Василий Маханенко.

Путь Шамана. Гамбит Картоса



скачать книгу бесплатно

© Маханенко В., 2013

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2013


Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.


Вступление

Мир изменился, когда его заполонили программы имитации интеллекта, или, как их все называют, Имитаторы. Главное достижение человечества – одновременно, главная его беда. Вначале их использовали на опасном производстве, полностью устранив человека от общения с радиоактивными отходами и грязью. Затем начались опыты по применению Имитаторов в быту, сфере обслуживания, общественном питании… Буквально за десять лет с момента изобретения Имитаторов они так прочно вошли в жизнь землян, что отказаться от них стало невозможно. Вы хотите, чтобы ваш домашний любимец работал как будильник, пылесос, утюг, охрана и прочая и прочая, и при этом не разбрасывал шерсть, не гадил и не портил мебель? При этом ни внешне, ни по поведению, ни по тактильным ощущениям ничем не отличался от привычного для человека кота? Добро пожаловать в клуб любителей Имитаторов кошек…

Чем имитаторы выгодно отличались от людей, так это тем, что у них не было личностных матриц. Если запрограммировать, то они, конечно, и эмоции, и характер, и все остальное будут показывать, да так, что при общении с ними не с первого раза поймешь, что перед тобой программа; но самого главного у них нет, а именно – самосознания. Имитатор никогда не задаст вопросы: «Кто я? Зачем я? А сколько мне заплатят? А когда отпуск?», если ему такой параметр не определен по умолчанию, а значит, и переживать от осознания своего места в этом мире не будет, прекрасно выполняя все возложенные на него функции. Только возникшая безработица никого не радовала…

В один прекрасный момент правители мировых держав решили, что наличие границ и разделений на страны – крайне невыгодное мероприятие. Прежде всего для правителей. Пропаганда и настойчивые призывы сделали свое дело: страны объединились в одно государство и по всей территории был введен единый язык. Когда начались народные волнения, требующие отказа от использования Имитаторов и возвращения человеческого труда, единое правительство сделало гениальный шаг. Оно предоставило людям хлеб и зрелище одновременно: Барлиону. Виртуальный мир, который должен был стать для людей всем: местом отдыха, общения, дружбы, любви, ненависти… Все, что нельзя делать в реальности, в Барлионе можно реализовать без особых трудностей. Но правительство на этом не остановилось, оно выступило гарантом легитимности игровых денег и их свободного обмена на реальные кредиты. Население почувствовало «халяву» и хлынуло в Барлиону…

Одновременно с игроками в Барлионе начали появляться заключенные. Зачем держать их за стенками, охранять, кормить, оплачивать содержание, если можно поместить в капсулу длительного содержания и забыть на несколько лет? Капсула обеспечивала нормальное существование, не позволяла телу превратиться в кисель и, что немаловажно, гарантировало наличие заключенного в виртуальной тюрьме.

Сбежать было невозможно. Заключенных помещали на специализированные рудники, включали им полный режим восприятия ощущений и наставляли на путь истинный через каторжную работу. Шансов выбраться из этого ада в обычный игровой мир практически не было, поэтому преступникам не оставалось ничего, кроме как добывать ресурсы и мечтать о свободе.

Барлионе стукнуло пятнадцать лет, когда в ее рудники попал новый заключенный – Дмитрий Махан. Попал, по сути, из-за собственной глупости: спор с девушкой еще никого не доводил до добра. Взломав Имитатора городского водоканала, Дмитрий загрязнил полгорода, народ стал возмущаться, поэтому срочно нужна была жертва… Она была найдена и строго наказана: восемь лет рудников или сто миллионов золотых монет, непопулярный класс Шаман, специальность Ювелир и никакой надежды на послабление.

Знакомство с заключенными, первая Медная жила, первая Крыса – для Махана все было внове. Слишком отличался новый мир от того, каким привык он видеть в бытность Охотником. Предательство, дружба, осознание того, что Ювелирное дело – это не просто строка в списке специальностей, а реальный способ выйти на свободу – Махану пришлось пройти через все.

Когда до выхода оставалось совсем немного, заключенных со стационарного рудника перенесли на новый – адаптационный. На нем нужно было доказать владельцам Барлионы, ставшим к этому моменту государственными служащими, что заключенный в состоянии исправиться и стать полезным членом общества. Пройти рудник можно только в группе или, что стало открытием, с прокачанным Ремеслом и Ювелирным делом. На Долме, адаптационном руднике, Махан познакомился с такими же вставшими на исправление заключенными и обнаружил Подземелье, до этого момента не пройденное другими игроками. Новое Подземелье означало только одно – Первое убийство, с которым игроку приходит слава, почет и уважение. Жертвуя собой, теперь уже условно свободные игроки смогли добиться победы, получив в качестве награды хорошую добычу. Вернувшись обратно на начальный рудник, Махан готовился к выходу в общий игровой мир, но Пронто, начальник лагеря, провел его инициацию в Шаманы. Когда логика вступила в конфликт с ощущениями, Махан начал догадываться, что с классом Шамана не все так просто, как кажется со стороны. Просто нужно в нем поглубже покопаться. Но как это сделать, если на рудник явился НПС Губернатор и изъявил желание забрать Шамана к себе в замок?

Глава 1
На краю Империи

Смело шагнув в портал, я настроился на длительное противостояние с Губернатором. Три месяца обязательного нахождения в его полной власти совсем не радуют, но поднимать лапки, ползать на коленях и тыкаться головой, словно побитая собака, о ноги этой ошибки разработчиков я не собираюсь. Хрен тебе, а не фигурки Воинов-орков, жаба болотная, что бы ты мне ни сулил: мир, дружбу, жвачку или несметные богатства! Мысль о применении физического насилия меня не беспокоила: уверен, освободившихся заключенных просто так наказывать и пытать нельзя, все же у нас есть права, пусть и немного урезанные. К тому же система прекрасно знает, что фильтры ощущений отключены, так что ничего страшного не грозит, и… Это еще что такое?


Вниманию игрока, находящегося в капсуле для заключенных! Вы заслужили «Уважение» со стражниками рудника Прика и переходите в общий игровой мир.

Предлагаем Вам принять участие в адаптационном сценарии «Замок Губернатора». Срок пребывания в локации «Замок Губернатора»: 2 месяца 26 дней. Отыгрываемая роль: «За?мковый ремесленник». Условия: восьмичасовой рабочий день, еженедельная заработная плата, результат дневного труда уходит в пользу провинции Серрест, выходной раз в семь дней, развитие производственных профессий (до 30 уровня включительно) за счет Губернатора.

Награда за участие в адаптационном сценарии: Уважение с провинцией Серрест, два предмета класса «Редкий».

В случае отказа Вы будете отправлены в случайное поселение империи Малабар, репутация с провинцией Серрест уменьшается до уровня Ненависть.

Желаете принять участие в адаптационном сценарии «Замок Губернатора»?


Судя по мерцающему вокруг портальному переходу, меня не планировалось никуда доставлять, пока не будет сделан выбор. Раз так, есть время порассуждать и взвесить все за и против.

Первое. Адаптационный сценарий… Сколько же можно меня адаптировать? Понял уже, что я ущербный и убогий, которому в избытке достается только обязательная адаптация, а не обычная игра с нормальным общением с другими игроками. Добавляем в чашу весов минус.

Второе. Близость к Жабернатору. Пусть даже только и территориальная. Прости, НеПиСь числовая, наша встреча была ошибкой, не получится у нас с тобой взаимной любви. Ты меня просто хотел использовать… Ересь какую-то несу… В любом случае, личность Губернатора тянет на два тяжелых минуса.

Третье. Я человек деловой, и нужно мыслить рационально. Такое количество плюшек просто так бросать нехорошо – и зарплата, и развитие специальностей неограниченного количества, с единственным потолком в росте уровня. Можно себе сразу изучить и Кузнечное дело, и Алхимию, и Наложение чар, и Картографию, да много чего можно под такое определение прокачать, справедливо ссылаясь на условия сценария. Это два плюса, однозначно.

Четвертое. В случае отказа – Ненависть с Серрест. Это явный минус: в смысле, плюс в пользу того, что нужно принять предложение на участие в сценарии. Провинций в Малабаре – всего сорок штук, и отказываться от одной из них – крайне недальновидное решение.

Вроде все. Не знаю, для кого как, но для меня выбор очевиден. Не хочу я ограничивать свободу одним выходным в неделю. Раз так, то удачи тебе, Жабернатор, постарайся обойтись как-нибудь без меня. Я-то уже собирался расстраиваться, когда перед нырком в портал мне высветилась надпись, что два месяца и двадцать шесть дней буду обязан прожить в замке Губернатора. Все оказалось не настоль критично – система заранее высветила требования сценария, наивно полагая, что я его приму. Еще бы: столько плюшек и такие большие минусы… Не в этой жизни.

Уверенным движением я выделил висящую перед моими глазами маленькую, по сравнению с «Принять», надпись «Отказаться», и в это же мгновенье мир наполнился красками, звуками и великолепнейшим запахом соснового леса.


Вниманию игрока, находящегося в капсуле для заключенных! Вы отказались от участия в адаптационном сценарии и были направлены в поселение Колотовка. Срок пребывания в поселении: 2 месяца и 26 дней. Максимальное время нахождения вне поселения: 48 часов. При нахождении вне поселения свыше указанного срока вы будете телепортированы обратно в село и вам будет засчитано нарушение условий досрочного освобождения. Три нарушения аннулируют досрочное освобождение, вы будете возвращены на рудники для дальнейшего отбывания оставшегося срока заключения.

Желаем приятной игры!

Получено обязательное задание: «Обращение к Старосте». Описание: обратитесь к старосте Колотовки для определения места жительства на ближайшие три месяца. Срок выполнения: 12 часов. Штраф за невыполнение: 3 нарушения


Едва я сделал пару шагов по направлению к видневшейся невдалеке деревне, как перед глазами возникло еще одно сообщение:


Ваша Репутация с Губернатором провинции Серрест уменьшилась на 22 000 пунктов.

Текущий уровень: Ненависть. До Вражды 12 000 пунктов. В связи с получением граничного значения ваш бонус на ежедневное повышение Репутации не действует


Всучили все-таки. Ну да, я знал, на что подписывался – на граничное значение отрицательной репутации. Хотя… Отрицательная репутация – тоже репутация. Минусовых репутаций в Барлионе всего четыре уровня: Недоверие, Неприязнь, Вражда и Ненависть. От Нейтрального отношения до Недоверия – тысяча очков репутации со знаком минус, до Неприязни – еще три тысячи. Затем шесть тысяч – до Вражды и двенадцать тысяч – до Ненависти. Я получил сразу максимум! Играя Охотником, я смог получить Превознесение, граничную положительную репутацию, только с одной фракцией, да и то через два года с начала игры, а сейчас всего три месяца – и сразу Ненависть! Конечно, Шаман к полумерам не привык, если репутация – так граничная, созданные предметы – обязательно Легендарные, девушки – непременно такие, из-за которых попадаешь в тюрьму. Плохо только одно – Серрест для меня теперь потерян: едва я попаду на глаза стражникам, вмиг буду отправлен в тюрьму до «выяснения обстоятельств». Сутки в камере предварительного заключения, а затем – телепортация к окраинам провинции. В следующий раз в камере я проведу уже два дня. Потом три – и так далее, без ограничения. Самое противное, повысить такую репутацию практически невозможно, необходимо личное вмешательство Императора.

На задворках сознания появились видения потерянной и беззаботной жизни в замке Жабернатора, но я их быстро развеял и двинулся в Колотовку. С виду – вполне стандартная средняя деревня; если считать по трубам, то дворов в семьдесят, не меньше. Деревянные дома, покрытые деревянной же дранкой, лай собак, веселые крики детворы, бегающей за орущим благим матом котом, к хвосту которого что-то привязано – обычная сельская жизнь, какой я ее помню по пребыванию в гостях у родителей. Огромный частокол по всему периметру, сделанный из толстых бревен, защищал деревню от темного леса, до которого от села метров сто. На ум пришло непонятное выражение «мачтовый лес» – прямые как стрела стволы сосен возносились высоко в небо, заслоняя густой верхушкой солнце и создавая внутри леса густые сумерки. Бурелом, кустарники, орешник, еще какие-то деревья делали лес непроходимым в прямом смысле этого слова. Только редкие тропинки, очевидно прорубленные местными жителями, вели вглубь этого пугающего чуда природы. Несмотря на такое соседство, вне частокола жизнь не замирала – от самого леса раскинулись широкие желтые поля каких-то зерновых, зеленые луга, на которых паслись коровы и овцы, длинные, метров по сто, грядки со сгорбившимися над ними жителями деревни, машущими тяпками, – атрибутика села была выдержана полностью. Недалеко от дороги, ведущей в село, стояла кузница, из которой валил густой черный дым и слышались звонкие удары молота. Здо?рово: место, где развиваться, есть, жаль только, что у меня на голове красная повязка, иначе меня, как свободного жителя Империи, встретили бы в Колотовке хлебом-солью. Сейчас же хорошо, если не будет собак да палок.

Я глубоко вдохнул свежего воздуха, после чего неторопливым шагом двинулся в село, отмечая про себя особенности местной жизни. Моя главная задача – найти местного Старосту и «зарегистрировать» свое пребывание в деревне. Знать бы еще, где его искать, – это же не Прик, где орк все время сидел за своим столом, тут Староста и бегать может.

Шагая в Колотовку, старался отметить каждую мелочь, которая может пригодиться мне в ближайшие три месяца.

Вот из кузницы вышел огромный, словно медведь, кузнец, поднял немалый бочонок с водой и, с гулким выдохом «Э-эх!», опрокинул его на себя, отфыркиваясь и активно исходя паром. Постояв пару секунд, рассматривая меня исподлобья и шумно вдыхая в себя прохладный воздух, он поднял, словно пушинку, валявшуюся на земле наковальню, еще раз бросил на меня взгляд и скрылся в кузнице. Планы на развитие специальностей резко понизились на порядок – терпеть не могу жару, по мне лучше никак не работать, чем обливаться потом и высовывать язык, глотая раскаленный воздух.

Вот троица каких-то бородатых мужиков активно машет косами, бросая на меня крайне недобрые взгляды. Маленькие лбы, злобные, но одновременно туповатые взгляды косарей делали их очень похожими на неандертальцев, картинки которых помню из уроков истории. Им еще шкур вместо одежды не хватает – тогда точная копия будет. Когда я проходил рядом с ними, услышал бормотание, совсем не похожее на общий язык Барлионы. Зуб даю, на этой троице завязано какое-то задание: либо они его выдают, либо от них потребуется что-то узнать. Поспрашиваю местных жителей: наверняка окажется, что эти мужички – не местные.

Вот интересное дерево…

– Берегись! – Звонкий детский голосок отвлек меня от созерцания местного колорита. Я развернулся на звук и только открыл рот, чтобы спросить, что случилось, как мне в лоб прилетело что-то большое, твердое, тяжелое и ужасно болючее. Бам! Умиротворенный сельский пейзаж разбавила картина летящего Шамана, недобрыми словами поминающего всех и каждого в этом мире. Мой полет прекратился практически сразу – в стоге свежескошенной травы. С трудом продравшись сквозь опутавшую меня зелень, я отплевался и вытряхнул траву из куртки. Чтоб вас всех! По привычке взглянув на уровень Жизни, еще раз выругался. Минус сорок процентов Жизни! Чем же это меня так? Ответ пришел довольно быстро, но вызвал недоумение. Огромное колесо от телеги, обмотанное веревкой и окантованное железной пластиной. Нда… А ведь таким и на перерождение отправить недолго!

– С вами все хорошо? – Ко мне подлетел маленький запыхавшийся и раскрасневшийся парнишка, лет семи, не более. – Я тут… зуб… колесо! А оно тяжелое! А тут вы! А оно покатилось, но не туда! И мой зуб за ним! А потом – «Бам!» И вы летите! И в траву – «Бац!» А больно было? – Он смотрел на меня так сочувственно и виновато, суетливо приглаживая свои рыжие и взъерошенные волосы, что я даже не мог на него рассердиться. – А вы маме не скажете? Наш кузнец хорошо зубы рвет, только всегда занят, приходится самому, – судорожно, периодически глотая воздух, принялся объяснять мне парнишка, сверкая дыркой в том месте, где должен был быть передний зуб.

– У меня теперь зуба нет, как у Борьки Лысого, – продолжал тараторить малец, и теперь я понял, что колесо, отправившее меня в полет, – местный заменитель стоматолога, когда у кузнеца нет времени.

– Так вы маме не скажете? А то она меня больше не пустит одного гулять, только с сеструхой! А она такая зануда – «это нельзя, это не трогай, к собакам не лезь»! Бе-е… Как можно быть такой скучной? Вот помню, пошли мы в лес… – Похоже, у этого НПС в настройках прописано, что, если молчание длится более одной минуты, он мгновенно исчезнет с лица Барлионы. Неважно о чем; неважно, слушают его или нет; главное – говорить.

– Так, стоп! – прервал я рассказ о походе в лес и победе над огромным серым зайцем. – Ты Старосту знаешь? Если отведешь меня к нему, то и маме ничего не скажу. – Проводник на первых порах мне не помешает, а парнишка в селе должен знать всех и каждого…

– Старосту? Да кто его не знает! Все знают! Пять медяков – и я вас мигом к нему отведу. Вечно он так прячется, что и не сыщешь. – На лице мальчугана расплылась улыбка, и он протянул маленькую ладошку, выжидающе на меня уставившись.

– Держи, вымогатель малолетний… – Я кинул в протянутую ладонь пять медных монет, которые тут же исчезли, словно их никогда и не было. Конечно, можно было заставить мальчишку проводить меня до Старосты бесплатно, но от пяти медяков я не обеднею, а так есть вероятность получить какое-нибудь задание от его родителей. Или дрыном по спине, если окажется, что деньги парню давать нельзя ни в коем случае.

– Тебя звать-то как? – спросил я малолетнего хулигана, крутившегося вокруг валяющегося колеса и решавшего, с какой стороны к нему подступиться.

– Оглобля я, – коротко бросил мальчуган, начав краснеть от натуги, стараясь поднять колесо.

– Да ладно заливать-то, нет таких имен. Давай помогу. – Я подошел и поставил колесо на попа?. Действительно, тяжелое. – Куда катить его собрался-то?

– Оглобля я, – настойчиво повторил малец, утирая рукавом нос, – не нравится мне Автондил, не буду так называться. У всех хорошие имена, только у меня такое дурацкое, вечно из-за него от Прямиков достается. Катить не надо, направьте вон туда, пускай само добирается, – Автондил… нет, Оглобля указал рукой в сторону села, – авось никого не зашибет по дороге.

– А Прямики – это кто?

– Да с соседней, Прямой, улицы, банда Лехи Рябого. Поберегись! – заорал Оглобля, бросаясь вслед покатившемуся колесу и крикнув мне: – Встретимся внизу-у!

Пару раз Оглобля спотыкался, кубарем катясь с холма, но тут же вскакивал на ноги и продолжал бежать за колесом, голося во все горло. Усмехнувшись его нелепости, я двинулся за ним, как вдруг меня резко развернуло на месте, оторвало от земли и ткнуло лицом в разъяренную бородатую морду кузнеца:

– Ты почто Оглоблю обижаешь, душегубец?

Прежде, чем я успел что-то ответить, кузнец хорошенько размахнулся и отправил меня в очередной полет. Конечно, хлеба-соли не ожидалось, но это уже перебор. Полеты начинают утомлять своей частотой! Я поднялся с земли и быстренько глянул на уровень Жизни. Мама дорогая! Восемнадцать процентов всего осталось! Удар у кузнеца похлеще колеса будет! Понимая, что второго удара могу не пережить, принялся вызывать в себя Духа лечения.

– Это что еще за танцы? Ты никак колдун!

Хорошо, что Бубен ускоряет вызов Духа – успел, буквально за секунду до очередного полета, полностью себя вылечить. Но каков кузнец! Силен, словно медведь. Я попробовал встать, но руки подкосились, и я упал на землю, глядя на возникшее полупрозрачное сообщение:


Головокружение! Вы потеряли концентрацию на 10 секунд.

Получены улучшения навыков:

+10 % Устойчивости. Итого 60 %


– Дядька Кондратий, стойте!

– Отойди, Оглобля, не мешай. Не видишь, что ль, колдун-душегуб к нам явился!

– Не душегуб он! Мне помог колесо до села докатить и к Старосте хотел попасть!

– К Старосте, говоришь. – Кондратий навис надо мной, затем поднял одной рукой и оторвал от земли. Кому сказать – не поверят: в Барлионе меня Кондратий хватил! В прямом смысле этого слова. – Что хотел от нашего Старосты?

– Жить у вас буду три месяца, – прохрипел я сквозь сдавленное горло. Надо же! Играя Шаманом, начинаю открывать Барлиону совершенно с новой стороны: никогда бы не подумал, что, если сдавить горло, игрок начинает хрипеть. Задыхаться не будет, просто появится полоска, оповещающая о нехватке воздуха, а вот насчет хрипов – этого раньше не замечал. Кузнец разжал кулак, и я мешком рухнул на землю.

– Жить, значит? А что тогда тут топчешься, словно вынюхиваешь что? Старосты тут нет! – Не дожидаясь ответа, кузнец развернулся и пошел обратно в кузницу. Похоже, первое знакомство с жителями Колотовки прошло неудачно.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

сообщить о нарушении