Юрий Киселев.

Лестница Бога. Обретение магии. Часть 3. Новый мир



скачать книгу бесплатно

– А нужна ему, как я понимаю, энергия?

– Совершенно верно, госпожа. Все остальные ресурсы объект в настоящее время потребляет в ограниченном объеме, в котором, кстати, даже наметилась тенденция к снижению.

– Подключение к объекту мощного источника разрешаю. Дайте ему столько энергии, сколько захочет. Второй вопрос – когда можно ожидать его пробуждения?

– Сложно сказать, госпожа. Может быть, сегодня, а, может быть, и через тысячу сол. Объект сам должен захотеть проснуться, а что для этого необходимо сделать, мы не знаем. Остается только ждать – не вечно же он будет блуждать в своих грезах…


***


Где–то в резиденции клана Лерой…

– Госпожа матриарх, из канцелярии департамента контрразведки пришел вызов на тана Аруми.

– Уничтожьте – к Хорукайяни Аруми не пойдет. Это аудиенция для него слишком опасна.

– Вызов подписан императором, госпожа…

– Даже так? Что ж, это обстоятельство в корне меняет дело – игнорировать волю императора все равно, что признаться в государственной измене. Однако подпись императора в наше время стоит так мало – мы с вами отлично знаем цену обещаниям властителя империи. Тан Тувилани, у вас есть какие–нибудь предложения на этот счет?

– Аналитикам уже дано указание проработать все возможные сценарии предстоящего визита, но пока прорисовывается один неприятный факт – полностью защитить тана Аруми мы не сможем. В стенах собственного департамента Хорукайяни всесильны. Итоговый прогноз встречи негативен.

– Тогда поступим следующим образом. Вы немедленно связываетесь с имперской канцелярией и оставляете заявку на мою аудиенцию у императора. Также оставляете в канцелярии уведомление, что посещение таном Аруми департамента имперской контрразведки состоится после моего визита к императору.

– Что вы попытаетесь выяснить у императора, госпожа?

– Я попытаюсь получить у императора гарантии неприкосновенности Аруми.

– А если он их не даст?

– Все же попытаюсь. А если император станет под различными предлогами отказываться, значит, Аруми на встречу идти нельзя – ничего хорошего его там не ждет.

– Вы осмелитесь нарушить волю императора?

– Волю императора нарушать нельзя. Однако ее можно трактовать в широких пределах. Вы уже ознакомили Аруми с предстоящим визитом?

– Нет, госпожа.

– И не торопитесь. Лучше вообще через одного из ваших подчиненных передать Аруми приказ покинуть ненадолго пределы Леры и отправиться в продолжительную инспекционную поездку по объектам анклава, расположенным на землях Лерой. Имя этого вашего подчиненного я знать не хочу, можете мне его не сообщать. В случае, если возникнут какие–нибудь непредвиденные проблемы – придумайте себе нужное дело, издайте соответствующий приказ и отправьтесь на его выполнение, также исчезнув из Леры. Вместо себя оставите заместителя.

– То есть вы хотите сказать…

– Я хочу сказать, что только вы будете знать, где находится Аруми, а вас самих в резиденции клана не будет.

Ваше же местоположение для меня останется тайной. Таким образом, поиски тана Аруми можно будет затянуть на неопределенный срок. Нам нужно выиграть время до моего разговора с императором.

– Я согласен с вашим решением, госпожа. Давайте так и поступим…


***


Где–то в недрах императорского дворца…

– Госпожа матриарх, вы желали меня видеть. Настолько сильно, что даже попросили о внеочередной срочной аудиенции. Несомненно, для этого поступка у вас должен иметься весьма веский повод.

– Разумеется, мой император. Я крайне обеспокоена вызовом одного из моих людей в резиденцию имперской контрразведки, и прошу ознакомить меня с материалами обвинительного заключения – я их до сих пор не получила. А ведь это прямая обязанность названного мною департамента.

– Никаких обвинений, госпожа. Просто некоторые люди в департаменте желают в приватной обстановке пообщаться с господином Аруми Лерой.

– Эти люди могли записаться на аудиенцию в канцелярию клана, мой император.

– Видите ли в чем дело, госпожа матриарх, люди Хорукайяни сильно заняты и не могут тратить свое драгоценное время на посещение вашей резиденции.

– Видите ли в чем дело, мой император, тан Аруми Лерой не менее занят клановыми делами, чем люди Хорукайяни, и не имеет возможности тратить свое драгоценное время на посещение сторонних резиденций. Если он так необходим людям Хорукайяни – пусть они тратят свое время и записываются на прием к нам. До тех пор, пока мы чисты перед законом, у Хорукайяни нет власти указывать Лерой, что они должны делать, а что – нет.

– А у императора есть такая власть, госпожа?

– У императора такая власть, разумеется, есть, но в этом случае именно император будет нести персональную ответственность за жизнь тана Аруми Лерой. И я хочу, чтобы меру этой ответственности вы мне озвучили. Здесь и сейчас.

– Госпожа, поверьте, вам не о чем волноваться. С господином Аруми ничего не случится.

– У меня другая информация, мой император. Я небезосновательно опасаюсь, что как только тан Аруми окажется внутри резиденции имперской контрразведки, против него будет предпринята провокация, ставящая своей задачей или его убийство, или дискредитацию. Осмелюсь напомнить, что у клана Лерой достаточно натянутые взаимоотношения с кланом Хорукайяни, и доверия к этим людям у меня нет – ради достижения своих целей Хорукайяни пойдут на любую подлость. Поэтому, раз именно вы являетесь инициатором этого вызова, я хотела бы услышать от вас гарантии того, что тан Аруми выйдет из имперской резиденции живым и здоровым… Скажем, не позже чем через десять нун.

– Я не могу дать гарантии того, что с ним ничего не случится, госпожа. Это не в моей власти.

– Даже так?! То есть вы уже заранее предполагаете, что тан Аруми не выйдет из казематов имперской контрразведки живым? Фактически, вы только что сознались, что считаете возможным подобный исход визита, а, следовательно, моя информация подтверждается. В этих условиях, мой император, я не смогу передать тану Аруми ваше приглашение.

– Вы отказываетесь подчиниться приказу императора? Вы не находите, что это можно расценить как измену империи?

– Не отказываюсь, и не нахожу. Вы вызывали тана Аруми? Вызывайте, это ваше право. Как только он получит ваш вызов, он сразу же прибудет в указанное вами место. Нарушением станет считаться случай, когда тан Аруми был извещен, но не явился, и вы прекрасно об этом знаете. А вот то, что именно вы, мой император, заставляете невиновного человека прийти в самое логово имперской контрразведки и одновременно не даете гарантий безопасности человеку, против которого, повторюсь, не выдвинуто никакого обвинения, заставляет меня задуматься о вашей причастности к готовящемуся действию.

– Против тана Аруми ничего не готовится. Вам незачем волноваться, госпожа.

– Докажите это, мой император. Дайте гарантии.

– Какие гарантии от меня вы хотите?

– Всего лишь ваше слово, мой император. Слово императора, что в резиденции имперской контрразведки с таном Аруми ничего не случится, и он выйдет оттуда живым и здоровым через десять нун.

– Десять нун – это слишком мало.

– Для чего мало, мой император? Тану Аруми от Хорукайяни ничего не нужно. А им для того, чтобы изложить суть своей просьбы, названного мною времени вполне достаточно.

– Но ведь не в коридорах же с ним станут разговаривать! Пока дойдут до кабинета, пока вернутся обратно… Этикет, опять же – сразу о деле разговор не ведется. Десяти нун недостаточно.

– Мой император, меня вели до вашего кабинета чуть более трех нун, а здание имперской контрразведки намного меньше вашего дворца. Нуна туда, нуна обратно. За восемь нун вполне можно сказать все, что нужно. От церемоний моего человека прошу освободить – у него и так слишком мало свободного времени.

– Все равно, госпожа, давайте продлим время визита хотя бы до пары ри.

– Даже одного ри, мой император, будет слишком много. Однако я согласна передать тану Аруми императорское приглашение, если вы, мой император, дадите сейчас свое слово, что тан Аруми, зайдя в здание имперской контрразведки, выйдет оттуда не позднее чем через один ри живым и здоровым.

– Хорошо, госпожа матриарх Лерой. Я даю вам такое обещание.

– Ваше обещание услышано и записано, мой император. Тан Аруми придет в канцелярию имперской контрразведки безоружным, и должен, согласно данному вами обещанию, выйти оттуда живым и здоровым не позднее, чем через один ри. Вы, мой император, даете гарантию, что против него не будут применены никакие из существующих в империи средств принуждения, в том числе силовые и медикаментозные. Вы подтверждаете сказанное мною?

– Подтверждаю.

– У вас есть ко мне какие–нибудь вопросы?

– Нет, госпожа, можете быть свободны…


***


Где–то в резиденции клана Лерой…

– Аруми, проходи, садись. У нас возникла одна большая проблема – с тобой хотят встретиться чиновники Хорукайяни из имперской контрразведки. Приглашение подписал император лично, отказаться нельзя.

– Значит, придется идти, госпожа.

– Не все так просто, Аруми. У меня нехорошие предчувствия – тебя попытаются использовать в каких–то грязных играх, а в случае твоего несогласия попытаются всеми законными и незаконными способами задержать.

– Сомневаюсь, что это у них получится, госпожа.

– При попытке сопротивления существует реальная возможность твоего физического устранения – Тинитаро Хорукайяни, который, по слухам, стоит за этим вызовом, стремится подгрести под себя все, представляющее хоть какую–то ценность для разведки, а ты, мой мальчик, представляешь для них очень большую ценность. То, что Хорукайяни не могут прибрать к своим липким рукам, они, как правило, уничтожают.

– Госпожа, вы уверены, что предстоящий визит несет для меня опасность?

– Недавно мы раскрыли в своем клане целую сеть глубоко законспирированных шпионов Хорукайяни. Часть переманили к себе, часть уничтожили, но определенная информация о клане и о тебе лично в империю, скорее всего, все же ушла. Император в курсе происходящего в недрах имперской контрразведки, и он очень сильно не хотел давать мне гарантии твоей личной безопасности в предстоящем визите. Крайне тревожный симптом… Поэтому тебе необходимо быть предельно корректным – ни одно твое слово, ни один жест не должны быть расценены как акт агрессии. К тому же мы повесим на тебя следящие и контролирующие устройства. Подходы к зданию также будут контролироваться нашими людьми. На встречу ты пойдешь безоружным, в легкой обтягивающей одежде, чтобы даже с одного взгляда было понятно – под ней спрятать оружие невозможно.

– Оружие с собой я и так не собирался брать, а любое закрепленное на мне следящее устройство можно заглушить.

– Мы предусмотрели подобную возможность. У тебя будет одноразовый импульсный передатчик – в случае его активации он самоуничтожится, но мощности импульса хватит, чтобы пробить любой защитный контур. Передатчик будет связан со всеми надетыми на тебя записывающими устройствами, так что даже если их передающие каналы окажутся заблокированными, всю записанную информацию ты сможешь нам скинуть. Правда, момент активации устройства придется выбирать очень тщательно – после передачи информационного пакета связь с тобой окажется потеряна. Но мы все равно постараемся сделать все возможное, чтобы тебя подстраховать.

– Госпожа, мне не впервой класть голову в пасть рурха. Я пойду на эту встречу…


***


Здание имперской контрразведки в центре Окааны, недалеко от императорского дворца, поражало своей монументальностью. Выполненное в виде шарообразного купола, оно возвышалось над окружающими его деревьями как исполинский гриб, бросая короткую полуденную тень на темно–зеленое лесное покрывало. К зданию вела отдельная дорога, заканчивающаяся стоянкой для флаеров. Невдалеке располагалось здание со стационарным телепортом – обеспеченные оканийцы, к числу которых относился и клан Хорукайяни, предпочитали мгновенный способ перемещения.

Аруми, прибыв к зданию министерства строго к назначенному времени на невзрачном клановом флаере, припарковал его рядом с множеством подобных машин, ровными рядами стоящих на стоянке, и не спеша пошел ко входной двери в здание – спешить было некуда, до контрольного времени оставалось еще несколько нун. Юноша знал – сейчас его передвижение снимают сразу несколько страхующих его сотрудников клановой службы безопасности Лерой, и видеоинформация о нем тут же в режиме реального времени передается на монитор матриарха. Обтягивающий легкий комбинезон прорисовывал каждую мышцу его спортивной фигуры, показывая, что кроме собственно тела, под ним ничего нет. Именно отсутствие оружия окажется решающим аргументом в случае возможного конфликта…

Автоматические входные двери в здание услужливо распахнулись, пропуская посетителя в прохладный коридор, коротким отрезком соединяющийся еще с одними дверями – уже не декоративными, а бронированными. Пройдя и их, юноша оказался в небольшом зале с рядом стоящих вдоль стен кресел и невысокой ленточной балюстрадой по периметру зала, на высоте второго этажа – там вдоль трех стен, за исключением находящейся прямо перед Аруми, шла отдельная галерея. Зал оказался практически пуст – в нем находилось не более десятка людей Хорукайяни, за спинами которых прятался человек в форме имперского офицера. Однако идущая вокруг зала галерея оказалась забита вооруженными людьми, направившими на вошедшего посетителя свое оружие.

Спокойно оглядевшись по сторонам, Аруми медленно повернулся, дав скрытой в одежде миниатюрной видеокамере возможность снять всю панораму зала со множеством вооруженных людей, нацеливших на него оружейные стволы. Встречающий юношу офицер, не собираясь приближаться к посетителю и предпочитая говорить из–за спин своих людей, коротко усмехнулся, после чего проговорил:

– Не старайтесь, тан Аруми, это вам не поможет. Передача любой информации из этого зала невозможна, все здание надежно экранировано. О нашем с вами разговоре, если вдруг мы не сможем договориться, никто не узнает.

– Я пришел к вам безоружным. Напомню, что гарантии моей личной неприкосновенности дал император. Ровно через один ри я должен выйти из этого здания живым и здоровым. Вне зависимости от того, сумеем ли мы, как вы сказали, договориться.

– Не будьте таким наивным, тан Аруми. Император не станет связываться с целым кланом ради одного человека, так что сейчас вы полностью в нашей власти. Прошу это запомнить, повторять дважды я не люблю.

– Я запомнил ваши слова. И не только запомнил, но и записал. Вы подтверждаете, что не собираетесь выполнять обещание императора?

– Не надо пытаться поймать нас на словах, тан Аруми. Мы хотели бы поговорить о вашем добровольном сотрудничестве во благо империи.

– С империей я готов сотрудничать. С вами – нет.

– И вы можете озвучить причины вашего отказа? Они должны быть очень серьезными, чтобы вы так говорили.

– Они более чем серьезны. Клан Хорукайяни – убийцы. Вы убили моего брата. Факт неоправданного убийства подтвержден императором лично.

– Смелое заявление. Напомните мне, пожалуйста, факты. Имя убитого, дату, кто убил.

– Имени не было – женщина была беременна, ребенок еще не родился. Убийца – Тинитаро Хорукайяни. Имя отца – тан Рур Лерой. Имя матери – матриарх клана Камэни госпожа Айлинэри Камэни. Факт убийства подтвержден императором. Будете проверять эту информацию?

– Нет, я знаю про этот случай. Но с госпожой матриархом Камэни все улажено, она не имеет к нашему клану никаких претензий.

– Зато имею я. Убитый – мой брат. Вы – убийцы.

– Я не собираюсь договариваться лично с каждым из вашей многочисленной и плодящейся, как енги, семейки. Достаточно, что претензий к нам не имеет мать ребенка.

– Возможно, достаточно для вас, но не для меня.

– Мы так и будем спорить о давно минувших и покрывшихся пылью событиях? Лерой, кстати, тоже небезгрешны.

– Среди Лерой нет ни одного убийцы, в отличие от Хорукайяни. А по поводу спора – почему бы не поспорить? Пятнадцать нун уже прошло, осталось сорок пять. После этого времени я буду вынужден вас покинуть – таковы условия договора с императором.

– Вы пробудете здесь ровно столько, сколько будет нужно нам. Покинуть здание самостоятельно вы не сможете – двери заблокированы. А сейчас я попрошу вас следовать за мной.

– Буду вынужден отказаться от этого предложения. Мне и здесь хорошо.

– Я могу вас заставить.

– Не имеете права.

– Права здесь устанавливаю я. Взять!

Эта команда была отдана уже стоящим рядом людям, которые не спеша двинулись к Аруми и стали его окружать. Взяв юношу в плотное кольцо, двое бойцов Хорукайяни схватили Аруми за руки, видимо, посчитав, что теперь он полностью находится в их власти. Это было их первой и последней ошибкой – взорвавшись серией молниеносных ударов, Аруми за несколько мгновений разбросал десяток окруживших его людей. Подняться из них смогли только двое – согнувшись и скрипя зубами от боли в перебитых ребрах и отбитых внутренностях. Остальные замерли на полу изломанными куклами, не подавая признаков жизни. Под некоторыми из них начали расплываться кровавые пятна. Аруми успел сделать всего шаг по направлению к стоящему в отдалении перед ним офицеру, как тот издал резкий, душераздирающий крик:

– Что же вы стоите! Стреляйте! Быстр… – крик перешел в хрип, сменившийся бульканьем, доносящимся из перебитой гортани – при первых же словах офицера Аруми, распластавшись в стремительном броске, резко сократил дистанцию и нанес костяшками фаланг пальцев резкий удар под кадык. Рывок – и тело офицера перемещается за спину Аруми, чтобы там расцвести фонтаном красных брызг – выполнив роль щита, тело уже мертвого офицера окровавленным мешком свалилось на пол, и из–за него к стене, на верху которой засели стрелки, смазанной тенью метнулся Аруми. А вмонтированные в костюм видеокамеры продолжали снимать…

От второго залпа юноше удалось увернуться, уйдя перекатом с линии обстрела. Поднявшись, он опять рванулся к стене, однако был вынужден снова броситься на пол и откатиться в сторону – прямо перед ним поверхность пола взорвалась градом каменного крошева. От третьего залпа юноша ушел не совсем чисто – ногу и бок пронзило острой болью от впившихся в тело острых каменных осколков, рука нащупала под собой что–то липкое, пол под ним начал окрашиваться красным…

Понимая, что сейчас его, как в тире, просто расстреляют с верхней галереи прячущиеся за балюстрадой стрелки, Аруми рванулся к уже близкой стене, качая маятник. Выстрелы стали следовать хаотично, вздымая фонтанчики каменной пыли по сторонам. Мгновение – и перед ним возникла стена зала. Короткий, сбивающий прицел рывок влево, затем вправо, разбег в два шага, и юноша взлетел по отвесной стене, чтобы, зацепившись за вершину балюстрады, перебросить свое гибкое тело на проходящую кольцом вокруг всего зала галерею. Юноша отчетливо слышал все мысли солдат – панические, наполненные страхом неминуемой смерти. Он видел, куда последует выстрел каждого из них, и знал, что успеет увернуться. Наполнившее сознание юноши ощущение всемогущества растянуло его рот в зловещей ухмылке. Левая рука отвела нацеленное в него ружье в сторону, а правая тут же метнулась вперед, целясь в незащищенное горло стоящего перед ним противника… Как вдруг тело Аруми пронзила непереносимая волна всепожирающей боли, из груди вырвался красный кровавый фонтан, и последнее, что юноша успел сделать неимоверным усилием затухающего разума – нажать на кнопку передатчика, активируя свое последнее послание клану…

Падая окровавленным комком под ноги отшатнувшегося от него солдата с бледным от страха лицом и трясущимися руками, Аруми уже не увидел стоящего в отдалении обезумевшего от ужаса бойца с закрытыми глазами, судорожно нажимающего на спуск штурмового ружья и палящего во все стороны наугад. Перед солдатом с помутившимся рассудком уже лежало несколько трупов своих же коллег, застреленных случайными, шальными выстрелами. Аруми ошибся, самонадеянно уверовав в собственную неуязвимость и забыв, что случайного выстрела, сделанного бездумно, наугад, потерявшим от страха рассудок солдатом, он просто не почувствует и увернуться от него не сможет. Это была его первая и последняя ошибка…


***


Где–то в резиденции клана Хорукайяни…

– Госпожа матриарх, к сожалению, планируемая нами операция окончилась неудачей. Объект погиб.

– Вы имеете в виду тана Аруми Лерой, тан Тинитаро?

– Да, госпожа.

– И как вы это допустили?

– Объект отказался с нами сотрудничать, госпожа. Мы попытались применить силу, но объект в ответ оказал жесткое сопротивление, и мы были вынуждены его ликвидировать.

– Каким образом вы его убили?

– По объекту был открыт огонь из армейских тяжелых винтовок, госпожа. И даже этого оказалось недостаточно – объект прорвался из зала на галерею второго этажа и был убит только четвертым залпом, унеся с собой жизни десятков наших людей.

– Он тоже был вооружен?

– Нет, госпожа, объект пришел на встречу безоружным. Ему даже некуда было спрятать оружие – одетый на него легкий обтягивающий комбинезон не позволил бы его спрятать. Но вы же знаете, что Лерой способны убивать голыми руками! Отсутствие оружия для них не помеха!

– Итак, Тинитаро, давайте подведем итоги проведенной вами операции. Вы, не сумев договориться, залпом из тяжелых армейских ружей убили безоружного человека. Человека, которого лично пригласил к вам император, дав матриарху Лерой гарантию его неприкосновенности. Человека, против которого не было выдвинуто ни одного обвинения. Я ничего не пропустила? Изложила ситуацию правильно?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12