Вера Чиркова.

Свет надежды



скачать книгу бесплатно

– Подожди, они уже рядом.

Все разом заоглядывались – где? И вдруг обнаружили, что и действительно рядом. Четверо блондинов стоят полукругом напротив, держа наготове изящные луки из белого дерева.

Васт, Тин и Тарос мгновенно сорвали с плеч такие же луки, а Слава звонко скомандовала:

– Клякса, встань впереди.

– Убрать оружие! – так же звонко приказал сбоку чей-то строгий голос, и хозяева немедленно подчинились.

– Кто вы и откуда? – вышедший из-за дерева анлезиец на первый взгляд ничем не отличался от лучников, но только на первый.

Рассмотрев его внимательнее, Тин понял, этот красавчик намного старше тех парней, которые встретили их так недружелюбно. И хотя взгляд зелёных глаз не так проницателен, как у завуча, но намного более вдумчивый, чем у остальных.

– Я Ливастаэр из рода Сиреневой лозы. Это моя любимая и половина души, Ярослава из рода Сиреневой лозы. Это её дети, Станар, Дэконс и Констанатина Запольские. А это Энтарос ле Сизилли, сын Яргелли из рода Белого ириса и Терилена ле Сизилли. Ещё с нами Линел, советница соправительницы Сузерда Афродиты Индиготис по международным отношениям.

Стан только тайком ухмыльнулся, следя за тем, как бледнеют, по мере представления Васта, юные лучники.

– Я Гилирэнс из рода Розовых ландышей, – церемонно склонил голову анлезиец, – и счастлив приветствовать тебя, старший брат, и твоих спутников. Но позволь мне задать простой вопрос… Ты ведь уже перешагнул в четвёртый цикл, почему тогда не знаешь о правиле приводить своих любимых и воспитанников сначала к хозяину леса?

– Отлично знаю, – Васт склонил голову и вздохнул, – и направлялся именно в зелёную долину. Но по пути нам встретился очень подозрительный баркас, и мы решили проверить, что с ним не так. Станар и Линел едва не погибли… в той разведке, корабль был очень хорошо защищён… как позднее выяснилось, мощным амулетом и кровью девочки-смески. После этого мы, разумеется, не могли пропустить его и захватили. Там оказалось двенадцать пленниц, полумёртвых от голода и жажды девственниц. Их везли в храм Астандиса. После этого нам пришлось уходить от шторма, и мы собирались переждать его в западной бухте… но на нас напали. Двое квартеронов подошли на лодке и бросили в меня «судьбу предателя».

– Как вы освободились? – теперь побледнел уже и старший анлезиец.

– Моя жена… она связана со мной ритуалом крови, остановила ловушку. Славочка… покажи моему младшему брату Кляксу.

– Да вон она сидит, – недовольно буркнула Ярослава. – Клякса, иди ко мне.

Ловушка мигом пересекла полянку и замерла у ног хозяйки, преданно хлопая разлапистыми зелёными ресницами.

– Вот это – ловушка?! – Анлезиец перевёл взгляд на Славу, которую до этого упорно старался не замечать, и вдруг завороженно распахнул глаза. – Источник!

Но сразу же опомнился, смутился и, повернувшись к парням, приказал:

– Альэн, ты – немедленно в зелёную долину с докладом хозяину. А вы трое – в посёлок за домом для гостей и всем остальным.

И никому ни слова… пока хозяин сам с этим не разберётся.

После этих слов блондина Ярослава сразу почувствовала, как расслабился, успокоился муж, и начала верить, что на Анлезии им действительно ничего не угрожает.

– Гилирэнс, мы, разумеется, оставили на судах охрану, – деловито произнёс Стан и невозмутимо проследил, как еле заметно поморщился анлезиец, – но хотели бы иметь гарантии, что попытка нападения не повторится. Ты имеешь точные сведения, сколько ещё у ваших соотечественников таких ловушек?

– Это были не анлезийцы, а жители прибрежных посёлков! – вскинулся Гилирэнс, и Васт тонко усмехнулся.

Этот командир отделения приграничной охраны уже перешёл в третий цикл, потому и имеет право решать довольно сложные вопросы, но от детской спесивости первого цикла так пока и не избавился.

– Мы с удовольствием возьмём их под своё покровительство, – невозмутимо пробормотала Линел, не захотевшая упустить такую возможность немного уколоть блондина.

– Я хотел сказать… – анлезиец оскорблённо насупился, оглянулся в ожидании поддержки на Васта и озадаченно нахмурился, рассмотрев, как соотечественник преспокойно собирает букетик цветов, – они имеют статус свободных поселенцев!

– И страшное оружие, которое получают у вас. Как командир отряда, я требую немедленно приступить к поиску и поимке аборигенов, использовавших это оружие, и изъять у всех остальные экземпляры таких ловушек.

– Кто?! Командир?! – Анлезиец неверяще переводил взгляд со Стана на Ливастаэра.

– Да, – серьёзно подтвердил Васт, – Станар Запольский является первым заместителем соправительницы Сузерда Афродиты Индиготис по вопросам безопасности и по званию выше меня. Но командиром я признал его намного раньше, ещё когда мы захватывали адмирала ле Бенедли, а потом и советника Урдежиса. Ещё он является доверенным лицом общины хумили и представителем мангуров, так как имеет дар общения с животными, намного превышающий мой четвёртый цикл. Поэтому я по-братски советую ответить ему на вопрос, сколько было в прибрежных посёлках таких ловушек?!

– Да одна она и была! – растеряв всю свою высокомерность, взвыл анлезиец. – Мы всего пол-луны назад выдали её старосте посёлка в западной бухте. Когда расследовали пропажу девочек и выяснили, что среди похитителей многие видели мужчину, похожего на квартерона. Несмотря на все законы, время от времени находятся отступники, готовые за деньги или какие-то услуги поделиться тайнами рода или даже кровью. Ты же не можешь этого не знать?

– Листик, перестань пугать мальчика, – устало вздохнула Слава, – у него сейчас начнётся истерика. И мне кажется, он нездоров… Стан, ты ничего не видишь?

– У него любовь, – страдальчески скривился Стан, – безответная, судя по всему, вот он и мучается… такое может вылечить только Дэконс…

– Нужно добровольное желание. – Конс, уже валявшийся рядом с Тином на мягкой травке, повернул голову и уставился на блондина. – А влюблённые, насколько я знаю, предпочитают мучиться.

– Пусть ма его просто загипнотизирует, – лениво предложил Тин, – или внушит ему, что у этой красотки привычка храпеть по ночам… ему сразу станет легче жить.

– Нет, не нужно про храпеть… – задумчиво сообщила Линел, – давайте возьмём его на Сузерд. Там Зайчик быстро сделает из него человека.

– Я не хочу на Сузерд! – Анлезиец, очумело переводивший взгляд с одного на другого, внезапно догадался, что гости таким образом развлекаются, резко развернулся… и едва не упал.

Совершенно противоестественная, гигантская ловушка сидела перед ним на шести подогнутых лапах, свернув две передние перед собой калачиком, как руки, и печально хлопала лопухами ресниц.

– Ну, полегчало? – деловито спросил тот из пришельцев, который назвался командиром, рассмотрел появившееся на лице аборигена изумлённое выражение и хлопнул его по плечу. – Не благодари. Это мой личный метод выбивания безнадёжных мыслей, а о том, чтобы поехать на Сузерд, подумай. Зайчик… точнее, Эгзайлез из клана Цветущей ветви, собирает в Дилле отряд для охраны дворца соправителей.

– По-моему, к нам катят гигантскую тыкву, – озадаченно сообщила Ярослава, глядя вдаль, – никогда не видела ничего подобного.

– Это не тыква, а дом, – присмотревшись, фыркнул Тин, – я в таком жил.

– Нам тут долго жить не придётся, – успокоил Васт, галантно преподнося Славе собранный букет, – перекусим и только.

Гилирэнс, немного отошедший от шока, едко ухмыльнулся: весной у хозяина леса слишком много различных проблем, чтобы сразу выкроить время для неожиданных гостей, нарушивших все правила и законы.

Однако он глубоко ошибался, как, впрочем, и Ливастаэр. Гигантский жёлудь ещё даже не достиг полянки, когда ближайшее дерево с оливковой корой затрепетало, окуталось густым туманом, и из него шагнул к гостям высокий и подтянутый анлезиец с пронзительно-синими глазами.

– Хозяин леса ждёт вас в зелёной долине, – объявил он мелодичным голосом и приглашающим жестом указал на туман.

– Пошли! – подхватил жену на руки Васт и шагнул под дерево.

Она оглянулась и крикнула:

– Клякса!

И не успел Гилирэнс сообразить, кого позвала женщина, как мимо него молнией мелькнул зелёный силуэт ловушки. Остальные гости не стали ждать второго приглашения, резво попрыгали следом, а за ними, мельком кивнув сородичу, ушёл и синеглазый.

Командир охраны с минуту смотрел, как тает туман, потом подобрал обронённый странной женщиной-источником цветок и, задумчиво улыбаясь, направился к посёлку. Невероятное ощущение соприкосновения с чем-то тёплым и загадочным понемногу рассеивало тоску и уныние, царившие в его сердце две последние луны с того самого чёрного дня, как прекрасная Кайэлли мягко, но решительно сообщила, что никаких отношений между ними быть не может.

– А где ставить дом?! – окликнули его запыхавшиеся лучники, ища взглядом гостей, и командир вдруг весело усмехнулся и махнул рукой в сторону полянки.

– Поставьте там… ничего с ним не случится.

Не говорить же вслух, как он надеется на то, чтобы что-то случилось… например, вернулись назад эти странные люди и позвали его на Сузерд. Пожалуй, теперь он бы пошёл.

* * *

Место, куда они вышли из тумана, очаровывало сразу, с первого взгляда, первого глотка напоённого ароматами воздуха, нежно погладившего лицо ветерка, тихого, успокаивающего журчанья небольшого фонтанчика.

Совершенно необычного и вместе с тем простого до невозможности. На краю полянки, с той стороны, где начинался пологий склон к мелкой, хрустально чистой речке, лежал обычный валун, не испорченный ни единым прикосновением человеческих рук. Из-под него со всех сторон выбивались кустики и плети таких же обычных полевых растений: клевера, ромашек, маков, берёзки… и все они буйно цвели, поражая взгляд яркостью красок и сочностью зелени.

И лишь рассмотрев цветы, гости замечали светлый фонтанчик, выбивающийся тонкой стрелкой из малозаметной трещинки на краю камня и распадающийся веером в метре от его поверхности. В том месте, где она была мокрой от воды, валун оказался полупрозрачно-голубым и невероятно глубоким и к этой глубине взор приковывало прочнее цепей, не допуская никакой возможности оторваться по своей воле.

– Милый фонтанчик, – рассмотрев этот фокус, негромко похвалила Ярослава и повернулась, рассматривая высокие деревья, росшие с одной стороны, кусты шиповника – с другой и длинную, изогнутую полукругом скамейку из ивовых прутьев – с третьей.

На скамье сидел молодой анлезиец в простых белых штанах и рубахе и изучающе взирал на Славу. Кто это такой, хотела она шёпотом спросить Васта, оглянулась – и обнаружила невероятную вещь. Все её спутники: и муж, и моряна, и дети – стояли как вкопанные, заинтересованно уставившись на фонтанчик.

«Негодяй!» – возмутилась Ярослава, лихорадочно прикидывая, какие у неё имеются возможности разморозить спутников и не разозлить при этом явно всемогущего блондина.

А анлезиец вдруг улыбнулся ей невероятно красиво и подкупающе, даже ямочки на щеках появились.

И в тот же миг у Ярославы по спине поползли не то что мурашки, а майские жуки. Размером с кулак.

– А очаровывать тут можно только тебе или и другим разрешается? – стараясь не особо морщиться от неприятного ощущения, враждебно поинтересовалась женщина и шагнула в его сторону.

– Попробуй, – усмехнулся он, и Слава не поняла, разрешение это или насмешка.

– Поясни свои слова, – с ядовитой вежливостью сказала она и села на край скамьи, – как расшифровать это твоё – попробуй? Попробуй, и убедишься в собственном бессилии, или попробуй, и из тебя сделают решето, или попробуй, и если получится, то получишь награду?!

При первых звуках её голоса зелёная масса, обвивавшаяся толстой, уродливой нашлёпкой вокруг ног Васта, шевельнулась, плюхнулась в траву, отрастила ноги и высунула стебельки с бутонами глаз. А в следующую секунду стремительно метнулась к женщине и преданно прижалась к её колену.

– Не бойся, малышка, дядя просто играет в злого бога, – небрежно гладя её рукой, проворчала Ярослава, обрадовавшись появившейся возможности, не выдавая унса, открыто сказать пароль на случай тревоги, – и, кстати, шарик, скажи – атас.

– Атас! – зазвенело в ушах, и очарование, сковавшее команду, мгновенно распалось.

Клоны в три прыжка оказались рядом со Славой, Линел и Тарос метнулись в другую сторону, чтобы контролировать как можно большую площадь. Только Васт остался на месте, пристально глядя в глаза своего правителя.

– Это значит, – не обращая на них внимания, сказал лесник Славе, – мне будет интересно понаблюдать за твоей попыткой.

– А если она удастся?

– Ты передумала?

– А я пока и не высказывала такого намерения. – В такие ловушки Ярослава не попадалась уже лет десять, с тех пор, как повзрослел Костик. – Просто поинтересовалась. Листик, любовь моя, почему ты там стоишь? Иди сюда и объясни мне, что это за место.

– Это поляна раздумий. Сюда переносят тех, кто вызвал подозрения… или провинился, – направляясь к ней, хмуро пробурчал Ливастаэр.

– Это мы вызвали подозрения?! Нифика себе! – возмутился Тин. – Тогда ваш лесник просто параноик!

– Я думаю, его неправильно информировали, – внезапно заступилась за правителя Линел.

– Ну, Линел! – подхватил разговор Стан. – Ты и сказала! Это же правитель! Неужели его можно водить за нос, как лоха? Вот хотел бы я посмотреть на того, кто попробовал навешать лапши на уши нашей повелительнице!

– А кто твоя повелительница? – скучающим тоном осведомился блондин.

– Афродита Индиготис, – с вызовом ответил Стан и, подняв руку, показал камень.

– И моя, – с улыбкой сообщила Слава, выставляя напоказ знак морян.

– Моя и моей жены – тоже, – коротко бросил Конс.

– Само собой – и моя, – изящным жестом подняла руку Тина, в этот раз младшенький откровенно играл девушку.

– А ты прелестна, – улыбнулся лесник своей коронной улыбкой.

– Тарос… – рассматривая его с нескрываемым интересом, задумчиво хмыкнула Тина, – а тебе не кажется, что твой прадедушка решил меня соблазнить своими древними костями?!

– Да нет, напарник, – встав рядом, скептически смерил повелителя насмешливым взглядом бывший квартерон, – это просто проверка.

– Ты меня успокоил, – картинно вздохнул Тин, – а то я уже испугаться хотела… только раритетов мне и не хватало.

– А вы дерзкие, – внезапно развеселился лесник, – и не боитесь за свою жизнь?

– Знаешь, – внезапно сел перед ним прямо на траву Стан, – когда мангуры показывали мне ваших предков, ушедших в дальний мир, я проникся к ним уважением. И тот старик, который давал отряду вертов последние указания, и посланец, принёсший унсов… они были не так картинно красивы, и местность вокруг них была мало похожа на рай, но они думали не о том, чтобы произвести впечатление, а о своём деле… похоже, у них там жарковато. И после знакомства с Вастом и Зайлом я считал всех анлезийцев похожими на них.

– Разумеется, мы похожи, – серьёзно кивнул лесник и вдруг устало улыбнулся. – Ливастаэр, я рад тебя видеть и безмерно счастлив, что ты нашёл свою половинку души. И ещё больше рад, что она тебя достойна. Садитесь… сейчас принесут завтрак.

Он как-то по-особому посмотрел на траву и из-под неё полезли золотистые корни, выплетаясь в кресла, расставленные вокруг стола.

– Почему нас принесли именно сюда? – хмуро спросил Васт, усаживаясь рядом с Ярославой.

– Первую причину я назову сам, – добродушно усмехнулся хозяин леса, – просто здесь мне нравится. Всё: и вид, и фонтан, и особенно тишина. Сородичи, не достигшие третьего цикла, никогда не ходят сюда с мелкими просьбами…

– А куда они должны ходить? – живо заинтересовалась Тина, поглядывая на подносы, которые расставляли по столу ловкие светловолосые парнишки.

– В каждом посёлке есть старшие… и они ничуть не меньше меня знают и умеют, – улыбнулся Тину лесник, и на этот раз в его улыбке был настоящий интерес, – у тебя странная аура. Сквозь слабую женскую ярко светит мужская… поэтому тебя выбрал в напарники мой правнук?

– Что? Яргелли и в самом деле была твоей внучкой? – прониклась Линел. – И как же ты решился её отпустить?

– А как можно не отпустить ветер, который колышет верхушки клёнов? Как можно удержать водопад, падающий со скалы? Даже вот этот маленький фонтанчик удержать невозможно… его можно попытаться придавить ладонью, но тогда он вмиг перестанет быть сверкающим чудом… и станет всего лишь жалкой струйкой.

Лесник тихо вздохнул и отвернулся в сторону, рассматривая дальние рощи на противоположном склоне.

– Послушай… – Тин пересел к нему поближе и осторожно коснулся рукой обтянутого рубахой плеча, – мне отдали её лук… забери, он хранит её тепло. А я… всё равно найду когда-нибудь способ вернуть себе мужское тело… и… ну, в общем, тебе он нужнее, точно.

– Ты не прав, – грустно улыбнулся лесник, – он нужнее тебе. А когда станешь мужчиной, отдашь следующему, кому будет нужнее. Так правильно, хорошие вещи должны служить хорошим людям. Вы завтракайте и понемногу рассказывайте, зачем сюда добирались. Про девочек из посёлка можете не говорить, одновременно с посланным за вами помощником я отправил на побережье несколько отрядов. Они приведут сюда ваших спутниц и поймают негодяев. Мне нельзя было вмешиваться раньше, лет сто назад жители прибрежных посёлков вытребовали у моего предшественника право на независимость. Он посчитал их требования справедливыми. Управлявший ими в то время квартерон следовал законам материка и был неподкупен и честен. Но теперь там правят другие люди… и они больше думают о деньгах, чем о чести и справедливости.

– А у вас нет денег? – оторвавшись от дегустации крепеньких солёных грибочков, поданных к отварной картошке, заинтересовалась Слава.

– Всё у нас есть, – хмыкнул лесник, – только не в том виде, как у людей, но это тебе расскажет твоя половинка… а вот ты лучше объясни мне, кто просверлил фермы знаний и повесил их на верёвку? Они от этого сбиваются… да и не хватает там около десятка.

– Какие фермы? – не сразу сообразила Ярослава. – Ты о чем?

– Подожди, ма, – попросил Костик, пришедший наконец в себя, – нафик деньги и игрушки… давайте о них потом, а? Я хочу спросить… вы мне можете помочь снова стать парнем?

– Мы могли бы погрузить тебя в сон и настроить организм на изменения, – кивнул анлезиец. – Кстати, это и твоя мать с братом могут, если я объясню им тонкости процесса. Но тут есть одна сложность. Нужно время и постоянный присмотр. Много времени, около сорока дней. Изменение идёт на всех самых глубинных уровнях, и торопить его не стоит. Ещё важно не прервать процесс ни на минуту, тогда придётся начинать сначала. Но ещё значительнее выбор сиделки. Изменяющийся в этот момент защищён от внешнего мира лишь собственной энергией, ну или аурой. Поэтому помощник должен быть один, из тех, кому ты полностью доверяешь, но у кого нет ни мельчайших причин или желания что-то изменить в твоём сознании… на пользу делу, себе или, как некоторые говорят, ради тебя же самого. Ты же не захочешь очнуться с чужими принципами или привычками?

– Знаешь… прости, конечно, что я так легкомысленно рассуждаю… но очнуться со своими… но в чужом теле не менее страшно. Поэтому я готов, а сиделку найду…

– Подожди, я не договорил… есть ещё метод, более простой, быстрый и надёжный. Пойти в крепость мастеров и сообщить про ошибку.

– Но они же… – выдохнула Линел, – никого не пускают… или у вас есть связь?

– У меня есть предмет, с которым они пустят любого… но поговорим мы об этом немного позднее. Я получил знак, сейчас прибудут ваши спутницы. Встречайте. И учтите, пяти минут созерцания этого фонтана хватает, чтобы начали заживать душевные раны. А десять снимают любое магическое вмешательство…

Глава 7

Девушки возникли возле фонтанчика как-то вдруг, резко проступили из сгустившегося тумана настороженно застывшие силуэты, наряженные в платья Юны и Майки. Было в этом что-то немного жутковатое, неестественное, и Конс мгновенно вскочил со скамьи, бросился к жене.

– Майка!

– Остальных пока не трогай, – строго предупредил хозяин леса, и Стан одобрил в душе этот приказ.

По мере того как командир присматривался к леснику, он испытывал к правителю всё большее доверие и симпатию. Словно узнавал в случайно встреченном среди толпы человеке черты давно знакомого и уважаемого друга. Да и понимать причины его поведения после того, как узнал про особые свойства фонтанчика, тоже начал лучше и даже вполне с ними согласился. Человек, застывший на несколько минут над серебряной струйкой, просто не замечает прошедшего времени, не испытывает унизительной процедуры объяснения мотивов своего поведения чужому человеку, лекарю, психологу или магу. Да и вообще не думает ни о лекарях, ни о своих болячках или несчастьях.

А очнувшись, даже не понимает, что прошёл курс лечения. Просто исчезает душевная боль и появляется желание жить и радоваться этой жизни.

Бывшие пленницы, квартеронки и смески, пришли в себя, как ни странно, раньше других, потом, задумчиво улыбаясь, отошла от фонтанчика Юнхиола, и только Адистанна стояла, завороженно глядя на чудесную воду.

Четыре пары глаз неотступно следили за ней, и если двое владельцев этих глаз абсолютно не скрывали своего интереса, то двое других поглядывали исподтишка со всё растущей настороженностью.

– Славочка… – успокаивающе шепнул Ливастаэр, склонившись к самому уху жены, – не волнуйся, всё будет хорошо. Мы же здесь.

– Ох, Листик, в такие моменты человек всегда остаётся с жизнью наедине, – глубокомысленно вздохнула женщина и глотнула необычайно приятного и свежего на вкус сока. – А ты не знаешь, чем она питается?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

сообщить о нарушении