Василий Сахаров.

Большой погром



скачать книгу бесплатно

Конечно же это серьёзные удары. Но Русь – не Византия. Греческие епископы, которые отстаивали интересы ромеев в землях славян, погибли или отправились в отдалённые монастыри замаливать свои грехи, которые есть у каждого. Заноза удалена, и на их местах сидят преданные митрополиту Клименту люди. Простой народ об анафеме вообще знать ничего не знает, и крестьянам претензии заморских священнослужителей безразличны. А князья против Изяслава не выступят, ибо опасаются его гнева. Да и как не опасаться, если на стороне первого русского царя чёрные клобуки, мощная киевская дружина из опытных воинов, городское ополчение нескольких крупных городов, языческие ватаги племени голядь, половцы, венеды и угры? Чтобы выйти против такой силы, нужно долго готовиться и следует десять раз подумать, надо ли это делать. Вот князья и сидят по своим уделам, наблюдают за тем, что происходит в Киеве, и выжидают. Или поддерживают царя и становятся его верными сторонниками.

Такова обстановка в дальнем зарубежье, а у нас, в пределах Венедского союза, несмотря на затишье, проблем тоже хватает.

Великий князь Прибыслав при смерти. Старик заболел, слёг и, наверное, уже не поднимется. Срок его жизни подходит к концу, и он хочет уйти достойно. Однако не получается. Прибыслав намерен посадить на своё место племянника Велемара, который должен стать князем лютичей. Купцы желают протолкнуть молодого княжича Ингваря, чья мать из богатого торгового клана. Воины сбиваются вокруг шпреванского князя Яксы из Копаницы, который приходится великому князю двоюродным братом и продолжает пограничную войну с германцами. А волхвы опять собираются отсидеться в стороне и ни во что не вмешиваются. Кто в лес, кто по дрова, и всё это привело к тому, что в обществе брожение и на поверхность поднимается грязь. Больному Прибыславу и так нелегко, а тут ещё со всех сторон давление и претензии. Мать Ингваря в свою сторону тянет, а сторонники Яксы пустили в ход «чёрный пиар». Они вспомнили, что в молодости Прибыслав был крещён и второе его имя – Генрих, а ещё он заключал договоры с германцами и даже отдаривался от них венедскими землями.

Что тут сказать? Было такое, отрицать бессмысленно. Однако почему князь так поступал? Да потому, что кругом были враги, а он заботился о своём племени и крутился как мог. Вот и крестился, а потом с католиками дружбу водил. А кто с ними тогда союзы не заключал? Только раны, а все остальные запятнались: и Никлот, и покойные Гриффины, и Прибыслав, и Якса. Так что неча на зеркало пенять, коли рожа крива. И через пару дней, когда я окажусь в Волегоще на общем сходе князей, которые станут решать, кто номинально возглавит Венедский союз после Прибыслава, обязательно выскажусь по этому поводу и сделаю всё возможное, чтобы князем лютичей стал Велемар. Почему именно он? Я его знаю, Ингваря в расчёт не принимаю, слишком молод, а Якса для меня чужой человек, и доверия ему нет.

Мутный тип этот шпреванский князь. Пока герцог Альбрехт Медведь его не трогал, он отсиживался в стороне и с приморскими венедами не общался, только наблюдал.

А когда крестоносцы прижали, он вспомнил, что тоже славянин, и начал против католиков партизанскую войну. Бился храбро, спору нет, и показал себя талантливым военачальником. В прошлом году при поддержке Доброги даже отбил у германцев Нордмарк и Бранибор. Но это не является оправданием того, что он порочит своего старшего родственника Прибыслава ради достижения цели. Такому человеку только дай власть над землями лютичей, и следующим в списке его противников окажется другой князь. А нам свара не нужна. С таким трудом договорились и союз создавали, а теперь отдай жену дяде, а сам ступай к ляди? Нет уж, подобный расклад меня не устраивает. Тем более что со временем я сам намерен стать великим князем, и Велемар, за которого заступлюсь сегодня, завтра встанет на мою сторону. Поэтому выборы вождя племени лютичей на самотёк пускать нельзя.

Это только одна проблема, а есть и другие. Новгородские ушкуйники видят слабость шведов, которые только-только начинают отходить от гражданской войны, и точат зубы на береговые поселения короля Хунди Фремсинета. Они – славяне, но при этом христиане. А Фремсинет, хоть и свеон, наш верный союзник и последователь родовых богов. Так что придётся варягам унять особо рьяных вольных бродяг, которые после разгрома крестоносцев никак не могут найти себе занятие по душе.

Другой наш союзник – вождь Пиктайт. После удачных походов, которые принесли ему славу и богатства, он стал в родной Помезании светлым князем и сделал своей столицей город Трусо. Это хорошо. Однако ему показалось мало. Он вошёл во вкус и совершил походы в Погезанию, Вармию и земли сассов. Людей перебил много и крови пролил столько, что озеро наполнить можно. А теперь хочет получить титул Кривее-Кривайто. Если коротко, то это второй после бога, князь и духовный лидер в одном лице, непререкаемый авторитет и повелитель всего живого.

Совсем берега потерял Пиктайт, раз собирается огнём и мечом покорить всю Пруссию, дабы сделаться самовластным правителем. Поэтому верховные жрецы прусских богов, собравшись на совет, решили свалить князя. Ни к чему им такой правитель, который из славного воина превращается в кровавого тирана. Они не против объединения, но при условии, что их не будут убивать, а Пиктайт договариваться не умеет и не хочет. Следовательно, его необходимо уничтожить.

Однако сил у жрецов маловато, и потому они прислали к венедам посланцев. А что князья? Они воинов не дадут, с Пиктайтом у нас союз. Зато у меня служит Поято Ратмирович, сын верховного жреца бога Перкуно, и пару недель назад на драккаре «Каратель» вместе со своей сотней и вольными варягами, которые зимовали в Зеландии, он отплыл к родным берегам. Официально я об этом ничего не знаю, и Поято поступил самовольно, дезертировал и дружину увёл. Эта версия прозвучит, если меня спросят. А на самом деле конечно же всё делалось с моего разрешения, и я даже дал ему пару сотен гривен для найма воинов. С одной стороны, мне в кровавые разборки пруссов влезать не стоит. А с другой – Поято свой человек и жрецов нужно поддержать, как они нас в борьбе против крестоносцев поддержали. А помимо того сработало чутьё. Нужно поступить именно так, и никак иначе, ибо это правильно…

На некоторое время я прервался, скатал карты и спрятал письма в стол, который сделали мастера Рарога по моему заказу. Подошёл к окну, посмотрел на укутанное туманом море, на солнце, которое медленно поднималось над линией горизонта, и прошептал:

– Слава богам и предкам нашим. Мир народу славянскому. Здоровья моим родным и близким.

Не люблю длинные молитвы и славления. Поэтому стараюсь выражать мысли и желания коротко. Думаю, боги меня за это не осудят. Не чужие ведь, а родные, и потомков своих, если они живут по законам Прави, не обидят. Правда, далеко не всё зависит от небожителей, особенно в Ночь Сварога. Так что приходится самим решать, что правильно, как бороться с врагами и в какую сторону вести народ, дабы он не сгинул.

Опустив руку, я нащупал амулет, который висел на вбитом в бревно гвоздике. Он простой – зашитый в кожу камешек, речная галька с узором. Магией от него не разит, и силы в нём нет, однако выбрасывать его я не собирался. И когда смотрел на него, всегда вспоминал последний разговор с пленным шаманом венделей, который состоялся после моего возвращения из Киева, где венчался на царство Изяслав Первый…

Как раз выпал первый снег, и я спустился в подвал храма, где находился шаман. В тот же день, кстати, из Волегоща прибыли витязи Яровита, которые должны были его пытать. Но они шаманом заняться не успели. Тот был при смерти, так говорили целители храма, и когда я его увидел, убедился в этом лично.

Венд ель лежал на деревянном настиле, укутанный в медвежью шкуру. Из горла у него вырывались резкие хрипы, а всё лицо старика было покрыто потом. Ещё немного – и ему конец, я вовремя пришёл. А шаман, увидев меня, прохрипел:

– Ты всё-таки одолел своего врага… Даже мёртвого… Значит, предки не ошиблись…

Я присел на табурет рядом с ложем шамана и усмехнулся:

– А ещё раньше твои предки сказали, что я погибну. Разве не так?

– Зря смеёшься… Духи разные бывают, и не всегда мы их понимаем… Одни говорят, что ты враг и нужно броситься на тебя… Вцепиться зубами в глотку и вырвать кадык… А другие шепчут, что ты последняя надежда нашего племени… Молодой ты ещё… Не всё тебе можно рассказать… Не поймёшь… Да и времени нет… Жаль… Мне бы ещё год пожить… Не судьба… Ухожу…

– Вижу, что уходишь, – кивнул я и спросил: – О чём ты хотел со мной поговорить?

– Я умираю… И всё мое племя сейчас умирает… Но дети… Они должны жить…

– Какие дети? О чём ты?

– Последние здоровые ростки наших родов… Когда мы рассорились с волхвами других славянских богов, то ушли на север… Мы были сильны и богаты… Нас было много… Корабли были и оружие… Но связь… Связь с богами утеряли… Даже великая Чёрная мать не отвечала… Предметы… Они принадлежали богам, а потом нам… Мы забрали их, когда уходили… Думали, они нам помогут… Нет… Не помогли…

При этих словах шамана я напрягся. Много историй я слышал о древних артефактах, которые остались от богов и хранились в храмах. Щит Яровита, стрелы Ярилы, блискавица Перуна, зеркало Макоши, лук Зеваны, плащ Морены, рог Велеса, свирель Стрибога и многие другие вещи. Оружие, предметы обихода или простые безделушки. Каждая такая вещь обладала магической силой. Но большая часть затерялась в глубине веков, и мало что уцелело. Что-то уничтожили враги, что-то украли воры, а многое было потеряно или забыто. За всё время, что я находился среди венедов, мне довелось увидеть щит Яровита в Волегоще, Станицу, которую выносили во время сражений Северной войны, и Алатырь в храме Святовида. Больше ничего. И вот шаман говорит об артефактах. Могли они оказаться у венд елей? Вполне. И если это так, было бы неплохо ими завладеть. Вдруг они ещё работают и от них будет польза?

– Воды… – попросил шаман.

Я поднёс к губам старика глиняную кружку с водой и дал ему напиться. Он утолил жажду, немного помолчал и продолжил:

– Моего народа уже нет… Ничего не изменить… Знаю это… Чёрная болезнь пришла, и некому её остановить… Но дети… Спаси их в обмен на то, что мы храним… Меняем жизни на древнее наследие… Дай слово… Слышишь?

– Слышу и клянусь, что спасу ваших детей в обмен на секреты и древнее наследие.

– На реке Питеэльв наше поселение есть… Оно одно такое… В верховьях… Там брат мой Гест… Покажи ему мой амулет… Скажи, что от Олафа… Последний привет… Он поймёт и проводит тебя…

– И что дальше?

Шаман не ответил, а отвернулся к стене и понёс бред:

– Ничего не изменить… Всё кончено… Чёрный мор… Зараза… Это кара богов… Она настигла нас…

Потом он захрипел, несколько раз сильно дёрнулся и замер. Навсегда. Я осмотрел его и в руке обнаружил амулет.

Шаман был осколком прежней эпохи, которая уходила. Этот венд ель общался с духами и видел то, что не мог разглядеть обычный человек, и в современном мире ему места нет. Он это понимал, и перед смертью шаман, который изначально был нашим врагом, попытался что-то изменить. Вендель, который носил скандинавское имя Олаф, верил, что его народ умирает. Сколько там венделей осталось среди лапонов Норланда? Сотен пять вместе с женщинами и детьми. Это на пике. Да и те сильно ассимилировались с местными племенами. Так что если и есть у них дети, то немного. Помочь венд елям придётся, но пока не знаю как. Одно можно сказать сразу: мне нужно отправиться в Норланд на реку Питеэльв, чтобы отыскать Геста и древние артефакты. Разумеется, если старик не придумал их перед смертью. Но это вряд ли, потому что говорил он искренне.

В тот момент мне было жаль шамана, поскольку всё меньше на земле мистиков подобного уровня. В былые времена один из сотни общался с духами. Сейчас – один из тысячи. А через пару сотен лет с ними будет говорить один на десять тысяч. Плохо это или хорошо? Трудно сказать. Однако мне повезло. Я – человек двух эпох, видел ракеты, самолёты и автомобили, а также волхвов, шаманов и колдунов. То есть могу сравнивать и проводить анализ различий между миром технологическим и миром мистическим. Можно даже трактат на эту тему написать. Вот только времени на это, как обычно, нет и в ближайшие лет пятьдесят точно не будет. Больно много забот…

Подумав об этом, я усмехнулся. Оставил амулет, пусть висит на гвоздике, и задумался. Когда лучше всего отправиться в Норланд? Пожалуй, через пару недель вместе с князем Иваном. Он от владений в Норланде отказываться не собирается, и правильно делает. Сам богатые северные земли освоить не сможет, надорвётся, а вот дети его точно станут богатыми наследниками и настоящими князьями, которые, естественно, будут подчиняться мне как вассалы. А иначе помогать им ни к чему.

Кстати, за эти две недели необходимо многое успеть. Отправить Андроника Врана и первых колонистов в Винланд, дабы они застолбили кусок земли и основали поселение. Обсудить с кузнецами Рарога вопрос вступления в Венедскую гильдию оружейников с сохранением моих секретов, в первую очередь пороха и пушек, которые есть только в набросках, чертежах и схемах. Ещё раз поговорить с послами вождя Сомерледа и отправить в Ла-Манш очередную пиратскую флотилию под командованием Ранко Саморода. Посетить Волегощ и обговорить с князьями насущные проблемы Венедского союза. А затем пообщаться с алхимиками, которые по моему совету начали проводить опыты (пока неудачные) с соляной кислотой, смешивая её с диоксидом марганца и перманганатом калия и получая токсичный хлор в виде газа.

Однако это всё потом, а сейчас – завтрак и обход владений…

Только я об этом подумал, как появился слуга. Наверняка его послала Нерейд, чтобы позвать меня в трапезную, и он уже хотел открыть рот, но я его опередил:

– Скажи Нерейд, что сейчас приду.

Слуга, средних лет мужичок, беглый из племени моричан, смутился, нескладно пожал плечами и указал в сторону лестницы:

– Там воин… Говорит, что гость прибыл…

Странно, я никого не ждал и, отпустив слугу, спустился в гостиную. Здесь увидел посыльного и узнал, что в порт вошла старая лодья с двумя десятками варягов, которыми командует Яромир сын Тетыслава, и он просит принять его.

Вот кого точно не ожидал увидеть в своём логове, так это Яромира. В моей родной реальности князь племени ранов Тетыслав (Чеслав или Тешислав) предал веру предков и жрецов Святовида, присягнул на верность католикам и надел на шею крестик. А когда Тетыслав умер, его сменил близкий родственник, кажется брат, Яромир, который вошёл в историю под именем Яромара Первого. Однако, провалившись в прошлое, я узнал, что у Тетыслава, оказавшегося реальной исторической личностью, нет брата с именем Яромир. Зато так зовут его старшего сына, который, как и другие знатные представители племени венедов, обучался при храме и был любимцем верховного жреца Векомира.

Помню, как впервые встретился с Яромиром. Я изложил Векомиру свою версию истории, и жрец сказал, что нет предопределения, а потом подозвал мальчишку, который крутился неподалёку и поддерживал сигнальный огонь на скале. Паренёк был самым обычным, чистым и непорочным сорванцом, и звали его Яромир сын Тетыслава.

Потом я видел Яромира несколько раз, и его жизнь, после того как отец мальчишки был убит за измену, меня не интересовала. Большинство венедов считали, что князь сражался с пиратами и они его убили, то есть Тетыслав пал в бою с врагами, как и положено воину. Ну и конечно же Яромир думал точно так же и гордился своим отцом. Но кто его знает, возможно, он узнал правду. И что тогда, благородный юноша потребует поединка или правды? Возможно. Но в таком случае его придётся убить. Хотя почему я сразу решил, что он дознался о том, как пал князь Тетыслав? Надо встретить гостя, поговорить с юношей и узнать о цели его визита. А только затем принимать какое-то решение.

Обычно я завтракал с близкими, с женой и детьми, то есть в узком семейном кругу. Однако гость не из простых. Он небогат, ибо у Тетыслава были дети помимо Яромира. Поэтому юноше досталась только старая лодья с небольшим экипажем из преданных его семье воинов. Но он потомок Вислава и сын князя. Следовательно, встречать его нужно с уважением, так заведено, и я велел пригласить его за мой стол.

Яромиру уже восемнадцать лет. По местным меркам, взрослый человек. И после взаимных приветствий, когда он сел за стол по правую руку от меня, я присмотрелся к нему внимательнее. Прощупал его чувства и пришёл к выводу, что он явился не со злом. В его душе было волнение, словно он надеялся на удачу и хотел что-то получить от меня. Но зла или затаённой обиды я не ощутил. Просто хороший воин. Смелый и сильный. Умный и хваткий. Настоящий варяг, с которым можно иметь дело.

Завтрак прошёл быстро, и после него вместе с гостем я поднялся в кабинет, где он на некоторое время замер. Понимаю его. Непривычно. Ведь что находится в покоях вождя варягов, воина и морехода? Оружие и трофеи, драгоценности и сундуки с хабаром, если он есть, броня и ложе в виде широкой лавки, которая накрыта шкурами. Вот и всё. А у меня в кабинете удобный стол и стулья вместо лавки, книги и карты, а также стопка бумаг, чернильница и кучка гусиных перьев… да широкое окно, из которого открывается вид на море. Впрочем, оружие и броня тоже имелись – парочка арбалетов, метательные клинки, меч, кольчуга, щит и шлем. Ну и, само собой, в углу стоял сундук, в котором было спрятано серебро.

– Итак, – обратился я к гостю, – что привело тебя ко мне, Яромир?

Тот помедлил и тяжело вздохнул:

– Когда умирал Векомир, я навещал его, и он сказал, что моя судьба в твоих руках.

– И это всё? – немного удивился я.

– Да.

– И как ты к этому отнёсся?

Яромир пожал плечами:

– Никак. Вскоре позабыл о словах волхва и попробовал отыскать свой путь в жизни. Пытался примкнуть со своим отрядом к войску Доброги, которое направлялось освобождать Бранибор, но не вышло. Доброта отказал, хотя он мне родич. Потом к Никлоту собирался пойти, и снова отказ. Почему так, не могу понять. Воины везде нужны. Но со мной никто не хочет иметь дело. Одни говорят, что молод. Другие, что отряд у меня небольшой. Третьи, что корабль старый, и потому в дальний морской поход не берут. Вот тогда я и вспомнил слова Векомира и подумал, что он прав. Вот и прибыл к тебе.

Юноша не понимал, почему с ним никто не хочет связываться. Зато я это знал. Каждый князь или допущенный к нашим секретам человек слышал о моём пророчестве, которое Векомир выдал за видения храмовых волхвов. Это секрет, и по этой причине Яромира отшивали без объяснения причин или придумывая таковые. Нет к нему доверия, хотя он ни в чём не виноват. По крайней мере, пока. И со временем он сможет пристроиться самостоятельно, прибиться к вольной ватаге или пойти на службу к тому, кто не знает о предсказаниях. Однако Векомир этого не хотел и упомянул моё имя. Значит, нужно держать Яромира рядом с собой. Хотя бы из уважения к покойному верховному жрецу.

– Так чего ты ждёшь от меня, Яромир? – снова обратился я к нему.

– Что ты подскажешь, какой дорогой я должен идти, или приставишь к делу.

– А сам чего хочешь?

– Воевать. Могу на море, а могу и на суше.

– Сколько у тебя воинов?

– Двадцать три варяга.

– И старая лодья?

– Да.

– Денег, наверное, нет?

– Нет, – покачал он головой.

Решение я принял быстро:

– Могу предложить службу. Дай роту на пять лет, и будешь выполнять мои приказы.

– Это всё, что ты можешь предложить?

– Больше для тебя ничего нет.

Яромир пару минут размышлял и потом кивнул:

– Согласен.

Иного ответа я и не ожидал, потому что выхода у него не было. На земле он трудиться не станет, потому что воин, а не весин. Торговать не умеет, да и денег нет. Лодья старая, на ремонт нужны средства, а воины, того и гляди, разбегутся.

– Клятву дашь в полдень, в храме Яровита, – сказал я. – Ступай, Яромир. Пока время есть, обсуди с моими воеводами вопросы, какие у тебя есть. Они всё объяснят. Может, ещё передумаешь.

Слегка поклонившись, Яромир вышел, а я подошёл к столу, развернул карту мира и задал себе вопрос: «Куда же мне тебя направить, Яромирушка?»

Вариантов было несколько. К варогам для дополнительного обучения. К Корнею Жарко на север, сопли морозить и китов бить. С Иваном Берладником покорять лапонов и осваивать Норланд. В Винланд с Андроником Враном и поселенцами. Или в степь, где мне необходим венед, который сможет присматривать за степняками и чёрными клобуками. Нет. Пожалуй, молодого вождя отправлю с Ранко Самородом в Ла-Манш и далее в Аргайл, где Сомерлед собирает войска для покорения Гебридских островов.

Хм! Это хорошая идея. Яромир надеется, что ему починят корабль и он отправится грабить католиков. Так и будет. Но в поход он отправится не на один сезон, а минимум на год. Для него это станет достойным испытанием на прочность, и он наберётся опыта. Если выживет, конечно. А потом видно будет. Когда окрепнет, можно вернуть его обратно.

Я усмехнулся и потёр ладони: определённо день начинается удачно.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33