Валентин Ершов.

Правовое и индивидуальное регулирование общественных отношений



скачать книгу бесплатно

С позиции научно обоснованной концепции интегративного правопонимания право, на мой взгляд, объективно выражается прежде всего в принципах и нормах права, содержащихся в единой, развивающейся и многоуровневой системе форм национального и международного права, реализующихся в государстве. В этой связи представляется спорным вывод Т. С. Глазатовой о том, что под глобализацией права понимается объективный процесс формирования лишь «…системы общепризнанных принципов и норм международного права, влияющих на изменение элементов российского права…»[19]19
  Глазатова Т. С. Указ. соч. С. 7.


[Закрыть]
. В соответствии с научно обоснованной концепцией интегративного правопонимания вторая глава монографии посвящена актуальным общим теоретическим и практическим проблемам, как внутригосударственного, так и международного права, реализующегося в России. Среди них прежде всего хотелось бы выделить проблемы верховенства права, правового государства, источников и форм права, принципов внутригосударственного и международного права, конкретизации права, определенности права, права и неправа, правового и индивидуального регулирования общественных отношений, а также права и правосудия как парных категорий.

В то же время необходимо подчеркнуть: при всей объективной необходимости и значимости правового регулирования общественных отношений в процессе регулирования общественных отношений только правовое регулирование общественных отношений в силу многочисленных объективных и субъективных причин не является самодостаточным, эффективным и единственным регулятором общественных отношений; с необходимостью требует его дополнения, в частности, индивидуальным регулированием фактически сложившихся правоотношений. Как представляется, правовое и индивидуальное регулирование общественных отношений являются парными категориями, способными эффективно регулировать общественные отношения только совместно. При таком теоретическом подходе третья глава монографии с объективной неизбежностью посвящена современным общим теоретическим и практическим проблемам индивидуального регулирования фактически сложившихся правоотношений. В данной главе в том числе проанализированы актуальные проблемы разграничения правового и индивидуального регулирования, видов индивидуального регулирования, индивидуального судебного регулирования, природы «судебных прецедентов» и «прецедентов» Европейского Суда по правам человека.

Вместе с тем, наряду с актуальными общими теоретическими и практическими проблемами внутригосударственного и международного права, реализующегося в России, имеются также и не менее значимые современные специальные теоретические и практические проблемы, как национального, так и международного права, реализующегося в нашей стране.

В этой связи отдельные современные специальные проблемы российского права исследуются в четвертой главе монографии, в частности, природы Конституции России, особенности национальных правовых договоров и обычаев российского права. Наконец, в пятой главе монографии анализируются некоторые современные специальные теоретические и практические проблемы международного права. Среди них прежде всего хотелось бы назвать проблемы, связанные соотношением международного и внутригосударственного права, фундаментальными и дискуссионными формами международного права, а также субъектами международного права.

Глава 1
Право и государство с общенаучных позиций

1.1. Право и государство с позиций теории систем, социального управления и теории информации

Фундаментальным критерием научности знания, начиная с XVII–XVIII вв. и до настоящего времени, на мой взгляд, является исследование каких-либо явлений в системе элементов, их составляющих. Л. Берталанфи предложил выдающуюся идею исследования явлений с позиции общей теории систем, в основе которой лежит принцип целостности системы, позволяющий преодолевать традиционное механистическое мировоззрение. Данную точку зрения многие исследователи называют дерзкой теоретической идеей, основополагающим научным открытием, ключевым фактором в научном исследовании, определившим путь к новым взглядам и принципам[20]20
  См.: Берталанфи Л. Общая теория системы: критический обзор // Исследования по общей теории систем: Сб. перев. / Под общ. ред. и вст. ст. В. Н. Садовского, Э. Г. Юдина. М., Прогресс, 1969. С. 23, 24.


[Закрыть]
.

Однако большинство ученых-правоведов, к сожалению, ограничивают свои научные исследования традиционными собственно юридическими проблемами. Так, М. В. Антонов, как представляется, излишне категорично и спорно полагает: «использование данного понятия (теории систем. – В. Е.) легко может привести к сомнительным заключениям, основанным на подмене различных значений термина «система» в ходе рассуждений. Критический взгляд на это понятие, – пишет он, – позволяет увидеть его связь с небесспорными объективистскими установками в социальной философии и объяснить его убеждающую силу через раскрытие таких трюизмов, на которых покоятся аргументы о системности права». Использование в правоведении терминов, производных от понятия «система», чревато недопустимым упрощением понимания нормативного характера права, в ракурсе которого эмерджентность, целостность, структурированность, функциональность, полнота и прочие приписываемые праву системные свойства представляются не объективной данностью, а возможным результатом (скорее, целью, «рациональным идеалом») упорядывающей (систематизирующей) творческой деятельности юристов» (выделено мной. – В. Е.)[21]21
  Антонов М. В. О системности права и «системных» понятиях в правоведении // Правоведение. 2014. № 1. С. 26.


[Закрыть]
.

В то же время Л. Берталанфи, как считают многие научные работники, – основатель теории систем, пришел к важнейшему, полагаю, общенаучному выводу: «Понятие системы в настоящее время не ограничивается теоретической сферой, а становится центральным в определенных областях прикладной науки»[22]22
  Берталанфи Л. Указ. соч.


[Закрыть]
. Целостность научного исследования с позиций структурно-функционального анализа традиционно рассматривалась через понятия структуры и функции. Системный подход к социальным явлениям противопоставляется структурно-функциональному анализу. Как справедливо подчеркивал Э. Г. Юдин, в системном подходе центральным является более широкое понятие – «система», тесно связанное с рядом других понятий, например: «структура», «организация», «связь», «отношение», «элемент» и «управление»[23]23
  Юдин Э. Г. Системный подход и принцип реальности. Методолгические проблемы современной науки. М.: Наука, 1978. С. 97–184.


[Закрыть]
.

Вместе с тем, целый ряд научных работников справедливо признает: универсальное понятие «система» отсутствует. Более того, В. Н. Садовский сделал вывод о том, что универсальное понятие «система» выработать и невозможно[24]24
  Садовский В. Н. Становление философии науки и системного подхода в России во второй половине XX века // Вопросы философии. 2004. № 1. С. 99–109.


[Закрыть]
. В связи с этим, например, Э. Г. Юдин замечает: «Конструктивные функции понятие «система» выполняет только тогда, когда его употребление приводит не просто к определенному обозначению объекта, а к нетривиальной формулировке проблемы, к построению нового предмета исследования»[25]25
  Юдин Э. Г. Указ. соч. С. 182.


[Закрыть]
. Соглашаясь с такими выводами упомянутых известных советских философов, М. Н. Марченко – один из ведущих российских теоретиков права в XXI в., признает наличие различных, зачастую друг другу противоречащих, определений понятия системы и множественность ее смысловых оттенков и знаний[26]26
  Марченко М. Н. Государство и право в условиях глобализации. М., 2011. С. 252, 253.


[Закрыть]
.

И. В. Блауберг, В. Н. Садовский и Э. Г. Юдин, анализируя теорию систем, выделяли три класса существующих совокупностей объектов: неорганизованные совокупности («суммативное целое»), неорганичные (просто организованные системы) и органичные системы[27]27
  Блауберг И. В., Садовский В. Н., Юдин Э. Г. Системный подход в современной науке. М., 1970. С. 11.


[Закрыть]
. Просто организованная и органичная системы имеют общие и отличающие их свойства. При этом авторы подчеркивали, что эти системы одинаково «характеризуют наличие связей между элементами и появление в целостной системе новых свойств, не присущих элементам в отдельности. Связь, целостность и обусловленная ими устойчивая структура – …отличительные признаки любой системы»[28]28
  Блауберг И. В., Юдин Э. Г. Становление и сущность системного подхода. М., 1973. С. 177.


[Закрыть]
. Вместе с тем, они обосновано полагали, что «если первая есть соединение в известную целостность относительно обособленных элементов, то вторая – «физически» неделимое саморазвивающееся целое»[29]29
  Там же. С. 177, 178.


[Закрыть]
.

Анализируя советское право, С. С. Алексеев писал: «Советское право как система – это такое специфическое социальное явление, которое представляет собой нечто среднее, промежуточное между «просто» организованной и органичной системами»[30]30
  Алексеев С. С. Структура советского права. М., 1975. С. 16.


[Закрыть]
. В связи с этим следует заметить, что не только советское право, но и современное внутригосударственное, и международное право, реализуемое в России, возможно рассматривать в рамках единой «просто» организованной системы, характеризующейся целостностью, связью и устойчивой структурой составляющих их элементов. По мере противоречивого и непоследовательного, но в историческом масштабе поступательного развития единого экономического и правового мирового пространства «просто» организованная, единая, развивающаяся и многоуровневая система принципов и норм права, содержащихся в формах национального и международного права, реализующихся в различных государствах, в частности, в Российской Федерации, как представляется, с объективной необходимостью, теоретическими спорами и практическими проблемами неизбежно будет трансформироваться в органичную систему.

В специальной юридической литературе используются самые различные понятия, связанные со словом «система»: «правовые системы современности»[31]31
  Сырых В. М. Теория государства и права: Учебник. М., 2004. С. 594–621.


[Закрыть]
, «правовая система…»[32]32
  Марченко М. Н. Источники права: Учеб. пособие. М., 2005. С. 4, 5.


[Закрыть]
, «правовая система общества»[33]33
  Карташов В. Н. Теория правовой системы общества: Учеб. пособие. В 2 т. Ярославль, 2006. Т. 2.


[Закрыть]
, «правовая система»[34]34
  Алексеев С. С. Право и правовая система // Правоведение. 1980. № 1.


[Закрыть]
, «правопорядок»[35]35
  Антонов М. В. Указ. соч.


[Закрыть]
и др. Как справедливо заметил М.И. Байтин, «само выдвижение и обсуждение в 80-х годах новой идеи правовой системы стало, по сути, определенным компромиссом между сторонниками нормативного и широкого понимания права. Отвечая на вопрос, каким же понятием можно охватить совокупность всех известных правовых явлений (выделено мной. – В. Е.), чтобы сохранить четкость, «неразмытость» научной категории, выражающей главное в правовой действительности, – институционное социально-классовое нормативное образование, т. е. объективное право»[36]36
  Байтин М. И. Сущность права. Современное нормативное правопонимание на грани двух веков. М., 2005. С. 178, 179.


[Закрыть]
 – С. С. Алексеев писал: «Представляется, что им может служить понятие правовой системы»[37]37
  Алексеев С. С. Право и правовая система. С. 31.


[Закрыть]
. Данные точки зрения ученых согласуются с мнением известного французского ученого-юриста Ж. Карбонье о правовой системе как «вместилище, сосредоточии разнообразных юридических явлений»[38]38
  Карбонье Ж. Юридическая социология / Пер. с фр. М., 1986. С. 197.


[Закрыть]
.

К основным элементам правовой системы С. С. Алексеев относил: собственно право, судебную и юридическую практику, правовую идеологию, правотворчество и правоприменительную деятельность компетентных органов, всю совокупность правовых актов – документов, в том числе нормативных, индивидуальных, интерпретационных; индивидуальные правовые предписания, правоотношения (субъективные права и обязанности, юридические санкции)[39]39
  Алексеев С. С. Общая теория права. М., 1981. Т. 1 С. 86–91.


[Закрыть]
. В. Н. Кудрявцев, А. М. Васильев, В. П. Казимирчук расширяли этот список элементов и включали в него правовые нормы, институты и принципы; юридические учреждения; правовое сознание и правовую культуру; правотворчество правореализацию и правопорядок[40]40
  Правовая система социализма. М., 1986. Кн. 1. С. 38–44.


[Закрыть]
. Вместе с тем, отдельные ученые не ограничивают определенными элементами и сферами правовую систему. Например, В. Н. Синюков исследует российскую правовую систему в ее культурно-историческом аспекте[41]41
  Синюков В. Н. Российская правовая система: Введение в общую теорию. Саратов, 1994.


[Закрыть]
. Как здесь не вспомнить фразу известного персонажа из «Фауста» Гете: «Словами диспуты ведутся, из слов системы создаются».

Оживленная дискуссия в юридической литературе о понятии и правовой литературе и предложения ученых были учтены законодателем и нашли отражение и прежде всего в Конституции РФ, в ч. 4 ст. 15 которой появился термин: «правовая система Российской Федерации». Многие ученые и сегодня продолжают анализировать понятие «правовая система». Например, Ю. А. Тихомиров в правовую систему включает четыре группы элементов: а) правопонимание – правовые взгляды, правосознание, правовую культуру, правовые теории и концепции, а также правовой нигилизм; б) правотворчество – познавательный и процессуально оформленный способ подготовки и принятия законов и иных правовых актов; в) правовой массив – структурно оформленную совокупность официально принятых и взаимосвязанных правовых актов; г) правоприменение – способы реализации правовых актов и обеспечения законности[42]42
  Тихомиров Ю. А. Коллизионное право: Науч. – практ. пособие. М., 2001. С. 9.


[Закрыть]
.

При таком правовом регулировании и подходе специалистов неизбежно возникает риторический вопрос: возможно ли было все известные разнообразные и онтологически неоднородные социальные явления вносить в Конституцию РФ, являющуюся фундаментальным видом национальных правовых актов, содержащих конституционные принципы и нормы российского права? Вместе с тем, ученые-теоретики права продолжают размышлять и уточнять понятие «правовая система». Так, Н. И. Матузов признает, что под «правовой системой» следует понимать» совокупность внутренне согласованных, взаимосвязанных, социально однородных юридических средств (явлений)»[43]43
  Матузов Н. И. Актуальные проблемы теории права. Саратов, 2003. С. 93.


[Закрыть]
(выделено мной. – В. Е.). С его точкой зрения согласен М. И. Байтин[44]44
  Байтин М. И. Указ. соч. С. 183.


[Закрыть]
. Однако, к сожалению, названные авторы оставили открытым вопрос о том, почему явления, находящиеся в одной правовой системе, должны быть только социально однородными.

В 1939 –1940 гг. на страницах журнала «Советское государство и право» впервые состоялась дискуссия о системе права, которая с позиции структурно-функционального анализа была в основном сведена к делению права на отрасли[45]45
  Сов. государство и право. 1939. № 3, 4; 1940. № 3, 8, 9.


[Закрыть]
. В 1956–1958 гг. этот же журнал продолжил разговор о системе права[46]46
  Сов. государство и право. 1956 № 8, 9; 1957. № 1–4, 6, 7; 1958. № 5, 11.


[Закрыть]
, критериях деления его на отрасли. В 1982 г. журнал «Советское государство и право» организовал третью дискуссию о системе права, посвященную прежде всего методам правового регулирования[47]47
  Сов. государство и право. 1982. № 6, 8.


[Закрыть]
. В результате проведенных научных обсуждений в юридической литературе с позиции структурно-функционального анализа сложилось устойчивое мнение о том, что система права – это его внутреннее строение, соединение действующих в государстве юридических норм в единое целое, а также разграничение их на отрасли и институты права[48]48
  См., например: Байтин М. И. Указ. соч. С. 199.


[Закрыть]
.

Однако данное понятие «система права» выработано весьма спорно. Во-первых, право по существу сведено только к одной его форме – российским правовым актам. Во-вторых, понятие «система» теоретически недостаточно обосновано, в действительности относится лишь к структуре и содержанию и не ко «всему» праву, а только к одной из его форм – российским правовым актам.

Рассматривая формы национального и международного права, реализующегося в государстве, как его внутреннее и внешнее выражение, представляется теоретически более обоснованным введение в научный оборот понятия «система форм права». Данная система состоит из двух подсистем – национального и международного права, образованных составляющими их элементами – соответствующими формами внутригосударственного и международного права, и характеризуется целостностью, устойчивой структурой, взаимосвязью и взаимозависимостью составляющих ее однородных элементов.

Такой вывод теоретически может быть выработан в соответствии на научно обоснованной концепцией интегративного правопонимания. В современный период, как справедливо заметила М. В. Немытина, «приверженцы различных научных концепций постепенно приходят к общей идее о необходимости некого интегрального правопонимания, в рамках которого право рассматривается как системная ценность. Их взгляды сходятся в том, что не стоит противопоставлять типы правопонимания, а следует искать точки их соприкосновения… Именно интегральное (или интегративное) правопонимание позволяет сформировать целостное представление о праве, рассматривать право во множестве проявлений и одновременно в его единстве»[49]49
  Немытина М. В. Проблемы современного правопонимания: современные методы исследования в правоведении / Под ред. М. И. Матузова и А. В. Малько. Саратов, 2007. С. 115, 116.


[Закрыть]
.

С позиции научно обоснованной концепции интегративного правопонимания дискуссионными следует признать вопросы, касающиеся сведения «всего» права, реализуемого, в частности, в Российской Федерации, только к национальным правовым актам, содержащим лишь нормы права, и жесткого разграничения внутригосударственного и международного права, искусственного создания «самостоятельных», «взаимодействующих» на «паритетной» основе отдельных систем национального и международного права. Представляется, теоретически более обосновано, а практически необходимо исследовать «всё» право, реализующееся, например, в Российской Федерации в рамках единой, развивающейся и многоуровневой системы форм права, состоящей из подсистем национального и международного права, образованных составляющими их элементами – формами соответственно национального и международного права. Думаю, в единую, развивающуюся и многоуровневую систему форм национального и (или) международного права, реализующегося в государстве, прежде всего объективно интегрируются основополагающие (общие) принципы российского права, национальные правовые акты, правовые договоры, обычаи российского права, основополагающие (общие) принципы международного права, международные договоры и обычаи международного права.

Э. Г. Юдин выделял три основные характеристики систем: элемент, целостность и связь. В качестве элемента системы Э. Г. Юдин рассматривал далее неделимый ее компонент при данном способе расчленения, минимальный компонент системы или максимальный предел ее расчленения[50]50
  Юдин Э. Г. Указ. соч. С. 182–184.


[Закрыть]
. Классифицируя систему форм национального и международного права, думаю, такими элементами возможно рассматривать формы внутригосударственного и международного права как его внутреннее или внешнее выражение.

Важнейшую роль системного подхода в процессе исследования сложных объектов отмечал еще Г. Гегель. На его взгляд, «всякое содержание получает оправдание лишь как момент целого, вне которого оно есть необоснованное предположение или субъективная уверенность»[51]51
  Гегель Г. Энциклопедия философских наук. М., 1975. Т. 1. С. 100.


[Закрыть]
. Развивая эту мысль, И. В. Блауберг и Э. Г. Юдин справедливо заметили, что понятие целостность в научном познании прежде всего ориентирует научного работника в постановке проблем и выработке стратегии исследования[52]52
  Блауберг И. В. Проблемы целостности и системный подход. М., 1977; Юдин Э. Г. Понятие целостности в структуре научного знания // Вопросы философии. 1970. № 12. С. 81–92.


[Закрыть]
.

Исходя из данных философских позиций, право не только возможно, но и объективно необходимо прежде всего анализировать как целостное явление в единой, развивающейся и многоуровневой системе форм национального и международного права. Только при таком целостном подходе к изучению права возможно выделять, например, общие и специальные признаки внутригосударственного и международного права, тенденции их дальнейшего развития, взаимодействия, сближения и дифференциации. В то же время, например, структурно-функциональный анализ, структурализм, как правило, отграничивается анализом структуры или функций собственно, например, закона, который Вместе с тем, «получает оправдание лишь как момент целого, вне которого оно есть необоснованное предположение или субъективная уверенность» в отрыве от общих проблем «целого» – системы форм национального и международного права, реализующегося в государстве.

Прямые и обратные связи имеют не только стратегически ориентирующую роль, но и являются непосредственными средствами исследования, системообразующими связями[53]53
  Юдин Э. Г. Указ. соч. С. 187.


[Закрыть]
. Характерно, что Н. Винер – основатель кибернетики – определял кибернетику как науку о процессах управления. В современный период кибернетика рассматривается в качестве одной из основных теорий систем, применимых к социальным явлениям[54]54
  Винер Н. Индивидуальный и общественный гомеостазис // Общественные науки и современность. 1994. № 6.


[Закрыть]
. В основе кибернетики лежит передача информации между системой и средой – прямые и обратные связи.

При таком общенаучном подходе прежде всего необходимо обратиться к анализу понятий «обратная связь» и «принципы обратной связи». В философской литературе принято разграничивать данные понятия. «В первом случае, – писал Н. И. Жуков, – обычно имеется в виду лишь канал связи в направлении от управляемого объекта к регулятору, сам же принцип обратной связи означает коррекцию в ходе управления» (выделено мной. – В. Е.)[55]55
  Жуков Н. И. Философские основы кибернетики. Минск, 1976. С. 48, 49.


[Закрыть]
. Отсюда следует, что принцип обратной связи – универсальный способ управления сложноорганизованными системами, обеспечивающий эффективное регулирование, посредством реализации которого происходит конкретизация концептуальных положений диалектики о развитии, «самодвижении» и изменении сложных органических систем, в том числе и системы форм внутригосударственного и международного права. Анализ этого принципа способствует: детализации одного их высших типов причинной связи – взаимодействия элементов системы, когда каждый процесс выступает и как причина и как следствие; углублению раскрытия сущности социально-управленческой природы индивидуального регулирования общественных отношений, в том числе индивидуального судебного регулирования; исследованию роли, значения, способов и каналов воздействия, в частности, судебной практики в процессе регулирования общественных отношений, а также развития внутригосударственного и международного права.

Таким образом, принцип обратной связи применительно к проблемам, затрагиваемым в данной монографии, возможно рассматривать как своеобразную «коррекцию», «настройку», теоретически точнее – во-первых, конкретизацию права в результате уточнения, детализации правотворческими органами, например, основополагающих (общих) и специальных принципов права; во-вторых, коррекцию правового регулирования общественных отношений в результате их индивидуального регулирования с учетом конкретных фактических обстоятельств, безусловно, в пределах принципов и норм права, содержащихся в системе форм национального и международного права, реализующихся в государстве.

Н. Винер назвал принцип обратной связи «секретом жизни», писал: «обратная связь есть метод управления системой путем включения в нее результатов предшествующего выполнения ею своих задач»[56]56
  Винер Н. Кибернетика и общество. М., 1958. С. 71.


[Закрыть]
. Философской основой принципа обратной связи является отражение. Будучи активной формой проявления движения, отражение носит мобильный, активный характер. Исследование принципа обратной связи является одним из наиболее перспективных направлений философской и правовой мысли. В специально посвященной этой проблеме монографии Л. A. Петрушенко писал: «Этот принцип характеризует одно из наиболее общих и существенных свойств живого – его способность самостоятельно поддерживать (в определенных пределах) нормальный процесс жизни и линию поведения в изменяющихся условиях, … зависимость управления от передачи информации, … выявляет … момент самодвижения, присущий всей материи»[57]57
  Петрушенко Л. А. Принцип обратной связи. М., 1967. С. 6, 7. (выделено мной. – В. Е.)


[Закрыть]
.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Поделиться ссылкой на выделенное