Владимир Васильев.

Смерть или слава



скачать книгу бесплатно

 
Уши охотника
Нужны самцу —
Но астронавту
Нужны глаза
И мозг.
А из дураков
Получаются только
Трупы.
 

Моки закричал, когда режущий факел на доспехах пилота Кипиру вспыхнул лазерным блеском.

Дэвид Брин, «Звездный прилив»

Часть первая

1. Роман Савельев, старатель, Homo, планета Волга

Эти слова выгравированы на рукоятке моего бласта. «Смерть или слава». С одной стороны. А с другой – «Death or Glory», и если вы еще не позабыли английский, вы поймете, что означает это то же самое. Бласт не раз спасал меня от смерти. Правда, не привел он и к славе, но я пока жив, потому что всегда успевал выстрелить первым.

Не подумайте, что я – убийца. Вовсе нет. Просто… мы живем в таком мире, где все, кто не умеет выстрелить первым, умирают первыми. Такие сейчас времена.

Мне кажется, что жившие до нас люди видели свое будущее куда более светлым.

Они ошиблись. Их будущее, а мое настоящее – это обычная помойка, размазанная по полусотне обжитых миров. Земля… А что Земля? Болото. Непроходимое болото. Царство жвачной толпы. Все, кто хоть на полпальца возвышается над серой однообразной массой, подались в колонии, потому что там больше свободы и легче заработать. На Земле остались только канцелярские крысы да отчаянные консерваторы. А просто отчаянные – такие, как я или Юлька Юр генсон, – в пространстве. На планетах, которые колонизируются землянами уже два с половиной века.

Мой мирок зовется Волга. На Земле река такая есть. А у нас – целая планета. Хорошая, в общем-то, планета, чистенькая пока, уютная. Не успели еще загадить, как Землю, Селентину или Офелию. Народу здесь – тысяч пятнадцать, в основном старатели, как и я. Один городок, Новосаратов, дюжина поселков да разбросанные по единственному континенту заимки. Рядом с городком – космодром, станция дальней связи и фактория, куда старатели продают руду. Раз в месяц с Офелии прилетает пошарпанный грузовоз, чтоб увезти на орбитальные заводы все, что мы выковыриваем из недр нашей планетки. Раз в неделю каждый из старателей наведывается к фактории сдать руду, получить денежки и немедленно просадить их в ближайшем космодромном кабачке. Американеры называют его салуном, но американеров у нас мало, в основном русские. И на вывеске русским по белому написано: «Кабак». И ниже – «Меркурий».

Обыкновенно в «Меркурии» толкутся все подонки, которые предпочитают не командовать горняцкими роботами, а сшибать деньги при помощи бласта. Таких на Волге едва ли не больше, чем старателей. Теперь вы понимаете, почему мне приходится ежедневно упражняться в стрельбе?

Работаем по-старинке. Штольни, тоннели, виброизмельчители… Как сто, как двести лет назад. А что может измениться в этом болоте? В исконной обители человечества? Роботы спроектированы, по-моему, еще при Херберте Виспере, только процессоры стали монтировать поновей, с расширенным набором инструкций, когда Александр Белокриничный открыл тоннельный эффект в полихордных кристаллах.

Да, да, не удивляйтесь, я интересовался даже такой никому не нужной чепухой, как архитектура полихордных кристаллов, потому что с детства люблю читать. Папаша оставил мне в памяти бортового компа внушительную файлотеку.

Лично мне кажется, что технологии Земли в какой-то момент исчерпали себя. Зашли в безнадежный тупик. Никаких открытий после смерти Белокриничного. Никаких свежих мыслей. Болото. Когда южнее Лондона сел корабль свайгов, казалось – вот оно. Инопланетяне, которым даже не слишком удивились, новые знания, техногенный прорыв, то-се…

Хрен. Свайги без всяких церемоний сожгли роту «морских котиков» из сил быстрого реагирования, потребовали полтонны бериллия и убрались восвояси. В космос, где они дома. Самое смешное, что людям в конечном итоге оказалось наплевать на то, что в космосе есть жизнь. А чужим – наплевать на нас. Они считают нас отсталой и безнадежной расой, и многие люди полагают, будто так оно и есть.

И боюсь, что это действительно правда.

Мы редко сталкиваемся с чужими. Они – хозяева галактики, шныряют от звезды к звезде, а нам приходится ползать годами. Освоили сферу в неполных полтораста световых лет от Земли и дальше даже не суемся, потому что миров и так на порядок больше, чем мы в состоянии проглотить за ближайшее тысячелетие. Даже межзвездная война нас практически не затронула, хотя свайги за бериллием на наши планеты и станции наведывались еще трижды. Откровенно говоря, мы не подозреваем даже кто с кем воюет – кроме свайгов, рептилий откуда-то из центра галактики, в войну втянуты две птичьих расы, насекомые какие-то и еще одна разновидность чужих, у которой на Земле, Селентине и Офелии и аналогов-то нет. Смешно. Рептилии, птицы, насекомые и неведомые гады, непохожие ни на что… Только на Земле разум возник у более сложной формы, у млекопитающих. Из-за этого нас считают отставшими безнадежно. Мол, вместо того, чтобы развивать разум, интеллект, развивали тело. Жертвы эволюции.

Вот так и живем. Никому не нужные, даже самим себе.

Вряд ли наши предки видели будущее именно таким… Впрочем, я, например, вообще не вижу будущего. Никак не вижу. Скорее всего, распылимся мы по своим миркам, погрязнем в мелочах и растеряем даже те крупицы знания, которые удалось добыть нашим предкам-мечтателям. Или чужие нас поработят, если война их всех не доконает.

Унылая перспектива.

Вездеход бросало на неровностях почвы. Равнина с шелестом стелилась под днище, и еле слышно урчал привод гравиподушки. Далеко-далеко, в сизой горизонтной дымке угадывались пики Каспийских гор. Там, у подножия изогнутой гряды, моя заимка. И моя жалкая берлога – пятнадцатиметровый спектролитовый купол стоянки и крытые непрозрачным плексом капониры, выполняющие роль и складов, и ангаров, и еще черт знает чего. Всего сразу. Сейчас капониры почти пусты, я ведь из фактории возвращаюсь. В «Меркурий» заглядывать я не стал – надоели мне эти бандитские рожи до боли зубовной. Только в супермаркет Новосаратова наведался, закупил провизии месяца на два вперед, да пива шесть упаковок. Дорогое у нас пиво, чтоб ему поперек! А все потому, что никто на Волге не желает фермерствовать. Наверное, невыгодно… Странно даже. Цены на продукты, особенно на свежатину, просто запредельные. Казалось бы – трудись, продавай, наживайся. А, впрочем, появись на Волге фермы – цены тут же упадут, а кто же захочет гнуть спину задарма? К тому же, сельскохозяйственными роботами управлять – тут башка нужна светлая, это не тупоумных механических рудокопов в штольни загонять.

Горы ощутимо приближались. Вездеход жрал километры, что твой «крот» породу. М-да. Повезло мне. Хороший участок оставил мне папаша – всего миль сто с гаком до фактории и еще двадцать до Новосаратова. А каково ребятам с западного побережья каждую пятницу таскаться? Через весь континент? Я слышал, братья Хаецкие, Мустяца, Прокудин и еще пяток старателей-западников объединились и гоняют к фактории старенький планетолет. И правильно, по-моему, в одиночку горючее жечь – сплошное разорение. А в складчину – вполне выгодно.

Далеко не у каждого старателя на Волге есть космический корабль. Да что там, далеко не у каждого – у единиц. Старателей на Волге чуть больше восьми тысяч. А кораблей сколько? Частных, я имею в виду. Правильно, семь. У меня, у Хаецких, у Риггельда, у Шумова, у Василевского, у Смагина да у Юльки Юргенсон. И все посудины – малютки, предел крейсерского радиуса – двадцать световых. Сколько раз наши местные бандиты пытались эти кораблики отнять! Попеременно у каждого. У Шумова однажды отняли, так он поднял братьев, такую резню на Белом мысе устроили, до сих пор многие вздрагивают.

У серьезных людей, конечно, свои корабли, космодромные. Не чета нашим погремушкам. На наши только мелочь бандитская зубы точит, а Тазику, скажем, или Шадрону они просто не нужны. У них другие интересы.

И все-таки, свой корабль для старателя – просто мечта. Спасибо папаше, без его наследства я бы никогда на корабль не заработал. А так… Если честно, у меня даже левая заимка есть. Нерегистренная. На островке, посреди океана. Руда там – ошалеть можно, и обогащать не нужно. Я туда раз в неделю мотаюсь, потому что капонир наполняется, а роботы, дуболомы, останавливаться не умеют. Да и незачем им останавливаться, пусть пашут. Денежки-то нужны, как воздух! Что б я делал без корабля, каким бы жалким корытом он ни казался?

И еще у меня есть совсем уж безумная мысль. Надо будет собрать летучих ребят и потолковать как следует… Тех же Хаецких, Смагина, Юльку отчаянную. Отличная мысль, больших денег сулит. Не догадались еще?

Правильно. Луну нашу поисследовать – на ней тоже полезных минералов до черта. Представляете? Целый спутник – горстке старателей-разработчиков. Только тут придется дело регистрить, никуда не деться, станция наблюдения мигом отсечет, что братцы-летучие на Луну зачастили. В принципе, можно даже попытаться выкупить лицензию у директората Волги и основать лунную компанию. А что? «Савельев Луна Лимитед», как сказали бы братья-американеры. Сокращенно – «СаЛун лтд». В общем, есть над чем поломать голову разворотливому человеку. Странно, что до меня никто об этом не задумывался, а если и задумывался – почему-то не попытался столь блестящую идею воплотить в жизнь? Не знаю. Но это хорошо, что не попытался. Я – попытаюсь, а первым быть всегда выгоднее.

Горы стали совсем близкими, а равнина к подножию гряды постепенно повышалась. Вездеход пер над травой без видимых усилий. Еще бы, порожняком иду. Да и под грузом верный «Камаз», выносливый и надежный старик, ходит без натуги. Сколько ему лет уже? Сто? Двести? Может, и больше. Во всяком случае, его, как и корабль, папаша мой получил в наследство от деда. От моего деда, папашиного родителя… Интересно, а кому я все это добро передам? Детей-то у меня до сих пор нет. С Юлькой, что ли, еще и об этом поговорить? Годы-то идут, тля. Обидно будет, если все, чего добились мои деды-прадеды, папаша, да и я сам, достанется какому-нибудь уроду из бродячих…

Вскоре в поле зрения величаво вплыл купол, показавшись из-за отрога. Вездеход, описав геометрически безупречную дугу, сбросил ход, завис над дасфальтовой площадкой и, урча, опустился. Гравиподушка напоследок уикнула и умолкла. К вездеходу уже ковылял дежурный робот-потаскун. Я заранее разблокировал багажник и потянулся за пультом дистанции, чтоб сформулировать потаскуну задачу.

Да-да, не удивляйтесь, горняцкие роботы до сих пор управляются с пульта, а не голосом, потому что в штольнях виброизмельчители так стонут, что голоса просто не услыхать. А так – старо, как мир, и надежно, как орбита Волги. Инфракрасные датчики на макушке каждого долдона с любым комплектом насадок. Дави на кнопки и радуйся. Только батареи менять не забывай, а то, бывало, сядут, а спьяну не разберешься – и привет! Тычешь в проклятые кнопки, орешь на этих железных уродцев, а им хоть бы хны: ковыряют пустую породу, а на жилу рядом – ноль внимания.

Потаскун уже потащил коробки с продуктами в холодильник, а я отправился в дежурку поглядеть, не натворили ли мои балбесы в шахте чего непотребного. Оказалось – нет, балбесы исправно трудились, жила не отклонялась от рассчитанного среза, насыщенность тоже держалась в норме, и я мог с чистым сердцем идти дуть свежеприобретенное пиво. Мельком взглянув на резервный пульт, с которого управлялись роботы островной заимки, я уже встал и даже пару шагов к двери сделать успел.

Наверное, я что-то почувствовал. Какую-то неправильность, необычность. Ладони у меня мгновенно взмокли, и я машинально потрогал кобуру с бластом, висящую у правого бедра.

Назовите это чутьем, если угодно.

Я был не один на заимке. Кто-то еще здесь прятался. Свой брат-старатель прятаться не станет, это уж точно. Значит, лихие люди пожаловали. Снова.

Тем не менее я отправился ко входу в купол, остро чувствуя незащищенность спины. В спину пальнуть хозяину – милое дело. И все, считай, заимка твоя. Директорат Волги даже не станет выяснять, куда девался предыдущий владелец.

Только гости мои незваные вряд ли станут добывать руду. Выгребут все ценное, а заимку продадут. Такое уже случалось. Соседа моего, Яцека Финкеля, лет пять назад кто-то пристрелил. В спину. Говорят, он нашел хермозолитовую жилу. Не знаю, я не проверял. На месте его купола теперь обглоданный жаром, оплывший скелет из супертитана, а плексовый колпак просто расплавился и опал жгучим дождем на ни в чем не повинную землю Волги… Там теперь даже трава не растет.

Неужели моя очередь?

Но роботы мои – каковы болваны! Чужие на заимке, а им хоть бы хны. Ох, сказал бы я их разработчикам пару ласковых!

А, впрочем, разве думали они, разработчики древние, что человечество докатится до такого? До выстрелов в спину и плексового дождя от сожженного купола?

Первого гостя я засек, входя в купол.

Почему они не стреляли, пока я топтался у вездехода и шел к шлюзу – ума не приложу. Может, им не просто грохнуть меня хотелось? Не знаю. И никто теперь уже не узнает.

Внутри, под куполом, я сразу выдернул бласт из кобуры и кинулся на кухню. Бесшумно отодрал лист пластика, заслоняющий вентиляционный канал в компрессорную, и ужом пополз по узкой квадратной трубе. «Гость» прятался во втором капонире, как раз напротив входа в купол, и сейчас, зуб даю, выскочил из укрытия и устремился к выходу.

А в вентиляционном канале, как раз на выходе из-под купола, решеточка встроена. И обращена как раз ко входу. И ячейки у нее на редкость удобные: как раз ствол бласта проходит.

В общем, первого визитера я пристрелил у входа. Он и пикнуть не успел – схлопотал импульс из бласта в грудину, треснулся о купол левее шлюза и стек на залитую дасфальтом площадку. А я пополз дальше и вывалился из канала в компрессорной. Она, компрессорная, конечно, заперта снаружи, но кому, как не мне, знать секреты собственных замков?

За компрессорной приткнулся вездеход-малютка модели «Таврия», двухместный. Значит, гостей точно двое. Больше в такого жучка при всем желании не поместится… тем более что первый из гостей – весьма внушительных размеров паренек. Был. В плечах пошире, чем мой робот-потаскун, ей-ей.

Оставшийся в одиночестве налетчик запаниковал и решил, видно, удрать. Во всяком случае, он выскользнул из-за решетчатой фермы микропогодника и припустил к своему вездеходику. Лопух…

Я его тоже пристрелил, а сам остался цел. Потому что жался к стене компрессорной, а не пер дуром через голую площадку перед капонирами.

Лохи. Точно, лохи. Маменькины сынки из Новосаратова, захотелось шальной деньги. Вот и нанялись в том же «Меркурии» какому-нибудь мелкому деляге-барыге… на свою же беду.

Жалости я не испытывал. Если бы я испытывал жалость к подобным типам, я еще в первый налет лег бы на дасфальт с импульсом в башке. А так – ничего, живу. Раз в месяц гостей непрошенных отваживаю. И не без успеха.

Я вздохнул, по-прежнему сжимая бласт обеими руками и не отлепляясь от стены компрессорной. Ну-ка, что там скажет мое безошибочное чутье?

Вроде, чисто, сказало чутье. Вроде.

Я осмотрелся и как мог осторожно прошвырнулся по заимке. Действительно, чисто. Только потаскун последние ящики из багажника моего «Камаза»-пенсионера добывает.

Тела непрошенных гостей я сволок в реакторную, стащил с обоих верхнюю одежду, потому что куртки, комбинезоны и ботиночки на парнях были новые и непропыленные. Трупы спровадил в топку. Одежду отнес в прачечную, два слабеньких маломощных бласта спрятал в мастерской. Маленький вездеход загнал в капонир… и даже еще дальше. Есть у меня тупичок-секретик, как раз для таких случаев. И, что радует, самостоятельно отыскать его практически невозможно. Папаша мой рассказал об этом тупичке, когда мне уже двадцать три стукнуло. А до того я о нем и не подозревал, хотя на заимке вырос. Вот так-то…

Потом я вызвал одного «крота» и пустил вокруг заимки – пусть сожрет все следы вездеходика, буде таковые найдутся. Подушка подушкой, но вдруг эти олухи на брюхе где-нибудь невдалеке поелозили? Лучше перестраховаться.

А документов при парнях, понятно, никаких не оказалось.

Наконец-то я вздохнул спокойно, вернулся в купол, к пультам, и подумал: а не установить ли мне какую-никакую охранную систему? Дорого, конечно, зато польза очевидна. Чувство может и подвести когда-нибудь. Тем более зачастили что-то ко мне гости. В этом месяце уже второй раз.

Я минут пять поразмышлял, стоит ли тратиться на охранку, и совсем уж собрался идти глотнуть пива, но сегодня мне определенно решили не давать покою.

Коротко пискнул бластер нештатной ситуации. С резервного пульта, на котором висит островная автоматика.

Я замер. Что там еще стряслось? Признаться, внутри у меня снова сгустилась эдакая неприятная пустота… Не дай бог, набрел кто еще и на островную заимку. Не дай бог…

Докладывал Швеллер, самый новый и навороченный из роботов-автоматов. Так, так… при проходке штольни обнаружено пустотелое образование… ля-ля, три рубля, анализ воздуха… ага, вот: предположительно искусственного происхождения предмет… бр-р-р, ну и формулировочки у Швеллера! И кто ему только базовые программы прописывал? Маньяк какой-то, не иначе.

Я зацокотел по клавиатуре, раздавая инструкции своей землеройной команде. Первым делом: изображение находки мне. Швеллер послушно пригнал сателлита с видеодатчиком.

Ага. Вот оно. С виду – небольшая плоская шкатулка. Действительно, искусственная, природе такую вовек не соорудить. Надо же, наткнулись мои шахтеры на какой-то ветхий артефакт!

Азарт уже захлестнул меня. Я ведь знал, что разумной жизни на Волге никогда не было – по крайней мере, в обозримый геологический период. Так что это либо чей-нибудь недавний тайник, наш, земной-волжский, вполне человечий. Либо очень древняя штуковина, принадлежащая только этой планете – сколько штуковине в таком случае лет, даже представить страшно. Либо, и это самое вероятное, это штучка чужих, неоднократно залетавших, конечно, за свой долгий галактический век и на Волгу.

Все, прощай, пиво, и прощай, любимое кресло! Лечу немедленно.

Я раздал еще инструкций: работу не прекращать, находку сберечь, буде найдутся последующие находки – беречь тако же! Швеллер активно мотал мои приказы на воображаемый металлический ус и вскоре принялся разгонять бездельничавших роботов по рабочим местам. А я помчался к дальнему капониру, где дремала моя верная скорлупка. Мой космический корабль класса «Саргасс», шестиместная посудина тридцати метров в длину, шестнадцати в поперечнике. Плоская, как брикет растворимого супа «Австралия».

А управлять ею можно и в одиночку – остальные пять мест пассажирские.

Торопливо прогнав предстартовые тесты и прикинув в уме, сколько будет стоить сожженное горючее, я пристегнулся и велел дистанции откинуть крышку капонира. «Саргасс» встал на подушку и величаво выплыл наружу. Крышка не менее величаво захлопнулась, плавно и солидно, наглухо закупоривая капонир. Только оставь его открытым – моментально найдутся охотники пошуровать, проверено… Даже с учетом того, что двоих я сегодня уже успокоил.

Корабль развернулся дюзами к гряде. Бросив прощальный взгляд на свою заимку (потаскун как раз загонял разгруженный вездеход в свободный капонир), я включил прогрев и чуть позже – зажигание. «Саргасс» рванулся вперед, а потом задрал носовые стабилизаторы к небу и скользнул ввысь. Волга провалилась в бездну, мгновенно, будто по волшебству. А я нетерпеливо забарабанил пальцами по подлокотнику кресла. Вмешиваться в управление не было резона – я давно настроил параболу в автоматическом режиме, потому что на остров летал еженедельно. А поправки штурман вносил сам, на то он и штурман.

Действенные у нас все-таки автоматы. Хоть и не совершенствуются уже сотни лет, и гостей непрошенных по заимке гонять никак не научатся.

И почему чужие считают нас отсталыми? Точнее – безнадежно отсталыми? Кое-чему мы все-таки научились, хоть и позже них стартовали.

Летел я минут сорок. В принципе, «Саргасс» был в состоянии держать горизонтальный курс, но маневрового горючего я бы при этом сжег на год вперед, да и во времени, скорее всего, проиграл бы. А так – свеча в стратосферу и стремительный спуск уже в точку назначения. Просто и незамысловато, как воскресная телепередача. И, вдобавок, никаких перегрузок, неизбежных при горизонталях. Спасибо антиграву.

Океан на Волге красивый. Особенно в тихую погоду, как сегодня. Впрочем, я все равно никогда не видел других океанов, разве что по телеку. Но по телеку – это не то. Это надо видеть по-настоящему, через прозрачный спектролит кабины. Плоский синий блин лежал под «Саргассом» и лишь чуть-чуть был тронут неясной рябью, похожей на полуденную дымку. Но я знал, что это просто покатые волны без всякой пены. Хорошая сегодня погода!

Солнце, которое мы на Волге так и называем «Солнцем», клонилось к волнам, окрашивая небо на западе в розовые тона. А на востоке уже проглядывали первые звезды и ущербный диск убывающей Луны. Я снова подумал о «СаЛун лимитед», но как-то невнимательно и без былого энтузиазма. Куда больше меня сейчас занимала находка бригады Швеллера.

Сел я на воду, чтоб не морочиться, и выбросился с разгону на узкий песчаный пляжик. Пляжик ощутимо поднимался к центру острова, от воды, и я знал, что с него вполне удобно стартовать без предварительного разгона.

Островок формой напоминал растопырившего клешни краба – овальный массив стабильной породы и две длинные, загибающиеся к северу песчаные косы, дань сильному течению. Моя секретная заимка как раз в центре островка, в самом сердце хаотичного нагромождения гранитных скал, меж которых проглядывает бурая каша – смесь бесполезного шлака и руды. А под скалами, уже на глубине метра, шлака почти нет, он, похоже, наносной.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8