Василий Прокушев.

Надя и Страх



скачать книгу бесплатно

«Газировка!» – с ужасом догадалась Надя, вспомнив о нелюбви Страхов к сладкому.

Страх заскулил, как будто и вправду был собакой, выполз из-под лавки и моментально взлетел на дерево. Девочка с ужасом увидела, что серый свитер, на который попала газировка, местами прогорел и сквозь него виднеется худая обожжённая грудь Носатого. Её возмущению не было предела; прежде чем подумать, что сидят они довольно высоко, Надя спрыгнула с ветки. На секунду ей показалось, что сейчас она пребольно шлёпнется, но вместо этого девочка легко, как осенний лист, опустилась на землю. Тогда она подбежала к Лысому и попыталась ударить его, забыв, что здоровенный парень при желании легко сможет расправиться с ней. Однако кулак прошёл сквозь хулигана, чего тот даже не почувствовал.

Поняв, в чём дело, Надя сдёрнула с головы шапку, схватила сразу два стоявших на земле стакана и плеснула хулиганам в лицо. Парни закричали и принялись тереть глаза руками. Остальные с ужасом и недоумением уставились на происходившее.

Всё ещё находясь в ярости, Надя схватила пакет чипсов и высыпала на голову третьему хулигану. Четвёртый бросился было бежать, но девочка поставила ему подножку – и он упал прямо на расставленные бутылки. Этого оказалось достаточно для того, чтобы вся компания, унося раненых и теряя вещи, покинула поле боя и с криком скрылась в ночной темноте.

Надя победно оглядела место сражения и, потирая ушибленную о хулигана ногу, посмотрела на дерево, где сидел Носатый. Тот медленно спустился на землю и со смущённым видом подошёл к девочке.

– Лихо ты их! – с уважением протянул он, – а меня видишь чего… – он показал на продырявленный свитер.

– Сильно болит? – спросила Надя.

– Уже нет, на нас быстро заживает, – ответил Страх.

– Тогда помоги тут прибрать, – Надя кивнула на оставленный хулиганами беспорядок.

Вдвоём они быстро сложили весь мусор в валявшиеся тут же пакеты и уже собирались уходить, когда Страх вдруг жадно бросился к незамеченному ими валявшемуся в траве пакету с арахисом.

– Орехи! – торжествующе заявил он, сверкая блестящими от радости глазами. Мгновенно открыв пакет, он высыпал всё его содержимое в рот и блаженно захрустел.

– Что – так вкусно? – удивилась Надя?

– Аф-тяф-тяф– ответил Страх с набитым ртом.

– Что? – не поняла девочка.

Страх судорожно сглотнул, улыбнулся и ответил:

– Очень! Больше всего мы любим орехи, но они нам редко попадаются. Белки всё забирают себе.

– Тогда прилетай завтра, – сказала Надя. – Я тебя орехами угощу.

– Непременно, – ласково ответил Страх и, попрощавшись, полетел в сторону Невского.

«А он ведь совсем не умеет пугать! – сонно подумала Надя, пройдя сквозь дверь в свою квартиру и забираясь в постель. – С этим надо что-то делать!» – подумала она, засыпая.


Глава 3
Путеводная мышь

Утром Надю ждал не совсем приятный сюрприз. Когда мама утром разбудила её и отправила умываться, она подумала, что неплохо бы, пройдя прямо через стену ванной на кухню, поискать там немного орехов для Носатого.

Девочка надела шапку, шагнула вперёд… и чуть с размаху не разбила лоб о ставшую снова непроницаемой кафельную стену ванной. С заколкой получилось не лучше – предмет хоть и оставался невидим для родителей, саму Надю невидимой делать решительно отказывался. Девочке пришлось пережить несколько довольно неприятных минут, во время которых она пыталась объяснить папе, почему она, не пожелав ему доброго утра, прокралась мимо него с весьма независимым видом. Поразмыслив, она решила, что или действие волшебства длится только одну ночь, или (что было бы гораздо лучше) заколдованные ночью предметы днём не действуют. В любом случае это можно было выяснить только с наступлением темноты. Надя тщательно спрятала ставшие бесполезными предметы на дне ящика для белья, решив с пристрастием расспросить Носатого о внезапной проблеме. После чего отправилась в школу.

Весь учебный день Надя провела за интереснейшим делом: ещё утром она решила, что, полное неумение её нового друга пугать ей неприятно. Конечно, ей не нравилось, что он пугает детей, но ещё больше ей не нравилось, что толком он не умеет делать даже этого. К сожалению, сама Надя почти ничего не боялась и даже не представляла, как это, поэтому решила как бы невзначай расспросить одноклассников и попытаться узнать, чего боятся дети её возраста.

Исследование дало крайне любопытные результаты. Как выяснилось, многие действительно боятся таинственных шорохов под кроватями, а ещё больше – скрипа дверных шкафов и внезапно пробегающих по потолку таинственных теней. Другие – стука за окном, шагов за дверью, воя ветра и уханья сов (интересно, где они могли услышать это в городской квартире?). «Всё не так плохо, – думала Надя, составляя список, – он в принципе на верном пути, только действует уж очень однообразно: залезет под кровать и шебуршит там всю ночь – это любому надоест. Надо так: тут поскрипел, там постучал, здесь совой поухал (интересно, умеет он ухать совой?). Ну ничего – будем учиться!»

Некоторые, правда, боялись уж совсем непонятных вещей – например, один мальчик до того боялся завуча Анну Захаровну, что когда рассказывал об этом Наде, сильно побледнел и даже слегка затрясся. Девочка сперва решила, что надо это использовать, но когда представила Носатого, вылезающего из-под кровати в костюме Анны Захаровны, не выдержала и рассмеялась так громко, что мальчик не на шутку обиделся.

К концу уроков план тренировок был составлен. Она даже выбрала объект пугания – противного мальчишку из параллельного класса, который не только отказался отвечать на вопрос, но и гадко обозвал Надю, после чего убежал, опасаясь справедливого возмездия. «Будет только справедливо, если он и станет нашей первой жертвой!» – мстительно подумала девочка.

Вечером Надя сидела у окна и в ожидании Носатого читала про Пеппи Длинный Чулок и ее приключения. На столе лежало три пакетика с орешками, честно купленных на сэкономленные карманные деньги. Читая, она не заметила, как задремала, а проснувшись, поняла, что уже почти час ночи, а к ней так никто и не пришёл. Это озадачивало. Минут пятнадцать Надя обижалась на Носатого, решив, что он попросту решил больше не приходить или нашёл себе новых друзей, но потом вспомнила, как обрадовался Страх, когда она предложила ему летать над городом вместе, и решила, что что-то здесь не то.

«Наверное, с ним что-то случилось», – подумала Надя. Скорее всего, Носатого нужно спасать. Вот только от кого, где и как? Это было совершенно непонятно. Первым делом надо было выйти из дома, и тут девочка вспомнила о волшебных предметах. Если бы к ним вернулась сила, это существенно упростило бы задачу. Она порылась в комоде и, достав заветный свёрток, натянула на голову шапку с помпоном. Шапка действовала! Рука Нади снова без сопротивления прошла через стену. Так, теперь взять заколку, всё. Можно отправляться на поиски!

Вот только куда, это было до сих пор непонятно. Может, составить план? Надя снова положила колдовские приспособления на стол, призадумалась и вдруг услышала со стороны кровати слабый писк. Она оглянулась. Увиденное Наде абсолютно не понравилось: прямо на её постели сидела здоровенная мышь (а может, даже крыса) и, держа в лапах стручок растения, известного как мышиный горошек, отчаянно пищала. Первым желанием девочки было бросить в неприятное животное книжкой, но Мышь от неё явно чего-то хотела. Зверёк положил горох на край кровати и, прыгая по покрывалу, отчаянно подталкивал стручок поближе к девочке.

– Ты хочешь, чтобы я его взяла? – спросила Надя.

Мышь пискнула.

– И что мне с ним делать? – спросила девочка, подняв растение и недоумённо вращая его в пальцах.

Мышь в отчаянии упала на спину и, сильно задёргав лапами, запищала уже и вовсе яростно.

– Может, съесть? – предположила Надя.

Мышь снова перевернулась на лапки и, прыгая на кровати, истошно заверещала.

С одной стороны, понятно, что стручок надо есть, а с другой – не очень хотелось принимать что-то из лап грызуна. Подумав ещё секунд пятнадцать, Надя решила рискнуть и отправила горошек в рот.



Он оказался довольно противным, горьким и жёстким, как волосы на обувной щётке. Вначале ничего не происходило, но затем девочка услышала со стороны кровати тонкий голос, владелец которого просто исходил негодованием:

– Ужасно тупая девочка, просто тупица! Я ей говорю: ешь сыр, ешь, а она стоит, стоит, тупая, тупая, тупая, просто жуть!

Надя с удивлением посмотрела на кровать, но никого, кроме уже знакомой мыши, на ней не обнаружила.

– Это вы говорите? – спросила она.

– Говорю, говорю, говорю! – закричала Мышь, запрыгав ещё неистовее, – я говорю, он говорит, иди, говорит, квартира, говорит, позови, получишь сыр, пусть съест сыр, а она тупая, тупая…

Хотя Надя теперь и понимала мышиный язык, но всё ещё была как минимум в сто раз больше грубиянки, и такое обращение ей совсем не понравилось. Решив, что с истерикой надо заканчивать, она взяла линейку и ткнула Мышь в бок. Мышь тут же завалилась на спину, отчаянно взмахнула лапками и, высунув язык, замерла. Ещё пять минут она лежала неподвижно, и Надя уже испугалась, не зашибла ли она её совсем. Но тут Мышь осторожно приоткрыла один глаз, оглядела комнату и, увидев девочку, моментально ожила и снова начала кричать:

– Убила, убила, убила меня, глупая дылда, убила, я помочь, я помочь, а она покалечила, весь бок покалечила! У-у-у-у-у!

Это становилось невыносимым, и Надя снова замахнулась на Мышь линейкой. Мышь снова оцепенела.

– Кто тебе сказал меня позвать? – спросила девочка и тут же, догадавшись, радостно вскрикнула: – Носатый?

– Носатый, очень носатый, – закивала Мышь, – носатый и серый, грязный такой…

– Где он? – нетерпеливо спросила Надя.

– Рядом, рядом тут совсем лежит, выйти не может, совсем не может, лежит, зовёт, я отведу за сыр, обещал сыр.

– Тебе сыр нужен? – наконец догадалась девочка, – и тогда ты покажешь, где Носатый?

– Сыр, сыр, сыр, сы-ы-ы-ы-ыр! – Мышь снова забилась в истерике.

– Хорошо, я сейчас, – и Надя, схватив заколку-невидимку, побежала на кухню.

К сожалению, в холодильнике сыра не оказалось. Подумав, девочка взяла с полки сосиску и поспешила обратно.

– Может быть, это подойдёт? – нерешительно спросила она, протягивая сосиску мыши.

– Сыр, сыр! – радостно закричала та и накинулась на еду, как будто много лет сидела на строгом посте.

«Наверное, у них сыр – это всё, что съедобно», – догадалась девочка, глядя, как Мышь торопливо уничтожает съестное.

Мышь ела с потрясающей скоростью и аппетитом и скоро прикончила сосиску, которая была почти в два раза длиннее её.

– Сейчас бы вздремнуть, – сыто зевнула Мышь, но, заметив, как на неё смотрит Надя, испуганно добавила: – Это так. Я так. В смысле – пойдём скорее.

Девочка быстро надела шапочку, и они побежали.

Мышь довольно шустро скатилась по лестничной клетке и побежала по двору, иногда останавливаясь, чтобы подождать запыхавшуюся Надю. К счастью, на той была волшебная шапка и ей удавалось пробегать прямо через дома и кусты, в то время как Мышь с поразительной ловкостью ныряла в подвалы, просачивалась сквозь малейшие щёлки в стенах и заборах. На бегу Надя видела спящих людей, вещи из шкафов, кирпичные кладки стен и проходящие сквозь неё витрины магазинов. А Мышь, не останавливаясь, рассказывала, что случилось с Носатым.

– Я сижу. Чую сыр – много сыра. Побежала. А этот сидит. Грустный; беги, говорит, Надя, говорит, пусть выручает. Покормит. Я думаю: как сказать? Не понимает наш язык! Прибьёт! Вспомнила: сырный горох съест – поймёт. Нашла, принесла. Бежим… И они побежали быстрее.

Надя уже почти совсем выбилась из сил, когда они наконец подбежали к высокому девятиэтажному дому.

– За мной! – скомандовала Мышь и, забежав в подъезд, понеслась по лестнице.

На восьмом этаже Мышь скользнула под дверь одной из квартир и побежала к комнате, за которой, судя по мультяшной картинке на двери, находилась детская. Войдя туда, Надя увидела следующую картину.

Страх, скукожившись, лежал под стоящей в центре комнаты кроватью, на которой безмятежно спал довольно полный мальчик, а вокруг кровати большими красивыми конфетами с двух сторон было выложено: «С днём рождения, Константин!». Надписи замыкали кровать в кольцо, и Надя поняла, что Носатый никак не смог бы вылезти, не наступив на конфету. Кроме того, конфетами была усыпана вся кровать, да и по ковру были разбросаны сладости. «Наверное, родители захотели сделать своему сыну сюрприз, а Страх как раз здесь прятался», – догадалась она.

Девочка быстро раскидала конфеты и помогла трясущемуся Носатому выбраться из плена. Тот сразу залез на письменный стол и, шмыгая носом, наблюдал за дальнейшими действиями.

Мышь снова испуганно закричала:

– Обратно, нужно сделать обратно! Глупая, глупая девочка! Проснутся – подумают на нас, поставят мышеловки, мышеловки.



Мышь захрипела, как будто её душили, и повалилась вверх лапами.

Пришлось заново выкладывать надпись. Потом Надя поблагодарила зверька, пообещав, если Мышь заглянет к ним ещё, по-царски её угостить.

Мышь снова радостно запрыгала, но почему-то вместо слов девочка услышала только писк.

– Мышиный горох, – объяснил Страх (он почти перестал дрожать), – он действует только час. Ладно, давай я тебя домой отнесу, – и, помахав отчаянно пищавшей мыши на прощание рукой, они полетели к дому.

Через полчаса Страх сидел на своём любимом месте у шкафа и задумчиво дожёвывал третий пакет орехов, а Надя сидела на стуле, время от времени недовольно поглядывая в его сторону.

– Мне кажется, это пора прекращать, – смерив Носатого сердитым взглядом, сказала она.

– Что прекращать? – Страх понял, что ему придётся нелегко, и сжался.

– Твоя работа – ты меня просто в гроб загонишь! – заявила Надя (фразу про гроб она однажды слышала от мамы и давно искала подходящий случай, чтобы её применить). – Мало того, что ты зачем-то пугаешь детей, мало того, что ты даже пугать-то толком не умеешь, да это ещё и опасно. А если бы Мышь не пробегала мимо? Если бы я спала, или не стала бы есть мышиный горох (вспомнив про противный овощ, девочка поморщилась)? Что бы с тобой было? Нет, это явно надо прекращать, – повторила Надя уверенным тоном. Найди себе другую работу!

– Но я больше ничего не умею, – робко возразил Носатый.

– Ты и этого не умеешь! – отрезала Надя, и тут её осенило: – Слушай, Носатый, а как насчёт охраны?

– Охраны чего? – не понял Страх.

– Ну, например, музеев. Тот же Эрмитаж. Ведь ночью его могут обокрасть, а если ты будешь на страже и напугаешь грабителя, то это будет и полезно, и похоже на твою сегодняшнюю работу. Как тебе идея?

– Я не знаю, – протянул Носатый, – это как-то непривычно. Ведь мы триста лет пугали детей, что – сразу взять всё и перечеркнуть?

– Вот именно, – Надя не на шутку загорелась идеей, – вас ведь много: один охраняет Эрмитаж, второй – Кунсткамеру, третий – Русский музей – очень даже замечательно получится! Ну соглашайся, ну что ты такой упрямый!

Страх долго не отвечал, смотря своими большими серыми глазами куда-то вдаль.

– Знаешь, может, ты и права, – ответил он наконец, – мне всегда было жалко детей, за что их пугать? Вот грабители – это совсем другое дело, и потом вдруг мы станем знаменитыми как призраки музеев, а так никакой известности!

– Вот-вот, – радостно отозвалась Надя, – может, про вас кино снимут!

– Что снимут? – не понял Носатый.

– Ну кино, ты что – про кино никогда не слышал?

Страх отрицательно помотал головой.

– Ладно, я тебе потом расскажу, – пообещала девочка.

– Только я ведь совсем не умею пугать, – вспомнил Носатый, – из меня сторож-то не получится.

– Это не беда, – девочка протянула ему собранные в школе наблюдения, – вот, почитай на досуге. – И, не дав Страху возразить, добавила: – Значит, так: сейчас уже совсем поздно, лети домой, завтра не приходи, а лучше собери всех своих и расскажи им о моём предложении, а послезавтра ночью приходи – обсудим подробности. Ну всё, давай, мне спать пора, – и, подняв Носатого с места, Надя почти вытолкнула его в окно. Тот повисел за стеклом ещё несколько секунд, глядя в комнату грустными глазами, и, помахав на прощание, полетел в сторону леса.


Глава 4
Большие неприятности

К Надиному удивлению, увиделись они гораздо раньше – утром следующего дня, как обычно направляясь в школу в сопровождении папы, девочка увидела возле подъезда знакомую фигуру. Носатый стоял под деревом с потерянным видом и, увидев Надю, уже было пошёл к ней, но девочка сделала такое страшное лицо, что он замер.

В самом деле, встреча в присутствии папы не предвещала ничего хорошего. При свете дня Носатый выглядел ещё неряшливей: рваный свитер, мятые брюки, пыльные туфли на грязных ногах без носков… Объяснить отцу знакомство с подобным типом было решительно невозможно. Поэтому Надя как можно незаметнее сделала Страху знак следовать за ними, держась по возможности на расстоянии, а сама впала в раздумья. Понятно было, что случилось что-то серьёзное, – пустяки не заставили бы Носатого появиться при свете дня. Причём раз он был видимым и шёл пешком, его природное волшебство днём не действовало. Что же произошло? Надя прикинула в уме разные варианты, но ни один не показался ей достаточно убедительным. В конце концов она сдалась. «Ладно, дойдём до школы, а там я его сама обо всём расспрошу», – решила девочка.

Страх тем временем неотступно следовал за ними, очень неестественно прячась за деревьями, прохожие (из тех, кто никуда не торопился) удивлённо смотрели на него, а некоторые даже останавливались, провожая Носатого недоумённым взглядом. Им явно казалось, что этот длинный парень спятил.

«Если он и дальше будет так глупо себя вести, папа заметит, что за нами следят, и тогда Носатому не позавидуешь», – с тревогой подумала Надя.

По счастью, на папу как раз в это время нахлынули воспоминания, и он взялся рассказывать дочке длинную и очень запутанную историю с множеством действующих лиц. В такие моменты он мог не заметить всё что угодно, и Наде оставалось только кивать головой, посмеиваться в нужных местах и надеяться, что история не кончится раньше, чем они дойдут до места.

К счастью, рассказ оказался длинным и окончился только за несколько шагов до школьных дверей. Надя рассеянно вбежала в школьный холл и, подождав для страховки пару минут, выскочила обратно и поспешила к воротам, у которых уже стоял Носатый.

– Ты с ума сошёл, ты зачем днём ходишь?! – зашипела Надя, от волнения забыв даже поздороваться, прижимаясь к прутьям ограды.

Носатый смотрел на неё с самым жалостливым видом, каждые две секунды тихонько всхлипывая, затем из его глаза выкатилась крупная слеза и, прочертив дорожку по грязной щеке, повисла на кончике носа крупной каплей.

– Меня выгнали, – наконец, выдавил он и неожиданно протяжно и очень громко завыл, заглушая все уличные шумы.

– Тихо, тихо! – испуганно зашептала Надя: она заметила, что в некоторых классах открываются окна и любопытные дети и учителя выглядывают на улицу, пытаясь определить источник странных звуков. – Тихо, – повторила она уже громче, и Носатый так же внезапно замолк.

– Кто тебя выгнал?

– Наши, – мрачно ответил Страх, – я им сказал, что хочу сменить профессию, а они сказали, что я их предал… и выгнали… – он опять открыл рот, собираясь завыть, но Надя, видя, что сейчас произойдёт, успела просунуть руку через забор и прикрыть ему рот.

– Тихо, только тихо, – снова сказала она. – Я сейчас не могу с тобой говорить – мне на уроки пора; ты посиди пока где-нибудь в теньке, а я, как только смогу, сразу приду. Только не плачь, мы обязательно чего-нибудь придумаем! – сказала девочка самым уверенным тоном, хотя пока абсолютно не представляла, что она может сделать.

Однако на Носатого её заверения, кажется, подействовали: он перестал всхлипывать и, несмело улыбнувшись, развёл руками и побрёл в близлежащий скверик.

Убедившись, что по крайней мере воя больше не будет, Надя поспешила в школу.

Ей искренне было жаль Страха; кроме того, она чувствовала себя виноватой (ведь именно она посоветовала ему поговорить с коллегами – теперь из-за неё он остался без дома, и что с ним делать, было решительно непонятно).

На уроках девочка безуспешно пыталась придумать, что делать дальше. Правильней всего было для начала дождаться ночи, когда Носатый снова сможет стать невидимым. Сегодня он, пожалуй, мог бы переночевать в её комнате, а днём снова побродить по улицам, но долго это продолжаться не сможет. Сейчас сентябрь и ещё тепло, но потом наступит настоящая осень, а затем и зима. Кроме того, ему надо, что-то есть: сегодня она, так и быть, купит ему орехов, но на завтра денег уже не хватит. Рассказать маме? Едва ли она поверит, а если и поверит, то скорее всего, не захочет, чтобы с ними жил какой-то посторонний субъект, да вдобавок ещё и грязнуля! За такими невесёлыми мыслями пролетела половина учебного дня, и на большой перемене Надя решила проведать Страха.

Он сидел на скамейке в парке, разглядывая прохожих, голубей и бродячих собак, и, кажется, вполне успокоился.

– Ну что? – спросил он радостно, явно ожидая, что Надя сейчас изложит ему подробный план действий.

– Не знаю, – честно призналась девочка.

Страх снова помрачнел.

Они сели рядом на скамейке и молчали минут пять, затем Надя, не выдержав молчания, спросила:

– А ты днём совсем ничего не можешь?

– Не могу, – горестно признался Носатый, – я пробовал, но ничего – днём я самый обычный человек. – И он вздохнул так громко и продолжительно, что стая голубей, до этого невозмутимо обедавшая остатками пыльной булки, испуганно поднялась в воздух.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Поделиться ссылкой на выделенное