Вероника Горбачева.

Булочка с изюминкой



скачать книгу бесплатно

Праздничный обед шёл своим чередом, и если бы не изысканные костюмы гостей – вроде бы обычные для нашего мира «тройки», но несущие на себе флер безумной дороговизны – всё было бы чрезвычайно мило и по-домашнему. Но стоило Варваре кинуть очередной взгляд на платиновую заколку, ненавязчиво посверкивающую бриллиантами в галстуке папы-короля этой, как её… ах, да, Илларии! На запонки с короной поверх вензеля-монограммы, вспомнить безупречные ботинки стоимостью, наверное, в две её трёхкомнатных квартиры, и становилось не по себе. Вот влипла так влипла. И впрямь, придётся ехать со Светкой, чтобы хотя бы последить за ней немного, помочь обвыкнуться. Возможно, придётся даже искусственно утрировать дочкин образ рассеянной художницы, с головой погрязшей в Святом Искусстве, дабы к её огрехам в воспитании относились снисходительно хотя бы доброжелатели. А недоброжелателям не угодишь, как ни крутись.

Но вот согласится ли королевская родня на её, с позволения сказать, визит без предупреждения?

Она поймала себя на том, что рассуждает о посещения мира иного как о чём-то естественном и решённом. Будто стоило появиться на пороге этим троим – и все мысли о возможном мошенничестве, зомбировании, промывке мозгов разом вылетели из головы.

И тут Варвара испугалась.

Неужели это всё же гипноз? И её точно так же, как и дочь, беззастенчиво используют?

И порадовалась привычке – выпивать за любым застольем, даже с самыми близкими, единственную рюмку. Говорят, алкоголь подавляет сопротивляемость психики, поддаться чужому воздействию, будучи «под мухой», гораздо легче, чем трезвому. А у неё как раз прошло расслабление после рюмашки коньяка, вот и вернулась способность рассуждать здраво.

Спокойно, Варя. Считай себя в разведке. Не Матой Хари, конечно, но тем же Штирлицем. И не дай себя подвести к провалу.

С извиняющейся улыбкой она вышла из-за стола, напев что-то про чай-кофе, и исчезла на кухне. Там выпила залпом стакан ледяной воды, клацнула зубами о край стакана… и поняла, что ей неимоверно страшно.

Подозревать людей, не сделавших пока ничего плохого, звать соседей и полицию – глупо. Верить в байки об иных мирах – ещё глупее.

Действуя на автомате, налила чайник доверху, щёлкнула розжигом… и машинально потянулась к сигарете. Но на курево в своё время был наложен такой же запрет, как на выпивку, поэтому очередная коричневая «More»-ина так и не была прикурена – лишь вставилась в мундштук, прихваченный потом крепкими Вариными зубами. Постучав пальцами по подоконнику, Варя, дабы успокоить нервы, принялась общипывать листки капустной рассады, только-только проклюнувшиеся. Чего сроду не позволила бы себе в мирное время.

Спиной она почувствовала, что в кухне появился кто-то ещё.

– Вы так напряжены, Варвара Павловна, что, будь ваши соседи эмпатами, как я, к вам на помощь сбежалось бы полдома.

Приятный бархатный баритон принадлежал явно не папе-королю. Что это? Случилось чудо, и Великий Немой… то бишь господин Молчун, заговорил?

– А вы эмпат? – машинально уточнила Варвара.

– Представьте себе.

К тому же, специалист по адаптации и переговорам. Иногда контакты с представителями чужих миров проходят крайне болезненно, и тогда требуется наша помощь. Уверяю, помощь самого деликатного рода.

– Признайтесь, это вы убедили меня в…

– Что вы, что вы, уважаемая. Я ни в чём не убеждаю, и ни к чему не принуждаю. Я всего лишь приглушил ваш страх. Остальное – дело вашей интуиции, и, возможно, желания поверить. Ведь идея множественности миров вам не чужда, так?

– И вы этим воспользовались, – с неожиданной злостью откликнулась Варя. – Зачем? Я всё ломаю голову, для чего вам понадобилась Светлана? Она что, наследница какого-нибудь арабского шейха или короля Брунея? Или в её коллекции вдруг затерялась безумно дорогая картина, а другого способа заполучить и вывезти её, кроме как женившись, никто не видит?

Маскировка летела к чертям. Штирлиц таки провалился.

Губы мужчины дрогнули в улыбке.

– Ни то, ни другое, драгоценная Варвара Павловна. Сигизмунд действительно принц Илларии. К счастью, не наследный… Предвижу ваш вопрос, уважаемая родственница. Мы с Эдвардом братья, так что я нашему жениху, представьте, дядя. Очень удобно иметь в семье эмпата-профессионала, особенно при таких вот ситуациях…

Варя воинственно вскинулась.

– Матримониальных? Вы что же думаете – моя девочка спит и видит, как бы захомутать принца побогаче? И слава богу, что он у вас не наследный.… Кстати, почему?

– Как интересно наблюдать за сменой вашего настроения. Ну, ну, – мужчина отступил, вскинул руки, словно прося прощения. – Вы ведь должны понимать, что правящая семья не исключает корыстных целей возможных невест, отсюда и меры предосторожности… Почему не наследный, вы спрашиваете? Всё дело в том, что наш Сигизмунд – второй сын Эдварда, и, соответственно, будущим королём станет Михаэль, его старший брат. Тем не менее, статус не наследной принцессы манит к себе многих, как бы вам сказать…

– Аферисток, – с угрозой в голосе подсказала Варвара. – Я вас слушаю. Продолжайте.

– Младший принц совершенно непрактичен, и, попадись ему девушка, лелеющая неблаговидные планы – боюсь, нам пришлось бы принимать решительные меры, тем более что при рассеянности и простодушии Сигизмунд многое принимает за чистую монету. Страсть к искусству поглощает его. – Собеседник Варвары Палны вздохнул. – Признаюсь откровенно: мы отпустили его в ваш мир без особой охоты, вполне ожидаемо беспокоясь за сохранность его целомудрия.

– А вот, кстати, попутный вопрос: зачем? – не удержалась женщина. – Что ему дома-то не сиделось?

– Это нечто вроде стажировки, сударыня. Проверка на зрелость. На умение не только приспособиться к обстоятельствам и выжить в новом мире, но и закалку некоторых личных качеств. Согласитесь, возможный претендент на престол должен доказать свою самостоятельность. К тому же, ему по душе искусство землян, особенно вашей эпохи Возрождения и Средневековья; мальчик не хотел упускать возможность изучения многих шедевров вживую. Вот, кстати, и ответ на ваш вопрос по поводу наследования. Даже будь Сигизмунд старшим – король из него получился бы неважнецким. Хотя бы один из королевской четы должен, так сказать, твёрдо стоять на земле, но ни и Сигизмунде, ни о Светлане этого не скажешь. А вы как думаете?

Облегчение, испытанное Варварой, сравнимо было разве что с её реакцией, когда однажды, дождавшись анализа на онкомаркеры, она узнала, что никакой опухоли у неё нет, и симптомы указывают на другую бяку в организме, сравнительно безобидную.

– Думаю, что парочка трёхнутых на искусстве – это умиляет. В обычной жизни. А вот для монархии никак не годится, – честно ответила она. – И слава богу. Не хватало ещё, чтобы Светку вздумали убрать какие-то интриганы, чтобы навязать… Постойте! – Она так разволновалась, что даже схватила собеседника за руку. – А что, если всё же она кому-то перейдёт дорогу?

Мужчина похлопал её по ладони.

Улыбка у него оказалась искренняя и располагающая.

– Не беспокойтесь. Я не единственный эмпат в королевской семье. К нашему удивлению, переход Сигизмунда на Землю подтолкнул его ранее спящие способности: эмпатия у нас в крови. Будьте уверены, возможную авантюру он почувствует на расстоянии, не насколько он всё же не от мира сего. Да и… определённые службы не спят; так что за безопасность всех членов королевской фамилии я вам ручаюсь.

Опомнившись, Варвара освободила его руку, смущённо зардевшись.

– Прошу извинить, – выдавила. – Я была слишком взволнованна при первом знакомстве и… откровенно говоря, не запомнила…

– Эрих, – склонил голову господин эмпат, не дожидаясь подробных объяснений. – Эрих Мария…

«Ремарк», мысленно добавила Варвара Пална. И едва не завизжала от восторга, услышав:

– Ремардини. Тайный советник Его Величества Эдуарда Густава Ремардини. К вашим услугам. – Склонил голову набок. – С учётом реалий вашего мира – вы, как новый представитель нашего семейства, можете обращаться ко мне просто «Эрих».

Варвара с улыбкой протянула руку.

– Варвара.

– Польщён.

Прикоснулся губами к её руке.

– Ну, наконец-то я слышу, как вы сами предпочитаете себя называть! А то я уж и не чаял, как вас представить при дворе. Представьте себе, каково это выглядело бы: тёща не наследного принца Мама Варя!

Он произнёс это несколько торжественно, как мажордом, объявляющий прибытие гостей на важном приёме, и Варвара, оценив комизм ситуации, так и покатилась со смеху.

Она снова могла смеяться, просто и беззаботно. Значит, жизнь налаживалась.

Глава 6


Варвара Пална проснулась под умиротворяющий перестук колёс.

Засыпала она, кстати, под него же. Перед сном с удивлением потаращилась в темноту за панорамным окном вагона, однако ничего интересного в ней не обнаружила. Мелькали в объёмистом световом пятне, кидаемом из окна на землю, невразумительные бугры и пышные кочки, то ли кущи кустарников и деревьев, то ли сочные луговые травы… Однажды поезд словно взвился в воздух; но нет, это просело под ним пространство, стук колёс изменился, перешёл на характерный, гремящий, как обычно бывает, когда состав пересекает мост. Далеко внизу мелькнула широкая полоса водной глади с пятном отражённой встающей луны. И опять – чернота, чернота…

Если бы не неимоверная, фантастическая роскошь поезда – и не скажешь, что ты в чужом мире. Впрочем, даже пышность обстановки довольно скоро примелькалась, стала, представьте себе, привычной. К хорошему ведь быстро привыкаешь, да? И официанты в белоснежных форменных кителях с золотыми аксельбантами, встретившие компанию гостей и хозяев в вагоне-столовой, эти улыбающиеся симпатичные юноши, казались не какими-то иномирцами, а вышколенными студентами, удачно пристроившимися подработать. И хрусталь, и дорогой фарфор на столах воспринимались гармоничной и неотъемлемой частью интерьера. И изысканно сервированные блюда, подаваемые отнюдь не крошечными порциями, над которыми порой похихикивали Варвара с подругами, решившие в кои-то веки кутнуть в шикарном ресторане – нет, кормили здесь не только вкусно, но и сытно, от души, «по-нашему»… Всё вокруг казалось частью дорогой элитной поездки, выигранной в лотерею или полученной по какому-то иному случаю: а раз досталось даром – так наслаждайся, Варюха, что ж тебе ещё? Не забивай голову высокими материями и каким-то чужим миром, здесь всё – то же самое… А когда обаятельнейший Эрих Мария, королевский брат, эмпат, извинившись, встал из-за чайного стола, и, расхаживая по пушистой ковровой дорожке, с кем-то вполголоса принялся беседовать, приложив руку к наушной драгоценной клипсе – переговорнику, амулету отдалённой связи – казалось, что обычный скромный миллиардер или аристократ с кем-то общается по мобильнику…

Даже выделенные Варваре, как почётной тёще не наследного принца, апартаменты, занимавшие полвагона и состоящие из спальни с огромной кроватью от стены до стены, ванной комнаты и небольшой гостиной – никак не могли убедить в своей чужеродности, а лишь казались копиями «Восточного экспресса» или «Экспресса Махараджей». Лишь луна, заглянувшая сперва в одно окно вагона, затем, позеленев, в другое, на противоположной стороне, и оказавшаяся, на самом деле, двумя лунами, поставила железную точку на всех сомнениях.

Там, за окнами, расстилались холмы и леса Илларии.

К тому же, здесь оказалось намного теплее. По-летнему. Стоило закрыть глаза – и чудилось, что едешь на юг, к Черному морю. Впрочем, паровоз и в самом деле должен был упереться в побережье, где раскинулась столица – славный древний город Авилар. Там уже с нетерпением поджидали принца для празднования, наконец, его бракосочетания с принцессой Светланой.

Поначалу сам поезд, как таковой, наряду с восхищением вызвал и удивление. Варвара Пална, с момента знакового разговора с Эрихом, дала зарок – ничему в дороге, да и на месте прибытия не удивляться, дабы не сесть в лужу, не ударить в грязь лицом, не… одним словом, не опозориться с возможными дурацкими вопросами. Поэтому, когда на великолепном лимузине, смотревшимся на фоне грязного апрельского снега и хрущёвок совершенно инородно, их с дочерью домчали до заброшенного вокзала – она не задавала вопросов. Хоть железнодорожная ветка и бездействовала вот уж лет двадцать, со времён так называемой «перестройки», когда Министерство путей сообщения навсегда отменило маршруты через их городок, как убыточные. Там даже рельсы оставались лишь для маневренных тепловозов, снующих с вагонами от одного заводика к другому; остальное давно потихоньку разобрали и потырили на металлолом.

Когда Эрих, извлёкши из кармана дорогого пальто некий приборчик, похожий на мобильник, что-то прикинул в уме, нажал поочерёдно несколько кнопочек – и перед ними прямо в пустоте разверзся переливающийся лазурной синевой портал – и тогда она сдержалась от восторженных воплей. Подавила недоумение, шагнув сквозь подёрнутую живой рябью перепонку, и, поддерживаемая твёрдой королевской рукой, очутилась не в сказочной стране, а опять же – на вокзальчике. Правда, не в пример чище и красивее того, что остался за спиной. Небольшое здание красного кирпича под черепичной крышей и с глазастыми часами на фасаде стояло одно, как перст, во всём чистом поле; на видимом пространстве кроме него, небольшой платформы и состава из четырёх вагонов больше ничего не было.

А в поле колосилась под тёплым ветром пшеница.

А за спиной, где-то в двух шагах, оставался сырой грязно-снежный апрель.

И только, осмотрев выделенный ей, по словам Эриха, «скромный уголок»-апартаменты, переждав приступ головокружения и всеобщего лёгкого волнения, вызванного её состоянием – вспомнили, наконец, что мама Варя таки неделю как после гипертонического криза! – после того, как поезд тронулся, и все собрались в салоне на приятную беседу, Варвара не утерпела и спросила, наконец: почему именно поезд? Если есть в Илларии специалисты по открытию порталов из одного мира в другой – то почему бы не сделать выход прямиком в столицу, сразу?

И получила неожиданный ответ:

– Слишком дорого, драгоценная Варвара Павловна.

Король Эдвард сокрушённо развёл руками.

– К сожалению, дело не в средствах, а в энергетических затратах. Каждый портал, открытый в немагический мир, снабжается особой защитой, препятствующей оттоку магии – и во избежание магического дисбаланса нашего мира, и чтобы не нарушать естественного хода развития вашего.

«Магич…» – мысленно Варя поперхнулась. Не удивляться, только не удивляться!

– Понимаю, – кивнула она.

– Да и контроль над хождением между мирами удобнее держать, когда число входов-выходов невелико, это вам наш Эрих, как глава службы безопасности, подтвердит…

«И почему я не удивлена? Потому, что, собственно, самое разумное, когда за безопасностью семьи и государства следит кто-то из самой царствующей семьи. Элементарно, Ватсон…»

– Тем не менее, портал востребован, и не один. Между нашими мирами поддерживается, пусть и засекреченный, обмен культурными и научными связями, и даже кое-что копируется. Мы с удовольствием берём у соседей лучшее, и, поверьте, не остаёмся в долгу. Портал, через который мы прошли, обслуживает несколько территориальных единиц: как это у вас – областей? регионов? Не слишком удобно для землян, но вы привыкли преодолевать большие расстояния на транспорте. К тому же, пребывание в нашем мире компенсирует возможные неудобства дороги. Здесь по прибытии, достаточно зайти в здание, которые вы недавно видели: это портальная станция, которая доставит иномирца или нашего соплеменника в любую точку Илларии.

Король добродушно улыбнулся.

– Предвижу очередной вопрос, дражайшая родственница. Мы не воспользовались порталом, ведущим напрямик в столицу, специально для того, чтобы подготовить вас, как впервые прибывшую в наш мир, к новой среде. Этот чудесный поезд, – он повёл вокруг себя рукой, – на самом деле – адаптивный. В его стенах встроены особые магические информационные блоки, мягко и ненавязчиво загружающие в мозг знания языка и письменности, основы истории, географии и политического устройства, базовые навыки этикета. Они даже настраивают моторику тела под вождение некоторых видов местного транспорта, мобилей, например. Есть и краткая сводка светской хроники и новостей культуры. Долгое время наши маги работали над тем, чтобы всю эту уйму знаний впихнуть в человеческую голову одномоментно, разом; но получалось слишком болезненно, знаете ли… А вот внедрение малыми порциями, в течение суток оказалось весьма эффективным. Так что, не удивляйтесь, драгоценная, когда, проснувшись поутру, вы защебечете на нашем языке. Я, кстати, таким же образом выучил ваш, и вроде бы неплохо.

…И потому-то, вдоволь налюбовавшись на жёлтую и зелёную луны, Варвара Пална изо всех сил постаралась заснуть, предчувствуя, как утром проснётся обновлённой, просветлённой… возможно, даже чуточку похудевшей – ведь её организму придётся затратить массу сил на усвоение новых знаний, так ведь? А она во время сессий всегда худела, хоть и жор нападал отменный, но всё в ту пору шло в мозг, в мозг…

А среди ночи проснулась в холодном поту: ей вдруг показалось, что сказки нет, что на самом деле она просто едет в командировку, или в отпуск, напридумывав себе бог весть что. Но под руку мягко скользнуло нежнейшее пуховое одеяло, в свете ночника кровать вновь показалась необъятной, как сама волшебная страна, а сквозь плотные шторы по-прежнему светили обе луны, обе! Торопливо перекрестившись, Варвара Пална зажмурилась – и вдруг, как девочка, пробормотала:

– На новом месте приснись, жених, невесте!

И нырнула под одеяло, в тёплые, нагретые её большим жарким телом, недра.

…Среди ночи к ней, наконец, вернулся Он – её давнишний призрачный возлюбленный, которого она не видела уже лет пять, не меньше. Целовал жадно, почти до боли, овладевал неистово и нежно, и шептал ласковые слова, и называл своей сладкой женщиной, сдобной булочкой, пышечкой… Кому другому в реальной жизни Варя не спустила бы – терпеть не могла подобных прозвищ! – но от голоса знакомого незнакомца млела и таяла, и восхищалась, и ловила волны восторга и удовольствия, одну за другой, одну за другой…

А утром проснулась, и под мерный стук колёс и едва заметное раскачивание вагона долго ещё мечтала, и губы её, чуть припухшие со сна, словно от поцелуев, всё лелеяли манящую улыбку.

Глава 7


Кристофер Ремардини, пятый герцог Авиларский, с досадой поморщился, прервав, наконец, утреннее блаженство с дивным послевкусием от восхитительного сна, и, не вставая, потянулся за назойливо жужжащим зуммером – переговорным амулетом. Увидь его сейчас Варвара Пална – амулет, а не Кристофера – так и опознала бы в устройстве обычный мобильник. Ага, из тех, в золотом или платиновом корпусе и с инкрустированным вензелем из бриллиантов, что делают для обычных земных миллиардеров обычные земные ювелирные дома, вроде «Тиффани» и «Картье». Внешняя имитация была совершенна. В последние пять лет законодатели мод принялись активно пробивать в жизнь земные дизайны, и пресыщенной новинками публике эта технократическая экзотика пришлась по вкусу. Кристофер, будучи в душе консерватором, сперва бурчал неодобрительно об «обезьянах, тащащих из диких мест всё, что плохо лежит», но затем с удивлением обнаружил, что гаджеты – очень даже неплохая вещь. Особенно кухонные. Ибо была у герцога Авиларского тайная поначалу страстишка – кулинария. Переросшая, по мере потери холостого статуса, в явную, поскольку все три его последних жены мало того, что не любили и не выражали желания готовить – собственно, а на черта это умение герцогине? – они ещё не любили просто жрать, Барлоговы веники!.. Там – листик салата и канапе с проросшими вонючими зёрнами, тут – месиво из тех же самых зёрен, годных, по мнению герцога, разве что на хороший самогон…

За пять лет неудачных женитьб он успел вдоль и поперёк изучить меню первых красавиц королевства и понять, в чём причина их отвратительных характеров. Стервозных характеров, если уж на то пошло. Диета, Барлоговы веники!

Хоть, конечно, и он, Кристофер, нравом далеко не сахар…

Но, ядрёна вошь с клиньями, попробуй тут удержись от непечатных выражений, когда приезжаешь с хорошей партии в поло, взмыленный и голодный – а на столе сплошь зеленуха из салатов и травок! А любимый повар, оказывается рассчитан и в четверть часа выставлен из поместья с вещами из-за того, что, вопреки запрету очередной госпожи, вздумал таки приготовить к приезду хозяина кусок говядины с кровью. Да дело, собственно, не в говядине, и не в том, что у Эльзы или Марианны, видите ли, от запаха мясного и жареного болит голова – она у них болела при каждой очередной блажи. Дело в попытках перекроить новоиспечённого мужа но свой манер. Сделать его удобным и пушистым, как прикроватный коврик.

Начинался его протест с того, что, вооружившись тесаком и фартуком, он шёл в кладовую за бараньим боком или говяжьей вырезкой, и колдовал над новинкой – домашним грилем, а иногда и разжигал старинный очаг, в котором жарил мясо прямо на угольях. Духовой вытяжкой при этом он не пользовался принципиально, наслаждаясь сперва нытьём, а затем и визгом очередной протестующей благоверной, когда запах и чад от жаркого достигали парадных комнат. Через день-два в дом возвращался шеф-повар Мишлен со своими фирменными антрекотами и печенью по-гусарски. Ещё через неделю с половины хозяина изгонялись модистки, мопсы и подруги жены, непременно желающие сунуть нос в его апартаменты, тёщи, парикмахерши и маникюрши, шиншиллы и морские свинки и прочая шушера. Вплоть до самой супруги, которой навек отделялось крыло особняка, где она могла творить, что угодно, без права переноса безобразий на мужнину половину. Знай своё место, женщина! И царствуй где-нибудь там… в своих угодьях.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11