Валерий Кононов.

Храмы-памятники



скачать книгу бесплатно

Православные храмы и часовни – в память о светских событиях

Издавна на Руси был обычай – отмечать знаменательные события, радостные или печальные, не установкой памятников, как это делалось ещё в древнем мире, а сооружением православных храмов или часовен. Когда в России появился первый скульптурный памятник, а им стал в 1782 году знаменитый Медный всадник в Петербурге, в европейских столицах уже много лет до этого гарцевали на бронзовых рысаках и стояли на гранитных постаментах монархи и военачальники. А часовни и храмы в России продолжали строить и в те годы, когда на городских улицах и площадях уже во множестве стояли бронзовые, чугунные и каменные памятники.



Строили такие памятные храмы и часовни и в Воронеже. В седой древности подобных событий вроде бы не отмечено. Но за последние полтораста лет есть что вспомнить. Если говорить о храмах-памятниках, то в конце XIX столетия в городе начали возводить собор в честь 900-летия Крещения Руси. Собор, естественно, назвали Владимирским, увековечив таким образом память киевского князя Владимира, по чьей воле произошло это великое событие.

Проект собора исполнил местный архитектор А. А. Кюи (1824-1909). По своему внешнему виду он напоминал храм Христа Спасителя в Москве. Строился он долго – от проекта до освящения прошло около 30 лет. Архитектор А. А. Кюи не смог увидеть своё детище в камне, скончавшись за десять лет до завершения строительства. Собор разделил печальную участь многих воронежских храмов, закрытых в 1930-е годы. На его месте разбили Комсомольский сквер, который и сейчас существует между улицами Свободы, 9 Января и Кольцовской.



До 1867 года в Воронеже не было ни одной часовни-памятника, построенной по какому-либо случаю, не связанному с религиозными делами. Обычные часовни как религиозные церковные сооружения существовали в городе издавна и в немалом количестве. Их строили при казённых учреждениях, учебных заведениях, воинских частях, на кладбищах. Конечно, ни одна из них не сохранилась до наших дней. А чтобы представить, как они примерно выглядели, мы покажем копию открытки конца XIX века, изображающей часовню, построенную по просьбе базарного люда со Старо-Конной торговой площади (сейчас это площадь им. Ленина). Часовня стояла на месте нынешнего оперного театра. Мы специально оставили на картинке рядом с часовней башню, чтобы показать любителям воронежской старины, как выглядела первая в городе водонапорная башня, которую построил и подарил городу вместе с уличными водоразборными колонками купец и городской голова С. Л. Кряжов. Она так и звалась Кряжовской башней.

Первая в истории города часовня-памятник была заложена в 1867 году на главной улице города Большой Дворянской. Официальное её назначение – «В память о благополучном избавлении государя императора Александра II от покушения на его жизнь». 4 апреля 1866 года у ворот Летнего сада в Петербурге в царя стрелял двадцатипятилетний революционер Дмитрий Каракозов.

Оказавшийся рядом с ним костромской крестьянин Осип Комиссаров ударил его по руке с револьвером и помешал выстрелить прицельно. Каракозова приговорили к смерти через повешение, а к Комиссарову пришли почёт, слава и деньги. Император наградил его орденом и перевёл в дворянское достоинство, присвоив двойную фамилию Комиссаров-Костромской. Даже Франция наградила его высшим своим орденом Почётного Легиона. Разные общества и организации Российской империи принимали его в свои ряды. Автору этих строк встретилось сообщение в воронежских газетах тех времён, где Осип Комиссаров принимал с благодарностью предложение воронежского общества быть избранным почётным мировым судьёй.



Местом для часовни в Воронеже стал тротуар перед входом в здание Воронежской духовной семинарии (сейчас в этом здании по проспекту Революции, 29 размещается техникум строительных технологий). Занимать под часовню много пространства на тротуаре главной улицы было нельзя, и потому часовня оказалась малогабаритной. Вход вовнутрь не предусматривался. Помолиться перед образом святого Александра Невского можно было только с улицы, общаясь с образом святого через большое окно на лицевом фасаде часовни.

Как известно, на этого царя покушались много раз, и последнее покушение 1 марта 1881 года оказалось роковым. Хотя по количеству проведенных им реформ он мог соперничать с самим царём-реформатором Петром Великим. Одна отмена крепостного права чего стоит. И памятников ему установлено больше, чем всем русским самодержцам, вместе взятым. Только в Воронежской губернии их было около 150. И ни одного не сохранилось на всей территории бывшей Российской империи.

Вернее, сохранились два памятника, но стоят они за границей – в Хельсинки и в Софии. Потому, по-видимому, и сохранились.

Покушение, совершённое Каракозовым, было для Александра Николаевича первым. Если бы на каждое неудачное покушение на него воронежское духовенство откликалось сооружением часовни, то таких памятников должно было быть пять. А их успели поставить два. Вторым отблагодарили Господа Бога за избавление от опасности для жизни царя при втором покушении. Его совершил 2 апреля 1879 года Александр Соловьёв, ни в каких революционных или террористических организациях не состоявший. Он действовал по собственной инициативе. Подкараулил царя на улице. В те времена даже цари ходили по городу без свиты и охраны. Соловьёв сделал несколько выстрелов, но промахнулся, прострелив только раз царскую шинель. Его схватили и после суда повесили.



Закладка часовни-памятника состоялась 18 мая 1880 перед железнодорожным вокзалом, в том же году её и построили. Проект её, исполненный городским архитектором A. M. Барановым (1843-1911), утвердил сам император. Она оказалась просторнее предыдущей. В неё можно было зайти внутрь. О связи часовни с покушением на царя как-то вскоре забылось, и народ заходил в часовню перед посадкой в поезд помолиться и попросить защиты у небесных сил от опасностей при путешествии по железной дороге. Кстати, совсем недавно, лет десять назад, воронежские железнодорожники хотели восстановить часовню на прежнем месте для исправления церковных надобностей перед дальней дорогой. Но когда узнали, какому событию на самом деле посвящалась часовня при её создании, от своей идеи отказались. Обе часовни снесены в начале 1920-х годов.

Храм Пророка Самуила

В начале XIX века в Воронеже возникло новое кладбище в конце теперешней улицы К. Маркса. Официально оно называлось Вознесенским по имени кладбищенской церкви, построенной недалеко от входа одновременно с появлением нового погоста. Но в народе за ним прочно укрепилось название «Чугуновское», произошедшее от прозвища богатого купца и благотворителя Самуила Никитича Мещерякова (1744-1823), прозванного Чугунным за огромную физическую силу его. Это на его деньги построена была в 1808 году Вознесенская церковь. У неё не было своего прихода, она существовала только для обслуживания погребальных процессий.

Вознесенская церковь была холодной, т.е. не отапливалась, и в ней неудобно было проводить службы и обряды в зимнее время. Поэтому через несколько лет ещё ближе ко входу на кладбище на деньги того же купца поставили ещё один храм. Его посвятили пророку Самуилу. Думается, что неслучайно такое имя выбрали для храма. Скорее всего, Самуилом будущего купца и благотворителя назвали при рождении в соответствии со святцами, хотя по святцам день пророка Самуила приходится на 20 августа, а купец Самуил родился 11 августа. Но его могли крестить ближе к 20 августа. Как бы то ни было, Самуил Мещеряков имел непосредственное отношение к появлению в Воронежской епархии нового храма, и то ли по просьбе самого купца, то ли по решению епархии в знак признательности купцу храм нарекли именем пророка Самуила, увековечив тем самым и имя благотворителя.

Очень редко посвящали православные храмы или часовни этому библейскому пророку, жившему на израильской земле в ветхозаветные времена за много лет до христианства. Во всяком случае, в Воронежской епархии это единственный случай за все времена.



В 1929 году власти закрыли оба кладбищенских храма. Через год церковь Святого Самуила отдали под общежитие для беспризорников. И тогда же началось разорение Чугуновского кладбища. В войну оба храма сильно пострадали. После освобождения города от оккупантов городские власти продолжали использовать храмы для различных хозяйственных нужд. В Вознесенской церкви разместили стекольный завод. Много было хозяев у бывшего храма Пророка Самуила со времён его закрытия. А последними были несколько воронежских скульпторов, которым отдали храм под мастерские. Здесь рождались некоторые памятники, которые мы сегодня видим на городских улицах.

Несколько десятилетий спустя на территории кладбища возвели телецентр, дворец спорта «Юбилейный», плавательный бассейн.



Из всех кладбищенских построек сохранился в полуразрушенном состоянии храм пророка Самуила и стоящий рядом с ним один из старинных пилонов-обелисков, выполненный из красного кирпича. Пилоны эти, во всяком случае один из сохранившихся, стали предметом оживленных дискуссий в среде историков и краеведов.

Существует фотография, где два пилона стоят по обе стороны от въездных ворот на Чугуновское кладбище. Однако есть предположение, что пилоны-обелиски, прежде чем стать частью ворот на кладбище, служили заставными столбами у въезда в город со стороны Москвы. Ведь в стародавние времена, когда кладбища на этом месте ещё не было, дорога из Москвы входила в город по улице, которая сегодня носит имя Карла Маркса. Но документальных обоснований такого использования пилонов-обелисков никто пока не обнаружил. Поэтому и вопрос о его реставрации то поднимается, то затухает. Хотя, конечно же, давно стоило его хотя бы поштукатурить. И служил бы он своеобразным памятником исчезнувшему Чугуновскому кладбищу.

А сейчас на пилоне можно увидеть появившуюся там в 2012 году мемориальную доску, которая сообщает, что на Чугуновском кладбище были похоронены участники Отечественной войны 1812 года. Вот текст этой доски.



Памяти воинов-пограничников

В 1993 году храм пророка Самуила, вернее, то, что от него осталось, был передан Православной Церкви. Через некоторое время командующий Западной группой пограничных войск, штаб которой расквартирован в Воронеже, генерал-лейтенант Б. И. Грибанов, обратился в Воронежско-Липецкую епархию с просьбой объявить храм святого Самуила памятником воронежским воинам-пограничникам, павшим при защите рубежей Отечества. Такое совместное решение пограничного командования и епархии было принято.

Митинг, посвященный передаче пограничникам и началу восстановления храма святого Самуила, состоялся в конце мая 1996 года. На нём присутствовали представители командования и пограничники Западной группы погранвойск, священнослужители, проведшие обряд освящения воссоздаваемой церкви, и многие жители Воронежа. С тех пор проведены большие работы по реставрации храма, в нём стали проводиться православные обряды и службы. А на стене у входа в храм укрепили доску из серого мрамора с такой информацией:



На первый взгляд, странным кажется появление памятника пограничникам в Воронеже, не одну сотню лет стоящем в центре Европейской части Отечества. Но таковы уж политические реалии современности, что Воронеж снова, как и 400 с небольшим лет назад, стал пограничным городом.

Храм посвящен памяти пограничников многих поколений. Ведь среди воинов-пограничников, отдавших свои жизни при защите государственной границы страны во время последней войны и в многочисленных военных конфликтах на границе, есть немало воронежцев. Были они на Халхин-Голе, на озере Хасан, у Брестской крепости, на острове Даманском во время советско-китайского конфликта 1969 года.

В далёком 1938 году присвоено было звание Героя Советского Союза пограничнику лейтенанту Василию Михайловичу Винивитину, уроженцу села Щучье Лискинского района Воронежской области. Несколько дней он участвовал в жарких боях с японскими нарушителями границы на сопках Безымянная и Заозёрная у озера Хасан. Был ранен в голову, но продолжал сражаться. В одном из боёв погиб 1 августа 1938 года.

22 июня 1941 года среди советских пограничников, встретивших яростным огнём вторгшиеся орды захватчиков на пространстве от Карелии до Черноморского побережья, было немало воронежцев. Полковник Данцевич родом из Таловского района командовал 102-м погранотрядом в Карелии. Пулемётчик Филипп Бичев из Подгоренского района несколько часов сражался с перешедшим границу большим отрядом врага, был дважды ранен и погиб в этом бою. Посмертно его наградили орденом Красного Знамени. Начальник заставы 98-го погранотряда лейтенант Фёдор Гусев из Бутурлиновки умело организовал круговую оборону заставы и долгое время удерживал позиции, уничтожив при этом много фашистов. За этот бой лейтенант был удостоен ордена Ленина.

В 1942-43-х годах при защите Воронежа от немецко-фашистских оккупантов важную роль сыграл 41-й запасной пограничный полк, прибывший в город из Тбилиси, где он был сформирован для защиты Кавказского участка границы. Полком командовал майор Д. М. Васильченко, начальником штаба был майор И. Т. Миронов, а комиссаром – батальонный комиссар Н. И. Молодцов. Полк прибыл в Воронеж в тяжёлые для обороны города дни, когда здесь практически не было регулярных сил Красной Армии для достойного отпора оккупантам. Основными воинскими частями, защищавшими город, были три полка НКВД, вооружённые лёгким стрелковым оружием. Вместе с ними пограничный полк принял на подступах к Воронежу неравный бой с превосходящими силами противника. Несколько дней спустя после захвата немцами правобережной части города 41-й полк в составе сводного полка НКВД, переправившись в город через Отроженские железнодорожные мосты, участвовал в успешной операции наших войск по освобождению от захватчиков городка сельскохозяйственного института в северной части Воронежа.

Во время боёв за Воронеж воинами полка было уничтожено более полутора тысяч фашистов, захвачено 17 пулеметов, 42 автомата, 730 винтовок, 415 ручных гранат. По приезде в Воронеж в полку числилось 2500 воинов. В боях за город погибло более двух тысяч бойцов и командиров. Их останки покоятся в двух братских могилах, расположенных около главного корпуса агроуниверситета, как теперь называется бывший СХИ, и в братской могиле в Центральном парке культуры и отдыха, более известном ныне как парк «Динамо».



В день памяти и скорби 22 июня 2011 года в микрорайоне Малышеве, где в 1942 году дислоцировался один из батальонов 41-го пограничного полка, по инициативе ветеранов пограничной службы и грузинской диаспоры Воронежа была открыта мемориальная доска в честь полка. Открытие доски планировалось поручить единственному на тот день остававшемуся в живых ветерану 41-го полка Ивану Григорьевичу Примаку, но 92-летний полковник в отставке, живущий, кстати, в Воронеже, не смог по состоянию здоровья принять участие в этом торжестве.

Аскольдова могила в Киеве

Оказывается, воронежский купец Самуил Мещеряков в то самое время, когда строились в Воронеже Вознесенская и Самуиловская церкви, построил на свои средства далеко от родного Воронежа ещё один храм. И храм этот был очень известен не только в Российской империи, но и далеко за её пределами. Когда через полвека над ним нависла опасность разрушения по объективным градостроительным причинам, его защитил лично император Николай I. Но расскажем об этом подробнее.



Среди многочисленных достопримечательностей столицы Украины видное место занимает так называемая «Аскольдова могила». Расположена она на склонах Днепра недалеко от памятника святому князю Владимиру, крестившему Русь в 988 году. Путеводители утверждают, что в этой могиле похоронен киевский князь Аскольд, убитый князем Олегом в 882 году на этом же месте. А что за павильон построен на этом месте, не объяснялось.

Мне не раз приходилось бывать в Киеве, видеть странное архитектурное сооружение в виде двухэтажной ротонды, никак не напоминающее ни надгробие, ни мавзолей, ни храм. Я бы не стал нагружать воронежского читателя рассказами о далёком киевском памятнике, мало ли их там известных и великолепных, если бы вдруг не узнал, что Аскольдова могила и то, что на ней сейчас стоит и стояло когда-то прежде, имеет непосредственное отношение к моему родному Воронежу и к той книге, которую ты, мой уважаемый читатель, держишь в руках. А связующим звеном оказался воронежский купец Самуил Никитич Мещеряков, о котором мы уже говорили.

В то же время, когда купец в Воронеже занимался благотворительными делами по возведению Вознесенской кладбищенской церкви, он вместе с женой поехал в Киев. В Киеве супруга его заболела и вскоре там умерла. Похоронил её купец на кладбище у Аскольдовой могилы рядом с деревянной небольшой церковью, обозначавшей согласно древней легенде место гибели и погребения князя Аскольда.



Желая увековечить память своей жены, Самуил Никитич решил на свои средства соорудить каменный храм на месте ветхого деревянного. В 1810 году он заказал проект храма киевскому архитектору А. Меленскому, и в том же году храм был построен. Он представлял собой ротонду с красивой колоннадой по периметру и с миниатюрной колоколенкой над куполом. Храм, получивший имя Николаевский, освятили 1 сентября 1810 года.

Храм получил большую известность в Российской империи. Тарас Шевченко изобразил его на одной из своих акварелей, и читатель может сейчас видеть, как храм выглядел после своего строительства. И хотя легенда о князе Аскольде была давно известна, только после появления ставшего популярным храма М. Н. Загоскин написал исторический роман «Аскольдова могила», а композитор А. Н. Верстовский сочинил оперу с таким же названием.

Храм на Аскольдовой могиле претерпел много преобразований. Его закрывали, разрушали, открывали там ресторан, превращали его в декоративный парковый павильон. Мы не будем касаться подробностей, ибо свою задачу показать исторические параллели между воронежскими и киевскими событиями можно считать выполненной. Отметим лишь в заключение, что совсем недавно храм на Аскольдовой могиле снова стал храмом и выглядит он таким, как его построил воронежский купец Самуил Мещеряков и каким его рисовал великий Тарас Шевченко.



Храм на Аскольдовой могиле. Современный вид.


Храм иконы Божьей Матери «Взыскание погибших»

В период активной антирелигиозной политики государства в годы советской власти не могло быть и речи о строительстве православных часовен в память о каких-то событиях советской эпохи как религиозного, так и светского характера. Во времена же демократических преобразований последних десятилетий в обществе, когда отношения между государственными структурами и религиозными концессиями перестали быть оппозиционными, когда стали восстанавливаться порушенные храмы и строиться новые, начали появляться и часовни в ознаменование выдающихся событий. Об одном из таких православных объектов и пойдёт речь далее.

Полное название этого необычного памятника – храм-часовня иконы Божьей Матери «Взыскание погибших». Он посвящен воронежцам, погибшим в мирное время при исполнении воинского долга. Прежде чем описывать историю сооружения этого храма-памятника, а она не совсем обычная, следует сказать несколько слов о самом празднике иконы Богородицы «Взыскание погибших».


Храм «Взыскание погибших» в старом Воронеже. Вдали видны колокольня Успенской церкви и Петровский остров.


Он возник в Русской Православной Церкви сравнительно недавно и посвящен всем страждущим, несчастным и погибшим, обращающимся в роковые для себя минуты к Деве Марии как заступнице перед Богом. В прежние годы в Воронеже была единственная, между прочим, на всю епархию церковь «Взыскание погибших», построенная в 1869 году. Она стояла на самом берегу реки у пересечения улиц Большой Стрелецкой и Софьи Перовской. В войну она была сильно разрушена, а в послевоенные годы решением городских властей и то, что осталось от церкви, было взорвано.

Впервые о сооружении в Воронеже памятника воинам, погибшим в мирное время, заговорили в середине 1990-х годов члены регионального комитета «Солдатские матери России». При этом ввиду специфики комитета и задач, стоявших перед ним, речь сначала шла о фактах гибели солдат во время прохождения действительной воинской службы. Принципиальных разногласий о необходимости сооружения памятника между комитетом и администрацией города не было. Возникли трения при выборе места его расположения. Солдатские матери хотели видеть памятник в центральной части города. После оживленных дискуссий и протестных демонстраций остановились на местности около Покровского собора и улицы Орджоникидзе. После этого солдатские матери установили на этом месте закладной камень, а администрация города объявила конкурс на лучший проект памятника.

Пока работали над проектом, возникло у городских властей решение посвятить будущий памятник не только погибшим солдатам-срочникам, но вообще всем россиянам, павшим в военных конфликтах в России и за её пределами, в техногенных катастрофах, при оказании интернациональной помощи за рубежом. И построить такой памятник решили в виде часовни-пантеона на площадке перед входом на Коминтерновское кладбище. Городская администрация объявила конкурс проектов часовни-памятника и сформировала конкурсную комиссию (жюри) для подведения его итогов. Подведение итогов прошло И ноября 1997 года в Доме архитекторов. Жюри под председательством заместителя главы администрации города В. Б. Попова признало лучшим проект группы архитекторов под руководством П. П. Даниленко. Они предложили круглое в плане сооружение с куполом, увенчанным крестом. Проём для входной двери оформлен в виде арки на всю высоту здания, что указывает на триумфальный характер сооружения. Окна тоже имеют арочный тип и занимают всю высоту часовни. На заседании жюри было оглашено решение коллектива проектировщиков о том, что все проектные работы выполнены безвозмездно и это будет их вклад в увековечение памяти павших воинов.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное