Валерий Легостаев.

Как Горбачев «прорвался во власть»



скачать книгу бесплатно

Те, кто занимался собственным расследованием, разделились на два лагеря: одни в конце концов соглашались с официальной версией, другие же считали, что гибель Машерова специально подстроена и за ней кто-то стоит в Москве: то ли Брежнев, то ли Андропов. Сторонником последней версии является, в частности, Валерий Легостаев, помощник члена Политбюро ЦК КПСС Е. Лигачева.

Есть и другие «расследователи», которые стремятся развеять подозрения в отношении Андропова. На центральном телевидении прошла передача «Следствие вели…» с Леонидом Каневским, в которой была предпринята такая попытка. В передаче, в частности, утверждалось, что Машерова в Москву якобы пригласил Андропов. Это не соответствует действительности. Брежнев завел разговор с Машеровым о переходе на работу в Москву еще летом 1980 года, во время Олимпийских игр. Говорят, что глава советского правительства Косыгин высоко отзывался о деловых качествах Машерова и поддерживал перевод Машерова на работу в Москву.

В указанной телепередаче также утверждалось, что «Андропов, придя к власти, собирался вызвать Машерова в Москву». Подобное утверждение звучит, по меньшей мере, странно: Андропов «пришел к власти», т. е. стал генсеком партии, лишь через два года после гибели Машерова. Авторы передачи делают вывод: смерть Машерова – несчастный случай, и Андропов к ней не имеет отношения.

У тех, кто считает Андропова причастным к гибели Машерова, есть немало довольно убедительных аргументов, не хватает только одного: доказать, что случившаяся автокатастрофа была действительно подстроена по указанию Андропова. Мы попытаемся устранить этот пробел…

Когда расследуется загадочное убийство, прежде всего ищут ответ на вопрос: кому это выгодно? Попробуем и мы ответить на этот вопрос.

Машеров переезжает в Москву и возглавляет правительство. Со временем в связи с преклонным возрастом и болезнями Брежнева встанет вопрос об избрании нового генсека партии. Первым и несомненным кандидатом на этот пост стал бы Машеров. Амбиции Брежнева были бы удовлетворены появлением нового поста в партийной структуре – председателя КПСС. В этом случае путь к вершине партийной власти для Андропова был бы закрыт наглухо. Перед Андроповым, рвущимся к власти, встал бы гамлетовский вопрос: быть или не быть? И он решает, возможно, и не только он: Быть! Но для этого необходимо избавиться от конкурента. Дискредитировать Машерова невозможно, его репутация безупречна. Остается единственный способ – устранить Машерова физически. Тем более что у всесильного шефа КГБ есть необъятная власть, надежные люди и необходимые средства. О подобных намерениях свидетельствуют и следующие события:

1. За две недели до гибели Машерова заменяется руководство КГБ в Минске.

2. Руководитель личной охраны Машерова, который 13 лет успешно обеспечивал безопасность Машерова, переводится на другую работу.

3. Мощный машеровский автомобиль «ЗИЛ», который мог выдержать столкновение с любым транспортным средством, в те дни отправили в ремонт.

4. О выезде Машерова в область не сообщили в службу ГАИ и, в нарушение существующего правила, милицейские посты на трассе не были выставлены.

5. Головная машина сопровождения была обычной белой «Волгой», т. е.

не в милицейском оформлении, не была оборудована проблесковыми маячками и звуковой сиреной оповещения.

Эти явно преднамеренные нарушения установленных правил безопасности свидетельствуют о том, что создавались условия, при которых дорожно-транспортное происшествие становилось более вероятным.

А теперь рассмотрим, что непосредственно привело к автокатастрофе и гибели Машерова.

1. «Чайка» Машерова в сопровождении двух машин «Волга» на большой скорости движется по Московскому шоссе в сторону области. Интервал между ними 60–70 метров.

2. Навстречу кортежу один за другим следуют два грузовика. Обозначим впереди идущую машину грузовик № 1, а следующую за ней – грузовик № 2.

3. Кортеж Машерова и грузовики приближаются друг к другу. Внезапно головная «Волга» сопровождения выезжает на встречную полосу, а затем быстро возвращается во главу кортежа.

4. Грузовик № 1 резко тормозит. Водитель грузовика № 2, пытаясь избежать столкновения, тормозит и резко крутит руль влево и оказывается на встречной полосе. Мгновение – и раздается страшный грохот: «Чайка» Машерова врезается в грузовик. Все, кто был в «Чайке», погибают. Водитель грузовика чудом остается жив.

В ходе допроса водителю грузовика был задан вопрос, почему он выехал на встречную полосу? Водитель объяснил: пытаясь избежать столкновения с грузовиком, он не повернул вправо, так как там были деревья, и он боялся разбить машину. Шофер повернул влево, т. к. полагал, что встречная полоса свободна. Он также заявил, что не видел никакой «Волги» с сигнальными огнями и не слышал звука сигнальной сирены.

Дотошный читатель, прочитав вышеизложенное, может возразить: да, несомненно, все, что вы здесь рассказываете, довольно интересно и дает пищу для размышления. Но откуда следует, что эта трагическая автокатастрофа – действительно результат спланированного убийства?

Сказанному трудно возразить. Действительно, в этой цепи доказательств не достает последнего, завершающего звена. Найдем ли мы его когда-нибудь? Но дело в том, что искать его не надо, оно уже найдено. Возможно, кто-то обнаружил его, но не придал ему значения, возможно, другие поняли его значение, но предпочитают по каким-то причинам не распространяться о нем.

Возьмем книгу Н. Зеньковича «Покушения и инсценировки от Ленина до Ельцина» (Москва, 2004) и откроем на 420-й странице. Здесь приводится часть протокола допроса водителя грузовика № 2 Пустовита. Следователь спрашивает: «Почему вы сели на хвост впереди шедшему грузовику?». Пустовит отвечает: «Перед этим я обогнал кран, который потом растаскивал наши машины. Я вообще никогда никому на хвост не садился (А теперь – внимание!), но этот ехал больно странно – то 60, то 80. Никак не мог его обогнать…».

Итак, что же мы узнали? А узнали мы то, что водитель грузовика № 1 вел себя как-то странно. Он не позволял грузовику № 2 обогнать себя, но держал его как бы на привязи и ждал только сигнала, чтобы резко затормозить и вынудить его выскочить на встречную полосу. Другим соучастником преступления был водитель белой «Волги» сопровождения. Его задача как раз и заключалась в том, чтобы сообщить водителю грузовика № 1 о приближении «Чайки» Машерова. Таким сигналом и стал выезд белой «Волги» на встречную полосу, а затем возвращение во главу кортежа. И еще одна деталь: почему белая «Волга» не была оснащена световой и звуковой сигнализацией? А для того, чтобы водитель грузовика № 2 не узнал, что на трассе появилась правительственная машина и не предпринял необходимых мер предосторожности. Таков сценарий убийства Машерова, разработанный на Лубянке.

Итак, как же следует ответить на вопрос: гибель Машерова – это несчастный случай или политическое убийство? Все говорит о том, что гибель Машерова – это, несомненно, политическое убийство, замаскированное под несчастный случай…

Сегодня многие задаются вопросом: а что бы было, если бы Машеров, став генсеком партии, возглавил руководство Советским Союзом? Как известно, история не любит таких вопросов. Но все же?

Можно предположить, что Андропову пришлось бы покинуть партийный олимп – хотя бы по состоянию здоровья. Горбачев никогда бы не появился со своей лжеперестройкой. На политической арене страны не было бы и Ельцина с его предательством в Беловежской Пуще, с его разрушением Советского Союза. Преодолев политический кризис, наша страна при таком руководителе, как Машеров, получила бы новый импульс для своего развития. Не исключено, что удалось бы сохранить и содружество социалистических стран, к разрушению которого приложил руку Горби. Разумеется, враги Советского Союза как внешние, так и внутренние, видели в лице Машерова угрозу своим замыслам, тем самым, которые, к нашему несчастью, им удалось осуществить. И во многом потому, что они смогли – путем убийства – устранить с политической арены Машерова.

Возможно, некоторые читатели подумают: а не хватил ли автор через край, приписывая гибели Машерова столь далеко идущие последствия? Что ж, сомнения – хорошая штука.

Но я не исключаю, что статья может породить не только сомнения, но и праведный гнев тех, кто в юбилейные дни приходит к зданию ФСБ (в прошлом – КГБ, НКВД, ОГПУ и ЧК), чтобы возложить цветы к мемориальной доске, на которой бронзовыми буквами сообщается, что здесь 15 лет работал на посту председателя КГБ СССР «выдающийся политический деятель Советского Союза» Ю. В. Андропов.

Правда, есть и другие сомневающиеся, которые задают вопрос: а не внес ли этот «выдающийся политический деятель Советского Союза» свой посильный вклад в разрушение этого самого Советского Союза? Откуда такие сомнения? Ну вот, например. Не так давно наши официальные власти объявили генерала Олега Калугина предателем, который работал на иностранную разведку. Но также известно, что Андропов, еще будучи председателем КГБ, был осведомлен о том, что его подчиненный работает «налево». И что же? Калугин был схвачен за руку и понес заслуженное наказание? Ничуть! Андропов переводит Калугина в Ленинград на должность заместителя руководителя Лениградского управления КГБ. Но и там Калугин не остепенился: было установлено, что он пытался выйти на связь с высокопоставленным сотрудником ЦРУ США, прибывшим в Ленинград.

Подобную любовь Андропова к Калугину кое-кто пытается объяснить тем, что вынесение сора из кагэбешной избы стало бы «проколом» для первого чекиста и серьезно повредило бы его имиджу. Но дает ли такой странный поступок основание считать Андропова «выдающимся политическим деятелем Советского Союза»? Некоторые задаются вопросом: а не следует ли внести поправку в текст мемориальной доски, а, может быть, и вовсе снять ее, чтобы не вызывать иронических улыбок у проходящих?

Чтобы положить конец всякого рода сомнениям, возникает необходимость прежде всего вновь расследовать обстоятельства гибели в автокатастрофе Петра Мироновича Машерова, действительно замечательного советского руководителя. И хотя после этой трагедии прошло 27 лет, есть и юридическое основания, чтобы вернуться к этому делу – пересмотреть ранее вынесенное решение по вновь открывшимся обстоятельствам…» [Конец цитаты].

* * *

Возвращаюсь к личности Ю. В. Андропова. Разное пишут и говорят о его родословной Самое разное. Вот, к примеру, в одном из номеров глянцевого журнала для истинных джентльменов «Gentlemen’s Quarterly» пересказали якобы популярную в кругах джентльменов легенду, согласно которой Юрий Андропов был на самом деле классиком американского диксиленда Гленом Миллером. По официальной версии, тот погиб в 1944 году в авиакатастрофе, но в действительности, гласит легенда, перебрался в СССР, где стал сначала вторым секретарем Карельского обкома партии, потом послом в Венгрии, потом председателем КГБ и так далее. В подтверждение автор заметки ссылается на якобы имевшее место удивительное внешнее сходство Андропова и американского джазиста, а также на будто бы необычайно хорошее знание Андроповым английского языка. В общем нормальное развлекательное чтиво. Есть в нем, однако, и серьезная подоплека. Она в том, что шутки подобного рода создают у читателя ощущение абсолютной непроницаемости, непостижимой таинственности ранних этапов жизненного пути Юрия Владимировича. Уж если он мог быть Гленом Миллером, то куда же дальше?

По сути, в том же духе непостижимой тайны сочиняет о происхождении Андропова бывший диссидент Рой Медведев. Его труд «Неизвестный Андропов» открывается интригующей фразой: «Мало что известно о детстве и юности Юрия Андропова и о его родителях». Ну как же так?! Читателя хотят убедить, будто в СССР власть принадлежала вахлакам до такой степени, что некто, родившийся в дореволюционном 1914 году в казачьей (!) станице Нагутская, смог подняться с самых низов общества на высшие посты в органах государственной безопасности и в Коммунистической партии так, что при этом никто ни разу не заинтересовался вопросом, кто он есть и откуда взялся. Сомневаюсь, чтобы кто-то нормальный смог в это поверить.

В действительности, проблема, скорее всего, в том, что и в современной России, и на Западе есть немало влиятельных людей и группировок, кровно заинтересованных в сокрытии от широкой публики того бесспорного факта, что многолетний председатель брежневского КГБ по национальности был евреем. Мотивы такой секретности, скажу честно, мне не вполне понятны. Хотя, конечно, в плане демократической трактовки некоторых эпизодов поздней истории СССР признание упомянутого выше факта может создать определенные неудобства. Например, не всем, по-видимому, хотелось бы согласиться с тем, что трудности в отношениях властей с гражданами еврейской национальности, имевшие место в СССР в 70-е годы, провоцировались и подогревались госбезопасностью, во главе которой стоял еврей. Но ведь это не более чем частность на долгом пути Юрия Владимировича в большой политике.

Сейчас обнародовано, что матерью Андропова была учительница музыки Евгения Карловна Файнштейн. С отцом дело сложнее. По некоторым данным, им был телеграфист железнодорожной станции Владимир Либерман, сменивший после революции свою фамилию на Андропов. Но, конечно, и здесь, при желании, не трудно добраться до истины. Бывший первый секретарь Краснодарского крайкома партии Сергей Федорович Медунов в одном из своих интервью рассказал, что его собственный отец работал на железнодорожной станции вместе с отцом Андропова и хорошо знал того. По свидетельству Медунова, отец Андропова по национальности был польским евреем. Как у Жириновского.

Увы, самому Сергею Федоровичу знание тонкостей родословной Андропова не принесло в жизни ничего, кроме неприятностей. Летом 1978 года, когда он как первый секретарь крайкома был в полной силе, мне довелось встретиться с Медуновым в качестве сотрудника одного из журналов ЦК. Так совпало, что в моем присутствии Медунов по аппарату ВЧ поздравлял маршала Устинова с присвоением тому звания Героя Советского Союза. Изюминка поздравления заключалась в том, что печать еще не дала официального сообщения о награждении. Это дало собеседникам повод для шуток о неограниченных возможностях «партийной разведки».

Разговор продолжался минут 15, был почти приятельским, с остротами и смешками. Интересовались, как дела у членов семьи с той и другой стороны. Маршал расспрашивал о здоровье внучки Медунова, страдавшей, если не ошибаюсь, тяжелым костным заболеванием. Меня вся эта сцена убедила, что за спиной партийного лидера Краснодарского края стоит мощная сила. Поэтому я был озадачен, когда спустя некоторое время по Москве вдруг стали гулять слухи, будто сотрудники КГБ вскрыли в крае большие злоупотребления, а у самого Медунова при обыске на квартире изъяли «4 контейнера ценностей», и что теперь Андропов требует примерно наказать виновного, а Брежнев не выдает «своего». Тогда я еще, конечно, ни в коей мере не догадывался, что это был типичный метод подготовки к устранению с политической арены человека, который мешал Андропову. И даже могущества маршала Устинова оказалось недостаточно, чтобы предотвратить расправу.

Сергея Федоровича переместили в Москву на малозначительную должность заместителя министра сельского хозяйства РСФСР. В июне 1983 г. наступила, наконец, развязка. Пленум ЦК КПСС под председательством генсека Андропова вывел Медунова из состава ЦК и исключил из партии. По линии Президиума Верховного Совета СССР, где председательствовал опять же Андропов, его лишили всех государственных наград, а по линии правительства освободили от работы. Как в таких случаях заведено, на газетных полосах появились хлесткие разоблачительные статьи и запестрел приговор «медуновщина». Думаю, что жизнь Медунову спасло только то, что через пару месяцев после пленума Андропов сам отправился навсегда в больницу. Годы спустя, на закате лет, Медунов скажет о себе: «Я человек со сладкой фамилией и горькой судьбой».

* * *

На каком-то этапе своей биографии Юрий Владимирович решил почему-то отмежеваться от собственных родителей. В анкетах в графе «национальность» он стал писать о себе «русский», а в графе «родители» – «сирота». Однако в силу характерной внешности Андропова его действительная национальная принадлежность не являлась секретом для людей, знавших его близко.

Вот, например, что пишет на этот счет применительно к Горбачеву автор превосходной книжки «Крушение пьедестала» Валерий Болдин. Став генсеком, Горбачев чрезвычайно раздражался по поводу преувеличенного, как он справедливо полагал, внимания прессы к личности Андропова. Однажды, сорвавшись, пожаловался Болдину: «Да что Андропов особенного сделал для страны. Знаешь, почему бывшего председателя КГБ, пересажавшего в тюрьмы и психушки диссидентов, изгнавшего многих из страны, средства массовой информации у нас и за рубежом не сожрали с потрохами? Да он полукровок, а они своих в обиду не дают».

Примечательно, что будучи в большой политике от макушки до пят творением рук, чтобы не сказать выкормышем Андропова, Горбачев тем не менее на первых порах своего генсекства демонстрировал обостренную чувствительность ко всему, в чем ему мерещился еврейский след. В отношении своего помощника по международным делам Черняева, по-собачьи ему преданного, указал Болдину: «У него в семье пятый пункт не в порядке, так что ты строго секретную информацию не посылай, может далеко «убежать». Лишь когда дела у него пошли совсем худо, Горбачев сумел преодолеть в себе эту постыдную подозрительность, даже с лихвой.

Наряду с активным пропагандистским мухляжом вокруг вопроса о национальности Андропова, много чего насочиняли ушлые знатоки темы о якобы необычайно широкой образованности и культуре Юрия Владимировича. И впрямь, уж если сам «Голос Америки» поставил его по уму и культуре в один ряд с Лениным, то что же еще можно добавить? Однако по сугубо формальным признакам Андропов был малообразованным человеком. Виноваты в этом тяжелые условия его жизни в детстве и в молодые годы.

Сначала он пошел по стопам отца, стал в 16 лет рабочим телеграфа. Однако потом судьба увлекла его в ином направлении. Он поступил в Рыбинский техникум водного транспорта, где и учился в 1932–1936 гг., одновременно работая на волжских судах матросом. По большому счету, это и было все его реальное образование. Неоднократно он пытался найти возможность его пополнить, но в силу объективных обстоятельств безуспешно.

Однако певцы Андропова не могут смириться с фактом слабого образования их кумира, поэтому пытаются в этой части заморочить головы своим читателям, слушателям и зрителям разными туманными предложениями. Вот, например, каким ловким изгибом обходит эту скользкую тему Рой Медведев: «Вскоре (это 1944 год, когда Андропов стал вторым секретарем Петрозаводского горкома партии. – В.Л.) он начал учиться в Петрозаводском государственном университете, а затем и в Высшей партийной школе при ЦК КПСС». Секрет этой блудливой фразы в том, что Андропов как начал учиться в университете, так же успешно и бросил. Работа секретаря горкома партии в военные годы не оставляла шансов на совместительство. Что касается ВПШ, то Андропов действительно закончил это заведение, но не «затем», а уже будучи председателем КГБ. Причем закончил экстерном. Ей-ей, вот были времена!

Сейчас любой плюгавый начальник, едва получит под свою руку аппарат в десяток штатных сотрудников, тут же усаживает половину из них писать ему диссертацию. Андропову в зените собственного могущества было достаточно просто диплома ВПШ. А для чего, собственно, ему нужна была корочка ВПШ? Ответ очевиден: она нужна была как важное условие продолжения политической карьеры. На переломе 70-х и 80-х годов, когда Советский Союз находился на передней линии мировой науки и образования, – а в СССР, напомню, проживало более четверти от общего числа научных работников всего мира, – претендовать на политический пост максимального уровня, не имея при этом высшего образования, было бы, в отличие от послевоенных лет, мягко говоря, неразумно. Диплом ВПШ какой-никакой давал его обладателю право на строчку о высшем образовании в официальной биографии. Хотя, будем реалистами, не давал самого образования.

* * *

Но удивляет, конечно, не отсутствие у Андропова приличного образования, а беспросветная наглость, с которой его апологеты фабрикуют в массовом сознании сказку о якобы выдающихся интеллектуальных способностях, необычайно высокой культуре, широте образования и раскрепощенности политических взглядов Юрия Владимировича. При этом, что примечательно, Андропову в этой части сплошь и рядом противопоставляют Брежнева как деятеля малограмотного, косного, падкого на лесть, любителя выпить, ленивого, всеми силами цепляющегося за власть, несмотря на физическую немощь.

Вот, например, как сопоставляет Брежнева и Андропова не какой-нибудь низкооплачиваемый газетный отморозок, а академик медицинских наук Чучалин. В своем труде Рой Медведев рекомендует его «одним из участников лечебного процесса Андропова». По свидетельству академика: «О Брежневе и Черненко рассказывать нечего. В последние месяцы своей жизни они уже не могли ни говорить, ни думать. Андропов же в больнице сохранял ясный ум, хотя у него отказали печень, почки, легкие, и мы применяли внутривенное питание. Двое охранников ухаживали за ним, как за малым ребенком: перестилали кровать, переносили Генсека с места на место. Видеть Андропов мог только одним глазом, но читал много – около четырехсот страниц в день. В последние дни охранники переворачивали ему страницы – сам не мог…». Читаешь этот бред и невольно думаешь: до какой же немыслимой степени испаскудилась, истаскалась по рукам власти верхушка отечественной интеллигенции.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5