– Королева появится, когда закончит свои дела.

Шестьсот шестьдесят пять, шестьсот шестьдесят шесть.

Достаточно. Пусть будет круглая цифра.

– Ну, всё, автоответчик, ты меня достал! – остановившись, инфернал демонстративно подул на кольцо, тут же засветившееся багровым.

– Это теперь называется мирной посольской миссией? – презрительно поинтересовалась Ора. Девушка незаметно вошла в зал с другой, неотслеживаемой стороны. Два десятка её охранников быстро рассредоточились по помещению.

– Меня сначала вообще не хотели пускать в замок! – Тавис оскорблено поднял голову. – Как будто не пойми кто заявился, а не дружественный посол!

Ора с невозмутимым видом прошла к трону, устроилась на нём, закинув ногу на ногу, и только тогда – оказавшись заметно выше незваного гостя – продолжила разговор.

– Если ты не в курсе, то о дружбе я никогда не говорила, только о нейтралитете. Его-то я и соблюдаю. И потому не обязана впускать каждого, кто бьётся лбом о входную дверь. Ладно, – оборвала она собиравшегося было продолжить ругань инфернала, – хватит, говори, что тебе нужно, и убирайся.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Поделиться ссылкой на выделенное