Валерий Самойлов.

Операция «РЫ», и другие приключения капитана дальнего плавания Гурова



скачать книгу бесплатно

– Положили трубку… Барыги! Только время потерял. Блин! Никто не хочет делать предоплату. Привезите…

– Что ты там бормочешь, дорогой? – раздался голос Авроры.

– Кидалово сплошное! Привезите, тогда оплатим, говорят.

– А ты?

– Послал!

– А они?

– Тоже послали. А еще братья-славяне! В Молдавию поставлю – те созревают на предоплату за двести двадцать долларов тонна.

– Думаешь, получится? – с сомнением в голосе произнесла Аврора.

– Если получится, это будет первая сделка.

– Как же ты продаешь то, чего лично у тебя нет?

– В этом и состоит коммерция: кто-то хочет купить, а кто-то не умеет продать. Вот тут мы и появляемся.

– Кто это – мы? – всерьез заинтересовалась супруга капитана, для которой, как и для многих других доблестных представителей бывшей Совдепии, был непонятен этот, так называемый, «бизнес».

– Не люблю это слово, но тебе Аврора, так и быть, скажу – «посредники»!

Ей тоже не понравилось это слово, вследствие чего она произнесла:

– Был бы толк! А то звонишь, звонишь… Деньги переводишь. Посмотри на счета за телефон. Нас скоро отключат, а за новое подключение придется также платить.

– Ну, а как еще можно заработать деньги?

– Не знаю. Ты у нас коммерсант.

– Я пока обычный безработный, не более того! И потом – прежде чем что-то заработать, надо сначала что-то вложить.

– Скоро нечего будет вкладывать.

– Значит, мы банкроты.

– Замечательно! – с досадой сказала Аврора, выгребая из импортной шкатулки мелкие долларовые купюры – остатки прежней роскоши. – Все потратили и стали банкротами!

Гуров сделал круг почета по своей мореманской кухне, взглянул на «долляры» и тут же выдвинул очередное коммерческое предложение:

– Надо Данеку позвонить в Польшу!

– Позвони лучше этому, своему, бывшему военному. Дешевле будет.

– Николаю, капразу?

– Капразу – унитазу! Звони, давай!

– Милая! Капраз – это капитан первого ранга. Хоть и в запасе, но все равно звучит хорошо: кап-раз!

– Ходят слухи, что он с немцами общается, – вставила супруга, всерьез озабоченная финансовыми проблемами.

– С чего ты это взяла?

– Та с женой его Наташкой как-то в супер-маркете в очереди к кассе пообщалась.

– Что, прямо таки с немцами?

– Вроде…

– И молчала?

– Вот, вспомнила и говорю.

– Ну, раз вспомнила, пожалуй и позвоню, – согласился капитан с менее затратным деянием.

Он набрал телефонный номер своего давнего школьного приятеля Николая Одинцова. Тот недавно уволился из вооруженных сил и искал себе заработок как мог. В данный момент он пытался примкнуть к Музею Мирового Океана, где с недавних пор ошвартовалась на вечную стоянку дизельная подводная лодка Б-413. Она выставлялась как экспонат и для ее содержания, а также безопасности, требовался надежный подводный командир. Зарплата планировалась небольшая, поэтому он еще не определился и внимательно изучал обстановку.

Субмарина была дизельная, а он служил на атомных – возникала некая несовместимость. Одинцов поднялся по вертикальному трапу в боевую рубку и принялся за перископ, проворачивая его поочередно влево и вправо. Со стороны новоиспеченный военный пенсионер смотрелся неплохо. Это был, можно сказать, еще молодой человек, местами лысоватый, но с погонами аж капитана первого ранга. Повращав перископ, он спустился обратно вниз в центральный пост подводной лодки. Там уже обосновался один офицер-пенсионер из подводников, который пытался научить службе на субмарине гражданского паренька, взятого прямо с биржи труда:

– Матрос, почему вы все время опаздываете, да еще и без разрешения врываетесь в центральный пост? Выйдите и снова зайдите!

Парнишка, выходя в другой отсек, возмутился сам себе:

– Выйдите, зайдите, выйдите, зайдите, Windows какой-то…

Он развернулся в обратную сторону, как только что научили через левое плечо, и повторно произнес:

– Разрешите войти?

– Войдите, наконец, матрос Пупкин…

– Сплошной Windows…, – шепотом сказал паренек, ухватился за рукоять люка и с грохотом влетел в центральный пост.

– Щас ты узнаешь и про Виндоуз, и про гальюн! – это были последние слова, которые услышал Одинцов из центрального поста субмарины, прежде чем закрылась переборочная дверь.

Вскоре капраз появился на металлическом корпусе подводной лодки и спустился на берег по трапу. На причале его окликнула девушка блондинка:

– Товарищ командир, скажите, а море красивое?

– Не знаю, – сурово ответил Одинцов. – Я – подводник!

Девушка расширила в изумлении глаза и осталась стоять у трапа подводной лодки, не решаясь подняться на борт субмарины и осмысливая сказанное человеком в морской форме. Тут как раз и раздался звонок капитана Гурова.

– На связи! Кто это? – ответил капраз на звонок и пошел вдоль причала.

– Здравия желаю товарищ капитан первого ранга! – прокричала телефонная трубка.

– Кто? Кто это говорит?

– Баковым на бак! Ютовым на ют! – раздалось в трубке.

– Ба-а-а! – Одинцов узнал по голосу пана-капитана. – Никак сам Гуров звонит? Здра…

– Ур-р-ра! Ур-р-ра! Ур-р-ра! – громко на весь причал раздалось очередное телефонное приветствие.

– Уря-я-я! – вяло отреагировал Одинцов.

– Привет, капраз! Не разбудил?

– Да, вроде нет! Бодрствую!

Одинцов, в отличие от Ивана Ивановича, в свое время поступил не в гражданскую мореходку, а в военную. Он дослужился до капраза – капитана первого ранга, и уволился с полной пенсией под квартиру. Иначе говоря, освободил свою должность блатному офицеру-северянину, потребовав взамен квартиру. С жильем было туговато, но начальство нашло возможность выделить из резерва трехкомнатную хату. Одинцов уволился. Сделка состоялась.

– Как поживаешь, капитан?

– Спасибо, хреново! – откровенно признался Гуров.

– Что так?

– Сам понимаешь, нас коммерциям не учили. Тебя учили Родину защищать! А меня – рыбу Родине добывать!

– Было дело… Над чем работаешь, капитан?

– В основном, над собой, Коля. Послушай, мне тут сорока на хвосте принесла, будто ты с немцами якшаешься. Что-то замышляешь?

– Да это какие-то польские немцы?

– И с поляками?

– Теперь они немцы.

– А… Я понял, эти немцы – бывшие поляки?

– Где-то так.

– Андэстэнд! Так как, капраз, обсудим?

– Я воль! Почему, нет? Но пока одни разговоры. Я говорю – деньги давай, инвестируй, понимаешь. А они – давай гарантии и все! Какие я могу дать гарантии, когда у нас каждый день все меняется! Причем, в худшую сторону. Тогда, говорят, покупай по предоплате. Где же я, пенсионер, деньги возьму? Сложно даже с польскими немцами…

– А с натуральными поляками не пробовал?

– Нет. Но говорят, с ними ненадежно. Обманывают, мол…

– А кто ныне не обманывает? Думаешь, твои так называемые немцы не обманывают? Еще как! У них в Германии прибыль три-четыре процента – уже «гуд». А у нас они уподобляются «новым русским» – не менее пятидесяти процентов!

– Пятьдесят ты загнул, а вот тридцать – реально!

– Так как, капраз, обсудим?

– Что ж не обсудить…

– Тогда причаливай ко мне, кофейку попьем.

– Добро! Буду через полчаса.

В кают-компании капитана дым стоял коромыслом. Можно было «топор вешать». Одинцов, как некурящий, открыл окно.

– Блин, это ж газовая камера! Чем ты дышишь Ваня?

– Щас выветрится, не переживай!

– Я-то что, как супружница твоя такое выносит?

– Так она и надымила… На пару со мной.

Моряки расположились друг против друга за штурманским столом, на котором, в нарушение всех корабельных правил, появились две чашечки кофе, сахарница и плетенка с сухарями.

– Во, возьми с сухариком, капраз!

– Зубы не те. Я так попью, без ничего.

– Мои клыки, – радостно сообщил Гуров, – еще держатся.

Он постучал по зубам пальцами, издав звук, напоминающий какую-то мелодию. Затем, уловив, что Одинцов создает волну в чашке и она вот-вот выплеснется наружу, капитан протянул ему салфетку и сказал:

– На, подстели, а то прольешь на царицу морей!

– На Британию, что ли?

– Во-во, на ее самую, Великую Британию!

– Да ты никак – поэт!

– Станешь тут поэтом! Сидим без копья.

– Я тоже пока ничего не заработал, – сообщил Одинцов радостную для капитана весть. У них давно шло соревнование между семьями по материальной обеспеченности, признанным фаворитом которого всегда был Гуров. Но времена изменились, и теперь капитан ревностно следил за гражданским бытием своего друга, боясь от него отстать.

– Ты хоть пенсию получаешь, – заметил капитан, осознав наконец, что по этой позиции он уж точно проигрывает капразу.

– Говорил тебе – иди в военные, – не без иронии ответил Одинцов, уразумев свое нынешнее преимущество.

– А-а-а, когда это было! В те времена я был на коне – не то, что сейчас. Этого Горбачева…

На лице капитана отразился такой гнев небесный, что он чуть не задохнулся в собственной ярости. Одинцов же не преминул напомнить о минувшей эпохе «застоя»:

– Не знаю, не знаю… Вам-то, морякам заграничного плавания, неплохо жилось. А мы бегали по толкучкам за каждой шмоткой. На Севере, помню, придешь с морей, уставший… И в очередь – за колбасой. Нет, сейчас все же лучше! То, что он упустил власть и развалил Союз – это да! Виноват! А в остальном прекрасная маркиза, все хорошо, все хорошо…

– Ладно, бог с ним, с Горбачевым. Давай ближе к нашим делам. По рюмашке?

– Я за рулем.

– Я тоже.

– Не ври! – раздалось за стеной.

– Эй, там, за переборкой! – громогласно провещал Одинцов. – Ходи сюда!

– Привет, капраз! Вы что там собрались, водку пьянствовать? – из-за стены снова послышался голос жены Гурова.

– Привет, красавица! – ответил Одинцов. – Что за деловые переговоры без ентого дела?

– Вот я вам!

– Шутим, любезная моя, – подытожил капитан, – шутим. Нехорошо через переборку. Зашла бы уже!

– В кухне появилась Аврора с распущенными волосами, не накрашенная, в коротеньком халате.

– Чо в негляже? К тому же, не накрашенная! – недовольно заметил капитан, считавший свою супругу чуть ли не Барбарой Брыльской.

– Научись говорить, прежде чем мне замечания делать – чокаешь! – парировала Аврора.

– Огурцов порежь и мей би фри – можешь быть свободной! – скомандовал глава семьи. – Женщина на борту – сама знаешь… Одни неприятности от нее.

– Я пока еще в своей квартире, – возмутилась Аврора. – Будешь выступать…

– И что? – перебил капитан, готовый тут же броситься в словесную атаку.

– Мне уйти или как? – вклинился в семейную разборку Одинцов, вставая из-за стола. Пара наконец угомонилась. Аврора порезала огурцы, налили всем, включая себя, по рюмочке водки с золотым корнем, заглотила свою порцию и, бросив напоследок дежурную фразу: «Та пошли вы в…», удалилась восвояси.

– Видал? – не успокаивался капитан. – Им только дай! Приняла на грудь и… сразу всех послала.

– Ладно тебе, Иван. Хорошая баба, симпотная.

– Да я и сам знаю… Ну что, поехали!

– Я вам сейчас поеду! – вновь прозвучало за стеной.

– Ты не так поняла, Аврора, – пояснил Одинцов. – Мы не в смысле «поехали по второй», а в смысле работы. Понимаешь?

– Мне-то что? Пейте! Хоть упейтесь! – не унималась Аврора.

– Пойти прибить ее, что ли? – обреченно произнес капитан.

– Брось! И моя такая же. Только…, – вдохновенно сказал Одинцов, показав Гурову указательный палец.

– Что только? – сходу заинтересовался капитан, выпучив глаза.

– Моя…, – заметил капраз под дикциею Сталина, – с военно-морским акцентом!

– Это как это?

– А вот так это. К-а-ак загнет трехэтажным… Мать твою перемать! Хоть стой, хоть падай! А недавно меня пытала…

– Садо-мазо? – спросил с ухмылочкой Гуров.

– Пытала, в смысле уточняла. Ты, говорит, сколькими языками владеешь? Я ей отвечаю: тремямя – русским, командирским и матерным. Она поправляет: двумямя, дорогой, двумямя, потому что командирский и матерный – это одно и то же.

– Во как! Двумямя говоришь? Х-ха!

– Ну их, баб! Давай ближе к теме. Каков твой коммерческий замысел?

– Ты как на учениях: замысел, план, средства выполнения.

– Только так. Мы, бывшие военные, большая находка для коммерсантов. Все должно быть четко спланировано и жестко выполняться.

– В принципе, меня твои подходы вполне устраивают. Более того, если мы доживем до создания совместной структуры, я готов поддержать твою кандидатуру на должность директора.

– Спасибо за доверие, но я пока не созрел для этой должности – слабо знаю бухгалтерские дела. Вот исполнительным директором – с этим я бы справился!

– Не прибедняйся, капраз! Потянешь и гендиректора, а главбух – на то и главный бухгалтер, чтобы помогать разбираться в лабиринтах бухучета. Главное – что? Вовремя уловить изменения в законодательстве, уйти от штрафов. Что такое налоговая инспекция? Это организация, которая не учит, не предупреждает об изменениях в бухучете или отмененных задним числом льготах. Это организация, которая штрафует, штрафует, штрафует… «Вы читали «Экономику и жизнь» за такой-то месяц? Не читали? Так пойдите почитайте! А пока получите штраф!» Вот, капраз, что такое налоговая инспекция. Справиться с ней может либо очень опытный бухгалтер, который днем и ночью бдит за изменениями в налоговом законодательстве, либо… ты покупаешь своего налогового инспектора, прикармливая его презентами – в этом случае, он просто «не замечает» твоих ошибок или предупреждает о их наличии. Ты как бы сам их обнаруживаешь и оплачиваешь разницу за весь период со дня очередного новшества – в этом случае штраф не начисляется. Ну как, я тебя убедил?

– Темный лес, – честно признался капраз в своей некомпетентности. – Но разобраться можно. Мы же не от сохи оторвались, как-никак кораблями командовали – ты гражданским, я военным! Неужто не справимся с коммерцией?

– Та справиться справимся! Деньги надо! У меня башка набита всякими, как ты говоришь, замыслами. А толку? Без финансов мы обречены на бездействие. Без финансов мы поем романсы, ты, кстати, слыхал последнее:

 
Да, я стар, но я пою,
И мой голос изменился.
А бывало на заре,
Он с такою силой лился.
Где же вы 16 лет,
Где же юность ты моя,
В ряд морщинки залегли,
Поседела голова…
И-и-и!
 

Капитан произвел жест дирижера, и они запели вместе:

 
Где же вы 16 лет,
Где же юность ты моя,
В ряд морщинки залегли…
 

Капраз приложил руку вместо фуражки к «пустой» голове и они дружно завершили песню, поменяв слово «поседела» на:

Облысела голова…

На последней фразе оба синхронно погладили свом лысины и пролысины. Тут же появилась голова Авроры с комментарием:

– Лысые болваны! Уже, спелись и нажрались?

– Что ты, Аврора, – убедительно сказал капраз. – Слова хорошие.

– Сам он придумал или ты помогал? – поинтересовалась Аврора и, не получив ответа, исчезла также быстро как и появилась.

– Жизнь придумала, – задумчиво произнес Гуров. – Так я и говорю, без финансов мы поем романсы. Так что твои партнеры?

– Вот почитай – факс прислали.

Капитан взял свернутую в трубочку факсовую бумагу, развернул ее и разложил на штурманском столе, прижав сворачивающиеся углы листа специальными штурманскими грузиками.

– Как у тебя все предусмотрено! – не сдержал своего восхищения Одинцов.

– Испанцы подарили, а к ним еще календарь с голыми тетками. Криминал, по тем временам… Итак, читаем по-латински… Автомобили «Фольксваген», «Опель», «Форд» немецкой сборки. Цены-то крутоваты!

– Они же новые!

– Капраз, ну ты даешь! Кто ж у нас новые автомобили купит? Банкиры? Так они «мерса» возьмут или «бэху». Причем сами возьмут, напрямую, да навороты затребуют – бронированные стекла, квадро-звук, кожаный салон и так далее. Остальной народ сегодня, в начале девяностых, не настолько богат, чтобы брать новые авто. Нам нужны бэушные машины – они дешевле, имеют хороший товарный вид, предпродажную подготовку. Учитывая состояние их и наших, считай, если на спидометре восемьдесят тысяч километров, значит наших будет тысяч восемь-десять! Почти новая машина.

– Откуда такая уверенность? – поинтересовался капраз.

– Оттуда!

– Ну да, ты же на Западе бывал, и не раз. Насмотрелся.

– Не только насмотрелся, но и накатался. У них прокат хорошо поставлен, а у нас его совсем нет. Нам пока это не дано – стыбрят весь прокат.

– Там тоже воруют машины, но как-то справляются с этим явлением. Ворованные машины чаще всего появляются в Польше и Литве, а оттуда они попадают на необъятные просторы России.

– Ну и бизнес мы с тобой выбрали, капраз!

– Надо же с чего-то начинать, капитан!

– Где будем ставить машины?

– А что, уже есть машины? – вопросом на вопрос ответил Одинцов.

– Это моя проблема – машины будут! – убедительно произнес Гуров.

– Есть у меня на примете местечко – в самом центре города, на территории воинской части. Командир – мой приятель. Договоримся.

– А нас не попрут, капраз? – на всякий случай уточнил Гуров.

– А это уже моя проблема, – уверенно отрапортовал Одинцов. – В «военке» сейчас с финансами туговато. Командирам частей временно разрешили заниматься коммерческой деятельностью.

– Временно?

– Не переживай! Если у части появятся лишние деньги, они пустят их на улучшение быта личного состава, закупку овощей и фруктов. Кто же от этого откажется? Посмотри на ДОФ – дом офицеров флота. Все этажи позанимали фирмы. Сейчас такие тарифы за электроэнергию, всякие там НДСы – у вояк нет денег на содержание собственных зданий и территорий.

Капитан встал, пошурудил в карманах, достал сигареты «Прима» и закурил.

– Не возражаешь? – спросил он у Одинцова.

– Травись.

– Я в курсе ДОФа. Гуд! Теперь остается самая малость – найти машины. Позвоню в Польшу приятелю, Данеку – думаю, он согласится.

– Может, не стоит с поляками? – еще раз усомнился Одинцов.

– Еще как стоит, – вдохновенно сказал Гуров. – Как ты не поймешь? Все, что у нас происходит – это Польша вчера! Они раньше к этому пришли. Но они такие же как мы, и почти каждый говорит по-русски. С Данеком я быстро договорюсь. А вот с польскими немцами долго еще будем переговариваться.

– Я, собственно, и не возражаю, – утвердительно сказал Одинцов.

– Вот и решили! Ты займись оформлением стоянки, а я организую встречу с паном.

– Как он сам-то?

– Не переживай! Он не из тех, что ты думаешь. Это серьезный, состоятельный поляк. Кстати, наш МГУ окончил и подруга у него русская.

– Добро! Баковым на бак! Ютовым на ют! По местам стоять, с якоря сниматься!

– Давай отчаливай, капраз!

– Созвонимся, господин капитан!

Моряки разошлись, как в море корабли. Один поехал в воинскую часть, другой стал названивать в Польшу. Вечером подводили итоги:

– Как успехи, капраз?

– Все в порядке! Будем отстегивать командиру, и проблем не будет. Там у него площадка на сто автомобилей, гаражи, мойка…

– Неплохо, совсем неплохо.

– А как у тебя?

– Данек будет в субботу. Прикинь ТЭО.

– А это, что за зверь? – не понял Одинцов, пока еще мало знакомый с производственными терминами.

– Технико-экономическое обоснование, – пояснил Гуров. – Надо, чтоб все было красиво.

– Все будет четко, аккуратно – по-военному!

– Хорошо, капраз! Но чтоб не от руки. Напечатай – иностранцы любят все печатное. Штамп какой-нибудь, ляпни. Есть штамп?

– Сделаем, шеф!

– Как стоянка? Имеет товарный вид?

– Все путем! Там сейчас бойцы вылизывают асфальт до умопомрачительного блеска, кустики стригут и все такое. Короче говоря, два солдата из стройбата заменяют экскаватор! Будет, как в лучших домах Лондона и Парижа. Единственное – надо будет скинуться на домик для сторожей, провести телефон, купить прожектор и огнетушители. Без затрат не обойтись.

– Сколько надо? – моментально напрягся капитан, для которого вопрос о затратах на данном жизненном этапе являлся не желательным и трудновыполнимым.

– Долларей семьсот, не меньше.

– Сами наскребем?

– У меня есть…

– И за меня внеси, – быстренько вставил Гуров, не давая опомниться Одинцову. – Потом сочтемся. У тебя хоть пенсия, а я на мели.

– Ладно, проинвестирую, – нехотя согласился Одинцов, понимая, что по-другому варианту организовать бизнес не получится.

– До встречи в субботу, капраз!

– Абгэмахт, капитан! Что означает – договорились!

Одинцов положил телефонную трубку не в лучшем расположении духа – предстояло объяснить своей второй половине, почему именно они должны понести эти затраты.

Гуров положил свою телефонную трубку в приподнятом настроении. Ему удалось вклиниться в бизнес с минимальными затратами, сводившимися лишь к стоимости одного телефонного звонка в Польшу.

Глава вторая
В дело вступает Данек, или автобизнес по-русско-польски

К приезду поляка все было готово. Стоянка функционировала. Место было выбрано действительно удачно и уже в первую ночь заполнилось автомобилями из ближних домов. У Гурова давным-давно была оформлена фирма ТОО – товарищество с ограниченной ответственностью. Сам он называл ее “товариществом безответственных”. Одинцову нравился этот тонкий коммерческий юмор, но он еще не был готов к различного рода манипуляциям и махинациям. Зато Гуров подготовился к этому в процессе прежней производственной деятельности – не воровать он уже не мог, это стало привычкой. Господин капитан за одну минуту состряпал второй журнал и таким образом обезличил половину стоящих на автостоянке машин. Квитанции к приходным кассовым ордерам выдавались без номеров. По истечении недели официальная часть квитанций нумеровалась и проводилась по бухгалтерскому учету. Оставшаяся часть квитанций создавала так называемый “черный нал” – неучтенные наличные финансы, шедшие на взятки и себе в карман.

К стоянке быстро привыкли, и все желающие имели возможность выставить свою машину на продажу. Гуров быстренько оговорил условия: с каждой проданной фирмой машины – двести долларей в карман без всяких там договоров и квитанций. Владельцы соглашались и спокойно ждали звонка для вызова к покупателю.

Постепенно объем услуг, предоставляемых стоянкой, расширился. Сначала одна из фирм, оформляющая куплю-продажу автомобилей, предложила свои услуги и скидки для клиентов стоянки. Другая фирма, предвидя наплыв автолюбителей, предложила реализовывать масла и запчасти к иномаркам. Третья просто выставила два новых джипа, от продажи которых планировалось положить в карман уже по пятьсот «долларей». Четвертая, имевшая свои выходы на таможню, предложила не толкаться в бесконечных очередях, а за определенную мзду растамаживать автомобили в течение часа с момента поступления документов. Местное ГАИ, работникам которого “толкнули” по дешевке пару древних “Опелей”, согласилось открыть пункт постановки и снятия с учета, выделив для этого инспектора. Короче – к встрече поляка моряки подготовились основательно.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6