Вера Авалиани.

Астролюдия



скачать книгу бесплатно

Глава третья

Георгий приехал в баню с раздраем в душе. С одной стороны, он понимал, что ему хочется теперь быть в интимном плане только с Настей, то есть с Асей – по его личному переименованию. А с другой стороны – его сочтут петухом или импотентом, если он не будет вести себя так, как полагается начальнику охраны предприятий криминального авторитета. И он чувствовал себя пристыженным и униженным. На него давили с двух сторон. И всю дорогу он пытался понять, чего же хочет сам. Но точно знал, что против брата не пойдет. Он – единственный родной человек. Он спас Гию от нищеты, когда после армии он пытался устроиться хотя бы грузчиком в разоренном развалом Союза Тбилиси. Георгий позвонил кузену-бандиту на деньги от сданных бутылок. Думал, что московский пижон, который был выпущен из тюрьмы, где успел отбыть три года из десяти, полученных за операции с валютой прямо перед перестройкой сможет ему помочь материально. И не найденные заначки помогли Лари тогда открыть свое дело. Он подряжал парней пригонять машины из Германии. И на первых порах все шло более или менее гладко. Пока не потребовались еще парни, которым надлежало бороться с конкурентами с использованием оружия. Тут-то и случились первые убийства. Гия позвонил на следующий день после первого. Тогда их парней отмазала от ареста адвокат Тамара Орлова. Она хоть и вышла на пенсию в 1990-м, но еще имела знакомых в судах среди судей и прокуроров. Словом, именно тогда Илларион впервые оплатил, по сути, убийство нападавших на караван машин. Их, опять же за его деньги, выпустили за недоказанностью вины. Лари сидели размышлял, как бы укрепить тылы. И тут позвонил брат из Бакуриани. Это хоть и горнолыжный курорт, но, по сути, деревня. Так что Георгий подался в Тбилиси. Работы в лихие девяностые и там стало мало, тем более, что, кроме как стрелять и бегать, парень после армии ничего не умел. Его мать с отцом разводили коз. Но какой-то гад животных своровал и подпалил сарай, чтобы скрыть кражу. А родители Гии бросились тушить его. Огонь перекинулся на дом. Отец бросился в огонь спасать документы и деньги в банке на кухне. Но когда выбрался, рухнул и вскоре умер в больнице от отравления углекислотой. Лекарств-то тогда в районных больницах почти не стало, не говоря уж о современном оборудовании. Узнав о том, что муж скончался, Серена стойко похоронила его и повесилась на пепелище. Сын же даже не знал ни о чем, пока не приехал навестить родных – в Тбилиси у него не было в квартире, где он снял комнату, телефона. Ужас от страшной смерти отца и матери его ожесточил. Он стал искать, кто украл коз, потому что их скелетов на пепелище не оказалось. И нашел. Труп негодяя так и не обнаружили. Все решили, что тридцатилетний Мегрел просто уехал на заработки. А на самом деле – Гия задушил его своими рукам и закопал труп под пепелищем родного дома, присыпав могилу пеплом. Он и до сих пор считал себя вправе на самосуд. Потому что коррупция в Грузии и тогда процветала. А у Мегрела денег было много. Ведь этот гнус разорил не только родителей Гии.

Нормального суда ожидать было просто наивно.

Больше ему убийств совершать не пришлось. Кузен Лари хотел, чтобы его брат был полностью неподсудным начальником охраны. У группировки был киллер, пока в последние пять лет Илларион не стал переводить черный бизнес в серый. Иначе никак было бы не выжить во времена, когда законники стали более контролируемыми, чем раньше. Тогда же и вместо матери стал работать с группировкой в качестве адвоката Павел Орлов – будущий муж Софьи.

Соня… С тех пор, как она умерла, Георгий признался сам себе, что влюбился в девчонку еще на ее свадьбе с Пашкой Красавчиком. Он увидел ее сперва в провокационном платье-паутинке. Потом организовывал проверку ее девственности. А вслед за тем спас ее, когда ее муж убил компаньона и собирался убить Софью, уже нанес ей порез.

Но тогда он сказал, что этот шрам у девушки оказался от рук его компаньона – Виктора. Тот, дескать, изнасиловал его новобрачную на кухне, а потом пытался ее убить розочкой от бутылки. И только через три года после свадьбы Соня, убившая мужа в автокатастрофе, рассказала правду Иллариону о событиях той ночи.

И вот когда скончалась красавица при родах, зачав от второго мужа, ставшего Гие другом, только тогда он осознал, что любил Соню, скрывая это даже от себя.

А Настя… К ней он испытывал нежность, его подкупала ее хрупкость и надежность, отсутствие кокетства. Он любил ее как человека. И только после того как женился на ней, осознал, что пытается внешне сделать из нее Софью. Он и сексом с ней занимался как с тем человеком, который способен оставаться верным. И, значит, ее ребенок будет от него, а не от кого-то другого.

Он отдавал себе отчет, что, возможно, его малыш повторит судьбу Влада – окажется вдали от отца и его дел, вырастит другим. Но сам себя Гия оценивал как бандита, розовые очки не надевал, поэтому считал этот путь единственно возможным. Но вступать на него так быстро после свадьбы не стремился.

В бане все пили пиво под блинчики с икрой. Стол был уставлен и рыбными деликатесами, но блинчики уходили на ура. Увидев, что, помахав ему рукой в двери, кузен направился в раздевалку, Илларион движением глаз показал девушке с вычурным именем Лиана идти за Георгием в раздевалку.

Она поднялась со стула и пошла так плавно и гибко, что все невольно провожали ее глазами. Лари вспомнил, впервые увидев Лину, что так двигалась покойная Софья. Только с отвисшей и отяжелевшей грудью. И это меняло образ с плюса на минус. Да и лицо у Соньки при первой встрече было испуганным и замкнутым, а у Лианы оно казалось самодовольным. Это немного портило впечатление от ее животной красоты. Она красилась в платиновую блондинку, но черные пылающие глаза и абсолютно черные брови говорили о том, что перед вами волчица в овечьей шкуре. Что ж, у Гии тоже было что-то волчье в лице. Так что они монтировались в пару.

Войдя без стука в раздевалку, Лиана застала Георгия стягивающим носки. Сидел он на скамье вполоборота, почти отвернувшись от двери. Его красиво очерченная спина и ягодицы заставили ее внутренне напрячься. Больше всего на свете она любила мужчин. Их вид, их запахи и, конечно, их члены.

Гия спокойно повернулся и посмотрел на девку, которую явно прислал Лари с определенной целью. Он сразу оценил выбор кузена по тому, как она смотрела на его вздувшийся пенис. Впрочем, недолго. Она тут же подошла вплотную, ткнув сосками Гию в грудь, взялась рукой за член, как за поводок, и повела за собой, по дороге переступив через сброшенное полотенце.

Его «дружок» в ее руке продлевался по мере продвижения к цели – к диванчику в раздевалке, на котором полагалось сидя шнуровать обувь. Там Лиана села, подняла согнутые в коленях ноги, раздвинула их и стала пальцем себя ласкать. Гия застыл, как кролик перед удавом, и следил, как палец девушки углубляется внутрь нее. Потом туда последовала рука выше запястья. Глаза ее закатились в экстазе. Грудь у нее была длинная, висячая и мягкая с огромными сосками. Она как бы развалилась на стороны, когда девушка откинулась на спинку дивана в момент самоудовлетворения.

Гия подошел к ней, поднял под мышки, усадил на колени спиной к себе и, не рассуждая, вошел в нее. Липкая влажность чуть-чуть его оттолкнула, но когда он взял ее грудь в обе руки, как поводья, в глазах все помутилось.

Он довел девку до извержения и переместился в ее зад. Она радостно охнула и стала буквально ввинчивать в задний проход его член. Еще не начав двигаться там, Гия кончил. Внутри него стало все как-то ярко, будто внутри произошел взрыв, и высветилась вся его жизнь. Тут он – после стольких-то женщин – понял, почему французы называют семяизвержение «маленькая смерть».

Когда они оба, пошатываясь, встали с дивана, где полежали, притиснувшись друг к другу, минуты три, Георгий уже был уверен, что это – его женщина. И когда на дрожащих ногах любовники вышли к столу в предбаннике, он уже не стал отвлекаться на нескольких других девиц. Все они были красивыми, особенно та маленькая брюнетка с синими глазами, которую припас для себя Лари. Но эта была его волчицей. Дикая, смелая, злая. С копной белых кудряшек, под прикрытием которых таился череп, в мозгу которого мысли были только о сексе и удовольствиях.

Роковая женщина – это та, что является судьбой. Самка волка. А что же теперь делать с Настей? Как сказать ей, что встретил полностью свою половину? И как раз тогда, когда Ася начала испытывать удовольствие в постели.

В конце вечера, после всех возлияний, на тот же диванчик в раздевалке Гия позвал брата и рассказал ему, что как раз перед приездом сюда помирился с Настей. А вот теперь втрескался в Лиану.

– И что такого? – искренне недоумевал Илларион, глядя с презрительным удивлением на Гию. – Ты собираешься скрывать от жены свои связи на стороне?

– Собираюсь. И прошу, чтобы ты не проговорился ей. Она… Она – другая.

– Нет других, – утвердительным тоном сказал Лари брату и похлопал по плечу. – К тому же, она не дура и сама догадывается, чем бандиты в банях занимаются.

– Но я хочу ребенка. Пусть уйдет потом, когда у меня наследник появится.

– Наши наследники долго не живут. Да и сами мы не по чину задержались. Скоро «сороковник» у тебя, а у меня и того больше.

– Но теперь-то мы легализуемся.

– Станем «бизюками» чистыми, на нас нападут и «задерут», и отберут.

– Мы мирные люди, но наш бронепоезд…

Кстати, о бронепоезде. Тебе надо заняться Лимоном вплотную и поставить его в тюряге на перо. А то откупится – и снова в бой.

Гия тяжело вздохнул, не желая признаваться себе, что убийство претит ему. На службе у Лари он чаще занимался планированием захватов предприятий, вычислял козни конкурентов, убийства чаще заказывал сам Илларион. И вот почему-то поручает теперь эту работу ему.

– Сделаю, куда я денусь с подводной лодки, – недовольно сказал Гия в надежде, что брат команду переадресует.

– Не забывай, что ты служишь в, так сказать, «криминальной структуре», – многозначительно напомнил Лари.

– Я понял, что ты решил меня из-под влияния жены убрать полностью и навсегда.

– А ты против? – Лари уставился на брата немигающим взглядом.

– Главное, не убирай жену. Сына хочу.

– Уговорил. Она же у меня уже второй раз невестка, считай, родня. – Непонятно было, издевается ли Илларион над братом или и впрямь так думает.

Клод решил взять в школу и «квадратного мальчика». Чемпионом ему не стать, но его желание заниматься спортом может спасти его от тех проблем в жизни, которые могут появиться, если желание не будет удовлетворено.

Ему не нравилась внешность парнишки, но что-то в его глазах говорило о такой решимости сделать все невозможное, что Клод решил не рубить мечту на корню. Но и создавать иллюзий не хотелось.

– Тебя, Мартин Брот, я буду воспитывать, как атлета. Такие парни с устойчивым скелетом могут найти место в цирке, там на их плечи вспрыгивают гимнасты и выстраивают в воздухе фигуры из тел. Ты будешь заниматься по особой программе. И еще – ты будешь помогать в ресторане моей маме. Научишься готовить, побыв подмастерьем.

– Да, в гимнасты я не гожусь, – чуть дрогнувшим голосом согласился мальчик, – просто мне хочется больше разных… движений.

– Вижу, силу тебе некуда девать, – улыбнулся Клод.

– Было некуда девать, – сказал мальчик и пожал Клоду руку, как взрослый.

Красивый мальчик с телом, словно созданным для этого вида спорта, тоже подошел к Клоду, когда все разошлись по комнатам.

– Вы знаете, что мой отец – брачный аферист? – сказал он, заглянув в глаза Клоду бархатными от длинных ресницсветло-серыми глазами.

– Не знаю. Но мне все равно.

– Просто вдруг я, как и он, стану соблазнять, чтоб обобрать. Вон у вас какая фигура. Не устою и попаду в тюрьму.

– У красивой фигуры могут быть вполне легальные применения во взрослой жизни. Например, ты сможешь зарабатывать много, став моделью. Или станешь телеведущим.

– Но я думаю, что так похож на папу… Я боюсь. Меня и зовут… Эрос.

– Не бойся, я тебя буду воспитывать, а не только тренировать. А звать тебя буду Эр. Тогда никто и не узнает, каким именем наградили тебя родители. Изменим твое предназначение в жизни.

– Как?

– «Война план покажет», – выдал Клод «на-гора» поговорку.

– Война?! – еще сильнее испугался мальчик.

– Это просто шутка. Но если надо – повоюем с тобой.

Это мальчишку утешило. Он понял, что Клод – другой. И что он хочет быть на него похожим. Эту мысль внушил ему его Ангел – седовласый «качок». При жизни этот бодибилдер как-то раз вынул из-под огромного завала троих детей после землетрясения. Но одна балка упала ему на голову и разбила ее. Пролежав месяц в коме, он умер тогда. А все дети молились за него. Вот и определили мужчину в Ангелы к мальчику, которого точно нужно охранять от соблазнов. Его красота может стать для сироты бедой.

Роберта планировала, где разместить крошечное кафе для завтраков юных спортсменов. Кормить и учить их будут продолжать в школе-интернате для сирот. Но ради тренировок утром и вечером, после семи, они должны ночевать в спортивной школе Клода, и, стало быть, где-то есть до начала занятий в школе обычной. Роберта вложила в это кафе деньги, доставшиеся ей от богатой тети три года назад. Но их хватает только на оборудование и аренду помещения. Кормить семерых сирот она решила за свой счет. В конце концов, трое ее внуков – сироты. Хоть и потеряли матерей по разным причинам. А, значит, ей, как бабушке надо не только о них заботиться, чтобы «пресечь рок». Все же ее сыну всего тридцать три, так что он опять может жениться и…

Она даже мысленно не договаривала, что еще раз он может овдоветь. Может, такой у него гороскоп? Надо бы прочесть роман, который писала Соня. Она ведь составляла гороскоп и Клода тоже.

Роберта позвонила в Москву Насте.

А та как раз сидела за переводом романа с английского на русский. Но она, конечно же, заглянула вперед и обнаружила, что они с Георгием недолго пробудут вместе: тот уйдет из семьи, но развода ей не даст. Но после сегодняшнего ошеломительного секса ей хотелось думать, что все теперь обойдется, она сумела вовремя подстроиться под мужа, согласилась на изменения внешности, получила кайф в постели с ним. При воспоминании внизу живота засвербело. Нестерпимое желание – аж дыхание перехватило! – накатилось на нее. Она с досадой, оглядевшись по сторонам, будто кто-то мог ее видеть в пустом доме, начала массировать клитор под трусами. И тут зазвонил телефон.

Роберта слегка смущалась, завела разговор издалека.

– Деточка, что стало с романом Сони? Он в ее компьютере? Нельзя ли его переправить в Австралию?

Настя невольно улыбнулась: все думают о романе Софьи одновременно. Что заинтересовало в ней ее бывшую свекровь.

– Роман у меня, я как раз занялась переводом его русский. Хотите, вышлю вам его – он написан на английском. Прямо сейчас и сделаю. Скажите ваш электронный адрес. – Роберта назвала его. Но прежде чем отключиться, спросила робко:

– А про судьбу Клода там написано? Я имею в виду, женится ли он еще раз и… как? Он ведь уже дважды вдовец…

Настю пронзила эта мысль: вдруг Клоду вечно суждено быть вдовцом? Видно, это и беспокоит его мать.

– Роман не закончен, там события прописаны только на семнадцать лет вперед. И в течение этого времени Клод, вроде, не женится. Хотя я заглядывала вперед только на те страницы, где встречается мое имя.

Роберта не могла скрыть разочарования в голосе:

– Но все равно роман пришли. Семнадцать лет – это много.

Настя тут же сообразила, что Софья ведь заказывала гороскопы всего окружения ее детей, так что можно прочесть и гороскоп Клода.

– Соня составляла гороскоп Клода у знаменитого русского астролога. Дайте мне час, и я переведу его для себя. Позвоните по скайпу, и я прочту вам его.

– Но я не знаю ваш адрес там.

– Позвоните на Сонин. – Настя затосковала по подруге с новой силой. Ей хотелось прикоснуться к тем клавишам, что трогала и она.

– Отлично, – обрадовалась Роберта.

Настя отключилась и с быстро колотящимся сердцем взялась читать гороскоп Клода. Что скрывать, ей давно этого хотелось, но она не решалась, словно боялась, что Соня приревнует. А тут мать просит…

Она углубилась в текст. И думать забыла о Георгии. А тот ехал домой мрачный и усталый. Эйфория от секса с Лианой прошла. И он хотел принять решение, чтобы свое дальнее поведение строить, исходя из того, хочет ли он, чтобы Ася догадалась о его интрижке, или же хочет, чтобы Настя бросила его сама за что-то другое.

Он вошел и услышал голос жены, которая говорила с кем-то на английском. И мгновенно догадался, что она рассказывает о судьбе Клода.

Его обуяла ревность – он решил, что его жена влюблена в Клода и общается с ним по скайпу. Все в нем вздыбилось и заболело. Ему так хотелось, чтобы эта девочка его любила! А она…

Он ворвался в комнату. И… увидел (с неимоверным облегчением) на экране лицо Роберты. Настя улыбнулась мужу так тепло, что пружина внутри ослабла. И он вместе с Робертой дослушал гороскоп друга. И за это время понял, что не будет больше встречаться с Лианой. Ему нужна его жена. Он ее правда любит, ревнует, да что там – с ума чуть не сошел от ревности. А то, что Лиану после него мог «поиметь» кто-то другой, для него значения не имело. Он поцеловал Асю в шею под волосами, и она вздрогнула, по телу пошли какие-то волны. Она так возбудима?! Вот это да!

Размышлять на эту тему Георгий не мог. Потому что, несмотря на все акробатические этюды, только что проделанные в бане, он снова возбудился. Когда разговор с Австралией закончился, и Настя отправила Роберте роман невестки по электронной почте, Гия, все это время ласкавший жене уши и шею, перешел к груди. А потом просто отодвинул офисное кресло от стола, сел в него и усадил Настю на колени. Долгие поцелую привели к закипанию желания. И он просто стянул ей на колени джинсы вместе с трусиками, расстегнул ширинку(обнаружив, что не надел трусы под джинсы в бане) и со вздохом восторга углубился во влажную, нежную, окутывающую только его среду и начал двигаться так медленно и осторожно, что Настя ахала и ерзала, сама уже желая большего. Но он сладко мучил ее, массируя уши, вылизывая шею. Настя как-то смешно заохала, кончая. И тут же навстречу ее потоку устремился его горячий фонтан. С Настей на причинном месте Гия пошел в ванную, чтобы не окропить их соками мебель и ковер. Настя по дороге скинула с колен джинсы.

– Что ж, оба они люди практичные, – вслух сказал Ангел Насти. – Они подходят друг другу. Но он подходит теперь не только ей. – Грустно было Ангелу. Он не мог отговорить подопечную от брака с Гией. Да и нужно было спасать девушку любыми способами. Но ведь ее муж – убил. Путь и из мести. И только что бесстыдно и страстно совокуплялся с другой, нечистой. И эта грязь передалась сейчас и Асе – в виде гонореи. Именно это и раскроет вскоре то, что Георгий завел любовницу. Зуд и боль во влагалище дадут о себе знать.

Клод размещал мальчиков в одной большой спальне. Они гомонили, подпрыгивая, орали друг на друга, борясь за места у окон. Но стоило Клоду похлопать в ладоши, требуя внимания, и они затихли. Стопкой возле него лежали сложенные вчетверо разноцветные покрывала на постели. Их должны были разобрать дети по своему желанию, когда разместятся.

– Вам придется ложиться спать в девять вечера, ведь вставать вы будете в половине шестого, чтобы, умывшись и позавтракав, отправиться на тренировку. Потом снова позавтракать и ехать в школу на занятия. Там же в продленке сделать уроки, вернуться в детский дом, отдохнуть и поужинать, а потом вернуться сюда на тренировку вечернюю к семи вечера. А потом отправиться спать. – Клод посмотрел в лицо каждому воспитаннику, желая понять реакцию на такой жесткий график. Четыре часа тренировок в день – это непросто. Но никто не струсил. Все были радостно возбуждены и разглядывали новую спальню с удовольствием.

– А я еще рисовать люблю, – робко сказал мальчик, который к финишу во время отборочного тура пришел первым. Клод не помнил, как его зовут.

– Напомни мне твое имя, сынок, – по-доброму сказал Клод. Он быстро подошел и погладил пацана по всклоченной голове.

– Я – Дин Рид. – Мальчик смутился и насторожился.

– Правда, Дин Рид? Был такой знаменитый американский актер.

– Меня подбросили в Дом малютки. Вот директор меня так и назвала. В честь актера. – Клод растерялся, не мог ничего сказать – горло сжалось от жалости к ребенку.

– Зови папой меня, я разрешаю. Считайте, что я вас всех усыновил. Бумаг мы оформлять не будем, но знайте – и когда вырастете, можете со мной советоваться, просить о чем-то важном. Все, что смогу, дам вам поровну с родными детьми. Их мамы тоже умерли. Так что вы все у меня будете на равных. А рисовать ты можешь в воскресенье. В этот день вы остаетесь спать в интернате и проводите его с друзьями, занимаетесь, чем хотите. Ну а в понедельник – все сначала.

Ангел Клода отметил, что, уже говоря эти слова, Клод ощутил, что покривил душой; маленькую Соню он, конечно, любил больше всех. Ну и Фредика с Лионом тоже. Но то, что он чувствовал к этим маленьким обездоленным мужчинам, нельзя назвать никаким иным словом, кроме как любовь. Теперь, когда он познал ее со своими детьми, он стал сопереживать сиротам с такой силой, что готов был бы их всех усыновить. Но это не имело смысла: он и так сделает для них все.

Роберт сидел за компьютером в только недавно обставленной комнате размером пять на пять метров, которую выделили под общепит. Столики были самыми простыми, но деревянными, а не пластиковыми, как и стулья. Большой буфет, наполненный красивыми, по-домашнему оформленными банками с джемом и вареньем, повязанными бечевкой поверх бумажной крышки с названием (их подавали на каждый стол разные, чтобы детишки могли выбирать по личному вкусу сорт десерта и менять компании каждый день), – он прямо-таки лопался от бюргерского благополучия, лоснился шоколадными боками. Роберте хотелось, чтобы и картины на стенах, и цветочные шторы на окнах создавали в любой день года иллюзию завтрака в саду или на веранде. Хватит с них казенного однообразия примитивного хайтека.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Поделиться ссылкой на выделенное