Василий Сахаров.

Кромка



скачать книгу бесплатно

Вторя моим мыслям, поток зверей иссяк и за спиной раздался голос Сержа:

– Они рядом! Догоняют!

Голос бойца звучал громко и вполне уверенно, но я почувствовал в нем еле заметную дрожь. После чего невольно, как и вся группа, ускорился.

Истоптанная копытами и лапами тропа вскоре закончилась. Вперед вырвалась Елена, которая побежала вдоль берега. За ней устремился Миша, а Кольцо, Серж и я остановились. По моему мнению, позиция не очень хорошая. На пятьдесят метров вокруг открытое пространство, и если бы повольников стали обстреливать из кустарника, например, стрелами, укрыться было бы негде. Однако Кольцо и Серж вели себя уверенно, и я понадеялся, что эти опытные люди знают, что делают.

На минуту вокруг все успокоилось. Зверья не было. Слева большая спокойная река шириной около двухсот метров. Справа густой и высокий сосновый лес, где все деревья как на подбор, одно к одному, красавцы, из которых можно хоть дом выстроить, хоть кораблик. Впереди прикрытая кустарником тропа. Позади тоже кустарник, в котором возились Елена и Миша. Они быстро раскидывали кучу из сучьев и мусора, по словам женщины, скрывающих от посторонних взглядов спасительный плот. Вроде бы все нормально. Но меня начало потряхивать. Поджилки на ногах затряслись, а на лбу выступила густая испарина. И заметивший это Кольцо сказал:

– У тебя отходняк начинается. Еще двадцать минут – и свалишься. Но это ничего, на открытом пространстве с мертвяками воевать проще. Нам совсем немного нужно простоять, а потом уйдем, и все будет в порядке. Отоспишься и придешь в норму. Организм у тебя молодой, а значит, справится.

– Внимание! – встав на одно колено и вскинув к плечу приклад АК-47, прокричал Серж. – Движение!

Кольцо последовал его примеру и приготовился к бою. Я немного замешкался, но лишь на мгновение. Дрожащими руками снял карабин с предохранителя, дослал патрон и посмотрел на кустарник сквозь мушку прицела.

Тихо, но тишина тревожная. Дернулась ветка на одном из кустов. Громко хрустнул сучок. Испуганная лесная птаха с неприятным резким криком сорвалась с насиженного места и устремилась за реку.

Несмотря на смолку, которая притупляла чувства, я начал ощущать приближение чего-то очень нехорошего и крайне опасного. Причем чувство это было настолько сильным, что на голове зашевелились волосы. Впрочем, копаться в себе некогда, потому что появился противник. Из кустарника выбежали сразу пять среднего роста обнаженных существ, которые весьма отдаленно походили на людей. У них имелось туловище, голова, руки, ноги и усохшие мужские гениталии. Но совершенно не было мяса и волос. Костяк и мышцы, которые обтянуты сухой желтоватой кожей, непомерно длинные кривые когти на пальцах и выпирающие вперед острые клыки. Вот как выглядели наши враги.

«И это мертвецы? – подумал я в один короткий миг, прежде чем палец потянул спусковой крючок. – По-моему, это какие-то бомжи-мутанты, страшные, конечно, но вполне понятные и не такие ужасные, чтобы их боялись вооруженные автоматическим оружием повольники».

Мысль пришла и улетучилась.

И хотя никогда ранее я не принимал участия в реальном бою и все, что вынес из службы в доблестных Вооруженных Силах Российской Федерации, – это основы караульной службы и умение разбирать-собирать различные модели автомата Калашникова и ПКМ, у меня все получилось. Потому что не колебался и делал то же самое, что и повольники. Встал на одно колено, поймал в прицел бегущее на меня существо и выстрелил ему в грудь. Отдача ударила по плечу. Но все равно я увидел, что предназначенная для охоты на кабана пуля, со специальным отверстием в центре, ударила противника в область сердца и повалила его на траву. Однако существо, у которого сквозь изорванную свинцом кожу стали проглядывать поломанные пулей белые ребра и какие-то внутренности черного цвета, не погибло. Лишь только оно коснулось земли, как сразу изогнулось и, словно подброшенное пружиной, снова оказалось на ногах. После чего продолжило движение в мою сторону.

«Как это возможно?!» – мысленно воскликнул я. При этом краем глаза отметил, как экономно расходуют боеприпасы повольники, уже свалившие парочку странных тварей, и снова поймал в прицел своего подранка. Однако он словно почуял, что сейчас в него опять выстрелят, и припал к земле.

Выстрел! Отдача! И пуля улетела в кустарник вдоль звериной тропы.

Выстрел! Снова мимо! Враг все ближе. Я уже видел его лицо, которое напоминало экзотическую демоническую маску из Индонезии и, несмотря на стимулятор, страх стал пробирать меня всерьез.

Выстрел! Попал! Пуля задела руку существа, и перебила ему кость. Но тварь это не остановило. Она прыгнула и полетела прямо на меня.

В стволе последний патрон. Выстрел! Все замедлилось, словно в кино, и я увидел, как пуля врезалась в голову твари. Свинец вскрыл черепную коробку, и мозги странного существа, названного мертвецом, вместе с костями вылетели из головы, а продолжающая по инерции свой полет тварь, которую даже пуля в голову не остановила, рухнула прямо на меня.

– Мать моя женщина!.. – выдохнул я, после того как с трудом устоял на ногах, оружием оттолкнул от себя легковесный труп и стер с лица какую-то мерзко пахнущую гнилостную массу.

Пауза. Я огляделся и обнаружен, что бой пока окончен. Пять существ лежали на траве, а Кольцо склонился над Сержем, который, подвывая от боли, прижимал к груди сломанную правую руку.

Дрожащими руками я потянул из кармана пропотевшей грязной куртки новый магазин. Со второго раза вставил его в карабин, передернул затвор и вновь приготовился к бою. Но в этот момент от реки раздался выкрик Елены, про которую я совсем забыл:

– Быстрее! Сюда!

Машинально я закинул карабин на плечо. Потом помог Сержу встать на ноги и дойти до спущенного на воду добротного крепкого плота, дождался, пока подойдет прикрывающий отход лидер и вместе с ним столкнул плавсредство с отмели. Плот стало медленно выносить на стремнину. Я запрыгнул на него и здесь позволил себе немного расслабиться.

Не обращая внимания на Мишу и Кольцо, взявших крепкие длинные шесты, и на Елену, которая возилась с раненым Сержем, я склонился над чистой речной водой и стал отмывать испачканное лицо. К горлу подступил комок, и я сплюнул в реку скопившуюся в гортани жирную желчь. Одновременно с этим пришла слабость и, положив правую руку на свое оружие, я лег на спину и посмотрел в чистое синее небо, по которому плыли маленькие белые облака. Голова кружилась, и я опять стал слабым избитым человеком, который не ел два дня, минувшей ночью получил серьезное сотрясение мозга и бежал несколько часов подряд по лесным чащобам. Снова все стало плохо и безрадостно. Начался откат после приема медовой смолки, и мир вокруг подернулся дымкой. Поэтому я не видел того, что на берегу появились новые мертвяки, но зато слышал разговор повольников.

– Как он тебе? – кивнув на меня, спросил своего старшего Миша.

Кольцо, который наблюдал за бежавшими вдоль берега вслед за плотом мертвяками, промолчал и только поднял вверх большой палец правой руки.

– Значит, нормально, – морщась от боли в ноге, присаживаясь на бревно, сказал Миша и добавил: – Получается, карабин и рюкзак я не получу. Жаль, а я так ждал, надеялся и верил…

5

От места боя с мертвяками повольники отплыли не очень далеко, километров десять. После чего стемнело, и мы были вынуждены пристать на ночевку к берегу. Только не к правому, на котором находились живые мертвецы, а к чистому от нежити левому.

Ночь прошла спокойно, и нас никто не тревожил. Не зажигая костра, мы смогли отдохнуть, а с утра продолжили свой путь к поселению Ирма. Кольцо был за рулевого. Миша ему помогал и наблюдал за обстановкой. Елена занималась раненым Сержем, которому она оказала первую медицинскую помощь и довольно грамотно наложила на поломанную руку бойца шину. А меня повольники не трогали, ни о чем не спрашивали и никаких задач, вроде ночного караула, не ставили. Они дали мне возможность немного прийти в себя. При этом помощь никто не оказывал: страдай тихо и не мешай, вот и все. Хотя из виду меня не выпускали. Видимо, новые знакомые продолжали ко мне присматриваться.

Половину ночи я скрипел зубами и стонал. Ломота и боль во всем теле выкручивали мышцы, и заснуть не было никакой возможности. Поэтому я ворочался в спальном мешке и раз за разом пытался переосмыслить все, что со мной произошло. Вот только голова не соображала и периодически кружилась, словно я находился в сильном алкогольном опьянении. Раз за разом меня накрывали приступы и только под утро я смог немного подремать. А проснулся примерно в шесть часов утра, когда повольники стали вновь грузиться на плот и готовились к отплытию.

На борт меня не приглашали и, собрав свои немногочисленные пожитки, я взошел на плот самостоятельно. Затем выбрал место и присел, чтобы не мешать повольникам.

Мне хотелось есть. Однако попросить новых знакомых о том, чтобы они поделились провиантом, я не решался. А рубать в одно жало имеющиеся у меня консервы, колбасу и хлеб посчитал неправильным. Поэтому решил немного потерпеть и подождать дальнейшего развития событий.

Плот отошел от берега и вскоре оказался на середине реки, которая называлась Тихая. Небыстрое плавное течение понесло связанные в три наката бревна и находящихся на них людей на юг. Вокруг все спокойно, коряг на речной глади нет, и мертвяки с правобережья исчезли. Можно немного расслабиться, и повольники собрались позавтракать.

На относительно ровном участке бревенчатого настила Елена расстелила потертую, но чистую армейскую плащ-палатку и выложила на нее порезанный мелкими кусочками шмат копченого сала и килограммовый каравай серого хлеба. После этого к импровизированному столу приблизился Миша, который из своего вещмешка и поклажи Сержа достал двухлитровую пластиковую бутылку с зеленоватым фруктовым напитком, пласт вяленого мяса, несколько крупных красных яблок и еще один круглый серый хлеб. Затем настала очередь Кольца, на время оставившего свое место рулевого. И добавил к трапезе свежий лучок, несколько крупных головок чеснока, круг домашнего козьего сыра, копченую ветчину в чистой белой тряпице и пару крупных сушеных рыбин, кажется, лещей.

Все это делалось как-то само собой, естественно, привычно и непринужденно. Повольники не оглядывались один на другого и не глотали слюни; положил и отошел. Дальше – очередь следующего. И как только Кольцо закрыл свой ранец, настала моя очередь подойти к плащ-палатке. Из рюкзака появились две банки говяжьей тушенки, батон в полиэтилене, палка сырокопченой колбасы и литровая бутылка водки. Я все сделал правильно, за исключением одного. Алкоголь в походе использовался только в медицинских целях, и в этом походном пиршестве он был лишним. Кольцо сразу объяснил мне ошибку и пояснил, что за употребление водки, вина или пива за пределами поселковых стен у повольников наказание одно – смерть.

Я убрал спиртное обратно в рюкзак. Люди расселись вокруг плащ-палатки, приступили к трапезе, и завтрак прошел в молчании. Повольники для себя уже все решили и следовали к своей цели, а я просто насыщался. Рыба, тушенка, хлеб, колбаса, зелень, сыр, ветчина и яблоки – все летело в топку желудка. И когда я наконец-то забил сосущее чувство голода, то сел на рюкзак и выкурил одну из пяти оставшихся у меня сигарет. А затем всего на секунду прикрыл глаза… и снова провалился в сон. Ораганизм требовал покоя, и он его получил.

Разбудили меня на обед и, снова подкрепившись, я опять заснул. И так прошел второй день моего пребывания в новом мире…

6

Вечером плот вновь пристал к берегу. Кольцо осмотрелся и разрешил развести костер. Елена сварила пшеничной каши с салом. И после ужина я стал думать о том, что ждет меня впереди, а попутно собирать информацию о Кромке и местном житье-бытье. Ведь если домой вернуться нельзя, придется обживаться на новой родине. А начал я с того, что провел ревизию всего имеющегося у меня имущества, на которое никто из новых знакомых не претендовал.

Переворошив рюкзак и карманы, пришел к выводу, что все не так плохо, как могло быть. Потому что в этот мир я попал не пустой и кое-что у меня имелось. Комплект одежды: камуфляж, куртка, хороший кожаный ремень и потрепанные ботинки. Карабин, три пятизарядных магазина к нему и девяносто пять патронов: сорок пять пулевых и полсотни с крупной картечью. Неплохой туристический нож «Глухарь», одноразовая зажигалка и четыре сигареты. Паспорт и мобильный телефон. Спальный мешок и рюкзак. Две литровые бутылки водки «Абсолют», по три банки тушенки и рыбных консервов, палка сырокопченой колбасы и пара пакетов с лапшой быстрого приготовления. А помимо этого сорок новеньких красных бумажек номиналом по пятьсот рублей каждая.

В общем, нормально. Не хватало в вещах только амулета, который был у Каюмова, и золотого перстня-печатки с китайским иероглифом. Но Кольцо, пояснив, что это нечистые вещи, которые необходимо сдать княжеским ведунам, сразу же их забрал, а спорить с ним я не стал. Да и не до того мне было, когда связанный я лежал в лесном убежище, а после бежал по звериным тропам, стрелял в мертвяков и отходил от действия сильнодействующего стимулятора.

Собрав рюкзак, я подошел к костру. Кольцо, раненый Серж и Елена уже спали. Поэтому у огня, на охране, находился только Миша Ковпак. Я присел на бревно рядом с ним, и повольник протянул мне литровую жестяную кружку с какой-то темной вязкой жидкостью.

– Это что? – принюхиваясь к напитку, спросил я.

– Чифир, – Миша ухмыльнулся и добавил: – Настоящий, из чая.

– А что, здесь чай растет?

– Нет. Это из старых запасов. В прошлом году на развалинах одного поселения схрон нашел, а там такого богатства два мешка. Хороший год был и поход удачный. Я за один раз столько хабара взял, что мне на всю зиму хватило и на весну осталось.

Сделав небольшой глоток горького чифира, я почувствовал себя намного лучше. Сонное состояние на время отступило, и сердце забилось быстрее. После чего кружка вернулась повольнику, и я обратился к нему:

– Миша, а расскажи про Кромку!

– Это дело долгое.

– А мы никуда не торопимся. Тебе половину ночи на посту сидеть, а я с тобой.

– Ладно, можно и поговорить. С чего начать?

Я помедлил, достал из кармана сигаретку, прикурил ее от горящей веточки и сказал:

– Для начала хотелось бы знать, что такое точки перехода и как сюда люди с Земли перемещаются?

– Резонно. – Ковпак глотнул чифира, поставил кружку поближе к огню, чтобы она не остывала, и прислушался к ночному лесу. Невдалеке пела свою песню ночная птица – верный признак, что нежити рядом нет. И, пододвинув к себе автомат, Миша заговорил: – Точки перехода между мирами, они же порталы, являются загадкой, которую никто толком объяснить не может. Одни говорят, что это физическое явление, другие – что магическое, но точного ответа нет. На Земле про них знают давно. Только доступна эта информация очень и очень немногим. Не оглашают ее, а почему и отчего, со временем сам поймешь. Но если по-простому, то обладатели секрета преследуют свои цели и не желают будоражить народ. Ни к чему это, а те, кто здесь оказался, естественно, широкой общественности ничего рассказать не могут. И все, что нам, местным жителям, достоверно известно, это то, что некоторые точки в определенной последовательности соприкасаются с нашим родным миром, который находится на уровень выше Кромки, и еще одним миром, находящимся внизу. Появляется туман, который накрывает строго ограниченное пространство, иногда квадрат метр на метр, а порой целый квадратный километр. И все, что есть инородного в этом месте, люди или вещи, перебрасывается с Земли на Кромку. Затем через какое-то время происходит обратный процесс, но на нашу родину переносится только нечто нематериальное, а любая органика остается здесь. Эти процессы, которые можно сравнить с приливами и отливами, происходят уже тысячи лет, и первые земляне появились здесь еще задолго до Рождества Христова. И если бы не порталы, которые имеют связь с Нижним миром, – Миша ткнул указательным пальцем себе под ноги, – мы давно бы всю планету заселили и жили бы не хуже, чем на Земле.

– А что это за Нижний мир?

– Такая же планета, как Кромка и Земля, только населенная тварями, которые весьма сильно напоминают сказочных демонов, бесов, чертей, упырей, василисков и прочую нечисть. Через порталы они переходят на Кромку и пытаются здесь закрепиться. А поскольку эти твари очень сильны в магии и неплохо понимают, что такое биотехнологии, противники они опасные и борьбу с нами ведут привычными для себя методами. Они строят замки и крепости. С помощью подручных чистят от нас пространство вокруг своего нового дома. Оживляют мертвецов, которых ты вчера видел. Отлавливают диких зверей и видоизменяют их, превращая в монстров. А при прямом столкновении используют то, что у нас называют экстрасенсорными способностями.

– А конкретней?

– Могут в голову залезть и заставить человека выстрелить себе в сердце. Часто страх и ужас напускают, проклятия насылают, могут заморозить или спалить огнем и много еще чего. Так что если бы не ведуны с ведуньями, нам даже огнестрелы не помогли, людей перебили бы всех до единого.

Посмотрев в темноту, где, закутавшись в теплую скатку, спала женщина, я кивнул в ее сторону:

– Елена – ведунья?

– Да. Не самая сильная, но и не из слабых. Ее предки здесь еще семьсот лет назад оказались, когда на Руси христиане славянских кудесников на костры тягали. Тогда народ понимал побольше нашего, и в те времена сюда много людей перебралось. Не случайно оказались, как ты, и не насильно, как я, а по собственному желанию и с четким пониманием, куда они идут и от чего бегут. Позади неминуемая смерть в огне, а впереди дикий мир, в котором мало людей и много тварей из темной бездны. Был выбор, и они сделали его в пользу Кромки.

– Миша, а что значит «насильно попал»? Как ты здесь оказался?

– Хм! – Бритоголовый крепыш ухмыльнулся, опять приложился к кружке и продолжил: – Мой тебе совет: старайся поменьше спрашивать у людей, как они здесь оказались, – это многих напрягает. Я раньше и сам не любил про это вспоминать, но прошло время, кое-что в жизни изменилось, и можно рассказать. Как я тебе уже говорил, на Земле про Кромку знают. Но это очень ограниченный круг людей. При царизме сюда каторжников ссылали, которые в обмен на продукты и боеприпасы отправляли на родину золото и драгоценные камушки. Но каторжане здесь не удержались и разбрелись кто куда. Затем, при первых коммунистах, снова попробовали колонию организовать, коммуну, и опять впустую. После, с подачи Сталина, на Кромке несколько экспедиций застряло. А когда в Россию пришел дикий капитализм и государство перестало контролировать точки перехода, ответственные товарищи, которые держали связь с местными жителями, все поголовно начали собственный бизнес. Сюда иногда отправляют ненужных на Земле людей, за которых никто не спросит, продовольствие, старое вооружение, дизели, примитивные станки, снаряжение и одежду. А с Кромки получают золото, драгоценные камни и все, что может дорого стоить. Размен при этом, само собой, совершенно грабительский.

– И ты был одним из ненужных людей?

– Да. Я сирота. Родился в Питере. Воспитывался в детдоме. Потом учился в университете, филологом хотел стать. Окончил второй курс и поехал в деревню на картошку. Там танцы, девчонки, самогон… Все как обычно. Ну и зацепился с одним мужиком. Он мне слово, а я ему два. Он в драку, и я тоже. Кулаков нам не хватило, и я его штакетником по голове, а в доске гвоздик «сотка», и прямо ему в темечко. В итоге направился я в Мордовию, лес валить. Однако на зоне пробыл недолго. Меня и еще десяток человек на этап отправили. Вот только вместо новой зоны мы оказались на Кромке, у людоловов.

– А это кто такие?

– Эх! – вздохнул Миша. – Замучаешь вопросами. Но кто-то тебе все равно местные расклады дать должен. Смотри. – Повольник наклонился к земле, взял твердую короткую палочку и прочертил ею кривую черту. – Вот это Тихая, по которой мы плывем. Ее длина – девятьсот семьдесят километров, и она впадает в Дананское море. На севере у истоков в Новоуральских горах живут людоловы, одна из самых крупных и сильных местных общин, которая сама себя называет Алексеевская республика. У республиканцев, которые все больше скатываются в феодализм, есть связь с Россией и имеются ресурсы. А еще в их горах большое количество точек перехода, на которых местные жители отлавливают неосторожных людей, попавших сюда так же, как и ты. Поэтому иногда за глаза их называют людоловами. По правому берегу, который на тысячи километров покрыт лесами и болотами, человеческих поселений почти нет, только древние развалины, руины. Это нейтральная полоса между нами и демонами. Там обитают нежить, бродяжники, кочевники, мародеры и мы, повольники. По левому берегу вольные анклавы вроде Ирмы, крепкого поселка на двести пятьдесят человек, куда мы направляемся. А в двухстах километрах от реки – Перуновы горы и Каменецкое княжество, еще одно серьезное государственное образование, имеющее связь с Землей. Народу в Перуновых горах – тысяч двести. Князь чисто номинальный: военный вождь, который обеспечивает безопасность людей, является гарантом стабильности и следит за исполнением законов. А правят там купцы, ведущие торг с Землей. Вот такое политическое обозрение. Информация не вся, конечно, а основная, которую тебе прямо сейчас надо знать. А так-то люди по всей планете живут. На островах в Дананском море. Дальше на западе и востоке. На севере немало жителей, потому что туда нежить особо не лезет. Наши люди везде, хотя их относительно немного. При этом далеко от Перуновых и Новоуральских гор никто не ходил, и нам даже очертания материка до сих пор точно не известны.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29