Вячеслав Сахаров.

Метель



скачать книгу бесплатно

Моим родителям и всем Мяунджинцам посвящается

Пролог

Не знаю с чего начать. Я слишком долго хранил эту тайну, но больше нет сил. Все дело в том, что об этом могу рассказать только я. Никто кроме меня не помнит событий того далекого года, по каким причинам, вы узнаете дальше.

Мне до сих пор мерещатся во снах сцены тех событий. Начну я с тех самых пор, как это все начиналось. Начало отсылает нас на конец предыдущего и на начало нового тысячелетия.

Все эти события происходили на севере нашей страны, в поселке городского типа – Мяунджа. Ничего сверхъестественного в этом названии нет. Значит оно – большое сердце. Я родился там и вырос. Не знаю, как объяснить то, что я сейчас расскажу. А именно, что меня всегда привлекало место не далеко от нашей станции. ГРЭС там занимает огромную площадь и сама она не маленькая. По правую руку от нее огромное водохранилище, затем дамба, а потом сопка с обрывом. Вот это место меня и привлекало – между дамбой и сопкой. Началось все с необычного свечения.

Глава 1. Свечение и странное исчезновение

1998 год. Наш двор, наш родной маленький двор. Улица Октябрьская двенадцать. Двор был расположен между двух пятиэтажных домов, розового цвета, и рядом стоящих трехэтажного здания поселкового отделения милиции, общежития и еще одной пятиэтажки. В одном из домов жил и я, на пятом этаже. Двор был хороший, качели, горка. Вдоль двора проходила теплотрасса, в которую мы любили забираться зимой. Горячие трубы, тепло.

Сидели мы в них не всегда. И вот, как-то вечером, зимой там рано темнеет, я вновь увидел свечение в той стороне. Что же это такое? – думал я. Ответа я не знал. Но оно меня манило. Мы тогда гуляли втроем, я, Сашка и Андрей. Я им рассказал про свечение.

– Может, какие-то работы идут? – предположил Андрей.

– Может, – ответил я. – Может завтра сходим туда? Только родителям не надо говорить.

На следующий день мы, как и договаривались, отправились в путь. Каким же мир казался огромным тогда, неизведанным, столько интересного. В общем, пока мы шли, дурачились, валялись в снегу, смеялись, беспечность, детство. А тем временем смеркалось. Пока мы дошли до подножия дамбы, было уже темно. Время пролетело незаметно. К дамбе с одной из сторон водохранилища вела самодельная лестница, но мы туда не пошли, а зашли снизу, со стороны. С этой стороны видно и дамбу, и обрыв сопки. Скат дамбы скован толщей льда, как и река, выходящая от неё. Там видно каких-то людей, стоят лампы на стойках. Больше ничего не видно.

– Что вы здесь делаете? – внезапно прозвучал грубый голос за нами.

Мы поворачиваемся и видим рабочего, не долго думая мы бежим. Спустя метров пятьдесят я обернулся, он бежит за нами, но не один. Несколько рабочих тоже бегут со стороны дамбы. Тут мы уже не думали, просто бежали вперёд. Темно, вечер, мороз. Снега много, бежать сложно. Вот мы выбегаем на гладкую раскатанную дорогу, которая проходит мимо гаражей совхозной территории.

А дальше длинная дорога в поселок. Мы бежим не оглядываясь, в зимних одеждах становится жарко. Мы добегаем до окраины поселка, звездообразный перекресток. Прямо в поселок, влево на выезд из него, вправо станция, назад нельзя, но вправо по диагонали еще дорога. Ведет она мимо общежития, к гаражному сектору. Мы с Сашкой решаем бежать прямо, а Андрей туда.

Мы добежали до общежития с одной стороны, и видели, как за Андреем бегут двое. Они забегают за дом. С другой стороны они не появились. Но как и почему? Почему за нами не побежали дальше. Почему они вообще за нами бежали? Тогда я этого не знал, но узнал позже.

Время около восьми вечера. Андрей не появился. Мы все перебрали в своих тогда еще не располагающих большим количеством вариантов версий, головах. Мы сидели на углу дома, чтобы наблюдать за подъездом в доме напротив, где жил Андрей.

Восемь часов. Нам пора домой, но мы ждем. Родители уже начинают поглядывать на часы и ремень. Мы решаем сходить к нему, вдруг мы пропустили, как он проскочил.

Дверь открыл его отец. Странно посмотрел на нас, а затем сказал, что его нет и, если увидим, сказать, чтобы немедленно шел домой. Это более, чем странно.

Мороз крепчал. Половина девятого. В подъезд прошло три человека, но Андрея не было. Мы обходим дом и снова идем к подъезду. Решаем зайти еще раз. Глупо, но если его нет, то расскажем, что произошло, если нам поверят. Дверь открыл сам Андрей. Мы смотрим на него и молчим. Как он успел войти в подъезд? Он смотрит на нас и в его взгляде проскакивает непонимание.

– Как ты прошел? – спрашиваю я.

– Так. Прошел и все.

– Что там было? Тебя поймали? – спрашивали мы.

– Кто? – спросил он и его глаза забегали, как будто он не знал о чем мы говорим. – Вы что шутите?

– Но ты пропал! – утверждаем мы. – Мы бежали от мужиков и ты пропал, мы думали тебя поймали.

– Короче мне некогда, надо уроки делать, завтра увидимся.

Завтра мы не увиделись. Мы виделись редко, в школе или проходя по двору. Андрей перестал с нами гулять. Никто не вспоминал того случая. Спустя какое-то время, на выходных, мы играли во дворе в войну, пластмассовыми пистолетами с механизмом, которые не работали и самодельными автоматами. К нам вышел Рома.

Глава 2. Рома

Рома жил во втором подъезде моего дома, на третьем этаже. Дело в том, что он был не такой, как все. Он был с отклонениями. Учился он в специальном кабинете в отдельное время от общих занятий. Жил он как бы в своем мирке. То изображал, что едет на машине, то летит на корабле из звездных войн. Речь была у него нарушена, но мы понимали его, да собственно все понимали. Мы посмеивались над ним, иногда, но серьезно никогда не обижали.

В тот день шел снег. Мы бегали по двору, играли в войну, придумывая себе укрытия и героев. Ваня тогда застрелил Рому, ну понарошку, и он упал там, где буквально минуту назад испражнилась собака. И надо было именно в кучу упасть. Бах. Рома ты убит.

– Я убит, ох, – говорит он и падает.

Мы не верим своим глазам. Мы все видели, как этот огромный пёс справил там нужду. И вот он падает спиной прямо туда и отображает предсмертные конвульсии, еще больше размазывая дерьмо по своей куртке.

Конечно мы все смеемся. Падаем от смеха в снег и реальные конвульсии сопровождают дикий смех. Ради пущего смеха, Ваня подходит, направляет на него дуло пистолета со словами ; надо тебя добить.

Якобы расстреливает его, а тот барахтается. Но потом он понимает, что дело пахнет жареным, ну может и не жареным, но пахнет, и встает. Это его сильно расстраивает. Он хватает Ваню и начинает трясти, мы идем ему на помощь. Тут он хватает меня, его лицо похоже на лицо безумца.

– Они скоро придут, – кричит он, глядя на меня, совершенно НОРМАЛЬНО, без дефектов в речи. – Они уже здесь!

Спустя пару секунд он как будто приходит в себя. Его глаза смотрят на меня, лицо изображает недоумение. Он отпускает меня, слезы текут по его щекам. Он убегает домой. Сашка и Ваня, Вася и Костя смеются. Они смеются с его последних слов. (Они скоро придут. Они уже здесь.)

Его глаза, они были словно не здесь. Но мы просто посмеялись и забыли. А события сгущались.

(Они скоро придут. Они уже здесь.)

Глава 3. Тихое вторжение

2001 год. Летом этого года, почти все мои друзья ходили в детские лагеря, коих на тот момент у нас имелось три. Всем известные Площадка при школе и МСЧ мы трогать не будем, а вот третий, лагерь церковный в соседнем поселке – Кедровый, мы затронем.

Течет река Мяунджинка, а по правому ее берегу раскинулся чудный поселочек. Людей там жило не много, но там всегда было спокойно, и девчонки там были красивые.

Там то и обосновались эти люди, с божьим словом. Ну много детей там было, вот и мой друг Сашка попал туда.

А когда он пришел оттуда, я не узнал его. Мысли странные, глаза пустые, а в голосе больше не было звона, сплошной хрип.

– Вам мозги промыли! – заявил тогда я.

В тёплый летний день, мы сидели на контейнере, что стоял во дворе, и разговаривали. Сашка был грустный, все время говорил о Боге, но о каком то другом. В его речи слышались ноты навязывания и отреченности. То и дело он говорил, что они пойдут искать бога, какие то артефакты и прочее.

– Тебе тоже надо к ним сходить и помолиться, – говорил он.

– Я слишком мал, чтобы молиться богу! Я говорю, вам мозг промыли. Посмотри на себя! Или ты бросаешь это, или я ухожу.

Я ушел. Сашка оттаял, но это было потом, на много позже.

Вообще, в то время наш поселок захватили эти течения, как мама говорила тогда – сектанты. Она права, нет веры другой, кроме истинной. Есть церковь православная, а все остальное – секты. Когда эти люди, а их было не мало приезжали к нам на Мяунджу, все дети-зомби бежали к ним. Одна из таких квартир была в доме, где на первом этаже была поликлиника. Я просто, ради интереса, один раз сходил с другом туда. Это был ужас. А еще, я увидел там одного учителя из школы, она преподавала историю древнего мира – Валентину Александровну. У них имелся микроавтобус, на нем, с детьми, они все время куда-то ездили. Однажды мы видели их как раз на дамбе.

Зима настала быстро. Вообще она там всегда приходит быстро. Самое позднее в начале октября. Холод, снег, школа. Последнее хуже всего. По крайней мере в том возрасте.

Как и все дети, мы хулиганили, иногда через чур. Тогда я первый раз попал на комиссию по делам несовершеннолетних. Но это особо меня не напугало. Родители конечно меня наказали, дня три я провел дома.

Как сейчас помню, именно в эти дни шел снег. Все гуляли, веселились, катались с горки, играли в игру под названием – царь горы. А я наблюдал за всем этим из оттаявшего на время снегопада окна. Когда идет снег, на улице тепло. На третий день снег прошел к вечеру. Вышло солнце. Оно подсвечивало кромки облаков и туч, и перед заходом, свет попадал в наш двор. Там тогда стоял снеговик, солнце будто оживило его тогда, мне казалось он смеется надо мной.

Гулять я вышел, а вот через пару дней я стал свидетелем чего-то странного. Все началось с лжи и клеветы той самой учительницы, которую я видел на сходке баптистов. Буду так их называть. Дело в том, что успеваемость по школе у меня упала, я стал прогуливать, получать двойки. Урок истории в этот раз был полностью посвящен мне.

– Послушайте дети! – говорила учитель Валентина Александровна. Она говорила так, как будто безумный проповедник читает проповедь. – Вот ваш одноклассник, соратник. Посмотрите на него. Хулиган! Они терроризируют общественность. Я боюсь вечером выйти на улицу.

– Так вы не ходите! – огрызнулся я тогда спокойно раскрашивая ручкой обложку дневника.

– Посмотри на себя, – продолжала она чуть тише, а потом снова тоном проповедника. – До чего ты докатился. Дети, они изобретают самодельные бомбы, кидают старикам под дверь, так сильно взрывается, что столы и стулья в окно вылетают. Представляете?!

Я оглянулся на класс, все были будто под гипнозом. Они смотрели на нее застывшим взглядом. Она сделала паузу и все поворачивались ко мне и смотрели враждебным и брезгливым взглядом. Конечно, я хулиганил, куда же без этого, но то, что она говорила, было чистой ложью.

Мне было не ловко, от части стыдно. Эти взгляды, они испепеляли меня. Я молчал. Я давал им всем шанс бросить в меня камень. Камень упрека и презрения.

(Кто без греха, бросьте в меня камень) – говорил Христос.


– На перемене зайди ко мне в кабинет, – сказала она в конце спокойно. Через несколько минут прозвенел звонок.

К ней в кабинет идти мне не очень хотелось, но что было делать. Я шел по длинному коридору забитому людьми. Они ходили в обоих направлениях, искали свои следующие кабинеты и, им не надо было идти к этому учителю. Ее слова до сих пор звучали эхом в голове.

Кабинет ее был расположен на четвертом этаже. Вообще, четвертого этажа не было в школе, то было подсобное помещение и проход к потолку спортзала. Спортзал был высоким, чтобы заменить лампочку или снять залетевший на мостик для этого мяч, нужна была эта дверь.

Я вошел в первую дверь, это было вроде прихожей и услышал странный разговор.

– Как проходят поиски? – спросила Валентина Александровна кого-то.

– Ищем, – ответил мужчина. Я его не видел, но голос показался знакомым. – Ищем.

– Ты уверен что мы правильно Ищем? Мы уже несколько лет пытаемся найти.

– Да, все следы ведут сюда. Скоро мы найдем нашего бога, можете быть уверены.

Я ровным счетом не понимал ничего. Мне казалось странным, что они ищут бога тут. Как его можно найти конкретно где-то? Я тогда не читал библию, но знал и слышал, по телевизору в то время шла передача – Слово Пастыря, – что бог не материальное.

В следующий момент мое сердце ушло в пятки, когда сзади кто-то положил мне руку на плечо.

Дыхание сперло. Я резко повернулся. Сашка, мой друг. Он стоял и смотрел на меня, ироническая улыбка появилась на его лице. В этот же момент и открылась вторая дверь, оттуда вышли Валентина Александровна и какой-то мужчина с меховой шапкой в руке. Он как-то странно посмотрел на меня и вышел.

– Заходите! – сказала она с напущенной улыбкой.

Мы вошли. В кабинете было прохладно, даже шел пар изо рта. Валентина Александровна была в ярко-красном платье, а на плечах серая шаль. Я прошел к столу, Сашка встал рядом, а она закрыла дверь.

– Ты хочешь снова на комиссию по делам несовершеннолетних? – спросила она.

– Нет, – ответил я.

– А почему тогда сопротивляешься? Почему ведешь себя так?

– А зачем вы при всех сказали неправду про меня?

– Ладно, признаю, переборщила, – отвечает она. – Надо было пристыдить тебя.

Вера – последняя инстанция. Вера – это оплот душевнобольных, отчаявшихся. ( Я хотела тебя пристыдить) Давление, нападение на слабую психику ребенка, ослабить эмоционально, чтобы было легче завербовать. Вот, что она хотела. Это я понял потом.

– Но ведь я такого не делал! – зло ответил я.

– Давай забудем про этот инцидент и начнем заново, – сказала она добродушно. – Приходи к нам в воскресенье, попьем чаю. Мы поможем тебе обрести бога, нашего бога. Саша, скажи, тебе у нас хорошо?

– Да, – сказал тот. – Бог это хорошо. Надо верить в бога. Правда, Приходи к нам.

Ох Сашка, если бы ты знал, в какого бога ты верил.

– Я приду, – соврал я. Не в воскресенье, не в какое другое время я не пришел.

Как-то Валентина Александровна вновь меня позвала к себе, я пришел. Она говорила о Боге, а потом спросила, приду ли я к ним, я ответил отрицательно, ее лицо мгновенно отразило зловещую гримасу.

– Ладно, – сказала она странным тоном и повернулась ко мне спиной. – Воля твоя. Но скоро все изменится, когда мы найдем то, что ищем.

Что и где они ищут? Что и когда изменится? Какой у них свой бог? Эти вопросы не давали мне покоя. Но через время я забыл об этом и больше не предавал этому значения. До поры до времени.

Новых людей становилось все больше, и все они ходили в секту.

Глава 4. Секта

В нашем поселке все менялось быстро. Начальник станции поменялся, сразу же начались работы на водохранилище. Стали ремонтировать дамбу, но многие люди, которые гуляли в той стороне, говорили, что там что-то ищут, по крайней мере им так показалось. Мы как-то летом, пытались пройти по мосту над дамбой, но нас прогнали. Я успел увидеть, что внизу, где малый сброс сделали площадку, мол для купающихся.

После слов Валентины Александровны, мне стали сниться кошмары. Много ночей я просыпался с криком и в поту. Мне снилось, что меня преследует какая-то тень. Я бегу по ступеням вверх в подъезде, оглядываюсь и вижу тень ползущую по стене. Она преследует меня, она хочет дотянуться до меня, но я успеваю зайти домой. Выдыхаю с облегчением и поворачиваюсь в коридоре на кухню. А в дверях стоит отец, его глаза чёрные словно смола. А из ванной комнаты выходит Валентина Александровна и за ней тянется тень, похожая на тень креветки вперемешку с кальмаром в театре теней. Иди к нам – говорит она и ее черные глаза сверкают.

На втором этаже, жила у нас семья. Дети были две девочки и мальчик. Учились девочки уже в старших классах, а вот Лешка, старший, давно уехал и отсутствовал много лет. А тут внезапно приехал.

Мы сидели в подъезде, я и Дима, а он как раз зашел. Мы спросили на долго ли он, Леша ответил – на совсем. Маме конечно это хорошо, но что послужило причиной, никто не знал, а он не говорил. Потом он внезапно стал говорить о Боге. В его речи проскочила фраза : ищем нашего бога.

Лицо стало пустым, глаза смотрели куда то мимо нас, вокруг рта скопились слюни. Он яростно призывал нас искать бога со всеми ними. (Он придет. Мы отчистимся. Не будет больше бедных, все станут богатыми. Все будут равны. Он придет. Книга почти собрана. )

Нам стало тогда очень страшно. Его лицо, оно было мрачным. Он тоже с ними, – подумал я тогда. Так и вышло, однажды я видел, как он садиться в тот микроавтобус со всеми. Что-то странное происходило в поселке, но что?

Люди приезжали и уезжали. Со временем все утихло, забылись кошмары. Все эти таинственные явления и совпадения стали не существенными. Я убедил себя, что это мое воображение играло со мной. Валентина Александровна уехала.

Глава 5. 2005 год. Две странные находки

Зимой, в конце января, на водохранилище нашли нечто. Слух об этом распространился очень быстро. Но в народе говорили просто – что-то нашли. Но что это было не ясно. Я по крайней мере не знал. До одного дня, когда мы с другом шли по Центральной улице. Мы держали путь к Толику Сыру, еще один наш друг. Жил он на этой самой улице в двухэтажном доме. Сам Сыр был личностью неординарной, светлый волос, любил приврать. Стоял мороз, светило солнце, мы шли и обсуждали то, что нашли. Хотя не имели ни малейшего понятия, что это.

– Это кусок от древней книги, – сказал голос. Мы остановились. Рядом стояла девочка, Лера кажется. Она жила в доме на против дома Сыра. Ее щеки горели румяном, темный волос выглядывал из под теплой шапки.

– Ты то откуда знаешь? – грубо спросил я.

– У меня мама на станции работает, – отвечает довольно она. – И была там. Говорят позвонили в Магадан, чтобы прислали специалистов, историков. Говорят, возможно принесло летом по реке. А потом так и замерзло. Вырезали прямо с куском льда.

– Чушь какая-то! – выронил я и мы пошли.

Но это было правдой. Мы зашли за Сыром и пошли на свое привычное место для сборов. Пустая квартира на улице Юбилейной. Где мы собирались покурить, поиграть в карты.

Пятый этаж. Квартира двухкомнатная, полы деревянные, обои времён Сталина, школьная парта вместо стола, на которой стоял радиоприемник, который ловил лишь одну волну – Маяк. Местный эфир как и везде тоже был. Старый диван, который мы где-то нашли, старое кресло, в котором любил сидеть Зелень, когда играл в карты. Зелень – это прозвище товарища, произошло соответственно от фамилии. Дверь закрывалась на две доски, которые упирались в стену и о дверь снизу и сверху. Так вот тогда по радио много говорили об этой странной находке. Мы слушали краем уха, но не придавали значения.

Через несколько дней, мы сидели в школе на лавочке в холле, напротив раздевалки. Кажется мы тогда прогуливали очередной урок. Сыр стоял за углом, прятался от бабушки, она работала вахтером, а мы смело сидели на лавочке, которую мы выкрали из столовой.

По полу потянуло сквозняком. Это значит, первая дверь тамбура открылась. Послышался скрип от обуви со снегом в протекторе о плитку. Вторая дверь открылась, холод ворвался в холл, я повернулся.

В дверях стояла фигура в белых длинных, шнурованных сапогах и черной шубе. Это была Валентина Александровна.

– Здравствуйте! – сказала она и перед глазами встала картина из моих кошмаров. Она выходит из ванной, за ней ползет тень, ее черные глаза сверкают и она говорит: Иди к нам.

Она прошла мимо, на право и в конец по коридору, прямиком в кабинет директора. Наталья Георгиевна приняла её радушно, потом на перемене проводила.

– Так, бездельники, – обратилась к нам директор, когда Валентина Александровна вышла. – Опять прогуливаем!? Узнали Валентину Александровну?

– Ещё бы! – ответил я.

– Прислали с города, – сказала Наталья Георгиевна. – Она же по истории древнего мира специалист. Вот и будет помогать и работать с находкой.

Странное совпадение, – подумал я и в голове пронеслись слова. (Он придет. Книга почти собрана.)

– Книга почти собрана, а теперь полностью, – машинально я озвучил фразу.

– Что? – спросил Шурик.

– Ничего, ничего.

Как-то вечером, мы пошли в гаражный сектор, чтобы поискать, что украсть. Чаще всего это был какой нибудь провод или кабель. Мы сдавали их в пункт приема металлолома. Так как курили мы уже вовсю, да и пивком баловались, деньги были нужны. У родителей никто не просил. Залезли мы в один гараж, нам повезло, там было много чего, что можно сдать. И помимо этого еще всякого добра. Я нашел коробку патронов. В тот вечер я спрятал ее под гараж не далеко оттуда.

На следующий день, мы пошли за ними с Шуриком. Я полез за ними и наткнулся на какое-то препятствие. Его там не было. Что-то твердое, замёрзшее. И похоже оно было в чем-то тряпочном, похожем на одеяло.

– Ну что ты там? – нервно оглядываясь спросил Шурик.

– Не пойму, что там такое, – отвечаю я и достаю зажигалку.

Зажег и смотрю. Одеяло. Правда одеяло, а в нем что-то завернуто.

– Слушай, этого не было вчера, – говорю я. – Что за дела!

Я отодвигаю одеяло и пытаюсь резко вскочить от испуга, но бьюсь головой. Зажигалка выпала. Я вылезаю, ору матом. Это труп. Там был труп мужчины завернутый в одеяло.

Мы сообщили в милицию. Нас долго не отпускали, по сто раз просили рассказать как мы его обнаружили. Что мы там делали. Нам пришлось врать, что мы там прятали сигареты, и пришли за ними. Нас посадили в дежурной комнате, в этот момент сменялся дежурный, заступающий на ночь.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

сообщить о нарушении