Валерий Вайнин.

Петрушка на балу



скачать книгу бесплатно

– Следователь – Евгений Борисович Бах!.. – рявкнул капитан и тут же прикусил язык. Но было поздно.

– Бах? – изумленно повторила Ольга. И захлопала в ладоши. – Хочу к Баху, хочу к Баху! И к Моцарту! И к Берлиозу!

За дверью зала приглушенно звучал вальс.

Хомяков расстегнул пуговку на взмокшем воротничке.

– Что мне с вами делать? – тихо возопил он.

– Хороший вопрос, – кивнула Ольга. – Многие на нем сыпались. О’кей, буду паинькой. Только не сутультесь.

Капитан воззрился на нее недоверчиво.

– Можете вести себя нормально?

– Запросто. Не сутультесь, говорю!

Хомяков распрямил плечи.

– Меня интересует ваш худрук Макаров. Как профессионал и как личность.

Ольга сощурилась, как тигрица.

– Что, конкретно, вас интересует? В каком ключе?

– Да так… – Капитан осторожно подбирал слова. – Чего он добивается в жизни? Вот сейчас, к примеру, вы что-то репетируете… какой-то балет, да? Насколько для него это важно? Если, допустим, балет не соберет денег…

– Ах вот оно что! Какая скучища! – Ольга улыбнулась, но глаза ее продолжали щуриться. – А я вас не интересую? Как профессионал и как личность.

– В смысле? – опешил Хомяков.

Ольга поднялась, расправила на себе обтягивающее трико и сделала оборот на пятке.

– Оцените, Виталик: хороша девочка? Вам нравится моя грудь? – Она приподняла ладонями свои рельефные выпуклости. – Без лифчика, между прочим. И никакой хирургии.

Красный как рак Хомяков уставился в пол.

– Слушайте, что вы за человек?

– Еще один хороший вопрос. – Ольга опустилась в кресло, задрав ноги на подлокотник. – Продолжим разговор. Обещаю не ерничать.

Глубоко вздохнув, капитан милиции взял со стола блокнот с авторучкой.

– Короче, Ольга Николаевна…

– Просто Оля. И давай на «ты».

– Давай, – неожиданно для себя согласился Хомяков.

Ольга протянула ему руку.

– Друзья?

Перегнувшись через столик, Хомяков ее руку пожал.

– До гроба.

Они рассмеялись.

– Ну так вот, – сказала Ольга, – если ты подозреваешь, что Макаров устроил поджог сам – у тебя не в порядке с головой.

Хомяков собрался вспылить, но вовремя вспомнил, что они друзья.

– Да какие подозрения, Оль. Просто я обязан отработать версию…

– Виталик, я не дура. Варианта здесь лишь два: кто-то поджег или кто-то не погасил окурок. И оба они маловероятны. Однако…

– Погоди, – перебил Хомяков. – Разве танцоры курят?

Ольга вздохнула.

– Некоторые. Я, например.

– Ну и зря. Ладно… Почему вы курите в помещении, где хранятся декорации? Что за идиотизм?

– Не идиотизм, а суровая необходимость. Здесь, – Ольга окинула взглядом холл, – Макаров курить запрещает. Табачный дым, дескать, просочится в зал…

– Он прав, – ввернул Хомяков.

– Он всегда прав, черт его дери. Но что нам остается? Лестничные пролеты и закутки? Разумеется, мы идем в «дебри».

– Куда-а?

– В «дебри».

Так мы называем кладовую, где хранятся наши фанерные чудеса. Там уютно и есть где спрятаться.

– Прятаться-то зачем?

– Чтобы за сигареткой посекретничать, Виталик. А ты что подумал?

– Я подумал: если б вы не секретничали, у вас и у меня было бы меньше проблем.

Помедлив, Ольга пробормотала:

– До сих пор как-то обходилось.

Хомяков назидательно поднял палец.

– До поры до времени, Оля, многое сходит с рук. Пожар погасили Макаров и вахтер, так? Как удачно они оказались рядом!

– Ну и что?! – взвилась Ольга. – Заладил, как дятел!

Хомяков миролюбиво выставил ладонь.

– Конечно, я не Эркюль Пуаро, я простой мент. Вопросы неприятные задаю, отыскать ниточку пытаюсь… А вы артисты – народ творческий, своеобразный. Мне велено действовать с вами дипломатично, а из меня дипломат, блин… сама понимаешь. Ответишь на вопросы – спасибо. Пошлешь меня подальше… Что я могу? Соли тебе на хвост насыпать? Либо я закрою это дело по-быстрому – и до свиданья, либо глаза вам тут буду мозолить. Оно вам надо, Оль?

Ольга пристально смотрела на капитана.

– А ты не прост, Виталик, – сказала она. – Ведь ты меня вербуешь.

Хомяков деловито черкнул в блокноте.

– Завербуешь тебя, как же. С такой грудью и без лифчика.

Ольга рассмеялась.

– О’кей, мы оба с тобой умные. Так заруби себе на носу: Макаров не поджигал. Дружеский мой совет: не трать время на эту версию.

Хомяков откинулся на спинку кресла.

– Почему не он?

– Во-первых, – Ольга покосилась на дверь зала, – у него нет мотива, который ты ему приписываешь. А во-вторых, если б поджег Макаров, то комар бы носа не подточил, все было бы по-другому. Твои подозрения – аргумент в его пользу.

Хомяков обдумал услышанное.

– Такой, значит, головастый? Не обижайся, Оль… не странно ли для танцора?

Ольга скривила губы.

– Он не танцор, он физик.

– Как это?

– А вот так. Закончил МИФИ с красным дипломом. Танцевать выучился, можно сказать, по книжкам. И теперь, ломая все каноны, прет как танк в мировые знаменитости. А мы за ним следом: кто не успел, тот опоздал.

Заинтригованный Хомяков отложил блокнот.

– Как ему это в башку влетело? Сменить физику на танцульки. Оль, не обижайся: мне нравится балет и все такое… Но в чем тут фишка?

Лицо Ольги вдруг помрачнело, будто осунулось.

– Это, Виталик, как в анекдоте, «грустная и длинная история». Вспоминать никакой охоты.

Хомяков спешно отыграл назад.

– Не хочешь – не надо. – Он протянул лист с фамилиями. – Вот смотри: здесь те, кто был в театре в субботу. Никого не забыли?

Ольга отстраненно кивнула, теребя концы красной своей ленты. Взор ее, как говорится, устремлен был в никуда.

                                      * * *

День рождения Валентина сложился на редкость удачно. Сентябрь в Москве стоял теплый и солнечный – типичное бабье лето. Родители при том рванули в отпуск, оставив сына хозяйничать в трехкомнатной квартире. Велели только сестру опекать и не позволять ей стоять на ушах. Валентин, разумеется, пообещал, хоть не позволить что-то двенадцатилетней Ольке, видит Бог, было непросто. Удачным совпадением оказалось и то, что день рождения выпал на субботу: гулять можно было допоздна, а в воскресенье отоспаться. Подготовился Валентин основательно, так как в группе поддержки у него состояли Серж Макаров и Дина Белых. Само собой, Олька тоже суетилась, но, несмотря на поднятый ею торнадо, к пяти часам стол был накрыт. А к шести собрались гости.

Валентин выглядел красавцем. Рост – метр восемьдесят пять, спортивные плечи при тонкой талии, выразительные карие глаза и густая шевелюра – словом, покоритель женщин в широком возрастном диапазоне. Сегодня ему стукнуло 22 года.

Столько же месяц назад исполнилось Сержу Макарову. Он был, что называется, крепко сбит, как борец или штангист, и явно уступал другу в красоте и росте. В простецкой его физиономии, однако, было нечто… неуловимая какая-то чертовщинка, заставлявшая всмотреться в него пристально.

Дина Белых, стройная миловидная блондинка, взирала на мир сквозь очки, которые очень ей шли и не скрывали умных глаз. И была Дина почти на год младше Валентина и Сержа.

Семиклассница Ольга внешностью не слишком походила на брата-именинника, но в девчачьи свои годы была безусловно хороша. Причем разоделась, как взрослая, использовав косметику.

Еще на день рождения Валентина пришли кузен Гоша и школьный товарищ Эдик, оба с девушками. Ведя оживленные светские беседы, гости слонялись по комнатам. Пора было за стол, но команды не было. Вроде, кого-то еще ждали.

Кузен Гоша (на правах ближайшего родственника) пригрозил, что начнет воровать жратву. На именинника угроза эта впечатления не произвела, но Серж Макаров внес предложение:

– Не выпить ли предварительно?

– Перебьешься, – ответил Валентин. – Придет Катя, тогда и начнем.

– Во-первых, – возразил Сергей, – таинственная твоя Катя уже опаздывает на полчаса, что говорит о ее невоспитанности. А во-вторых, выпьем мы не за тебя, а за окончание института: прощай родной МИФИ! Тост для разминки.

Общество одобрительно загалдело. Весомых возражений именинник не придумал, и всем налили: кому – водку, кому – вино. Ольга протянула брату бокал.

– А мне?

– Может, не стоит? – неуверенно произнес Валентин. Но, поймав испепеляющий взгляд сестры, потянулся за бутылкой «саперави». – Ладно уж, десять капель.

Сергей отобрал у него бутылку.

– Обойдется. «Пепси» выпьет.

Ольга притопнула туфелькой.

– Хочу вина!

– Макаров, брось, – заступилась Дина. – Немного сухого ей даже полезно.

Сергей кивнул.

– Угу, от стронция. – И наполнил Ольгин бокал пепси-колой. – За окончание школярства, коллеги!

Все выпили и деликатно закусили, не нарушив кулинарного дизайна. Лишь Ольга в досаде сжимала бокал с темной газировкой.

– О’кей! – заявила она. – Налью себе сама!

Сергей покачал вихрастой головой.

– Ни-ни. Если хочешь, чтобы я когда-нибудь на тебе женился.

Все рассмеялись.

Ольга покраснела.

– Нужен ты мне! Подарочек! – Она залпом выпила «пепси».

– Умница, – похвалил Сергей. – И сними эти клипсы. Они тебе не идут.

Кто-то опять хихикнул. Ольга задохнулась от возмущения.

– Слушай Макаров!.. Не нравится – не смотри!

Подмигнув другу, Валентин заступился за сестру:

– Вот именно: не смотри и баста.

– Возразить трудно, – кивнул Сергей и громко объявил: – Таинственная Катя опаздывает на сорок минут!

Глядя на вихрастый его затылок, Ольге хотелось запустить в него чем-то тяжелым. Девочка прокралась в родительскую спальню, сдернула с ушей клипсы и швырнула их в мамину тумбочку. Затем также украдкой вернулась обратно.

Гости, косясь на блюда со снедью, вяло вели треп. Брат развлекал их, как мог. Макаров и Дина Белых исчезли, что встревожило Ольгу ни на шутку. Недолгие поиски привели ее на кухню, дверь которой была прикрыта. Из-за двери доносились голоса исчезнувшей парочки. С колотящимся сердцем девочка принялась подслушивать.

– Не надо мне врать, – произнес голос Дины. – Скажи, у них что-то серьезное? Сереж, я с третьего курса за ним бегаю…

– Ну и зря, – перебил голос Сержа. – Сколько тебе твержу: пусть Валька за тобой побегает. Лучше тебя все равно не найдет. Вы идеальная пара.

– Брось Макаров: меня бы он и десяти минут не ждал. Кто она хоть такая? Колись, Макаров.

– Ей-богу, Дин, понятия не имею. Мне известно не больше твоего…

С облегчением переведя дух, Ольга наступила на скрипучую паркетину. Дверь мигом распахнулась. Из-за широкой спины Макарова поблескивали очки Дины.

– Подслушивала?

Покраснев, Ольга ответила с вызовом:

– А что, нельзя?

Сергей улыбнулся.

– Раз клипсы сняла, можно. – Он втащил девочку на кухню. – Ты нам союзник или враг?

– Конечно, союзник! – заверила Ольга.

– Тогда выкладывай, кто такая эта Катя и с чем ее едят.

Польщенная доверием девочка затараторила:

– В глаза ее не видела. Знаю только, что она типа балерина. Недели две назад Валька с ней то ли в гастрономе, то ли в обувном…

Тут на пороге возник красавец-именинник с пасмурным лицом.

– Пора за стол. Больше ждать смысла не имеет.

– Догадался Штирлиц, – ввернула Оля, победоносно глянув на Сергея.

Меж тем затренькал дверной звонок. Валентин просиял.

– Ну вот! Как говорится, лучше поздно… – Он пошел открывать.

Дина устремилась было следом, но Сергей ее придержал.

– Спокуха. Ты королева бала, усекла?

Девушка меланхолично поправила очки.

– Жаль, никто об этом не знает.

Сергей взял ее за плечи.

– Кем бы эта Катя не была, ты ее подвинешь. Ольга, согласна?

– На все сто! – кивнула девочка.

Из прихожей донеслись оживленные голоса. Дина шагнула к двери, но Сергей ее вновь удержал.

– За тобой придут, не суетись.

И действительно перед ними опять явился именинник, на сей раз сияющий как самовар.

– Ну! Что вы здесь торчите, оглоеды?

– Анекдоты травим, – отрапортовал Сергей.

– Про Штирлица, – уточнила Ольга.

Валентин сделал приглашающий жест.

– Давайте за стол. – И поспешил в гостиную.

Трое заговорщиков проследовали за ним.

В гостиной кузен Гоша и школьный товарищ Эдик с подругами образовали каре, в центре которого стояла довольно высокая девушка лет восемнадцати. Густые черные волосы ниспадали ей на плечи, а глаза на ангельском лице были синие-синие. Облегающее платье до колен подчеркивало точеную фигуру и потрясающие ноги, обутые в туфельки на шпильке. Впечатление девушка производила, что называется, убойное, и парни рефлекторно поправляли галстуки. Только Серж Макаров, явившийся в свитере и с воротом нараспашку, прореагировал, как чурбан.

– Так-так, – произнес он, держа руки в карманах, – та самая невоспитанная Катя. За это опоздание я бы с вами поссорился.

Возникла неловкая пауза.

Девушка очаровательно покраснела.

– Я объяснила Вале, извинилась…

– Слушай его больше! – Валентин приобнял ее за плечи. – Серж Макаров – профессиональный склочник. А это – Дина. Мои лучшие институтские друзья.

Катя обозначила реверанс.

– Много о вас слышала. А это, – девушка взглянула на Ольгу, – младшая сестра, да? Тебя Олей зовут? – Она изящно протянула руку. – Рада познакомиться.

Ольга протянула было руку в ответ, но услыхала реплику Макарова:

– Почему, собственно, вы с ней на «ты»? Барышня она взрослая, уважения требует.

Ольга спрятала руку за спину.

– Насколько я помню, – обратилась она к Кате, – на брудершафт мы с вами не пили.

Кузен с подругой прыснули.

Катя смущенно пробормотала:

– Вижу, за меня тут взялись.

Именинник нахмурил брови.

– В лоб схлопочите! Оба!

Наклонившись, Сергей подставил темечко.

– От тебя стерплю.

Ольга встала с ним рядом и также подставила лоб.

– О’кей, – сказала она, – щелкни по-братски.

Все рассмеялись и сели наконец за стол.

И как-то само собой получилось, что Катя оказалась в фокусе общего внимания: застольные разговоры велись с учетом ее реакции. Даже подруги кузена Гоши и школьного товарища Эдика довольствовались ролями второго плана. Именинник был на седьмом небе. И смотрелись они с Катей, как на обложке журнала: сногсшибательная молодая пара, словно созданная для покорения вершин.

Из присутствующих только Серж Макаров, сидящий между Ольгой и Диной, с подчеркнутой галантностью ухаживал за своими дамами и не упускал возможности поддеть новоявленную звезду. Когда, к примеру, Валентин с энтузиазмом завел разговор о балете « Бахчисарайский фонтан» в постановке Голейзовского и Катя посетовала, что спектакля, увы, не видела, только либретто читала, – Серж не преминул заметить:

– Нет худа без добра.

– Ты о чем? – Катя ждала уже от него пакости и, разумеется, дождалась.

– О том, что вы все же прочли либретто. – Местоимение «вы» Сергей подчеркнул особо. – Заодно и с Пушкиным познакомились. Конспективно.

– Ну, ты зануда! – улыбнулась слегка захмелевшая Катя.

– Возможно, – кивнул Серж. – ВАМ виднее.

Когда салаты и закуски понесли ощутимый урон, решено было сделать перерыв: кому перекурить, кому ноги размять, кому другое прочее. Сергея и Дину сестра именинника вновь отыскала на кухне. Дина выглядела потерянной.

– Не выпадай в осадок, – шепотом урезонивал ее Сергей. – Твои шансы зависят от тебя. Будешь корчить такие рожи…

– Макаров, иди в задницу! – огрызнулась Дина. – Против нее шансов у меня ноль. Разве что могу отступить с достоинством.

Сергей поправил на ней очки.

– Дурында и трусиха. Вот она бы не отступила, – кивнул он на стоявшую в дверях Ольгу.

– Факт, – с готовностью подтвердила девочка.

– Учись, – обратился Сергей к Дине. – Веди себя грамотно, друзья тебя не оставят. – Глаза его странно сверкнули. – Друзья помогут обязательно.

Это обещание почему-то Ольге не понравилось. Резко развернувшись, она устремилась в ванную и заперлась, чтобы собраться с мыслями. Девочка вдруг поняла, что с этой субботы вся ее жизнь пойдет наперекосяк.

                                     * * *

– Оля, очнись, – произнес капитан Хомяков. – Оставь свою ленту в покое и просмотри список.

Ольга взяла у него листок с фамилиями.

– О’кей, давай проверим. – Она принялась читать скороговоркой: – Сергей Петрович Макаров, угу. Валентин Николаевич Ляшенко… Стоп! Ляшенко – наш продюсер, в день пожара его не было.

– Знаю, – кивнул Хомяков. – Читай дальше.

Ольга забормотала, водя ноготком по списку.

– Михаил Зиновьевич Ласкин, угу. Петр Степанович Самойлов…

– Можно без отчеств, – ввернул капитан милиции.

Ольга погрозила ему кулаком.

– Еще разок перебьешь, сотрудничать не буду! – И вновь уткнулась в список. – Так значит… Петя Самойлов, супруги Елецкие – Саша и Лера, угу. Алинка и я, правильно. Колоколина Вера Максимовна, – это имя Ольга произнесла с брезгливостью. – Она, Виталик, не из наших.

– Какая, блин, разница? – отмахнулся Хомяков. – Главное, была она в субботу или не была.

– Была, но она не балерина, а художник по костюмам и декорациям. Имей в виду на всякий случай.

– Поимею. – Капитан сделал в блокноте пометку. – Кто еще?

– Леша Галахов. Точно как в аптеке.

– Никого не пропустили?

– Как сказать. Была тут одна милая дама. Как раз перед пожаром они с Макаровым бурно выясняли отношения. Причем именно в «дебрях», в гуще декораций.

Хомяков едва не подскочил в кресле.

– Откуда знаешь?

С кривой усмешкой Ольга теребила концы своей красной ленты.

– Не подглядывала, если ты об этом. Там такой ор стоял – дом содрогался.

– Интересный поворот! – Хомяков черкнул в блокноте. – Кто она такая, известно?

– Брошеная женщина, и этим все сказано. Пришла, милашка, отношения выяснять. От бурных ее чувств загореться могло без поджога.

– Без поджога, Оля, не по нашему ведомству. А балетмейстер ваш тоже орал?

Ольга хихикнула.

– Кто? Макаров? Сколько его знаю, он в любых ситуациях спокоен как удав. Если в процессе расследования, Виталик, ты выведешь его из себя, ставлю французский коньяк.

Хомяков покачал головой.

– Лучше водку: от коньяка уши потеют. Имени этой брошенной женщины не знаешь?

Ольга помедлила с ответом.

– Катя Митина. Екатерина Васильевна то есть.

Хомяков повел носом, как взявшая след борзая.

– Она тоже балерина?

– Екатерина Васильевна, – скривила губы Ольга, – владеет рестораном. Сдались ей наши танцульки.

Капитан возбужденно строчил в блокноте.

– Что за ресторан? Адресок дашь?

Ольга кивнула.

– Запросто. – Она продиктовала название ресторана и его адрес. – Если подсуетишься, – добавила она, – наверняка ее там сейчас застанешь.

Хомяков собрал бумаги в папку.

– Еще как подсуечусь. Спасибо.

Ольга поднялась.

– Всегда пожалуйста. Считай мы напарники.

Капитан направился к выходу.

– Ловлю на слове.

С улыбкой Джоконды Ольга вернулась в зал.

Танцоры с худруком отдыхали на скамье. Взоры обратились на вошедшую.

Остроносый парень с «хвостом» на затылке осведомился:

– Мент жив?

– Спровадила, – усмехнулась Ольга.

– Куда?

– На кудыкину гору.

Балетмейстер, подпирая стену плечом штангиста, негромко заметил:

– Вряд ли мы отделались так легко.

Капитан Хомяков тем временем, щурясь под апрельским солнцем, осмотрелся на ступеньках театра.

Располагался этот театр балета в облезлом заводском ДК, отреставрированном частично, однако требующим еще немалых финансовых затрат.

У входа висел рисунок танцора с комичной рожицей, топчущего надпись «Театр «Балбес». Рисунок был выполнен тушью и прикрыт прозрачной пленкой: знай, мол, наших. В воздухе благоухала весна.

Хомяков достал сотовый телефон, набрал номер и бодро произнес:

– Салют, Евгений Борисович.

– О, какие люди! – отозвался следователь прокуратуры. – Нашел поджигателя?

– Ну, блин, вы даете! Пока все только запутывается.

Оптимизма в голосе следователя поубавилось.

– Шутишь? Я думал, ты там раз-два и…

– Евгений Борисович! Я осматривал место пожара через четыре дня…

– Знаю. Короче.

– Не перебивайте: у меня аккумулятор садится! – разозлился Хомяков. – На месте пожара через четыре дня, блин, я обнаруживаю паклю, смоченную бензином. Пакля завернута в обгоревший платок с вышитыми инициалами «С.М.» Сечете фишку?

– Нет. Что за «С.М.»?

– Евгений Борисович, «С.М.» – наверняка Сергей Макаров. Наш славный покоритель огня. – Хомяков расправил сутулые плечи. – Теперь сечете? Балетмейстер, значит, поджег и сам же потушил, только платочек свой забыл прибрать. Такой вот лох замшелый. Похоже, кто-то хочет, чтобы мы так подумали.

Следователь пробормотал:

– Н-да, пирожок с хреном!

Прижимая к уху телефон, Хомяков шагал к своему латаному «фольксвагену».

– А вы говорите «раз-два». Ладно, я погнал это разматывать. Передайте благодарность Тюне.

Следователь вздохнул.

– И куда ж ты погнал?

– Из театра «Балбес» в ресторан «Ностальгия». – Капитан ОВД сел в машину.

– Зацепка появилась? – оживился следователь.

– Зацепка, не зацепка – на «раз, два» рассчитывать не стоит.

Отключившись, Хомяков завел мотор. Латаный «фольксваген» покатил по указанному Ольгой адресу.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8