Вероника Мелан.

Уровень: Магия



скачать книгу бесплатно

На вопрос, сколько займет путешествие, не ответили вовсе, лишь бросили короткое «у каждого по-своему».


Темно-вишневый седан плавно катился по дороге; из радиоприемника лилась песня о любви. Марика успевала и подпевать, и следить за движением, и раздумывать о том, какое из желаний выбрать. Внутри, символизируя счастье, колыхались на веревочках невидимые воздушные шары. Праздник. Это же настоящий праздник, подарок себе любимой! Чудесный момент жизни, ощущение сладкой ваты на языке, золотой горизонт нового будущего.

Но что же выбрать?

Прямоугольный экран навигатора показывал, что до следующего поворота осталось девятьсот метров. Через густые бархатисто-зеленые кроны деревьев пробивались лучи полуденного солнца; по салону плыл запах прогретого асфальта, шин и растущих на обочине цветов.

Марика пошевелила босыми ступнями – так приятно чувствовать жесткие педали не подошвами туфель, а кожей. Слияние с машиной в этот момент кажется полным; плюс ко всему – мелочь, а приятно – не потеют ноги. Легкие теннисные кроссовки лежали на коврике у пассажирского сиденья.

Может, попросить пентхаус, как у Ричарда? Лучше, чем у Ричарда? Или сразу десяток миллионов, чтобы купить любые апартаменты города? А может, отобрать уплывший к другой титул сценариста года?

Во рту сделалось гадко: то будет нечестно завоеванная награда, такая счастья не принесет. Мысли тут же перескочили со скользкой темы.

Интересно, а можно ли заказать абстрактную вещь, такую как «успех»? Или «счастье в личной жизни»? Или просто сказать: «Хочу стать знаменитой!», – и если да, то что случится тогда? Какие события нагрянут в жизнь? Или, например, востребовать неиссякаемого вдохновения длиною в жизнь? Не запарит ли оно, заставляя нестись к компьютеру по ночам и спешно заваривать бесконечно заканчивающийся кофе?

Марика упивалась размышлениями, ощущение счастья росло с каждой минутой. Жаркий день гудел пчелами, пестрел яркими клумбами, любовался короткими девчачьими юбками и журчал звонкими голосами фонтанных струй.

На что бы ни пал выбор, в одном она была уверена наверняка: ее желание БУДЕТ стоить того, чтобы хоть пройти самый крутой перевал, хоть переплыть реку из углей, хоть прошагать через непонятный уровень.

Навигатор оповестил о том, что приближается поворот.

На светофоре темно-вишневый седан ушел влево.

* * *

После просторной квартиры на восемнадцатом этаже это помещение казалось тесным, как собачья будка; не сразу поверилось, что одиноко стоящий в конце аллеи, заканчивающейся тупиком, приземистый домишко, скрытый буйно разросшимися кустами, и есть Биссонет, 8301.

В прихожей пахло пылью.

Солнечный свет забылся, стоило шагнуть в полутемный коридор, через три метра закончившийся такой же темной квадратной комнатушкой, в углу которой находился деревянный стол.

Когда глаза приспособились к полумраку, Марика разглядела сидящую за столом седовласую косматую женщину и едва не попятилась: старуха точно сошла со страниц библиотечной книжки о древних сказаниях, почивших в истории народов мира.

Под кустистыми бровями глаза-буравчики – яркие и пронзительные, не по-старушечьи внимательные. В углу – деревянная лавка, под лавкой – разных размеров высокие сапоги, обтянутые мехом (все потертые и разношенные), на доске, служившей седалищем, – приваленный к стене грязно-бежевый рюкзак, покрытый пятнами.

Марике показалось, что она попала в потусторонний мир: за стенами – сверкающие высокие небоскребы, новомодные супермаркеты, дорогие авто и занимающиеся бизнесом люди, а здесь – затхлость, пропахшие воском стены, тишина (если не считать свистящего дыхания из-за стола) и старинное барахло, в беспорядке развешанное по стенам и рассованное по углам.

Ей, одетой в легкую блузку от Наррано и белые хлопковые брюки, сделалось неуютно. Почти страшно.

– Это вы звонили с утра? – скрипучим голосом спросила бабка.

Марика кивнула. Все сильнее хотелось выскочить обратно за дверь. Как Комиссия могла быть связана с «этим»? Даже самый примитивный офис смотрелся бы куда приличнее, чем затесавшийся в тупике сруб с каргой внутри.

Карга тем временем смотрела на Марику с полнейшим равнодушием.

– Теплую одежду принесли?

К ногам упал с шорохом объемистый пакет.

– Да, тут зимняя обувь, штаны, кофты и шуба…

– Шуба?

Старуха цокнула языком и покачала головой: мол, и где вас берут, таких безмозглых?

– Но вы же говорили, взять что потеплее.

Скрипнул рассохшийся стул – «администраторша» вылезла из-за стола, приблизилась и крючковатым пальцем указала на мешок.

– Покажите.

Марика не стала выказывать удивления, просто вывалила вещи на пол – свернутая на дне шуба с легким шорохом приземлилась поверх кучи.

Бабка принялась деловито рыться в вещах, будто принимала подачку для беженцев.

– Так, шубу оставите здесь, не пригодится, только испортите, обувь тоже не подойдет, кофту наденете на себя, штаны поверх колгот, белье переложите в рюкзак.

Куча превратилась в комковатый блин из разбросанной по полу одежды; Марике захотелось топнуть ногой: как можно так обращаться с чужими вещами, тем более дорогими? Да одни эти штаны стоят как весь этот затхлый домишко!

Спорить тем не менее она не решилась.

– Вещи отнесете обратно в машину. Вы же на машине? – Удовлетворившись кивком, бабка направилась обратно к столу. – Оставите машину на парковке, вернетесь сюда и получите дальнейшие инструкции. Все понятно?

– Понятно.

Марика принялась собирать «отбракованное» обратно в пакет.

Десятью минутами позже вопросы возобновились.

– А что еще в рюкзаке?

– Инструменты, которые помогут в прохождении. Рыться в нем будете позже!

Бабка повысила голос, Марика застыла, так и не расстегнув верхний пластмассовый зажим. Под пристальным взглядом натянула лямки обратно на плечи и скуксилась, вдыхая запах толстовки, что ей выдали вместо отправившейся в багажник машины шубы. Толстовка оказалась широковатой в плечах и невыносимо теплой – вдоль позвоночника потекли струйки пота.

– Пять желаний. Вы сказали, что у вас пять желаний, поэтому вот, я выдаю вам пять семечек. («Вот жадина! – говорили глаза-буравчики. – Вот ты с собой еще намаешься!») Бережно храните их в отдельном кармашке. Придет время, и вы узнаете, куда и зачем их нужно помещать, а пока не потеряйте! Если потеряете – пеняйте только на себя, Уровень для вас ничего не исполнит. И помните: желания можно передавать другим. Если вы, конечно, встретите этих самых других…

Меховые сапоги, натянутые поверх двух пар носков, казались гирями; зимние ботиночки на каблуках старая ведьма забраковала.

Марика мысленно потрескивала от ярости: тащиться на Уровень в чужих шмотках, с рюкзаком, в котором не пойми что лежит, да еще и желания отдавать? Ну уж не бывать этому! Можете не беспокоиться, глаза выцарапает, но не отдаст.

– Про кнопку экстренной эвакуации помните? Желания четко сформулировали? Как пройдете (бабке, очевидно, хотелось сказать «если», но притянутая за поводок вежливость одержала верх), вернетесь в это же самое помещение и счастливо поедете домой. Все понятно?

Понятно было не все, но вопросы по поводу того, что именно ожидает на Уровне, администраторша пресекла на корню.

– Так, форму вы подписали, когда заполняли ее… семечки я вам дала… – узловатый палец почесал кончик длинного носа. – …Рюкзак выдала, одежду и обувь тоже. Вот вроде бы и все. В путь.

Марика почувствовала, что вновь трусит, посмотрела на невысокую деревянную дверь и вросла в пол. Ладони сделались клейкими, сердце загрохотало с отчаянием.

Что там? Куда она ведет?

Пальцы сжали мешочек с семечками – решимости прибавилось. Вот оно, ради чего. Хорошие желания, чудесные, просто золотые. Она не отступится теперь, когда их осуществление так близко. Ни здесь, на пороге, ни за ним.

– Дадите какой-нибудь совет на дорогу?

Бабка поджала губы и покачала головой.

Ну и ладно. Сама.

Марика сделала шаг вперед и потянула за металлическое кольцо. Толстокорые деревянные врата заскрипели, поддаваясь.

* * *

Когда очередная претендентка на завоевание мира исчезла за дверью, седовласая распорядительница по имени Изольда Штамм какое-то время покачивалась на стуле, смотрела прямо перед собой и крутила в пальцах изогнутую скрепку.

На стене привычно тикали высокие старинные часы, ходил из стороны в сторону тяжелый маятник. Через десять минут раздастся глубокий бархатный «бом», а за ним – еще один.

Изольда отвела взгляд от циферблата.

Молодые, красивые, небедные…

Куда идут? Зачем? Чего в жизни не хватает? Кто-то довольствуется малым, а кто-то не умеет быть благодарным ни за крышу над головой, ни за хлеб на столе, ни за сундук золота. Дай им большего, и все тут. Где зарыта разгадка: в генах, в среде обитания, в Пути, который каждый должен пройти?

Что толкнуло ее, эффектную молодую женщину, на прохождение испытаний? Ведь не уродлива и не больна. Разве что головой от вечного недовольства собой…

Вдоволь пофилософствовать не дал раздавшийся в конце коридора стук – пришел новый претендент. Старуха поправила волосы, отодвинула в сторону скрепку и два карандаша и приготовилась ждать.

Глава 3

Уровень: Магия.

Горы.

Куда ни глянь – горные вершины, покрытые снегом. Высокие пики, уходящие в небо, огромные острые валуны, беспорядочно разбросанные здесь и там, и разъедающая глаза синева бескрайнего неба. Разлапистые ели застыли в глубоких сугробах, кучкой сгрудились слева у отвесной стены и пореже – чуть дальше, у обрыва.

В первую секунду Марика задохнулась от морозного воздуха, попавшего в легкие, автоматически шагнула вперед и упала на колени – сапоги увязли по самую кромку. Ладонями уперлась в ледяной настил и, стоя на четвереньках, едва не взвыла от пронзившего руки холода. На спине – рюкзак, впереди – гротескный, поражающий воображение пейзаж, позади – все тот же снег без единого следа: ни двери, ни домика, никого.

Никого.

Одна на вершине заснеженных скал.

Куда ни поверни голову, везде одно и то же: бескрайние просторы застывшей в горах зимы, поскрипывание еловых стволов и равнодушное завывание ветра меж темных камней.

Свое положение она осознала только теперь: с собой ни еды, ни воды, дверь исчезла. Где находится кнопка эвакуации, неизвестно; куда двигаться – тоже. Почему не позвонила Ричарду, не предупредила, куда направляется? А что, если она вообще не вернется отсюда? Почему не взяла двухнедельную путевку на пляжи Арканских островов?

Поделом.

Сама хотела приключений, хотела изменить жизнь к лучшему, хотела… Неважно, чего она хотела раньше; важно, что теперь она стояла по колено в снегу, одна-одинешенька, заброшенная не пойми куда, и мерзла как суслик. Ладони начало ломить, изо рта вырывались клубы пара. Марика поспешно приняла вертикальное положение, не удержала равновесие, качнулась и села в снег задом. Обвела широко раскрытыми глазами пейзаж, сунула руки в карманы и едва не зарыдала. Сделалось по-настоящему страшно: до коликов, до вылетевших из головы мыслей, до обмякших, не желающих двигаться конечностей.

Природа давила величием. Природа показывала, кто есть властелин, а кто – мелкая бесполезная мошка, бессильная против первозданной стихии. Пришла? Ну, давай поглядим, на что способна. Мир есть я, и я буду стоять здесь и после того, как ты уйдешь, и мне нет дела до того, как далеко протянутся по снегу твои следы, через день их заметет, и все снова сделается чистым, нетронутым, первозданным. «Ты чувствуешь это?» – шумели ели. «Слышишь?» – вопрошали скалы.

Марика посмотрела на ближайшее дерево, перевела взгляд на высившийся вдалеке, накрытый белой шапкой горный пик, затем на необъятные поля снега и неожиданно для себя разревелась.


Несколько минут спустя она очнулась, будто протрезвела. Вытерла слезы, стянула с плеч рюкзак и принялась в нем копаться. Нашла шапку и рукавицы, сложила мешочек с семенами в отдельный кармашек, плотно его застегнула, обернула шею вытянутым из рюкзака шарфом, подумала, не исследовать ли другой отсек, но решила, что правильнее будет начать спуск с горы. Там, внизу, возможно, есть ручей, а может, и долина. Там больше шансов выжить, чем здесь, наверху. А остальное содержимое рюкзака она обследует позже.

Утеплившись, Марика подхватила поклажу с земли и закинула ее на плечо. Под подошвами заскрипел снег. С трудом переставляя ноги – сапоги при каждом шаге утопали в снегу почти по колено, – она медленно и неуклюже двинулась вперед.

Если забыть о тревогах, здесь, под раскинувшимся над горами бескрайним ультрамариновым океаном неба, царило ощущение удивительного покоя. Синий и белый, белый и синий, с оттенками голубого в прогалинах. Глубокие тени ущелий, серые спины камней, седые верхушки деревьев. Скрип собственных подошв, царапающий щеки ветерок, качающиеся ветви.

Время застыло, мысли склеились, остался лишь путь вперед.

Куда… Зачем…

Существовали ли здесь люди? Постройки, живность, цивилизация? Находилось ли здесь хоть что-нибудь помимо укрытых белизной пейзажей, от которых неизменно захватывало дух? Как получилось, что за бабкиной дверью, где, по идее, должна была уместиться максимум каморка, раскинулись километры горных кряжей?

Наваждение. Иллюзия. Все это не могло, попросту не должно было быть настоящим, но именно таковым оно и являлось. Снег – спрессованными кристалликами льда, деревья – покрытыми шершавой корой стволами с гнутыми ветками, иглами и шишками, камни – твердыми, местами треснувшими валунами, холодными и жесткими. Настоящее. Все настоящее.


Солнце стояло в зените.

Марика не могла определить, насколько удалось спуститься, но вокруг сделалось теплее. Иногда ей казалось, что она следует по заметенной и запорошенной, но все же тропке, протоптанной неведомыми предшественниками, а в иные моменты это ощущение полностью терялось – ноги бороздили девственно-чистый мягкий снег, лежащий с основания времен.

Хотелось пить.

Говорили, что снег есть опасно, и она не решалась. Надо бы растопить, отфильтровать, согреть, но голова не сохранила деталей, как именно это сделать – лишь обрывочные фразы из ТВ-программ по способам выживания в суровой среде обитания. Почему она не училась? Не смотрела, не внимала, не мотала на ус? Тогда не считала нужным и теперь бы не считала, если бы не это…

Ничего. Просто двигаться вперед – это пока все, что требуется. Где-то там дорога закончится, семечки будут применены, и откроется дверь на выход.

А пока – просто вперед.

Несмотря на слезящиеся глаза и наваливающуюся усталость, Марика зашагала быстрее.

* * *

А еще через час произошла и первая встреча.

Все это время она старалась смотреть лишь под ноги – отраженный от сугробов свет слепил, – лишь изредка оглядывалась по сторонам, чтобы не упустить не то знака, не то указателя, хоть какого-то признака верного направления – глухо.

Слезы текли не переставая. Кто бы сказал, как нужны в горах солнцезащитные очки! Черт бы подрал эту бабку…

Человеческую фигуру, привалившуюся спиной к камню, она распознала не сразу. Бежевое и черное – то ли бревно, то ли коряга, кто бы всматривался в каждый силуэт. Только через полминуты, когда присыпанная тропка свернула к валуну, взгляд выхватил шапку, а за ней – телогрейку и руку, опирающуюся на палку.

У камня стоял человек. Дед.

Марика сбавила шаг. Точно, так и есть: дед. Одетый в замусоленную телогрейку длиной до колен, на ногах такие же, как на ней, Марике, меховые сапоги, на голове черная кроличья шапка, из-под которой торчат седые лохмы. Одна рука – в толстой рукавице размером с боксерскую перчатку, вторая варежка рядом. На снегу рядом с валуном бесформенной кучей лежал знакомый коричневый рюкзак.

Змейка следов огибала камень и уходила по тропе, ведущей к другой стороне той же горной вершины; значит, дед спускался оттуда.

Она подошла ближе и почти остановилась, не способная решить, стоит ли начинать диалог. С одной стороны, вперся бы он ей в три часа ночи, этот старче – у нее своя дорога, у него своя; с другой, вдруг они всего лишь вдвоем на Уровне, и старик знает о чем-то полезном?

Но незнакомец, видимо, не имея в голове той же дилеммы, заговорил первым:

– Здравствуй, девка!

Марика от такого приветствия фыркнула. Остановилась.

– Здравствуй, дед.

– Куда путь держишь?

Да если бы она сама знала.

– Вниз.

Наверное… Куда же еще?

Они помолчали, глядя друг на друга. Не друзья и не враги – пересекшиеся волею судьбы путники. Случайно или намеренно, на минуту, час или всю жизнь – не разберешь. Марику встреча удивила и насторожила, деда, очевидно, обрадовала.

– Может, еда у тебя есть?

Марика разочарованно покачала головой – она хотела спросить его о том же.

– А где брать, не знаешь?

– Да ничего я тут не знаю. Ни куда идти, ни где ночевать, ни чем питаться.

– Вот и я тоже…

Ясно. Полезного мало.

– Может, вместе… – начал было он, когда Марика развернулась и зашагала вниз по тропе.

– Нет, – ее голова решительно качнулась. – Каждый сам, ладно? Без обид.

Ветерок шевелил белые усы и бороду; девушка, тяжело переставляя ноги, уходила прочь.

* * *

Привал получился вынужденным и необходимым: хотелось сходить по нужде, просушить на солнце взмокшие внутри сапог носки и просто отдохнуть. Ноги гудели.

Спустя какое-то время нашлось подходящее место: сосна с прогалиной позади, а перед сосной – плоский широкий камень, прогретый лучами.

Марика свернула влево. Быстро справила нужду за деревом, обогнула толстый ствол, огляделась и умостилась на покатый булыжник.

Удобно. Вот только отчаянно хотелось пить. И есть. Но если с едой еще можно повременить, то с водой уже никак: от свежего воздуха, непривычной нагрузки и обезвоживания начинала болеть голова.

За спиной, словно ряд тугих мачт, поскрипывал лес; впереди, через заметенный спуск, который Марика про себя назвала «дорожкой», начинался обрыв. Там внизу лишь лед, камни и растущие на безмерно далеком дне деревья. Нет, к краю она приближаться не решалась (вдруг снег скрыл от глаз трещины в земле?), но изредка поглядывала на расстилающийся в долине пейзаж. Казалось, зеленый цвет там становился пышнее, все еще ни жилья, ни признаков других людей, но растительности больше, а снега меньше. Значит, туда и следовало идти. Может, там водятся кролики или какие хорьки…

Охотничьего снаряжения нет, навыков охоты тоже. Беда.

Она стянула опостылевшие сапоги, поставила их рядом, вытянула ноги, устало опустила голову и на какое-то время застыла.

Вчера, заполняя заявку, она всего лишь хотела совершить хоть что-то отличное от привычного, оправдаться перед собой за бессилие, а кое-где и за бездействие, хотела показать: видишь, мол, я тоже что-то делаю? Не сижу, сложа руки, пытаюсь что-то изменить. Но хотела ли она и была ли готова к настоящим изменениям?

Да? Нет?

Скорее всего, нет.

Конечно, нет.

Точно нет.

Зачем теперь она сидит тут, на камне посреди снежных гор, и пытается отогреть руки, когда дома было так тепло и уютно? Дома осталась шикарная ванная комната – нежься в пене не хочу; полный холодильник еды, отборной, качественной и именно той, что она любит; мягкая манящая спальня, шелковистая и нежная, – спи, пока не надоест. Работай, только когда выспишься, график свободный…

Что мешало? Что не давало жить?

Попытки самобичевания разбавляло кое-что еще: тень азарта, скрытый интерес, любопытство, в конце концов, далеко ли она пройдет? На каком шаге сдуется, попросится домой, взвоет от отчаяния и протянет руки к небу?

Конечно, трудностей в одночасье навалилось много, а с собой ни ножа, ни спичек, ни карты. Хотя…

Марика заинтересованно взглянула на рюкзак. Надо бы узнать, что внутри. Кто знает, что на дорожку положила «добрая бабушка»?

Поверхность зеркала мутилась, в ней беспрестанно клубился и плавал туман.

Марика крутила странный предмет в руках и недоумевала. Обычное вроде бы зеркало: овальная вытянутая ручка, круглое стекло, обрамленное витиеватой металлической рамкой с идущими по краям узорами, – но почему ничего не отражает? Зачем нужно зеркало, которое ничего не отражает?

Потрясла – туман скрутился спиралями, наклонила – поплыл в сторону, подняла над головой – клубы сделались тяжелыми и еще более мутными.

Ерунда какая-то.

Найденные на дне рюкзака камни лежали рядом: сиреневый треугольный аметист, сияющий прямоугольный изумруд, голубой топаз, рубин, сапфир, радужный хризолит и круглый черный перламутровый оникс.

Кто положил их туда, зачем? Можно ли находку оставить себе в качестве бонуса? Ведь если не пригодятся, то наверняка можно? И если камни есть камни и с ними что-то более-менее понятно, то в чем же секрет странного зеркала? Глядя на него, все время казалось, что из тумана вот-вот должно что-то появиться. Странное ощущение.

Вглядываясь в сероватые сгустки под поверхностью стекла, Марика провела пальцем по орнаменту и прошептала:

– Что же ты такое?

И едва не подпрыгнула, когда темные вихри сложились в ярко-желтое светящееся слово «Помощник».

С гулко бьющимся сердцем Марика огляделась по сторонам – не видит ли кто, как она вцепилась в находку, – но вокруг все так же безмолвно стояли скалы; даже ветер, казалось, полностью стих. Затем положила зеркало на камень и наклонилась над ним.

– Помощник? Правда? Слава Создателю, хоть какой-то просвет… Зеркало, ты умеешь отвечать на вопросы?

«А ты умеешь слышать ответы?» – появилось на поверхности.

– Ну, я буду очень стараться. По крайней мере, я тут не одна. А с тобой.

Удивления по поводу «говорящего» предмета почти не возникло: наверняка какие-то технологии. Если уж Комиссия сумела создать горы за домиком в тупике улицы, то почему бы ей не сварганить еще несколько хитрых штук, облегчающих путнику жизнь? Вполне себе миролюбиво…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8