Юрий Стукалин.

Военное дело индейцев Дикого Запада. Самая полная энциклопедия



скачать книгу бесплатно

Среди отличительных черт племени, что подтверждается многочисленными сообщениями белых современников, была их необычайная даже для индейцев вера в сверхъестественное. Один торговец писал: «Они самое суеверное из всех племен и поверят почти в любую, самую невероятную историю».

Любопытный факт в истории племени – периодические походы на Южные равнины. С давних времен племя близко подружилось с кайовами, и когда те мигрировали на юг, дружба оставалась неизменной. Бывало, что кроу уходили на юг и гостили у кайовов, пересекая для этого тысячи миль по землям, населенным враждебными племенами. Порой во время таких путешествий им приходилось вступать в жестокие схватки с шайенами и сиу. В первой половине XIX века индейцев кроу иногда встречали в окрестностях испанских поселений Санта-Фе и Таос. Кроу брали на воспитание детей кайовов и наоборот. Лейтенант Аберт в 1845 году встретил на Южных равнинах отряд кайовов и кроу. Многих исследователей удивляло наличие в мифологии кроу аллигаторов и морских чудовищ. По мнению автора, именно близкие контакты с кайовами могут послужить объяснением этому феномену. Во время своих ранних посещений Южных равнин часть воинов кроу, несомненно, сопровождала кайовов в набегах в Мексику. Известно, что кайовы и команчи не только углублялись на территоррию Мексики на тысячи миль, но и доходили до Мексиканского залива. Именно там кроу и могли увидеть аллигаторов и различных морских обитателей.

В разные времена кроу воевали с большинством своих соседей и отдаленными племенами, среди которых были черноногие, гровантры, сарси, кри, ассинибойны, оджибвеи, сиу, шайены, арапахо, арикары, шошоны, банноки, плоскоголовые, неперсе, кутеней, пан д’орей и др. Согласно легенде кроу, Магахаватус (Великий Дух), сотворивший всех людей, предупредил их, что они всегда будут сражаться, чтобы удержать свои земли, но он поможет им, потому что врагов у кроу будет значительно больше, чем их самих. Красивый Щит: «И Он сдержал обещание, иначе нас всех давно бы стерли с лица земли».


Кудрявый, знаменитый разведчик из племени кроу. 1880-е гг.


Индейские враги, несмотря на всепоглощающую ненависть к кроу, не могли не признать их боевых качеств. Сиу Белый Бык дал им такую оценку: «В перестрелках с дальнего расстояния кроу подобны белым солдатам, но в рукопашной схватке кроу более опасны». Шайены считали их и пауни самыми сильными из своих врагов. Еще в 1811 году Александр Генри сообщал, что кроу были единственным племенем, отваживавшимся отправлять отряды против могучих черноногих. Многие белые современники не раз с опаской отмечали, что жестокие войны с сиу, шайенами и черноногими приведут к тому, что племя вскоре исчезнет с лица земли, но кроу были столь великолепными бойцами, что этим опасениям не суждено было сбыться. Фрэнк Линдермэн: «Они постоянно воевали с сиу, шайенами, арапахо и черноногими, так что едва ли надо говорить что-либо об их воинских способностях». Капитан Вильям Кларк писал в 1881 году: «Тот факт, что они, будучи окруженными такими могучими врагами, смогли удержать в своем владении столь ценный участок земли, несомненно говорит о ловкой стратегии и храбрости этих людей. Некоторые части их земли богаты залежами минералов, на других расположены великолепные пастбища, а третьи прекрасно подходят для земледелия».

С шошонами, банноками, неперсе и плоскоголовыми кроу обычно жили в мире, хотя временами воевали. Основными же врагами племени были черноногие и гровантры на западе и сиу с шайенами на востоке. После разрыва с черноногими в 1861 году гровантры стали союзниками кроу, а набеги и рейды между кроу и черноногими продолжались до 1887 года. Кроу имели самые большие табуны среди племен Северных равнин, что и служило основной причиной частых нападений на них со стороны представителей других племен. В середине XIX века многие семьи племени имели табуны в сотню голов, а человека, владевшего десятком лошадей, что было неплохо даже для черноногих, кроу считали бедняком.

Дениг отмечал: «Эти люди примечательны тем, что никогда не нарушают установленный мир первыми. Периодически они заключали перемирия с ассинибойнами, плоскоголовыми, арикарами, арапахо, шайенами, шошонами и другими племенами. Каждый раз, когда подобные недолговременные перемирия нарушались, это было сделано другими».

Свой первый договор с правительством США кроу подписали в деревне манданов 4 августа 1825 года. Обычно с белыми людьми кроу были весьма дружелюбны, особенно во второй половине XIX века, но в его начале нередко грабили и избивали торговцев и трапперов. Вислиценус сообщал в 1839 году, что кроу – «коварное враждебное племя, воины которого в равной степени умелы в воровстве и снятии скальпов». Гамилтон описал типичное поведение военного отряда кроу, столкнувшегося с партией трапперов в 1842 году: «Кроу были очень дерзкими, и их поведение чуть не привело к схватке. В первую очередь они хотели, чтобы их накормили. Затем – чтобы мы обменяли своих лучших лошадей на их худших. Они также потребовали одеяла и меха, но Вильяме дал им понять, что они ничего не получат. После этого они пожелали осмотреть наши вещи и поторговать, но Вильяме знал, что им нечего предложить в обмен, и, сказав об этом, посоветовал им убраться». Партия трапперов была хорошо вооружена, и кроу пришлось ретироваться. Руфус Сэйдж считал кроу «храбрыми и благородными людьми». Максимилиан называл их самыми гордыми из индейцев, презирающими белых людей. «Тем не менее они никогда не убивают их, но часто грабят», – писал он. Дениг также отмечал, что кроу довольно миролюбиво относились к белым людям: «В то время как ассинибойны, сиу, черноногие и кри в разные времена убивали белых людей, кроу могут выступить вперед и заявить, что их руки не запятнаны кровью представителей нашего народа». И все же эти утверждения верны лишь отчасти. Кроу понимали необходимость мирных отношений с белыми торговцами и трапперами, которые не только поставляли им огнестрельное оружие, но и помогали драться с общим врагом – черноногими, сиу и шайенами. Но в первой половине XIX века, когда представлялась возможность ограбить и убить одинокого белого путника так, чтобы вина за убийство не легла на их племя, кроу порой не упускали ее. Во второй половине XIX века отношения племени с белыми людьми стали более близкими, и грабежи путников и торговцев прекратились. В 1870-х годах воины кроу часто служили разведчиками в войсках США в кампаниях против враждебных сиу и шайенов. В 1876 году в битве на Роузбад именно благодаря помощи скаутов кроу и шошонов, которые приняли на себя основной удар разъяренных сиу и шайенов, генерал Крук сумел избежать позорного поражения. Недаром, по словам Волтера Кэмпбелла, старые индейцы сиу, участники битвы, которых он знал лично, иногда называли битву на Роузбад Битвой с нашими индейскими врагами. Скауты кроу также принимали участие в битве на Литтл-Бигхорн, в которой были уничтожены солдаты Кастера.

В 1887 году произошло так называемое Восстание Носителя Сабли, но его скорее можно отнести к легкому недоразумению, чем к противостоянию с белыми людьми. Воин по имени Кутающий Свой Хвост имел видение о сабле, косящей деревья, словно траву. Он решил, что деревья в видении на самом деле были солдатами, падающими перед ним. Нашлись люди, поверившие ему. Кутающий Свой Хвост велел им одеваться в красную фланель и носить сабли. Сам он получил новое имя – Носитель Сабли. Когда последователи нового пророка отправились в набег против пиеганов, индейский агент Генри Вилльямсон приказал выслать за ними краснокожих полицейских и арестовать, но те отказались выполнять его указания. Тогда агент призвал на помощь военных. Уверенный в своей магической силе, Носитель Сабли поскакал вдоль ряда солдат, но те ранили его и его коня. В последовавшей битве семь кроу были убиты, девять ранены и девять захвачены в плен. Солдаты потеряли одного убитым и двух ранеными. Носитель Сабли бежал на восток за р. Литтл-Бигхорн. Отец нагнал его, пристыдил и велел вернуться. Многие кроу были недовольны деяниями пророка, разумно полагая, что он мог принести их народу многочисленные страдания. Спустя некоторое время один из членов резервационной полиции, Огненный Медведь, пристрелил Носителя Сабли в нескольких милях от агентства: «за то, что он втянул многих людей в неприятности».


Групповой портрет делегации кроу в Вашингтоне. В первом ряду: вождь Горных кроу – Черноногий, известный также под именем Сидящий в Центре Земли (третий слева), и вождь Речных кроу – Железный Бык (третий справа). 1872 г.


Согласно Табо, численность кроу в 1803–1804 гг. составляла 1000 палаток. Льюис и Кларк в 1804 г. указали 350 палаток, или 3500 чел. Ларок в 1805 г. отмечал, что после нескольких серьезных эпидемий оспы численность кроу сократилась с 2000 типи до 300, из-за чего они старались жить вместе, разделяясь на отдельные общины только на короткое время. Брэдли в 1810 г. указал 1000 палаток, Кертис в 1825 г. – 950 палаток, а Кэтлин – 800. Сообщалось, что в 1829 и 1834 гг. племя насчитывало около 4500 чел. Максимилиан в апреле 1833 г. оценил их количество в 400 типи. Курц в 1851 г. – 440 типи, или 1200 воинов. Дениг в 1856 г. писал: «В прошлом (в 1833 г. – Авт.) они насчитывали около 800 типи, или семей, но в результате болезней и войн к сегодняшнему дню сократились до 460 типи». В том же году индейский агент Воган указал. 450 типи. Льюис Морган писал, что в 1862 г. кроу насчитывали 350 палаток, а в 1871-м, согласно Пизу, 460. По другим данным, в 1871 г. Горные кроу насчитывали 2700 чел., Речные кроу – 1400; итого 4100 чел. В 1881 г., согласно официальным данным, кроу насчитывали 3500 чел. Численность кроу в 1890 г. составляла 2287 чел., а в 1904 г. – 1826.

Липан-апачи

Атапаскоязычное племя, название которого происходит от слова ипа-нде, где Ипа, вероятно, личное имя, а нде – люди. Сами липаны называли себя наижан, что означает Наши, или Нашего Рода.

Липан-апачи являлись едва ли не самым свирепым и жестоким народом на Южных равнинах. Недаром не менее кровожадные вичиты считали их храбрейшими из своих врагов, живших к востоку от них. Берландье писал в 1828 году: «Оружие липанов – ружье, копье и лук, с которыми они управляются весьма искусно… Многочисленные убийства, совершенные ими по обеим сторонам Рио-Гранде, стали причиной ненависти к ним всех обитателей этих земель, считающих их тяжелым бременем, от которого они бы с радостью избавились… Их жестокость настолько отвратительна, что никогда не будет принята за исторический факт. Они убивают пленников наиболее ужасными пытками. Их женщины, в частности, соперничают друг с другом в изобретении все новых мучений для несчастных, угодивших к ним в руки во время войны… Они (липаны. – Авт.) переделывают клейма ворованных лошадей, а затем продают их бывшим владельцам. На вырученные деньги… (они. – Авт.) покупают порох и пули». Кроме того, существует много упоминаний о практике каннибализма среди них в XVIII веке.

По всем основным характеристикам липаны были схожи с остальными апачскими племенами. Они всегда поддерживали дружеские отношения с родственными мескалеро-апачами, но сражались с хикарийя-апачами и союзными им ютами. С 1855 года в мире с тонкавами. С команчами и вичитами липаны обычно были в состоянии жесточайшей войны и часто выступали против них в союзе с испанцами, мексиканцами, а затем и американцами. Враждебные отношения с команчами и вичитами продолжались до конца свободных дней, и, несмотря на небольшую численность, липаны зачастую оказывали противникам достойный отпор. Любопытный случай произошел в 1845 году. Отряд воинов вако совершил набег на лагерь липанов и угнал много лошадей. В результате липаны переместили свой лагерь и начали внимательно охранять табун. В следующий раз, когда вако попытались украсть у них лошадей, они попали в засаду. Во время короткого боя липаны прострелили одному из вако ноги, при этом пуля сломала тому оба бедра. На следующее утро липаны нашли раненого, отрезали ему ступни и предложили, когда тот поправится, заглянуть к ним еще раз и выбрать себе коней по желанию.

В XVIII веке липаны доставляли много проблем испанцам Мексики, и власти периодически отправляли карательные экспедиции, чтобы наказать непокорных краснокожих воинов. К середине века отношения между враждующими сторонами начали налаживаться, и в 1757 году испанцы основали для липанов в Техасе францисканскую миссию Сан-Саба, которая вскоре была уничтожена враждебными команчами и вичитами. В 1761 и 1762 годах для них были основаны миссии Сан-Лоренсо и Санделарья, но в 1767 году их постигла та же участь.

В результате эпидемий и кровопролитных войн с команчами и испанцами численность липанов значительно сократилась, и с появлением на их землях американцев они предпочли найти в их лице союзников, а не новых врагов. Несмотря на попытки поддерживать мирные отношения с жителями Техасской республики, а затем и с американцами, липаны продолжали совершать мелкие набеги и грабежи на поселения белых людей до конца 1870-х годов. Племя заключило договоры с Техасской республикой в 1838 и 1845 годах, а с США в 1846 году. В период между 1845 и 1856 годами липаны серьезно пострадали в техасских войнах, целью которых было уничтожение индейцев в границах Техаса. Возрастающее давление со стороны техасских поселенцев привело к разделению племени: часть присоединилась к тонкавам, часть – к мескалеро-апачам, часть – к кайова-апачам, а остальные ушли в Мексику – в штат Коауила, где обосновались в горах Санта-Роса вместе с кикапу и другими беглецами из США. Последняя группа получила предложение от мексиканских властей поселиться на их землях, чтобы служить буфером между жителями штата Коауила и враждебными команчами, кайовами и апачами.

Нельзя сказать, что нападения на липанов не были обоснованными. Они достаточно часто совершали набеги и грабили белых поселенцев, что, с другой стороны, несомненно, было вызвано враждебным отношением к ним. Например, 9 мая 1854 года лейтенант Джордж Кросби с одиннадцатью солдатами получил сообщение, что на берегу озера Тринидад, штат Техас, лагерем расположилась небольшая группа липанов, и не раздумывая атаковал их. Липаны, которых было около сорока человек, отбили атаку и окружили солдат. Белые попытались прорваться, но индейцы помчались за ними, вынудив врагов спешиться и занять оборону. После короткого боя липаны решили, что лучше не рисковать, а потому погнались за двумя отбившимися солдатами, нагнали их и убили. Потери солдат составили трое убитыми и трое ранеными.

Среди индейцев, по сообщениям Кросби, погибло три воина и двое были ранены. Относительно рапортов о потерях краснокожих и их численности весьма любопытны данные о бое у Орлиного перевала (Игл-Пасс), произошедшем 3 октября 1854 года. Капитан Джон Волкер с сорока солдатами погнался за отрядом липанов, атаковавших караван переселенцев и угнавших лошадей восточнее Рио-Гранде. На третий день солдаты настигли липанов и атаковали. Липаны убили одного из них и ранили двоих, после чего солдаты ретировались. Согласно отчету, солдаты убили около семи краснокожих, а число воинов липанов, которых они храбро атаковали, составляло не менее трехсот! И это при том, что к середине XIX века их численность составляла не более 300–500 человек – мужчин, женщин и детей. Другое серьезное столкновение произошло 8 марта 1856 года. Отделение кавалеристов обнаружило лагерь липанов вблизи р. Гваделупе, штат Техас. Незадолго до этого индейцы совершили нападения на поселенцев, нескольких убили, разграбили дома и угнали лошадей. В захваченном лагере солдаты обнаружили банковский чек на 1000 британских фунтов.

С 1860-х годов липаны начинают совершать нападения на техасских поселенцев с территории Мексики в союзе с мескалерами и кикапу. Некоторые из них зафиксированы в официальных отчетах. Например, в конце августа 1868 года около 200 липанов атаковали караван Моралеса к западу от форта Стоктон, штат Техас, и захватили сотню мулов. Моралес нанял 45 мексиканцев и заручился поддержкой военных властей. В сентябре он выступил из форта Дэвис со своими мексиканцами и 60 кавалеристами во главе с лейтенантом Кьюсаком. Они обнаружили лагерь мескалеро вождя Алсате и липанов Сабьера в горах Сантьяго и атаковали, вынудив индейцев отступить в холмы Хорсхед. Некоторые из солдат Кьюсака вернулись в форт Дэвис раскрашенные, словно индейцы, держа в руках копья с привязанными к ним скальпами апачей. Они также захватили двух мексиканских мальчиков и индейскую девочку, 450 шкур, 198 лошадей и мулов.

Липаны и кикапу долгие годы совершали набеги из-за р. Рио-Гранде, служившей границей между Мексикой и США. Солдаты бросались в погоню, но не могли пересечь границы, а потому оставляли преследование. В мае 1873 года полковник Рэналд Маккензи получил неофициальное разрешение наказать индейцев на их территории. Во главе кавалеристов, при поддержке 20 скаутов-семинолов – всего около 400 человек, он выступил в путь из форта Кларк. Они атаковали три индейских поселения (по 50–60 жилищ каждое) вблизи мексиканской деревушки Ремолино. Солдаты сожгли жилища, припасы и засеянные поля, убили около 19 индейцев и отбили 42 пленника. Кроме того, они привели назад 65 лошадей с техасскими клеймами. Впоследствии несколько офицеров узнали, что пересекли мексиканскую границу без соответствующих разрешений. Они сказали Маккензи, что если бы знали об этом раньше, то не стали бы переходить на территорию Мексики. Ответ Маккензи был жесток: «Любого офицера или человека, отказавшегося следовать за мной через Рио-Гранде, я бы пристрелил на месте».

Несмотря на это нападение, липаны и кикапу продолжали грабить американских поселенцев, и подполковник Вильям Шафтер решил последовать за ними в Мексику. В июле 1876 года он атаковал селение липанов из 23 жилищ в пяти милях от Сарагосы, штат Коауила. Бой вскоре перерос в рукопашную схватку. После пятнадцатиминутного боя индейцы ретировались. На земле остались лежать 14 воинов-липанов и 3 американца. В сентябре 1877 года солдаты вновь пересекли Рио-Гранде и атаковали лагерь липанов у Сарагосы, но индейцы успели скрыться. Американцы сожгли несколько жилищ и вернулись в США. В ноябре того же года капитан Сэмуэл Янг с отрядом кавалеристов предпринял новую карательную экспедицию против липанов Мексики. В горах Сьерра-дель-Кармен они обнаружили лагерь вождя Алсате, и после короткого боя индейцы отступили в скалы. Но липаны продолжали периодически совершать набеги на территорию Техаса, хотя их численность к тому времени значительно сократилась. В октябре 1903 года 19 оставшихся в живых мексиканских липанов перевезли на северо-запад штата Чиуауа, откуда в 1905 году они вернулись в США и поселились в резервации мескалеро-апачей в Нью-Мексико.

Пайк в 1807 г. сообщал, что липаны разделены на три общины по 300–350 чел., включая 100 воинов каждая. Берландье (1828 г.) – 400 семей и 600 воинов, но цифра явно завышена. В 1940 г. потомки липанов насчитывали всего не больше 35 чел., разбросанных среди тонкавов, мескалеро и кайова-апачей.

Манданы

Сиуязычное племя, название которого предположительно произошло от слова, которым их называли сиу, – маватани. До 1830 года они называли себя нумакики, что означало Люди. По данным Хайдена, манданы называли себя миатани – Люди на берегу, а согласно Моргану – метутахак, или Южные Жители Деревни. Согласно их преданиям, в прошлом они жили на востоке около озера, что подтверждается близким языковым родством с виннебаго. Многие белые путешественники отмечали необычайно светлый цвет кожи манданов, более светлые волосы и даже голубые глаза у некоторых из них.


Копье, делегат от манданов в Вашингтон. 1874 г.


Манданы были оседлыми земледельцами, выращивавшими маис, бобы, бутылочные тыквы и даже подсолнечники. В отличие от большинства равнинных племен, их социальная и религиозная жизнь очень подробно описана в записках ранних путешественников и мехоторговцев. Многие белые современники отмечали, что манданы хорошо обращались со своими стариками и относились к ним с большим уважением, порицая соседние племена (ассинибойнов, кри и некоторых других), члены которых бросали своих стариков. С другой стороны, старики манданов часто отказывались уходить с племенем на летнюю бизонью охоту и не желали, чтобы с ними кто-нибудь оставался, заявляя, что, если придут враги и убьют их, ничего страшного не случится, поскольку никто не может жить вечно. Обычно в селении оставалось несколько семей, чтобы заботиться о стариках, слишком слабых для путешествия.

Деревни манданов на протяжении многих лет служили своего рода ярмарками, куда приходили племена кочевников, чтобы поторговать с ними, выменивая продукты земледелия и ружья на шкуры и мясо. Наиболее тесные отношения манданы поддерживали с хидатсами, в отличие от которых были достаточно миролюбивым племенем, что отмечали все современники. Они сражались с сиу, шайенами, ассинибойнами, кри, оджибвеями, черноногими, арикарами и другими племенами. С белыми людьми манданы поддерживали дружеские отношения, и их деревня всегда служила прибежищем для белых торговцев и путешественников, которые порой оставались в ней переждать зиму. Среди людей, посетивших их, были члены экспедиции Льюиса и Кларка, Джордж Кэтлин, принц Максимилиан, Карл Бодмер и многие другие. Обычно белые люди отзывались о них с большим уважением, хотя некоторые придерживались иного мнения. Так, Томас Джеймс в 1809 году писал, что манданы были племенем «бедным, трусливым и вороватым». Начиная с 1866 года многие мужчины манданов служили в армии США разведчиками и проводниками.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89

сообщить о нарушении