502 Bad Gateway

502 Bad Gateway


nginx/1.10.3 (Ubuntu)
502 Bad Gateway

502 Bad Gateway


nginx/1.10.3 (Ubuntu)
Юлия Риа.

Академия Полуночи



скачать книгу бесплатно

– Цвет? – остроносая девушка прищурилась, разглядывая мои пальцы.

На мгновение я растерялась. Потом решила признаться честно:

– Не знаю. Новенькая.

Девушка недовольно поджала губы – гораздо более жеманно и криво, нежели это делала Лангария – и крикнула через плечо:

– Раэль, списки у тебя?

На голос из соседнего помещения вынырнул парень. Долговязый, веснушчатый, рыжеволосый. Невольно я прониклась сочувствием – сложно представить, каково живется таким «солнечным» людям в Лунной империи.

– Да, – прошелестел он.

– Тогда занимайся, – девица манерно дернула плечом и отошла к другому лернату.

Раэль же бросил на меня внимательный взгляд из-под рыжих ресниц.

– Имя?

– Илэйн Дельвар.

Тонкий кривоватый палец заскользил вдоль исписанных страниц, пока наконец не остановился. Раэль вздохнул.

– Серая, – сочувственно констатировал он.

Мойра не рассказывала мне о цветовом делении, я сама о нем узнала, наткнувшись случайно в одной из книг. Элита Академии Полуночи – черные. Именно их дар, темный как ночь, дает им право носить кольца с большим черным нефритом. Следующий уровень – по силе и влиянию – синие, или «сапфировые». За ними идут «изумрудные». А в самом конце – мы, серые, «халцедоновые».

– На все воля Полуночной Матери, – я попыталась улыбнуться.

Раэль выдавил такую же вымученную улыбку в ответ. Потом выдал мне две нутовые лепешки, порцию тушеного мяса с овощами и разбавленное водой вино. Сильно разбавленное, судя по цвету.

– Серые едят у прохода, – поделился он и, стоило мне ухватиться за поднос и сделать шаг в сторону, спешно добавил: – Не затягивай с получением кольца. И постарайся не носить… чужие цвета.

Раэль говорил о моем платье. Темно-синее, в доме матушки оно всегда казалось мне слишком светлым. Да и, уверена, не только мне. Здесь же меня посчитали недостойной даже его.

Кивком дав понять, что совет услышала, я зашагала к дальним столам. Заняла один из них и, не глядя по сторонам, принялась за обед. Удивительно, но общий гул не мешал, он воспринимался отстраненно – как шум океана на побережье. Я хорошо помню этот звук, хоть и слышала его в последний раз одиннадцать лет назад.

Громкий смех, раздавшийся совсем близко, заставил меня вскинуть голову и проводить взглядом сестру в окружении подруг. На секунду грудь кольнуло сожалением – пусть мы с Мойрой не особо ладили, все же она моя сестра. И необходимость притворяться едва ли не незнакомками меня печалила. Но так надо. Если о слабой дочери рода Мак-Мора узнают другие семьи, это поставит под удар не только меня – весь наш род, будущее Мойры.

Боясь выдать собственную привязанность взглядом, я отвернулась. Без особого интереса посмотрела по сторонам и замерла, заметив внимательно смотрящего на меня колдуна. Не Ардена – другого. Этого я точно не знаю, даже по слухам. А в том, что слухи о нем должны ходить, сомнений нет.

Черный форменный китель с серебряными пуговицами, небрежно забранные назад волосы цвета горького шоколада, глубокие зеленые глаза – колдун был красив.

Не так, как Арден, но все же достаточно, чтобы заинтересовать многие ведьминские дома. А поблескивающий камень черного нефрита в перстне на указательном пальце и вовсе делал незнакомца завидным женихом.

Я глянула по сторонам, удивляясь, как сразу не заметила этого – все сидящие неподалеку девушки жестами или лукавыми взглядами из-под ресниц пытались обратить его взор на себя. Вот только незнакомец, казалось, не замечал их вовсе. Все его внимание было сосредоточено на мне. И от столь пристального взгляда становилось страшно – ведь у сильного колдуна нет ни единой причины интересоваться слабой ведьмой.

Есть, практически уткнувшись носом в тарелку, словно невоспитанная мэла, было стыдно. Но давящий взгляд незнакомца, глумливые шепотки девушек-лернат и собственная нервозность не давали распрямить спину. Быстро покончив с обедом – пожалуй, даже слишком быстро для дочери рода Мак-Мора, – я покинула зал.

Щеки горели, будто на каждой лежало по нагретой солнцем монете. Высокий ворот платья в третий раз за последний час показался нестерпимо узким. Однако я все равно нашла в себе силы держаться так, словно не испытывала неудобства. Лишь когда шумный зал остался за спиной, а сама я удалилась от него на два коридора, позволила себе остановиться и перевести дух.

Солнечный свет свободно проникал сквозь высокие окна. Он стелился по полу теплыми дорожками, игриво переплетался с нырнувшими через витражи лучами и наполнял пространство жизнью. Стены заиграли красками, пляшущие в воздухе пылинки стали походить на крохотные звезды, а во взглядах ведьм и колдунов, замерших на гобеленах, мне чудились улыбки.

Постепенно спокойствие окружающего мира передалось и мне. Дыхание выровнялось, щеки перестало жечь румянцем. И лишь на задворках сознания еще неостывшими углями тлел стыд за собственную эмоциональность. Матушка бы не одобрила такого поведения. Умеющая держать лицо в любой ситуации, она требовала того же и от нас.

Воскресив перед мысленным взором образ Лангарии, я вздохнула. Она была бы права. Я с самого начала знала, на что шла, и бояться теперь поздно. Моя жизнь принадлежит академии, нить моей судьбы – на кончиках спиц Полуночной Матери. Раз решившись, не стоит оглядываться – тогда и не споткнешься.

Как легко бравые слова звучат в голове и как трудно облечь их в звуки, заставить собственные губы разомкнуться и произнести хотя бы короткое «не страшно»… потому что страшно. Несмотря на принятое решение, на осознание, что иного выбора не было, – все равно страшно. Но и со страхом можно бороться.

Расправив плечи, я послала мысленный приказ Путеводному свету и зашагала к кэллеру. Вопросы, как и проблемы, лучше решать по мере их возникновения. И для начала стоит получить халцедоновое кольцо.

Кэллер, ответственный за выдачу лернатам артефактов, оказался сед как лунь. Широкий лоб изрезали глубокие морщины, огромный нос нависал надо ртом острым крючком, серые глаза казались выцветшими, будто старые чернила. Но смотрел на меня кэллер внимательно, цепко.

– Новая лерната, – голос у него оказался неожиданно приятный. Чуть скрипучий, но не противно, а наоборот – удивительно успокаивающе.

– Яркой вам луны, – произнесла я с полуулыбкой.

– За кольцом? Камень знаешь?

– Халцедон.

– Ишь, даже не кривишься, – усмехнулся кэллер в густые усы, такие же белые, как его макушка.

Поманил меня, чтобы шла следом, и двинулся вглубь небольшой комнатки, заставленной стеллажами. На полках ровными шеренгами замерли коробки, футляры и мерцающие желтоватым светом шары из полупрозрачного стекла.

– Что, и не печалишься? – старик обернулся и одарил меня хитрой улыбкой.

– Не каждому ростку дано превратиться в цветок, – я пожала плечами, а кэллер вновь усмехнулся.

Дошел до стеллажа, выкрашенного в серый, снял с него большую корзину с плетеной крышкой. Отодвинул ее совсем немного – так, чтобы не показывать содержимого, – и распорядился:

– Запускай руку. Твоя сила сама выберет кольцо.

– Моя сила? – голос едва не выдал охвативший меня испуг. Но я справилась, сдержалась. Лишь чуть больше, чем следовало, выказала удивление.

– Так халцедоны же разные, дуреха, – по-доброму хмыкнул в усы кэллер. – Если не совсем ты пропащая, то вытянешь темно-серый. А если твой росточек слаб, придется носить на пальце дымчатый камень. Ну давай, не тяни, – поторопил он. – Корзина-то не из легких.

На сердце колючей стужей наползал страх – мой старый знакомый. Он всегда появляется, стоит только кому-нибудь заговорить о моей силе. Даже вскользь. Вот и сейчас он привычно раззявил голодную пасть в оскале. Только на этот раз я не собиралась его подкармливать.

Одним быстрым движением, не давая себе засомневаться, запустила руку под плетеную крышку. Провела ладонью над сваленными в кучу артефактами, ощутила исходящую от них силу. Холодную, колючую и до того отталкивающую, что прикасаться к ней не хотелось. Но я не сдавалась. Продолжала медленно скользить пальцами в воздухе, прислушиваясь к собственным ощущениям, и искала. Наконец, когда кэллер начал нетерпеливо покряхтывать, я ощутила тонкий, едва уловимый теплый ручеек. Не думая, потянулась к нему и сомкнула пальцы на плотном кругляше.

– Готово, – выдохнула я, распахивая веки.

– Ну, показывай, что там у тебя, – вернув корзину на место, кэллер с любопытством осмотрел кольцо, лежащее на моей ладони. – Э-хе-хе, – покачал он головой, – ты ведь даже не росток, милая, так – крохотное семечко. Трудно тебе придется в академии, ох трудно…

Махнув рукой, старик указал мне на выход, и я, поняв намек, покинула хранилище артефактов. На моей ладони по-прежнему лежало кольцо с большим овальным камнем молочно-белого цвета.

Глава 4

Возвращаясь от кэллера, я старалась держаться подальше от шумной толпы. Обед давно закончился, и сейчас лернаты наслаждались последним свободным от занятий днем. Теплая погода выгнала многих юношей и девушек в парк. Более чинные сидели на лавочках с изящными коваными спинками; те же, для кого правила приличия казались надуманной чепухой – в основном безродные мэлы, – уселись на траве. Все разбились на небольшие группки, в каждой из которых цвета колец непременно совпадали.

Несколько раз я ловила на себе внимательные взгляды сапфировых, а после – едва они замечали белое кольцо на моем пальце – их лица перекашивало от недовольства. В какой-то момент даже мелькнула постыдная мысль снять артефакт и не надевать его, пока не сменю платье, но я не позволила себе поддаться малодушию. Дочери Лангарии не пристало бегать от трудностей!

И все же я немного прикрыла кольцо ладонью, сцепив руки в смиренном жесте и опустив их поверх юбки. От трудностей сбегать я не собираюсь, но и сознательно их провоцировать тоже не стану.

Дойдя до подножия лестницы, я остановилась и хмуро посмотрела вверх. Раньше я особо не задумывалась, но артиэллы всегда занимают второй – реже третий – этаж. Будучи по рождению высокородной артиэллой, я не привыкла преодолевать столько ступеней зараз. Однако выбора нет.

Вздохнув и на секунду поджав губы, я решительно зашагала вверх. Новый подъем показался тяжелее первого. Видимо, тело еще слишком хорошо помнило недавние нагрузки и совсем не жаждало их повторения. Я едва преодолела два этажа, как в боку закололо, вынуждая остановиться. Позволив себе почти минуту отдыха, я уже хотела было продолжить путь, но услышала раздавшийся за спиной голос.

– Снова лестница и снова ты. Так жаждала новой встречи, что специально караулила?

Обернувшись, я встретилась взглядом с Арденом Шантаром. В синих глазах плескалась насмешка, губы замерли в надменной ухмылке. Всем своим видом колдун демонстрировал превосходство, но не думаю, что делал это сознательно. Скорее, помня о положении его рода, я поверю, что для Ардена такое выражение лица настолько же естественно, насколько для моего – смирение. Все мы, так или иначе, носим отпечатки занимаемого положения: и в обществе, и в жизни.

– Прошу прощения, артиэлл, – я почтительно склонила голову, как и подобает сэле в присутствии высокородного.

Однако в нашей ситуации это вышло комично: я стояла на три ступеньки выше и даже со склоненной головой смотрела на Ардена сверху вниз. Его, однако, подобное положение не беспокоило. Скорее, он даже находил его забавным.

– Так ты ждала меня?

– Что? – я на мгновение растерялась, но уже в следующую секунду взяла себя в руки. – Нет, арти…

– И не искала со мной встречи?

– Зачем бы? – удивилась я искренне.

Арден не ответил. Молча разглядывал меня, изучая и будто что-то прикидывая в уме. Лицо его приобрело слегка задумчивое выражение. А спустя полную минуту, когда я уже мысленно искала достойный повод, чтобы прекратить беседу первой, внезапно спросил:

– В какой комнате ты живешь?

И снова я растерялась. Вопросы Ардена сбивали с толку, я не понимала его интереса, не понимала мотивов, которыми он руководствуется, и потому не успевала правильно реагировать.

– Ладно, скромница, – хмыкнул колдун, не дождавшись ответа. – Тогда какой этаж? Ты не артиэлла – на обед ты спускалась сверху, – принялся рассуждать он. – Но для мэлы ты слишком хорошо воспитана. Значит, сэла. Не из новых, – добавил быстро. – Думаю, когда-то знатный, но обнищавший род. Итак, куда же могли поселить гордую, но бедную сэлу?

Я продолжала молчать, не собираясь потакать любопытству колдуна.

– Пятый этаж? Шестой? Седьмой? – перечислял он, явно входя в азарт. – Пусть будет седьмой. Выше селят совсем уж низкородных, а у них нет твоей стати. Что, молчунья, я угадал?

Я вновь не ответила. Так и смотрела в синие глаза Ардена, стараясь не поддаваться врожденному обаянию Шантаров. Точнее, сама я в этом мало смыслю, но Мойра всегда говорила, что у Ардена обаяние в крови.

– Любопытно, – заключил он, растягивая губы в улыбке.

Я не смогла подобрать ей определения: не лукавая, не насмешливая, не приветливая. Пожалуй, самым близким вариантом было бы – опасная.

– Обычно сложно заставить девушку замолчать, а вот чтобы из нее приходилось вытягивать слова – такого я еще не встречал.

– Прошу прощения, артиэлл, если моя немногословность вас оскорбила. Полуночная Матерь свидетель, я не желала…

– Да-да, ты не желала случившегося. Ты сегодня это уже говорила. А вот чего ты не говорила, так это своего имени. Как тебя зовут? Что, опять будешь молчать? Брось.

Во взгляде Ардена читался интерес, и в этом мне тоже чудилась опасность. Надо уйти, сбежать, придумать уважительный повод и прервать эту странную беседу – все мои чувства кричали об этом. Нервы натянулись, точно струны виолончели. Казалось, коснись их, и в воздухе низкой вибрацией разойдется звук.

– Давай поступим вот как: ты назовешь мне свое имя, а я открою тебе переход на седьмой этаж, – Арден чуть склонил голову к плечу, разглядывая меня, словно сокол беззащитную куропатку.

От этого движения на высокий лоб, совсем как в нашу первую встречу, вновь упала непослушная прядь. И, совсем как тогда, мне захотелось ее коснуться. Я одернула себя, удивляясь столь неуместному желанию, а после, едва осознала услышанное, с трудом сдержалась, чтобы не вытаращиться на колдуна, как деревенская мэла на ярмарочного фокусника.

Арден Шантар владеет заклинанием переноса? Насколько же силен его дар?

Однако я не успела задать этот вопрос. Заслышав голоса, глянула поверх мужского плеча и внутренне похолодела. По лестнице, в окружении все тех же подруг, что и за обедом, поднималась Мойра.

Мысли заметались, словно ласточки перед грозой. В груди птичьим криком зазвучало беспокойство. Вот только не за себя – за сестру. Я не хотела, чтобы Мойра увидела меня рядом с Арденом, чтобы поняла все неправильно и переживала.

Быстро, едва ли не скороговоркой, пробормотав: «Прошу простить мою дерзость, артиэлл, но мне пора», я перепуганной птицей взлетела по ступеням. Пальцы, придерживающие юбку платья, подрагивали, сердце гулко билось о ребра. Каблуки туфель не касались ступеней, и потому бег получился почти неслышным.

Я миновала третий этаж и практически добралась до четвертого, как внезапно, прямо на моем пути, открылся переход, из которого мне навстречу шагнул Арден. Не успев остановиться, я с размаху в него врезалась. Тихо вскрикнула, отпрянула и едва не оступилась на лестнице, но сильные руки ухватили меня за талию и удержали от падения.

Я подняла взгляд, желая… Не знаю точно, чего именно я желала. Поблагодарить, что не дал упасть? Спросить, зачем последовал за мной? Потребовать оставить меня в покое? Но все слова застряли в горле, стоило мне увидеть прищуренные, горящие недовольством синие глаза.

– У тебя есть всего два варианта, молчунья: либо ты называешь мне свой этаж и мы переносимся туда, либо ведем нашу милую беседу здесь, – голос Ардена звучал сухо, резко. И сейчас опасность в нем мне уже не чудилась – она звучала до того ясно, что сомнений не осталось: лучше послушаться и сделать выбор самой, чем доверить это право колдуну.

– С-седьмой, – сдавленно выдохнула я и зажмурилась, едва под нашими ногами открылся переход.

Ощущение падения, чувство щекотки в животе, горячие руки, прижимающие меня к сильному телу, – я успела прочувствовать все. А спустя два гулких удара сердца, когда я набралась смелости открыть глаза, поняла, что переход закончился. Мы стояли в коридоре седьмого этажа, по счастью, пустующего в это время дня.

Однако радоваться было рано. Арден никуда не делся, а его руки по-прежнему покоились на моей талии. И последнее меня не устраивало особенно.

Сделав большой шаг назад, я разорвала прикосновение.

– Почему ты сбежала? – требовательно спросил он, сверля меня хмурым взглядом.

Я могла бы заартачиться, могла бы потупить взор и вновь притвориться немой, могла бы упасть в обморок – а после перехода такое поведение выглядело бы естественно, – но я решила покончить с неуместным интересом колдуна здесь и сейчас.

– Потому что устала отвечать на странные вопросы, – произнесла твердо. Нет, я не дерзила, но и привычного смирения в моем голосе не прозвучало.

– А вот и нет, маленькая врушка, – Арден дернул уголком рта в усмешке. – Ты сбежала не от меня. Точнее, ты не хотела, чтобы нас увидели вместе. Почему?

От затылка вниз по спине прокатилась ледяная волна мурашек. Он догадался? Понял мое беспокойство о чувствах Мойры? Но как? Внешне мы с ней почти непохожи, да и МакМоры, стыдясь Недоделка, не являли меня свету. Все, что знало высшее общество о младшей дочери Лангарии, – она слаба здоровьем и не любит покидать родового поместья. О слабости ее магии никто и не догадывался: за сохранением этой тайны Лангария следила особенно рьяно.

– Боишься темных ведьм? – вновь усмехнулся Арден, не дождавшись от меня ответа.

Я же вдруг осознала: истинных причин моего поступка он не понял. И пусть это бесчестно, но не воспользоваться ситуацией я не могла.

– Не всех. Только нефритовых.

Арден нахмурился.

– Почему?

Вместо ответа я подняла руку с кольцом и бесстыже, точно безродная мэла, подсунула ее колдуну едва ли не под нос. Думала, ему хватит пары секунд, чтобы оценить большой, вытянутый овалом халцедон. Оценить и, как сапфировые в парке, недовольно скривиться. Но Шантар не скривился – вместо этого он перехватил мои пальцы и принялся с любопытством их разглядывать.

Я же в очередной раз почувствовала растерянность. Да что не так с этим колдуном? Почему его действия невозможно предугадать? Зачем он ведет себя со мной… так?

Правда, как именно «так», я и сама не знаю. Не могу подобрать слов, способных описать мои чувства. А чувства… они, как те самые ласточки, метались в беспокойстве.

– Твои пальцы не знали иголки, – задумчиво произнес Арден, нарушая повисшее между нами молчание. – Но почти все сэлы занимаются вышиванием.

– Вы сами сказали – почти все.

Я высвободила ладонь из цепкого захвата. Прятать ее за спину, однако, не стала – не хотела случайным действием еще больше раздразнить опасный интерес.

– Нет, – качнул головой Шантар. Его лицо приобрело задумчивое выражение, взгляд стал внимательным, оценивающим. И мне это очень не понравилось. – У тебя руки артиэллы: аккуратные, с белоснежной и мягкой, словно бархат, кожей. Такие руки бывают лишь у тех, кто с рождения не знает ни работы по дому, ни иголок. Так кто же ты?

Он вновь оказался совсем близко. Его удивительные темно-синие глаза не мигая смотрели в мои, и против воли я почувствовала, что тону в них.

Глава 5

Под ложечкой защекотало, как от падения. Я словно вновь провалилась в пространственный переход, лишилась опоры под ногами. И единственным удерживающим меня якорем стали глаза колдуна, синие, как океан, и такие же глубокие. Они манили, обещали неизведанное, подталкивали поддаться соблазну и узнать: есть ли у океана дно или только бесконечная толща воды, в которой так легко затеряться?

– Кто ты? – повторил Арден, разрушая зачарованный миг.

Я вынырнула на поверхность, жадно втянула воздух ртом и качнула головой.

– Никто, просто сэла.

Колдун молчал. Смотрел на меня еще несколько секунд, точно ощупывая взглядом, потом криво дернул уголком рта.

– А знаешь, не говори мне своего имени. Не говори мне ни кто ты, ни откуда. Я сам обо всем узнаю.

В его обещании вновь зазвучала угроза – Арден сам стал для меня угрозой. И все же что-то внутри меня рвалось ответить на брошенный вызов, доказать: я не хуже.

Не прощаясь, Шантар зашагал к лестнице. Уверенно миновал ступеней семь, как вдруг – неожиданно даже для себя самой – я окликнула его:

– Подождите! Мое кольцо, вы же видели его?

– Видел, конечно. – Арден обернулся через плечо и одарил меня улыбкой. – Красивое. Цвета луны.

Цвета луны.

Цвета луны.

Цвета луны…

Его голос еще долго звучал в ушах, повторяя лишь одну фразу. И, глядя на слишком вытянутый для ночного светила камень, я вдруг подумала, что он действительно очень похож на луну.

Дорога в комнату почти не отпечаталась в памяти: я не помнила ни как преодолела еще один этаж, ни как переступила порог, ни как закрыла за собой дверь. Лишь от глухого стука последней я пришла в себя и тряхнула головой, стремясь совладать с разбушевавшимися чувствами.

Арден Шантар беспокоит меня. Вот только совсем не так, как сильные колдуны могут беспокоить сердца ведьм. Я… боюсь Ардена. Он слишком внимательный и вместе с тем – слишком непредсказуемый. Его поведение не поддается логике, его мотивы не выстраиваются в понятную линию, но – что хуже всего – всё в нем будоражит мои чувства. Этого достаточно, чтобы увериться: мне лучше держаться от наследника Шантаров как можно дальше.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7