Вадим Агапов.

Талисман



скачать книгу бесплатно

– Кольчужные? – предположил я. – Это дорогие перчатки, их иголкой не проколоть…

– Да, точно! Так нам и сказали. – кивнул Громов.

– Ха, врач-убийца, – усмехнулся Арсений и поинтересовался, – следы пыток?

– Ножевые ранения. Как сказал судебник, некоторые из них были не смертельные, но болезненные. Типа, в ногу. – И Громов хотел показать на себе, но передумал и ткнул Арсения указательным пальцем в бедро.

– Где лежало тело целый день, неизвестно, – продолжил он, – но известно, что около девяти вечера на обочину съехал джип тёмного цвета, номера не определить, грязные. Возможно, что в нем привезли труп и, выгрузив его на улицу, отвезли по тропинке на берег Финского залива. Вот здесь…

Громов указал метку в районе между посёлками Лахтой и Ольгино, на берегу залива.

– А как его довезли до берега? От дороги? – спросил Арсений. – На джипе?

– Нет, джип оставался на обочине, а везли труп на тележке. Труп вывалили на песок, а тележку неподалеку бросили. Там место, в принципе, безлюдное, а в это время года, да ещё и вечером, только убийцы ходят, – неожиданно пошутил Громов. – Но, к счастью, там мужик местный с собакой гулял, он её каждый день там выгуливает, и собака обнаружила труп. Мужик позвонил в полицию, а дальше опознали, хотя и паспорт, и кошелек пытались выкинуть в залив, но их прибило к берегу, недалеко от трупа…

– Мужика проверили, – то ли спросил, то ли констатировал Арсений, – и он не имеет к убийству отношения.

– Да, – кивнул Громов, – действительно, случайный прохожий.

– А откуда про джип тёмного цвета узнали? – спросил я. – Или там камеры есть?

– Движение вечером не слишком интенсивное, но нашли человека, который в это время проезжал мимо, и у него на регистраторе виден стоящий в этом месте и в это же время тёмный джип. Похож на паджеро – мицубиси. Номера попробовали рассмотреть, – там пара цифр вроде угадывается. Но пока ничего про него не выяснили.

– Джип из города? – спросил Арсений. – Или из области?

– Пятьдесят на пятьдесят, – неопределенно ответил Громов. – Когда изучили все данные с камер наблюдения, которые на посту ДПС, на виадуке, на въезде в город и так далее, то похожий джип, с похожими номерами въехал вот сюда…

Громов показал спальный район озера Долгого.

– Это по времени похоже, где-то через тридцать минут после того, как его видели у обочины.

Он сложил карту.

– А потом он теряется во дворах. Его, конечно, ищут, но во-первых, небольшая вероятность, что найдут. А во-вторых, не обязательно, что это тот самый автомобиль, – закончил он.

– Всё происходило в районе Ольгино-Лахты, – то ли спросил, то ли заметил Арсений. – Машину оставил недалеко от Лахты, труп нашли в Ольгино, да и места немноголюдные…

– Да, – подтвердил Громов, – мы искали свидетелей в этих посёлках, но пока никого не нашли…

– Правильно ли я понял, – вмешался я, – что он останавливается посреди дороги, потом пересаживается к кому-то в машину, его куда-то везут, где пол земляной и холодно, там убивают и труп выбрасывают на берег залива? Причём, не ограбив!

– Возможны варианты,– кивнул Арсений, а Громов просто промолчал. – Но для выводов нужны факты.

– Факты? – повторил Громов. – А вон они, за вами.

Целые горы фактов! Всё, чем богаты…

Мы обернулись и заглянули в огромный мерседесовский багажник. Он был забит картонными коробками, на каждой значился номер и буква.

– Это всё копии, приготовил специально для вас,– сообщил Громов.

Арсений, согнувшись пополам, вытащил одну из коробок. Повертел ее в руках и забросил обратно. Коробка была тяжёлая.

– Паришь! Сегодня пятое ноября, – сказал он Громову, – а на коробке дата «2 ноября», тогда ты ещё не собирался нас привлекать к расследованию!

– Слушай, – скривился Громов, – что ты всё… – он не закончил свою мысль и обратился ко мне: – Как ты с ним работаешь?

Я про себя улыбнулся.

– Да, кстати, – вспомнил Громов, – забыл добавить фотоматериалы с похорон. Может, они лишние? – спросил он у Арсения.

– С каких похорон?

– С похорон Игоря, разумеется, с каких же ещё?

Я изумился.

– А зачем ты фотографировал похороны?

Громов пожал плечами.

– Ну, мало ли, народу много было, вдруг бы кто засветился… У меня парнишка толковый, он вначале незаметно всех снимал, а потом у него было задание – кое-кого послушать, что они говорят.

– Ну, и как? – поинтересовался я. – Результат есть?

Громов скривил лицо и отрицательно покачал головой.

– А где снимки? – спросил Арсений.

– На моём планшете, если надо…

Громов достал планшет, включил и разыскал папку под названием «Похороны. Ухтомский. 4 ноября».

Трагических фото было около сотни. Никогда бы не взбрело в голову снимать на похоронах. Вероятно, это у сыщиков такое поверье – убийца возвращается или на место преступления, или к своей жертве, что-то такое.

Во всяком случае, Арсений очень внимательно рассмотрел пару фотографий. И то ли техника была хорошей, то ли парнишка был мастером своего дела, фотографии удались. Если бы не повод, то хоть в альбом вставляй!

– Народу как много, – удивился Арсений. – А почему?

– То есть, как почему? – не понял Громов. – Много коллег по работе, много друзей…

– А родственники? – поинтересовался Арсений.

– А у Игоря было мало родных. Родители умерли, вот жена Елена, да какие-то дальние…

– Да, жену я узнал … – вставил Арсений.

– Ты её знаешь? – удивился Громов.

– Видел на фотографиях. А это кто? – Арсений ткнул в какую-то женщину, которая поддерживала жену под руку.

– Это тётка жены, – пояснил Громов.

– У жены тоже мало родственников?

– Почему? Родители, например…

– А где они? – продолжал допытываться Арсений.

– Дома у себя, они с внучкой остались, ну, с дочкой Игоря, – пояснил Громов.

– А почему дочка не пошла? – искренне удивился Арсений.

– Дочка? – переспросил Михалыч. – Так она маленькая, ей то ли семь, то ли восемь лет…

– Ну, не такая уж и маленькая, – возразил Арсений, – у неё страница «ВКонтакте» есть… Почему её на похороны не взяли?

– Ё-моё! Строганов! Потому что дети, особенно девочки … – заговорил Громов.

Я вспомнил, что у него дочка, лет шести.

– Скажи, доктор, – перебил его Арсений, обращаясь ко мне, – вот если ты сейчас умрёшь…

Я закашлялся…

– Так вот, если ты умрёшь, твои дети пойдут на твои похороны?

– Тебе никто не говорил, что ты отморозок? – поинтересовался Громов у Арсения.

– Говорили, но это к делу не относится, – пожал плечами Арсений и продолжил, как ни в чем не бывало: – итак, девочку на похороны не взяли. И родители его жены тоже отсутствовали…

– Тьфу, ты! – дёрнулся Громов. – Был папа Елены! А с дочкой бабушка осталась. Вон он, как раз рядом со мной, – он ткнул пальцем в экран. – А я и забыл. Плохо он на меня действует, – пожаловался он мне, кивнув на Арсения.

– А ты неплохо выглядишь, – возразил ему Арсений, рассматривая фото Громова на похоронах. – Скинь нам на флэшку, – он порылся в карманах пальто и неожиданно извлек флэш-карту в виде зажигалки. – Я их потом посмотрю.

– Ну, слава Богу, – съязвил Громов и стал перебрасывать фотографии.

– Ну, что ж, – важно заговорил Арсений, – мне совершенно ясно, что нам необходимо посетить… дом, где он жил, причём, желательно поговорить с женой, точнее, с вдовой. Затем, посмотреть место, где он оставил машину. Далее, берег залива, где нашли труп. И, конечно, работа!

– Что, работа? – нахмурился Громов.

– Побеседовать с коллегами, например, и ещё кое с кем… – хладнокровно ответил Арсений.

– Работа… – начал Громов. – Тут не всё так просто. Тебе, конечно, будет недостаточно моего слова, что работа тут ни при чём? – посмотрел он на Арсения.

– Я учту твоё мнение, – согласился Арсений.

– Это не просто мнение! – эмоционально заговорил начальник безопасности. – Это пятидневная работа моих ребят и следственного комитета, круглосуточная! Куча информации и факты! И только после этого я сделал вывод, что его убийство не имеет к работе никакого отношения! Поэтому я вас и пригласил! Если бы это как-то касалось работы, то я бы уже всё знал, понял?!

– Конечно, – легко согласился Арсений, – тут я вполне на тебя полагаюсь. Поэтому, когда мы поедем к вам в фирму, ты обязательно будешь нас сопровождать.

– Якорь тебе в …! – выругался Громов. – Сопровождать?! Да ты без меня даже на пушечный выстрел не подойдешь к офису! Не допустят!

Я понял, что их надо «разнимать».

– Может, начнем с места жительства? И с вдовы? – предложил я.

И Михалыч стал звонить вдове Елене.


Глава 2.

Мы ехали в дом, где жил Игорь Ухтомский. Арсений сидел с закрытыми глазами и усиленно жевал. Он запихнул в рот целую упаковку жевательной резинки, сообщив, что его укачивает. А я смотрел по сторонам, удивляясь, какая странная судьба оказалась у убитого. Молодой, здоровый, обеспеченный мужчина. Прекрасная карьера, дочка, жена … По мнению Арсения, ещё и любовница. И какая-то дикая, нелепая смерть! Несмотря на уверения Михалыча, мне почему-то казалось, что убили его из-за каких-нибудь разборок на работе. Большие деньги, большие разборки. Просто не хотят они выносить сор из избы, точнее, из офиса.

Оставив по левую руку Замок, где был убит один из императоров, мы проехали мимо цирка Чинизелли, затем по мосту через Фонтанку, на Литейный и, несмотря на пробки, довольно быстро приехали на улицу Жуковского. Неожиданно легко нашли место для парковки и вылезли из машины. Дождь перестал, но было так же сыро, пасмурно и противно. Людей вокруг было немного. Арсений, как обычно, не обращая внимания на непогоду, остановился посреди улицы и начал озираться по сторонам. Я, конечно, проследил за его взглядом: камеры видеонаблюдения, машины (многие – дорогие марки), редкие прохожие, окна дома на противоположной стороне (дом пятиэтажный, с мансардой). Громов, тем временем, потопал к подъезду. Арсений продолжал вглядываться в окна, но я ничего особенного не заметил. Разве что Арсений стал не таким дёрганым, как полчаса назад. А я начал почему-то нервничать. Вероятно, перед встречей с вдовой. Пять дней прошло – значит, истерики уже закончились, и начинается депрессия. Я заметил, что когда сообщаешь о смерти близкого человека, – как доктору реанимации, мне часто приходится это делать… Так вот, бывают три реакции…

– Доктор, отвернись! – вдруг гаркнул в ухо мне Арсений, и тут же меня развернули в другую сторону.

– Ты чего? – накинулся я на Арсения.

Тот указал на мужчину с фотоаппаратом на другой стороне улицы.

– Ну, и что? – спросил я.

– Ничего, странный он, – Арсений подтолкнул меня в спину, мол, иди. А сам стал разглядывать его, повернувшись вполоборота.

– Сам ты странный! А что в нём?.. – я хотел спросить, чем он не понравился Арсению, но он меня перебил:

– Взгляд у него какой-то… Не от мира сего. Очки затемнённые – в ноябре. И борода клееная… А фотоаппарат у него Sony альфа, – эта модель больших денег стоит. Не говоря уже о ботинках…

– Почему борода клееная? – удивился я. Дорогим фотоаппаратом сейчас никого не удивишь. Да и обувь в городе не дефицит.

– А почему он на нас смотрел? – вопросом ответил Арсений. – Я всегда замечаю подозрительные взгляды. Даже сквозь очки. А борода рыжая, ему не идёт, словно приклеили!

Я пожал плечами. Когда Арсений начинает играть в сыщика, под подозрения попадают все.

В дом, где жил покойный бизнесмен, можно было попасть с улицы только через парадный вход, где сидел крепкий молодой человек в костюме. Громов стоял напротив охранника и по телефону договаривался с Еленой о нашем визите. Разрешение было получено, и охранник с улыбкой пропустил нас внутрь.

– Подземный паркинг, – на ходу сообщал нам Василий Михалыч,– оттуда можно подняться на лифте, но там камеры. Также камеры на входе и во дворе, все записи у нас, можно будет посмотреть…

Было заметно, что на ремонте парадной и лестницы не экономили. Восстановили лепнину, чугунную решётку перил. Да и фасад воссоздали, каким он был сто лет назад. Окна на лестничных пролетах были на две стороны: на улицу и на внутренний дворик, вымощенный разноцветной плиткой, украшенный фонтанчиками и стильными фонарями.

– И ещё, – Громов резко остановился, так что мы налетели на него, – она уже поспокойнее, наверно, потому что на лекарствах… Но будьте… Э-э… – он замялся, подбирая слово, – повежливей и подобрей. Ты давеча про эмоции говорил? Дело не только в моей карьере. Игорь был моим приятелем. И хорошим человеком. Так что попробуйте быть душевнее, особенно это касается тебя! – и он ткнул пальцем в Арсения.

Мы позвонились, и нам открыл молодой человек со смазливым лицом, чёрными прилизанными волосами, в джинсах и белой рубашке с закатанными рукавами. На предплечьях вился замысловатый рисунок татуировки. Мы поздоровались. Оказалось, что Громов с ним знаком и представил нам его как Сержа, друга Елены.

Арсений, раздеваясь, незаметно подмигнул мне и прошептал одними губами: «Фэйсбук!»

А, вот где я его видел! Елена была на фотках вместе с этим Сержем. Дурацкое имя, – подумал я, – типа, Сергей? Вот сюрприз! Вместо безутешной вдовы – её любовник. И у меня непроизвольно на лице вместо скорбно-сочувственной гримасы появилась ухмылка. Впрочем, я тут же взял себя в руки – может, наговариваю на хороших людей? Но тут внутренний голос мне напомнил: а любовница Игоря?

Квартира соответствовала дому и владельцам. Сергей, или Серж, проводил нас широким и длинным коридором в гостиную. Одна стена коридора была увешана картинами, по-видимому, современных художников. А другая – фотографиями. Арсений задержался, рассматривая фото, и потянул меня за рукав, головой показывая, на какие нужно смотреть. Фотографий было много, разбросаны по стене они были в художественном беспорядке. Однако, как я заметил, на некоторых были Елена с дочкой, на некоторых Игорь с дочкой. И только на парочке, совсем ранних, – они вдвоём.

Нас окликнул Громов, и мы прошли в комнату.

Первое, на что я обратил внимание – это аромат кофе. Кофе пил Серж. Он сел в кресло в дальнем углу комнаты, – по размерам это была бальная зала! И стараясь не привлекать к себе внимания, тихонько пил ароматнейший напиток. А поскольку я практически не завтракал, слюнки у меня потекли, как у собаки Павлова…

Верхний свет был выключен, торшеры каких-то немыслимых форм давали приглушенный свет и нелепые, даже зловещие тени. Поэтому разглядеть хозяйку квартиры было непросто. Она сидела в необъятных размерах кресле около стеклянного столика, на котором стояли пара пустых пузатых стаканов, бутылка кальвадоса, и валялась упаковка от лекарства, – я разглядел неплохой антидепрессант.

Начальник отдела безопасности расположился рядышком с вдовой и что-то тихонько ей говорил. Арсений тоже плюхнулся в кресло и изучал обстановку. Мебели было немного, и видно, не найдя ничего для себя интересного, он сосредоточил свое внимание на вдове. Слава Богу, делал он это не слишком вызывающе, просто незаметно посматривал в её сторону.

Я сел на стул неподалеку от Сержа, поскольку оттуда удобно было рассматривать хозяйку. Холёная красавица, знающая, что она красавица, – промелькнуло у меня в голове. Тёмные волосы, карие глаза, лицо уверенной в себе женщины. Отличная фигура, за которой она, безусловно следит… Даже круги под глазами не особенно видны, так, слабый намёк. И умеренное количество косметики.

Вот чего я не увидел, так это признаков депрессии! Скорее, истерика? Нет, не похоже… Руки немного дрожат, взгляд, – она мельком посмотрела на меня, – какой-то напряженный… А, испуганный! – внезапно догадался я. Интересно, Арсений заметил? И сама она неподвижная, скованная, скорее всего от страха. Такая догадка проскочила в моём мозгу, и за диагнозом последовало лечение: здесь нужен не антидепрессант, а транквилизатор. Или кальвадос, который она и пила…

Елена, выслушав Громова, кивнула головой, но так и ничего и не сказала.

Пауза между тем затягивалась. Громов уже несколько минут как представил нас: частные детективы, Арсений Строганов и Вадим Агапов. Но Арсений продолжал блуждать взором по комнате, останавливаясь то на Елене, то на Серже, то на люстре. Громов пару раз кашлянул, – мол, начинайте, раз пришли. Серж молча пил кофе и ел круассан. Тут я понял, что первая партия – моя. Видно, что Арсений решил выполнить просьбу Громова – быть добрее, и поэтому просто молчал. А Елена, уже не испуганно, а хмуро смотрела на нас. Я тоже кашлянул… Чёрт! Дурацкая ситуация.

– Добрый день, Елена, – сказал я. Поскольку мы уже здоровались, когда вошли, это прозвучало немного неестественно.

– Может быть, вы хотите расспросить Елену? – сказал Василий Михайлович. – Времени у вас немного!

– Да, конечно, – кивнул я. Проклятый голод – у меня неожиданно заурчал живот. Я натянуто улыбнулся и, обращаясь к Сержу, попросил: – Э, простите, я просто сегодня позавтракать не успел, нельзя ли мне кофейку? Чашечку. Очень уж вкусно пахнет. Спасибо. Извините.

Серж совсем не удивился, а отставил свою кружку и спросил, причём, говорил он с каким-то немыслимыми акцентом:

– Коффэйку? А, каффэ? Уий! Затракать? Карашо!

И вышел из гостиной. Громов откинулся на спинку дивана, на котором сидел, и прикрыл глаза. Елена смотрела на меня как на муху, которая попала ей в кофе.

И тут вдруг Арсений громко поинтересовался, настолько громко и неожиданно, что даже Громов вздрогнул…

– Елена, а где сейчас ваша дочка?

– Строганов, причём тут…– начал Громов, но его перебила Елена.

– Почему вы спрашиваете? – сказала она напряженным голосом, ещё чуть-чуть, и сорвётся на крик.

– Просто поинтересовался, – соврал Арсений, – то есть, она в безопасности? Да?

Руки у неё задрожали, и она обхватила ладонями подлокотники кресла.

– Успокойтесь, пожалуйста! – обратился к ней Арсений, как ни в чем не бывало. – Вы сами знаете, что она в полной безопасности, и совершенно не о чем волноваться.

Елена, фигурально выражаясь, взяла себя в руки, сделала пару глубоких вдохов и медленно выдохнула. Громов скакал вокруг неё, заглядывал в глаза, налил ей в стакан алкоголя и предлагал выпить. Но она отрицательно покачала головой.

– Я в порядке! – наконец, сказала она и еле заметно постучала пальцами по деревянному подлокотнику.

Однако, Арсений не остановился на достигнутом эффекте и продолжил свои вопросы:

– А что у вас были за предчувствия?

– Предчувствия? – переспросила она.

– Ну да, предчувствия, страхи… – пояснил мой коллега. – Вы же предчувствовали, что что-то произойдёт? Разве не так? Какие-то ощущения приближающейся беды?

Елена вдруг широко раскрыла глаза и не отводила взгляда от Арсения.

– Откуда вы это знаете? – прошептала она. Теперь я отчётливо видел, что она не была ни в какой депрессии, она была напугана. Страх! Поэтому и алкоголь, поэтому и любовник в доме на следующий день после похорон, поэтому и дочка была спрятана в доме у родителей!

– А когда вы это почувствовали? – вкрадчиво интересовался Арсений, не обращая внимания на её вопрос.

– Ты ничего мне не говорила! – вставил Громов изумленно.

И тут она заговорила. Видимо, все эти дни она держала свои страхи в себе, ни с кем не делилась, только боялась! Не за себя – за дочь…

– Да сразу после похорон! Когда мы с Игорем на похороны ездили, к этой, как её, Устинье… Я ещё не хотела ехать, – зачем нам туда тащиться, особенно Кристине? А он просил, говорил, что пусть она попрощается, что Устинья её знала! Зачем ребенку на всё это смотреть? Там всё и произошло!

– Что? – в один голос спросили мы с Громовым…

– Силь ву пле! – это въехал Серж с сервировочным столиком и подъехал ко мне. Там был кофе, круассаны, варенье и сыр трёх видов. – Пожалуйста! – с акцентом добавил он.

– Так, месье – француз! – догадался я. Но есть я не мог, потому что не хотел упустить ничего из рассказа Елены.

– … это даже не родственница, просто знакомая его родителей! Но если я говорила «не надо», то он специально, чтобы мне назло, «поедем на похороны»! Тащились чёрт знает куда! А эта Устинья нашу Кристину всего-то пару раз видела. Кристина её и не помнила…

– … и вот уже под конец, когда гроб опустили в яму, все пошли прощаться, и Игорь пошел. А мы с Кристи стояли неподалёку. И она решила к нему подойти. А там места мало, вокруг одни могилы, одна на другую залезают. Кристина ступила на землю у соседней могилы… И тут случился этот ужас! То ли там земля рыхлая, то ли ручей подземный, только вдруг земля стала медленно под ней проседать, она попыталась выпрыгнуть, но тут же провалилась по пояс! Я закричала, к ней подбежали, помогли ей вылезти…

– … я дальше уже и не помню, что происходило, наверно, Кристина плакала… И ещё какая-то старая ведьма, которая около нас стояла, всё причитала: «Плохой знак…»

Елена всё же глотнула из стакана. Серж подошёл к ней и взял её за руку, потом погладил ее по голове.

– Кристина не пострадала? – спросил Громов, видимо, чтобы отвлечь от воспоминаний.

– Нет, – ответила Елена, – скорее пострадала я, да и то, морально… Но с того момента у меня и появилось неприятное ощущение страха! За Кристину. Предчувствие, что скоро что-то произойдёт.

– А Игорь? – не понял Громов, – Он что? – не слишком понятно добавил он.

– Игорь? Игорь гораздо спокойнее к этому отнёсся, мы ещё поругались по этому поводу. Он сказал, что я истеричка, что ничего особенного не произошло. Ну, провалилась девчонка в яму, слава Богу – ничего не сломала… А я знала, что всё это не так просто, это и вправду был дурной знак!


– Так это, собственно… э-э… – замялся Громов и разочарованно добавил: – Ничего нам не дает! В плане убийства Игоря.

Я начал есть. В начале её рассказа я аж замер с чашкой в руке, стараясь не пропустить ничего важного, но оказалось, что волновался я зря, в дурные знаки я не верил. Чего было не сказать о Строганове: он подался вперёд, внимательно слушая Елену, и видно, совсем не обращал внимания на слова Громова.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Поделиться ссылкой на выделенное