Валерий Марченко.

Афган: разведка ВДВ в действии. Мы были первыми



скачать книгу бесплатно

– Не задави, пакуй как надо.

– Да он хлипкий, товарищ лейтенант.

– Не бурчи, Миша, делай, как надо.

Разведчик спеленал пленного вонючей грязной чалмой. На шею накинул петлю-удавку, свободным концом подтянул к затылку связанные за спиной руки.

Пленный был старше средних лет. Далеко не юноша. Он явно испытывал боль, которую ему причинили два мастера спорта по вольной борьбе. Миша верно подметил – хлипок, но лишь бы не отдал концы раньше времени…

– Сколько осталось, товарищ лейтенант?

– Немного, Прокопенко, держись! Проскочим ущелье и – дома!

– Это ж километров шесть? Ага?

– Не больше. Подъём. Уходим к подножью гряды, слышишь меня, Ивонин?

Ефрейтор смотрел в другую сторону…

– Товарищ лейтенант…

Я уже видел мигание фонарика на Чёрной горе. Мерцающие блики, пронзая ночную темень, летели в пространство: серия сигналов на передачу – пауза и обратно – приём информации корреспондента.

– По нашу душу сигналят, товарищ лейтенант, не иначе…

– Прицел!

Передача информации из кишлачного массива к Чёрной горе, вне сомнения, результат захвата «языка» и принятие противником мер к перехвату группы до выхода к боевому охранению. Скорее всего, в кишлаке обнаружили убитых. Пора по-настоящему уносить ноги.

– В тылу порядок, товарищ лейтенант, – доложил старший дозора.

– Хорошо, Андрей! Засада очевидна как никогда! Проскочим ущелье? – Хорошо! Не успеем? – «Духи» закроют его, и хреново придётся. Ясно?

– Ясно!

– Ладно, ещё повоюем! Вперёд!

Изнуряющий бег продолжался, кажется, целую вечность, обжигая лёгкие хриплым дыханием. Утопающие в снегу ноги заплетались.

– Подменить, Миша?

– Ещё подержусь, – выдохнул разведчик.

– Но резче, Миша, резче, ущелье уже видно…

Пот заливал глаза. Горсть снега в лицо и – бегом, бегом, бегом…

– Три минуты привал.

Упали. Оглянулся на Нищенко, прикрывшего с Ивановым и Орловым тыл, – парни держались.

Вспомнился разговор душманов, рассуждавших об оружии, не иначе готовили в Кабул. Затеяли что-то. Нашего «духа» – кровь из носа надо донести до штаба дивизии живым – ему есть чем поделиться с нами. Однако пора.

– Вперёд!

Встали и побежали к расщелине на стыке хребтов – ключ к жизни и смерти разведывательной группы. На фоне снежной долины паймунарская гряда виднелась сказочным чудовищем. Её оконечность, примыкая к Чёрной горе, и образовала узкий проход к боевому охранению. Преодолеем его без помех – через час обнимем десантников заставы, нет – сложим головы в «огневом мешке».

Не пройдёт и месяца, как 29 февраля 1980 года, в первой Кунарской операции под Барикотом мятежная часть особого назначения горных стрелков афганской армии осуществит вариант засады «огневого мешка» в отношении усиленного 3-го парашютно-десантного батальона 317-го полка. В жестоком бою погибнет 35 десантников и столько же получат ранения. Этим батальоном мне посчастливится командовать через семь лет в моём «втором» Афганистане…

Опасность достигла предела! Принял решение вывести группу к скальной основе гряды, где, укрывшись в её тени, незамеченными выйти к ущелью.

Пропустив разведчиков, тащивших пленного, подтолкнул «духа» стволом автомата. Ослабли ребята. Падали в снег, вставали, но шли вперёд, «заплетаясь» ногами.

– Смените парней, Сафаров.

Сергей с Геной опять подхватили душмана.

– Слушайте оба! Если ввяжемся в бой, к боевому охранению выходите самостоятельно, отход обеспечим, но «духа», Сергей, сберечь!

– Ясно, товарищ лейтенант.

– А где у него обувь?

Показалось, что душман «чешет» по снегу без обуви. Нет, в сандалиях. М-да, в шлёпках воевать – извините меня! Впрочем, ноги его не нужны, а вот голову сберечь обязаны.

У подошвы гряды огляделся. Если «духи» вышли к Чёрной горе, «оседлав» проход, лучшего места для засады не придумать! Расщелина вызывала тревогу.

Вот и горловина прохода между хребтами. Тишина. Корочка наста скрипела под ногами, высвечиваясь синеватым блеском от кое-где видневшихся звёзд. Морозно. Слипались ресницы.

– Как, Кибиткин?

– В порядке, товарищ лейтенант.

– Держись, парень, – привал.

Упали. Группа захвата с пленным лежала, восстанавливая хриплое дыхание. Уткнувшись головой в снег, Баравков держал конец чалмы, которым был связан душман. «Язык», казалось, не подавал признаков жизни – нет, грудь поднималась от дыхания легких.

– Что перед ущельем, Андрей? Пройдись «ночником» по склону, который фронтом к нам, не очень нравится, для засады – «сказка»!

Ивонин осмотрел расщелину.

– Вроде нормально, товарищ лейтенант.

– Что, значит – «вроде»? Отчикают головы! «Вроде»! Смотри внимательней!

Изучив дефиле, Ивонин исправился:

– В порядке, товарищ лейтенант!

– Другое дело! У нас сегодня бенефис – понимать надо! Вперёд!

Опасность исходила от склонов хребтов. Если «духи» вышли на них, позволят войти в ущелье и обрушат огонь с нескольких направлений и ярусов сразу. Группа окажется в «огневом мешке» и конец – однозначный.

Тешился мыслью, не скрою, о том, что душманы не могли выйти быстрее нас и заблокировать ущелье. Не могли – и всё тут! Иллюминация, устроенная на Чёрной горе, безусловно, связана с нашим появлением в кишлаке. И сигнал на перехват группы адресовался или заранее подготовленной засаде, или имел иное значение. Противник физически не мог сыграть на опережение! Мы проскользнули в его тылы из-за паймунарского хребта за пятнадцать километров отсюда! Таким образом, у тарахейльских «духов» нет оснований считать, что «шурави», проникнув ночью в базовый кишлак, совершили дерзкий налёт и возвращались через узкие «ворота».

Тогда заблаговременная засада? – Хороший вариант… Но минус в том, что сейчас 15–18 градусов мороза. А это убедительный аргумент… Такой холод душманы не выдержат в горах в долгом ожидании группы. Менялись? – Могли. Но тогда их надо обнаружить раньше, чем это сделают они!

Ещё разок «прошёлся» ночным прицелом по склонам хребтов: камни, скалы, выработки, выемки, присыпанные снегом, – зацепиться не за что. Неужели чисто и работаем с опережением?

– Ивонин, с тобой – Ксендиков, Прокопенко, Яруков. Выдвигаетесь по левому краю ущелья. Не спускай глаз с обратного ската хребта! Ясно?

– Так точно.

– Главное – первыми увидеть «духов» и отсечь от группы шквалом огня! Как учили!

– Понял!

– Не получится – ныряешь под «козырёк». Свяжешь засаду боем. Сафаров, Пальцев, Гапоненко страхуют с правой стороны ущелья. Меня слышат?

– Так точно! – шепнул заместитель.

– Вам удобней вести огонь с правого плеча. Замысел ясен?

– Ясен, товарищ лейтенант.

– В бой не втягиваться – двигаться, отвлекать, пробиваться вперёд! На выходе жесткая оборона – поможете нам покинуть «гадюшник». Тылы прикроем!

– Ясно.

– За «духа», Гена, отвечаешь головой.

– Есть.

– Собраться на крайний бросок. Осталось немного! Никто, кроме нас!

– Никто, товарищ лейтенант!

– Вперёд, ребята.

Разведчики двинулись к ущелью. Скорее, это была глубокая расщелина метров двести длиной, соединившая две широкие равнины. С той стороны, в четырёх километрах отсюда, – наше боевое охранение. Точка выхода из тыла мятежников.

– Нищенко?

– Слушаю, товарищ лейтенант.

– Стволы подгруппы – на склоны хребтов!

– Понял.

Разведчики Ивонина, втянувшись под козырёк левой гряды, распластались, ожидая подгруппу Сафарова. Отлично! Чувствуя схему преодоления опасного участка, Андрей понимал, что вперёд вырываться нельзя – останется без прикрытия. Сейчас, как никогда, важен синхронный выход обеих подгрупп для решительного броска. Получилось. Сафаров вышел на исходный рубеж, высматривая «растяжки» мин или гранат.

– Игорь, ближе.

– Слушаю.

– Замыкаешь группу и держишь тыл. Если что?.. – Никого не оставить! Понял?

– Понял, товарищ лейтенант.

Наступила кульминация – есть засада или нет? Пять минут – тишина, семь – тишина… Сейчас, сейчас… Прикрыл глаза… Сейчас… Вечность прошла… Тишина…

Приложился к прицелу. Скаты хребтов, высвечиваясь зелёным фоном преобразователя, не вызвали подозрений. «Ну, что ж, вперёд»! – и пополз через заметённую снегом груду камней.

Какие-нибудь триста метров отделяли от долины перед боевым охранением. Прижавшись плечом к скале, осторожно вошёл в расщелину, не спуская глаз со склона хребта, вдоль которого прошли разведчики Ивонина. Оглянулся – Баравков тащил «языка», стараясь не споткнуться о камни. Присел, высматривая подозрительные места в припорошенных снежным зарядом скалах. Ущелье расширялось «раструбом», за ним – площадка, на которой разведчики Ивонина и Сафарова, заняв позиции, прикрыли выход группы в снежное поле. Вышли?

Плато встретило позёмкой. Ни секунды остановки! Вперёд, к боевому охранению! Громады хребтов исчезали за спинами, теряясь в пелене наступающего утра. Выбиваясь из сил, падали, вставали, опять падали, но упорно шли к своим, преодолевая последние сотни метров перед боевым охранением.

– Включайся, Кибиткин!

Включив радиостанцию, связист протянул гарнитуру:

– «Гора», я «03», прими «111», прими «111». Слышу! Передай «101-му» – обеспечить выход в «хозяйство» и получи подтверждение.

– Принял, «03», принял, – ответил связист Тютвина.

Как легко и свободно! «Вышли! Не легли под пулями “духов”! Значит, можем!» – подумалось в ожидании ответа Николая.

– «03», «03», я «Гора», «101-й» принял. Встречает! До встречи!

– Рад слышать, «Гора», пока, – не сдержал хлеставшие эмоции.

Вернулись!

– «База», я «03», вышел к «101-му». Задачу выполнил. Жду «коробочку», приём…

Глава 8

Подбежал начальник заставы.

– Валер, ребят напоим чаем, покормим.

– Спасибо, Сань. Сафаров, парней в землянку, а «духа» – на КП командира.

– Есть.

Хотелось самому взглянуть на результат адского труда, ради которого было затрачено столько сил, энергии, здоровья, нервов.

– Идем ко мне, – взял под руку Александр, – там разберемся.

Ног своих я не чувствовал, не слушались и подгибались. Опираясь на стенки траншеи, я шел за Александром в его «апартаменты», бухнувшись на табурет, вытянул онемевшие ноги. Неужели закончилась дикая гонка по снегу и можно прикрыть глаза? Усталость сковала тело, «вырубала» со стула.

– Валер, не упади, сейчас сообразим.

– Сообразим?

– А то!

Перед глазами стоял кишлак, снег, звук «бесшумника» с короткими «бзык» три раза и «духи», осевшие на землю. Шедший последним душман, возможно, увидел опасность и сделал движение к оружию. Не успел, проваливаясь вперед, на АК. Сходу не удалось вытащить ствол, так и остался он с хозяином в пролете открывшейся двери. Первые «духи» ничего не поняли – все развивалось стремительно…

Зашел солдат с паяльной лампой, гудевшей синим пламенем и приспособлением, на котором разогревалась пища, затем Сафаров с пленным.

– Распеленай его, Сергей.

Заместитель размотал чалму, которой спеленали душмана, усадил его на глиняный пол. Затекшие руки душмана повисли плетями.

– Присаживайся, Сергей, на скамейку.

Пленный, раскачиваясь, забормотал что-то невнятное.

– Что он лопочет?

– Молится, думает, что убьют.

– А что, хорошая мысль, так и скажи ему, будет молчать, прибьем и выбросим на помойку собакам, – сказал вошедший Александр.

– Ладно, спроси, как зовут, и попробуй «разговорить».

Сафаров перевел. Пленный оставил его без внимания, продолжая разговаривать с Аллахом.

– Может, лампой «пройдемся» по «духу»? – не унимался Александр.

– Не надо, товарищ старший лейтенант, – вмешался Сафаров, – он считает себя великомучеником и готовится к смерти, чтобы оказаться в раю. Физическое воздействие еще больше убедит его в этом, и мы от него ничего не добьемся.

– Во, бля… Ну, говори с «земляком».

Сафаров знает психологию мусульманина, подождем, не убудет. Вскоре пленный притих, огляделся, и я бы не сказал, чтобы он был чем-то напуган, взгляд, напротив, выражал достойное спокойствие.

– Сергей.

Сафаров заговорил с пленным душманом. «Борец за веру», согревшись молитвой или уютом землянки, отвечал не торопясь, взвешенно, пытаясь жестикулировать руками, покрытыми коростой.

– Он дехканин, товарищ лейтенант, живет в кишлаке, где схватили его.

– Ясно, спроси про оружие и когда он спустился с гор?

Сергей перевел, пленный пространно что-то объяснял: «куаст», «забистан» (горы, зима) и говорил бы еще долго, но Сафаров остановил.

– Короче так, товарищ лейтенант, в горах отряд около тридцати человек, все с оружием. В пещерах плохо – холодно, зима, мало еды, больные. Их командир сказал моджахедам, что скоро они в Кабуле выступят против русских и Кармаля. Отряд, спустившись с гор, сосредоточился в кишлаке, а сегодня днем под видом мирных жителей им приказано просочиться в Кабул. Оружие они спрятали в арбах под тюки с хозяйственным грузом. В городе их встретят.

– Спроси, кто те двое, что были с ним?

Сафаров перевел. Пленный ответил и замолчал.

– Ну что?

– Говорит, что они из одного отряда, готовили вьючных животных для поездки в Кабул. Утром собирались выехать.

– Сколько единиц оружия подготовили к переброске?

Сафаров перевел.

– 12 автоматов, два гранатомета, много патронов.

– Где планировали въехать в город?

– Здесь, – был ответ.

– Где – здесь?

– Возле заставы «шурави» безопасней.

– Почему?

– «Шурави» не досматривают машины, груженые повозки, а «сорбозы» проверяют и берут бакшиш.

– Спроси – сколько человек этой ночью спустилось с гор и находятся в кишлаке?

Пленный, разминая затекшие руки, ответил:

– Несколько отрядов по 20–30 человек в каждом. Вооружены.

– Ничего себе, – воскликнул я, – вот бы прессанули, вляпайся им!

Ответ «языка» вызвал холод не только в кишках, переглянувшись с Сашкой, мы поняли – пленный давал информацию особой важности.

– Товарищ лейтенант, «духовские» отряды к вечеру должны быть в Кабуле, – уточнил Сафаров.

– Понял, Сергей, понял.

В голове стучали молоточки – действия группы по варианту быстрого отрыва, возможно, спасли нас от гибели в снежной долине. Кто его знает, может, «духи» пытались устроить погоню, но опоздали с перехватом у Черной горы, впрочем, это уже из области лирики. (Пройдет чуть более года. Командуя разведывательной ротой 350-го гвардейского парашютно-десантного полка, именно здесь, в Тарахейле, я со своими разведчиками встречусь в бою с группировкой противника, которую мы будем уничтожать в течение нескольких дней. Будут раненые, убитые…) Сегодня же мы выполнили очередное задание командования по захвату «языка», чтобы получить информацию о намерениях противника.

– Сергей, ты понял, какого мы взяли «душка»?

– Да уж, товарищ лейтенант, – кивнул заместитель.

– Береги его, как зеницу ока, и держи рядом с собой.

– Понял.

– Давай к ребятам, скоро на базу.

– Есть.

Александр был весь на иголках, едва дождался, когда я отправлю сержанта к разведчикам.

– Давай быстрей, – толкнул меня в бок, – скоро машина.

Хозяин лихо плеснул в кружки желто-зеленую жидкость – шароп. Ну, и… черт с ним.

– Валер, давай.

Опрокинули в рот самогон, вызывающий рвотный рефлекс, но ничего, прокатилось. Чего уж там, сейчас все пойдет…

– Саш, давай Мажмунова, пусть покрутит «душка», глядишь, что-нибудь и накрапает.

– Дневальный! Мажмунова, – крикнул взводный.

Прикрыв глаза, я прислушался к себе – шароп разносил по жилам мерзкую дурь. Что же получается? «Духовские» отряды спускаются с гор и размещаются перед самым Кабулом. Таким образом, в кишлаках образуются перевалочные базы, пункты сбора для последнего броска в столицу. В них же складируется оружие, боеприпасы, задействуются жители для операций в Кабуле. Одним словом, оппозиция готовит активные действия.

– Товарищ старший лейтенант, прибыл майор Скрынников, – доложил начальнику заставы вбежавший в землянку сержант.

Пытаюсь вскочить, чтобы доложить начальнику разведки, но едва получилось встать, ноги не слушались. Совсем не ожидал, что Михаил Федорович лично прибудет за группой. О «языке» он знает, видимо, хочет сам допросить, а то армейская разведка заберет к себе в штаб и оставит нас без информации. Кое-как вышли наружу. Михаил Федорович направлялся в нашу сторону.

– Товарищ гвардии майор, разведывательная группа боевое задание выполнила. Произведен захват «языка» и первичный допрос. Потерь не имею. Командир разведгруппы гвардии лейтенант Марченко.

– Валер, ты молодец, конечно, но я-то всю ночь не спал, – хитро улыбаясь, жал мою руку начальник.

– Знаю, товарищ майор, но у меня ночь тоже была вроде как без сновидений.

– Не подначивай старого майора.

– Никак нет! Как можно? Да и какой вы старый?

Скрынников повел носом.

– Успел?

– Немного, камкам (чуть-чуть).

– За что тебя люблю – не врешь.

Какой «не врешь» – шаропом несло за версту.

– Устали?

– Не то слово, товарищ майор, едва стою.

– Ну, ты – это ладно, а народ?

– В порядке, выдержали. Надо представить к наградам.

– Давай «языка» посмотрим, а там разберемся.

– Есть. Баравков, «языка» на КП начальника заставы.

Подмигнув Александру, я обратился к начальнику:

– Товарищ майор, не возражаете, если переводчиком будет Мажмунов – солдат с заставы, таджик, призванный из забитого кишлака – он больше расположит «земляка» для беседы.

– Давай.

Александр вызвал на КП лучшего «друга» разведчиков, куда вскоре прибыл Баравков с пленным душманом. Начальник разведки сходу взял «языка» в оборот, но минут через десять допрос прекратил.

– Валера, твой душман – бесценный кадр, его нужно в разработку. Он дает такую информацию, на которую необходимо реагировать сегодня, сейчас, иначе мы опоздаем по многим позициям.

– Понял, товарищ майор.

– Быстро в штаб дивизии, – дал команду Михаил Федорович.

– Гена, в машину!

Махнул Баравкову рукой. Геннадий уже понял задачу, потянув пленного к выходу с КП командира взвода. Повернувшись к Александру, я пожал ему руку:

– Спасибо, Сань, кажется, оживаю. Удачи тебе и прими меры к «бородатым парням». Все слышал сам, сметут неожиданной атакой. Кстати, что-нибудь есть по работе с «бачатами»?

– Так, отдельные намеки, но всего-то пару деньков работаем. Маловато.

– Хорошо, не скучай, дружище, – хлопнул Александра.

На базе встретились с Тютвиным.

– Знаешь, Валер, когда прикинул по времени, что ты уже в кишлаке, заволновался – у тебя пауза в передаче сигналов оказалась большой.

– Так получилось, Коля…

– Да-а-а, ночью в горах жутковато, представляешь, Валер, ветер воет в скалах, за каждым камнем мерещатся «духи».

– Еще как представляю! Мне и сейчас душманы мерещатся, а ты говоришь в горах… там в любую секунду атака…

Под вечер, проснувшись бодрым и здоровым, я потихоньку размялся. Но как болели ноги! Старшина за столом сверял материальные запасы роты по приходным и расходным книгам, составлял меню на прием пищи личным составом. Толик Родин, о чем-то мечтая, лежал на кровати и вяло переговаривался с Коробицыным. Больше в расположении никого не было.

Умылся, побрился – надо заглянуть к разведчикам.

– Коля, я у своих.

– Давай.

Расположение взвода через пару палаток, рядом. Часть разведчиков готовилась к службе в наряде, другие писали письма, отдыхая в курилке, обсуждали последние новости.

– Товарищ гвардии лейтенант, во время вашего отсутствия происшествий не случилось, – доложил Сафаров.

– Хорошо, Сергей, покушали?

– Так точно.

– Как самочувствие народа?

– Нормально, вот ноги гудят.

– Гудят, Сергей, гудят! А что делать? Возьми «таблетку» и проверь ноги бойцов, проследи, чтобы ногти обрубили. Командир роты в штабе дивизии, похоже, по нашим делам… может, еще и сегодня махнем за хребет.

– Понял, товарищ лейтенант. Начальник разведки не ругался, что на связь выходили нечасто?

– Да, обошлось, он же понимает и волнуется не меньше нашего.

– Вчера, когда вы стреляли «духов», было слышно, как пули пробивали тела – «плюх», «плюх»…

– Мне тоже показалось, Сергей, – нервный озноб коснулся лопаток, – а вы с Геной молодцы, сработали быстро и чисто, я краем глаза видел, как дернули «духа». Дальше работал на «автомате»… Хорошо, кучкой шли, а если бы еще находились внутри?

Помолчали с заместителем, заново переживая прошедшую ночь.

– Повезло, Серега, ушли, а ночью в кишлак спустилось до сотни «духов».

– Получилось же вроде нормально, товарищ лейтенант?

– Если сидим с тобой и разговариваем, то – да, нормально, но нужна наработка нескольких вариантов с гранатами. В кишлаке они сгодятся, и знаешь, почему?

– Нет.

– Первых двух «духов» я валил мгновенно, но третий реагировал на опасность, правда, не успел – пуля быстрее. Получается, что по трем целям работаю на одном дыхании, но следующие уже способны к защите, сопротивлению, значит, нужна подстраховка. Ладно, Сергей, что-нибудь придумаем, а расклад сложился, как надо – действовали быстро и решительно, почти по «домашней заготовке». В разведке везение необходимо, но рассчитывать на него глупо.

– Да, товарищ лейтенант.

– Пойдем к парням, поговорим.

– Здравия желаем, товарищ гвардии лейтенант, – приветствовали разведчики.

– Вольно. Садись. Продолжай, Архипов, посмеемся вместе.

– Он иссяк на Сокурове, товарищ лейтенант.

– Тогда поговорим о дембеле, – разведчики опять засмеялись.

Дембель неизбежен, кто этого не знает? О нем можно говорить сколько угодно.

– Дембель, товарищ лейтенант, это о-о-о… – продолжил Сокуров, закатив глаза за уши. Володя – импровизатор, сощурившись в улыбке, может долго философствовать на свободные темы.

– Время быстро летит, ребята! Меня, кажется, совсем недавно провожали в армию, а уже 7 лет на службе. Вот такая штука – время, не останавливаясь, движется вперед. Мы взрослеем, мужаем, становимся старше. Мудреем.

Разведчики, придвинувшись ближе, устроились на табуретках и соседних кроватях. Продолжаю неторопливый разговор о службе, доме и вообще о своем месте в жизни.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11